Только не сдавайся!

POV Дмитрий Сергеевич Впервые, за семь лет, я встретил ее – ту, что по-детски любил, как родную сестру. Ту, о ком частенько думал, глядя на фотографию маленького рыжего ребенка. Как содрогнулось мое сознание, не в испуге, а в изумлении, когда я увидел Машу снова. Ее, вроде бы, неприглядная серая одежда, не смела скрыть той таинственной красоты, что прятала в себе моя девочка. Я был побежден, когда серые глаза Марии медленно поднялись из тени темных густых ресниц и остановились на мне с неопределенным выражением интереса, и в то же время, равнодушия. Как в последующий момент ее, и без того бледное лицо, исказила гримаса удивления и обеспокоенности. Как ее розоватые губы растянулись в полоску, а после грубый и холодный тон вырвался из легких. «Да, она изменилась…» – Так я думал до этого момента. До того, как она, свернувшись калачиком и сладко посапывая, уснула на моей груди, прямо как тогда, в нашем сказочном детстве. Ее кудри выпрямились, лишь изредка давая о себе знать, родинки на шее стали лишь отчетливее, а голос… Этот голос звучал теперь с еще большей особенной силой, чем когда-то ранее. Правда, глаза теперь горели не тем удивительным и искренним светом. Но, это не меняло моих чувств к этому ребенку, да, все еще ребенку в моих глазах. Хоть она и выросла, я все еще вижу в ней ту маленькую девочку, ту Машеньку, которая была, да и осталась, мне сестрой. POV Мария Он смотрел на меня пугающим взглядом, но мне почему-то становилось лишь смешно. Хотелось схватиться за живот и согнуться пополам, от подступающей волны счастья. – Меня зовут Маша. Идем играть? – Стараясь быть вежливой, как учила меня мамочка, я взяла высокого мальчика за руку и потянула его в сторону дома. Сначала, наверное, он невольно тормозил, но потом, видимо избавившись от смущения, парень уверенно последовал за мной. Его рука была такая большая и мягкая, что меня терзали сомнения, хочу ли я ее отпускать? Может, попросить его держать мою руку всегда? – Я… Дима, – приятный голос молодого человека раздался за спиной. Посмотрев на него через плечо, я лишь шире улыбнулась. – У тебя красивое имя, Дима, – несмотря на то, что я была вся в краске, мальчик, одетый в строгий костюм, не побоялся поравняться со мной, слегка прижимаясь рукавами пиджака к моей исписанной коже. – И у тебя… Маша. – Все еще смущаясь, Дмитрий отводил взгляд в сторону, стараясь не смотреть в мои глаза. Странно. – А еще у тебя красивая душа, – доведя его до крыльца дома, не отпуская руки, я остановилась. – Душа? – Неоднозначно посмотрев на меня, мальчик тоже не спешил отпускать мою ладонь, лишь крепче сплел пальцы. – Да, она имеет странный цвет. Точно, твоя душа – цвета радуги! – Ткнув пальцем свободной конечности в его живот, я засмеялась. - А твоя душа... какого цвета? – Не засмеявшись, а лишь более серьезно нахмурившись, Дима посмотрел испытующе в мои глаза. А я ведь даже не задумывалась над такой ерундой… - Моя душа… Она бесцветная. Чтобы было удобнее водить по ней красками такого цвета, которого я пожелаю. Ведь это так здорово иметь душу, что так схожа с холстом. - А разве она, в итоге, не смешается со всеми цветами и не станет черной? – Не теряя своей серьезности в голосе, мальчишка, единственный, кто понял меня и отнесся к моим словам со всей цветной душой, продолжал неотрывно на меня смотреть. - Ну… Точно. Любовь. Когда я влюблюсь, мой холст снова станет белым, – уже теряя нити логики, но всей душой веря в свои слова, я спародировала взгляд парня, хмуря так же брови. - Влюбиться очень сложно… Да и ты маленькая еще,- хмыкая и вздергивая надменно подбородок вверх, мальчик прикрыл глаза, все-таки, через щель длинных ресниц, поглядывая на меня. - Чего? Я не маленькая. Любовь – она для всех. Главное, только не сдаваться! *** Да, именно так я считала в детстве. Именно так я видела этот мир, что можно добиться всего, стоит только не опускать руки и не сдаваться. Моя душа уже черная, настолько черная, насколько ей это возможно. И никакая любовь, никакое счастье, никогда не изменят этот цвет. Когда я была ребенком, как и все, я верила в невозможное. Я смотрела на этот мир сквозь туманную пелену, смотрела на все с высоты детского мировоззрения. И я уже не помню, кто разрушил мой мир из добра и счастья. Много времени прошло, и мы все сильно изменились. Я и он – уже не те. Этот сон, настолько реалистичный, так и продолжался до самого утра, напоминая мне обо всем, что я смогла забыть. Я пережила каждый момент, каждое прикосновение снова, и мне так не хотелось просыпаться, но ужасные лучи осеннего солнца пробудили меня, как спящую красавицу поцелуй принца.