Глава 14
8 февраля 2013 г., 23:42
Примечание автора: Я понимаю, что есть только одна вещь скучнее сидения на собрании – читать о том, как кто-то сидит на собрании. Но считаю, важно понять, что последующие события были результатом решений, принятых на этом совещании. Официальные записи рассказывают только о конечных результатах, и не обращают внимания на жизненно важное влияние принятых решений на эти результаты. Здравые рассуждения, до и во время битвы - вот что отличает победительную тактику от чистого безумия. Я все еще не уверена, к какой категории отнести нашу кампанию.
Со всем этим количеством брифингов, дебрифингов, собраний, тяжело было поверить, насколько велик градус срочности во вставшем перед нами вопросе жизни или смерти. Даже если бы мир пал на следующий день (что вполне могло случиться, насколько мы знали), то все равно бы провели собрание, чтобы убедиться, что погибнем в установленное время. Как метко выразился один гвардеец с черным юмором: «Старшее командование опоздает на полчаса на собственную смерть. Они отсрочили ее на собрании». По возвращении в командный центр, Астартес потребовал доступа к ауспексу, чтобы связаться с фрегатом на орбите. Его часовые отлучки дали нам с Каином время перехватить что-то из еды, пока ждали за столом переговоров с лордом-генералом и несколькими старшими офицерами. Новости об участии Каина в спасении боевого танка Махариус уже достигли командования к нашему прибытию, так что он потратил следующие несколько минут на скромные отказы от сыпавшихся на него похвал. Я же от них даже «молодец» не услышала.
– Мы что-нибудь знаем об этом ордене Черной Стражи? – спросила Кастин. Так как наш нежданный союзник - десантник, лояльность и преданность Гаррика была вне вопросов, но было необычно для орденов, использовать тактику, прямо противоположную плану действий полков Имперской Гвардии. Некоторые ордена были печально известны тем, что с радостью пользовались своим правом на объявление Экстерминатус. Я, знаете ли, не для того пролетела через полсегментума, чтобы какой-то одинокий Астартес решил, что эта планетка будет лучше выглядеть в виде грязного шарика, покрытого кратерами. Тревоги лорда-генерала были связаны не с верностью десантника, а с его желанием сотрудничать, и это чувство разделяли все.
– Не так уж много, но у нас нет поблизости библиотеки, – ответил Живан, доставая инфопланшет и просматривая содержимое. При сотнях и сотнях разных действующих орденов, простому солдату трудно определить разницу между ними. Судя по пустым взглядам сидящих за столом, присутствующие вообще в первый раз услышали об ордене Черной Стражи. – Это сравнительно молодой орден, корни его берут начало в Гвардии Ворона. Они обычно работают малыми группами и предпочитают секретные операции открытому бою. Судя по отчетам, их редко можно увидеть числом больше роты в любой возможной операции. Все остальное лишь спекуляции и предположения.
– В конце концов, важнее всего сейчас темперамент этого конкретного космодесантника, – добавил Каин, обращая внимание на меня. - Они редко отступают, и никогда не признают поражения, а значит этот будет продолжать сражаться. Вопрос в том, будет ли сражаться там, где нам нужно. Комиссар Авель, вы больше всех провели времени рядом с ним. Каково ваше мнение?
Хотя Каин был прав, что я больше всех находилась рядом с нашим гостем, определить характер космодесантника так же легко, как выдавить кровь из камня. Но когда от лорд-генерала поступают вопросы, уважительным будет взять себя в руки и работать.
– Он отпустил замечание о том, что ноша чести миссии теперь на его плечах. Из этого можно предположить, что умом он хорошо понимает значимость успеха задачи. Но в то же время, в одиночку сражался с нобом лишь из личной мести, так что трудно предположить, каковы его приоритеты. Но все же полагаю, что, не имея поддержки в виде других космодесантников, осознает, что у него нет другого выбора, кроме как сотрудничать с нами, если он хочет с честью вернуться в свой орден. Если вы не против моего вопроса, лорд-генерал, а что конкретно вы запланировали для Астартес?
Гаррик, хотя и стоил целого взвода, был все же одним-единственным солдатом. Я была слишком прагматична, чтобы верить, что один в состоянии изменить ход целой кампании, даже если он - космодесантник. Он мог укрепить моральный дух и помочь в перестрелке, но мы планировали завоевать планету без помощи Астартес, и я всё ещё верила, что сможем это сделать. В конечном итоге пришлось подавиться этими словами, но как следует пережевав, проглотить их было нетрудно.
– Пока что я хочу, чтобы он был на передовой атаки. Его бесстрашие вдохновит других, надеюсь, – ответил Живан, что было умным способом сказать, что ничего дельного больше предложить не может. Наш разговор о Гаррике быстро прервался, потому что мы услышали отдаленное громыхание шагов силового скафандра, предвещавшее скорое прибытие космодесантника. Он подошел и встал у края стола, отказавшись от стула, потому что тот не выдержал бы его вес. Астарес был без шлема, открывая взору моложаво выглядящее лицо, но по выражению можно определить, что он имеет немалый опыт. Черты лица были отмечены небольшими шрамами с правой стороны, а металлический гвоздь над бровью обозначал столетье службы его ордену.
Гаррик не стал тратить даром время и обратился к нам:
– Как я и подозревал, сенсоры с «Бдительности» подтвердили, что я -последний выживший из отряда. Они передали мое сообщение с просьбой о подкреплении на ближайший крейсер. Но он очень далеко, и скорее всего помощь не прибудет вовремя к основной битве. Так как я не намерен оставлять миссию незавершенной, то посвящу себя помощи вашей кампании против оккупантов Тау. Но имейте в виду, что я ни в коем случае не под вашим командованием, и пойду туда, где почувствую большую нужду.
– Мы все осознаем автономию Адептус Астартес, – вежливо ответил Живан, не удивленный последними словами. – Ваша помощь будет отличной в любом виде. Если вы не против, есть несколько вопросов, на которые вы могли бы пролить свет. Во-первых, самое главное, мы хотим знать, что случилось в планетарной столице?
– Я этого ожидал, – тихо вздохнул Гаррик. Несомненно, детальное воспоминание провалившейся атаки было неприятным занятием. Большинство людей, что я знаю, ненавидят признавать ошибки, а еще меньше им нравится разъяснять их перед публикой. – Нашей миссией было вернуть мир под власть Империума, любой ценой низложив губернатора. Когда же мы атаковали, нас ожидали Тау.
Астартес, казалось, был так же изумлен нашей реакцией, как мы – его признанием. Наша разведка донесла, что губернатор обратился к Тау после проваливавшейся атаки Астартес, но не до нее. Не могу сказать за других присутствующих, но мое мнение о губернаторе эти новости изменили – я думала, что это хороший человек, попавший в ужасное положение из-за непорядочных ксеносов; вместо этого, оказалось, что он перешел на сторону Тау еще до того, как за ним пришел Империум.
– Похоже, добрый губернатор был не столь решителен в сопротивлении, как нам позволили думать, – с сарказмом сказал Рен.
– Как мы не узнали этого из сводок разведки? – не понимал Живан.
– Скорее всего потому что Тау не давали знать о своем присутствии, пока наша атака не провалилась, – предположил Гаррик. – Наш корабль прибыл в систему первым. Губернатор всё ещё транслировал нервные сообщения, так что мог предположить, что мы пришли помочь удалить отсюда ксеносов. Мы смогли выйти на орбиту без инцидентов. Брат-сержант Меркуцио решил, что мы можем воспользоваться их предположением, что пришли к ним на помощь, чтобы пройти мимо линий защиты губернатора. Обычно я не против использовать такой обман, чтобы достичь целей миссии, но в этой ситуации всё казалось неправильным. Когда я озвучил сержанту свои тревоги, он отмахнулся. Сказал, что если мы откроем свои намерения, губернатор сбежит, и мы никогда его не поймаем. Меркуцио был ослеплен гордыней. Он думал, что когда губернатор умрет, его солдаты «рассыпятся и разбегутся как трусы».
– Я так полагаю, ваш брат-сержант не принял во внимание тот факт, что личные солдаты губернатора являются бывшими кадианскими штурмовиками из 212-го? – вмешался Каин. – Я почитал их архивы – у них были многочисленные кампании против еретиков и Губительных Сил. Они бы вас не испугались – без обид.
– Конечно, не испугались, – ответил Гаррик. – Когда мы выгрузились с Громового Ястреба, они вышли из укрытий, ксеносы и еретики. Но я отдам губернатору должное. Он знал, что мы пришли убить его, и всё же вышел встретить нас лицом к лицу. Он сказал, что не хочет зваться предателем лишь за то, что защищал свой народ, и что Империум первым отвернулся от него и его людей. Брату-сержанту Меркуцио было всё равно, и приказал начать атаку. Нас окружили превосходящими силами, но Меркуцио всё ещё думал, что может закончить это быстро, убив предателя. Он вызвал на поединок Гавиланта... И тогда тот убил его.
– Старый пердун убил Астартес? – воскликнула я, суммируя общую реакцию на эти новости.
– Силовые кулаки, – объяснил он. – Прятал их под плащом; возможно изготовлены вручную мастером-оружейником. Меркуцио не заметил их, пока не стало слишком поздно. Они пробили его силовую броню, словно её не было.
Отчет Гаррика опустошил мою силу воли. Они были Адептус Астартес – лучшие в Империуме. Указание, что они могут быть не столь непобедимы, как говорилось в легендах, заставило задуматься, что ещё было драматически преувеличенно. После этой грустной истории, Гаррик погрузился в детали, разъясняя защитные линии дворца и всей столицы, по крайней мере, те их части, что он видел. По словам десантника, сам дворец с воздуха защищали несколько батарей Гидр и многочисленные автопушки и лазпушки, предназначенные для перекрестного огня по всем атакам с фронта. В подготовке к потенциальному нападению, большая часть деревьев вокруг дворца была спилена, и заменена на противотанковые заграждения, так что нападающим придется большую часть открытого пространства преодолевать пешком, при минимальном прикрытии. Основная часть города снабжена огневыми точками почти в каждом здании, особенно по главным улицам, а шоссе прикрывалось тяжелым вооружением и минометными батареями. Джунгли были нашпигованы минами и ловушками, и круты регулярно патрулировали их. В конце концов, ни одна из этих новостей сюрпризом не была, потому что именно такое внимание к деталям должен был обращать имперский генерал. Город был накрепко закрыт и хорошо укреплен. Если бы наш бронетанковый полк оставался в полном снаряжении, атака оказалась бы весьма трудной, но не невозможной; в текущем же положении их сотрут с лица земли ещё до того, как они доберутся до ворот. Сообщение Гаррика лишь подтвердило наши страхи об опасностях фронтовой атаки.
Но учитывая, через что в итоге пришлось пройти, я бы предпочла идти через передние ворота.
– К сожалению, придется отложить даже наш альтернативный план, благодаря нашему другу Астартес, что привел орков к нашей передней двери, – заметил кастафорейский офицер. – К этому времени завтра мы будем плавать в море зеленокожих. Даже если мы переживем орков, у нас может оказаться недостаточно солдат, чтобы вести подобающую атаку на Тау. Вся операция основывалась на нашей способности действовать без промедления, а теперь нас до полной остановки замедлят орки!
– Истинные слуги Императора объединяются, дабы убить побольше врагов, а не ёжатся от страха перед ними, – огрызнулся Гаррик, так как, вполне понятно, оскорбился замечанием офицера. – И к вашему сведению, эти орки уже были за городом, когда я прибыл. Мое появление с фланга застало их врасплох.
– Вы уверены, что эти орки двигались в город, а не пытались прижать вас к стене? – более аккуратным тоном спросил Каин.
– Если они пытались прижать меня к стене, то смотрели не в ту сторону. Даже орки не так тупы.
Несколько офицеров хмыкнули и задумались над значением слов Гаррика, а большинство просто смирились, приняв орков за ещё одно препятствие. Мы готовились их встретить, но надеялись, что будет больше времени и больше танков, чем сейчас. Каин же был единственным, кто более тщательно задумался о выводах из ситуации. Я видела, как он потирал подбородок, и мозг работал тем загадочным способом, благодаря которому удавалось ухватывать малейшие детали и складывать их в одну картину.
– Лорд-генерал, наши корабли сканируют окрестности города? – спросил он.
– Нет, без возможности занять спорные территории космоса, наши корабли не могут производить подобное сканирование, – ответил он.
– Вообще-то, я приказал моему фрегату проводить низкоорбитные облеты на Громовом Ястребе. Он должен быть достаточно быстр, чтобы облететь территорию до того, как Тау успеют ответить, – предложил Гаррик. Каин согласился с рекомендацией, и они вдвоем ушли к вокс-оператору, сделать нужные распоряжения. Им понадобилось больше часа, чтобы закончить, так что я воспользовалась возможностью выпить. Во время перерыва, пока мы ждали новости с Громового Ястреба Гаррика, Каин отвел меня в сторону, чтобы обсудить личное дело на тему, которую я и сама думала обговорить.
– Это насчет Кейла, – сказал Каин, когда мы вышли из комнаты совещаний.
– Вы тоже ему не доверяете, верно? – влезла я, уловив намеки в его тоне. Он согласно кивнул.
– Что-то с ним не так, – объяснил он. – Вам в его поведении показалось что-нибудь необычным?
– Он сказал, что ненавидит насилие, но слишком в нём хорош и слишком хорошо его знает. Он прячется за маской клоуна, но это может быть просто странной причудой. Всё же, он что-то скрывает, но не думаю, что это вопрос верности. У него было полно возможностей скрыться или бросить нас во время патруля, но он всё время оставался с нами... И перебил множество орков, что могли разорвать кого-нибудь ещё. Я не знаю, что конкретно, но кажется странным, что он так этого избегает. Вы хорошо разбираетесь в людях, что вы думаете?
– У меня есть подозрение, но думаю, лучше пока хранить его при себе. Он определенно тоже умеет разбираться в людях, так что я не хочу, чтобы его случайно встревожили. Пока что, просто тщательно следите за ним. Это может быть ничто, а может быть всё, и я не хочу оказаться неготовым в критический момент.
– Может... Может вам лучше за ним последить? Я имею в виду, вы лучше знаете людей, и так как вы знаете, где искать...
– Нет, – прервал он меня. – Будет лучше, если это будете вы. Если он что-то скрывает, рядом со мной будет настороже. К тому же, запах Юргена, судя по его предыдущей реакции, долго не перенесет.
– Ха, это верно, – сказала я, хихикнув. – Вы можете на меня положиться, сэр. Я дам вам знать обо всём подозрительном.
Наш разговор был прерван, как только вызвали в комнату совещаний, с новостями, что корабль Гаррика почти на месте. Хотя я подозревала, что именно приготовил для нас Каин, оставалось любопытно что, и чем это кончится. Так как не хотела портить Каину возможность в очередной раз поразить офицеров своей гениальностью, то просто ждала в нетерпеливом молчании. Гололитическая карта окрестностей всё ещё светилась на столе, но я полагала, что вскорости это изменится.
– Все готово? – спросил Каин, когда мы вошли.
– Данные скоро должны начать поступать, – ответил Гаррик. – Громовой Ястреб пролетит на низкой орбите и просканирует территорию. Это даст нам только один снимок, так как Тау уже бросились в атаку, чтобы догнать его. Понадобилось много усилий, чтобы убедить пилота не открывать огонь.
– Что нам даст один пролет? Мы не сможем отследить передвижение врага с такой высокой орбиты, и у нас не будет достаточно деталей, чтобы их тщательно пересчитать, – задался вопросом офицер, но Каин этого ожидал. Он просто велел ему сохранять веру и терпение. Несколько минут спустя карта осветилась, придя к жизни, когда среди лесов начали появляться красные пятна. Учитывая недостаток технологий орков, легчайшим способом определить их численность была путем теплового сканирования. Разрешение снимка было дерьмовым, но оно давало нам картину по скольким частям джунглей они растянулись. Что было еще интереснее в скане, и чего, подозреваю, ожидал Каин, было красное море, протянувшееся от наших стен до планетарной столицы.
– Орки, – начал Каин, на случай, если кто-то из нас слишком туп, чтобы не сообразить, – давят и на контролируемый Тау город также. Это объясняет, почему ни один из наших патрулей не нашел признаков ксеносов, ранее угрожавших нам, и возможно поэтому они со столь большой охотой отступили из битвы, несмотря на почти гарантированную победу. Хотя силы орков разделены, их достаточно много, чтобы они представляли серьезную угрозу нашим позициям.
– Ну, тогда это хорошо, – сказал всё тот же сомневающийся офицер. – Тау и орки ослабят друг друга в битве. Все что нам понадобится – зачистить выжившую сторону, когда всё закончится.
– Если только мы до этого доживем, – влезла я, потому что понимала, к чему ведет Каин. – И даже тогда, это будет плохо. Если победят Тау, то значит, у них достаточно оружия, и его хватит, чтобы раздавить наши ослабленные силы. У них есть преимущество в дальности стрельбы, да джунглях, напичканных ловушками и крутами. Если же победят орки, не хочу представлять, что они сделают с оружием, что соберут с Тау и солдат СПО.
– Орки, использующие оружие Тау? Вот абсурдная идея, – снова сказал тот спорщик.
– Я видел, как орочьи мародеры всего за несколько часов отремонтировали и запустили Разящий Клинок, – вмешался майор Каррэ. – Нам для этого нужны высоко квалифицированные команды... Они же смогли это сделать, даже не открыв инструкцию по эксплуатации, не то что прочитав ее. Лично я не хочу узнать, что за урон могут причинить орки, вооруженные плазменными винтовками и рельсовыми пушками Тау. Полагаю, комиссары предпочли бы избежать такой ситуации, – мы с Каином одновременно кивнули. Захвати орки имперское плазменное оружие, я бы меньше волновалась, потому что орки плохо берегут его, а плохо оберегаемое плазменное оружие взрывается. У пушек Тау такой проблемы, как оказалось, не было.
Лорд-генерал Живан, который весь спор сохранял молчание, наконец поднял руку, останавливая перебранивающихся офицеров. Он выглядел глубоко задумавшимся, и отнюдь не о приятном. Наконец, он заговорил:
– Я попрошу офицеров нас ненадолго покинуть. Я хочу поговорить только с комиссарами.
И хоть молодые офицеры выглядели удивленными, ветераны вышли без вопросов. Не было необычным для командующего распускать всех, кроме комиссаров. Нам было безопаснее сообщать идеи, которые офицерам не стоило даже слышать. Это добавило веса моим предыдущим подозрениям, и показало, насколько они с Каином на одной волне в деле тактического анализа. Гаррик не двинулся ни на дюйм, что было неудивительно, потому что никто не прикажет Астартес сделать что-то, чего тот не хочет. Когда офицеры ушли, Живан испустил долгий вздох, глаза его были прикованы к карте.
– Вы правда думаете, так будет лучше всего, Каин? – спросил он после долгого молчания.
– Мне это не нравится, но полагаю, это - единственный способ добыть нам победу, – заверил Каин.
– Что вы имеете в виду конкретно? – влез Стимпсен, не имея понятия, о чем идет речь.
– Он хочет предложить временное сотрудничество с Тау, – объяснил Рен с легким раздражением в голосе. – То что вы предлагаете, лорд-генерал, не только потенциально богохульно, но и граничит с предательством. Это ксеносы, и наш долг зачистить от них мир, а не работать с ними.
– Я не предлагаю целоваться с ними взасос, комиссар Рен, – огрызнулся Живан, которому не очень нравилось, когда сомневались в его верности. – Тем не менее, единственный шанс выбить их с этого мира, это объединиться, чтобы сначала уничтожить орков. Когда разберемся с зеленокожими, продолжим убивать друг друга.
– И насколько вы полагаете, это примут Тау? – спросил кастафорейский комиссар. Казалось, он ещё не принял решение, но, по крайней мере, обдумывает эту идею. – Если мы попросим их о помощи, это откроет им, насколько малы наши силы.
– Тау оставили вчерашнюю битву, потому что им нужно было защищать столицу от орков. Скорее всего, на позиции Тау давят так же сильно, как на наши, учитывая потери, что мы им нанесли, – вежливо объяснил Каин, перетягивая комиссара на свою сторону. – Судя по карте, орки больше сосредоточены на Тау, чем на нас, так что полагаю, они будут рады потерять в нашем лице врага, хоть и не надолго. Скоординировав атаки против орков, мы можем облегчить ситуацию для обеих сторон, и если мы сможем удерживаться сзади, позволяя Тау принимать на себя большую часть атак, то тем лучше для нас.
– К тому же, есть опасность, что они захватят обе позиции, – влезла я в поддержку. – По крайней мере, с Тау, если мы падем, прилетит другой флот и закончит работу. С орками же... Ну, это место станет еще зеленее, и не только так как раньше, когда прибудет следующий боевой флот.
– И если такое случится, мне придется посоветовать моему капитану Экстерминатус – этот мир слишком близок к просторам Империума, чтобы быть пунктом размножения орков, – добавил Гаррик. Это было не обязательное, но обоснованное дополнение. В любом случае, теперь кастафорейский комиссар был на стороне этой идеи, что означало, что лорда-генерала поддерживает комиссарское большинство, это обеспечит нам защиту, отошли Рен и Стимпсен жалобы вышестоящему командованию.
– И все же, даже предположив, что мы можем довериться синеньким, что они не пальнут нам в спину в ту же секунду, когда отвернемся, чего я не предполагаю... Как мы можем быть уверены, что они поверят? – спросил Рен в очередной попытке пробить брешь в идее. Все взгляды сначала устремились на лорда-генерала, пока тот не посмотрел на Каина (который, судя по его виду, этого ожидал).
– Они знают, кто я, следовательно можно предположить, они в курсе того, что случилось на Гравалаксе. Если так, то мы можем воспользоваться этим, чтобы заставить нас выслушать, – объяснил Каин, одной рукой почесывая подбородок.
– Думаю, вы переоцениваете границы своей репутации, – пробормотал Рен, хоть и едва слышно.
– Сейчас нам и нужна эта репутация, – сказала я, бросаясь на защиту Каина. – Он не много контактировал с Тау, но то немногое, что есть, может сыграть в нашу пользу. Надеюсь, когда командир Тау услышал о его присутствии, он постарался найти информацию о Каине и нашел данные о Гравалакском Инциденте. Может быть этого будет довольно, чтоб минутку посидеть и послушать, и нам только следует убедить их, что так лучше для их так называемого «Высшего блага».
– По вашим словам это выглядит так легко, – фыркнул Рен. Он с покорностью сложил руки на груди. Наверное он понял, что бессмысленно спорить с остальными. Каин тщательно обдумал план, и я верила, что он знает, что делает. Тем не менее, комментарий Рена имел смысл – убедить Тау, что мы им нужны, будет нелегко. На самом деле, это было еще труднее, чем мы представляли.
Связаться с Тау было самым легким шагом во всем процессе. Так как обе армии использовали в качестве баз старые установки СПО, между двумя основными аванпостами еще была связь. Наши наземные силы оперировали вокс-кастерами, но между аванспостами пролегали кабели, составляющие надежную сеть, которую не могли нарушить общепринятые станции помех. Сначала мы тревожились, что её мог использовать предатель, для передачи информации врагу. Каррэ настаивал, что система находится под тщательным наблюдением охраны, но это не особенно уменьшило наши страхи.
Генерал Живан пригласил старших офицеров, чтобы озвучить наше решение, вызвавшее ожидаемое количество растерянности и протестов. Но когда им разъяснили, они начали принимать идею. К счастью, офицеров было легче убедить, потому что они обязаны нас слушать, и они с большим желанием решили попробовать переступить границы религиозной догмы, чтобы завершить миссию. Катачанцы дольше всего были настроены против, потому что они постоянно сражались с тау, и было понятно, что им трудно начать воспринимать этих ксеносов, как потенциальных союзников. На замечания о битве одновременно с Тау и орками они отвечали героической риторикой да биением себя в грудь, чего и ожидаешь от мужчин, что каждый день жрут шрапнель и срут патронами. Никто не удивился, когда Каин вызвался связаться с Тау, так как именно его имя скорее всего вызвало бы ответ. Когда майор Каррэ подключил подземную линию связи, комната наполнилась молчанием, и Каин спокойно встал у ресивера.
– Ну и как мне начать? С «привет, как дела?», или сразу перейти к цели? – шутливо спросил Каин, вызвав смешки большинства офицеров. Спустя секунду Каин махнул всем успокоиться и ударил по руне передачи. Он сделал глубокий, успокаивающий вдох, прежде чем заговорить. – Комиссар Кайафас Каин говорит от имени Имперской Гвардии Его Божественного Величества. Я запрашиваю немедленные переговоры с военным командиром Тау Шас’о Тау Лар’ши, – он остановился ненадолго в надежде на скорый ответ, но все что получил - долгое, скучное пение мертвого эфира. Хотя возможно, что на другом конце линии, чтобы получить передачу, никого нет, шансы на то, что враг не мониторит каналы были невысоки. Скорее всего они просто не верили, что мы станем передавать что-то кроме объявлений об их скорой смерти, или что Герой Империума решил бы поболтать с ними о погоде. Не смутившись, Каин попробовал еще раз, используя свой поразительный дар слова. – Слушайте, я понимаю, вы сейчас слишком заняты, чтобы в порядке любезности нам ответить. У вас, наверное, несколько сотен орков пытаются перелезть через стены, и они требуют большей части всеобщего внимания. Кстати, надеюсь западная стена усилена, потому что кажется, что с той стороны надвигается много зеленокожих. Мы понимаем, что вы стараетесь остаться в живых, но может Высшему Благу больше послужило бы, чтобы мы быстро расправились с орками, прежде чем всё выйдет из под контроля. У нас лучше шансы справиться с этим, если мы скооперируемся, но мне нужен знак, что я тут не сам с собой разговариваю, – и снова, он остановился и подождал ответа, но получил лишь пустой эфир. Я начала задумываться, что может и правда Тау слишком заняты сражением с орками, чтобы слушать. – Ладно, наверное вы слишком заняты своей смертью, чтобы обратить внимание. Нам только лучше. На самом деле, Высшему Благу хорошо послужило бы, если бы вас побольше передохло, но как я полагаю, путь, что предлагаю я, решит нашу проблему с меньшими потерями. Вы может не слишком верите, что мне хоть капельку не плевать на жизни ваших солдат, и вы знаете, что мне и не надо. Но вам известно, кто я, и вы понимаете, чего стоят мои слова. Это последнее предложение, и когда я через десять секунд нажму руку отключения, то мы с моим предложением уже уйдем, – Каин начал обратный отсчет, и его палец навис над руной деактивации, как будто он в какой-то театральной голодраме.
Будь это голодрама, ответ поступил бы в самую последнюю секунду перед тем, как Каин ударил бы по руне. Но в реальном мире все куда менее мелодраматично, ответ пришел до того, как Каин досчитал до пяти.
– Я здесь, комиссар Каин, – твердым тоном ответил голос, приправленный цветистостью, что казалась чуждой моему слуху. Даже через искажение и статику машин, я узнала голос, принадлежащий пилоту Тау, что убил Ваффанса (если только они не все были одинаковые, а я в то время не знала, так это или нет).
– Это Шас’о Тау Лар’ши? – запросил подтверждения Каин.
– Это правильно, – ответил Лар’ши. – Ваша позиция в переговорах крайне сомнительна. Вы говорите о Тау’ва, но сомневаюсь, что вы знаете его истинное значение. Но ради кого вы предлагаете мир? Себя? Вашего генерала? Вашего Императора?
Каин на секунду замолчал. Определенно, Лар’ши проверял искренность наших намерений, и имел право подозревать. Дипломатия хороша, когда уводит с линии огня, но она малополезное оружие, когда обе стороны в любой момент ожидают предательства. Каину следовало убедить командира Тау, что он хотел этого по правильной причине – чего-то, что совпадет с их Высшим Благом. Каин определенно очень тщательно обдумал слова, потому что от них зависел результат этой войны.
– Во имя граждан этого мира, – наконец ответил Каин. Жизнь изображала голодраму, и мы сидели в полном молчании, дожидаясь ответа.
После того, что казалось вечностью, пока мы затаивали дыхание, пришел ответ:
– В секторе 5-1 у 8-2 есть участок погрузки. Вы придете туда, комиссар, и захватите с собой вашего генерала.
– Вы правда думаете, что мы так доверчивы, что придем на встречу в место, где вы уже приготовили дюжину танков и снайперов? – заметил Каин.
– Можете прийти с одним из своих транспортов со столькими солдатами, сколько туда влезет. Обещаю, мы сделаем то же. Встреча состоится в шесть часов. А теперь, если вы меня извините, у меня тут зеленокожие ждут смерти.
И с этим линия умолкла. Офицеры обменялись встревоженными взглядами, и последовали бормотания о недоверии словам ксеносов. Я тоже не доверяла Тау, но тяжело винить их за эти рассуждения, так как они наверняка так же думали о нас. Мы не могли упускать возможность того, что нас встретит рабочая сторона Рыбы-Молота, но будь мы так настроены, то могли подготовить Покоритель дождаться Тау. Лорд-генерал быстро нашел это место на нашей гололитической карте и приблизил изображение.
– Оно большое и открытое, – озвучил Каин очевидное. – Сразу у шоссе, так что мы сможем увидеть чужое приближение, кто бы нас не ожидал.
Погрузочная площадка, предназначенная быть местом встречи состояла из большого рокритового двора с нескольким зданиями по периметру, но при этом с открытым видом на шоссе. Как сказал Каин, никто не сможет приблизиться на транспорте незаметно с безопасной дистанции. Казалось, что Тау воспользовались своей недоверчивостью на благо – ужасно мило с их стороны. Это притупило некоторые страхи, но не убрало вероятности засады. В любом случае, с орками и ксеносами по обеим сторонам, риска избежать было невозможно, так что решать было лорду-генералу.
– Если это единственный путь заставить Тау нам подыграть, то я пойду, – твердо сказал Живан со странной тенью улыбки на кончиках губ. Полагаю, часть его радовалась идее для разнообразия командовать на фронте. Как лорд-генерал, большую часть кампаний он проводил далеко за линиями защиты. Этот выход наверное был его первым на передовую за много лет.
– Я буду сопровождать вас, – вмешался Гаррик. – Если сотрудничество Тау обеспечит планете возвращение в имперские руки, то я с вами.
– С вами в Химере будет тесновато, – заметил лорд-генерал, хоть он и улыбался с благодарностью за лишнюю помощь. – Но они сказали, что мы можем привести столько, сколько влезет. Если Каин останется в башне, а его ординарец поведет, мы сможем вместить в Химеру меня, Астартес, и еще семь или восемь гвардейцев. Этого будет больше чем достаточно, - уверенно сказал Живан, поднимаясь из-за стола. – Комиссар Каин, оставляю организацию и меры безопасности на вас. Остальные, можете идти. А теперь, если вы меня простите, надо попросить моего помощника смахнуть пыль с брони – надеюсь, я в нее ещё влезаю.
***
Хотя Тау настаивали, чтобы только один транспортник использовался для доставки на место лорда-генерала и его почетной охраны, не было оговорок, что другие транспорты не могут сопровождать машину лорда-генерала по шоссе. Так как нам не хотелось испытывать границы терпения Тау вольной интерпретацией их инструкций, лорд-генерал велел оставаться на безопасной дистанции, когда мы будем в виду точки встречи. Это было достаточно близко, чтобы синенькие знали, что подкрепление рядом, но недостаточно близко, чтобы быть внезапной угрозой. Мне дали задание вести группу сопровождения, которая включала Ватца, Кейла и меня на кентавре, отряд Часовых, Леман Русс и Химеру, полную штурмовиков. Несмотря на мои подозрения о Кейле, я решила не выпускать его из поля зрения. – Мы только что прибыли на точку рандеву, – раздался в комм-бусине голос Каина. – Пока нет признаков Тау или кого-либо еще. С вашей позиции что-нибудь видно, комиссар Авель? Небольшие размеры кентавра по сравнению с другими машинами делали нас самыми трудноразличимыми с дистанции. Учитывая это, я поставила кентавр немного впереди остальных, чтобы наблюдать. Так как я всё ещё осматривала горизонт, то не ответила сразу, пока мой ампливизор не отметил движение на расстоянии. Тусклую желтую броню гравитанка Тау тяжело упустить, даже с расстояния, и даже по короткому взгляду стало понятно, что ксеносы так же, как и мы, расценили нашу договоренность. – Я вижу конвой вооружения Тау, движущийся к точке встречи, – доложила я. – Насчитала две Рыбы-Молота, Небесный скат, три Каракатицы и три боескафандра. Может вам стоит обдумать отступление. – Ответ отрицательный, комиссар Авель, – ответил Живан. – Тау выбрали это место, потому что здесь легко заметить приближение войск, так что не стали бы планировать что-то настолько очевидное. Если они продолжат надвигаться, дайте нам знать, иначе следуйте плану. Инстинкты лорда-генерала были верными. Недолго после его ответа, конвой Тау остановился, и только одна Каракатица продолжила движение к точке рандеву. Я передала информацию и продолжила наблюдать за остатком конвоя. Рядом со мной Кейл делал тоже самое, используя прицел винтовки, чтобы следить за движениями врага. Он легко рассмеялся и заметил: – Думаю, они нас заметили. Один из Тау смотрит на нас через какой-то прибор. Стоп, поправка: он нас заметил. И он нам машет. Несмотря на то, что тут был изгиб шоссе, и остатки его стен, я не сомневалась, что нас быстро заметят, но надеялась, что это продлится подольше. – Может будем вежливыми и помашем ему? – с усмешкой велела я. Кажется, у кого-то из Тау тоже было чувство юмора. Они продемонстрировали нам ксеноский эквивалент салюта одним пальцем. Я мониторила вокс-канал, чтобы следить за ситуацией, которая, казалось, шла гладко. Для приятного разнообразия, снаружи не шел дождь, хотя тяжелые облака угрожали подобной возможностью. – Ну, Кейл, и как долго ты был в СПО? – спросила я из скуки. Я не доверяла ему полностью, но это не значило, что не могу с ним поговорить. К тому же это помогло бы узнать, что он за человек, и помогло бы понять, что скрывает. – Около семи стандартных лет, плюс несколько лет резервистом, но меня так и не призвали, – ответил он, не отрывая глаз от прицела. – Уверен, вы удивляетесь, как тот, кто ненавидит быть солдатом, так хорошо стреляет по людям, да? – Э... Эта мысль приходила мне в голову, – соврала я. Меня несколько обеспокоило, как быстро он увидел меня насквозь, и брошенный им короткий взгляд говорил, что сквозь ложь видит ещё быстрее. Этот человек был именно так проницателен, как предупреждал Каин, что заставило сожалеть о поднятой теме. – Долгая история, но я могу вам пообещать, – сказал Кейл, определенно уловив мое любопытство. – Если мы пройдем через это живыми, я всё расскажу. – Договорились. Только лучше не убегайте и не умирайте теперь. – И не мечтал бы об этом, мэм. Во-первых, мне очень нравится жить, и... Минуточку, транспорты Тау поехали. Они, кажется, очень спешат. Прежде чем я успела попросить Кейла прояснить, по вокс-сети раздались панические крики. Среди остальных голосов был голос Каина, кричащий людям ложиться или укрыться. Я злобно выругалась себе под нос, подавая сигнал транспортам за мной бегом марш. – Каин, конвой Тау движется к вам! – Отлично, – ответил он, его голос был наполнен адреналином. – Отлично? Каин, они будут там раньше нас. – Пусть хоть кто-то прибудет поскорее. Мы под плотным огнем, и Каракатица уже выбита. – Стойте, так Тау по вам не стреляют? – Нет! Это адумбрианцы, и они стреляют по всем!
