My Deadly Sins: Bloodshed

Пятого августа, двух тысячи восемнадцатого года, тридцатидевятилетняя Эмилия Михайловна Карпова, главный врач психиатрической больницы имени Р. Э. Карпова, была найдена убитой в собственной квартире. Ее изувеченное тело нашла соседка, заявившая, что убитая задолжала Клыковой шесть тысяч рублей с прошлого месяца и не отдает долг до сих пор. Дарья Клыкова, соседка убитой, в девятом часу вечера постучала в дверь Карповой, требуя возвращения долга. Когда не последовало ответа, женщина дернула ручкой и обнаружила, что дверь оказалась открытой. По словам свидетеля, труп женщины был изуродован до неузнаваемости и лежал в спальне, на кровати. Одежда была разорвана – возможно, признаки изнасилования. Причиной смерти послужило открытая рана в области груди, из-за которой женщина скончалась на месте. Убийство было совершено охотничьим ножом. По словам соседей на лестничной площадке, Эмилия Карпова была одинока, не имела мужа и детей, но при этом к ней часто приходил молодой мужчина. Этим человеком оказался тридцатичетырехлетний Антон Федорович Закиров, любовник убитой. Мужчина тут же заявил, что не имеет к убийству никакого отношения, и в день убийства был в баре «Машина Времени» со своими друзьями по работе, которые могут подтвердить его алиби. Покушения на жизнь Эмилии Карповой раньше никогда не совершалось. Следствие выдвигает теорию, что убийцей мог быть один из вышедших на свободу пациентов психиатрической больницы имени Р. Э. Карпова, Владислав Сергеевич Титов, который неоднократно угрожал женщине физической расправой. Сам Титов, будучи инвалидом первой группы, отрицает свою причастность к убийству, заявив, что был зол на Карпову по причине ее методик лечения пациентов. Следствие зашло в тупик через пару недель, и дело решили закрыть, так и не собрав достаточно улик против определенной личности. Я внимательно рассматривала статью на первой странице в газете, где крупным планом было запечатлено изуродованное тело моего бывшего лечащего врача. Газета, пусть и этого года, но уже старая, завалялась в моих бумагах не просто так. Перечитывая первую страницу, я с улыбкой вспоминала свое пожелание Карповой – чтоб ты сдохла, блондинистая тварь. Да, в те времена я была не только милой и пушистой. Даже старые газеты о пропаже Эрика Вартовского, и смерти его двадцатилетней дочери, Марины Вартовской, не пролежали у меня на столе больше недели. Как я и планировала, труп девушки был найден третьего мая двумя подростками, которые ходили по грибы вместе с пожилым человеком. Один из мальчишек - Никита Брович – сказал, что он почувствовал странный запах, исходивший от кустов. Мальчик, отстав от своего старшего брата и дедушки, решил узнать причину зловонного запаха. Когда я читала об этом, мысленно пришел образ этого смелого паренька, лицо которого искосилось от ужаса и омерзения при виде находки. Он обнаружил труп неизвестной девушки, точно птицей, висевшей на ветвях. Лишь потом стала заметна веревка, благодаря которой девушка выглядела, как порхающая птица. Мне не составила труда представить, в каком примерно состоянии был труп, насколько далеко зашло разложение. Эрик Вартовский до сих пор считается без вести пропавшим. Не знаю, почему я решила забрать эту газету с собой, но она прошла долгий путь от Кольского полуострова до Волгоградской области. Я много раз перечитывала эту газету, любовалась откровенным снимком Марины, чьи внутренние органы были выставлены на показ. Издатели газет нашего городишка явно не знают о существовании цензуры. Как ни странно, и это дело зашло в тупик, даже не смотря на заявление одного маленького мальчика, жившего через четыре дома от нашего. Он заявил, что в ночь с двадцать четвертого на двадцать пятое апреля, он не мог заснуть и много раз выглядывал через окно на задний двор. Я сжала газету в руках, когда читала эти строки в первый раз, уже думая, что парень видел меня и мою жертву, но все оказалась куда проще. Мальчик увидел в тени деревьев высокую худощавую фигуру, которая неоднократно скрывалась в тени. К сожалению, фигура больше не попадалась ему на глаза, как бы он ее не высматривал. Но мальчик также сообщил, что слышал сумасшедший смех человека из глубины леса. Его слова подтвердили несколько жителей по соседству, и лишь один с уверенностью заявил, что смех был женским. Александра решила вернуться, чтобы напомнить о себе в последний раз – пронеслось у меня в голове. Пятнадцатого августа, двух тысячи восемнадцатого года, на своем рабочем месте скончался шестидесятитрехлетний Морган Стоул, санитар психиатрической больницы имени Р. Э. Карпова. Как сообщили его коллеги, Стоул никогда не жаловался на свое здоровье, но за два дня перед смертью, пожилой человек чувствовал слабость в ногах, головокружение и сильные боли в грудной клетке. Стоул умер ближе к полуночи; его тело нашли в одном из коридоров психиатрической лечебницы. Мужчина держался за левую грудь. В крови умершего ничего не было найдено. Внебрачный сын умершего, тридцатиоднолетний Альберт Стоул, твердо заявил, что его отца хладнокровно убили, так как мужчина никогда не имел проблемы со здоровьем. В юном возрасте он занимался плаваньем, играл в большой теннис и продолжал в него играть на протяжении тридцати лет, при этом никогда не испытывая боли в грудной клетке или других местах. Молодой человек предположил, что его отца либо довели до подобного состояния, либо подсыпали какой-то препарат в кофе, который способствовал остановке сердца. У Моргана был внебрачный сын? Эта новость, признаюсь, удивила меня. Если практически все сотрудники выдавали себя обручальными кольцами, или улыбками, когда читали сообщения на сотовом телефоне, то Морган был хладнокровен во всем. Мне сложно представить, что какая-то женщина согласилась с ним спать, и тем более, не отказалась родить ему сына. Когда фотография старика попалась мне на глаза, я уделила ей время, отметив, что Морган совсем не изменился, лишь морщины под глазами стали более выраженные. Серебристые волосы были заглажены назад, и трехдневная щетина придавала ему образ брутального мужчины. Нос его горбатый, большой и длинный, что смотрится карикатурно, а тонкая линия губ вовсе сжата. Светлые брови нахмурены над зелеными глазами. Читая газеты, я находила сходства между фотографией умершего Моргана и его сыном, фотография которого была черно-белой. Овал лица был точной копией, и линия губ совпадала. Мелькнула мысль, что Морган в молодости был весьма симпатичным, если сын является его точной копией. Следствие зашло в тупик через две недели, как и дело об убийстве Эмилии Карповой. Оба сотрудника одной и той же психиатрической больницы были убиты меньше, чем за месяц. Считаю ли я это – нелепой случайностью или же спланированным убийством? Точно не могу сказать. Оба человека, к которым я питала такие искренние чувства, как ненависть и злобу, были уже на том свете. Это должно меня радовать, но по непонятным мне причинам, эти новости вызывают у меня недоверие. В чем же дело? Мой отец был очень хорошо знаком с Карповой и Стоулом – царство им небесное – и именно с этими людьми отец и договаривался о моем досрочном освобождении. Это была огромная взятка, которая, скорее всего, была два раза выше, чем сумма, которую дали Датских, чтобы я сгнила в этой психушке. Но ведь Датских не знают, что меня освободили. Как и все, они думают, что я умерла где-то в 2015-2016 годах. Меня похоронили около могилы Феликса Миллера. Ох, Феликс, как мне тебя не хватает. Двадцать седьмого августа, двух тысячи восемнадцатого года, ближе к полуночи, в трущобах был найден труп молодого человека. Личность была установлена не сразу – труп пролежал в мусорном баке два-три дня. Убитым оказался двадцатисемилетний Андрей Родионович Новиков, полицейский, служащий в органах два года. Труп был найден уборщиком территории. Как выяснилось, Новиков жил неподалеку от места убийства. Причиной смерти послужил перелом позвоночника в шейном отделе. Убийца с мотивом? Хочу сказать, что имя полицейского хорошо знакомо мне и отцу. Ведь кто помог нам в «убийстве»? Андрей, прекрасный слушатель, с короткими светлыми волосами, который помог убить меня старую, чтобы остальные считали так же. Я уже не могу быть уверена в том, что это - банальные совпадения, и убийца просто развлекается с первой попавшейся жертвой, даже не зная, что со всеми тремя мой отец пересекался не раз. Городишко охватила животная паника, но никто не может сказать себе, что убивают строго по графику. Почему я так считаю? Четвертая смерть, которая произошло в начале сентября, заставила меня не только напрячься, но и хорошенько встревожиться. Тот, кто совершал убийства и держал в страхе весь город, либо следил за мной, либо неплохо знал меня в целом. Третьего сентября был убит Евгений Старцев – один из старых друзей моего отца, который помог не только сменить имя, но и жилье. Его труп был примерно также обезображен, как труп главного врача психиатрической больницы, только у женщины голова была на плечах. И это я говорю в прямом смысле этого слова. Голова Старцева была отрублена и лежала в подвале его дома. Обезглавленный труп лежал в коридоре, около двери, ведущей в подвал, только никто не мог предположить, что голова была в подвале не случайно. Она не скатилась по ступеням вниз – следы крови тянулись бы за ней – а намеренно лежала посередине маленького, темного подвала. Когда я узнала об этом, ноги мои тут же подкосились. Почему именно подвал? Почему ни ванная комната, ни спальня, ни кухня, а именно подвал? Может, это просто совпадение и убийца решил подшутить над следователями, но ведь я держала своих жертв в темном подвале, и именно этот факт ударил по мне больше всего. Может, кто-то мстит за Эрика и Марину? Тогда бы я уже давно была бы мертва или же стала свидетелем его многозначных угроз. Но ничего не происходило. Убийца совершил четыре злодеяния и скрылся в тени, точно бы наблюдая за марионеткой, на которую сделал ставку. Их было пятеро. Пять человек, которые вытащили меня из психиатрической больницы, помогли скрыться и начать новую жизнь. Четверо из них уже мертвы, и их разлагающиеся тела были запечатлены на снимках. Я не знала, когда подойдет очередь к пятому, и это пугало меня больше всего. Этот страх глубоко затаился в моей душе, и опять боли в левой груди дали о себе знать. Все это сильные переживания, а выхода все никак не найдешь. В таком состоянии я пробыла примерно месяц, ощущая, как мои нервы превращались в нечто. Я подскочила на месте, когда раздался телефонный звонок. Точно бы душа убежала в пятки и все никак не соберется с храбростью вернуться на место. Сидя в кресле, я порвала старую газету, где красовался сорокалетний Евгений Старцев, полный сил и энергии. Я подняла трубку, ощущая, как внутри все упало. - Да? - Евгения, здравствуй, - раздался тихий голос мужчины. Тихий и опустошенный. - Здравствуйте, Николай Васильевич, - поприветствовала я школьного друга отца. – Если вы о работе, то я… - Нет, нет, - перебил он меня. – Я звоню не по этому вопросу. - Что-то случилось? - Да, Жень, случилось, - он замолк, и мне могло показаться, как он шмыгнул носом. - Твой отец… он умер. Словно точное попадание пули в сердце, и я зависла в одном положении, осмысливая слова мужчины. Вскоре я почувствовала, как телефонная трубка выскочила из моих онемевших рук и упала на пол. Из нее еще доносились какие-то слова Николая, но я слышала лишь непонятное бормотание. Его слова эхом раздавались в голове. Я ведь видела отца буквально на днях, бодрого, жизнерадостного и энергичного. Я больше не ощущала свое тело; я просто встала в ступор, построив перед собой преграду. Внезапная пустота внутри не только пугала, а приводила в ужас, полный отчаяния и безысходности. Словно точное попадание пули в сердце, и я перестала что-либо чувствовать. Губы оставались открытыми, ведь я еще хотела что-то сказать. Я знаю, это был шок, и вскоре я начну отрицать чьи-либо слова. По щеке скатилась слезинка, и я поняла, что моя душа умерла, как умер пятый человек.