Нулевой элемент

      Следуя традициям своей исторической родины, я не только узнала у Джокера много интересного, но и отжала кепку на память. Кепка явно добавила мне очков к обаянию – по крайней мере, местные человеки перестали страшно дёргаться при виде моей причёски. Тоже мне, никакой свободы самовыражения…       Конечный пункт моего сегодняшнего путешествия был довольно далёк от клуба, что, в принципе, адекватно, да и мне на руку. Можно, например, зайти в одну из бесчисленных парикмахерских по пути, где розовое тенткалевое чудовище, виртуозно орудующее какой-то супербезопасной и сверхзвуковой бритвой, подровняет мне виски – признаться, в тот момент, когда за моей спиной возник ханар с гелевым чубом на тушке, мне было даже страшнее, чем в любую секунду в Гриссомской академии.       Конечно, можно капитально пройтись пешочком, с остановками, правда, потому что нога порой устаёт от протеза, и когда хромота становится совсем уж чёткой, лучше пятнадцать минут передохнуть в уголочке или на лавочке. Вообще забавно: сядь себе хоть посреди дороги в позе лотоса – никто и слова не скажет, обходят молча. Такие все тихие и толерантные. Безопасники, правда, ко мне стеснительными коршунами присматривались, всё надеясь, что я начну лишние звуки издавать, чтобы меня можно было перенаправить либо в неотложку по здоровью, либо в кутузку за несанкционированный митинг. Ан нет. Пока я не врежу никому и не оскорбляю ничьи чувства, имею право справлять любые религиозные ритуалы в любом месте в любой момент времени, закон о вере, однако. Другое дело в уважении к окружающим и моей репутации в их глазах, но… Человек вообще живёт в симбиозе с церебральными тараканами, инопланетяне должны были свыкнуться.       Зато за время променада можно действительно полюбоваться всеми доступными видами разумных. Даже кварианцы отыскались, и мельком протеанин – от Явика я немедленно поменяла вектор движения, на всякий пожарный. Не люблю чрезмерно осведомлённых собеседников… Так, снова смена направления – впереди мелькнула спина, до боли напоминающая спину одного моего знакомого психотерапевта.       Попутно избавилась и от фоторамки. Раз уж я иду через доки, да мимо мемориальной стены - почему бы и нет? Свой кусочек памяти и скорби Кинги заслуживают. Может, кто-то сердобольный им его и даст, как знать.       И вот он, мой пункт назначения. Детский центр снаружи был, в общем-то, ничем не примечательным зданием. Зато внутри...       Куча игровых залов, здоровенная столовая, несколько лабиринтов, батутов и прочих радостей жизни. Энное количество аниматоров в комплекте, как и орда маленьких гоблинят всех рас и размеров, вон, даже кроганёнок кого-то дубасит лопаткой в песочнице, пока маленький лягушонок сосредоточенно соскребает с макушки агрессора чешуйки на анализы, но со всем этим примиряет вышеупомянутая инфраструктура.        - Добрый день, - подкатилась ко мне азари-администратор. - Могу я чем-то помочь вам?        - Да, я как раз вас ищу, - обрадовалась я ей. - Мне надо тут ребёнка оставить. Неконфликтная, довольно взрослая, в общем-то, не очень общительная, но любит игры и активный отдых. Одна проблема - девочка после недавней травмы, не совсем уверенно пока с протезами справляется, так что если есть что-то необременительное, но помогающее...        - Ни слова больше, - лучезарно улыбнулась мне, если верить бейджику, Анайя. - У нас есть аниматоры как раз с нужными программами, более трёх сотен лет опыта позволят подобрать ключ даже к самому капризному малышу. На какое время вы хотите оставить ребёнка?        - На пару-тройку часов. До ночи, я имею в виду, примерно так.        - Какие-то особые пожелания насчёт меню? Девочку нужно будет покормить, или, может быть, лёгкий ланч?        - Покормить полноценным ужином. Что-то мясное, вкусное, можно даже полезное, и фруктиков на десерт.        - Что ж, - бодро кивнула мне Анайя, - всё верно, проверьте, пожалуйста? И, чтобы расплатиться, переведите деньги на вот этот счёт... Прекрасно! Где же ваша девочка?        - Я она, и я тут. Куда идти?       К чести администратора – зависла она ненадолго, да и после не стала возникать с вопросом «у нас так нельзя». Так что я получила свой вечер подвижных и развивающих игр в компании очередной азари с замашками вселенской воспитательницы. Я с ней и в монстров мыльными пузырьками на виртуальном тренажёре постреляла, и кубики в трёхмерной копии тетриса поскладывала, и азы галактического этикета прослушала и даже частью усвоила. Теперь знаю «спасибо» и «пожалуйста» на шести инопланетных языках.       Чтобы добраться до гостиницы, решила воспользоваться местным такси, он же – Экспресс Цитадели. Можно отдаться на совесть автопилоту, можно с проложенным маршрутом и самостоятельно порулить… Если права есть.       В общем, всю дорогу я сидела злая и надутая. Не пыталась, конечно, как-то сломать или взять управление – правила дорожного движения, как-никак, писались кровью, и мне бы не хотелось от себя доливать в общую копилку ещё чернил. Тем более, что водитель я исключительно двухмерный пока, и тянуть штурвал вверх-вниз, когда мне заблокируют два привычных измерения, могу попросту не сообразить. Но всё равно – обидно…       Собственно в месте временной дислокации будущей красы и гордости человеческой биотики мне, к счастью, удалось разминуться со всеми потенциальными товарищами. Номер открылся по запросу после быстрой проверки моего кода доступа. Минималистичная комната, зато с душем и туалетом в комплекте; а так-то мне ничего, кроме кровати, и не нужно. Сумку с вещами только с койко-места спустить (приехала смена одежды, вуу-ху!) и спать. Денёк выдался сложным и долгим.       И была у меня надежда, что у впереди ещё много-много таких дней.       Восхитительно, я скажу, спать не в больнице – нигде ничего лишнего не пиликает, по расписанию не будят, злобная главврач поутру не заходит с претензиями нехорошими, благодать! Хотя вот насчёт потенциальных посетителей не знаю, в любом случае статус «Не беспокоить» на врата в мою скромную обитель, может, и уберёг от вторженцев.       Второй официальный день в новом мире. Всё ещё торможу на рассматривании движущихся и не движущихся объектов, но уже чуть меньше, хотя и не устаю любоваться всякими ханарами-турианцами. Необычно жжж! Непривычно. Да ещё с такой шикарной графикой и детализацией. Можно даже потыкать в кого-нибудь пальцем – совсем настоящие… Спасибо понимающим азари и ханарам.       Впечатление могло бы испортить смутное ощущение пира во время чумы – в конце концов, станцию же скоро атакуют, а после и совсем того, в Горн превратят… Может быть, если игра не ошибается. Но я человек простой, вижу Цитадель – иду гулять. Так что под оптимистичные ритмы американских умельцев айда…       Заказать азарийский сок (сладкая терпкая гадость) у бармена с изящным именем Этита.       Полюбоваться на генерала Ораку, протирающего лавочку. Дядя наслаждался солнышком всего несколько минут, потом ушёл работать.       Ухватить удачно с каким-то опасным человеком в пиджаке беседующего мистера Армандо Бейли.       Сходить всё-таки на боевик с Бласто. Ересь дичайшая, но ханар забавный.       Всё-таки найти приснопамятного Барлу Вона и заказать у Серого Посредника справку по бизнесу Кингов.       Поздороваться с Сузи и Джокером.       В общем, много чего можно успеть, пока шатаешься в случайном порядке без определённой цели. Но все пути всё равно сходятся на экспрессе. А вот куда эта скромная штучка умеет завезти – уже другой вопрос.       Район, подсказанный как раз парочкой из искусственного интеллекта и хитрого пилота, бел довольно безлюдным – жилые кварталы, населённые работягами, которые сейчас, что логично, работали. Пешком идти всё равно осталось довольно прилично – но Баба-Яга про!.. В смысле, упорно двигалась к цели, ибо длительные походы никогда меня не пугали, а к прихрамывающей ноге вполне себе можно приспособиться. Как бы то ни было, руки чесались немилосердно, и главный для меня релаксант был близок.       Небольшой магазинчик «Передвижные средства Освальда» торговал моделями машинок – какими-нибудь ChevroletCamaroFX100500 в масштабе один к сорока трём, но и это была не совсем главная статья дохода.        - Могу я что-то подсказать, мэм? – учтиво поздоровался молодой парень за прилавком, вытирающий руки грязно-серой тряпкой.        - Да. – Я кивнула на ретро-стойку, там, где выставлялись не летающие машинки: - На таких ещё где-то катаются?        - Есть места, - продавец пожал плечами, и, оставив тряпку, пошёл к стенду. – А вы ценитель, м? Есть совершенно особые модели. Мы их не продаём, конечно, исключительно демонстрационные экземпляры, но порой и демонстрация немалого стоит, правда?        - Точно.       В этот специфичный клуб автолюбителей приглашали когда-то и Джокера – точнее, не когда-то, а как раз после первой атаки Цитадели. В целом это место было не то чтобы закрытым – так, не афишируемым, и прийти сюда, в принципе, мог любой, чудик вроде меня в том числе.       Денежный вопрос – совсем другое дело. Но, во-первых, счёт у меня всё ещё внушал уважение, даже после всех покупок и развлечений; во-вторых, мне обещали крупное наследство после почившей на Фабии родни, и это не считая компенсации от Альянса; в-третьих, я сегодня вечером улетаю куда-нибудь на военную базу, и, гипотетически, после учебки отправлюсь на войну, где есть крупная вероятность того, что никакие деньги мне уже не понадобятся. А понадобятся – найду способ их достать. Возможно даже, чем чёрт не шутит, заработать…        - Какие-то пожелания?       …Так что:        - Автомобиль, классику, в управлении попроще, но с ручной коробкой передач. И с хорошей защитой для очень неумелого водителя.        - Насколько неумелого? – пытается то ли ободряюще, то ли просто пошутить новый продавец, к которому меня провёл парень с тряпкой.        Я демонстрирую медкарту и зловеще сверкаю лампочкой:        - Буквально безрукого и безногого.       Ещё одна передача, и я попадаю в цепкие лапки – храни меня Жнецы, такого я не ожидала! – пухлого саларианца. Дим, как представился земноводный, и впрямь больше всего на свете напоминал укуренную рогатую жабу в полупрыжке; специфический внешний вид, однако, не помешал ему буквально за минуту провести детальнейший вопрос о том, чего я хочу, чего я умею, чего я предполагаю и как это благополучно совместить, и выдать мне ключ-карту с указателем к нужной площадке.       Машинка мне досталась… серенькая. Неудобочитаемое название, конечно, расшифровывало сложную финтифлюшку, обозначавшую марку, однако данное чудо автопрома было не то что нерусским, но и даже неземным. Как позже выяснилось, эта прелесть (строгих и угловатых геометрических форм, но выглядящая гармонично и грациозно) есть порождение больного мозга саларианских же конструкторов, модель для скоростного перемещения по шоссе, повышенной безопасности, умеренной комфортабельности и достаточной трансформабельности, чтобы мои вероломно выгибающиеся вперёд коленки и относительно прямые икры упаковывались в водительское кресло так, будто оно было под меня сделано. К машине предлагался шлем – для очень параноидальных, так что я с удовольствием экипировалась, чувствуя себя знаменитым гонщиком. Шумахером. Где-нибудь в коме.       Хитрая система ремней безопасности застёгнута, шлем настраивается, рычажок переключения передач удобно укладывается в металл руки, рулевое колесо (такая опция была в настройках штурвала, так что сложная загогулина по команде быстро вытянулась в нужную форму и даже самостоятельно скачала стандартные настройки из сети) – в левую. Платформа с машинкой спускается в индивидуальный бокс размером с небольшую стоянку. Ну что же, настало время!.. Читать инструкции…       Так, педали оставить три, газ, тормоз и сцепление, не хочу даже думать, за что отвечают ещё две. Это изменение машина съедает покорно. Потом я пытаюсь ознакомиться с инструкцией детально, вскоре с матом приходится открывать все прилагающиеся справки, потому что по названию и краткому описанию с физическими терминами мой страстно не понимающий физику мозг осознать предназначение той или иной кнопки не в состоянии. Почему нигде нет пособия «вождение в современности для совсем дебилов»? Что-то вроде «если машина так вжжжжжжжжжж-бррр-биу на гравийном покрытии, жать третью кнопку справа в первом ряду». Конечно, хорошо помогает виртуальный дядька, типа Авины, только «специализированная модель Китгайд», но он тоже почему-то наивно полагает, что если меня угораздило попасть за руль, я примерно разбираюсь в механике поведения машины двадцать третьего века. Или окончила школьный курс точных наук. Или не списывала безбожно на всех экзаменах вроде физики и электротехники.       В конце концов время было потрачено, лишние функции выкинуты в топку, нужные кнопки упорядочены, и после небольшого теста в боксе (туда-сюда, припарковаться, проверить, как пришитые и родные конечности реагируют и взаимодействуют, покружиться-пожечь псевдорезину на колёсах) я приняла волевое решение проехаться по собственно автодрому. Ворота бокса начали отъезжать в сторонку, в голове ехидно заиграло «Рон-дон-дон».       Вообще странно, что на космической станции такая прорва пространства пропадает попросту на стоянку с боксами и автодромом, тем более, тут недалеко куча разных планет – с атмосферой, без, астероиды ещё всякие, планетоиды и спутники, одним словом – строй-рой хоть до посинения. А вот же, на столичной ограниченной площадке. Да, цены не то чтобы доступные, любой оборванец покататься не приползёт, но от среднего класса и выше позволить себе развлекаловку можно. Конечно, пустят или нет – это уже вопрос другой, да и гонки нелегальные, которые тут проходят (не всегда на обычных машинах и условиях), и господа политики, зрелища алчущие – тоже важный аспект. Но если упереться в принцип Маугли, то с теми (попросить у Джокера код доступа) или иными (придумать что-нибудь ещё) усилиями ввинтиться сюда можно.       Чего только на автодроме не было! Вежливых водителей точно, но в дневное время конкурентов у меня было ничтожно мало, особенно на простых трассах. Так что вышло всего четыре аварии, и все были засчитаны как не по моей вине, что дало мне бонус-очки, которые, в свою очередь, перевелись в бонус-время. Конечно, приходилось поглядывать на часы – близился отлёт. И близился. И близился…       Под конец шестичасового автомарафона нежелание куда-то деваться и тем более валить в тренировочный лагерь с кучей невротиков вроде меня достигло своего апогея. Пришедший провожать меня лично Дим, видимо, чувствовал, что я морально готова обнять колесо полюбившейся мне машины, кричать, плакать, доплачивать и оставаться тут жить, так что предельно осторожно занамекал – мол, того, автодром уже полчаса как должен техобслуживаться и досматриваться, мисс Кинг, и компенсация, конечно, святое дело, ради которого все и задержались так, но пора и честь знать… Можно прийти завтра. Они даже зарезервируют именно эту модель на следующий раз специально для меня, но только если я сей же час покину их гостеприимное заведение!       Не совсем уверена, за кого меня тут приняли, но спорить не стала и угрюмо пошла на выход. Успокаивающее мельтешение дороги и бортиков за стеклом на сегодня закончилось. Спина с непривычки немного гудела, но в остальном всё было отлично. Кроме настроения.       Оказавшись за пределами лавки (в подарок мне даже посулили модельку выбранного мной авто – только бы уже ушла), сердито пнула мостовую.        - Не хочу учиться, - раздражённо выдохнула я и автоматически продолжила: - Хочу жениться…       Шедшая неподалёку компания из пяти азари с шевронами студентов-медиков немедленно скорректировала курс на несколько градусов и направилась ко мне, по пути сканируя взглядами око Саурона и форменную кепку.        - Поговорка такая, - торопливо добавила я перед тем, как нырнуть в ближайший закоулок и отправиться в бесцельное брожение по кварталу. Движение пешком тоже успокаивает. Не так, как на колёсах, но за неимением альтернатив… Не садиться же опять летать топориком в местный экспресс.       Что отступать бежать, что наступать бежать. Здравствуй, стадия рефлексии.       По сути, мне абсолютно не нравилась перспектива стать красой и гордостью отечественной биотической артиллерии. Вот ни разу в жизни не было стремления служить замечательной стране… или Альянсу. Мало во мне патриотических чувств, не хватает их на добровольное отстаивание абсолютно чужих интересов в не самых рациональных условиях. И даже то, что сейчас вроде как масштабный всеобщий противник имеется, не особо помогает – или нас убьют, или нас бросят умирать, или мы выживем, война кончится, но никто торжественной отставки сразу после победы не обещал. То есть, конечно, обещал, но читала я тот контракт – красиво сформулировали «особые условия», под которыми нынче подразумеваются Жнецы, а позже вполне могут и мниться амбиции человеческих лидеров в условиях послевоенной неразберихи.       Опять же, моя биотика в стиле «Халк ломать» не была похожа даже на Явиковскую, и что с этим делом местные захотят делать – большой и интересный вопрос. В который включается подпункт о том, выгоднее ли быть тогда официальным лицом или таинственной сволочью вроде Гото и Окуды. Им, правда, это не помогло, а из меня хакер и вор как вон, из психотерапевта ТСаны импульсный георазведывательный комплекс.       С другой стороны я не иду по военной стезе, и либо принимаю на себя обязательства по правлению семейным бизнесом, либо оставляю всё на директоров дробь продаю и дальше иждивенствую на полученные деньги, живя в своё удовольствие маленьким регрессирующим лентяем или найдя занятие по душе и активно им занимаясь.       Две проблемы с этой стороны – как ни прискорбно, но сейчас больше всего на свете меня интересовала именно биотика (спросите класс «А кто из вас в детстве мечтал стать магом» и наблюдайте, как быстро расстрелявшая всех предполагаемых конкурентов девочка скромно поднимет руку и скажет «Я»), и, будучи товарищем солдатом, я смогу худо-бедно влиять на события. По крайней мере, помогать правому делу и прочая, прочая. К тому же корпус у нас, как я успела тихо поинтересоваться, не в последнюю очередь будет научно-исследовательский, тактики, усиливающие разработки и другие радости по идее будут по мере возможности использовать наши отряды. Гигантская подписка на бета-тест всяких интересностей, если конечно, забить на аспект собственно военной службы и сопутствующих тому прелестей.       Выбор уже, безусловно, сделан. Но я вообще люблю беспредметно поныть, поэтому пошли по новому кругу: нервирует меня эта идиотская перспектива военной службы, и возможные сопартийцы, и тем более командование, и ещё совместимость и действенность моих извращённых способностей… Жизнь отстой.       Отстой привёл меня, в конце концов, в центральные районы, в Силверсан Стрип. Не пешком, конечно, а экспрессом, но почему бы и нет? Там стрелковая арена. Можно посмотреть ролики с Арией и разумно решить даже не соваться, пока не наберётся примерно пять сотен лет опыта. Зато Аркаду никто не отменял. И добрую девочку Саманту Трейнор, разделавшую меня в свои шахматы, как хомячка с купированным мозгом. Правда, девушка из сострадания в итоге угостила меня чем-то мерзко-сладко-газированно-алкогольным (видимо, любит мучить противника и после победы) и скинула методички по этим самым «Кепеш Якши». Вскоре Трейнор самоустранилась, оставляя меня в одиночестве. Я успела вернуть коктейль бармену, заказать водички и задуматься над тем, насколько рационально напиваться лично мне и вообще перед полётом в космосе, когда одновременно произошли два события. Мне пришёл-таки отчёт по добру Кингов и:       - Вы сбежали, - настиг меня насмешливый голос. И наивный одновременно. Коллапс звучания и интонации когда-нибудь заставит меня свихнуться, ей-ей.        - Психотерапевт ТСана, - протянула я, не пытаясь скрыть досаду и фальшь улыбки. – Вы тут случайно или практикуете выездные сеансы по клубам?        - Искала вас, - пожала плечами азари, присаживаясь рядом. Мой предыдущий сосед куда-то пропал менее, чем за секунду.       Ну да, мне стоило догадаться, что за так она от меня не отвяжется. Как минимум из принципа. Впрочем, я и не надеялась, если честно. Её пассаж я проигнорировала, вновь закрывая глаза и возвращаясь к медитации над стаканом.        - Почему вы сбежали?        - Потому что поспорила с доктором ТРией и близился час расплаты. И потому что не хотела общаться с вами. Также я не люблю больницы, а моё здоровье восстановилось достаточно. Звёзды, в общем, так сошлись.        - Не хотите со мной общаться?        - Вы удивитесь, но повторять одно и то же по несколько раз – тоже отнюдь не моё хобби, - доверительно поделилась я с доктором драгоценной инсайдерской информацией. Из первых рук, так сказать.        - Почему вы так себя ведёте? – ближе наклонившись ко мне, серьёзно спросила Раиль. Плюс все эти штучки – проникновенный взгляд глаза в глаза, её рука на моем плече… Чтоб я ещё знала, о чём она спросила, женщина неопределённая. Недетерминированная.       Меня пробивает на смешок от не совсем адекватной мысли и я скрываю его, поправляя кепку. Кажется, та дрянь, которую мне выдала Трейнор, не за так тут самый популярный заказ. Этому стулу на сегодня определённо хватит.        - Не понимаю, о чём вы, - говорю, и Раиль задумчиво кивает в ответ, не спеша прощается и исчезает в толпе. Озадачила и ушла. Она начинает мне нравиться, однако.       Настроения после ТСаны нет ни на что, так что остаток времени я просто брожу по местным достопримечательностям и пялюсь во все стороны. Есть преимущества у прихода из другой реальности – везде интересно. Даже на пьяных в дрова турианцев посмотреть.       Вскоре нас всех по очереди вылавливает Джек (ко мне она успевает буквально за пять минут до будильника, по которому я вроде как иду на точку сбора), чтобы затем провести стадо своих питомцев к ближайшей цели. Направляемся прямиком к космопорту, и нас пропускают без вопросов и даже проверок. В течение получаса группу принимает на борт большой корабль, тип которого мне не определить – не «Нормандия», что я могу сказать… Бандура здоровенная по имени «Циолковский».       Коридоры, перегородки, металлическое на вид покрытие, проводочки красиво связанные, кабели, то бишь… Лабиринт Минотавра какой-то, судя по комментариям, Джек тоже не вполне понимает, как выделенный нам член экипажа («Лейтенант Ирхывнч, очень приятно», - невнятно сказал молодой усатый паренёк) ориентируется в этом архитектурном бардаке. Но до свободного жилого отсека он довёл нас оперативно, где и оставил.       Много двухэтажных кроватей, практически все заняты форменными сумками Альянса. Но только одна из них приютила мой «вещмешок» и несколько пакетов с моим именем в графе адресата. Подарки! Усталость отодвинем, ещё на полчаса бодрствования меня должно хватить…       Правда, бодрствую я чуть дольше, потому что, переговорив с нашим проводником, возвращается Джек и даёт мне по шапке за пропущенную физиотерапию. Завершает она краткую, но ёмкую характеристику моей обязательности зловещим пассажем о грядущих компенсациях, на том покидает меня зловещей тенью, давать по шапке следующему на очереди кадету. Нас таких много набралось, накосячивших. И, учитывая, что прилетает каждому пьяному кадету, а трезвых нас (или их?) – раз-два и обчёлся, пожелания сладких снов грозят затянуться. Впрочем, впереди три четверти суток полёта, торопиться некуда.       Наконец, дело доходит до ожидающих меня свёртков. Первыми открываю несколько мелких – там чип-карта от ТСони с конфигурациями для протезов и программой-тестером, моделирующим работу всех опций каталога, пачка поощрительных печенек от детского центра за стопроцентно успешно выполненные задания и приглашение заходить ещё, та самая машинка из автодрома, жуткая открытка от мистера Райта с невнятным текстом, ещё один чип с интерактивной базой поиска проституток в установленном радиусе с оплаченной на год подпиской от Сузи и несколько карточек от предполагаемых знакомых. В основном пожелания выздоровления, обеспокоенное письмо от Мелиссы Джорджес (поисковик показал, что миссис Джорджес – сестра моей мамы), которому я бы поверила, если бы не извещение от совета директоров «Кингс Фьючера» об экстренном сборе через четыре дня и не краткая аннотация от Барлы Вона о том, что Мелисса намеревается нежно отобрать или позаимствовать с максимальной выгодой всё моё, до чего дотянется. У меня, правда, в корпорации всё ещё контрольный пакет, но кого это интересует, когда можно погрызться за права наследования и, пока суть да дело, назначиться исполнительным директором? Или генеральным. Не зря же последний раз тётушка мне писала… а ну-ка, сервер… У, тринадцать лет назад. Поздравляла с днём рождения. М, может мы встречались потом? Хотя я последние три года, судя по данным, праздновала старение в Академии. А звонила? Двенадцать лет назад. Даже запись есть. Вру, не звонок, а видеосообщение. Так, прослушаю как-нибудь потом.       Осталось всего два пакета. В первом обнаруживается механический хомячок с довольно мерзкой мордочкой – Прэнгли подсуетился. Обязательно скажу ему спасибо, когда он вновь сможет воспринимать действительность, а то, кажется, наш золотой мальчик так хотел напоследок пообщаться и подбодрить каждого, что бодрость его покинула вместе с трезвостью на ближайшую пару дней.       Во втором я с удивлением обнаруживаю порядком поцарапанный, но очень крепкий нагрудник. Пальцы левой очень скоро опознают материал. Для верности прижимаю его к левой щеке – да, один в один и текстура, и поверхность.        - Ты будешь моей прелестью, - ласково сказала я подарку и отложила его до конца уборки, после чего разложила кровать и, поудобнее устроив голову органической частью на нагруднике N7, заснула.       Когда над ухом взвыло что-то настолько омерзительное, что баньши из любой мифологии или там Жнеца обзавидовались бы, это нисколько не поддало нам бодрости и любви ко всему сущему. Я накрылась нагрудником и попыталась уснуть обратно, вспоминая студенческие годы – ни одна отвратительная мелодия не имела надо мной власти более двух дней, а при длительном воздействии, пусть даже с переливами, привыкалось только быстрее, - но тут над ухом нарисовалась Джек. Эта нехорошая женщина, ничуть не стесняясь, стянула с меня нагрудник и ласковым пинком сдвинула с койки. По крайней мере, мне повезло спать на нижнем ярусе, меланхолично осознала я, глядя на летящих с высоты посерьёзнее товарищей.       Следующий пинок вышел в спину и полегче – это уже просто старалась не Джек, а какой-то абсолютно незнакомый мне чмырь в форме. От моей попытки схватить его ногу для дальнейших объяснений азов этики он увернулся и наподдал по загребущей руке, после чего решил, будто бы конфликт исчерпан и отвернулся к остальным. Как будто я добрая или спросонья миролюбием отличаюсь, ага.       Так-то они, а это оказались наши будущие инструктора, подготовились – надели на себя мощнейшую систему противобиотической защиты, так что то и дело голубые вспышки оканчивались ничем для целей и дополнительными подзатыльниками для самых активных. Но я девушка скромная, магическому бою необученная пока, да и ориентироваться сразу после подъёма на какие-то сложные действия, требующие контроля и концентрации – не моё. Вот ребром нагрудника по шее – моё. То есть его, инструктора. Бедняга ещё и упал неудачно, лбом в бортик соседней кровати. Но пульс есть и кровь течёт несильно. А теперь обуваться.       Подбежали ещё два инструктора, нагрудник порекомендовали оставить с остальными вещами и группу не задерживать. Хотя они и преувеличивали – часть потенциальных артиллеристов и на ногах-то не стояла, бедные ребята пытались заползти под кровати, друг под друга и иногда под тени инструкторов, что неудивительно, ибо вместо обещанных восемнадцати часов полёта прошло всего четыре с половиной, - я не стала нагнетать ситуацию и поплелась по коридору вслед за редкой цепочкой таких же, как я, бодрячков. На ходу дремалось тоже неплохо.       Ой, нет, я обратно!       Коварство тех, кто стоит за этим форменным издевательством, пределов, похоже, не имело – в конце пути нас поджидал спуск без лестницы, и хоть там от корабля до земли всего-то полметра, всё равно неприятно на спокойном ходу чебурахнуться носом прямёхонько в грязь. Под ливень с градом.       Рядом было ещё около полутора десятков курсантов, осоловело пытающихся хоть как-то согреться. Я не стала даже пробовать подняться и быстро уползла под корабль. Три биотических лепёшки, выпавших из «Циолковского», спустя меня оттуда выковыряли, чтобы я страдала со всеми; братцев-кроликов, пытавшихся последовать моему примеру, ухитрились не пропустить.       Затем раздался финальный шмяк, и очень злая азари, которая непосредственно меня вытаскивала и теперь сама была по самую макушку в грязи, объявила:        - Вы – взвод Оскар! Запоминайте друг друга. Я – лейтенант Ниррис, с нами сейчас сержанты Мендоса, Эриксон и Фетичев, и для начала всем вам предстоит небольшой кросс. Бегом!       Серьёзно?!       От кучки злобных теней у корабля отделились три субъекта и начали потихоньку нас подгонять. Если честно, видимость была отстойной (как и всё остальное!), так что из всего взвода и командного состава мне запомнилась только азари – потому что очень терпеливая и очень синяя, и глаза у неё злые, особенно после того, как она всё-таки схватила меня, но упала, - и злобный сержант-азиат, который постоянно оказывался рядом со мной и истошно орал на ухо «Не спать, Кинг!» или «Неха спать!», как раз когда я всё-таки приноравливалась к ритму и готова была придремать.       Конечно, никто долго не продержался, все сдохли через пару километров. Ситуация усугублялась общепаршивой экипировкой – нашлось несколько разутых гениев (среди них девчонка, кто-то хотел проявить джентльменство и отдать свои ботинки, но его быстренько отвадили), додумались взять с собой куртки только трое, и, увы, я не в их числе. Сержанты (они ориентировались на местности по карте на юни-туле, которую нам так и не скинули) вились над нами стервятниками, подгоняя, но не приближаясь уж слишком – видели, как нехорошо мы начинаем посматривать на их непромокаемые гимнастёрки и браслеты-пояса с подогревом. Впрочем, совсем маразма не было – стоило кому-то пораниться, как они тут же подскакивали с дезинфектором и плотными пластырями, и, если кто-то отставал, сержанты пытались заставить нас бегать кругами тут же, потому что нельзя разделяться из-за нулевой видимости и бла-бла-бла.       Вообще эти нехорошие люди по большему счёту давили на мозг, подзуживая нас, но никаких лишних действий не совершая. Когда в очередной раз прозвучало «Взвод Оскар, расстояние, которое вам нужно пройти, ничуть не уменьшается, пока вы жуёте сопли! А ну бежать!», я уже основательно задолбалась. Настолько, что высмотрела двух самых флегматичных парней и подбежала к ним с неприличным предложением. Идея сработала, и спустя минуту они уже тащили на себе вяло перебирающую ногами разутую девчонку. Дальше уже проще: ещё на двоих, самых здоровенных, повесить стойкого алкоголика, от которого даже сейчас хотелось занюхать – он, конечно, шёл, но спотыкался на каждом шагу. Худо-бедно распределились шесть троек, и без «команды» осталась только я и мальчик-жердь – худющий, высоченный и с надписью «превозмогать» большими буквами на лбу. После пары льстивых предложений он отправился вперёд, а я осталась плестись позади всех, по утоптанному. Толпа неудачников уже стала больше похожа на, как сказала азари, «кросс». Только было холодно, ничего не видно, отстойное самочувствие и о, небеса, клянусь, я убью этого гондольера-азиата, который по-прежнему выпрыгивал, будто чёртик из табакерки, то слева, то справа, и орал:        - Не спать!       Урод.       Пардон, уроды.       Как выяснилось потом, планета, на которую мы прибыли, и была конечной целью – именно на ней был расположен тренировочный лагерь. И такая восхитительная погода была тут довольно-таки постоянной. Если в один день не шёл дождь, значит, ближайшие три месяца не выдастся ни секундочки без долбанного ливня.       Собственно лагерь находился под защитным куполом буквально в трёх шагах от корабля, да. Но для профилактики и во славу тёмных богов нас банально заставили бегать вокруг него. Когда мы, наконец, резко свернули с маршрута, я буквально могла прочесть вопрос «Почему?» на замаранных лицах товарищей по несчастью, а вот все встречные и наши инструктора в том числе были в этот момент похожи на коней. В ванной.       Повезло, что мы были первыми с «Циолковского» - количество кругов было одинаковым для всех, но вот для каждой следующей группы расстояние от лагеря, а значит, и окружность, по которой следовало бегать, увеличивалась. Правда, собственно взвод Оскар пришёл вторым. Это нам уже потом сообщили, огласили результаты на общем построении.       А пока навстречу нам вышла Джек в компании крупного негра, вызвавшего у меня стойкие ассоциации с майором Бенсоном Уиннифредом Пейном (хотя этот назвался майором Кайлом), умилённо посмотрела на наши ненавидящие всех вокруг (накормленных, сухих, согретых, довольных) лица и сказала:        - Добро пожаловать в лагерь «Прим Астра». Здесь мы будем делать из вас биотическую артиллерию, детишки.       Под куполом было посуше, да и теплее, а когда нас отвели в полипластиковый бокс на двадцать коек – вообще замечательно стало. Ненадолго. Троица сержантов, прикреплённая к нам, зашла следом, полюбовалась, как курсанты падают на кровати, сметая оттуда свои вещи, и сообщила, что у взвода есть полчаса на приведение себя в порядок, после чего стартует учебная программа. И остались, сволочи, тереться у дверей, зорко высматривая любой намёк на попытку уснуть.       Я угрюмо свесила голову с кровати. Рядом с моей сумкой на полу фигурно расстелилась, судя по всему, форма, услужливо разложенная по четырём идентичным комплектам, две пары высоких ботинок военного образца находились тут же. Развернула один клубок с вещами на пробу – бельё прилагалось. Перспектива горячего душа была мной расценена как более привлекательная в данный момент, чем «ещё пять минуточек», так что я устроила нагрудник получше на подушке и, подхватив форму с ботинками, отправилась в жестокий холодный мир. В душевые любезно ткнул пальцем высунувшийся со мной на секунду азиат, но провожать не стал.       Контрастный душ немного примирил меня с реальностью, форма (футболка, штаны, куртка с капюшоном и перчатки) оказалась очень удобной, сныканные с собой печеньки вернули вкус к жизни, а благополучно скачанный с местного сервера план лагеря и прилегающей территории пробудил дух авантюризма. На юни-тул также поступило извещение о том, что меня ждут в испытательном центре.       В искусственном окуляре были свои преимущества – целиком органические смертные, как уже говорилось, вынуждены были открывать экранчик для работы с сетью или пользоваться специальными линзами, которые по сути были эквивалентны тому же самому экрану. Мой блок ничего не визуализировал, так что в итоге я оказалась практически единственным курсантом с полной картой местности, потому что местные умельцы поставили запрет на графический вывод информации без прав доступа – мол, когда не знаешь, куда что ввести и где нажать, скачать план родного завода не выйдет. Есть что-то полезное в трансляции в мозг.       И, признаться, карта была святой необходимостью, потому что логика расположения корпусов и тренировочных площадок в Прим Астре была страшной, больной и извращённой. Строили его явно старательно и последовательно. Так и вижу, как архитекторы идут по списку необходимых зданий и на каждое запускают рулетку, рубят голову жертвенной девственнице, долго курят что-то забористое, после чего слаженно тыкают пальцем в карту, интерполируют получившиеся рандомные точки, преобразуют ещё с помощью неизвестных сатанинских ритуалов и такой-то матери и вот тоооогда-то наконец-таки получают координаты. И повторяют процедуру для следующего пункта…       Бродила я минут двадцать, притом - с картой, тем более что она была почему-то целиком на азарийском – ни одного знакомого тебе «спасибо-пожалуйста», а переводу закорючки поддаваться отказываются; в итоге ко мне в кильватер пристроилось человек пять, двоих я даже узнала – разутая девчонка в компании одного из своих носильщиков. Коллективные поиски, если так можно было назвать наше молчаливое, но упорное продвижение в неизвестном направлении, результата тоже не дали, так что я сцапала грозную тётеньку в сержантской форме и попросила нас проводить.        - Во-первых, курсант, не «извините, пожалуйста», а «сержант Кросс», а во-вторых, как вы можете заметить, я сержант не вашего взвода, и заниматься чужими проблемами не намереваюсь, - отчеканила грымза мне в ответ и пошла дальше по своим делам. Я пожала плечами и отправилась за ней, оскаровцы молчаливо шли следом.       Надолго сержанта Кросс не хватило – метров через сто она вновь повернулась к нам:        - Курсанты, я неясно выразилась? Почему вы идёте за мной?        - Мы ждём, пока вы ослабнете достаточно, чтобы напасть на вас, - грустно сообщила я ей. – И допросить. С пристрастием.        - Так, курсант, - женщина явно не знала, удивляться ей или злиться. Кажется, такого ответа она не ждала. – Представьтесь!..        - Курсант Кинг, - послушно говорю. Вижу в глазах сержанта явственный фейспалм, на всякий случай выпрямляюсь и отдаю честь, накинув капюшон. Не помогает.        - Взвод? – лаконично спрашивает Кросс, видимо, решая свести контакт к минимуму.        - Оскар, - загробным тоном отвечаю. Сержант что-то себе недолго прикидывает в уме, после чего со вздохом говорит:        - Центр на три блока прямо и пять влево, круглое белое здание. – Я на провокацию не реагирую, стою и смотрю на неё преданными глазами. По моим прикидкам, мы лагерь уже обошли полностью, а то и не один раз. – Вам что-то неясно, курсант Кинг?        - Мы так уже пробовали, сержант Кросс, - развожу руками. Женщина долго на меня смотрит, после чего качает головой и широким шагом идёт в указанном нам направлении. Спустя пять минут мы у цели; она молча тыкает пальцем в сторону центра и покидает нашу дружелюбную группу.       Белое круглое здание отличается на первый взгляд от остальных только формой; когда мы оказываемся менее чем в шаге от неприметного входа, воздух идёт рябью, и двери раздаются в ширине, да и чуть выше них появляется табличка с большой заметной надписью «Испытательный центр» (я быстро тыкаю в карту, утверждая изменения). За моей спиной один из парней заворачивает на испанском всё, что думает об инструкторах, маскировке и лагере в целом, я прислушиваюсь к переводу и по большему счёту соглашаюсь со сказанным.       Внутри испытательный центр – как пчелиные соты, в каждой ячейке – на вид удобное кресло, где в полулежачем состоянии люди со шлемами на головах делают что-то несомненно очень важное. На входе – стойка регистрации, где мы получаем идентификационные карточки и координаты своей соты. Расходимся по одному, следуя за линией своего цвета на полу – довольно удобно, кстати… Сама сота ослепительно-белая, одной стены нет, зато на трёх выведена детальная инструкция по тому, как правильно садиться на кресло, куда какие конечности устраивать и что как подключать. Под левую ладонь на подлокотнике выведена клавиатура, в правую укладывается небольшой джойстик с парой кнопок. Шлем демонстрирует короткую презентацию по тому, где что расположено и для чего предназначено, после чего предлагается закрепить увиденное – нажмите то, нажмите это… Пройдено.       Система довольно непривычная, но удобная. Стекло шлема непрозрачное, но, каким-то чудом, это не вызывает дискомфорта или ошибок при печати.       

Курсант Неха Кинг.

      

На данном этапе необходимо пройти профилирующий тест.

      

Начать прохождение теста?

      

Да/Нет

      Почему бы и да?       

Курсант Неха Кинг.

      

Задача 1.

      

Время: 15.00 минут

      

В тестовой плите из атопластила имеется неравномерная гладкая воронка диаметром 1.39774 метра и глубиной 0.4091 метра и равномерная воронка с трещинами с фокусом 0.17 и окружностью в 3.03 т.к. Полагая, что использовались исключительно биотические навыки, предложите максимальное количество комбинаций приёмов, могущих привести к данным результатам. В каждой комбинации указать затраченные на приём усилия, дистанцию, силу удара, минимальный разряд биотика(ов)-исполнителя(ей).

      Плохой день, плохой день, плохой день…       Профилирующий тест включает в себя семь задачек, похожих на первую – с написанием вольного обоснованного ответа плюс расчёты мощностей, и собственно опросную часть, где требуются те же расчёты, знание биотики как научного предмета и хоть какого-нибудь уровня представления о приёмах и их разновидностях. Так-то я могла бы накропать что-то, похожее на правду, в стиле «сингулярность – шарик, а деформация - нет», но как раз таких важных вопросов, увы, не попалось. Разумеется, любые внешние источники вроде энциклопедий или поисковиков были отрублены напрочь.       С честью завершив тестирование и получив по нему незаслуженные четыре процента (обалдеть, какие-то ответы в тесте были правильные! А какие?..), я вышла из Матрицы, только чтобы получить сообщение о необходимости явиться на тестовый полигон для прохождения физиометрических и биотикометрических процедур. К этому пассажу организаторов я отнеслась скептически.       У меня было мало сна, отстойнейшее утро, не слишком-то хорошее продолжение, в данный момент злоключения остановились на отметке «Кажется, я только что полностью провалила любой шанс на биотическое будущее» - и в активе хороших штук после всего этого только пара минут на кровати, душ и печенье, к которому командование, между прочим, вообще ни малейшего отношения не имеет! Я растущий организм, восстанавливающийся после травмы и оставшийся намедни без ужина, в конце-то концов!       Рационально решив, что стиль «закинем кадетов, пусть сами валандаются» сержанты-лейтенанты выбрали сами, я посмотрелась в стенку соты, состроила наиболее несчастное выражение лица на пробу и решительно пошагала к выходу.       Потенциальный объект нашёлся довольно скоро. Неторопливым шагом идущий парень с курсантскими шевронами, мрачным лицом и добрыми глазами. Я прикинула его маршрут и быстренько оббежала пару блоков, чтобы благополучно столкнуться с ним на очередном повороте.        - Простите пожалуйста, - немедленно вякнула я тоном очень застенчивого и очень умирающего лебедя, изображая из себя почти нокаутированного, но невероятно упорного боксёра. На четвёртой попытке встать обрабатываемый юнит всё же догадался мне помочь и одним движением поставил меня на ноги. Наивный. Мой «очень ослабевший» организм немедленно опасно довернул здоровую ногу, и парню пришлось повторять процедуру, правда, теперь он предусмотрительно поддерживал меня под локоть. – Мне очень жаль…        - Да, э-э, ничего, в общем-то, бывает, - успокаивающе забормотал он. – Это я виноват, не смотрел, куда иду, - и, видя, что я собираюсь возразить, оперативно перевёл тему: - Я Алекс Гриндер из взвода Чарли, а ты?..        - Неха Кинг из Оскара, - тихо выдыхаю, отворачиваясь от него наиболее повреждённой частью лица так старательно, чтобы он наверняка заметил. – А ты?.. Ой, нет, ничего, я, наверно, пойду, - аккуратно выпутываюсь из деликатной хватки Гриндера и медленно пытаюсь смыться в ту сторону, откуда выбежала.        - Что я? – Алекс в один шаг со мной равняется и заботливо интересуется: - Я могу тебе чем-то помочь?        - Я просто недавно попала в аварию и ещё не совсем оправилась, и нас всех отправили в этот лагерь, и этот кросс по дождю, где я бежала последней… А теперь профилирующий тест, и я его так ужасно завалила, и почувствовала себя не очень хорошо, так что мне порекомендовали посетить столовую перед дальнейшими нагрузками, и уже пришло сообщение насчёт полигонов, а я ещё даже не нашла эту дурацкую столовую, потому что планировка тут убийственная и, на самом деле, я даже толком не представляю, где сейчас нахожусь! – сбивчиво поведала я камраду историю своих злоключений, подкрепляя рассказ отчаянными жестами руками и заканчивая всё небольшим фейспалмом.        - Не нервничай, - ободряюще потрепал меня по плечу Гриндер, - я так облажался в свой первый день, ты даже представить себе не можешь. И это после трёх курсов подготовки Адептов!.. Профиль вообще написал на тридцать семь процентов, нервничал ужасно… Это специальный стресс-тест, сначала смотрят на результаты при плохих условиях – недосыпе, усталости, а завтра будет та же программа, но с адекватными перерывами, чтобы увидеть настоящие данные. И потом начнётся обучение, мы ведь сюда учиться приехали.        - По-моему, после моего… профиля меня вообще должны исключить без права поднимать руки в любых биотических жестах, - улыбаюсь парню в ответ.        - Ты преувеличиваешь, тем более - ты после аварии, - отмахнулся он. – Неправильно, конечно, что тебя в общем потоке направили, но тут вечно неразбериха и бардак, с нами по-другому не бывает. К слову, столовая тут совсем недалеко, и у меня как раз есть десяток свободных минут, я провожу, хочешь?       Да!!!        - Только если тебе не трудно. Я не хочу причинять неудобства.        - Брось, - раскочегарился Алекс. – Мне только в радость. На самом деле, мы настолько загрузились сейчас всеми этими тренировками, что я даже толком не помню, когда по-нормальному с кем-то разговаривал – не командами и рапортами… нас через две недели уже бросят на фронт, так что подготовка всё жёстче и жёстче…       Надо сказать, с Гриндером мне очень повезло. Он оказался общительным парнем, знал, где что находится, так что всё по пути от нашего столкновения и до столовой на карте расцвело новыми маркерами. Кроме всего, охотно делился и другого рода информацией. Например, той же программой для новичков – вообще курсантам не полагалось помогать в ориентировании на местности и с другими задачами, это всё тоже было большим тестом для взвода в целом и кандидатов в артиллеристы в частности. Сами взводы тоже не были как-то жёстко определены – то и дело составы реконфигурировали исходя из уровня биотиков, психологической обстановки в отрядах, удачности тех или иных связок и круга поставленных задач.        - Я, конечно, не должен тебе этого рассказывать, но ты ведь метишь в научники, верно? – обезоруживающе улыбался Алекс, не подозревая, как он ошибается. Я скромно отвечала: «Как решат кураторы».       Также я успела узнать, что на биотикометрике меня снова, скорее всего, ожидает феерический провал. На этом месте показался священный храм еды, и Гриндер, доведя меня до входа, попрощался – ему надо было куда-то по своим делам, но не забыл скинуть мне на юни-тул свои контакты с напутствием писать по любым вопросам. Я заверила его, что обязательно напишу. У меня ещё полкарты с закорючками без объяснений.       В столовой получить обед оказалось проще простого – в углу пристроился уже знакомый мне по Сверхновой автомат для заказов. Точнее, стояла-то другая модель, но то, что через десять минут на раздаточной линии появился мой обед, нивелировало любые неудобства. Да и сам обед оказался неплох. Пока я скучала в ожидании чуда, нашла меню со снеками, и из своего любимого места в лагере я выходила уже с набитыми всякой всячиной карманами. На всякий случай половину добытого оставила в нише под чьим-то жилым боксом, половину – под своим. На последнем моменте я была почти поймана вездесущим азиатом, который намекнул мне, что я уже час шатаюсь непонятно где, а должна быть вовсе даже на тестовом полигоне. В этот раз он расщедрился не просто на инструкции куда пойти – проводил сам и для верности сдал меня с рук на руки строгой блондинке в белом халате.       Доктор Хартингтон пытала меня все три часа, пытаясь выдавить из металла каплю магии. Началось всё с того, что она проверила результаты моего профилирующего теста и любезно сообщила, что мой процент прохождения является самым низким за всю историю существования аттестации. Даже тринадцатилетки на подготовительных курсах профиль ещё ни разу не проходили хуже семёрки. Отрадно знать, что я особенная.       Затем последовали замеры – Хартингтон закрепила на мне датчики и велела «заставить энергию циркулировать» и «выполнить базовую биотическую нагрузку». Базовой биотической нагрузкой оказался элементарный телекинез и управление сгустком энергии с формированием из него стандартных геометрических фигур. В обоих случаях я провалилась, правда, в первом вина всё-таки не моя. Энергия-то по мне послушно циркулировала, куда скажет доктор, по крайней мере, по моим ощущениям, но вот датчики игнорировали это движение в упор. Со вторым всё было ещё грустней – все попытки как-то визуализировать мою силушку богатырскую оканчивались пшиком, а забросить куда-нибудь взрыв я не рисковала, хотя и очень хотелось – больно доктор была стервой бешеной. И бесящей. Но вокруг также, как я, вернее, успешнее, но тем не менее, развлекались другие курсанты в компании инструкторов и докторов. Правда, индивидуального наблюдения за ними не было.       Потом у нас стартовал диалог слепого с тупым – после попыток заставить меня сделать Сингулярность, Деформацию или хотя бы поставить Барьер, безуспешных чуть более, чем полностью, доктор осознала, что знаний у меня действительно абсолютный ноль (видимо, запись об амнезии она высокомерно игнорировала), то есть минус двести семьдесят три, и попыталась как-то объяснить принципы построения биотических структур и их связь с собственно физикой.        - Поле тёмной энергии, Кинг! – в исступлении выла блондинка. – Это же просто, как дважды два! Шевели тем, что у тебя осталось от мозгов!       А сама наверняка Моне от Мане отличить даже не может, хотя там тоже вопрос не сверхсложный, - мстительно думала я, но молчала.       По сути Хартингтон была не так уж и неправа. Биотик из меня в данный момент получался довольно специфический. Мягко говоря.       Но всё же пришло время нам с ней прощаться:        - Ещё до вашего прилёта сюда, Кинг, - раздражённо уведомила меня доктор, - я полагала это плохой идеей. Конкретно вы должны находиться где-нибудь в специализированном лечебном центре, а лучше – подыскать себе занятие по силам, поскольку, как бы хорошо ваш чип не функционировал, без памяти и внушительной части нервных связей вы - не биотик. Вы сейчас – просто потеря денег, времени и человеческих ресурсов, которые затрачиваются на вас, когда могут затрачиваться на других курсантов или кого-то, подходящего на ваше место куда лучше. Хотя бы имеющего энергетический потенциал, отличный от отрицательного. Сегодня негативные результаты ещё спишутся на первый день, но завтра я проведу с вами повторный тест, и на последующем брифинге подниму вопрос о вашем исключении из программы. Приятного вечера.       Рада была познакомиться, что сказать-то.       Оказывается, меня тут очень-очень ждали.       На выходе из тестового полигона меня встречал всё тот же азиат, которого про себя я уже прокляла до двадцатого колена. По крайней мере, разрешилась интрига с его именем – это оказался сержант Мендоса. Более того, именно тот самый Мендоса, который должен был меня физиотерапировать ещё на Цитадели. Чем он и намеревался заняться теперь.       Правда, Мендоса озаботился вопросом питания и выдал мне три пилюльки со стаканом воды в качестве перекуса. Восхитительно.       С этим интересным парнем я потеряла счёт времени. Такие увлекательные разнотемповые и разноуровневые приседания, перемежаемые изометрическими отжиманиями, упражнениями в воде и краткими забегами на дорожке – всё во имя не только определения моих пределов, но и ради синхронизации работы органических и искусственных конечностей, подгонки рефлексов и более тонкой настройки моей терминаторской половины. Из плюсов – Мендоса давал небольшие перерывы, в которые спрашивал, как настроение. Позже он объяснил, что по заковыристости мата довольно просто определить необходимость дальнейших упражнений и время до конца тренировки. Я не могла с ним не согласиться.       Потом наконец-то нас всех свели вместе. Народу было море – общее построение устроили на большом полигоне, служившем в неофициальное время ареной для одиночных и групповых дуэлей. Пространства было больше, чем на крупном стадионе, и места собственно биотики занимали немало.       Комендантом лагеря был подтянутый белый мужик, седой и с эспаньолкой. Он, конечно, представился, но после плодотворного свидания с Мендосой я смутно воспринимала действительность. Шла на автопилоте, а в строй меня точно ставил сержант.       В общем, комендант вещал какую-то оптимистичную речь про то, что наше дело правое, а тренируемся мы, чтобы в перспективе бить Жнецов мизинцами левой ноги и сразу насмерть. Но могут такую магию не только лишь все – некоторые светлые умы предназначены не для кровавого потрошения противников, а для работы на светлое будущее в компании отвёрток, пробирок и собственной силы. Так вот чтобы все были счастливы, есть общая таблица, в которой утверждается текущий статус курсанта (юни-тул утверждающе пиликнул, получив доступ и ссылку на общий рейтинг). Вкратце – напротив каждого имени будут набранные им очки, начисляемые по секретной системе, данные о результатах тренировок – что надо править, а что великолепно и так, и рекомендуемое будущее. Для тех, кого ещё не определили, в отдельной графе стоял серый кружок, для тех, кто был рожден, чтоб стать артиллеристом – синий, для учёных белый, для самых талантливых, подходящих в обе стороны, соответственно, два кружочка.       Разумеется, в общем доступе для всех были только имена и специализация, все остальные данные могли просматривать только пользователи и их непосредственное командование. Вот наши сержанты были в курсе любых деталей, а чужие уже только видели, кто мы – сильные или умные.       Для новичков уточнили, что баллы выставят наутро после двухдневного входного курса.       Потом, конечно, скомандовали расходиться. Инструктора порадовали нас – час свободного времени перед отбоем.       Взвод Оскар в полном составе решил потратить этот час с пользой и лёг спать пораньше.       Новый день мало чем отличался от предыдущего, разве что поднимали нас сиреной и без лишних контактов, и вывели затем не на кросс, а на индивидуальную разминку. Мендоса снова прилепился ко мне с занимательными идеями подтягивания на одной руке и другими вариантами унижения книжного червя с протезами.       Зато на завтрак нас таки повели в столовую, что уже радовало. Правда, теперь там так просто еду было не получить – оказывается, на наши профили ещё и прикрепились рекомендации по диетам, так что рацион был определён заранее и изменениям не подлежал. Вот вам омлет с овощным салатом, курсант Кинг, насыщайтесь витаминами. Не то чтобы я так уж против, но всё равно немного огорчительно.       На профилирующем тесте я превзошла саму себя и, вопреки вчерашним результатам, набрала два с половиной процента. Я посмотрела на цифры в экране шлема и почти услышала довольный смех Хартингтон.       После измывательств с теорией по биотике все отправились на очередное свидание с инструкторами по физподготовке. Мендоса обрадовался мне будто родной и потирал руки, как очень коварная муха с планами по захвату мира. Оказывается, впереди было занятие по азам самообороны без оружия и прочих волшебных вещей. Моё воодушевлённое лицо только осчастливило азиата ещё больше.       Ну и после обеда, конечно же, встреча с прелестнейшей женщиной во вселенной.        - Единственное, что меня радует, - оптимистично поделилась со мной сокровенным доктор, закрепляя на мне датчики, - так это завтрашний день – не придётся уже возиться с вами, Кинг.       Ну разве могла я оплошать с таким-то напутствием? По-прежнему ноль на выходе.       Можно было бы показать, что я и взрывать вообще-то умею. Но, по большему счёту… Я тут не подопытный кролик или цирковой зайчик. И Хартингтон в чём-то права – с амнезией, с гигантским провалом вместо стандартных навыков надо ли мне тут выпендриваться? Перспективы синхронизации с отрядом при таких трудностях перевода довольно призрачные. Опять же, кто-то что-то сказал про специализированные лечебницы? Может, и впрямь стоит куда-нибудь в такое место наведаться?       Тем более, что я действительно в упор не понимаю, как делать всё то, что должен делать биотик.       Под ободрительные комментарии Хартингтон («Может, я сразу пойду тестировать кого-то ещё и мы не станем бездарно расходовать энергию генератора на попытки засечь в вас хоть каплю силы?») время пролетело практически незаметно.        - Прощайте, Кинг, - довольно помахала мне лапкой напоследок доктор.        - Сука.       Я не стала даже притворяться, что чихаю. Зачем прятать настоящую симпатию к тем, кто её достоин?