Влюбилась в ту,которую ненавидела.

POV Ольга Вокруг меня всё смешивались, слышалось много голосов. В закрытых глазах сильно посветлело. Еле разлепив их, я увидела перед собой Жанну. Я хотела что-то сказать, но лицо мое было неподвижно, как будто меня парализовало. — Доброе утро, дорогая! - сказала это невероятное существо. - Ты еще слишком слаба, чтобы говорить. Я знаю, что ты хочешь у меня спросить, я тебе все расскажу. Она подсела поближе и начала. — Настя пошла на поправку, она вчера очнулась, как раз тогда, когда ты отключилась на операции. Но вот что странно: сегодня она опять заснула и так и не просыпалась. Мы тебя еле откачали, зачем ты сдалась? Хотя я все понимаю, но ты должна была не сдаваться хотя бы ради ребенка. - Жанна опустила голову и посмотрела как будто сквозь меня. — Знаешь, я помогаю тебе, только потому что знаю, что ты любишь мою подругу и поможешь ей во всем. Я верю, что ты была не в разуме, когда изменяла ей. Я не знаю, как это - чувствовать себя на волоске смерти, но я видела так много людей с этим заболеванием, что уже почти наизусть выучила их мимику, когда им плохо, когда им больно, но признаваться не хочется. Я все знаю. И ты не прячься от меня. — Спасибо тебе! Правда, за все спасибо. Мне нужно идти, - прошептала я изо всех сил и попыталась встать. Меня пошатнуло, а ноги были ватные, я начала падать назад как бездыханная. Жанна придержала меня за плечи и уложила обратно. — Стой, ты куда, тебе еще нельзя вставать? - успокаивала она меня. — Мне нужно вымаливать прощение у Насти. Я не думала, что ради кого-то смогу переломить себя, только с ней я чувствую себя не железной женщиной, на плечах у которой постоянные дела и заботы по работе, я чувствую себя рядом с ней как ребенок, как маленькая девочка, она мой огонек. И только перед ней я готова унижаться и валяться в ногах. Только бы она меня простила, - На миг в моих глазах потемнело, стало страшно, что я могу потерять ее на всегда. Меня забило чувство страха и растерянности. Сердце бешено колотилось. Кровь прильнула к горлу. — У тебя, кажется, поднялось слегка давление, это вредно для малыша. Вот те самые таблетки, кстати, - Жанна протянула в руке две капсулы, которые были наполнены какой-то желтой жидкостью. — Через двадцать минут закончится действие обезболивающего от анестезии, и ты будешь чувствовать ужасную головную боль, так что пей сейчас таблетки. Чтобы через 15 минут они подействовали. — И сколько раз в день их надо пить? - спросила я. — Тебе не надо заботиться об этом, эти таблетки тебе все ровно по часам будет приносить медсестра. Жанна встала со стула и больше не проронила ни слова. Просто посмотрела на меня с каким-то сожалением. И ушла, захлопнув за собой дверь. Я не стала вдумываться в такую резкую перемену настроения Жанны, но понимала, что она с каждым днем напоминает мне кого-то, кого я хорошо знаю, но не понимаю. Лежала и невольно понимала, что жизнь каждый день нас бьет по больному. Иногда она ударяет в спину, иногда по ногам, но это незначительные удары по сравнению с тем, как она может ударить по твоему сердцу. Если ударит в спину, ты спотыкаешься и выносишь урок из этого толчка. Если ударит по ногам, ты упадешь, но со временем сможешь встать, уже осознав ошибки, за которые тебя ударили ниже. А вот если ударит по сердцу, ты умрешь, не физически, а морально. И, поверьте, эта смерть будет гораздо страшнее. Ты не сможешь видеть, потому что глаза будут затуманены, думать, потому что голова будет забита мыслями о своей ошибке. Так же ты больше не сможешь чувствовать прекрасное, потому что твои чувства буду только из иголок боли и отчаяния. Уж тем более, не сможешь ничего нормально делать, ты будешь просто выживать. Возможно, ты выберешься из этой ямы, но уже никогда не станешь прежним. Судьба так жестока, что ты запросто можешь потерять в ней смысл. Нам дали возможность жить, видеть, дышать и чувствовать, но не объяснили правила, которые мы не можем нарушать. Нам таким образом позволили сделать выбор и набрать свой сборник правил и норм для существования. — Здравствуйте! - В комнату вошла худенька беловолосая девушка. По халату видно, что это медсестра. — Здравствуйте! В чем дело? - удивленно спросила я, округлив глаза. — Вам пора принять таблетки, - Протянула руку ко мне, а в ладони лежали две капсулки с желтоватой жидкостью. — Ах да. Спасибо. Я взяла с тумбочки стакан с водой и выпила ее вместе с таблетками. — Может, вам что-то нужно? - спросила девушка. — Да. Не могли бы вы открыть на микро окно, а тут так душно? — Да, конечно. Тут и вправду очень душно. Девушка открыла окно и уже собралась уходить, как тут я поняла, что мне ужасно скучно, хоть меня и увлекали мои беседы с самой сабой в голове, но это никогда бы мне не заменила живого общения. И я крикнула ей: — Подождите! Не могли бы вы вернуться? - Девушка повернулась в мою сторону и подошла ко мне. — Может, посидим и поговорим, просто мне уже становиться ужасно скучно. А когда мне скучно, я становлюсь очень несносной, - посмеялась я. Губы девушки тоже расплылись в улыбке. Девушка села на уголок моей кровати. — Да, конечно, я составлю вам компанию, все равно мне дали только вашу палату. Я, если честно, была удивлена, обычно одной медсестре по две-три палаты на день. А тут сказали внимательно смотреть только за вами и не упускать вас из виду. Тут-то я и поняла, что дали VIP-палату, — девушка засмеялась, подколов меня. — Ахах, да, я капризная, но это ведь не я настаивала на VIP, -мне было смешно, что Жанна боится, что я убегу или что-то натворю. Я ведь уже самостоятельная женщина. Ну да ладно. —Да? А кто же? Неужели сама Жанна Денисовна? Обычно она просто так не тратит платные палаты, - удивилась она. — Да, именно она. Слушай, а ты не знаешь ничего про первую VIP? - мне стало интересно, что там с Настей. — Ой, знаете, там лежит девочка, ей, вроде, 17, очень сложный случай, но я знаю, что она пришла в себя вчера. Жанна Денисовна говорила, что это для нее ,как золото найти, такое вот счастье. Она уже там 40 минут, после ухода из вашей палаты. Не думала, что она может так любить. Страшная она руководительница да и человек черствый. Но видимо я ошибалась… - девушка отпустила голову вниз, мне даже показалось, что она напряглась и на глазах блеснули слезы. Но несмотря на это, она держалась. — Мне она показала очень даже милой. Но у нее и вправду, наверное, что-то давным-давно случилось, что она стала переменчива в настроении. Я знакома с ней недавно, моя… Эм, моя подруга, которая лежит в первой палате нас познакомила.Может быть это не мое дело, но мне кажется, вас что-то связывало раньше с Жанной, ведь так? - мне хотелось помочь этой милой и нежной, как цветок, девушке. Да и сама хотела, наконец, понять, что происходит с Жанной. — Это и вправду не ваше дело, но я вижу в вас что-то такое, что вызывает у меня чувство доверия. До сих пор я все держала в себе и, наверное, нужно было давно кому-нибудь рассказать, но я боялась, что воспримут в штыки. Я любила и до сих пор люблю Жанну. И когда не было сил моих просто общаться с ней, я попыталась подружиться. На мое удивление мы быстро сдружились с Жанной и спустя год уже никогда почти не расставались, у нее тогда уже был счастливый брак и двое милых сыновей. Но меня это все по-прежнему не останавливало. Как-то раз мы дежурили вместе, а у меня было с собой вино хорошей выдержки от благодарного пациента. Так мы и решили выпить его. Так вот: от этого вина нам просто вскружило голову, и как бы это сейчас не звучало, меня крепко прибивало к полу. Я прилегла на диванчике, а Жанна села рядом такая же пьяная в хламище, как и я. Она села так, что наши глаза оказались друг напротив друга, так же как и губы. Мы смотрели на друг друга и говорили обо всем, пока тема не зашла о любви. И она начала мне загонять, что я не люблю никого, кроме своих двух собак, и что так нельзя, что мне уже скоро тридцатка и т. д. .Так вот, тут я не сдержалась и сказала, что у меня есть кого любить, кроме собак. И поцеловала ее, она поддалась мне, и мы перестали спорить. Эта ночь была для меня как сон. После близости мы разговаривали обо всем, а потом она пообещала, что теперь мы будем вместе всегда и что она меня не бросит. Что мы будем вместе растить Ромку и Пашку. Но как вы думаете, что произошло утром? - казалось, что она рассказывает не свою историю, а чужую. Она смотрела в окно и говорила это так, как будто в ее душе больше не осталось никаких согревающих ее чувств. — Наверное, ты проснулась, а ее уже не было рядом. Так? - Я очень хорошо знала такие ситуации и те чувства, которые могла испытывать Жанна. Ведь тогда, давно, когда я поддалась Насте, я тоже потом жалела об этом и не хотела признаваться себе, что мне было с ней хорошо и будет. Я тоже тогда хотела так поступить, но нет, я не смогла. — Да, именно так, – спокойно и уже умиротворенно сказала она. — А потом, когда я пыталась с ней поговорить о том, почему она бросила меня, почему избегает, Жанна просто сказала, что это было воздействие алкоголя. И что больше мы не должны с ней близко общаться. Ты не представляешь, как мне было больно, я ведь думала, что, наконец-то, добилась той, которую так давно хотела заполучить. И, знаешь, она была не такая уж пьяная в тот момент, когда говорила мне те самые слова, которые меня зацепили и остались глубоко во мне. Просто она, наверное, так играла со мной. Хотя, впрочем, ты, наверное, не поймешь, у тебя, наверное, уже дети и такой же любящий муж, как и у Жанны, - Девушка так же сидела и говорила, как будто в ней уже все заучено годами. И этот диалог она ведет давно сама с собой. — Я-то как раз и понимаю, только больше Жанну, потому что тоже когда-то была на ее месте. Знаешь, мне кажется, что она так поступила, потому что испугалась. Возможно, ты у нее первая девушка в плане секса и вообще каких-либо чувств. И тогда, когда она говорила тебе эти слова, просто не думала, а наслаждалась моментом. И была искренна с тобой. Ведь люди не понимают ничего до того момента, пока они счастливы, и лишь потом осознают, что это неправильно и переходит их моральные принципы. Но я не могу ничего утверждать, возможно, она и вправду была сильно пьяна тогда… А, возможно, просто боится этих чувств и не хочет из-за них рушить семью. У нее ведь сыновья… - от этих слов мне и самой стало грустно, как порой бывает жестока с нами жизнь, делая любовь мучением. — Что? Как это, была? У тебя была такая же ситуация? Ты би? - она растерялась, и в ее глазах читалась непонимание моих слов. — Да, я была именно в такой ситуации. Но сейчас у нас все хорошо. Почти… И раньше, до этой ситуации, я была полностью уверена, что не би, а натуральная натуралка. - На мои глаза накатилась тяжесть и сразу можно было понять, что я скоро не выдержу и заплачу. Мое сердце болело, потому что я сейчас говорю с какой-то девицей, а Настя лежит в палате в после комовом состоянии, ей, наверное, еще хуже, чем мне. А, может, это и лучше. Остынет и перестанет обижаться. — Расскажи мне, прошу. Расскажи все. Почему ты плачешь, почему, если все хорошо? -Девушка села еще ближе и взяла меня за руку. — Я сказала почти… Хорошо, расскажу. Только не сжимай мне руку, иначе у меня все вены лопнут. Потом будешь долго палату отмывать, -усмехнулась я. — Я же работаю в школе, соответственно, можно догадаться, в кого я влюбилась, и, знаешь, невелика бы была проблема, если бы это была какая-нибудь другая учительница, но нет мой разум сошел с ума именно от ученицы. И скажу тебе всю суть, потому что нашу историю быстро не расскажешь. Как-то я предложила подвести своих двух любимых учениц из школы домой. Завезя одну, в машине осталась она, та, в которой горел тот самый огонек, который и разжег горячий пожар. Мы не хотели расставаться, потому что всегда, когда мы встречались, нам было о чем поговорить. Поэтому у ближайшей заправки я остановила машину, и тогда мы говорили полтора часа, а потом вдруг замолчали. Я увидела в ее глазах грусть и то, что она мне хочет что-то сказать, но боится. И, знаешь, я была, как мне казалось, готова ко всему, но нет. Она вот так просто мне призналась в любви. И я автоматом, не осознавая ничего, сделала то же в ответ. И в машине у нас случилось тоже самое, что и у вас на дежурстве. И это было, наверное, самое волшебное, что происходило у меня за все годы. Потом я завезла свою девочку домой. И только приехав к себе еще часа три я была счастлива, как ребёнок. Даже мой муж заметил что-то не то. А ночью, когда мои чувства по успокоились, я поняла, что я сегодня натворила. Во-первых, она на 27 лет младше меня, во-вторых, я ее учительница, в-третьих, у меня есть муж, которого я уже и не любила, но я была ему благодарна, но потом оказалось что и он меня давно, но это уже не важно. Да и вообще, это все идет против моих принципов и моралей : она моего пола - думала я. Я думала, что я совсем схожу сума, но моя совесть победила. И на следующий день я сделала с моей девочкой то же самое, что и Жанна с тобой. Я ей сказала, что это все была ошибка, и что она должна все понять. Но она, на мое удивление, не стала истерить, плакать, а просто начала говорить мне в ответ. Она мне сказала столько слов, которые полностью убедили меня, что я действительно люблю эту девчонку, и ничто не должно нам мешать в нашей любви, пока мы любим и хотим этого. С тех пор она всегда со мной. Но сейчас, скорее всего, и пришел наш конец. И это я все испортила, я сделала ей очень больно. А ведь она старалась помочь, заботилась обо мне. Но я неблагодарная свинья. И теперь она лежит из-за меня в больнице, - Мои слова были так эмоциональный, что я и сама совсем погрузилась в прошлое. И все вспомнила, как нам было вместе хорошо, как мы ругались, даже такие моменты были прекрасны. Меня захлестнули слезы и эмоции. И я не выдержала. — Эй, ну перестань, не плачь. Тебе ведь нельзя волноваться, если хочешь сохранить ребенка. Это, что ли, та девушка, вокруг которой сегодня целый день летает Жанна? Эм, и еще я дико извиняюсь, но откуда беременность? Вы настолько любите или любили, что сделали Эко? Ведь годы то у тебя уже не те, - Она села еще ближе, вытирая мои слезы. — Да, это именно она, - мои слова прозвучали так тихо, что я и сама почти ничего не слышала. Я уже ничего не чувствовала, мои слезы уже не прорывались, и боли в сердце тоже уже не было. — Нет, мы не делали Эко. Мы даже не думали о ребенке. Я ей изменила. И это главная причина ее комы и моей тревоги, - сказала я со спокойным лицом. На нем даже не дернулся ни один мускул. —Да, ну и натворила ты, но мне казалось, когда ты рассказывала, что ты и сейчас ее любишь. — Безумно люблю. К сожалению, я не в силах изменить что-то. Но я поклялась себе, что добьюсь ее прощения и не отступлю. Мне кажется, что мне что-то подсыпали, просто у нас был корпоратив , и я пила только один бокал шампанского все это время. Меня даже от водки так не разносило, понимаешь? -я пыталась найти все же какое-то понимание в ее глазах, какое-то оправдание своего поступка. — Эй, прекрати плакать, все будет хорошо. Да, это странно. Но мне кажется, она тебя простит, потому что любит, - Она закрыла глаза на миг, как-будто от боли. — Она меня никогда не простит, да и мне хочется пропасть, чтобы никогда не напоминать себе и ей о моей фатальности. В момент моей несчастной иронии, в палату ворвалась запыхавшаяся Анна. Она с радостными глазами, как преданная собачка, припала к моей кровати. — Привет! Ты не поверишь, похоже я все-таки была права, - она протягивает мне планшет и включает запись. Я молча беру в руки планшет и наблюдаю за всем этим ужасом: Андрей подходит к столу с шампанским и достает из кармана белую баночку, название которой мне не удалось разглядеть. Оттуда виднеется белая большая таблетка. Как вы могли догадаться, она прямиком летит мне в бокал. И начинает растворяться на подобии шипучки. — Вот падонок, готов был все сделать, чтобы совершить свое. Ну я ему устрою, - меня охватила дикая злость, уже не было того неимоверного стремления его оправдать и назвать свои другом. Рассудок затуманился, язык онемел. — Мы ему непременно отомстим, - обнимала меня Анна. - А сейчас тебе нужно попытаться все объяснить Насте. Моя собеседница встала и начала собиралась. Но только выйдя из палаты, она тут же зашла обратно. — Что-то случилось? - приметила я, отвлекшись от Анны. — Эм, не совсем. Вы уже могли бы пройти к своей подруге, если хотите. — Да, мы хотим. Давай, Ольга, вам надо поговорить, - сказала Анна и улыбнулась. Мы вышли и направились в сторону первой палаты, где и лежала моя радость. И, знаете, я уже не думала, отвергнет она меня или нет. Мне просто хотелось увидеть ее. Дойдя до кабинета, Анна дала мне понять, что не пойдет и будет ждать снаружи. Я зашла и остолбенела. Моя девочка, она спала. Я присела с ней рядом и взяла за руку, приложив её к губам. Она лежала такая беззащитная, не малейшего намека на жизнь, не было уже такого здорового блеска. Она так исхудала, что, казалось, она тут пролежала больше недели. Я сидела и просто смотрела, ее руки пахли так, как прежде. И этот запах уносил меня все глубже и глубже в воспоминания. Меня просто переклинило, и я решила, ну и что, что она спит. Она меня слышит. — Милая, моя, любимая. Я тебя так люблю. Прости меня, я сделала больно тебе. Я люблю тебя всем сердцем, - В этот момент я склонила голову к ее руке и поцеловала ее. Эмоции нахлынули на меня и слезы медленно катились из глаз, падая на Настину руку. Подняв голову, я захотела просто насладиться ею. Но ее глаза уже были открыты. Она смотрела куда-то вдаль и как-будто не хотела меня замечать, хотя, скорее всего, так и было. Я не знала, что ей сказать. И просто сидела смотря ей в глаза. Я просто смотрела и наслаждалась ее присутствием. Хоть и таким немым. Мои слезы по-прежнему текли ручьем, но я пыталась как можно незаметнее их вытереть. И тут она повернулась ко мне. Лицо ее было таким каменным, а взгляд холодным. Мне стало страшно. — Зачем ты тут? - спросила она, смотря все так же куда-то через меня. — Я люблю тебя! И не могла бросить. Настя, я хочу сказать, что я не… - она дала понять, что нужно замолчать. — Знаешь, мне уже всё равно. Я не люблю тебя и не верю тебе! Уходи! - Ее голос в этот момент, даже не дрогнул. Лишь одна слеза блестнунула на ее щеке. — Нет, нет, я тебе не верю! Скажи, что ты просто обижаешься и не хочешь прощать. Я не виновата! - Я не выдержала и начала ее обнимать, но она оттолкнула меня. И это было не похоже на толчки ненависти, просто потому что она была не в силах вложить столько энергии в них. — Отстань от меня. Ты не представляешь, что мне пришлось пережить, пока я была без сознания. Это было в полностью белой комнате, если честно, я думала, что умираю. Это было похоже на психбольницу, я сходила там сума, мне было так больно, не только телу, но и внутри, зато я все переосмыслила. Но сказать я ничего не могла. Только комната мне говорила, что и как снаружи. Мне казалось, что я никогда не увижу больше этот мир и те... - Настя замялась, ее взгляд выражал одновременно грусть и злость. — Милая, прости. Я не хотела. — Бог простит! Я тоже ничего этого не хотела, но, ты меня не понимала. Ай… - она уже кричала, ее глаза покраснели. Она вскрикнула и скрутилась в комочек, схватившись за голову. — Что с тобой, Настя?! Что не так, тебе плохо?! - мне стало ужасно страшно. — Уходи навсегда и позови быстрей Жанну! - она произнесла эти слова почти не своим голосом. В панике я выбежала из палаты. На встречу мне уже бежала Жанна. Она побежала ко мне и спросила: — Что ты там делала? Что ты сделала с ней? - кричала она, тряся меня за плечи. — Мне моя медсестра сказала, что уже можно к ней. Я ничего не делала, я просто попыталась поговорить с ней. — Ей нельзя сейчас волноваться! Ты что, не понимаешь?! Что она тебе сказала?! — она сказала что больше не любит меня и сказала, чтобы я больше к ней не приходила, -сказала я уже сгибаясь от слез. — Ла нет же, что она тебе сказала, когда закричала про боли? — А, она сказала, что у нее взрывается голова, и еще она скрутилась в комочек. Ну, точнее, мне показалось что у нее очень болела голова. — Это плохо, возможен сильный стрессовых ужим в нервных окончаниях и в худшем - кровотечение. Тебе лучше вообще до ее выписки не приходить к ней. Сегодня ты можешь уже идти домой, только не забывай приходить на профилактику, - В этот момент Жанна отпустила меня и ринулась в палату. Через пару минут послышались еще большие крики, и тут же в палату прибежало несколько санитаров и медсестер. Мне захотелось к ней, я не могла слышать как ей больно. Анна увидела мой порыв и удержала меня. — Пойдем, Оль, пойдем. Этого не нужно сейчас, - она взяла меня под руку и повела в мою палату для сбора вещей. Меня трясло, я снова сделала ей больно. Увидев, что я ничего не могу делать, Анна сама собрала все мои вещи и вызвала такси. Приехав ко мне домой, Анна положила меня в кровать. — Ну ты ложись, отдыхай, а я пойду, - она взяла меня за руку и ждала моего ждать. — Прости меня. —За что? — За то, что не понимала твоей любви к Насте. Ты ведь просто любила и была готова на все. — Ничего, да я до сих пор ее люблю. А тебе помочь хочу, потому что Настя не будет без тебя счастлива, и ты так же без неё. Ладно, спи уже. Я пошла. — Пока. Приходи завтра, я пока на больничном. — Хорошо, до завтра, - она улыбнулась и ушла. На меня накатилась сильная усталость, и в глазах в миг потемнело.