Нулевой элемент

      Проснулась я уже почти на Цитадели. Жаль, не удалось посмотреть на неё с Нормандии. Мало того, что меня не пустили на обзорную палубу, мне к тому же было нечем идти и собственно смотреть…       Но Чаквас ничего, мировая тётка, сказала:        - Не волнуйтесь, студент Кинг, так или иначе вы на Цитадель снаружи ещё успеете посмотреть. Либо будете улетать, хоть и в эвакуационном челноке… Либо без челнока и уже по частям. Возможно, в ком-то. Но чисто технически зрелище от вас не уйдёт.        - Вы знаете, перед операцией вы были куда более милой, - угрюмо заметила я.       Тихо зашипела одна из миллиона окружающих медицинских примочек.        - Тогда у меня не было уверенности в том, что вы выживете – хотелось сделать что-то милое напоследок, мало ли… А сейчас я уже не сомневаюсь, что вы…       Мстительная, но мировая.       В следующий раз, когда я вернулась из мира снов, Чаквас рядом уже не было, зато обнаружился другой сосед.        - Эй, есть здесь кто-нибудь? – крикнула я тишину. То есть, конечно, вокруг что-то размеренно пищало, но человеческого присутствия не слышалось. Не то чтобы мне было необходимо общение – просто пока я предпочитала довериться медикам во всём, включая даже часы своего бодрствования и темы для разговоров.       Но рядом со мной был не медик.        - Кинг-сан, - услышала я чуть хриплый, но знакомый и практически родной голос.        - Кенджи! – обрадовалась я. – Живой всё-таки! – конечно, в челноке меня успокаивали насчёт него, но веры добрым людям, находящимся в компании практически умирающей девчонки, было мало. – Я рада тебя слышать, ой, то есть вас, Кумагаи-сан, простите за беспардонность…        - Ничего, вы можете звать меня по имени, Кинг-сан. Я также рад видеть вас живой и выздоравливающей. Вы спасли меня. Я очень благодарен за это.        - О, ну тогда и ты зови меня по ммм… без приставки «сан», - быстро поправилась я, припомнив, что вместо имени у меня теперь личный боевой клич.        - Хорошо, я учту такую возможность, Кинг-сан, - серьёзно сказал японец.        - И не за что, это насчёт спасения… Я, правда, не помню, как там что произошло, но доверюсь твоему мнению.        - Благодаря вашей жажде жизни Джек-сан смогла нас заметить и вытащила, - коротко отрапортовал Кенджи. Умолчал, жук, о том, что до этого раскопал меня неведомо где в Атриуме и сто метров пронёс до выхода, отступая и отстреливаясь, на последних процентах щита. Мог бы просто развернуться и убежать – но нет. Мог бы даже раньше уйти, вместе со всеми – но народ практически эвакуировался, а я оставалась в роботе и не реагировала на запросы по каналу связи. И он отправил ребят на челноки, а сам остался и под моим прикрытием продолжал выцеливать врагов. Перед тем, как я подорвалась, он словил одну из гранат – благо, отработали его собственные щиты, и он только упал. Пока поднимался, отвязывался от плотного контакта со сразу тремя Стражами – мне уже успели поставить мину. И Кенджи подстрелил особо умного центуриона, и даже побежал к моему «Атласу» эту мину снимать. Благо, близко подойти не успел… Но каким чудом он пробрался ко мне и продержался потом на стометровке по пути к заветному ангару – история не то что умалчивает, она сама в шоке…       С Кенджи мы ещё немного поболтали – он сказал, что скинул мне свои контакты, что если мне когда-нибудь понадобится его помощь и просто захочется поболтать… То есть, конечно, «если вы каким-либо образом будете во мне нуждаться», да. Сам Кумагаи уже ухитрился где-то выйти в сеть (а может, готовил план ещё при живой Гриссомской Академии), получить отставку с должности охранника биотического детского садика и записаться добровольцем в армию. Оставшийся курс лечения и реабилитацию он пройдёт уже на корабле, пока его с будущими боевыми товарищами будут перебрасывать на будущее место службы. Детали японец сообщить застеснялся. Хотел в зону своего личного и неприкосновенного пространства утащить тот факт, что планета назначения была наполовину оккупирована Жнецами и их более маленькими товарищами, типа Каннибалов и прочих кальмарьих вшей. Сегара, кажется, или как-то так.       Про семью он не распространялся, и вообще на личные темы говорил неохотно, зато про трансформации японской культуры в последнее время – вполне себе радостно, на них мы и потратили добрых два часа. Правда, часть про искусство мне была знакома слабо (как и почти всё остальное), зато узнала, что нынче уже есть осовремененный кодекс Бусидо, теперь с поправками на космические корабли и частью биотику. Про японскую литературу побеседовали, добрым словом старика Басё, чудом запомнившегося мне со школьной скамьи, вспомнили… я даже сымпровизировала хокку в тему, что-то про «Атлас», вождение и медпункт. Тактичный Кумагаи-сан сказал, что мне больше не стоит заниматься поэзией. Потом изящно закруглил – «истина стиха в процессе зарождения не должна быть доступна никому, кроме автора». В общем, разрешил измываться над классикой исключительно в одиночестве…       А потом пришла Чаквас, обрадовала нас скорым прибытием к пункту назначения, мол, буквально минут через сорок уже на месте будем. И всандалила мне ещё порцию снотворного.       Я ей потом ящик бренди послала. С запиской: «Благодарю за спасение и уход! В бутылках нет ничего, кроме бренди, клянусь. С наилучшими пожеланиями». Конечно, ничего лишнего в бутылках действительно не было, но пока доктор их просканирует… Аж целых пятнадцать секунд плюс ещё десяток на изучение результатов… Короче, мелкая и бессмысленная пакость – всё равно пакость.       Третье моё пробуждение было уже в новой локации – я не знаю, как точно описать разницу, потому что больничные-то койки мало различались, а сравнительный анализ интерьеров без глаз было провести проблематично. Но, если примерно – всегда чувствовался двигатель, то бишь реактор. Штука, которая производит энергию и правит всем и вся. Так вот, Нормандия в этом плане была похожа на изящную, тонкую иголку, потеряешь и чёрта с два найдёшь, а вреда при правильном использовании может нанести немеряно. Цитадель вполне себе соответствовала названию, гигантский и немного жуткий монолит, такой развалится – и всем будет плохо.       Но этот мой подъём отличался от предыдущих определённо в худшую сторону – и пяти минут не прошло, как кто-то вошёл. Ладно бы кто-то, но это была…        - Здравствуйте, мисс Кинг. Меня зовут Раиль ТСана, и я – ваш психотерапевт…       Моя реакция была чисто рефлекторной:        - И вы хотите об этом поговорить?        - Я… Простите? – у неё был очень молодой голос, и сейчас он звучал малость растерянно. – О. Конечно. Ваша расовая шутка про психологов, - что я могу сказать, она собирала призовые очки пачками. – Я могу называть вас Нехой?        - Не дай вам Богиня, - искренне ответила я. – Но можно просто по фамилии, безо всяких «мисс».        - Хорошо, вы можете чувствовать себя раскованно и называть меня просто Раиль. По рекомендациям доктора Чаквас вам была проведена немедленная операция, точнее, несколько немедленных операций… Вы знаете детали?        - Да, примерно. У меня нет некоторой части ноги и явные проблемы со зрением. Впереди информационный бартер, да?        - И-инф?.. О. Я должна буду вам что-то рассказать, и вы взамен ответите на мои вопросы?        - Вы уловили суть, психотерапевт ТСана.        - Конечно же, я расскажу вам всё, что вы пожелаете! – горячо согласилась азари. Маленький параноик внутри меня не выдержал и от души приложил ко лбу чудодейственный фейспалм.        - Ладно… Так что там с деталями операции?        - О… У вас отсутствует левая нога, то есть её нижняя часть вместе с коленом, э, Кинг. Также не удалось спасти в полной мере руку – кое-где ткани были необратимо повреждены, процесс также распространялся на здоровые места, так что очаг пришлось удалить – я имею в виду, пострадавшую часть ниже локтя… Функциональность левого глаза удастся восстановить в полной мере, фактически, она уже восстановлена, и завтра с вас снимут повязку. Зрение на правом глазу не восстановится. Имеется рекомендация удалить правый глаз с дальнейшей установкой протеза на его место, это поможет получить ровный обзор. В глазной протез ещё есть возможность интегрировать визор либо какие-нибудь вычислительные или идентификационные блоки… Вот.        - Красную лампочку можно?        - Красную… лампочку?        - Не суть важно, психотерапевт ТСана… Я полагаю, технические подробности насчёт протезов мне обсуждать с другим врачом?        - Да, это так, - беззащитно подтвердила Раиль.        - И какие же вопросы должны обсудить со мной вы?        - Дело в том, что в рапортах других участников нападения… То есть, я хотела сказать, защиты… Э, инцидента в Гриссомской Академии, так вот, там было сказано, что вы потеряли память?..        - Святая правда.        - И, описывая свои ощущения, вы упомянули, что имеете крайне мало знаний об окружающем мире, если не считать некоторых общеобразовательных сведений, это так?        - Да, - я просто хотела поскорее со всем закончить. Процедура, вероятно, была необходимой. И мне даже было немного жалко девочку-психотерапевта. Кто вообще поставил её на такую должность?        - О. И вы, ну, совсем-совсем ничего не помните?        - Совсем.        - Вы не хотите со мной разговаривать, да? – внезапно тихо сказала доктор ТСана.        - Я не… с чего вы взяли?        - Вы отвечаете односложно. Когда кто-то отвечает односложно, это значит, что он не хочет разговаривать, - заученно, но чутка дрожащим голосом поведала мне азари.        - Я просто не могу подобрать более распространённых ответов. Мы ведь сейчас подтверждаем факты, да? – абсолютно на автомате подбодрила я. А с другой стороны – мне тут разве много чем заняться есть?        - Да, но сейчас, если вы позволите, мы перейдём к следующему блоку. – Пауза. – Хорошо?        - Хорошо, - обречённо согласилась я.        - Так… вы помните свою семью?        - Нет, доктор, совсем не помню. У меня она есть?        - О, - растерянно проговорила Раиль. – Я… простите…        - С моей предполагаемой семьёй что-то не так? Или у меня её не было и эта жуткая травма от одиночества и ненужности перекроила мне всю жизнь?        - Э-э, о…       Спустя пять минут допроса, перемежаемого сочувственными и извиняющимися репликами со стороны горе-психотерапевта, мне удалось выяснить следующее – аккурат за пять дней до атаки на Академию Жнецы начали наступление на Фабии. На этой же планете и проживала моя семья. Пока что данных о спасшихся оттуда нет, и для недельного срока это очень, очень плохо.       Нет, я не испытываю сожаления. Я не помню их и потому не осознаю сам факт потери. Да, никого не помню – ни мать с отцом, ни двоих братьев, ни любимого дога, ни даже обожаемую космическую хомячиху Лилу, случайно забытую месяц назад дома после каникул. (Мне даже такой сценарий частью на руку, как бы цинично это не звучало.)       Да, наверно, очень редкая форма амнезии.       Нет, я не чувствую себя в какой-то иллюзии или чужаком. Ребята в Академии подставляли мне свои спины и защищали мою, так что теперь я чувствую себя как член огромной и сплочённой семьи. Да, любого чужака тонким слоем по полимерам пола размажем. Нет, для массы чужаков лучше выработать тактику.       Нет, я не чувствую себя в собственном бреду. (У меня, конечно, дурная башка, и кто его знает, чего мне анестезиолог в местной больнице мог намешать, чтобы в реанимации тихо себя вела, но… Даже в лучшие годы я себе ампутацию конечностей и судьбу в стиле космического пирата не воображала. Я же не настолько мазохист…) Для этого нет оснований и у меня нет представлений о каком-то другом мире. Или в деталях о прошлом. Я полагаю, но не могу знать точно. Я деталей-то настоящего сейчас даже зрительно не различаю.       Да, с биотикой беда. Ничего не помню. Не ругайтесь тут умными и подозрительными терминами, мне такие штуки объяснять бессмысленно. То есть, конечно, я не в том состоянии, чтобы разумно воспринять безупречные конструкции веками отработанных приёмов и их физический смысл. Последний в особенности. (Мне бы как-то попроще, например, самое счастливое воспоминание и под какой-нибудь Экспекто Патронум… Ну хотя бы «смотреть туда, представить шмяк – будет шмяк!».)       Названия приёмов? Относительно. Бросок, Перегрузка, Деформация… А, Перегрузка инженерная, - ну я же говорю, относительно. Нет, никаких знакомых ощущений не возникло. И воспоминаний тоже. И вот то, что вы сейчас второй раз сказанули, длинное, да… Нет, я это не повторю, это опять какая-то техническая похабщина, так вот, никаких ассоциаций.       Я била не помню чем. Серьёзно. Ни капли воспоминаний о том, чем я отоваривала церберовцев. Бросками, наверно. Кто говорит, что непохоже? Они там обколются стимуляторами и дают потом показания…       Нет, я не чувствую в себе склонности к искусству. И к гуманитарным наукам. К математике чувствую. Возможно, к программированию. Ещё чувствую склонность к биотической артиллерии, прям вот душа трясётся, знает – магию в руки и крушить Жнецов, как только так сразу. Биотику, ага.       Да, категорически против Жатвы. И экспансии галактики разумными машинами. Совсем.       Нет, я не поддерживаю мнение о том, что вторжение Жнецов – это благо и да воздастся всем. Нет, они не Предтечи. Членистоногие они с горы. Очень толстый вопрос, серьёзно, кто составлял эту анкету?       Я понятия не имею, кто я там по вероисповеданию. (Во что вообще индусы верили кроме священности коров?) Чувствую? Я чувствую себя агностиком, это когда… А. Знаете. Чудесно. (Ситхом я себя чувствую. Покой – ложь. А Сила скоро освободит меня. И я её тоже. Будет освободительная идиллия.)       Кумагаи-сан хороший человек, но я впервые его увидела в коридоре, да, во время эвакуации… Да, мы ещё немного пообщались на Нормандии. Хороший. Нет, никакого сексуального интереса. Вы переоцениваете меня.       Доктор, я валяюсь на кровати в половинной комплектации. Вы сильно переоцениваете меня. Давайте поговорим на какие-нибудь адекватные темы.       Рррм, мёртвый! Богатый и с завещанием на моё имя! Да. Буду навещать могилку каждый месяц. Почётная вдова. Оба будем счастливы. Ну, то, что в разное время и не вместе – всего лишь условности. Для истинной любви смерть и расстояние – не преграда.       Опять вы за своё… Не помню я их, никого не помню! Чисто по-человечески – да, это печально. Но никаких личных мотивов. Да, даже тех, кто погиб рядом со мной. По моей вине? Ну, моего милосердия на оперативников Цербера не хватает, это точно. А, из своих… Да там если начать разбираться, кто, когда и по чьей вине – сразу, наверно, всех в камеру смертников. Я шучу. Я не могу объективно оценить свой вклад, и, за отсутствием таковой оценки, сказать, кто погиб по моей вине. Или кто спасся. Все вопросы к удаче и террористам. В равной степени, я думаю.       А мне точно можно переносить массированный допрос в моём состоянии? Я шучу, извините. Ну извините. Был один парень, Ленни, мне он очень помог, жизнь спас. Погиб. Обидно. Да, и погиб обидно, и что погиб, обидно.       Саманта Престон? Где это вообще?       Правильно, я всё равно никого не помню. Интерфере?.. Нет-нет, давайте вернёмся к моему кругу общения. Одногруппники. У меня же были одногруппники? Товарищи, с которыми я училась. Что с ними, вы не в курсе случайно? А вот у меня куратор погиб. Аж два, наверно. Скорее всего, правда, больше, но про Вуйчика и дяденьку в халате я знаю точно, да.       Точно, Сандерс его звали. Да что вы опять за свои несчастные поля? Я понятия не имею. Даже малейшего.       А, на знакомых темах память должна пробудиться. Ну, хорошо. Можем обсудить мою работу. Вы читали? Только аннотацию? И что думаете? Ага. Ага… мм, очень интересная точка зрения… Очень. Интересная. Н-нет, я не сплю, конечно! Что вы…       Да, всего доброго, доктор ТСана. Амм. Ну, до завтра.       … - Доброе утро, Кинг. Наверняка ты меня не помнишь – я была в спасательной команде, которая помогала эвакуироваться студентам Академии. Я подруга Джек, Лиара.        - Здравствуйте, доктор ТСони, - удивлённо поздоровалась я.        - Хм, ты помнишь меня?        - Смутно. Вы же археолог, верно? Вы впервые предложили теорию о Жнецах, кажется. И о том, что протеане были совсем не первыми.        - Да, - грустно сказала Лиара, но почти сразу её голос несколько повеселел. – Приятно знать, что ты популярна… Как думаешь?        - Вероятно, это так, - согласилась я, немного недоумевая, к чему это она.        - Ты настоящий герой, Кинг, - тепло произнесла Лиара, присаживаясь, наверно, на стул возле кровати. – Ты очень помогла нам в Академии, без тебя бы мы не смогли спасти столь многих. Ты знаешь, что Альянс намеревается выписать тебе награду за проявленное мужество и смекалку?        - Сюрприз, - пробормотала я. – Наверно, это очень круто…        - Наверно, - со смешком согласилась азари. – А ещё есть парочка крайне благодарных родителей, которые как раз занимаются производством и программированием биомеханических протезов и хотят теперь помочь тебе. Они обратились с этим вопросом к моему другу, спектру Шепард…       Вкратце лапша расшифровывалась коротко – были деньги, были варианты, не хватало моего личного «хочу».       Чукча не дурак – отказываться от каталогов Серого Посредника и его же помощи. Ну, точнее, не настолько дурак. Тем более, я же не собираюсь подковёрные игры вести всякие, или интриги плести, или похабщину всякую в пользу Жнецов творить. Так что и опасаться госпожи ТСони резона нет.        - Только я совсем в технике вроде как не ориентируюсь.        - Ничего, я понимаю, - ободряюще сказала Лиара, - для этого я здесь – чтобы, если у тебя возникнут вопросы, ответить на них и объяснить всё, что будет непонятно. Ты не против?        - Нет, я очень даже за, мэм, - честно ответила я.        - Лучше зови меня просто Лиарой, я ещё слишком молода для таких обращений, - внезапно хихикнула азари.        - Ладно, Лиара. Но мне кажется, что героиня, спасшая галактику, заслуживает всяческого почёта и уважения… мэм.       Внезапно девушка хихикнула:        - О, это к Шепард.        - Я не преуменьшаю заслуги коммандера, но сильно сомневаюсь, что она обошлась бы в своих подвигах без команды, Лиара.        - Туше, Кинг. Ты всегда соглашаешься с просьбами, но продолжаешь спорить о них?        - Ну, в этом вопросе, кажется, вам лучше довериться мнению других людей. Я как бы не в курсе.        - И тебя это совсем не беспокоит? Ты выглядишь очень умиротворённой, если честно, в особенности для твоего состояния. Признаться, это меня удивляет. Я не специалист в людской психологии, но, по-моему, это не совсем типичная реакция. Мой вопрос не слишком бестактен?        - Не волнуйтесь. Вы просто ещё не видели моего здешнего психотерапевта, - ТСони тихо фыркнула. – А насчёт состояния – вы про амнезию или про не совсем целый суповой набор? Просто в первом случае я… ну, знаете, не чувствую особой потери. Просто в один момент, видимо, всё очень круто изменилось и мозг решил отформатироваться или ещё что… У меня нет психов насчёт неотвеченных вопросов о прошлом, или каких-то раздражающих провалов в памяти, или воспоминаний-призраков, или головных болей, или непонятных ассоциативных рядов…        - Это очень подробный анализ, - с толикой удивления заметила Лиара.        - Меня только что пытала доктор Раиль ТСана, - без колебаний парировала я. - Я вам могу пятнадцать минут детально докладываться и ни разу не повториться. Просто однажды я проснулась без воспоминаний, и моя единственная проблема – это восстановить или заново выучиться в той части, где говорится про взаимодействие с окружающей действительностью. И это восхитительно, что при мне остались всякие там разговорные навыки и прочая, прочая… А насчёт рук-ног-глаз… Они, конечно, дороги мне, как память, но тут речь идёт о том, что в ближайшее время у меня появится на замену механизированный комплект недостачи. С расширенными функциями даже, говорят. Я не стану вечным инвалидом, меня просто паззликом соберут до эталонного значения и выпустят на свободу с чистой совестью. Надо только подождать. Так смысл переживать или истерить?        - У тебя интересное восприятие ситуации. Не вполне характерное для нынешнего поколения всех рас.        - Почему?        - Проблемы с гетами, искусственными интеллектами, скандалы с живыми органами… Сейчас очень придирчиво относятся к собственной целостности и… органичности, мм, органической, живой составляющей. Это сейчас, когда на подходе Жнецы, сочли рациональным временно игнорировать этические проблемы такого плана.        - Не мой вариант действия, извините. Предпочитаю готовиться, а не прятать голову в песок.        - Что ж, тебя стоило делегировать в Совет от человечества ещё три года назад, - хмыкнула доктор ТСони.        - Да, я знаю, от лица моего возраста бравада сомнительная, - проворчала я. – Но если люди и могут что-то себе позволить, то это абсолютно точно идеализм и максимализм.        - Будь здесь адмирал Хаккет – он бы дал тебе генерала…        - Вы покачали головой сейчас?        - Да, - удивлённо подтвердила азари. – Ты сумела ощутить это?        - Скорее, спрогнозировать, - хмыкнула я. – У вас голос, как у умудрённой жизни училки-институтки. Очень умной и очень опытной. Серьёзно убеждающей детишек, что они чуть-чуть неправы, но в целом близки к идеалу.        - Я не училка! – возмутилась Лиара.        - Вы доктор наук! – возмутилась я в ответ.        - У тебя почти дописан диплом!        - Я не помню и это всё равно не диссертация! Что, ответить нечего? А?        - Я не могу поверить. Ты действительно только что втянула меня в антисоревнование об образовании, где я проиграла, потому что являюсь готовым и титулованным специалистом? – я скромно угукнула. – Ты… Знаешь, просто идеально будешь сочетаться характерами с Джокером и Шепард. Джокер – это…        - Пилот Нормандии. Правда, что его коллекция порно занимает зеттабайты информационного пространства?       Пауза.        - Итак, тебе надо серьёзно рассмотреть несколько вариантов протезных комплектов…       По сути у новых вариантов протезов было несколько важных характеристик – чувствительность, скорость реакции, возможная сила давления. Это помимо того, что в оставшемся свободном пространстве можно было размещать всякие-разные интересные блоки. Естественно, были ограничения, так сказать, треугольник гармонии – ты можешь взвинтить чувствительность, но есть риск перегрузить нервную систему, и блоки симуляции заполонят весь протез; можешь стать сверхскоростным юнитом, но для этого нужны внушительные физические кондиции, серьёзные системы сдерживания, чтобы ненароком тебя от лапки не оторвало, и компенсаторы отдачи. С силой похожая история, это как гигантский молоток с интегрированными блоками точечного давления – вроде штука серьёзная, но как бы самому от удара в неизвестность не улететь…       Моя ситуация с той же рукой осложнялась ещё и тем, что я всё-таки биотик. Облучение нулевым элементом, «фуфлыжный» чип L3, который безупречно безопасен, но азарийского выхлопа на выход не даёт. А главное – суть местной магии в том, что это реакция нулевого элемента во мне на нервные импульсы во мне же. И нынче с этим небольшая проблемка – у меня теперь ма-ахонький перекос нервных импульсов в конечностях. Нет их, так сказать, половины не стало, однако.       Ко всему прочему, мой имплант каким-то чудом теперь сплавился во что-то малоидентифицируемое… но работающее. То есть кусок технологии никак не анализируется, но адекватно отвечает на все стандартные тесты. Вроде как, работает. Что там с ним на самом деле – кто знает…       В общем, как оно что будет теперь с моей биотикой… Предсказать – задача нетривиальная.       По-хорошему в руку запихнуть бы повышенную чувствительность и забыть – но вот терзают меня смутные сомнения… В Академии я фокусы демонстрировала без лишних неприличных или приличных знаков. А вдруг у меня тут не биотика, а что-то… ну, не альтернативное, но с горочкой интересных изюминок?       Так что волевое решение по итогу таково – руку покамест начинить минимально необходимыми характеристиками и нужный вес добить болванками. А дальше уже по результатам тестов. Может, и правда, буду не чародейкой, а каким-нибудь пехотинцем-дробь-Тони-Старком. Репульсор в ладонь всандалить и – вперёд, на мину… первую же. Оптимизм у меня вместо лейкоцитов.       Нога была выбрана тоже в принципе стандартная, укреплённая, из облегчённых материалов. С небольшим кармашком, правда, поближе к зоне досягаемости рук – под взрывчатку последнего шанса или развлекательные петарды какие-нибудь, всё одно не помешает. В горячке боя в бедре ковыряться сквозь штаны-комбинезон и, вероятно, скафандр (или как правильно) – идея сомнительная. А так, может, заняться нечем будет, или танк какой неосторожный наедет в компании каннибалов и баньши – так мне будет чем встретить. Я девушка гостеприимная, ко мне никогда без приглашения не заходили.       В глаз удалось-таки подобрать лампочку. Красную. Вожделенный светильник (с функцией включить-выключить, разумеется) шёл в компании системы с претензией на виртуальную реальность, то бишь связь со всемогущим сервером и краткие справки по делу – имена там будут над людьми парить, знаки кланов и, возможно, уровень жизни. Комплект социального сталкера можно было ещё сменить на инфракрасный сканер или громоздкий хакерский блок, но последний уже требовал внешнюю линзу с дополнительными аналитическими и процессорными блоками. Мне, в общем, грозились выдать коробочку со всеми тремя вариантами, а дальше, мол, вкручивай, как душе угодно.       Из-за пресловутой лампочки было больше всего споров. Притом ладно бы установка убердиода была таким сложным вопросом – ни места, ни заряда мой фонарик не тянул. Но нет, доктор упёрлась – не функционально, бесполезно, может демаскировать, зачем… Зачем-зачем, хочется! И на новый круг, да.       Смешной народ, сами носятся с пигментами для гражданских комбинезонов, заколочками всякими экологически чистыми или сурово, настоящими кузнецами, кованными… Можно подумать, я так сходу сумею без краткосрочных дебильных хотелок не свихнуться. Я в мире игры, у меня что на ближнюю, что на дальнюю перспективу вместо будущего одни проблемы. А я даже выругаться нормально не могу, английским материться слишком литературно выйдет… Вон, завтра психотерапевт обещался прийти. И на выписку обещали выходные, а на деле опять с психотерапевтом гулять и посещать подозрительных дядек, обозванных тут протезными физиотерапевтами. Мистеры Мендоса и Валиханов. Мне только местная прима, доктор ТРия, заикнулась, что эти товарищи будут помогать мне сопоставлять пределы техники с моими собственными – мне сразу как-то поплохело. Нагрузками запахло, однако.       Так что хочу лампочку и расстреливать всякую техническую гадость из дробовика. Но оружие мне не дадут, пока доктор Раиль не разрешит доступ к стрельбищу, а затем ещё промежуточная аттестация у инструктора и первые отстрелы под наблюдением куратора (спасибо Серому Посреднику за слитую информацию). Значит, пока обойдёмся эконом-вариантом.       К слову об эконом-вариантах – с объективной точки зрения я, конечно, одобряю мерзкую привычку местных эскулапов усыплять пациентов по мере надобности, но, чёрт побери, можно же хотя бы предупреждать?..       А то засыпаешь одним вечером, а просыпаешься следующим. Уже почти в полном комплекте, разве что без искусственной кожи.       Вообще довольно интересные ощущения – подсоединённые конечности имитируют осязание довольно точно, разве что как будто через слой ткани. А вот в зрении никаких «шакалов» или лишней чёткости – правда, вначале технический глаз передавал расплывчатую картинку, но после калибровки или синхронизации (больше всего похоже на то, как фокусируется линза фотоаппарата) разница пропала. Настолько эффектно, что я, даже сосредоточившись, не могла поймать технику на запаздывании или отсутствии подсказок. Или эта умная сволочь запомнила планировку, или скачала, или творила какую-то похабщину с моим здоровым оком – но, даже обозревая окружающий мир «одним левым», я видела услужливо всплывающие пояснения. Шпаргалки дифференцировались по цвету и размеру шрифта, с учётом масштаба они были примерно одинаковых размеров и… барабанная дробь… содержали даже короткие инструкции по использованию того или иного предмета. Конечно, следовало заморочиться и по-человечески настроить фильтры, чтобы мне, например, перестали выводиться тома «Войны и мира» на каждую плитку реактопластового пола. Но.       Мой ищущий взор упал на руки (эк чего мне понамешали в правую) и я наконец-таки обнаружила свет моей жизни.       Короче, в мои руки попал омни-тул. Ещё и с доступом в сеть.       Для простых смертных из юни-тула складывался небольшой прозрачный экран, под стандартный смартфон – дюймов пять, что ли, но моё око Саурона после некоторых тормозов подключилось к потоку данных напрямую. Я почувствовала себя Шепардом, шагающим по серверу гетов.       С неизвестными статусами антивируса и файервола на моей системе, без малейшего представления об устройстве экстранета, без понятия даже о нынешней системе аутентификации и авторизации абонентов – и тем более без чётких идей в стиле «что мне всё-таки надо там»…       Конечно, я немедленно подключилась к сети.       Просто личные файлы были запаролены, а в свободном доступе болтались только куски так и недописанного Нехой диплома – сплошная абракадабра.       Так что… Здравствуй, новый боевик про бравого ханара Бласто.       Реклама выскакивала в самых неожиданных местах, но, надо отдать должное местным умельцам, благодаря интуитивно понятному интерфейсу закрывалась оперативно и безболезненно. Впрочем, открывалась практически также…       Строчные-картиночные поисковые запросы никуда не ушли, но к ним, как я могу видеть, добавились всякие радости вроде ассоциативного поиска файлов по примеру и ещё с десяток мутных опций разной степени запутанности. Мне с лихвой хватило старого-доброго гугла, олдскульного и беспощадного, сайт которого по ключевому слову выдал мне экстранетовый поиск по умолчанию. Я ещё пыталась даже разобраться в местной технике и алгоритмике, хоть чуть-чуть, даже нашла пару форумов по интересам и благополучно там флудила своими вопросами и имеющимися знаниями. Объясняли там неплохо, и источники скидывали хорошие. А когда меня окрестили «очень адекватной и довольно подкованной для своего возраста семилеткой», я аж правым глазом расплакалась от умиления.       В общем, окончила я свой сетевой сёрфинг каким-то сайтом с воодушевляющей музыкой и вечной убивалкой времени – «три в ряд» с познавательной анимацией и рожицами разнообразных ксеносов на фигурках определённого цвета. Я как раз выстраивала последовательное комбо из людей, турианцев и батарианцев, на этом замечательном месте меня и прервали.        - Здравствуйте, Кинг, - что ж у неё голос такой, что хочется одновременно и за ушком почесать до мурлыканья, и излишек сахарного сиропа во рту сплюнуть.        - Доброго времени суток, психотерапевт ТСана, - пытаясь отвечать бодро, я сворачиваю игрушки и отключаюсь от омни-тула. Перевожу взгляд на своего доктора. Даже подсказка есть. Ёк.        - Как ваше самочувствие? – тем временем невозмутимо спрашивает меня восьмисотлетний матриарх азари своим абсолютно несоответствующим внешности юным и наивным голоском.        - Шокировано моё самочувствие, - ворчу я, улавливая насмешливые нотки в голосе Раиль. – Поражено инопланетным вероломством.        - Какое же это вероломство? – невинно спрашивает азари, присаживаясь на стул рядом с кроватью и активируя рабочий планшет. – Я ведь не обманула вас ни в чём.        - И правда, - я спокойно соглашаюсь и киваю. – Какие темы для разговора сегодня запланированы?       Доктор недолго молчит, что-то обдумывая, после чего тяжело вздыхает.        - Хорошо, я сожалею, что ввела вас в заблуждение, мисс Кинг. Дело в том, что к личностям, перенёсшим повреждения, подобные вашим, в условиях, подобных вашим... рекомендуется применять нестандартные методики опроса и общения, поскольку в ваш профиль вписывается настороженное отношение к докторам и в особенности к специалистам психических направлений. Учитывая вашу биографию, я сомневалась в необходимости выполнения этих указаний, но предварительный просмотр данных по вам, плюс потеря памяти и краткие интервью с людьми, непосредственно контактировавшими с вашей текущей личностью, я сочла возможным непрямую линию разговора. Это оказалось единственно верным решением, поскольку вчера единственным мотиватором для выдачи информации для вас оказалась жалость к образу неуверенного начинающего специалиста.        - Отлично. Довольно честно.        - Мисс Кинг, - серьёзно продолжала ТСана, посверкивая строгими фиолетовыми глазищами. – Вы пережили немалый стресс, и сейчас нуждаетесь в том, чтобы разделить впечатления, хоть и не осознаёте этого.        - Я полагаю, опираясь на данные моего нового профиля, вы в курсе, что ваши слова меня не убеждают.        - Поэтому у меня с собой статистика, - кивнула доктор. – Ваше психическое здоровье действительно в опасности. В результате стрессовой ситуации на передний план вышла абсолютно новая личность, более практичная и рациональная, чем настоящая вы. Но «защитный слой», новая Неха Кинг – неполноценна, это несколько обрубленных кусков каких-то стереотипов и подсознательных желаний, спаянных кое-как в единый монолит, - а вот сейчас обидно было, да. – К счастью, как я уже сказала, рациональный монолит. Вам необходима квалифицированная помощь и курсы реабилитации, которые либо адаптируют ваши личности друг к другу, либо вернут управление настоящей Нехе Кинг с поглощением защитного слоя. Иначе неизбежно усугубление психоза, вероятно, дальнейшее разделение, сейчас невозможно прогнозировать следующие реакции на стрессы.        - Это второй прикол? Параноикам в тапочках, спалившись, выложить всё в лоб?        - Верно, - обезоруживающе улыбнулась азари. – Ваши случаи уже встречались неоднократно. И без лечения ничем хорошим не заканчивались. Вы сами можете осознать свою ущербность, мисс Кинг – как вы сказали, в ограниченности знаний об окружающем мире. Амнезия не характеризуется, кроме прочего, утерей базовых навыков обращения с привычной средой. У вас имеет место патология, подлежащая лечению.        - Крайне познавательно. Важно знать такие вещи, - киваю я. – Вы ведь в курсе, что медицинский кодекс и кодекс больницы Гуэрта – они в открытом доступе валяются?        - Простите? – как-то даже неловко с ней общаться. Вроде знаю, что передо мной хитрое создание, с опытом в энное количество сотен лет, да ещё и не просто университетское, зуб даю – с училища она! Ещё та… Но вот заговорит – и сразу всё милое вспоминается, и вместо кровати розовое облачко, и вместо психотерапевта, ересь всякую говорящего, добрая сочувствующая азари мнится… Совершенно невозможно совмещать реальность и этот её… гламур. Дала же генетика комбинацию, а.        - Говорю, читать мой кусочечный обрубок личности любит. Библиофил знатный. Так вот в этих кодексах слух такой насаждается, мол, кто социокультурный тестик завершит с результатом, зрелости адекватным, тот имеет единоличное и невозбранное право решать, что там с псхическим-непсихическим лечением своим делать, да докторам перечить радикально с припиской «без дальнейших претензий по вопросу». Так что вот вам выбор – или заканчивайте тут похабщину с оскорблениями новой меня, или дайте сначала тест, а после – или заканчивайте, или опекуна мне. Всё по закону, да?        - Я сожалею, но вчера мы уже говорили о том, что все непосредственные представители вашей семьи…        - Да, и в полисе следующим контактным лицом является Жаклин Зеро, как и у всех студентов её групп. Ага, судя по тому, как вы морщитесь, вы уже знакомы… Так чем занимаетесь?        - Вы осознаёте, что преступно пренебрегаете собственным здоровьем?        - Вам восемь сотен лет, я ни в жизнь не поверю в искренность такого сухого возмущения. Хватит уже меня разыгрывать, да? Даже гимназисты-амнезисты в курсе, что когда азари сильно эмоционируют, все остальные сильно боятся. И пока биотического ореола вокруг вас что-то нет.       Внезапно Раиль шкодливо усмехнулась и, едва пошевелив рукой, вся окуталась полупрозрачным слоем биотики. Сантиметров в десять. И планшет держать перестала, он сам чуть подлетел вверх, застыв на нужной высоте.        - У вас не вполне стандартные реакции для вашей ситуации. И, прежде чем вы заикнётесь о личной уникальности и исключениях из выборки – я практикую более пятисот лет. Я специализируюсь на случаях, подобных вашему. И ваше поведение и впрямь исключительно.        - Это означает?..        - Это означает, что у вас отнюдь не защитное замещение личности.        - Но? Серьёзно, прекращайте сидеть с таким говорящим выражением лица и продвигать многозначительные паузы.        - Но ничего другого под ваши симптомы нет. Вы понимаете, что сейчас говорите на другом языке?       Было у бабушки в сельском домике одно вредное насекомое. Как сейчас помню. Тля.        - Вы контролировали себя на протяжении всей предыдущей беседы, но сейчас концентрация сбилась и вы перешли на более привычный вариант речи. Это было бы естественно… Если бы за девятнадцать лет жизни вы хоть раз контактировали с русскими более-менее плотно, либо при отдельном изучении данного языка. Вы знаете и помните, или предполагаете, что помните, куда больше, чем желаете рассказывать. Но на пересадку или подсадку личности ситуация непохожа тоже.        - Не стану спорить с восьмисотлетним психотерапевтом, но – и что дальше? - мне остаётся только закатить глаза и уставиться в окошко. Прозрачный стеклобетонный полимер, укреплённый, защищённый дополнительно для безопасности пациента в случае внешней бытовой аварии. Состав запатентован в 2163 году по человеческому летоисчислению, каким-то там саларианцем Киросом, на массовое производство поставлен полтора года спустя, в больницу закуплен два года назад, конкретно в палату установлен одиннадцатого декабря. Мылинедавно, вчера, кажется, химическим составом с ультранизким содержанием кислот и лучевым эффектом. Химический состав запатентован…        - Мне интересно, - скромно призналась азари.       - Ну удивительно теперь. Это ж другое дело, сейчас, дайте только собраться с мыслями – и выложу всё, как на духу! А мне, например, интересен феномен матриарха-психотерапевта. Вы же разве не военачальники-политики в таком почтенном старушечьем возрасте?        - По большему счёту да, но это скорее личное желание влиять и направлять, чем традиция или обязанность. Среди матриархов и бармены встречаются… Я же предпочитаю изучать наибольшее чудо Вселенной – разум. В частности, человеческий – из-за того, что ваша раса появилась недавно и в своём роде достаточно разнообразна. Это довольно парадоксально, но больше ни один вид из ныне известных не обладает таким гигантским набором конфессий, культур, менталитетов. Тем более в условиях всеобщей глобализации и взаимопроникновения цивилизаций… - вещала доктор вдохновенно и минут пятнадцать. Общий смысл – все как-то подуспокоились, и только людишки носятся со своими этносами, традициями, старыми и новыми гадостями, национальными конфликтами, родовой гордостью и ещё здоровенным набором уникальных для в целом адекватной галактики психозов. Действительно – саларианцам с ума сходить тупо некогда, с их-то ускоренным метаболизмом в обычном состоянии пока дело до реакции дойдёт, стресс со всех сторон уже будет обдуман, пережит и обсосан. Азари по природе своей двинутые со всеми своими объятиями вечности, турианцы как-то видимо изначально задумывались жёсткими, несгибаемыми, и довольно флегматичными – солдаты, однако. Элкоры простые, как три копейки, волусы чуть посложнее – шекелей на пять, ханары всё валят на Вдохновителей. У батарианцев повышенный уровень агрессивности, но не подчиняются стадно-сволочной психологии среди них только редкие интеллигенты. Дреллы – верующие ящерки, кроганы – более агрессивные верующие ящерки, у них, правда, во главе стола здоровенный Молотильщик и духи особо кровавых предков. Ворча – вообще без комментариев. Кто там ещё из разумных и признанных рас есть?       Это я, конечно, всё немножко утрирую, но суть одна – на изучение всяких ходячих интересностей у Раиль было в сумме «более пятисот лет». А на людей пока только тридцать, и ей, видимо, ещё не надоело. Правда, открыт вопрос о том, за каким чёртом она сидит в больницах и ходит к чудикам вроде меня. Её версия – желание помогать, а не только учить, гражданский долг и склонность к добрым законным решениям, - кажется, во-первых, слишком приятной, и, во-вторых, слишком простой.        - А что там ваша вторая половинка с детишками думают насчёт игр разума, психотерапевт ТСана? – уточнила я, надеясь как-то прервать поток подозрительно правильной информации.        - Увы, у меня никогда не было ни, как вы выражаетесь, второй половинки, ни детей, - доброжелательно отвечает азари.        - Это если вам за восемь сотен лет не свезло, с моей продолжительностью жизни шансы совсем паршивые. - Порой мои умозаключения отличаются гениальной логикой.        - Не совсем верно. В юности я любила другую азари, но она оказалось ардат-якши. Из тех, что… неспокойные.        - Ситуация…        - Мне пришлось ненадолго стать юстициаром и решить проблему с ней. С тех пор как-то с отношениями не задалось, - тонко улыбнулась Раиль, приложив палец к кончику носа.       Слов для ответа в этот раз у меня не нашлось, но, похоже, они и не требовались – доктор внезапно перестала поддерживать биотическое поле около себя. Планшет мягко спланировал ей в руку и она зачитала:        - Инопланетяне? Для человечества они опасны, и любой намёк на сотрудничество или, не дай Бог, что-то большее, вплоть до симпатии – очередной сигнал бедствия, метка пути в небытие и поражение людей в невидимой, но наиважнейшей войне. Война эта – значение самобытности нашей расы, её индивидуальности и неприкосновенности. Необходимо отринуть любое понимание или знание в отношении чужаков…        - Я поняла, поняла, инопланетяне – плохие. Не надо накачивать меня пропагандой, ладно? И зачем вы мне читаете этот манифест Цербера, м?        - Это, к слову, и впрямь выдержка из листовки, описывающей Церберовскую парадигму. Каково ваше мнение о других расах?        - Клёвые ребята попадаются везде, как и мерзкие товарищи. Иногда с особой спецификой, но суть от того не меняется, - скучающе отрапортовала я. – Не делю народ по такому признаку. Ну, не совсем – люди понятны интуитивно, так что небольшое предубеждение всё равно есть, но это в счёт моей личной паранойи. Тест пройден? Или что, кто-то отвечает по-другому?        - Бывает и так, но редко, - довольно улыбнулась психотерапевт. – Я просто льщу себе мыслью о том, что могу различить, лгут мне или говорят правду. Также как могу отличить незнающее вежливое молчание от знающего. До аварии, мисс Кинг, вы были в целом согласны с идеями Цербера, но теперь высказываете диаметрально противоположное мнение, да и на сотрудников клиники реагируете спокойно. Что, в общем-то, можно объяснить… В отличие от знаний. Я допускаю, что вы могли интересоваться потенциальным врагом – или изучали уклад азари из иных соображений, как бы то ни было, вы могли узнать об юстициарах, хоть и данные о них не афишируются. Но вот есть то, что мой народ тщательно скрывает, неприятная тайна, которая могла бы взволновать немного галактику, пожалуй… Откуда вы знаете, кто такие ардат-якши? – и глазками ещё довольно похлопала. Вот же ТСана.        - Да ниоткуда, - очень честно пожимаю плечами. – Думаю, это может быть что-то плохое – но это так, просто догадка.        - Вот как? – издевательски спросила психотерапевт.        - Вот как. И, знаете что, я с вами больше не разговариваю, - доверительно сообщила я ей. – Если нужен официальный вердикт – ой, всё. – С этими словами я демонстративно завернулась в одеяло с головой и отвернулась лицом в подушку.       Раиль немного помолчала и после ушла, не забыв оставить парфянскую стрелу:        - До завтра.       Ага, до завтра! Дважды. Помнится, я тут сгоряча маленько поцапалась с местным главврачом, больно ТРия была заунывно-правильной и педантичной. И даже было там что-то насчёт раннего ухода из больницы.       Вот только она обещала охрану предупредить, а это печально. Впрочем, меня же тоже в средствах не ограничивали. Так, мне нужен источник информации. Где тут жалостливая медсестра или добрый медбрат?..       Медсестры в коридоре сходу не нашлось. Повсюду сновали товарищи разных рас в сходных комбинезончиках, и определить, кто тут кто, без подсказок было невозможно. К счастью, подсказки-то у меня были. Одна проблема – вокруг все как один занятые, дикие, дерзкие… Отвлекать народ, тем более медицински занятой, как-то не с руки. Я лучше пока самопально погуляю…       Далеко не угуляла – тут рядышком нашлись охранники, аккуратно завернувшие меня в сторону палаты. И вновь я нуждаюсь в медсестре. Кого бы выбрать? Не подходить же к персоналу с вопросом «Свободное время есть? А если найду?», в самом деле.       Источник информации нашёлся сам – человек-девушка, молоденькая совсем, с меня нынче возрастом примерно, заторможено брела по коридору. Её одновременно потерянный и ищущий взгляд наткнулся на меня; в голове медработника явно щёлкнул тумблерочек, включающий функцию «найден бесхозный пациент» и она тут же направилась ко мне.       Ой, как мне сразу поплохело-о… Лапы ломит и хвост отваливается, панимаш. Студентка Кинг крайне нуждается в успокоении.       Добрая девочка, она же Кира, не только поведала мне, к кому тут надо идти, чтобы нейтрализовать охранников – по большему счёту человеков, но и посвятила меня в последние сплетни. И даже помогла с заказом вещей. Попутно выяснилось, что я дама богатая – новый костюм мой личный счёт облегчил, но не так уж и значительно.       Прикинув к носу ситуацию, я для начала предприняла диверсионную вылазку к доктору Тиварону. До его кабинета добралась мелкими перебежками, дальше ползла по-пластунски. Турианец с немалым скепсисом наблюдал, как я от двери стекаю на пол и дальше целеустремлённо двигаюсь в его сторону, и даже трёхпалую лапку напряжённо положил поближе к селектору, но от комментариев воздержался. Потом оттаял, особенно когда я начала вдохновенно муссировать тему «Савсэм здаров, да, ваэват хачу, Жынэцов рэзат, злёй азари нэ дайот!». Я не прикалываюсь, у него было настолько гадливо-презрительно-понимающее лицо, что я чувствовала себя бездарной макакой в компании лауреата Нобелевской премии.       Расист обнаружен.       Впрочем, расист не расист, а помог – посмотрел мою карту, позвал местного пластического хирурга и дал добро на более раннюю накладку псевдокожи.       Доктор Ледра был дядечкой более позитивным и живым, любопытным и очень даже активным. От фантастики людей саларианец был в непроходящем восторге и разбирался в ней неплохо. С ним мы и договорились до идеи подбить на микромятеж весь персонал. Персонал, замечая маячащего за моей спиной неуёмного Ледру, спокойно и быстро соглашался на идиотскую по сути идею. А уж после того, как я стартовала тотализатор по случаю моего бегства или провала оного, к планам моим отнеслись с большим энтузиазмом. Посыпались советы, обсуждения, вредные советы – благо, местные медики соблюдали негласное правило «не говори ТРие».       К лейтенанту Уильямс я зашла уже утром. Суповой набор из патриотизма, молодой горячности и желания действовать был ею съеден за милую душу, тут, правда, свою роль сыграла приправа из вердикта Тиварона и соус в виде «чувства потерянности на фоне амнезии и утраты семьи».       Таким образом, охрана тоже была у меня в кармане, потому что Уильямс у них – образцово-показательный «свой». Разве можно не помочь ей с такой мелочью? Да и чего зря томить в госпитале эту Кинг, конечно, с прибабахом, но в целом тоже девчонку нормальную. Сколько интересной информации о себе можно подслушать, оказывается…       По возвращении в палату обнаружился подарок – умница-Кира занесла и оставила пакет с вещами.       В целом перед побегом оставалось только одно незавершённое дело – насчёт кровати, сверхудобной, между прочим, даже всеведущий экстранет выдавал сугубо артикул и справки на сатанинском галактическом. Человеческого варианта текста не было, встроенный перевод либо отсутствовал, либо не работал, либо был чрезмерно впечатлён найденной мною непереводимой игрой слов, не встроенный в целом был солидарен со своим несетевым коллегой. Из чего же ты, ложе?!       Ой, а ко мне гости…       Сара, вероломно впоследствии оказавшая Шепард, любезно помогла мне сдёрнуть из больницы и даже невольно показала краткий ликбез по обращению с местными нормальными дверями и лифтами. А вот на выходе уже, конечно, была Джек.       Разве могла я сбежать и не предупредить куратора? Пусть и практически в последний момент…       Шепард быстро оставила нас с Джек, и никто её не задерживал – это простым смертным погулять можно, а у Сары наверняка расписание хардкорное. Рахни там в районе кроганского пространства подкорректировать с утра, Тессию спасти после обеда, а вместо ужина пару баз Призрака разбомбить…        - А вы друзья с Шепард, да, мэм? – перебиваю я что-то втолковывающую мне Джек, и она, недобро глядя на меня, отвечает:        - Ну, можно сказать и так. Ты меня вообще слушаешь, Кинг? – «Миша, ты чё такой умный»…        - Один последний вопрос, маленький. Если вся жизнь в Галактике будет зависеть только от её решения – выберет она жизнь или смерть?        - Хорошо же тебя по башке приложило… Или это в больнице с обезболивающими переборщили, а, Кинг? Что за идиотские вопросы? Шепард тебя не спасёт в случае чего, самой вертеться надо. И у тебя сейчас решения поважнее, не находишь? – видя моё немного непонимающее лицо, Джек констатировала: - Не находишь… Так, - шли мы по парковой зоне. Женщина нашла глазами ближайшую лавочку и, подхватив меня под руку потащила к ней. – Садись и слушай. А вы, - обратилась она к облюбовавшим местность аборигенам, - погуляйте тут чуть-чуть, для здоровья охуеть как полезно.        - Что вы себе?.. – возмутился шкаф-человек в компании серьёзной азари, визуально – матроны, но Джек проявила свойственную ей вежливость:        - Пожалуйста, блять, - добавила она, выразительно кладя на плечо дяде окутанную биотическим ореолом руку. Мужик, глядя на изменившуюся расстановку сил, побледнел, но упрямился – видимо, компаньонка была ему уж очень важна. Все сомнения решила именно она – подхватив кавалера под руку, скромно попрощалась и удалилась. Внезапно.       Я что-то понять не могу – Джек сняла мораторий на матершину или я у неё уже по каким-то причинам в группу малышей-карандашей не включена?       Тем временем самая заботливая террористка в галактике мягко отпилотировала и приземлила меня на лавочку, используя моё плечо в качестве джойстика, и там же припарковалась сама.        - Ты наверняка не помнишь, Кинг, но я чертовски не люблю повторять дважды. Так что вот тебе краткая диспозиция: Альянс предлагает выгодный военный либо научный контракт, ещё азарийский университет хочет тебя на исследования, как твоих интерференций, так и изменений биотических сил и потенциала при неполноценных физических кондициях, но, разумеется, всё с твоего согласия. Ещё у тебя есть вариант с семейным бизнесом, по состоянию здоровья ты можешь отказаться от службы. Это ясно?        - Вообще нет, но информацию я услышала и приняла к сведению, - задумчиво ответила я.        - Х-ш-что тебе не понятно? – терпеливо уточнила Джек. Все попаданцы как попаданцы, а у меня такой необычный квестовый непись… Переживает же, вижу. Даже стыдно немного.        - С университетом азари ясно всё, кроме того, за каким чёртом им человек.        - Они почему-то думают, что ты была очень умной девочкой, и наивно надеются, что ум к тебе ещё вернётся. Диплом у тебя шибко интересный, и предложение о переводе от Лаисси висит уже второй год, они просто сейчас его на всякий случай подправили и продублировали, - недовольно размяв шею, пояснила Джек. – В общем-то, там тебя готовы облизывать со всех сторон годами, у азари довольно специфические отношения со сроками и темами для промежуточных и конечных сроков исследований. Захочешь – можешь к чему-нибудь другому вообще интерес проявить…        - Так, а контракты Альянса? – я спросила и спустя секунду не в шутку развеселилась – так этот диалог напоминал мне игровые беседы.        - Принято решение о создании в войсках такого подразделения, как биотическая артиллерия. В случае, если твои силы сохранились хотя бы в половинном объёме, и если после двухнедельных сборов инструктора и кураторы подразделения признают твои результаты и навыки удовлетворительными – отправляешься на фронт в составе одного из взводов. Если у тебя нет желания либо возможности воевать, но есть желание любить родину на официальном уровне, отправляешься в научный корпус. Условия последнего сходны с приглашением от азари, но у азари кормят лучше.        - Так, а контракты Альянса? – не удержалась я. Джек приподняла брови и смерила меня долгим задумчивым взглядом. После ласково спросила:        - Ты так шутишь? – Я смущённо кивнула. – Не надо так шутить, - тихо резюмировала мисс Зеро.        - Чисто из интереса – а что там у моей семьи за бизнес? – надо же прояснить третью доступную опцию.        - Что-то там, связанное с производством лёгких поликомпозитов, - неуверенно нахмурившись, пробормотала Джек.       Ясно. В смысле, окей гугл…        - Но с этой штукой ты сможешь и параллельно с научной деятельностью разгребаться.        - Там хоть какой-нибудь добрый бухгалтер в живых остался? Честный, - жалобно спросила я, слабо себе представляя, что там с бизнесом может происходить и вообще как и зачем.       Сочувствие в глазах Джек надо было видеть.        - Честный бухгалтер? Крепко у тебя мозги ёбнулись, - покачала она головой. Я машинально ткнула её кулаком в плечо. От такого пассажа у Джек даже челюсть отпала, но она смолчала и не отреагировала.        - В общем, время у тебя подумать есть, а всё, что надо, я тебе вроде сообщила, - подытожила Подопытная Ноль. – Ещё вопросы?        - Да. Если вдруг возникнет ситуация, в которой исключительно Шепард придётся решать…        - Да блять, что ж тебе неймётся-то?! Что за херня с философскими вопросами, Кинг? Перед тобой сейчас совсем другие стоят, пиздец какие практические, разве нет?        - Так они же связаны напрямую, - упрямо говорю я. – Вот вы меня склоняете в сторону Лаисси нежно, я же вижу, в конце концов… Но к научной деятельности – ей-ей! - у меня душа совсем не лежит, да и ждать тихо, пока Жнецы протянут свои сегментированные лапки к моему дому, настроя тоже особого нет. Вот пристукнуть парочку говнюков и медальки за это словить – отлично, я считаю, потому что сдохнуть когда-нибудь придётся в любом случае, а так хоть жить поинтереснее будет. Вопрос только в том, чтобы все мои старания не были бесполезными. По галактике в рейтинге сейчас лидирует Шепард – летает повсюду, спасает всё, что движется, а что не двигается – пинает и по предыдущему сценарию, объединяет вон расы Цитадели и не очень… Финал всей той дряни, что происходит, мне кажется, не в последнюю очередь зависит именно от неё. Так что и помогать мы некоторым образом будем ей в конечном итоге. Стоит оно того? Что сама Шепард думает о Жнецах? Что органика должна развиваться, плодиться, размножать и пороть чушь бесконтрольно, или что Цикл – не так уж и неправильно? Просто если в нас не верит она, то другим тем более нет смысла бороться, вот что я думаю, - аккуратно закончила я, следя за тем, чтобы выданными сомнениями и информацией не выходить за рамки доступного в экстранете.        - Что ж… Что ж. – Джек потёрла лоб и поднялась с лавочки, вставая напротив меня. – Интересный вопрос. Не лишённый рационализма. Вот что, - Зеро схватила меня за рукава на плечах и поставила на ноги. – Шепард – сама долбанный воплощённый хаос органики, раз так тебе это хочется знать, и все идеи Жнецов имела она в виду. Довольна? – Я кивнула. – Отлично. Ходу, - и, развернувшись, женщина мрачно потопала вперёд. Я поспешила следом.        - Так а где подписать военный контракт? – догнав, попыталась прояснить важный вопрос я. Договорить про «и уточнить насчёт семейного дела» не успела – Джек, ускорив шаг, раздражённо передёрнула плечами и пробормотала себе под нос: «ещё в старшей школе не обжимались толком, а уже воевать, как один, сопляки с жопой горящей нашлись» и уже громче сказала:        - Завтра группой улетаем в тренировочный лагерь, официально это учебное мероприятие в рамках подготовки гражданских специалистов к чрезвычайным ситуациям. Будет возможность всё подписать в течение двух недель этих курсов. Хлебнёшь там военной жизни чутка, не понравится – поедешь на научную станцию. Такой для всех расклад.        - Это не слишком ли мягко для потенциальных солдат вообще-то? – удивлённо уточнила я. Это что за прикол с «понравится – не понравится»?       Джек остановилась, и, дождавшись, пока я поравняюсь с ней, сказала:        - Мы, Кинг, долбанные биотики, а вы, академики, ещё и маленькие биотики – то есть истеричные чудики с критически дерьмовой дисциплиной и паршивым коэффициентом послушания. Что означает – гипотетически к жизни по уставу плохо приспособленные, к тому же, в силу молодости, обладающие не лучшим контролем эмоций и прочего. Это, в свою очередь, приводит к другой проблеме: если вам что-то просто очень сильно не будет нравиться, есть немалый шанс, что вы к гребеням взорвётесь (буквально), возраст у вас такой специфически нестабильный и силовой потенциал в кого не плюнь – на высоком уровне. Поэтому всех протестируют в том числе на адекватность, послушание и стрессоустойчивость, и если кто не пройдёт эти три простых теста на совместимость с командой и руководством, такому кадету будет настоятельно рекомендовано более мирное занятие. Хоть бы и на стройках впахивать вместо крана, но не подвергать риску команду и операцию. Слишком в академии детишки необычные учились, и ты в том числе. Всё?        - У меня больше вопросов нет, кроме «а куда это мы», мэм, - бодро отрапортовала я, с интересом принимая новую информацию. Ничего себе какие интересности. Взорвёмся буквально, мм?       Джек глубоко вздохнула и молча пошла дальше, махнув рукой – мол, следуй за мной. По крайней мере, я расценила её жест именно так.       Вокруг определённо было на что посмотреть – например, на пейзажи за окном, несопоставимые с планетарными. Перспектива была более чем впечатляющая, тем более с учётом раскрытых лепестков станции. Моё обожающее городские и технические картинки сердце бесконечно радовалось при виде кучи микроскопических подсвечивающихся ячеек над головой – противоположного отсека Цитадели, виды по бокам, правда, могли похвастаться только зданиями, рано или поздно закрывающими горизонт. Там, где мы шли, кстати, было много парковых зон, дорожное покрытие в местах, где отсутствовали газоны, больше всего напоминало каменную плитку, как по виду, так и наощупь. Был очень клёвый сектор с живыми растениями, в котором даже нашёлся какой-то добрый мутант, больше всего напоминающий беззубую росянку – Варрский Калви был чем-то вроде растения-коровы, как мне любезно подсказала нашедшаяся рядом Авина. Рос легко и нетребовательно, правда, долго; мякоть его была сытной, с одного взрослого растения можно было настрогать от двух тонн съедобного продукта, не считая других полезных в быту материалов. Притом бронированная веганская росянка передо мной считалась ещё маленькой, всего полтора человеческих роста на адски гибком стебле. Он, кстати, умел чуть-чуть имитировать звуки, однако научить калви говорить «Я есть Грут» мне не удалось (но я попыталась!) – Джек опять заметила, что меня сзади не плетётся, вернулась и, крепко схватив любопытного кадета в моём лице за руку, уже не отпускала до пункта назначения. Возгласы и просьбы остановиться и подождать минуточку жёстко игнорировались, единственное – удавалось чуть-чуть притормозить, если я начинала банально упираться ногами в пол. Вокруг же столько всего интересного! Я по своим меркам вообще впервые за пределами родной планеты, Гриссомская академия не считается. А тут – культурный и политический центр едва не половины галактического пространства. Да тут элкоры живые! Волусы! Надо же увидеть Барлу Вона, вдруг он и мне скажет своё коронное: «Дружочек». Тут же если пошататься – можно далатрессу в балахоне найти, кварианца настоящего встретить (а вдруг), ханара обнаружить, может даже в компании живого дрелла…       Я же во вселенной Масс Эффекта! Дайте мне хоть пару часов туристического угара перед непосредственно войной, ну…       Но у Зеро были другие планы, не сказать, чтобы хуже моих идей. Как выяснилось, Джек вела меня в «Чистилище». Тоже, в общем-то, неплохо.       Впрочем, непосредственно в клубе мы тоже не особо задержались – я имею в виду, внутри энное количество танцполов, кафешка внизу, парочка тихих площадок, как, например, та, на которой устроилась Ария (я издалека видела Арию. Хорошо, что Джек тащила меня вперёд и не давала останавливаться, иначе бы я зависла – интересные у дамы узоры), и, оказывается, чуть в стороне и выше по уровню находились банкетные кабинеты. На всю стену панорамное окно, чтобы, если наскучат соседи, полюбоваться на выкрутасы развлекающегося народа, и, конечно же, стол, стулья… Куча молодых и парочка не очень людей в комплекте. Некоторые знакомы отдалённо. Да хотя бы этот же альбинос…        Аборигены радостно приветствуют меня и осторожно хлопают по плечу, провожая к столу. В смысле, сначала-то были крепкие обнимашки, но потом все резко вспомнили, что я того, нездорова чутка. Радость немного наиграна, у некоторых и не немного, но это детали. В целом сюрприз засчитан.       Правда, как выяснилось, это не специально мне приветствия устроили – студенты тут зависали со дня прибытия на Цитадель, столовались, я так понимаю. Но моё появление всё равно считается неплохим поводом – теперь как бы все в сборе из спасшихся после атаки Цербера, так что минута молчания в честь погибших, прочувствованная речь от парня с грустными влажными глазами и видом «мне больше всех надо», ремарка в сторону «спасибо, что Неха всё-таки выжила» и продолжение банкета. Даже на лампочку сильно не косились и вопросов лишних не задавали.       Кроме всего мне под сочувствующие взгляды и поддерживающие реплики публики вручили настоящую фоторамку с настоящей фотографией. Ещё целая Неха Кинг со своими родителями и братьями, один из них совсем пацан, лет десяти, наверно. После процедуры меня берёт на прицеп и тащит к столу светлоголовая девушка.       В итоге моё место оказывается рядом с блондинистой королевой бала, которая, очевидно, по привычке пытается меня обнять и чмокнуть воздух у щёки. От этой опасной атаки я уклоняюсь, но враг не отступает – приземляется на стул рядом, заботливо пододвигает мне салфетку и начинает психологическую обработку:        - О, Неха, дорогая, я так рада, что ты выжила! Я поручила папиной ассистентке найти список пластических хирургов…       В непрозрачном бокале оказывается всё-таки вода. Я аккуратно давлюсь жидкостью, оценивая обстановку – Джек с самодовольной ухмылкой сидит на другом конце стола и мстительно салютует мне стопкой:        - Ребята, Неха пока не очень комфортно себя чувствует со всеми этими штучками с общением, к тому же, сами понимаете, амнезия… В общем, вы поможете ей познакомиться со всеми заново и вспомнить свои увлечения и интересы, да?       Люблю английское слово «сука», его так комфортно маскировать под чихание. Что я и делаю, громко и демонстративно. Это кажется невозможным, но Джек улыбается ещё шире и ещё счастливее.        - Наверно, у меня аллергия на эту траву, - задумчиво объясняюсь я, с сомнением тыкая вилкой во что-то сопливо-зелёное и стручковое.        - Ты что, - вскидывается тут же богиня дискотеки, - это же основа твоего рациона! – и за дальнейшую краткую лекцию я узнаю, что труднопроизносимое нечто есть низкокалорийная и жуть насколько полезная пища, которую я люблю и уважаю. На всякий случай всё же рискую и пробую. Нет, трава травой.       Беру небольшой тайм-аут и убегаю к автомату в уголочке – через него можно передавать заказы. В спину мне немедленно сыплются возражения – мол, можно позвать живого официанта и вообще все хотят мне помочь. Я кричу в ответ, что боюсь живых существ, страшно закатываю глаза, дёргаюсь и благодаря вмешавшимся взрослым («Так, ребята, дайте Нехе передохнуть, она только из больницы») получаю пять минут уединённого общения с техникой.       На самом деле они даже очень милые, если не считать блондинку с именем на «М», которая, видимо, прочно обосновалась в моих патронах по меркам студенческой иерархии. В смысле, так-то ко мне все обращались, частью с уважительными эпитетами насчёт того, что я славно крошила церберовцев, частью с благодарностями за всё то же, но применительно к спасению чужих жизней, плюс всяческие разговоры о добром и недобром здравии. Но я пока всерьёз рассматривала перспективы возвращения в больницу – тут людей вон сколько и все общительные, а в госпитале разок в день ТРия зайдёт мозг попилить да часок над душой ТСана постоит. Но она будет одна и ей, в принципе, уже даже отвечать необязательно, насколько я понимаю.       Вымучив из автомата свою еду, возвращаюсь за стол. Европеоидного вида блондинка, которую я окрестила королевой бала, оказывается Маликой Томирис, а я - её лучшая подружка. Нашу дружбу, чую, ждёт большое испытание…       Ещё из имеющихся примерно трёх десятков товарищей я сумела сразу не забыть: Дэвида Арчера (хороший тихий парень), потому что по игре встречались; всё того же альбиноса из своей группы – Люсьена Феррейру, как выяснилось; очень пафосного и тошнотно-самолюбивого чувака с претензией на лидерство – Джейсона Прэнгли и немного нервную девочку - Родригез. Назвалась она, кстати, русским именем, но его моя память заносить в каталог уже отказалась. Вообще они зашибись весёлые ребята – хороводиком представились и довольные, думают, я всех знала или прям сходу без проблем запомнила.       Потом действительно-таки живые официанты занесли мой заказ – бифштекс с чесночным соусом, великолепно горячий фруктовый чай и ведро с попкорном специально для Джек.       У Малики чуть истерика не случилась:        - Неха, ты что-о! – Кому я блин говорила «Зовите меня Кинг»?!        - Гипотетически – человек, - ответила я, поудобнее перехватывая нож и убеждая себя, что примериваюсь именно к мясу на тарелке. Вокруг меня какая-то долбанная калька на «сильно изменилась за лето» происходит, ей-ей.        - Но ты же вегетарианка, - повелительно говорит девушка и пытается угнать мою тарелку.       Нож врезается глубоко в стол совсем рядом с загребущими пальцами Малики.        - Ой, извини, - притворно ужасаюсь я, - это всё проблемы с протезом. Но вообще, - продолжаю уже тихо и враждебно, - не трогай мою еду, женщина.        - Да, я слышала, что после травм, подобных твоим, бывают небольшие проблемы, - тем временем с другой стороны вещал второй прототип лучшей подруги. Вообще их было аж три штуки кроме меня, но Малика явно прочно держала знамя первой скрипки. И, судя по её глазам, у меня наклёвывались большие проблемы с оркестром.       Другой причины кроме действительно шикарного семейного бизнеса я придумать не могу, но, тем не менее, дамы продолжали упорствовать – за полчаса через меня прошёл чудовищный поток малосвязной и не слишком-то понятной информации. Всё в основном начиналось с вопроса «Так, ты помнишь?..», и дальше следовал краткий гайд по затронутой теме с обещанием дальнейшего ликбеза и чуткого руководства с практикой.       Косметика («с лицом что-нибудь придумаем, но тебе уже сейчас нужны тени, вот, возьми пока мои»), шмотки («ох, эти доктора бесчеловечны – обрядить тебя в такое!»), парни Гриссомской академии (незнакомое имя, незнакомое имя, незнакомое имя, Джейсон Прэнгли, незнакомое имя…), парни не Гриссомской академии (тут даже ни одного Прэнгли не нашлось, совсем всё плохо)…       Мясо – вкусное, кстати, даже очень, - кончилось, чай тоже, из полезной информации пока была только характеристика предыдущего пользователя моего тела. Неха Кинг была чуточку ботанистой модницей, конечно же, стервочкой для окружающих, но нежной и милой натурой в душе – то есть внутри фантастической четвёрки аутсайдером. И ещё на горизонте маячил некий Джеймс Райт, истинный джентльмен из хорошей семьи, о котором мечтают все дамы. Он, конечно, меня обидел, поэтому не стоит его прощать сразу… Так, стоп, необычные данные.       Ага, дядька, оказывается, был со мной помолвлен, разорвал помолвку, потому что поссорился с моим отцом. А буквально пару дней назад, после происшествия на Фабии, я полагаю, вспомнил, что любит меня ведром… То есть, конечно, безумно, чёртов Т9.       Сейчас расплачусь от умиления. Правда расплачусь – какой-то мужик и впрямь топтался у дверей в зал, тискал в руках букет экзотических, но живых цветов (даже очень живых, тонкая зелёная дрянь, в избытке выглядывающая из обёртки, как-то зловеще шевелилась не в такт тисканью) и тоскливо буравил меня горящим взором.        - Кинг, - за моим плечом, как чёртик из табакерки, появилась Джек. Только что же попкорн лопала, ну как так? – Тут с тобой экс-жених пообщаться хочет, - неодобрительно сказала биотик.       Да нужен он мне.        - Он кажется хорошим человеком, и есть в нём что-то родное, я думаю, я хочу с ним познакомиться, - застенчиво говорю, скромно втупив глазки в стол. – Можно ведь? – пай-девочкиным тоном спрашиваю у Зеро. Она кивает, со скепсисом глядя на мою пантомиму. – А если мы… ну… загуляемся?.. - продолжаю ломать комедию я.        - Я скину тебе сообщением адрес отеля и время сбора, точки отмечу на карте, - со вздохом качает головой Джек. Когда я уже на полпути к очень кстати явившемуся ухажёру, Зеро ненадолго останавливает меня, аккуратно схватив за локоть.        - Только так, Кинг, – ты сама не убейся и никого не убей тоже, хорошо?        - Я всего пару дней как живу, и то из них большую часть была в больнице, - делаю большие глаза.        - А меньшую часть упоённо превращала в крохотные обломки людей, робототехнику и особо тяжёлые перекрытия, - насмешливо поддакивает Джек. – Ты, конечно, нихрена не похожа на предыдущий вариант своей личности, и не сказать, что меня это не устраивает или в нынешних обстоятельствах такие метаморфозы не в кассу… Но башки всё равно не теряй, ладно, курсант?        - Ладно.        - И общаться с ребятами тебе всё равно придётся. Даже с большим их количеством, чем сейчас, потому что в учебку не только вас запихивают. Там тихо сваливать не получится.        - Ясно, мэм.        - Хорошо, - улыбается Джек и отпускает меня: - Развлекайся, Кинг.        Мистер Райт разыгрывает верного и великолепного Ромео, и даже преданно смотрит мне в глаза, пока тарабанит заученный текст про вечную любовь. Правда, имеющимся раскладом и моим внешним видом парень доволен не слишком, поэтому накидывается любезно заказанным мною виски буквально минут за тридцать (не без моего активного пособничества, но это мелочи), очевидно, надеясь, что при определённой концентрации алкоголя в крови я превращусь в шикарную азари в латексе. Я решила его не разочаровывать, и, пока Джеймс сосредоточенно созерцал столешницу и перерабатывал очередную порцию мужской косметики для женщин, отлучилась ненадолго и… Ага.        - Извините, - чуть виновато улыбаюсь на подходе к столику, - можно вас побеспокоить вопросом?        - Конечно, мисс, - легко козыряет мне Джокер, бросая лукавый взгляд в сторону своей металлической компаньонки. – Что бы вы хотели узнать? Флотские волки вроде меня всегда найдут ответ, даже на трансцендентные вопросы.        - Мне бы что-то поприземлённей, - скромно говорю, - вроде сведений о том, в какой части бара здесь хороших проституток найти можно.       Моро с каким-то радостным интересом сдвигает кепку на затылок, а Сузи, не заморачиваясь, уже даёт мне направление и средний ценник, с чем я и покидаю радушную компанию.       Уголок слева от места отдыха бравых солдат Альянса, краткие переговоры – и вот уже к моему экс-жениху подсаживается роковая синяя дама со словами «Милый, вот я и вернулась». Джеймс поначалу трясёт башкой, но потом зависает на секунду, прежде чем отполировать своё состояние ещё одним стаканчиком и включиться в беседу.       Так, теперь, я думаю, можно и прогуляться?.. Эй, кто там?..        - О, интересный способ отшивать парней, - толкается. Ну да. – Лювья.        - Лювья? – скептически переспрашиваю, оборачиваясь. Здоровенный татуированный шкаф обаятельно улыбается:        - Я Джеймс Вега, а ты Неха Кинг. Мы не успели познакомиться, но я был, знаешь, в эвакуационной команде для Гриссомской академии.        - Лювья? – ещё раз говорю. Звучит мерзко, как по мне.        - Это «дождь». У меня есть немного дурацкая привычка раздавать людям прозвища – я не люблю запоминать имена, мне ближе ассоциации. Дождь – так твоё имя переводится, да и ты сама чуть-чуть на дождь похожа.        - Всего самого наилучшего, Джеймс Вега, - киваю я ему и валю поскорее, пока он ещё как-нибудь меня не обозвал. Хороший вроде парень, конечно, но… Лювья?       Пока я думаю, куда направиться дальше, натыкаюсь взглядом на довольною рожицу Джокера – он, размахивая кепкой, приглашает меня к столу. Почему бы и нет?        - Я – Джеф Джокер Моро, а это моя платформа-помощник Сузи. Мы как бы выходные ненадолго, так что застряли на берегу и теперь вместе со всеми делаем вид, что всё отлично и не летит на самом деле в глубокую и безысходную чёрную дыру. Должен заметить, у тебя интересный способ общаться с кавалерами, и, учитывая судьбу первого парня, с тобой теперь хочет замутить весь бар. Как дела?        - Привет снова, я – Кинг. Судьба первого парня – проблема исключительно его счёта, и я сильно сомневаюсь, что космопехи постесняются оплатить себе ночь, если понадобится, так что их чаяния не особо обоснованы. У меня тотальная амнезия, говорят, пара клинических смертей, и есть немного времени до вылета в учебку, в которое я намереваюсь по мере возможности развеяться перед тем, как чёрная дыра начнёт вертеть всех нас как ей пожелается. В остальном всё отлично, а у вас как?        - Ничего не помнишь, да?        - Точно.        - Знаешь, кто самый крутой пилот в Галактике?        - Всё ещё амнезия.        - Джокер, то есть я – самый крутой пилот в Галактике. И у меня есть пара историй о том, как мир был спасён – исключительно благодаря мне, разумеется.        - Если они интересные – возьму у тебя автограф.        - Сделка.        - Глупые социальные пляски. Разве это не доказывает людскую неполноценность по сравнению с машинами?        - Э, Кинг, не обращай внимания, Сузи так шутит…       - В последнем сомневаюсь, но вообще мне нравится.