Только не сдавайся!

– Я не позволю тебе это сделать, – почти мурча от удовольствия, учитель оттянул меня от своего члена, прикладывая палец к раскрытым губам. Я тоже знаю, как доставить мужчине удовольствие. Как-то, по глупости, забрела на один не шибко цивилизованный сайт, хотя, это все отмазки… – Но… – Тц, – укладывая меня на спину, вжимая всем своим оголенным телом в мягкость матраца под нами, преподаватель провел ладонью по внутренней стороне бедра, нежно касаясь пальцами и заставляя меня ерзать, подаваясь на странные ласки. Его рука блуждала по моей коже, то поднимаясь выше, к еще оставшимся на мне трусикам, то опускаясь ниже. Второй рукой он сжимал мою грудь, то и делая, что перебирая пальцами сосок и вытягивая его вперед. Немного было больно, но в тоже время, все его действия, разжигали что-то внутри. Мне оставалось только пыхтеть от желания и жмуриться от яркости лампы над нами. – Маш, немного будет больно… – Нотки сочувствия в его голосе я уловила сразу. Но он даже не дал мне ответить, быстро, как будто боясь, что я передумаю, Дима стянул с меня трусы, отшвыривая их куда-то в сторону, и раздвинул худые ноги. А я думала лишь о том, как буду искать в номере свое нижнее белье. Что-то ткнулось в половые губы, усиленно их раздвигая в разные стороны и пробиваясь куда-то глубже. Несильный толчок и довольно-таки крупная головка инородного органа оказалась во мне, заставляя вскрикнуть и тут же закрыть руками рот, закусывая кожу ладони. Глаза быстро наполнялись слезами и любимый силуэт учителя стал расплываться до тех пор, пока накопленная жидкость горячей дорожкой не спустилась по щеке вниз, капая на простыню. Еще толчок и что-то с необъяснимой легкостью пропустило Дмитрия Сергеевича дальше, что-то, чего уже не было, что-то, что восстановить можно лишь хирургическим вмешательством. По ноге стекала кровь… Ее было совсем немного, но этого хватило на красную лужицу под моим бедром, которая доставляла не самые лучшие чувства комфортности. Снова толчок. В этот раз все было более настырно, не смотря на ноющую и жгучую боль внизу живота и там, где часть Дмитрия все еще находилась. Мне было больно. Жутко больно и я не могла ничего чувствовать кроме этого ужасного ощущения. Хотелось все закончить быстрее, хотелось скорее подняться с кровати и побежать в ванную. Закрыться там и заплакать, сама не зная почему. – Подожди, сейчас будет лучше, – его голос больше не внушал мне доверия, но и подняться у меня не было сил. Наверное, я была напугана происходящим. В это время учитель лишь набирал обороты скорости, хлюпая во мне и доставляя все новую и новую боль прямо по адресу. Плотнее прижимая руки к губам, лишь тихо всхлипывая и жмурясь при каждом новом движении, я прокручивала в голове что-то позитивное. Стараясь себя отвлечь, вспомнить что-то хорошее, я лишь убедилась в том, как я бессильна. Лежа сейчас под любимым человеком, я не могла ему полностью довериться, усиленно сжимая мышцы внутри себя. Хотелось завернуться в кокон и уснуть, чтобы более никогда не испытывать такое неприятное чувство не только физически, но и душевно. Но, через какие-то доли секунды, плавно и как-то сонно, боль стала отступать, полностью передавая меня во власть похоти и наслаждения. Тягучие нотки внутри растягивались, переплетались и требовали большего. Хотелось быстрее, резче, глубже, но было некуда. Бедра непроизвольно стали подмахивать чужим действиям сами, а я, от накрывавшего меня смущения, закрывала уже не рот, а пылающее лицо. Из горла вырывались стоны. Не громкие, нет, они доносились лишь до моего любимого человека, призывая его к продолжению. Движение, еще одно, но мне этого было мало. Хотелось еще, чаще, сильнее. – Сильнее. – Убирая руки от лица, я переместила их на свою грудь, сжимая и перебирая ариол между пальцев. Губы затряслись в небольшой конвульсии, а в животе что-то перевернулось, растянулось и захотело выплеснуться. Я стала грубее двигать тазом, и усиленней пыхтеть, закатывая глаза. Грудная клетка вздымалась чаще, выше, заставляя выгибать спину и падать обратно на мягкую простыню. Мысли метались друг за другом, пытаясь догнать. Наконец, взглянув на учителя, я увидела нахмуренную гримасу наслаждения, такую, какую просто так не описать словами. Он мило морщил нос, хмурил светлые брови, но при этом улыбался и я, как дурочка, улыбалась ему в ответ. *** Наши тела переплетались так странно, по-животному страстно, что лежа сейчас на кровати рядом с учителем, который бережно всему меня научил и просто уснул, я понимаю, что наша с ним жизнь более не станет прежней. Она никогда не вернется в прежнее русло, возможно, мы будем с ним счастливы.