Mind the Gap

      Темнота чуть расступается, и под расклеенные веки крадётся полумрак, конечностями не пошевелить, в ноздри забивается неприятный душок. Мысли от этого судорожны, отрывисты. Скотч. Кляп. Кто с ней это сделал? Сыщик? Быть не может! Она ведь доверяла ему, успела довериться! Какой же она была дурой, не вникая в слова тех, кто уже был с ним знаком! Опознать, опознать бы, кто набросился со спины... Высокий, не слишком худой, но и не толстый, достаточный вес для того, чтобы Кэрол не справиться... О, Боги. Похож. Только бы не это, это просто не должен быть он...       «Где я?».       Подвал. Жутко. Уже в другом селении? Или просто в лесу? На обыкновенный, дешёвый не похож. Большой, всюду крючья под лампадки, стены из ровно сложенного кирпича, пол почти даже тёплый, если не считать его изъеденность временем...       Мелькают слайдами мысли. Старинные замки. Тёмная гранитная кладка, взмывающая в самое небо и черепичные многоуровневые крыши башенок, замотанные в облачный туман. Переходы, пролёты, внутренние дворы, тяжёлые ставни дверей, таинственная резьба и страшные статуи; множество этажей с высокими потолками — верхушкой айсберга, пара этажей под полом — дном.       Но замок ли? Кэрол так не казалось. Что-то подсказывало: это будет помельче. И всё же?       Скрип, и в комнате на человека больше. Пелетье вцепилась взглядом в полумглу: не Холмс. Выдох — хорошо. Лицо парня всплыло в памяти. Вдох — осенило. Тот юноша, что на фото с Гаретом. - Очнулась, падаль, - мерзко улыбнулся он. - Хорошо, что не жирная, а то б не дотащил. Хотя, с другой стороны, костями всё измяла. Эй, Роли, - крикнул он куда-то в пустоту, но, как выяснилось, не безрезультатно — из-за второй двери выступил пухлый здоровяк. - Где тебя носит? - Чо надо? - прогнусавил тот. - Сторожи эту бабу. Будет дёргаться — знаешь, что делать.       И ушёл.       Идиоты. Ей на руку, что её считают бедной овечкой. Нож в ботинке никто не заметил и даже не проверил его наличие. Ей стоит лишь дождаться отхода надзорщика, извернуться, достать и перерезать путы. Скотч! Как примитивно! Что скотч против такого лезвия? Давайте, уроды, проваливайте. «Кэрол, ты здесь засиделась».       Только где это — здесь?       Из ниоткуда донесся тихий вымученный стон. Ещё один. Пелетье напряглась. Если она и вправду там, куда прятали остальных, то голос вполне может принадлежать одному из похищенных. Связаться бы с ним... Всё потом.       Но наступившую тишину, разбавленную только звонкой капелью конденсата с потолка, нарушили новые звуки, теперь уже сверху. Сначала глухие удары ботинок, затем шаги чуть тише, и наконец весьма громкий голос, в котором Кэрол узнала...       Нет! Не может быть! - И что я сделаю? - рявкнул никто иной как Мэрл. - У меня самого задница рвётся с этими чёртовыми пропажами. Убытки одни только посчитать.       Ответивший голос с признаками в нём ярости заставил Кэрол задохнуться от волнения. - Мне без разницы, какой церкви вы теперь будете молиться, но займитесь этим.       Шерлок!       Пелетье едва не сорвалась на мычание от досады и ужаса — они всё это время ходили по головам пропавших?! Господи! Что может быть хуже?! Всё это время! Сами Диксоны ходили по головам! Но подвал? Такой обширный подвал под домом? И Мэрл не знал о его существовании?! Здесь что-то не клеится. Мэрл приказал и Дэрилу молчать? Как это собрать по кусочкам? - Что, крыса, нравится? - гадко гаркнул её тюремщик, нависая. - Специально выбирали, чтоб ты лучше слышала.       Кэрол распахнула глаза, полные страха и недоумения. Отходить от роли было нельзя. Себя надо было держать в руках. - А-а, - протянул мужлан, состроив оскал, и наиграно жалобным тоном продолжил: - не понимаешь, почему так? А я тебе отвечу. Подвалы здесь что надо. И дырки так устроены, что звук оттуда... - он громко чмокнул губами и снова осклабился, - а отсюда... - и оттопырил средний палец.       Наверху всё это время говорили, но из-за жирдяя, до тошноты напоминавшего Эда, от коего несло мускусом пота и табаком, Кэрол слышала только куски фраз то язвительно-раздражённые, то с натянутым спокойствием: «...милости прошу, мистер Холмс», «...тюрьма», «...ваша грёбанная работа», «...курицу свою надо беречь». Дальше — Шерлок вышел, а Мэрл, бурча что-то нецензурное, прошёлся туда-сюда, звякнул стеклом посуды и покинул комнату. Откровенно стало не по себе, но трезвость рассудка терять было нельзя. Пьянеть будет потом, после, когда выберется. Выберется! Обязательно выберется... - А ты страшненькая, - облизнулся вдруг охранник, отвлекая от попытки впитать ещё хоть звук сверху. - Но мне всё равно, - присел на корточки и провёл грязным ногтём от подбородка до виска Кэрол.       Она брезгливо дёрнулась, но в тот же миг оказалась больно схваченной за волосы. - Не рыпайся, сука, - прошипел Роли. - Всё равно будет больнее.       Страшно. *** - Одной тайной меньше.       Дэрил резко обернулся, обнаружив прямо за спиной детектива-консультанта, степенно заложившего руки за спину. К нему ещё никто так не подкрадывался. Уж не постарел ли он, Дэрил Диксон? Узнал бы Мэрл, что его братишку обвели вокруг пальца, как щенка-недомерка, мало — поржал, он бы и затрещину такую отвесил, что завязалась бы драка.       Но что этот чопорный выскочка имеет ввиду? Что за загадки он вечно загадывает? Диксон сощурился, поджимая губы. - Есть здесь люди, владеющие оружием? - таким тоном, будто всё в этом мире принадлежит ему. - Угу. Человек десять наберётся, - с подозрением отозвался фермер. - В полчаса собрать можете? - Ну, наверное, - пробормотал Дэрил и перемялся с ноги на ногу в смешанном с раздражением недоумении. - Что вам нужно? - Охота, - одними губами улыбнулся Холмс. ***       Мерзкие грубые руки рывком опрокидывают её, и Кэрол едва успевает удержать голову, чтобы не приложиться об пол. Дело плохо. Урод облизывается, шурша слюной, задирает и мнёт одежду, дёргает застёжки джинсов, и остаётся только до боли жмуриться, давя подкатывающие к глотке позывы рвоты и всхлипы. Если она выдаст себя хотя бы звуком, он озвереет окончательно. Эту грёбанную психологию, так безнадёжно давно выученную, вытесанную на камне на собственном примере, хочется сжечь, взорвать, утопить в пучине, но с ней, проклятой, приходится мириться, пока штаны трещат по швам, не в силах противостоять такой жуткой хватке и унижению. Кожа, казалось, вмиг покрылась коркой из сала и липкой грязи. Те секунды, та минута, что уходит у подонка на все эти манипуляции кажутся вечностью. Хочется сделать хоть что-нибудь, но сейчас от неё, от Кэрол, ничего не зависит. Он дотрагивается. Это вызывает судорогу истого отвращения. Мышцы сами деревенеют, не подпуская ближе. - Запечаталась, тварь, - хрипит это животное, всё-таки раздевая ниже пояса. - Что ж ты не зовёшь своего индюка? - наклоняется опять слишком низко, обдавая смрадом. - Расскажешь ему потом, как было хорошо.       Гадкая ухмылка, шелест спускаемых брюк, бессильный тычок лбом в пол. Это конец. - Какого дьявола ты творишь? - громкий женский голос, свой почти облегчённый рваный выдох. - Я торчу в этой темени хрен знает сколько, и где мои деньги? Дай хотя бы этой суке присунуть, - не церемонится мучитель и пинает в бок, заставляя в клубок сжаться от боли.       Но Мэри наступает на него всерьёз: - Ты думаешь, если отымеешь её, эта оглобля от нас отстанет? Мы и так слишком рискуем. Платить за всё будет Диксон. Жди и не лезь не в своё дело. Тебе сказано охранять, и на этом всё, - к концу реплики она почти рычит.       Спасение в лице похитителя? Пожалуй, Кэрол и на том почти благодарна, тоскливо корчась и стараясь подобрать выступающие от ненависти, презрения и злости слёзы. Ей не отмыться. - У тебя гнилая схема, Мэри, я задолбался ждать, - рявкнул Роли в ответ. - Только представь, сколько за это получишь, - хотя звучит, как угроза, а не обещание Эльдорадо. - Только это меня и держит, - шипит мужлан.       Оба они замолкают, и Пелетье, не глядя, понимает: стоят и смотрят друг на друга, ощерившись, наверняка решая, кто кого грохнет первым. Голос вновь подаёт Бейли: - Проваливай. Лучше Алекса оставлю. Она мне нужна чистой.       Ждёт, пока жирдяй, плюнув в угол, нехотя утащит ноги, натягивает сама на заложницу джинсы по-женски даже сочувствующе, заглядывает задумчиво и злобно в глаза, не говоря, впрочем, ни слова, поднимается и опирается со вздохом на стену в углу. - Зачем ты оставил этого психа с ней? - накинулась на сына Мэри, только он переступил порог. - И собаке ясно, что он на остальных не полезет. - А на эту полез? - кажется, парень искренне изумился. - Какие вы все безмозглые, - трагично приложила ладонь к лицу женщина.       Возможно, Кэрол бы ей даже посочувствовала из солидарности, не больше, не будь в таком в плачевном состоянии, как сейчас, кое-как сдерживая слёзы, через силу заставляя себя слушать, о чём говорят, но в голове всё бились отвратительные скрипучие звуки, вырывавшиеся из гнилого, почти беззубого рта той самой сволочи, что посягалась на неё совсем недавно. Сволочи этой и той, что осталась за океаном.       Господи, когда же это кончится?!       Едва справляясь с глушащими всё и вся эмоциями, Кэрол слышала то фразы, то их отрывки: - Что ты вообще задумала? - ...зашёл слишком далеко. Мне ещё придётся... планы срываются... - Хочешь заставить его заткнуться? А... - ...если что, и её головой приложим. - Он... вышел на нас... - ...в суде ничьи слова он не докажет.       И, кажется, здесь наконец наступило прояснение. Картинка обрела былую чёткость, насколько это возможно в темноте, полились в воспалённый мозг ясные слова. Запульсировало собственное: «Расслабилась. Свернула не туда. Время вышло», - бессвязно и бестолково. - Ладно, твоя взяла, - с трудом выдавил парень, но на что, Пелетье не знала. - Но если заваруха накроется... - он недвусмысленно двинулся на мать, выставляя кулак.       Атмосфера заметно накалилась. - Понежнее с матерью, Алекс, - недобро прищурилась Мэри. - Тем паче, при гостях.       Увы, младший Бейли остался в камере.       Но хорошо бы Кэрол остаться в себе. *** - Зато для следующего раза ясно, если он бу-удет, конечно, что свою курицу надо беречь, - озлобленно растянул Мэрл, которого изрядно взбесила вся эта демагогия сыщика.       Вывез её, значит, на свежий воздух погулять, сам не уследил, а теперь ещё и Диксоны виноваты? Надо же было нанять такую змею, которая ещё и права качает. Но в ладони детектива появилась маленькая бумажка и вмиг оказалась на столе: Молчите. Сделайте грозный вид и выходите во двор.       Когда Мэрл оторвался от прочтения и поднял на сыщика вопросительный взгляд, тот уже удалялся из кабинета. Выматерившись вволю, фермер опрокинул в себя глоток виски и как-то вдруг понял: дело – труба. - Хочу вас огорчить: вы невероятный болван, - даже не повернувшись лицом к хозяину поместья отрапортовал детектив, когда оба оказались вне стен, чистоте слуховых проходов которых можно было позавидовать. - Не знаю, как в столице, но здесь за такое медаль вы чёрта с два получите, - сплюнул Мэрл. - Я вас терплю не ради того, чтобы чесать кулаки об ляжки в желании набить вам морду. Говорите. - Сношения вашей семьи с четой Бейли — давняя традиция, не так ли? - наконец-то обернулся Холмс.       Мэрл, кажется, зашевелил мозгами. - Мне насрать было, чем занимался мой батя. Со старухой Мэри я вообще почти не пересекался. - Зато её сыновья работали на вас какое-то время. Ремонт пять месяцев назад в доме ваших помощников — их рук дело. Вы предпочли сэкономить. - Ну, да. А чо такого? Мальчишки толковые, никто из моих не жаловался на штукатурку, прилетающую по башке, а взяли гроши. - Катакомбы вашего деда тоже ни о чём не говорят?       Здесь Диксон, кажется, завис. - В любом случае, советую приготовить оружие к бою как можно тише и не открывать об этом разговоре рта. За своё придётся повоевать. Я вас найду. Торопитесь.       Мглу погреба под кухней прорезал свет снаружи, и Холмс одним только жестом руки приказал следовать за ним. Крадучись, Дэрил и ещё пара человек, готовые ощетиниться ружьями, повиновались. Шерлок всё так же молча провёл пальцем в воздухе незримую линию до противоположной стены погреба меж бочек, бутылок и банок, где затерялась невидимая дверь, и наставительно взглянул на младшего Диксона. Тот коротко решительно кивнул, и Холмс тенью выскользнул прочь, увлекая за собой Мэрла и Оливера, буквально бегом бросаясь в лес. ***       Час? Два? Вечность? Какие популярные вопросы. Кэрол часто читала о подобном, рождающемся у пребывающих в заточении людей, теряющих счёт времени. По крайней мере она уже спокойна, успев досчитать до сотни или дальше, и лишь ненависть и презрение клокотали в груди, рисуя в сознании картины, трудно поддающиеся описанию, картины о том, как она расправилась бы с Роли, с Эдом. Немые абстракции, скудные образы. Почему-то убийства оставались неяркими вспышками, сразу почти забываясь. Нужен был только факт: смерть, - а как, почти не важно. Однако мысль схватилась вдруг за что-то и предоставила Кэрол голову бывшего мужа прямо под ней, разлетающуюся в клочья под яростными ударами кирки. Губы сами собой скривились, и Кэрол тихо глубоко вздохнула, запрокинув голову на стену. Суставы затекли, мокрая, стянутая скотчем кожа у рта мечтала о дуновении свежего ветерка. Одно в этом подземелье радовало: Алекса Бейли пленница не интересовала. Он давно уже сидел на табурете, привалившись к каменной кладке, зажёг совсем бутафорскую, настолько старомодную, лампадку над головой и читал. Временами, когда он сменял немного позу, разминаясь, или чесался, поднимая книгу, Кэрол могла от скуки успеть поймать хоть пару букв на обложке, пока те не сложились в цельное «Оскар Уайльд».       Сидя в заточении, в нервах, в моральном одиночестве, на редкость подробно перебираешь своё бытие. Странно, что лишь на грани, когда выбора нет, понимаешь как-то вдруг, что следует развиваться. При сытом желудке и в тёплую кровать истый самоанализ не захаживает — стучится самобичиевание. А, может, хватит жалеть себя, попрекать несбывшимся и ползать в прошлом, как в навозе червяк? Есть здоровый шанс заняться наконец-то собой, своими мозгами и телом, есть невероятный посыл в виде всё того же несчастного Шерлока Холмса, рядом с которым бытие превращается в бал или даже жуткую дискотеку с ребяческим мракобесием, и ведь не зря оно, такое истерическое, свалилось? Как же внезапно хочется жить и перешагивать через себя, образцово-показательно сейчас сидя в сыроватом подземелье и глядя в одну точку, вспоминая, что ведь сделала же она, Кэрол, хоть шажочек в прошлый раз. Где бы ни был Шерлок, он уже должен быть в пути... в это хотелось верить. Если нет — она сама обязана найти способ вытащить себя. А потом не оглядываться.       Думай, Кэрол, думай.       Если актёрство — это её стезя, то и думать нечего. - Эй! Ты чего? - непонимающе нахмурился Алекс, заслышав, как захрипела и засопела пленница.       Распахнутые в страхе и мольбе глаза её слезились, зашумела, забулькала невесть откуда взявшаяся в лёгких вода. - Какого чёрта? - это Бейли отбрасывает книгу, пересекает расстояние до Пелетье и грубым рывком больно срывает кляп. - Спасибо, - хрипит Кэрол, кашляет, роняя голову.       Сработало. - Чо случилось-то, припадошная? - правда, не смотря на злой язык, выглядит он растерянным и обеспокоенным.       Известно, печётся о себе — недосуг возиться с болезными. - Просто... - задыхается она, заходясь в новом приступе кашля, - клаустрофобия... Боязнь, боязнь тесноты.       Кривится, но верит: - Так лучше? - Да. Да, спасибо, - лепечет она и поднимает действительно благодарный взгляд в чуть растерянное, перекошенное ядом лицо парня, насмешливое, но в каком-то смысле серьёзное.       Такими темпами через пару дней выбьет себе прогулку на свежем воздухе. «Браво, сестрёнка». ***       Щелчок предохранителя пистолета был ей знаком. Мэри медленно подняла голову, не рискуя обернуться. Только что обезглавленная курица дёрнулась ещё раз, будто от испуга, и повисла, капая кровью с обрубка шеи. - Станцуем? - О, мистер Холмс, я верная вдова, - улыбнулась Бейли. - Сегодня придётся вам взять в кавалеры и вашего старого приятеля.       Каморка с верхней одеждой, кое-где пожёванной молью, приглашающе приоткрыла старую потёртую дверь с крутой лесенкой под землю Терминуса. - Куда. Ведёт. Эта нора? - отчеканил старший Диксон, медленно переводя настороженный взгляд с детектива на Мэри. - Это совсем просто: в ваш дом, - откликнулся как ни в чём не бывало Шерлок. - Ведите себя скромно, миссис Бейли. Нам понадобится ваша помощь. *** - Лорд Артур был неправ, - осторожно проговорила Пелетье.       Алекс поднял на неё скептический вопрошающий взгляд. - Люди сами занимаются своей судьбой. Им не нужно гнаться за иллюзией предназначения, - пролепетала она в пояснение.       Парень, как будто очнувшись, посмотрел на корку своей книги, задумался на секунду и ухмыльнулся: - Он был везучий сукин сын. Сейчас такое не провернёшь. - Разве старый хиромант заслужил подобное? - захлопала глазами Кэрол в наигранном недоумении. - Шарлатан, - хлопнул по книге Алекс, словно злясь. - Здесь так и сказано. Что с него было толку?       Распахнув доверчивые-доверчивые озёра глаз Пелетье горячо было зашептала: - Каждый достоин жить...       Выстрел, подбросивший на месте. Мэри и Роли, связанные по рукам, выпавшие из двери слева. Дэрил с арбалетом на взводе, выскочивший из двери справа, бросившийся сразу на Алекса. Люди: Шерлок, Мэрл, Оливер, пара незнакомцев. Стук собственного сердца от неожиданности и вспыхнувшей радости. Сопение младшего Диксона, рык старшего. Шипение Мэри, грязные ругательства Роли. - Успел, - рвано выдохнул сквозь зубы Холмс, едва бросив взгляд на повязанную коллегу, уловив в ней нездоровую помятость, и метнул уже полный поразительной злости на Роли. - Позволь твой нож, - присел над Кэрол Холмс, и, о, ей показалось, или в этом голосе мелькнула вина? - Конечно, - не без толики иронии отозвалась Кэрол, закатив глаза в раздражении.       Холмс ловко вынул клинок, умудрившись даже не коснуться ничего, кроме штанины и ботинка, и столь же быстро распорол путы. На лицах преступников отразилось глубокое смятение. И не доставить удовольствия это не могло. - Ждала удобного момента, - само собой слетело с губ при взгляде на особо удивлённое лицо Алекса. - Порядок? - коротко осведомился Шерлок. - Полный, - уже мысленно перемалывая толстяка в мелкую фракцию, отряхнулась Пелетье, силясь очиститься как можно качественнее. Не вышло. - Ты, старая колдобина, так нагадила мне? - прорезался вдруг скрипучий голос Мэрла, который всё это время явно переживал сильнейшее потрясение увиденным. - С какого трипа тебе вообще это в башню прилетело?!       Старшая Бейли даже натянула мерзкую ухмылку, сощурив глаза, но ответить, конечно, не успела. - Остыньте, Мэрл, - громко позвал Холмс, заложив руки за спину. Кэрол показалось, он едва сдерживался, но не знала, от чего. - Пока она не наплела вам того, во что вы поверите, слушайте меня. - Очень внимательно слушаю, - процедил старший Диксон, сверля взаимно ненавистным взглядом соперницу. - В тысяча девятьсот семьдесят девятом году Дакс Диксон заключил договор со своим другом Скотом Мейси, отцом Мэри Бейли. В этом документе упоминались права на ведение дел в одном небольшом, но очень доходном предприятии в Солсбери. По сущему недоразумению, - сыщик покачал головой в знак сарказма, - в девяносто пятом Скот узнал, что внушительную часть доходов игорного дома Дакс прибирал к рукам. Кто знает, мог ли закончиться этот конфликт благоприятным исходом для Диксона, но старик показал свои ломанные жёлтые зубы во всей красе, за что и поплатился жизнью. - Ближе к сути, мистер Холмс, - протянул Мэрл.       Кэрол покосилась на Дэрила. Тот стоял едва ли ни рот разинув, с заметным удивлением впитывая в себя каждое слово детектива. - Конечно, Скот мог многое получить от этой смерти, ведь в договоре было так же указано, что в случае смерти одного из друзей во владение другого переходит половина фермы погибшего. Увы, Скоту не повезло и на сей раз. Договор вследствие своей нелегальности мог вступить в действие только, опять же, после кончины одного из составителей, но Дакс чуял, что после такого предательства ему несдобровать, и официально переписал всё до шиллинга имущество на сыновей. Мейси не успел — Мэрл невовремя вернулся из отсидки после восстания в Ираке, и Скот уже не смог заявить о себе как наследник. - Так при чём здесь эта сука? - почти взревел Мэрл, тряхнув на Мэри пушкой. - Из Бейли так себе хозяева, как бы не кичилась Мэри, - вздёрнул подбородок сыщик. - Дела были всё хуже и хуже, поэтому она, вместо того, чтобы работать, решила занять эту ферму, а заодно восстановить чувство справедливости. Довольно хитро: гипноз, наркотики, подстава. - Не представляю, о чём вы, Шерлок, - широко улыбнулась Мэри. - Гипноз — это выдумки. Да и зачем мне иметь дело с наркотиками? - Вы и не имели, конечно. Ваши сыновья на славу поработали в общежитии, - мурлыкнул Холмс. - Умело установили скромные источники звукового вещания, которые позволяли Гарету транслировать свои сеансы, погружая людей в недоверие к Диксонам, а, когда удалось увести их в подвалы... Диметилтриптамин, полагаю? Отличный наркотик, - Шерлок даже улыбнулся. - Не оставляет следов в крови, а под наркотическим опьянением гипноз оказывает особый эффект, помогая внушать пленникам, кто и зачем измывался над ними, чтобы позже полиция насладилась прекрасной легендой ополоумевших от страданий, но говорящих все, как один, одно и то же о зверствах сломанной в юности психики Мэрла Диксона и его подельника Дэрила.       Бейли становились мрачнее тучи. Кажется, света в этих стенах поубавилось только оттого, что его заслонили собой эти крупные тёмные изваяния. Дэрил открыл было рот, пытаясь что-то сказать (или спросить?), а Мэрл уже напрягся всем телом, готовый, по всей видимости, к решающему прыжку на Мэри. Те неприкаянные, что стояли со взведёнными над головами преступников ружьями, ошарашенно переглядывались, останавливаясь всё чаще глазами на прочих фигурантах. Стало душно. - Какая ещё психика? - продолжал теряться в омуте догадок Мэрл. - Мейси куда охотнее Дакса делился со своим дорогим чадом тайнами, а особенно тайнами чужих семей. Вас обоих признали бы психопатами, как только всплыла бы информация о том, как поступал с вами ваш отец. - Их что, пытали? - наконец хрипло выжал из себя Дэрил. - Ключи, Мэри, - приказал вместо ответа Холмс.       Звякнул металл. Эту дверь, что всё время была напротив, лучше было не открывать. Раздался невыносимый смрад людских испражнений, пота, рвоты... крови и гноя. Тошнотворное амбре разложения мгновенно въелось в самые кости, вызывая судорожный кашель. Кто мог, закрыл нос. В слабом свете блеснули чьи-то измождённые глаза. Оливер испуганно шепнул: «Боб».       На пленников нельзя было смотреть без скованного чувства жалости и боли. Одежды на телах почти не осталось, местами с рук или ног свисали лохмотья снятой неровно кожи, где-то зияли глубокие порезы, уже сочащиеся, мокнущие гноем и разбухшие от жуткого воспаления. Всю троицу тащили в медицинские машины на носилках, спасая тёмной плотной тканью глаза от опасно яркого света, практически на ходу промывая, перевязывая, обкалывая раны. Посеревшие, безжизненные лица, неестественно расслабленные тела. Кэрол смотрела им вслед, заставляя себя замечать каждую деталь. Понимая, что ей ещё повезло. Осознавая, что жизнь не так уж плоха. - Я должен уладить одну вещь, - спокойный холодный тон Холмса никак не подходил к спёртой атмосфере подвала, где дышать было абсолютно нечем. - Пошевеливайтесь, - кое-как проговорил Мэрл, - иначе мы все здесь... - договорить он не смог, спешно отворачиваясь в угол, где подавился, похоже, подкатившей, но, к счастью, не вышедшей рвотой.       Шерлок сделал всего один маленький шаг в сторону Роли и нанёс ему такой тяжёлый удар под дых, что здоровяк, будучи втрое больше щуплого на вид детектива, рухнул с диким воем на пол, сгибаясь в тугой комок.       Кэрол нашла себя сардонически улыбающейся, выныривая из этого закоулка памяти. Надо отдать должное Шерлоку Холмсу, ибо одного удара чудом хватило, чтобы на душе стало легче. Как по заказу, в поле зрения нашёлся сам детектив. - Я в полной мере удовлетворил твоё любопытство? - заносчиво промурлыкал он, и фантом ровно такой же улыбки спрятался на его лице. - Уверен, что я сделала именно те выводы, которые ты нагадал? - отвела Пелетье взор, чуть поджимая губы. - Я не гадалка и не повитуха, - он даже сморщился. - А что же? Гений? - Есть ещё.       Кэрол непонимающе склонила голову, глядя на ставшее вдруг непроницаемо-задумчивым лицо Холмса. - Кто? - Мориарти.       Он посмотрел куда-то в сторону, словно попытался заглянуть за горизонт, и Кэрол невольно перевела взгляд туда же и чуть выше, над сетчатыми лопастями старой мельницы, где в прояснившемся небе купалось небольшое зимнее солнце. - Домой? - тихо позвала она, только после понимая, как это прозвучало. - Ещё нет. Тебе нужен твой гонорар.       Кэрол не сдержала смешка.