Майстрад дыбом: Про рыбок, зонты и Антею

Стихи о майстрадном пейринге Наручники, зонтик, шикарный костюм, машина и два кабинета. Умен, но как лед and красив, но не юн — вот пейринг, которого нету... По длинному фронту фандома ШэХа читатель бывалый топчется. И мне не страшна его имха, несу свой флафф среди прочего. Легко шипперить, коль есть до поры экранное время плюс химия. Сослэшить двух гениев крупной игры всегда рады все одерДжимые. Глазами выев броманс ведущих актеров, с ума сходя от оных, затапливают джонлоком все пуще вканонно и внеканонно. Несут даблджей, отпустив тормоза, Читают — выпяливая глаза в тугом предвкушении близости — откуда, мол, и что будет за обоснуй, и вновь Джон унизится? И в шапке прочтя, например, адлок и чувств никаких не изведав, яойщик мимо проходит далек и разного прочего гета. И вдруг, как будто сердце подряд удары пропустило. Это читатель увидел майстрад, и сделал майстрад ему мило. Моргнул многозначаще глаз читателя: не чаще раза за весь сезон встречаются в кадре одном обязательно инспектор и человек-зонт. С каким наслажденьем три дня, три ночи майстраду в тиши предавался. Погряз во грехе — жрал за пончиком пончик. Завел себе рыбку VIP-класса. Фонарик, лопата, с кофе стакан, футбол, ноутбук, сигарета. Порву я любой другой вариант на флафф на британский вот этот... Я достаю из загашника брюк фанфик — это больше не нонсенс. Читайте, завидуйте, я — шипперю Лестрейда и старшего Холмса. ГРЕГОРИ! Вместо смс Дым табачный воздух выел. Холод бетона в заброшенном складе. Вспомни — как тут в полумраке впервые руки твои исступленно гладил. Сегодня сидишь вот, ночью в участке. Днем еще — с Шерлоком носишься, ураган. Видишь — на мониторе заласкан сломанной дрожью рукою твой стан. В дождь уйду, Зонт сжимая воинственно. Сяду в Ягуар, весь отчаяньем иссечась. Дождись меня, слышишь, дорогой мой, единственный, дай с тобой быть сейчас. Все равно любовь моя — тяжкой короною лежит на тебе, сверкает так ярко. Дай же сердцу в тебя влюбленному Выдохнуть чувства в рот жаркий. Если Джима в тюрьму посадят — он уйдет, и его рейхенбахом вштырит. Кроме любви твоей, мне разве надо что-то еще в этом странном бесчувственном мире. Захочет покоя Смит Кэлвертон - ядом отравит наверняка без проблем. Кроме любви твоей, мне нету солнца, хоть я и знаю все, где ты и с кем. Если так министра измучил бы, он инспектора на деньги и власть бы выменял, а мне ни один не радостен звон, кроме звона твоего чудесного имени. И с Бартса не брошусь, и не выпью яду, и беретту смогу тебе облизать. И со мною только твоему взгляду, подвластно делать все, что никому нельзя. Завтра забудешь, что курить опять бросал, что кофе вместо завтрака вредно очень, и трупы, отчеты — рабочий завал растреплет слова разговоров полночных... Душу свою на части дробя, захочет находиться кто в доме пустом? Дай хоть мне пледом нежно укрыть тебя, спящего за столом.