Осколки искажённых отражений

Осторожно! Сия часть отличается особо высоким уровнем упоротости! Потом не жалуйтесь, что не предупредила.

* * *

      — Ира, мать его… — устало и уже нервно выдохнула я, сдерживая смех, теперь болезненный от частых его приступов. — Ты… Чё ты творишь-то, ё-маё?       Ответом был истерический хриплый ржач, ужасно заразный, и поэтому я прикрыла лицо рукой, попытавшись немного отстраниться от происходящего. А происходило собственно какое-то псевдонаркоманское чёрт знает что.       А с чего всё началось? А как всегда всё подобное начинается — с доброты и любопытства. А если конкретнее, это был один из случаев (крайне редких, между прочим), когда я решилась проверить способности кого-то из Здешних подруг перемещаться в пространстве аватаркой* и в последствии перенестись по приколу в наш сад. Но до этапа «сад» было ещё о-о-о-о-о-очень далеко. Потому что эта бравая искательница приключений, валяющаяся теперь своим физическим телом в полуистерическом состоянии у меня на диване, даже толком не могла со своей этой аватаркой управиться, и последняя творила всякую несусветную фигню. У меня были подозрения, что это из-за того, что внешность ей Ира взяла чужую, и уровень контроля… да какой к чёрту уровень, о контроле там вообще, судя по всему, и речи не было! Я на особый успех и так не надеялась, но чтобы вот так…       — Останови свою авку, ради всего святого и грешного, — мрачно-обречённым тоном проворчала я, наблюдая, как та самая авка упрямо упёрлась харей в шкаф и буксует, аки герой РПГ, не умеющий оббежать кустик и вообще двигаться по-человечески.       — Нне могу-у-у, — послышалось утробное мычание сквозь уже хриплый смех. И, конечно, останавливать эту блондинистую чувиху с висящей на одном плече курткой и сумкой с непонятной Сверхъестественненской хренью (о да, подруженька ведь этим сериалом маньячит) никто и не подумал. И я поняла, что придётся действовать мне, пока это нечто не провалилось в сам шкаф, иль ещё чего поинтереснее не учудило.       Своей аватаркой подошла и оттащила одичавшую девицу от несчастной мебели, развернув лицом к себе. Которое выражало святую наивность и невинность. Ох, ёлки ж зелёные…       Прошло ещё без малого полчаса, пока я уговаривала Ирэну просто стоять на месте не рыпаясь, за что получила случайную, но от того не менее ощутимую оплеуху. Однако когда подруженции взбрендило расправить крылья… Вместо перьевых с перламутровым отливом крылышек за её спиной, возникли такие же, но в разы мельче, перед моей рожей и сели мне на нос!       Просто. Миниатюрные. Бешеные. Крылья. Без даже какого-либо туловища, к которому бы крепились. И капец какие резвые. Ибо сразу на моём носу прыгать стали.       Я сначала думала, что мир реально сходит с ума нафиг, а потом даже стало чуть обидно, что кто-то превзошёл меня в своей придури. Но как бы там ни было, терпеть такое наглое нарушение моего личного пространства я не стала и испепелила эту хреновину к ядрёной фене. На какой-то миг на меня притворно обиделись. И снова заржали.       — Про это надо написать фанфик! — сменив режим смеха на низшедемонический провозгласила подруга, сверкнув безумным взглядом. Однако после двух часов такого дурдома мне уже хотелось самой башкой об шкаф побиться или напиться валерьянки. Но уж точно не писать фанфики или поддерживать атмосферу неадекватного бесива.       — Ага, м-да уж. Но сначала я тебя всё-таки запру к нам в сад.       С этими словами я коснулась рукой плеча авки Иры, ставя энергетическую метку, являющуюся пропуском в наши «владения». Для того, чтобы переместить нас двоих, мне было желательно приобнять спутницу, но меня в этом опередили, обхватив мою тушку руками и вжавшись рожей в мои сиськи. Хорошо, что на мне был плотный корсет со своеобразным воротником…       — Тада-а-ам-с, — немного мрачнее, чем хотелось бы, пропела я. — Мы на месте. Что видишь?       — Вау, — только и выдали в ответ, тут же рыпнувшись рискованно-быстро в сторону рядом находящегося озерца.       — Стопэ! — тут же проорала я, немного очканув. Не хватало ей ещё утопиться у нас в озере у водопада! А куда потом девать трупачок и как воду от вони избавлять?       Невероятно, но моему окрику вняли и всё же не рухнули в водоём. Но зато резко снова впечатались в меня, как в спасительную соломинку, хорошенько отдавив мне ногу. И я порадовалась, что Там всё ощущается не так явно, как на Земле.       — Ира, ты мне так сейчас рёбра переломаешь.       — Гы-гы.       — Смешно здесь только тебе, — подметила я серьёзным тоном, через секунду расплывшись в корявой усмешке, как дура, опровергая этим свои же слова.       Но на это не обратили внимания. Зато начали как-то странно дёргаться, обнимая меня при этом. От внезапно нахлынувшего отчаяния мою голову посетила идиотская мысль:       — Что, танцевать хош? Т-т-танго, — зловеще ухмыльнулась я, и… через несколько секунд об этом пожалела. Нихрена это вышло не танго. А какой-то ломанный садистский вальс. Потому что мне нещадно отдавливали ноги, при этом дёргаясь вперёд-назад практически на одном месте. Но зато в ритме, да.       — Ира, харэ… — уже жалобно провыла я, но тут же огребла туфлёй по колену, а по лицу — резко выброшенной вверх рукой. И в следующий миг чуть не свалилась вместе с откинувшейся назад светловолосой террористкой.       Ну всё! Это уже издевательство какое-то.       Пока не поздно, я переместилась на несколько метров в сторону, поправляя растрёпанные волосы и потирая ушибленный нос. Вечно он страдает…       А выступление бродячего цирка набирало обороты: Ира включила музон Тут, от громкости которого у меня чуть уши не заложило, и пошла вертеть задом, ибо танцем это не назовёшь. Точнее как. Там её авка двигалась как раз очень даже ничего, если не учитывать то, что танцевала что-то из репертуара стриптизёрш, а вот Здесь происходило нечто похлеще даже того недавнего вальса.       И как раз в этот охеренный момент сзади кое-кто появился и бережно меня обнял, не сразу заметив ненормальное на фоне привычной гармонии сада. А когда заметил, сложно было описать весь спектр эмоций, отразившийся на обычно невозмутимом лице.       — Что здесь происходит, позволь поинтересоваться? — насмешливо улыбнулся мой у уха, глядя на бушующую по всей поляне блондиночку. Ну, врать или придумывать отговорки смысла не было, да и непозволительно в моём понимании по отношению к своему, так что рассказала всё как есть.       В ответ услышала только тихий смех и скрестила руки на груди, скосив взгляд на неистово размахивающую руками и головой, как заядлый рокер, подругу.       — Забавное зрелище. Давно такого не видел, — продолжал саркастично усмехаться Ал, наблюдая за уже прекратившей танцы-шманцы Ирой, теперь распахнувшей (на этот раз нормально) крылья и пытающейся взлететь.       Ну, взлететь у неё вышло сразу. И сразу же вышло с высоты метров четырёх чебурахнуться вниз, на траву. Как она себе ничего не поломала — одному мирозданию известно. Впрочем, прекращать попытки взлететь и не думала.       — Лучше не взлетай и вообще спрячь крылья, — мрачным тоном посоветовала ей я, невольно содрогаясь от каждого падения. — Или смени наконец внешность на свою. А то вы как две разные личности.       Наконец меня хоть в чём-то послушали. И хотя бы остановились. Сменить же внешний вид успешно не вышло. Аватарка стала буквально мигать то настоящей внешностью её создательницы, то той, которая уже успела меня изрядно задолбать по всем параметрам. И вот в таком вот состоянии она снова начала дрыгаться.       Я устало прикрыла глаза. И на кой фиг я вообще взялась вот это всё организовывать?..       Но тут кто-то решил, видимо, компенсировать мои потери нервов и радостного настроя, ненавязчиво так скользнув руками по моему телу и запечатлев на шее лёгкий и оттого будоражащий сознание поцелуй.       — Ал… — по привычке тихо выдохнула я, прикрыв глаза, когда мужские пальцы заметно обнаглели.       — М-м-м? Она нас всё равно не увидит, — прошептал тот у шеи таким голосом, что по телу пробежали мурашки, а затем аккуратно прикусил краешек чувствительного уха и удержал от падения на мягкую травку уже совсем обмякшую меня.       Противиться я и не думала, ведь он был прав: шанс того, что Ира заметит, чем мы тут маемся, примерно такой же, как и вероятность того, что я пойму математику — возможен, но надо очень сильно постараться. Стараться даже не собирались. Зато направились в нашу сторону со скандалистской рожей. Впрочем, заметила это только я. Мой прозрел лишь когда буйная девица с крайне возмущённым взглядом лупанула его по плечу.       — Эм… Ира… Ты чего моего лупасишь? — не замедлила поинтересоваться я. В ответ услышала удивлённый ржач.       — Я не вижу никого, — заявила подруженька.       — Охеренно, — сделала вывод я, нервно вздохнув. — И всё же прекрати. Хреначить его имею право только я.       — Не могу.       — Ясно.       Уяснив, что просьбами ничего добиться не выйдет, проверила, как там обстоят дела. Теперь уже не удержалась от нервного смешка.       Некоторое время Ал конкретно не сёк фишки происходящего и чего до него докопались. Аватарка-то та реально с видом, будто он её муж и обнимает левую деваху, то есть меня, вцепилась одной рукой в его рубашку, а другой пыталась уфигачить, что смотрелось смешно, учитывая немаленькую разницу в росте. Потом мой стал тихо посмеиваться и через минуты две вообще вместе со мной переместился на метров семь в сторону. Разумеется, не для того, чтобы наблюдать за офигевшей авкой Иры, а дабы продолжить начатое. Но не успел даже добраться до моего уха, как в него прилетела туфля. Чёрная такая, лакированная туфля с высоченным каблуком. Который, кстати, больно бьётся. К счастью, попал этот снаряд не в лицо (иначе бы Ире пришёл конец), а в плечо. И тем не менее я беспокойно дрогнула.       — Так нас ещё никто не прерывал, — подметил мой озадаченным тоном и крикнул уже этой бешеной не с целью до неё достучаться, конечно, а чтобы меня повеселить: — Эй! Больно, вообще-то.       Но Ире, конечно, было пофиг. Ибо, когда я сказала, что она сделала, на мои барабанные перепонки обрушился очередной приступ упоротого ора. Уже начала побаливать голова. Впрочем, это поспешили исправить. Пока я тихо млела в бережных объятьях, наслаждаясь приятной целительной прохладой, неугомонная аватарка снова нас настигла. И на этот раз терпеть это всё во имя смеха никто не собирался. Ал буквально сорвался с места и переместил нас снова, но уже на значительное расстояние. Думала, рассердился, но нет: по щеке к уху скользнули тёплые пальцы, вызывая волну мелкой дрожи, а рука, обвившая мою талию, прижала меня сильнее к своему владельцу.       — Ал… — беспокойно пробормотала я, пытаясь сохранять здравый рассудок и уследить за происходящим. Выходило с трудом.       — Что, родная?       После этой ласково прошёптанной фразы говорить и озадачивать своего чем-либо перехотелось. Но, наконец, вся эта суматоха должна была закончиться, ибо Ира сказала, что ей уже пора домой. Ну и немудрено — время уже было за полдесятого вечера. В общем, пришлось нехотя объяснить ситуацию.       — Под-д-дожди, мне надо её вернуть. Уже уходить надо. А она не вернётся сама. Не хватало ещё, чтобы наш сад тут крушила… — невнятно пролепетала я, стараясь не смотреть в маняще мерцающие янтарным глаза.       — Я сам её верну.       — Ладно…       — Но с тебя поцелуй.       Дожидаться моего ответа не стали, тут же взяв «плату» за весь этот дурдом. Голова закружилась от эмоций и чувств, и пришлось постараться, чтобы не упасть, несмотря на то, что меня всё ещё удерживали.       — Я быстро, — улыбнулся Ал, многообещающе сверкнув взглядом.       Приближение к авке-бунтарке прошло на удивление гладко и без происшествий. Та несколько мгновений смотрела на моего с молчаливым возмущением, а потом вдруг обняла. Он уже не удержался от смеха.       — И где ты её взяла такую?       — В школе, — буркнула нервно я. — С первого класса знакомы.       — Не думал, что у тебя такое терпение, — усмехнулся Ал, прежде чем переместиться вместе с визитёршей Сюда. И сразу же лёгкое недовольство было перебито немалым облегчением. Каждый раз, после того как впускаю к нам Туда кого-то постороннего, такое чувство, будто наш сад осквернили, честное слово…       Мой тем временем благоразумно снял с буйного субъекта метку-пропуск и уложил авку обратно в физическое тело её хозяйки, после чего театрально вытер пот со лба, заставив меня тихо рассмеяться. Хорошо ещё, что с пониманием отнёсся. Хоть я сама ничерта понять не могла.       — Вот видишь, а ты ещё на себя наговаривала по поводу дури, — усмехнулся Ал, заглядывая мне в глаза, когда мы уже остались одни.       Я наградила его ответной усмешкой — спорить сейчас ни о чём не хотелось. От моего веяло искренним весельем, и за это я была и вправду благодарна Ире. Ибо не смеялся он уже год, а то и больше до этого случая.