Этого не может быть.

— Пожалуй, соглашусь с ней, — сказала темноволосая, поднимаясь изо стола и упираясь на него руками. — Не хотите ли Вы мне что-то объяснить, дорогие родители? — ранее тёплые зелёные глаза превратились в ярко-голубые, которые метают молнии, которые готовы заморозить и поразить Вас одним только взглядом. — Лена, так надо, понимаешь, — начал Владимир Львович, провожая взглядом старших Серябкиных, которые устремились за своей дочерью. — Нет, не понимаю! Какой к чёрту брак, папа? Что Вы вообще несёте?! — девушка всеми силами пыталась держать себя в руках, но получается далеко не очень хорошо. — Компания, которой владеет Юрий, известна и востребована на рынке IT-технологий… — Так востребована, что вот-вот готова пасть из-за разорения, — с её уст срывается усмешка. — К сожалению, такова ситуация. Насколько я понял, то он связался с одним из немецких заказчиков, которые оказались хитрее. Короче говоря, его кинули на огромную сумму, — мужчина спокойно присаживается на свое место, продолжая. — Только представь, что будет, если мы объединимся? У них есть идеи, а у нас — деньги. Фадеева просто разорвёт от зависти, — он берёт бокал и наливает туда янтарной, обжигающей горло жидкости. — Милая, ты, как наследница, должна понимать, что такого выгодного предложения никак нельзя избегать. Девушка несколько минут молчит, обдумывая то, что сказал отец. — Хорошо. Партнёрство действительно сыграет нам на руку. Но скажи мне, как с этим может быть связана женитьба на их дочери? — Во-первых, мы будем со стопроцентной уверенностью знать, что нас не кинут, а во-вторых, почему бы не отсудить после развода бóльшую часть Serebro Industries? — его лицо исказила кривая усмешка, которая больше напоминала хищный оскал. — Не знаю, пап, — Лена направилась в сторону выхода из дома, — мне нужно подумать. — У тебя день, не более. — Мне хватит, не волнуйся, — с этими словами брюнетка вышла на улицу, подняв голову к ночному небу и тяжело вздохнув. Прохладный летний ветер холодит горячую кожу и развевает тёмные, как смоль, волосы. Ей всегда нравилась прохлада, которая может отрезвить и привести мысли в порядок, но сейчас даже это не помогает разобрать полную кашу в голове. Кинув взгляд в сторону, где стоит шатенка, что-то бурно обсуждающая со старшими, Лена покинула территорию загородного коттеджа. Ещё пару месяцев назад она бы с лёгкостью согласилась на эту аферу, но сейчас перед ней стоит действительно сложный выбор. Темникова села в машину и завела её, а затем достала свой телефон, набрала номер и стала ожидать ответа, слушая гудки по ту сторону. — Да? — Милая, ты свободна? — Конечно, ты же знаешь. — Я приеду? — Почему ты спрашиваешь? Что-то случилось? — Все в порядке, просто хочу тебя увидеть. — Будь по-твоему. Тогда жду тебя. И не теряя ни минуты, чёрная матовая Audi двинулась с места туда, где не надо ничего решать, туда, где всегда ждут и примут.

***

А тем временем, пока одна из наших героинь рассекает пустынные улицы, другая — пребывает в бешенстве и находится на грани истерики. — Как? Как вы вообще могли додуматься до такого? — шатенка стоит напротив своих побледневших родителей, размахивая руками и срывая свой голос. — Господи, я поверить не могу, что ваш грёбаный бизнес, оказывается, у вас дороже, чем родная дочь! — Не говори так, — почти моля, произносит отец Оли, — просто выслушай нас. — А что здесь слушать? Ты всегда хотел, чтобы я пошла по твоим стопам, чтобы занималась финансами. Но, кажется, даже после десятка своих попыток ты так и не понял, что мне это в глотку не упёрлось! Я ненавижу все это! Не-на-ви-жу, — проговорила девушка по слогам прямо в лицо родителю. — Теперь ты решил принудить меня к этому? — Ты не знаешь всей ситуации, Ольга! — Юрий Сергеевич уже не выдержал и повысил голос, да так, что дочь чуть ли не подпрыгнула на месте, а супруга хотела было вмешаться, но была заткнута поднявшейся вверх рукой. — Не знаешь! Мы на грани банкротства. А Темниковы — единственное наше спасение, единственное, что поможет нам не утонуть в том болоте, которое нас ожидает. Я всё это делаю только для вас с матерью! Только ради вас, чтобы вы жили как хочется, жили, и ни в чём себе не отказывали. Всё только для вас, — мужчина перевел дыхание и продолжил уже спокойнее. — И лишь одно, о чём прошу тебя — жениться на их дочери. Только благодаря тебе мы сможем сохранить наш статус и не упасть вниз. — А вы спросили меня, хочу ли я этого? Плевала я на ваше банкротство, плевала на все деньги и компании. Мне всё равно: богатая ли мы семья, входящая в список Форбс, или же самая обычная, каких миллионы в стране. Только вот мне всё равно на это, а вам так же всё равно на меня и мое счастье, — Оля, качая головой, подняла глаза и заглянула в глаза напротив. — Мне вот интересно, как вы думали, я отреагирую? Кинусь вам на шею с благодарностью? — она замолчала в ожидании ответа. — Дорогая, — вступила в разговор Людмила Борисовна, — мы всегда хотели только самого лучшего для тебя. Всегда. Для нас твоё счастье — превыше всех и вся. Но здесь совершенно другая ситуация, — женщина подошла и взяла руки дочери в свои. — Пожалуйста, сделай это. Ради своего отца. Его ведь просто убьёт это разорение, он жил своей компанией тридцать лет. А всё окружение просто смешает его с грязью, — карие глаза сверкнули обидой и осознанием, что может случиться, но Оля всё равно не хотела принимать своего положения. — Это фиктивный брак. Вам потребуется выйти пару раз в свет и поизображать влюбленную пару. Только и всего. А когда компания перейдёт в твои руки, то сможешь спокойно развестись. Серябкина-младшая отошла на пару шагов и отвернулась, закрыв лицо руками. Она не знает, что ей делать. Она впервые находится в такой ситуации, когда не понимает, что будет дальше, выбрав она тот или иной путь. — Пожалуйста, — снова подала голос мать, положив руку той на плечо. — Не знаю. Не знаю, что вам сказать и что делать вообще, — честно призналась шатенка. — Мне надо всё обдумать. Простите. Девушка прошла мимо старших обратно в дом и, перепрыгивая через ступеньку, поднялась в свою комнату. Срывая с себя вечерний комбинезон, она набирает номер подруги и ставит звонок на громкую. Снова возвращается к шкафу, но теперь у неё нет ни времени, ни желания искать и подбирать какую-либо одежду. Поэтому Оля хватает то, что первым попадается на глаза. — Да, О? — гудки обрываются мелодичным голосом Полины. — Оля, ты меня слышишь? — Слышу-слышу, По, — кареглазая надевает черные джинсы с разрезами на коленях, а следом так же чёрный свитшот, который был на пару размеров больше, чем надо. — Что случилось, малышка? Как прошёл ужин? Гости, надеюсь, остались в живых? — опять тот самый лёгкий смешок слышится из трубки. — Мне сейчас не до шуток, Полин, правда, — волосы, которые были аккуратно собраны в пучок, сейчас локонами свисали на плечи и спину. — Что такое? — Если коротко, то полный капец случился. Я заеду? — Хорошо. Только будь осторожней, Оль. — Как всегда. — Знаю я твое «как всегда», — фыркнула Фаворская, а после отключилась. Вспомнив, что сегодня девушка уже успела выпить пару бокалов вина, она решила вызвать такси, а не рисковать и ехать на своей машине. Нет, Серябкина не на столько правильная, что никогда в жизни не садилось пьяной за руль. В основном, она ездила пьяной в стельку. Но сейчас она понимала, что её расшатанная нервная система не сыграет ей на руку. Такси прибыло через 15 минут, оповестив Олю смс-кой о том, что ожидает клиента. Так же быстро и незаметно она выскочила из дома, сев в машину и назвав адрес своей лучшей подруги.

***

— Неужели? Я уже собиралась во все больницы и морги звонить, — открыла дверь Полина. — Чего так долго? — Тебе действительно интересно, почему машина, которой уже пора на свалку, ехала так долго? — закатила глаза Оля. — Ай, — махнула та на неё рукой, — заходи давай. Будешь что-нибудь? — Да, желательно сорокаградусного. — Даже и думать не смей об этом. Могу налить сок, — повернулась рыжая на шатенку, оперевшись спиной на стол сзади. — Поверь, мне это нужно, как никогда, — присела кареглазая на стульчик за стол. — Что произошло? Вздохнув, девушка начала рассказывать всё, что случилось за сегодняшний вечер, а другая просто стояла в шоке с раскрытым, как у рыбы, ртом. Серябкина возмущалась, покрикивала, размахивала руками так, что чуть не свалила бокал, стоящий рядом, становилась то пунцовой от злости, то бледной от страха. — Никогда не могла даже подумать, что мои родители дойдут до такого, — опустила она голову. — Что мне делать? — Вот это жесть. Боже, О, у меня даже подходящих слов нет. Избежать этого никак нельзя? — Они говорят, что нет, иначе компании конец, а затем и отцу. Понимаешь, я терпеть не могу всё, что связано с этим бизнесом. Просто не переношу. Ведь папа постоянно уделял внимание ей, часто пропадал в других городах на переговорах и подписаниях контрактов, приходил домой поздно и уставшим. Даже на выходных он был занят своей долбанной работой, По. Он не уделял мне и Олегу должного внимания. А я всеми силами пыталась заставить его заметить меня, но всё бесполезно. Но когда стал заставлять меня пойти по его стопам, то я окончательно возненавидела это. Я хочу, чтобы эта компания рухнула, исчезла из нашей жизни раз и навсегда, но знаю, что отец ведь не переживет этого, — она снова уткнулась в ладони своих рук, пряча лицо и красные слезящиеся глаза. — Но что если ты согласишься? Тётя Люда же сказала, что это всего лишь фиктивно, временно, — перебирает Поли всяческие выходы и решения этой ситуации. — Ты серьезно? — усмехнулась Ольга. — Я с девушкой? Как ты вообще себе это представляешь? Я на дух не переношу подобного. — Знаю. Но у тебя есть какие-нибудь другие предложения? — Нет, — вздохнула Оля. — Что хоть за девушка? Как выглядит твоя будущая жена? — Иди ты, Полин. — Не, ну серьезно. Она хоть симпатичная? — Обычная. Лена Темникова. — Стоп-стоп. Темникова? — Ну да. А что? — Такая брюнетка с диастемой и голубо-серыми глазами? — Вообще-то с зелёно-серыми. — Неважно. Подожди, — Фаворская стала что-то судорожно искать в телефоне, а после протянула его подруге. — Она? На телефоне была открыта фотография, на которой светились две счастливо улыбающиеся девушки. Та самая брюнетка и блондинка чуть ниже ростом. — Да, она.

***

Стук в дверь. А после и щелчок замка. — Ох, ты быстро, — в проёме появилась златовласая девушка с голубыми, хотя лучше будет сказать, с синими, как глубокий океан, глазами. — Старалась, — улыбнулась брюнетка. — Прох… Девушке не дали договорить, не дали сделать шаг назад, чтобы освободить проход. Её просто нагло притянули к себе за талию, крепко прижав, и чужие губы накрыли её. Темноволосая целовала нежно, без лишнего напора, боясь, что та сможет убежать. Но нет. Блондинка отвечала, зарываясь своими пальцами в волосы Лены. И та резко втянула воздух через нос, когда услышала совсем тихий стон, во время того, как легко прикусила нижнюю губу девушки напротив. — Что с тобой? — Ничего. Просто слишком соскучилась, — сказала Темникова и снова вовлекла ту в поцелуй, который стал более страстным, наполненным желанием.

***

— Ты попала, О, — похлопала Полина по плечу Серябкину. — Да что такое? Что с ней не так-то?