Секреты (ПсиКоп#4)

Мы с Лизой остановились перекусить, затем заехали в Клинику, убедиться, что рука не сломана. Там мне сообщили, что имеет место небольшое растяжение, и все, что нужно сделать - приложить к больному месту лед. Чего и следовало ожидать. Заодно я пополнил свои запасы «аураселя», и даже выпросил несколько таблеток «нейрозамина», выданных мне с требованием не принимать эти препараты вместе. Учитывая, что результатом смешения стала бы тяжелая рвота, я уверил врача, что ничего подобного делать не собираюсь. А потом мы направились обратно в Роузвуд. Лиза свои дела на сегодня закончила, а вот я - нет. Если бы еще в понедельник кто-то вложил мне в руку соль для ванной с йохимбе и сказал, что надо наполнить ванну и впитать всю божью любовь вместе со всем покоем, счастьем и радостью в мире, я бы это сделал. Но сегодня была пятница, а я переехал в здание, являющееся пиком современной архитектуры и дизайна… восьмидесятых. Теперь у меня был только душ. И никакой ванны. - Что ты делаешь? – спросила Лиза. - Использую подручные материалы. Ты не против? – я вскрыл упаковку с йохимбе зубами и немедленно об этом пожалел. Изнутри коробочка на вкус была как ладан, индийская забегаловка или и то, и другое вместе. Я оттопырил карман и вывернул туда содержимое упаковки. Маленькие круглые шарики раскатились по черной ткани пальто. Выглядели они в точности, как тротуарная соль. - Не думаю, что так ты… - Все нормально. Я прищурился, глядя в светло серое небо. Представил себе свет. Затем представил бога, сидящего на своем троне. Вспомнил Джорджа Бернса из фильма «О, Боже», и тут же сказал себе, что это глупо, и к тому же неуважительно. Если бог существует, то последнее, что я хотел бы сделать – дискредитировать его. Потом я представил кого-то вроде Санта Клауса, но без красного костюма, само собой. Всем известно, что бог носит рясу. - Ты что-нибудь видишь? Образ Санты в рясе испарился. - Увижу, если ты хоть десять секунд помолчишь. - Прости. Я решил позволить богу быть загадочным. И представил его где-то там, за облаками. Но божий свет – мне трудно было думать об этом, как о «божьей любви», поэтому решил обойтись светом – потоком заструился прямо с небес и лучом воткнулся мне между глаз. Я даже слегка пошатнулся. Лиза поддержала меня под локоть, не давая упасть. Я не мог просто представить свет и сразу его отпустить. В этом и заключалась главная проблема создания белого пузыря. Я делал шар, сразу же решал, что дело сделано, что он состоит из какой-то там субстанции – может, вещество это и не настоящее, но раз уж я его уже сотворил, то оно может существовать вне меня, автономно. Из бесед с Лизой и мисс Мэтти я вынес следующее: создавая что-то в призрачном мире я ошибочно полагал, что больше ничего делать не надо. То, как мисс Мэтти описала свет, льющийся с небес, отскакивающий от моей шишковидной железы и прихлопывающий призрака, помогло мне увидеть нечто, напоминающее скорее пожарный шланг. Это была та самая сила, необходимая для поддержания белого пузыря. Я пару раз моргнул и огляделся. Закружилась голова. Словно я неожиданно надышался порохового дыма. - Ладно, - сказал я, - для начала надо найти призрака. А может, вместо этого поискать Джейкоба? Мы могли бы растерзать друг друга в кладовке для веников. Потому что эта «божья любовь» заодно наградила меня и стояком. Хотя такой эффект вряд ли предполагался. Лиза предъявила свой жетон на посту медсестер, но Крэш был прав, сейчас мы с ней были похожи на копов как никогда, особенно в паре. Жетон выглядел так, будто бы Лизе не помешало почистить карманы. Я отметил это краем глаза, в основном же я осматривался в поисках призраков. Холл был пуст. Мы дошли до столовой, миновав ряд стульев, где мы с Лизой беседовали прошлым вечером. Пусто. Зато столовая была забита стариками. Если где-то здесь и находился призрак, то он был достаточно плотным, чтобы слиться с людской массой. - На этом этаже его нет, - сказала Лиза. Я остановился и взглянул на нее. И почувствовал, как дрогнул мой белый пузырь. Секунду, это было по-настоящему или мне померещилось? - Что? – спросила Лиза. - Тебе надо это прекратить. Я сам что-нибудь придумаю. - Хорошо, ты прав, - кивнула она. – Я больше не буду. Признаюсь, продвигаться вперед получалось быстрее, зная, что бездомного мы на этом этаже не найдем. Мне просто было любопытно, получится ли обнаружить других призраков с моим раздутым шестым чувством. Не получилось. Вообще-то, я даже был на сто процентов уверен, что в этом здании нет других духов. Это было совершенно нелогично. Даже в универмагах есть свои невидимые жители. - На этом этаже призраков нет, - подтвердил я, и Лиза нацарапала это в блокноте, как будто «си-но» не доложило ей об этом. – Давай поднимемся на этаж выше. На втором этаже мы еще не были. Он ощущался совсем иначе, чем третий, даже когда тот пустовал, пока постояльцы находились в столовой. - Прошу прощения, - обратился я к медбрату, дежурившему на втором этаже – накачанному белому парню лет двадцати пяти, который, судя по внешности, мог надрать зад за шутки над выбранной им профессией. – Этот этаж… Отличается от других? - Конечно, - кивнул он. – Здесь находятся амбулаторные пациенты. Западное крыло для постояльцев с более-менее ясным сознанием, восточное крыло для страдающих болезнью Альцгеймера и слабоумием. Я слежу за тем, чтобы они не покидали свои палаты. - Ясно, - я посмотрел вверх. Конечно же, я не мог увидеть отсюда третий этаж, но мог представить. Наверное, Лиза была права. Видимо, я – визуал. – А что наверху? - Инвалидные кресла и каталки. - Спасибо. Мы прошлись по «амбулаторному» коридору. Палаты выглядели более оживленными, чем комнаты этажом выше, наверное, потому, что здешние пациенты могли свободно передвигаться, вешать на стены всякие предметы - фотографии, карты, постеры, вырезанные из журналов, цветы, дурацкие картинки с преувеличенно экспрессивными рожицами. - Это так важно? – спросила Лиза. – То, что Ирэн лежит на этаже с каталками? - Не уверен пока. Лиза снова что-то записала в блокнот, пока я стоял и оглядывался по сторонам. Краем глаза я заметил какое-то движение. Перевел взгляд в ту сторону, но движение тут же прекратилось. Я подошел к той палате. Это была комната на двоих человек, но с одним именем на табличке рядом с дверью. Одна из кроватей была смята, на тумбочке рядом с ней громоздилась гора безделушек и журналов. На второй кровати не было постельного белья. Я пару минут постоял в двери, рассматривая комнату. И понял, что все еще чувствую связь белого света со своим третьим глазом. Ощущение стало менее пьянящим, но оно держалось, даже если я сосредотачивался на нем всего процентов на пять. Я вспомнил о гранулах соли в кармане и отчетливо почувствовал связь. Мы вернулись к посту медсестер. - В той палате кто-то умер? Медбрат-полузащитник посмотрел в сторону палаты. - Нет, у мистера Барнхарда случился сердечный приступ. Сейчас он наверху. Кажется, палата три-двадцать. - Он прикован к постели? - К инвалидной коляске. На еле ползущем лифте мы поднялись на третий этаж. - Ты видишь здесь какую-то связь? – спросила Лиза. - Не знаю. Кажется, я увидел что-то в той палате, но оно исчезло, когда я подошел ближе, - Лиза накарябала что-то в блокноте. Двери лифта открылись на третьем этаже. Джейкоб, Каролина и одна из медсестер разговаривали в начале коридора. Дамы сидели в креслах, неудобных даже на вид, лицом к друг другу, а Джейкоб стоял позади Каролины с ручкой и блокнотом в руках. Его темные глаза сверлили дыры в бедняжке медсестре, пока Каролина проделывала свои штучки в стиле полиграфа. Все трое повернулись к нам с Лизой. У медсестры были опухшие веки. Взгляд Джейкоба всем своим весом обрушился на меня, и я даже отшатнулся. И хотя увидеть это невозможно, казалось, его взгляд материален, как белый пузырь. Я подергал нить белого света, связывающую мой лоб со вселенной, возвращая себе душевное равновесие. - Вик, - окликнула меня Лиза, и я понял, что считаю ворон, застряв в дверях лифта. Я вышел из лифта, будучи не в состоянии отвести от Джейкоба глаз. Меня вдруг осенило – а что если «тугие» - это не просто отсутствие каких бы то ни было паранормальных способностей? Может, это нечто другое, вроде обратной стороны магнита, то, для чего пси-эксперты еще не придумали измерительного оборудования? Джейкоб прищурился. Я ощутил его взгляд, по-настоящему ощутил. Проклятье. Я и так обзавелся полуэрекцией из-за этого белого света, а тут еще и невероятно отвлекающий взгляд. - Джейкоб, - одернула его Каролина. Волшебство, если это можно было так назвать, рассыпалось. Он перевел взгляд на напарницу. - У меня есть несколько вопросов к детективу Бэйну. - Нет, у тебя их нет. Джейкоб улыбнулся. Я почувствовал, как по рукам пробежали мурашки. Потерев шею, я вздрогнул, наткнувшись ладонью на пластырь, отчего почти переставший болеть укус загорелся огнем. - Погоди секунду, - сказал я, почти решившись собрать яйца в кулак и возразить Каролине, что у Джейкоба действительно может быть ко мне разговор. И под разговором я имел в виду именно разговор, а не взаимную дрочку в каком-нибудь чулане. Поскольку подозревал, что стоит рассказать Джейкобу о белом свете, мелькании, замеченном мной краем глаза, пустой кровати, о том, что я чуть ли не вибрирую, он услышит и вполне возможно, сможет понять, что все это значит. Я сделал пару шагов им навстречу. Покалывание усилилось, волосы на руках и ногах встали дыбом. Я глянул в конец коридора и увидел там фигуру в черном. Тот бездомный. Я побежал. Рука затряслась, но мне было плевать. Бездомный развернулся и рванул к лестнице. - Стоять, - крикнул я, - полиция, - двенадцать лет службы в полиции сформировали привычки, которым трудно противостоять. Но вспомнив слова мисс Мэтти, я представил себе ослепительно яркий свет, забурливший у меня в голове. Призрак пробежал сквозь дверь лестничной клетки. Я чуть не сделал то же самое, но к счастью вовремя опомнился, притормозив и сначала ее открыв. Увидев, что черное пальто мелькнуло надо мной возле лестницы на крышу, я собрался и выпустил в призрака огромный, плотный белый шар. - Стоять, я сказал. Я увидел шар, увидел. А внутри – его, бездомного мужика, развернувшегося и вытаращивщего глаза. Я вытянул силу из головы и послал ее в пузырь. Полагалось сказать что-то насчет Меча Святого-кого-то-там, но решил, что нужного эффекта не последует, потому что я забыл имя. - Иди к свету, - приказал я. Он взглянул на меня. - Отвали, козел. Пузырь замерцал. Это была не та реакция, на которую я рассчитывал. - Я не дам тебе издеваться над Ирэн. Иди к свету. - Что ты несешь, черт возьми? Я пойду к свету, когда сам буду готов. Понял? А сейчас у меня и так есть чем заняться. Он развел руки шире и вместо того, чтобы разбить мой белый пузырь, как тогда в переулке, он вцепился в него и втянул в себя. Я почувствовал это. Пришлось заткнуть рот рукой, чтобы не избавиться от содержимого желудка. И где же пожарный шланг, перекачивающий белый свет и божью любовь? Он полностью исчез. Мой белый пузырь распался, а бездомный призрак без единого звука развернулся и бросился бежать. Громыхнула дверь, и на лестницу выскочил Джейкоб. Он молча просканировал пространство. - Ушел, - сообщил я, массируя руку в том месте, куда было рекомендовано приложить лед, и сожалея, что не сделал этого. Джейкоб повернулся ко мне. - Все в порядке? Ты слегка позеленел. Я уселся на ступеньки, ведущие на крышу. - Да. Дай мне минутку, - я сунул голову между колен, надеясь, что звездочки перестанут мелькать перед глазами. Лиза и Каролина присоединились к нам на лестничной площадке. - Вик, это не он, - сказала Лиза. Черт возьми, она уже использовала весь дневной лимит «си-но», но я был слишком не в форме, чтобы указывать на это. - Ему следует уйти, - сказала Каролина, и я понял, что речь обо мне. – Виктор уже набегался за призраками на сутки вперед. Джейкоб, ты остаешься. Лиза, отвези Виктора домой и уложи в кровать. Нет, я хотел совсем не этого. Моя сила была не похожа на их; она меня не выматывала. Мне было плохо из-за этого дурацкого белого пузыря, вот и все. Этот бездомный урод втянул мой шар… Эту часть информации я оставил при себе, потому что не знал, как сообщить об этом, чтобы прозвучало хоть немного осмысленно. - Я в порядке. Просто надо выпить кофе… - Она права, - перебил меня Джейкоб. – Ты можешь вернуться утром. Я попытался понять, собираюсь ли хлопнуться в обморок или нет, так как прекрасно понимал, что происходит – я чересчур увлекся экспериментами, следуя чужим советам. Пока Каролина с Джейкобом согласовывали дальнейшие действия, у меня в ушах гремел дикий рев, теперь понемногу затихающий. Наверное, если не вставать слишком резко, то можно остаться в сознании. - Серьезно, - я вгляделся в толпу, топчущуюся на лестничной площадке. – Я прилягу на пару минут в 304 комнате, - и все будет… - передо мной стояли четверо людей. Не трое. Четвертый человек был одет в смокинг. И как будто этого было недостаточно, чтобы выделяться, он к тому же был почти прозрачным. - Он теряет сознание, - сказала Каролина. – Позовите медсестру. Лиза вышла. Мужчина в Смокинге замерцал, когда она прошла сквозь его руку и плечо. - Ты кто? – спросил я у него. Он округлил глаза, поняв, что я вижу его, а мои инстинкты подсказывали, что он собирается удрать. Быстро, как только мог, я притянул белый поток «божьей любви» к своему лбу и выстрелил им в призрака. Шар получился отличный, я его увидел. Но мужик прошел его насквозь и уплыл в стену. - Замри, - рявкнул я и шагнул за ним. Во всяком случае, хотел шагнуть. А потом все вокруг стало черным.