Flying to the end

      Клинт оказался на самой высокой, в зоне досягаемости, точки в Соковии.       Лучник устроился на каменном парапете, наблюдая за тем, как жители города, ведомые алой магией Ванды, убеждениями Пьетро. Команда рассредоточилась: Тони искал убежище Альтрона, близнецы помогали Стиву с эвакуацией населения, а Брюс отправился по указанным координатам, найденным Бартоном, как место заточения Наташи. Конечно, Бартон осознавал, что ему сейчас лучше всего занять позицию наблюдения – так команда непосредственно окажется в плюсе, получив преимущества от такого наблюдения, однако нотки горечи залегли где-то в душе.       На присутствие Брюса было абсолютно наплевать. Главное, чтобы он вытащил Романофф. Живую и невредимую. Остальное было настолько второстепенной деталью, что Клинт просто ждал, когда услышит по внутренней связи команды родной голос с привычными русскими нотками, неугасимо-оптимистичный и живой. Её голос, за которым Бартон мог бы последовать хоть в другую страну, хоть в саму Преисподнюю. – Леголас, как там вид сверху? Насколько масштабно? – голос Тони в связном устройстве раздался слишком неожиданно, – Какой прогноз?       Клинт прищурился, ещё раз окидывая взглядом город. Люди без единого сомнения двигались к выходам, кругом тянулись тонкие, будто созданные из тонкого шёлка, нити алого колдовства, изредка можно было заметить серебристые струйки дыма, появляющиеся то в одном, то в другом месте. – Эвакуация проходит вполне успешно, – заметил лучник, присматриваясь к тому месту, где, согласно карте, должна была находиться Наташа, – Где Беннер? – Понятия не имею, он не выходил на связь с того момента, как спустился в подземелья к Романофф. Может, позеленел и уже готовится скрутить голову Альтрону.       Клинт напряжённо сжал ладонь в кулак. Мало ли, что могло произойти. Бартон не мог поверить, что Брюс может быть кем-то приручён. Лучник на своём собственном опыте прекрасно знал, как жить, если внутри тебя находится настоящий монстр, ведомый инстинктами или же магией Локи. – Кажется, вечеринка начинается. Нам стоит быть повнимательнее. Кто-то может… – Да, я помню. Это свидание со смертью, Тони. С высоты это видно особенно отчётливо. Мы должны довести эту битву до конца, даже если придётся остаться на поле боя.       Больше лучник не произнёс ни слова. Он прекрасно знал, что ему, скорее всего, предстоит остаться в Соковии навсегда. Если его смерть спасёт несколько сотен или даже тысяч жизней, пускай будет так. Лучник собирался драться до последнего вздоха. Главное сейчас – услышать голос Наташи. Живой, близкой, родной. Узнать, что она в порядке, что ей удастся выйти из этой схватки живой и невредимой. – Бартон, у тебя гости на подлёте. Спускайся с небес на землю, пора устроить вечеринку. – И что бы я делал без твоих подсказок, Старк? – усмехнулся стрелок, опираясь на верхнюю ступень ветхой деревянной лестницы, ведущей на мостовую. – А мало ли, вдруг тебя всё-таки зрение подводит, пенсионер! – звонкий смех совсем ещё юного Пьетро вызвал какое-то беззлобное раздражение у лучника, но не прежнюю нервозность. – Давайте начинать, не отвлекаемся! – Стив, в своём репертуаре, стремился сохранить дисциплинированность в рядах команды. – Ты ещё попроси не выражаться. – Это точно никогда не забудется, да, Тони? ***       Наташа знала, что за ней придут.       Клинт не мог не распознать её сигнал, переданный на особой частоте. Да и сам текст сообщения был исключительно для них, обычно в разведке такое не используют, это Романофф знала ещё со времен работы на КГБ. Значит, он найдёт её, всегда находит. Они были слишком предсказуемы, всегда находили друг друга в самых опасных и непредсказуемых ситуациях.       Оставалось лишь ждать. Это было слишком мучительно, медленно. И Наташа чувствовала: за пределами её «клетки» начинает происходить что-то нехорошее. Значит, команда уже здесь. Несомненно, это не могло не радовать. Роботы, ведомые Альтроном, оставили её, хотя, по началу, выполняли роль охранников. Это подтверждало догадки. Шпионка прислушивалась к каждому шороху, стараясь узнать знакомые шаги, уловить что-либо, происходящее на улице и полностью осознать, как действовать дальше. Возможно, ей даже удастся самостоятельно выбраться из заточения. – Наташа!       Романофф не ожидала, что за ней придёт Брюс. Хотя, казалось бы, это же логично: все, начиная от Стива и заканчивая Старком, думали, что у них завязались жаркие отношения. Никто и не догадывался, что сейчас для неё намного дороже было бы услышать голос Бартона, чуть хрипловатый, но привычно-оптимистичный, даже в самые тёмные времена. – Брюс?       Шаги учёного были грузными, совершенно не так двигались агенты. Его бы ни за что не взяли в разведку. Собственно, всё это можно было вполне успешно списать на довольно крупные габариты Халка. Вряд ли в столь простых вещах у двух личностей доктора Беннера можно было найти различия. – Ты в порядке? Цела? – Да, всё хорошо. А ты, случаем, не видел ключик от этой клетки? – У меня он имеется. Отойди в сторону.       Наташа прижалась спиной к каменному уступу, краем глаза заметив, что в руках учёного довольно серьёзное оружие. Откровенно говоря, агент сомневалась, что он умеет пользоваться подобными предметами. Вряд ли ему это было нужно, учитывая, на что способен Халк.       Замок был попросту расплавлен, а Романофф, наконец, получила долгожданную свободу. Нужно было присоединиться к команде, вступить в бой и наконец-таки разобраться с Альтроном, а там…Будь, что будет. После того, как наиболее актуальная проблема решится, можно будет подумать о том, как разобраться с этим чертовым треугольником, который так легко организовал Фьюри. – Какие планы? – Удалить программы Альтрона из сети, чтобы он больше не имел связи и не мог сохранить какие-либо файлы, эвакуация населения в самом разгаре. Ребята начинают борьбу с роботами, а я должен увести тебя подальше. Так… Так будет правильно, – Беннер явно нервничал: его с головой выдавали опущенные плечи, отрешённый от действительности взгляд и голос. – Мы не можем остаться в стороне, – Наташа хмуро кивнула, – Присоединимся к команде, им явно нужна помощь.       Романофф уверенно двинулась в сторону выхода, найдя своё оружие в куче железок, оставленных её «надзирателями». Её энтузиазм не сломило даже временное заточение и отлучение от команды. – Нет, Наташа, подожди, – Беннер коснулся запястья девушки, заставляя её остановиться на несколько мгновений, – Я хочу поговорить с тобой, пока всё это не началось. – О чём? Брюс, я не уверена, что сейчас подходящее время, – неуверенно начала Наташа, поглядывая в сторону выхода, – Мы намного нужнее снаружи. – Я всё знаю, Нат. О тебе и Бартоне, я же не слепой, – выпалил учёный, заставляя Романофф отстраниться и невольно встрепенуться, – И я не могу удерживать тебя силой. – Что? Не говори ерунды, мы с Клинтом просто лучшие друзья и напарники. Он не поверит. Наташа, отчего-то, это особенно остро чувствовала. Значит, задание всё равно провалено. Или… Это и есть тот самый шанс всё поставить на свои места? – Не глупи. Вы оба достойны быть счастливыми, я не собираюсь этому препятствовать. Клинт – тот человек, который способен тебя понять, он тебя достоин. Так и должно быть, Наташа. Расслабься, никто никому не должен, мы провели прекрасные месяцы вместе. Теперь ты свободна.       Романофф не хотела видеть разочарование в его глазах. В любом случае, она всегда считала Брюса своим другом, ещё с их первой встречи, когда она была заслана к нему для того, чтобы убедить присоединиться к инициативе «Мстители». Наверное, это должно было произойти намного раньше. Тогда разговаривать было бы легче. – Спасибо, – едва слышно прошептала шпионка, неуверенно обнимая Беннера за плечи, – Мне правда очень… – Не говори это, Наташа. Не нужно, – нервно усмехнулся мужчина, коротко целуя Романофф в лоб, – Пойдем, мы действительно нужны там. И… Да, это твоё.       Беннер вложил в ладонь Наташи небольшое устройство связи, настроенное на одну волну с остальными членами команды, а сам, отойдя на несколько шагов от неё, покинул здание, чтобы случайно не разнести его при становлении «другим». Романофф быстро закрепила коммуникатор, коснулась кончиками пальцев потайной кнопки на своих браслетах, проверяя уровень их заряда.       Должно хватить. – Как вы там, мальчики? Скучали по мне? ***       Всё закончилось лучше, чем можно было представить себе во всевозможных прогнозах.       Они смогли спасти многих, пусть и понесли потери. Без этого, как пытался убедить всех Стив, не обходится ни одно сражение. Наверное, в какой-то степени он и был прав, но смириться с таким раскладом было довольно сложно. Каждый что-то потерял в этой чертовой Соковии. Жизнь постепенно восстанавливалась. И сейчас в этом квинджете не хватало только доктора Беннера, который, очевидно, выбрал лучший для себя путь. Остальные были, мягко говоря, не в себе: Тони поставил на панели управления автопилот и о чём-то тихо переговаривался со Стивом и Тором, а Наташа, измотанная до предела, устало дремала в кресле штурмана, укрывшись курткой Бартона.       Тяжелее всего, несомненно, было Ванде. Совсем ещё юная девочка потеряла брата – самого близкого для неё человека, который находился с ней рядом с самого рождения. Это была самая несправедливая смерть, хоть поступок Пьетро и был невероятно благородным. Он действительно погиб героем, навсегда оставшись в памяти людей, находящихся рядом. Клинт понимал, скольким обязан этому храброму юноше. Он отдал свою жизнь, чтобы жили другие. Чтобы, в частности, жил он, Клинтон Фрэнсис Бартон. Этот долг лучник никогда не сможет отплатить. Единственное, что он мог сделать – заботиться о Ванде, к которой стрелок успел привязаться, как к родной дочери.       Теперь он обязан её защищать и оберегать. – Ванда…       Лучник осторожно сел рядом с девушкой, упорно смотрящей в одну точку. По её бледным щекам катились слёзы, но эта подсоленная вода не могла и на секунду исцелить зияющую рану в груди. Она потеряла человека, который был частью её, её близнецом. Никто не сможет заменить для неё Пьетро. – Ванда, послушай меня, пожалуйста, – Клинт не знал, как начинать такие разговоры, а женские слёзы полностью выбивали его из колеи.       Девушка медленно, как при перемотке на низкой скорости, перевела взгляд на лучника. У Бартона всё внутри оборвалось. Помимо ненависти к самому себе появилось жгучее чувство потери, так отчетливо исходящее от Ванды, что его можно было ощутить на вкус. Это похоже на соль. Это что-то острое и до безумия болезненное. – Ты не виноват, – Максимофф тихо усмехнулась, даже не пытаясь совершить какие-либо действия.       От её взгляда, проникающего до самой глубины души, Клинту становилось не по себе. Состояние Ванды передавалось ему, подпитанное яростью по отношению к самому себе и нахлынувшим бессилием. Нет, не должно было всё обернуться подобным образом. – Нет, Ванда, не нужно. Пьетро спас мне жизнь, мне никогда за это не рассчитаться. На моей совести много душ, девочка, очень много, – Клинт сцепил руки в замок, сетуя на то, что стрел в колчане больше нет, нечем было занять руки, – То, что совершил твой брат, это настоящий подвиг. – И он погиб героем. Я знаю, Стив мне об этом уже сказал. – Несомненно. Но я не буду говорить тебе об этом, никоим образом не поможет. – Спасибо. Правда, Клинт, спасибо. Благодаря тебе я смогла взглянуть в глаза твоим страхам. А Пьетро… Он просто не мог поступить иначе, не в его это духе. Он всегда был самоотверженным, с самого раннего детства. И… – девушка старалась подавить тихие всхлипы, рвущиеся из груди. – Не нужно. Иди сюда, – Бартон осторожно коснулся ладонью плеча Алой Ведьмы, чувствуя, как холодные девичьи ладони сжимают его руку так сильно, насколько только могут.       Пускай, ей это нужно. Это самое минимальное, что Клинт сейчас мог сделать для этой несчастной девочки. – Ванда, теперь я могу только защищать и заботиться о тебе, если ты, конечно, не против. – Если ты только из-за чувства вины, не стоит. Всё пройдёт, рано или поздно пройдёт. – Нет, я просто подумал, что тебе нужен друг. Конечно, до Пьетро мне далеко, но я постараюсь.       Едва заметная, усталая, болезненно-тёплая улыбка Ванды заставила Клинта невольно вздрогнуть. Однако сейчас это – самое правильное, что только могло произойти после этой чертовой битвы в Соковии.