Жираф и Булочка

После репетиции у них было меньше часа, чтобы вернуться в отель и переодеться. И большую часть этого времени Тарьяй возился со своими волосами. Точнее, с ними возилась Камилла, которая уже успела приехать. Трим сидел на двуспальной кровати в их номере и играл в телефоне. Хенрик, уже одетый, сидел рядом и подсказывал ему. - Не дергайся ты, - Камилла шлепнула Тарьяй по плечу. - Ведешь себя как принцесса. - Сегодня мой вечер, делаю, что хочу, - буркнул Тарьяй. Хенрик только посмеялся. Он действительно хотел, чтобы этот вечер был для Тарьяй особенным. И запомнился надолго. Судя по всему, он, как минимум, запонится надолго фанатам. Они уже бурно обсуждали в сети их фотографии, сделанные пару часов назад. И гадали, привел ли Тарьяй свою пару, как обещал. Поклонники тарика, естественно, были уверены, что это Хенрик. Но были и те, кто ставил на Давида, Марлона и даже Сашу. Те, кто недолюбливал Хенрика, покусившегося на святое, верили, что обязательно появится какая-то принцесса или принц, которого Тарьяй представит всем. Вот только они не догадывались, что и принцессой и принцем в одном лице сегодня будет сам Тарьяй. Камилла наконец справилась с непослушной шевелюрой брата и ушла в ванную. Тарьяй придирчиво осматривал себя в зеркале. - Ты отлично выглядишь, - подбодрил его Хенрик. - Твоя задница смотрится просто обалденно. - Рядом с тобой сидит мой несовершеннолетний брат, - напомнил Тарьяй, закатив глаза. - Который, между прочим, считает также, - ответил Трим и дал пять Хенрику. - Идиоты, - Тарьяй покачал головой и приблизил лицо к зеркалу, рассматривая свои щеки. Хенрик знал, как он переживал по поводу своей кожи, у него и самого были проблемы с ней. Но несмотря ни на что, Тарьяй сегодня все равно выглядел волшебно. Потому что светился изнутри. Хенрик украдкой посмотрел на свой перстень и улыбнулся. Счастье от всего произошедшего переполняли его до сих пор. Эмоции слегка улеглись, но их по-прежнему было еще много. - Вы пойдете с нами? - спросил Тарьяй у сестры, которая вернулась в комнату. Камилла покачала головой. - К вам будет приковано все внимание. Побалуйте уже фанатов, - она улыбнулась. - А то все ребусы, да ребусы. - Ты подписана на Хенрика? - фыркнул Тарьяй, прекрасно понимая, на что она намекала. - Он уже почти семья, - Камилла широко ухмыльнулась. - Мы придем чуть позже, затеряемся среди толпы. Но если я буду тебе нужна, просто дай знак. - Хорошо, - Тарьяй слегка расчувствовался и, потянувшись, поцеловал Камиллу в щеку. Та рассмеялась и обняла его. – Все будет хорошо, маленький принц, не переживай. - Как ты меня назвала?- Тарьяй недобро прищурился. - Ой, да тебя так все фанаты называют, - Камилла махнула рукой. - А мне понравилось. Тарьяй красноречиво посмотрел на Хенрика, но тот сделал вид, что слишком увлечен игрой Трима. Хаха. Возможно, это именно он запустил хештег с этим прозвищем для Тарьяй. Кто знает. Подходить к зданию оказалось чертовски волнительно. Пока собирались, они немного отвлеклись, но теперь все переживания нахлынули разом и в тройном размере. Парни шли отдельно, и теперь Тарьяй с Хенриком оказались один на один с толпой восторженных фанатов. Они не привыкла к таким масшатабам и таким событиям. Они были обычными норвежскими парнями, а не голливудскими звездами. Впрочем, сегодня можно было и поиграть. Первые фанаты уже настигли их. Хенрик пытался сохранять серьезное лицо, чтобы казаться уверенным в себе и взрослым. Пиздец, кого он пытался обмануть? Тарьяй, который сам жался к нему как заяц? Впрочем, именно для Тарьяй и следовало сегодня быть сильным. В конце концов, Хенрик должен был о нем заботиться. Тем более, что Тарьяй в этом сегодня явно так отчаянно нуждался. Журналоисты брали их в кольцо. Вспышки камер, микрофоны, интервью со всех сторон. У Хенрика кружилась голова. Он постоянно старался не выпускать Тарьяй из виду. Они держались вместе, соприкасаясь спинами, как окруженные солдаты. Вопросы журналистов были откровеннгно дурацкими и пока на них было легко отвечать. Хенрик слегка приободрился и огляделся с улыбкой. Но вдруг понял, что Тарьяй оттеснили. Он занервничал и стал озираться по сторонам, словно позабыв, что каждое его движение сейчас фиксировалось камерами и людскими глазами. Увидев Тарьяй, он чуть ли не бегом кинулся к нему. И явно пришел вовремя, спасая от какого-то неуместного вопроса. Тарьяй раскраснелся, жутко волновался и выглядел так, будто прямо сейчас готовился поймать сердечный приступ. У Хенрика зудели руки, чтобы обнять его, подбодрить, хотя сжать руку, или кончики пальцев. Но это было бы слишком палевно. Хоть Тарьяй и решил попроказничать сегодня, кто знает, вдруг он уже передумал? Когда они наконец оказались внутри здания, придавленные многочисленной толпой, они кое-как отдышались. Посмотрев Тарьяйц в глаза, Хенрик улыбнулся и слегка поплыл. Ажиотаж и эйфория всех вокруг постепенно заряжали и их обоих. Глава у Тарьяй светились, а Хенрик просто пьянел и пропадал в их глубине. Пиздец, со стороны сейчас он, наверняка, выглядел влюбленным придурком. Но ничего не мог с собой поделать. Все запреты, табу, тормоза, все это осталось в Осло. Здесь и сейчас были только они двое. Интервью следовали одно за одним. Их спрашивали о совершенно идиотских вещах, и порой Хенрик еле сдерживалл смех. Но волнение все равно преобладало, он понимал, что говорил слишком торопливо, или нес полнейшую чушь. Но он в любом случае старался перехватить инициативу в разговоре, вия, что Тарьяй слегка не по себе от всего происходящего. Несмотря на радость и веселье в его глазах, Хенрик чувствовал, что тот напряжен и немного дезориентирован. Ему сейчас приходилось думать в первую очередь не о себе, а именно о Тарьяй. Его маленьком принце, который прямо сейчас горделиво задирал подбородок, отвечая на какой-то провокационный вопрос. В какой-то момент в их поле зрения попал высоченный Мортен, который, завидев их, двинулся с решимостью военного лайцнера. Тарьяй недовольно поджал губы, но быстро взял себя в руки и улыбнулся, когда ведущий приблизился к ним. Он нес совершенную ахинею, снова пытаясь заигрывать с Хенриком. У него это не вызывало ничего, кроме улыбки и легкого смущения, но Тарьяй происходящее явно не доставляло удовольствия. - Я иногда представлял, как целуюсь с Хенриком в туалете, - мечтательно закатывая глаза, почти пропел Мортен. Хенрик не знал, какой реакции сейчас можно было ожидать от заведенного Тарьяй. Тот явно уже злился. А вот Мортен или ничего не замечал, будучи совершенным придурком, или намеренно провоцировал. Он поднес микрофон к Тарьяй, видя, что тот собирается что-то сказать. - Я тоже, - ответил Тарьяй с нахальной ухмылочкрой. У Хенрика внутри все обовалось. Что творил этот маленький ревнивый засранец? Блядь. Нон собирался укоризненно посмотреть на Тарьяй, но того и след простыл. Хенрик снова заозирался, пытаясь понять, куда тот дал деру. Мортен еще что-то спрашивал, начиная уже откровенно раздражать. И тут Хенрик увидел, что Тарьяй стоит в каком-то углу рядом с Камиллой и Тримом. Проигнорировав очередной вопрос Мортена, бросив что-то на прощание, Хенрик зайцем метнулся туда, где сейчас Тарьяй готовился кого-нибудь убить. - Придушил бы, - ревниво шипел Мистер Му, жалуясь сестре. - Он там на него смотрел, будто сожрать собирался. Прав был я днем, он мне сразу не понравился. - Детка, - Хенрик подошел сзади, радуясь, что от посторонних глаз их скрывала какая-то ширма. - Не злись. - Не беси меня, - процедил Тарьяй. - Какого черта он так на тебя вешается, словно вы старфые знакомые? - Тарьяй, не веди себя как ребенок, - Камилла вздохнула. - На, лучше немного выпей. Тебе не помешает расслабиться. Она сунула брату под нос бокал шампанского. Хенрику и самому не помешало бы сейчас. На помощь пришел Трим, поднесший ему бокал и понимающе усмехнувшийся. Уж он-то прекрасно знал все психи своего старшего брата. Хенрик криво улыбнулся и быстро осушил вино. - Пойдем, надо поговорить, - он потянул Тарьяй в сторону туалетов. Тот что-то неразборчиво фыркнул, но все же покорно пошел следом. Спрятавшись в укромной кабинке, Хенрик прижал Тарьяй к стене и навалился сверху, жарко и жадно целуя. Тарьяй, не ожидавший такого напора, слегка опешил, но быстро сориентировался и ответил на поцелуй. У Хенрика уши закладывало от всего происходящего. Эйфория, адреналин, азарт, желание. Все смешалось в один взрывоопасный коктейль. Да еще и ревность Тарьяй. Его маленького ледяного принца. Такого собственника. Он жадно вылизывал Тарьяй рот, сжимал его член и терся об него всем телом. - Если бы ты только щзнал, как я тебя сейчас хочу, - простонал полушепотом Хенрик, вжавшись носом в шею Тарьяй. Тот дышал открытым ртом и шарил руками по спине Хенрика. - Ты что, блядь, вытворяешь, - пробормотал он, даже не спрашивая, а скорее констатируя факт. - Тебе нужно было отвлечься, - Хенрик покрываал его шею быстрыми влажными поцелуями. - К тому же, ты сам сказал, что мечтал целоваться со мной в туалете. Кто я такой, чтобы отказать тебе в исполнении этой маленькой прихоти. - Ненавижу тебя, - простонал Тарьяй, откидывая голову назад и выставляя шею для поцелуев. - Мне и так эти штаны были тесноваты. А теперь я нормально ходить не смогу. - Я позабочусь о тебе, - ухмыльнулся Хенрик и собрался уже было опуститься на колени, как в туалет кто-то вошел. Тарьяй удержал его за плечи, разумно посчитав, что сейчас не самое подходящее время. Хенрик уже плоховато соображал. Он был готов прямо здесь и сейчас. Но Тарьяй все же был прав, им следовало вернуться. Последующие интервью были более скучными и предсказуемыми. Правда Тарьяй спросили, кого же он привел в качестве своей пары. Хенрик весь подобрался, готовясь то ли нападать, то ли защищать. Но Тарьяй после шампанского и засосов в туалете, явно почувствовал себя веселее и увереннее. Он хитро подмигнул журналистке, кажется, это была та же самая, и ответил: - Всему свое время, узнаете чуть позже. Та весело рассмеялась, а вот Хенрик напрягся еще больше. Что задумал этот маленький засранец? Все вертелось как на какой-то ебучей карусели. Сотни людей вокруг, журналисты, камеры. Голова от всего этого, как и от шампанского, безбожно кружилась. И Хенрик был рад, когда они все уселись наконец в зале на своих местах. Тарьяй сидел рядом с ним и сиял. Что могло быть лучше? Парни рядом шутили и веселились. Они тоже явно налегли на шампанское. Но Хенрик лишь улыбался, глядя на них. Он вообще чувствовал себя словно во сне. И этот сон, определенно, был прекрасен. Они следили за церемонией награждения, и все волнение как-то притупилось. И Тарьяй, и Хенрик просто наслаждались происходящим. Радуясь, что стали частью всего этого. Хенрик уже и успел забыть об обещании Тарьяй, как на сцене появились ведущие, а на огромное экране вспыхнуло сердце камеры поцелуев. Он слегка посмеивался, наблюдая, как актерам приходилось пересиливать неловкость и коряво чмокать друг друга в губы. Тарьяй ухмылялся рядом. И вот от этой ухмылки Хенрику стало слегка не по себе. Этот паразит явно знал больше, чем показывал. И когда камера начала приближаться к ним двоим, Хенрик подобрался. Твою же мать. Все еще оставался крошечный шанс, что этого не случится. Но Тарьяй рядом удовлетворенно вздохнул, и все надежды Хенрика утонули в реве зала. Камера взяла их крупным планом. Хенрик посмотрел на Тарьяй. Тарьяй посмотрел на Хенрика. Они кивнули друг другу и буквально нурнули в этот поцелуй. Он был слишком коротким, но, господь всемогущий, каким же горячим. Зал буквально взорвался. Давид рядом истерично кричал. Марлон и Саша не отставали от него. А Тарьяй смотрел прямо перед собой с таким видом, будто только стал властелином вселенной. Впрочем, им он и был. У Хенрика в груди заполошно билось сердце. Он все еще украдкой облизывал губы, на которых остался сладкий вкус шампанского и самого Тарьяй. И остро-горький вкус каминг-аута, который, кажется, они только что совершили. Странно, почему это казалось таким правильным?