Приключения Довакина попаданца

// Английским выделены фразы на языке драконов, наделенные мистическим смыслом. Я понемногу приходила в себя. Тело ощущалось как-то странно, непривычно. - Присутствовать при вашем перерождении - честь для меня, Небесный Владыка, - услышала я хриплый голос, полный почтительности. Я открыла глаза и увидела стоящего передо мной на коленях бородатого драугра. "Что происходит, неужели за мной дракон?" - с опаской подумала я и стала медленно поворачивать голову. Никаких драконов я не увидела, но сама возможность разворота головы на 180 градусов меня насторожила. Наклоняю голову и вижу... драконьи лапы, а это значит, что я в теле дракона. "Какое могучее тело, - задумчиво подвожу итог я. - Но, с другой стороны, оно закрывает мне пути на вершину человеческой власти, ведь я, как драконорожденная, могла претендовать на трон Империи". - Что вас беспокоит, ulvingah? - спрашивает драугр. "Ах да, здесь же мой недавний противник, - отстраненно отмечаю я. - А теперь, быть может, слуга, раб, подчиненный?" - Кто ты для меня? - заинтересованно спросила я его. Голос получился хриплый. Интересно, я - дракон-мальчик или дракон-девочка? В игре они по половому признаку не делились, вроде, но больше напоминали мужчин, чем женщин. - Я - Mirzulving, правитель города Iizodnus и Верховный Жрец Великого Алдуина здесь же, - ответил драугр, поднимаясь с колен. - Предстань пред его очами и неси весть: "Iizodnus пробудился и готов следовать воле ulvingah". - Я сейчас же отправлюсь к Великому Алдуину и передам весть, - отвечаю я, а сам думаю. - "Бесполезное существо, преданное моему противнику. Нужно немедленно убираться отсюда". Я осмотрелся и заметил надпись на стене, прямо-таки пышущую смыслом. Что-то подобное я чувствовал, когда открывал том заклинаний, но тогда знания были крайне агрессивны, они сами врывались в мой разум. Здесь же было все с точность, да наоборот. Я почувствовал, как что-то внутри меня тянется к надписи на стене, вызывая ощущения похожие на те, что я испытывал, когда поглощал душу дракона. Похожие, но другие. И вот я почувствовал как мой... что? Желудок? Щупальца? Пусть будут духовные каналы. Как мои духовные каналы достигают этого наполненного смыслом объекта и передают мне саму суть силы. - Fus (сила), - торжествующе кричу я и замечаю, как драугр слегка покачивается. - Ваш ту`ум удивительно силен для перерожденного, ulvingah, - почтительно произнес драконопоклонник. - Великий Алдуин будет рад такому сильному подданному и обучит вас истинно драконьей речи. Но позвольте мне послужить вам. В свое время меня обучили словам, позвольте мне поделиться с вами полученными умениями, ulvinguh, - просительным тоном проговорил он. Я мысленно выругался, - ну и как драконам положено общаться со своими поклонниками? - Дозволяю, - спокойным властным тоном произнес я. Драугр повернулся и крикнул: "Ro". Из его уст вылетел объект, излучающий смысл, который, встретившись с поверхностью, образовал надпись, подобную изученной мной ранее. "Ro есть равновесие", - понял я. Третьим и последним словом драконьего крика, так и не достигшим пола и изученным мной еще в полете, стало "Dah" - толчок. "А теперь крикни!" - молитвенно взвыл драугр, упав на колени. - Fus Ro Dah! - прокричал я, подчинившись. Драугра протащило метра на три, после чего он, будто и не его я только что приложил, поднялся и заорал какую-то малопонятную тарабарщину. - Лети, лети к Великому Алдуину, Dun Ving Nir Lok, - прокричал бородатый. "Легко сказать - лети, - подумал я. - Пещера - не то место, где лучше всего учиться полетам". Я сделал пару пробных взмахов крыльями. Удивительно, но на то, чтобы научиться полету в этом теле, ушло не более минуты, все-таки, не зря драконов называют повелителями неба... *** Я нарезал уже пятый круг вокруг Вайтрана, лениво разглядывал суетящихся внизу людей и меров и размышлял. Главным вопросом на повестке дня был: "Куда податься одинокому дракону?" Можно, конечно, к учителю седобородых, но, кто знает, как он ко мне отнесется? К довакину он подход в игре нашел, наплел чепуху про изменение собственного мировоззрения, а потом-то, после смерти Алдуина эту самую власть и прибрал. Теперь уже я буду угрозой власти Партурнакса и, не сомневаюсь, что после гибели Алдуина он решит меня тихонько устранить. Нет, я сам буду править драконьим племенем, или сожру их души, еще не решил, так что поход к Белому Дракону откладывается на неопределенный срок. Внезапно я заметил одинокого оленя, пьющего воду из ручья. "Пища", - мелькнуло у меня в сознании, и я, сложив крылья, устремился к ничего не подозревающему животному, выйдя из пике у самой земли, умудрившись схватить оленя на лету челюстями, мгновенно прервав его существование. Мясо оказалось чрезвычайно вкусным и сочным, но также от животного стала отделяться непонятная субстанция и ускользать от меня. Бегство законной пищи меня порядком разъярило, и я попытался цапнуть ее зубами, но не тут-то было. Эта гадость даже не обратила внимания на мои потуги. Тогда из меня исторглись те самые духовные каналы, которыми я поглотил душу дракона. Ох, и как же трудно оказалось захватить ими эту штуковину, но мне, после долгой напряженной работы удалось сделать это. "Хм, - задумался я. - А если не ограничиться поглощением драконьих душ? Если стать местным богом и регулярно поглощать души умирающих... ох, только население увеличить максимально, тогда мое могущество достигнет неведомых вершин... да, именно так я и поступлю", - одна за другой, приходили ко мне интересные идеи. И я, вновь набрав высоту, занялся поиском мелких животных, надеясь постоянным поглощением душ, развить эту способность как можно сильнее. В итоге, целую неделю я пролетал, непрерывно пожирая души всех животных, что мне встречались, вследствие чего научился поедать души быстрее, но что толку? Никакого видимого усиления от их поглощения я не почувствовал, будто и не было этой напряженной охоты. Может, для извлечения пользы нужны какие-то особые действия? Не знаю и даже не представляю где можно найти такую информацию. Единственная польза от них - уменьшение все нарастающего чувства пустоты в груди, начавшего преследовать меня еще во второй день после Изменения, и постепенно нарастающего, как и страх, связанный с этим чувством. Боролся я с ним поглощением всей попадающейся по пути живности, но голод рос быстрее, чем я мог утолить его. Я находился в состоянии близком к отчаянию, когда пролетал над набольшим поселением людей. Людей... Определенно, большое количество особей с, должно быть, очень питательными душами. Они просто обязаны утолить мой голод. Снижаюсь до высоты 30-40 метров над землей и кричу "Fus Ro Dah", сшибая с ног несколько человек и обваливая хлипкое деревянное строение. Жаль, что я не знаю огненных криков, паника среди людей мне бы не помешала, хотя паника в любом случае неизбежна. Приземляюсь и сжимаю челюстями молодую женщину, мгновенно убивая ее, после чего пытаюсь поглотить ее душу, но все мои попытки терпят фиаско. Она отличалась ото всех съеденных мной прежде, и мне не хватило умения. Впрочем, не страшно, ведь здесь еще много пищи. Кидаюсь на каждую пробегающую особь, но скольких бы я не убивал, поглотить человеческую душу мне не удавалось. Внезапно меня пронзила боль. Развернувшись, и сбив хвостом нескольких человек, вижу 3 страхолюдных бабенции, с длинными когтями на руках - ворожеи. Они делают жест руками, и с них срываются молнии, которые причиняют жуткую боль. "Fus Ro Dah", - с яростью кричу я, сшибая тварей с ног, после чего бросаюсь на них и мгновенно убиваю своими длинными когтями, после чего с наслаждением поглощаю их души. Но слабые никчемные души чудовищ, променявших истинную силу на усиленный магический дар от даэдра, не могли погасить той зияющей пустоты во мне. Озираюсь в поиске людей, но никого не вижу, поэтому взлетаю и кружу вокруг уничтоженного поселения, убивая всех беглецов, но так и не могу поглотить их души. Вскоре понимаю, что все мной проделанное здесь - бесполезно. Если я хочу заполнить пустоту, мне придется поглотить душу дракона, и сделать это следует как можно быстрее, иначе, чувствую, случится что-то по-настоящему жуткое. За время своих скитаний мне встретилось около десяти драконов, но я не рисковал приближаться к ним, так как опасался быть поглощенным своими более опытными соперниками. Они же меня не преследовали, будто я был им абсолютно неинтересен. Теперь же, когда я целенаправленно искал своих "сородичей", не находил ни одного. А пустота все возрастала. Когда пролетал над Винтерхоллом, я внезапно почувствовал, как силы стремительно покидают меня, поэтому я пошел на снижение, но у самой земли, а если быть точным, снега, оказался обессилен и на полной скорости врезался в поверхность. И вновь такая родная... Тьма. *** Прихожу в себя от жуткого холода, сковавшего мое тело. С трудом пытаюсь пошевелиться - почти не получается, тогда применяю на себя исцеление до тех пор, пока резерв не опустошается, после чего снова пытаюсь пошевелиться ­- на этот раз, удается. Внезапно вспоминаю последние события, и меня вырывает, а душу сковывает животный ужас. Смотрю на пищу, вышедшую из меня, и когда приходит понимание что было в моем желудке, меня вновь выворачивает. Когда телесные терзания чуть ослабевают, с удвоенной силой наваливаются душевные. Я плачу, с ужасом и отвращением к себе вспоминая собственные деяния. Ведь я к этим людям, как к скоту относился, а все мои действия были продиктованы лишь желанием обрести власть и животным ужасом. Я - худший из монстров, худшее из всех существ, что когда-либо носил этот свет. Худший или худшая? - внезапно возникает глупая мысль, которая, наконец, заставляет меня обратить внимание на происходящее в реальности, а картина складывается печальная. "Во-первых, вокруг меня беснуется жуткая метель, из-за которой не видно ничего дальше своего носа, а во вторых, я абсолютно голая! Хотя, ну и пусть! Такой твари нет места на белом свете. Жаль, конечно, что мир покинет такое совершенное тело, но душа значительно важнее тела, а она у меня иссиня черная. Но, с другой стороны, мои огромные глаза так восхитительны! Разве у меня есть право оставить мир без них? А как же моя шелковистая кожа?" - вела я внутренний диалог сама с собой, но все подступающий холод заставил меня отвлечься от столь важного дела и попытаться применить заклинание исцеления. Только попытаться, ведь опустошенный резерв за все это время не восстановился и на сотую часть. "Все, гарантированная смерть, - обреченно подумала я. - Но я все равно буду биться за свою жизнь до конца, - упрямо решила я. Конечно, абсолютно нагой человек не выживет на лютом морозе, да еще и в такую метель. Но если бы у меня получилось протянуть достаточно, чтобы суметь воспользоваться исцелением, то у меня чисто теоретически мог появиться шанс. В итоге, зарываюсь в первый встреченный сугроб и сворачиваюсь калачиком, надеясь сохранить хоть какое-то тепло. *** - Ну и где же этот, даэдра его побери, дракон? - недовольно прогундосил высокий норд-воин. - Да нету его уже, походу, улетел, - буркнул закутавшийся в мантию низкий бретонец. - Вообще не понимаю, что мы здесь делаем. - Ярл сказал: проверьте, вот мы сейчас и проверим, - твердо произнес низкий старик в гномьем доспехе. - Маг, у вашей братии есть хоть какие-то полезные умения или вы только родичам своим вредить можете? - Ой, да я могу, что угодно сделать, собрат жрец-маг, вот сейчас обнаружение жизни применю, - отмахнулся от него маг. - У меня, знаете ли, специализация в сфере иллюзий. Дальше меня жизнь разве что мастер обнаружить может! - Ты языком меньше болтай, а больше делай, - с упреком бросил старик. Маг только снисходительно фыркнул на его замечание, после чего с сосредоточенным выражением лица свел руки вместе, и из них вырвался поток света. Внезапно спокойный до этого момента маг, подпрыгнул и почти мгновенно переместился за спины воинов. - В том сугробе, - крикнул он. - Что-то маловато для дракона, - критически оглядев небольшой сугроб, недоверчиво заметил воин. - Ну, там небольшое живое существо, а какое именно я не знаю, - смущенно пробормотал маг. - Просто так рядом, а вдруг там Тролль спрятался? - попытался он оправдаться. - Глянь, что там, Виртус, - приказал старик. Молодой воин осторожно приблизился к сугробу и начал тыкать тот мечом. Увидев, что оружие покрылось кровью, и сугроб не шевелится, мужчина рискнул приблизиться к нему и попытаться откопать существо, держа в правой руке кинжал. Пять секунд, и под изумленным взглядом нордов он достает из него маленькую абсолютно нагую девочку. Старик в тот же момент подбегает к воину и с десяток секунд осматривает его ношу, совершая замысловатые движения руками, после чего кладет на нее руки, и с них срывается желтоватый цвет. Раны, нанесенные воином, стремительно исчезают, как и мертвенная бледность. - Полагаю, дракон действительно улетел, что касается девочки - она в ужасном состоянии, похоже - жертва дракона. Душа почти истощила свои внутренние запасы, которые сейчас потихоньку восстанавливаются. Первый раз встречаю такое, можно только гадать, что эти твари делают с захваченными людьми...