Inside out

      — Прошу прощения, сэр, добрый день, — негромко раздалось из коридора, как только дверь, ведущая в класс Зельеварения, с привычным глухим звуком отползла в сторону.       — Какого черта, Инглби?       Старшекурсник с Рейвенкло осторожно сделал шаг назад, всеми силами пытаясь быть осторожным и не выронить Пэнси, которую не так чтобы с легкостью нес на руках весь путь через подземелья. Заклятие передвижения в пространстве давалось парню не лучшим образом. Бесчувственное тело Пэнси то норовило снизить высоту полета, то врезаться в стену холла, то пересчитать головой ступени лестницы, ведущей в подземелья.       — Девочка потеряла сознание на первом этаже. Я хотел…       — Вносите, — приказал профессор и, судя по звуку, посторонился. Касси проскользнула в кабинет следом за старшекурсником и, выпрямив спину, ощутила взгляд, настолько же гневный, насколько и неприязненный.       «Я… все объясню».       Снейп смотрел прямо и вперед, продираясь сквозь занавес висящих в воздухе запахов, чуть менее душный и тяжелый, чем в будние дни.       — Сюда, — коротко бросил он, подходя к двери, ведущей в кладовую, а оттуда — в куда более камерное помещение, занимаемое под спальню. Касси сощурилась от внезапно вспыхнувшего света.       — Я подумал, нужно отнести ее в больничное крыло, — на ходу тараторил запыхавшийся рейвенкловец. Не будучи толстушкой, Пэнси все же весила больше биты для квиддича, которой он время от времени с переменным успехом гонял бладжеры по стадиону. — Но мисс Малфой настаивала, чтобы…       — Я понял вас, Инглби, — отрезал профессор, останавливаясь возле низкой кровати на деревянных ножках и кивком указывая на заправленную постель. — Кладите.       Рейвенкловец осторожно положил Пэнси на драповое покрывало с совершенно безумным сочетанием лоскутов разных цветов и форм, напомнившее Касси о витражных стеклах в кабинете директора, и шмыгнул носом.       — Благодарю, — отчеканил Снейп максимально сухо и добавил: — Можете идти. Дверь за собой закройте.       Инглби кивнул, после чего без лишних вопросов прошел мимо Касси и исчез за дверью. Его шаги Касси слышала уже смутно. Она вздохнула и, собравшись с мыслями, подняла, наконец, глаза. Профессор выдохнул и облокотился о низкий обшарпанный гардероб. Медленно проведя ладонью по лицу, он произнес:       — Через полчаса у меня отработка со вторыми и третьими курсами, а затем консультация для студентов, сдающих СОВ, — голос профессора звучал спокойно, и все же в нем сквозило нечто такое, отчего Касси едва не сделалось дурно. — На случай, если вы по-прежнему думаете, что мне нечем заниматься, кроме как разгребать последствия ваших поступков.       Она промолчала.       — Ваши родители платят мне достаточно, чтобы я опекал вас в стенах школы. Однако с тем количеством и частотой проблем, которые вы создаете мне и моим коллегам, я готов вернуть им годовой оклад в тройном размере, чтобы со следующего же семестра вы перевелись в Дурмстранг.       Касси поджала губы, чувствуя, как дышать становится все труднее. Профессор издал совершенно несвойственный для себя смешок.       — Сэр, я могу…       — Оставьте объяснения, — он махнул рукой, совладав с чувствами. — Вы видели, как Лонгботтом выходит из зала вместе с Уизли, и ощутили острую необходимость проследить за ними.       Снейп покачал головой. Весь его вид говорил о том, что он изо всех сил удерживается от язвительного замечания.       — Я не эксперт в делах сердечных, однако это не мешает мне все прекрасно видеть. Впрочем, не мне одному.       Касси проглотила слюну, скользя взглядом по пестрой поверхности покрывала. Лицо Пэнси было безмятежным и бледным, губы — сомкнутыми, глаза — закрытыми. Глядя на нее, Касси все сильнее чувствовала себя летучей мышью на препаровальном столе.       — Чтобы беспрепятственно уйти из зала, вы разыграли сцену с расстройством желудка. Однако это не помогло вам отвязаться от мисс Паркинсон, и она вызвалась проводить вас до ближайшего туалета, — Снейп сделал глоток воды из высокого прозрачного стакана. — Вместе с вами мисс Паркинсон услышала то, что не предназначалось для чужих ушей. Вы не нашли ничего лучше, чем оглушить ее заклятием, как только Уизли прошли мимо вашего укрытия и исчезли из виду. А после разыграли сцену перед первым, кто оказался поблизости, и успешно заполучили помощника. Полагаю, третий спектакль будет предназначаться мисс Паркинсон, которая вот-вот очнется.       Касси опасливо покосилась в сторону. Кисть левой руки Пэнси свисала с края постели.       — Уизли сказали, что…       — У вашей семьи испокон веков водятся недоброжелатели, — перебил Снейп, неотрывно глядя ей в глаза. — Если в ваш адрес открыто летят альгарады, то говорить за спиной тем более может кто угодно и все, что угодно.       — Так это неправда?       Вопрос прозвучал едва слышно, но Касси чувствовала, что готова повторить его гораздо громче.       «Пожалуйста, сэр, скажите, что это НЕПРАВДА!»       Профессор замешкался. На долю секунды его взгляд застыл.       — Я полагал, вы достаточно умны для понимания настолько простых вещей. Я не имею права обсуждать с вами подобные вопросы, — ответил он, однако Касси упрямо продолжала смотреть ему в лицо.       Когда пауза затянулась, профессор вздохнул и добавил чуть мягче, глядя, как бледное личико напротив застывает в маску боли и замешательства:        — Правда не даст вам того, чего вы ждете, Касси. Она будет мучить вас гораздо сильнее любопытства. И от нее, поверьте мне, уже нельзя будет избавиться.       Касси открыла рот, но профессор сделал останавливающий жест ладонью. Ей почудилось, что там, в бездонной черной глубине, мелькнуло нечто такое, чего никак нельзя было ждать от человека, выбравшего однажды путь одиночества.