49. Вечер в мюзик-холле
3 сентября 2018 г., 17:50
Примечания:
Эта глава - сонфик с напылением откровенной романтики. Экшн и психологическая интрига также присутствуют. Но! Всем слушать саундтрек, иначе погружение в атмосферу будет неполным!
Свет в «Жемчужном монтрале» притух, когда ситх и королева оказались внутри. Спустившись по зеркальным ступеням, они вошли в огромный зал, в торце которого находилась сцена, а перед ней - просторная танцплощадка, выложенная мерцающими блоками. От количества желающих увидеть концерт знаменитых электронщиков, в исполинском помещении яблоку негде было упасть: зоны – от более бюджетных и тесных – в его низинах, – до более дорогих и комфортабельных – в верхах – были забиты.
Великолепный интерьер ночного клуба сочетал в себе лаконичность металла, просматривающуюся в дизайне столов, табуретов, поручней, и богемный шик линий и материалов диванов, кресел и обивки.
Шесты на постаментах, разбросанных по всему залу, которые Мол помнил со своего последнего визита в «Монтрал», были замаскированы голограммами, на которых лениво передвигались психоделические каракули.
На широкой полукруглой сцене, в окружении похожих голограмм, которые, словно, призрачные киты размеренно курсировали в пространстве, готовились к выступлению трое мужчин. Один из них – зрелый, могучий зелтрон с ниспадающим гребнем ярко-красных волос, обилием пирсинга на теле и лице, и в длинной клетчатой юбке - приветствовал гостей, и лишь заслышав его голос, Далин застыла на месте, напрочь лишившись воли. Она смотрела на артиста, как на идола, и одной лишь Силе было известно, какие переживания испытывала девушка, ловя вибрации его голоса, которые, однако, даже такой далекий от искусства обыватель, как Мол, признавал... чарующими.
Мужчина покинул сцену, передав восторженную публику на попечение своих компаньонов – синего от татуировок субтильного нагая с ярко-розовыми волосами, который находился у пульта, и белокурого парубка ангелоподобной внешности. Настолько идеальной, что это казалось невозможным. И, концентрируясь на котором, Мол не ощущал отпечатка жизни.
***
Scandroid – Shout (Blue Stahli & Sunset Neon Remix) - Куда он свинтил?! – прокричал ситх королеве на ухо, поскольку первые аккорды концертной программы под оглушительные аплодисменты публики сотрясли зал кантины. - За кулисы! Он ждет тебя! О, нет, я обожаю эту песню! - Далин сорвала накидку, тюрбан и, не сводя глаз со сцены бросила ими в Мола, еще и зарядив под дых сумочкой. - Чего ты ждешь?! Иди! – И она бросилась на штурм пустующей танцплощадки, каждым своим шагом зажигая ее разноцветными огнями. При виде бесшабашной девицы, своим эффектным выходом обозначившей власть над танцполом, публика завелась еще сильнее, и, пятясь, Мол оказывался все глубже в оглушительном водовороте голосов и аплодисментов. Сжимая в руках ее одежду, он не имел возможности отвести взор от происходящего в центре зала, поскольку то, что вытворяла Далин являло собой нечто поразительное. Она двигалась агрессивно, порывисто, и в то же время соблазнительно. Мол не представлял, как можно танцевальные движения сочетать с элементами боевых приемов, и сейчас королева в который раз сокрушала его понятия. Но нужно работать. То и дело оглядываясь, он достиг выхода за кулисы, где его встретили двое секьюрити. - Я… - молодой ситх сглотнул, промочив пересохшее от волнения горло, - мне нужно… Как по команде, охранники приложились к коммуникаторам и расступились. - Проходите, сэр, вас ожидают. Мол преодолел несколько ступеней и оказался в затененном коридоре, где суетливо выполняли свои обязанности работники сцены. Звуки музыки воспринимались гораздо тише и теперь доносились, словно, сквозь толщу воды. За исключением мощных басов, которые заставляли пол, стены и даже кровь в жилах вибрировать. Его появления никто не заметил, и зелтрона поблизости Мол не наблюдал, но он был готов к ожиданию, тем более, что имел возможность скрасить его зрелищем, происходящим за панелями из полупрозрачного стекла. Совершая красивейшие соскоки с элементами акробатики, которые Молу, мастеру ваапада, терас-каси и прочих боевых учений не могли даже прийти в голову, Далин сверкала микроскопическими трусиками, когда «умная» ткань ее платья, как та, из которой был изготовлен его костюм-тройка, расходилась, образовывая разрез то с одной, то с другой стороны. Ее движения совершались в такт музыке, следовательно – являлись танцем, но походили на попурри из элементов разнообразных техник. Она была красива, грациозна и свирепа, и даже своей мимикой вторила резкости своих па, а ее волосы летели, ершились и мягкими плетьми хлестали ее раскрасневшееся лицо, на котором играло выражение счастья, и азартом блистали изумрудные глаза. Она несла залу дерзкий, подначивающий посыл, и он был воспринят верно, поскольку к танцполу, где безраздельно правили кручения, прыжки и гигантские батманы, начали подтягиваться желающие блеснуть своим талантом. Но мериться силами с Далин никто не желал, поскольку не мог. Она была королевой. Она была создана для того, чтобы быть королевой, и сейчас Мол понял, как сильно ошибался, поначалу отдавая ей роль своей подчиненной. - Давно вы вместе? – Из сумрака донесся дивный мужской голос. - Пару месяцев, - расслабленно выдал ситх, но тут же спохватился и вперился в мощного зелтрона, скрестившего руки на груди, украшенной светящимися в темноте колечками, который застал его врасплох не только своим вопросом, но и, похоже, применил к нему феромоны. - Расслабься, - усмехнулся мускулистый «бог электронной музыки», как назвала его Далин, и поместил во внутренний карман пиджака Мола датакарточку. – Фото объекта. И еще кое-что: логин и пароль от депозитного сетевого хранилища в МБК. Небольшая премия - лично тебе. - Это не нужно, - угрюмо отозвался Мол, не припоминая, чтобы Сидиус что-то говорил об плате его труда. - Да брось! Купишь ей новые туфли. Держу пари, после такого шоу они ей понадобятся. В этот момент, оттеснив веселящуюся публику к краям, на танцплощадку явились дроиды. Их гуманоидные корпуса были покрыты мерцающей в небольшом цветовом диапазоне нарядной чешуей, а гладкие головы опоясывала светящаяся полоса фоторецептора. Процессор такой машины был заточен под выполнение мгновенного анализа движения человека в первые секунды его начала с целью синхронного воспроизведения танца вместе с ним. Мол читал о таких в каком-то научном журнале, но что когда-либо увидит эти механизмы в действии, не предполагал. Таким образом Далин оказалась во главе клинообразного порядка, и теперь с ней в безупречной синхронности выплясывали восемь железяк, ничем не уступая ей в ловкости и мастерстве. Выглядело это действо весьма эффектно! Насладившись зрелищем, зелтронский исполнитель похлопал Мола, чей взор был намертво прикован к королеве, по плечу, попутно обдавая его новой, более концентрированной волной психоактивных веществ, дабы тот раскрепостился и сменил выражение своего лица, напоминающее посмертную маску, на более счастливое. Парень производил впечатление человека, который не умел расслабляться вовсе. Даже при наличии такой заводной крошки, как та, что приводит в исступление публику своим танцем. И это помогло. Мол странно себя чувствовал, но вышел из-за кулис преисполненный уверенности в себе. Настолько, что был готов не то, что сворачивать горы, а идти на этот самый танцпол и просто Далин завоевывать! Он почувствовал, как зазудели под одеждой его мускулы; тело совершало непроизвольные движения, и вдохновленный королевским танцем разум требовал немедленного действия. Декольте на спине Далин давало ситху возможность видеть, как перекатываются ее мышцы под покрытой испариной творческого драйва кожей. Ее бедра выписывали невообразимые функции; в свете беснующихся под бойкую, жизнерадостную музыку огней сверкали ее волосы, глаза и бриллиантовый клык, когда она посылала улыбки на сцену, и на которые обольстительный эфеб с мощным низким голосом охотно отвечал. Композиция достигла кульминации, и девятка танцоров, выстроилась в ряд. Выпрямившись и прижав руки к корпусам, они стали отбивать на светящемся паркете идеальный стройный ритм – металлическими ногами – дроиды, и каблуками – Далин. Девушка совершила резкий размашистый батман на финальном аккорде. Зал зашелся в оглушительных овациях, а королева почувствовала, как под каблуком хрустнул сегмент полового покрытия. Ну и ладно, никто не заметил. И даром, что набойка отлетела. Мол поймал ее счастливые глаза и двинулся, было, навстречу, но на сцене появился зелтрон, и сердечный запал вместе с уверенностью стали покидать ситха. Далин попросили на сцену. Под приветственный свист и рукоплескание публики, артисты что-то говорили, а потом возложили ей на голову бутафорскую диадему. Счастью Далин не было предела! Она приняла поздравления, поприветствовала зал и на дрожащих ногах сошла со своего олимпа. Столик она нашла не сразу; ее путь то и дело преграждали «фанаты», а в след летели комплименты. Оклик Мола не достиг ее ушей, потонув в гвалте неугомонной публики, и ему пришлось коснуться ее разума, чтобы направить в нужное место. - Мол, это так круто! Это самый счастливый день в моей жизни! – девушка устало обрушилась на диванчик, рядом с ним, и уставилась на ситха глазами, лучащимися… даже не восторгом. Не существовало такого слова, каким бы можно было описать ее состояние! А потом она, вдруг, бросилась к нему и крепко сжала в своих объятиях. Мол ощутил, какая она горячая; влажная от пота, с бешено колотящимся сердцем и дрожащая всем телом. И ради того, чтобы чувствовать ее, стать свидетелем такого безудержного счастья, и стать причиной этого счастья, стоило начать новую жизнь. Даже под тотальным контролем и в постоянном страхе смерти. - Как странно… - она перелезла на сидение напротив. – Я думала, ты оттолкнешь меня. - Мол промолчал. - Что же, спасибо тебе, - она тепло улыбнулась и опустила глаза. - Ты привлекла к себе внимание. - Снова-здорово! - Что было толку во всем… - Мол небрежно тронул лацканы пиджака, - этом?! Ты по-другому не можешь?! Он не знал, почему кричит. Почему снова проявляет недовольство, хотя на самом деле его не испытывает. Привычка критиковать Далин глубоко укоренилась в его сознании. А может, он просто ощущал опустошение и стыд, когда понял, что без зелтронских феромонов у него не хватит смелости просто подойти к ней и поцеловать? - Да! По-другому я не могу! – рявкнула она. - И знаешь, что?! Я там, вообще-то отвлекала внимание от тебя! - Нет. Ты просто выёживалась! - Не без этого! Ну и что? Дальше - что?! Никто не заметил, как они орут друг на друга. Когда по ушам долбит музыка иначе никак. С минуту они просидели, демонстративно отвернувшись друг от друга. Далин выдернула из волос сверкающую бирюльку и бросила перед собой. - Я не виновата, Мол, что моя голова создана, чтобы носить корону, - уже гораздо спокойнее произнесла она, и подняв на нее свои глаза, Мол увидел в ее игривые огоньки. - От скромности ты не умрешь. - Это не то, от чего стоит умирать, - королева фыркнула и махнула рукой. – И, если ты меня спросишь, я бы, вообще, хотела умереть в постели… - Вот уж не думал. - … но не от болезни и старости, – она выдержала паузу, буравя Мола своими искусительными изумрудами, - а от разрыва сердца. Ответь ему так пару месяцев назад Воса - и он бы не понял, что та имеет в виду. Но зная характер сидящей напротив него чертовки, испытывая непреодолимую гравитацию ее сияющей и горящей, словно звезда, души, он понял все сразу. - Все равно на нас все смотрят. Тот парень у барной стойки чего-то от тебя хочет. Далин проследила за взглядом Мола и напоролась на симпатичного мускулистого тусовщика с кислотно-оранжевым чубом и в сетчатой водолазке, который находился в компании столь же экстравагантно одетых и под стать тому причесанных последователей. И, в свою очередь, несыто пялился на нее. - Три одинокие сучки за соседним столом тоже чегой-то от тебя хотят. Мол оглянулся, и увидел компанию молодых барышень, одна из которых кокетливо помахала ему ручкой и послала воздушный поцелуй. - Да, быть красавчиком нелегко, - усмехнулась Далин. – Теперь-то ты меня понимаешь?***
Зока не любила танцы. Нет. Она их просто ненавидела! Кривляния под музыку всегда казались ей занятием совершенно пустым и постыдным. Но сегодня ночью ей прошлось танцевать так, как в последний раз в жизни. Красная и горячая, она резко села, пытаясь успокоить дыхание. От пота покрывало липло к коже. Девушка судорожно потянулась к кувшину и выглотала половину, проливая воду на тело. Немного придя в себя физически, она закрыла глаза. И тут же поморщилась от осознания собственной несовершенности. Зока сделала глубокий вдох, и понимание того, что всё еще в ее власти нивелировало тягостные переживания. Она обернулась: рядом, повернувшись к ней спиной, спал Трашта. Регентша с удовольствием проследовала глазами по изгибам его мужественной обнаженной фигуры – от черной, как нефть, макушки – до маленькой крепкой задницы, все, что ниже которой скрывало живописно скомканное блескошелковое полотно. Зока села в кресло и, положив на колени широкий планшет, принялась водить пером по его гладкой поверхности, запечатлевая в двоичном коде распростертое перед ней воплощение совершенства. Быстрые, выверенные многолетней практикой движения рук выводили на экран силуэт молодого мужчины; порывистые штрихи наделяли его тенями и полутенями, добавляя объема и жизни будущему шедевру. Она никогда никому не показывала своих художеств. Отцу не было до нее дела, а до ее творчества – и подавно. Далин, скорее всего тоже бы фыркнула, увидев ее прекрасные натюрморты и пейзажи. На мгновение Зока позволила себе позлорадствовать, ведь то, что рисует она сейчас, ее сестричке понравилось бы определенно! Но она этого не увидит. Людьми, которым было не плевать на нее были дядя и тетя, родители Далин. Они всегда были приветливы, заботливы и участливы. Делали все, чтобы сирота Зока не чувствовала себя ущербной, защищали и наставляли. Иной раз, ей даже казалось, что свою родную дочь алзарские князь и княгиня любят и в половину не так сильно, как ее. И все равно она ощущала дистанцию. По непонятным ей самой причинам она не чувствовала готовности делиться с ними, пусть и любила их. Она не боялась, что они не поймут, просто тогда она не видела в этих искренне любящих ее людях тех, кому готова открыть свою душу. Со временем Зока стала приходить к пониманию, что, кроме них, никто не полюбит ее так же сильно. И когда она была готова открыться, Далин отняла их у нее. Девушке казалось, молодая королева сделала это из ревности. И, будь оно так, она бы смогла понять и попыталась бы убедить венценосную сестру освободить родителей. Но при виде того, как хорошо Далин без них, какой свободной и всемогущей она становится, даже о них не вспоминая, Зокой овладела ненависть. Но она молчала. Она всегда молчала, даже когда ее душа бунтовала. А с ненавистью приходила зависть. И сейчас, Зока, наконец, дала волю тому буйному потоку эмоций, что клокотали в ней на протяжении лет. Да! Она завидовала Далин! Ее силе, харизме, красоте, разносторонности. И раз уж на то пошло, то ее гибкости и чувству ритма тоже! Сама она не умела ни петь, ни танцевать, и, как бы сильно ни было ее желание показать свой талант, ей никогда бы не пришло в голову выпрыгнуть на танцплощадку, где совсем никого нет, и начать размахивать ногами, демонстрируя всему миру свое нижнее белье! И эта девка – королева! Покровительница народа численностью свыше пятидесяти миллиардов душ, верховный главнокомандующий и высшая инстанция законодательной, исполнительной и судебной ветвей власти! …Она могла под мухой явиться принимать военный парад, а потом вещать с трибуны благим матом, и люди исступленно приветствовали ее! Декламировали ее имя, плакали в экстазе… …Она могла выйти встречать инопланетных дипломатов в одежде, едва скрывающей ее интимные области, и все равно добивалась того, что к ней прислушивались. Почитали… …Она голыми руками убила сотни людей, испытывая наслаждение от самого акта убийства, казнила собственных солдат, изолировала собственных родителей… И все равно они называют ее «милосердной», «спасительницей», «благодетельницей». Хабалка, алкоголичка и блядь! Зока швырнула планшет на пол, но сил ее хилых ручек не хватило даже на то, чтобы на корпусе появилась хоть царапинка. А ей так хотелось его разбить! На краю постели зашевелился Трашта. Он не спеша поднялся, протер глаза и зевнул. - Что-то случилось? Уняв бешено колотящееся сердце, Зока прошла мимо злосчастного девайса и села рядом с молодчиком. Тот сонно промурлыкал что-то нечленораздельное, гладя ее обнаженные прелести, и регентша отдалась ощущениям, наполняющим ее тело сладким беспокойством, а душу – осознанием того, что у нее есть он. - Все хорошо? - Когда ты рядом – безусловно. Она поцеловала его пухлые, немного сухие губы и, положила ладонь на чернявую ершистую макушку. У молодого гвардейца закатились глаза, и он рухнул на простынь, моментально забывшись глубоким сном. Трашта. Обольстительный лицемер и прирожденный комбинатор. Инструмент, с помощью которого она воплотит свою мечту в жизнь: приведет в век просвещения и процветания свой народ и подарит своей собственной душе долгожданное спокойствие. Он действительно очень нравился Зоке. Несмотря на то, что она видела его насквозь. Вместе с ним она впервые испытала сокрушившие ее прежние понятия о жизни чувства и ощущения, и решение использовать его стоило ей долгих часов преисполненных сомнений размышлений. Позволив себе полюбоваться его дивным ликом, регентша болезненно скривилась. Энакин… Что с ним сейчас? Как он перенес переезд? Хорошо ли его кормят в этой псевдоаскетической секте? И главное – понимает ли он, что Зока его предала? Ненавидит ли ее? А, между тем, вопрос, – почему королева Далин, а не она – не давал ей покоя с того самого дня, как Энакин его задал. Его искреннее детское любопытство заставило Зоку в корне пересмотреть свое отношение жизни. Сначала Далин узурпировала трон, который по праву должен был достаться ей. Затем отняла самых дорогих и близких людей. Отчасти, из-за нее Зоке пришлось расстаться с Эни, и вот, если… когда она вернется, ей снова достанется все! Так, может, стоит сделать так, чтобы она не вернулась? К горлу регентши подкатила дурнота. Как может она даже думать о таком?! Она прошлась по комнате и остановилась у распахнутого окна, глубоко вдыхая напитанный ароматами ночи воздух. Ее слух ласкали трели цикад, отголоски шума столицы доносились размазанным эхом до ее чутких ушей, но ничуть не нарушали той идиллии, в которой она себя нашла, когда муки совести отступили.***
Scandroid – Aphelion - Что-нибудь выяснил, пока я выплясывала «яблочко»? Ядреное, такое, вышло «яблочко», - подумал Мол. - Потом. - А, поняла: конспирация и все такое. И что? Теперь мы поедем домой? – Далин с опаской покосилась на ситха, мысленно готовя себя к дискуссии на предмет того, почему им стоит остаться. Мол поймал ее взгляд, направленный на лежащие на столе VIP-пропуска, которые помимо бесплатных напитков и угощений предоставляли владельцам право на посещение приватной зоны. Если бы Мол знал, что это значит… хотя, он догадывался. - Ты хочешь уйти? - А ты хочешь сказать, решение за мной? Подоспевший дроид-официант избавил ситха от обязанности отвечать на вопрос. Он заказал чайник зеленого чая, и, когда машина обратилась к Далин, та, к его потрясению, лишь попросила вторую чашку. Только сейчас он заметил, что за весь вечер она не приняла ни грамма алкоголя; ни выкурила ни одной сигареты. - Ты его знаешь? - Мол кивнул в сторону сладкоголосого зелтронского певца, буквально занимающегося любовью с микрофоном. - О, если бы! Я знаю о нем не больше любого другого фаната. Мне, знаешь ли, было не до знакомств со звездами эстрады: королевствование и охота на одного неуловимого забрака отнимали у меня все силы. Хотя, я помню его, - Далин задумчиво почесала висок. - Лет восемь назад он посещал Алзар. Его приглашали для озвучки ВИ боевых судов. Тогда-то я в него и влюбилась. - Вы озвучивали виртуалку? – искренне удивился Мол. Он кое-что соображал в программных интерфейсах, и знал, что виртуальный интеллект, тем более такой навороченный, как тот, что осуществляет контроль за боевыми системами, может сам синтезировать голос в соответствии с программными приоритетами. - О, да, и, поверь мне, эффект получился что надо! Наши истребители, фрегаты и крейсера «говорят» его голосом. «Скандалист» тоже. Правда, немного отвлекает во время боя. Представь: тебя подбили, ВИ сообщает тебе об этом каждые три секунды, и, пока астродроиды латают брешь в корпусе, ты сидишь и испытываешь слуховой оргазм. Королева рассмеялась, но тут же замолчала, когда поняла, что на Мола ее шутка эффекта не оказала. - Может, хотя бы… не знаю… потанцуешь со мной? Я обожаю эту песню! - Ты их все обожаешь. - Ага, а эту – особенно. Она, - девушка закусила губу, смущенно опустив глаза, - такая романтичная. Смысл в том, что… - Тот, другой, он – кто? – Мол перебил Далин, не желая выслушивать сопливую чушь, и указал на белокурого красавчика, поющего с зелтроном в малую кварту необычайно насыщенным, «электронным» голосом. Как ни странно, их музыка отвращения у ситха не вызывала, но куда больше его занимал тот факт, что предмет его внимания не оставлял «живого» отпечатка в спектре видения Силы. – Я не чувствую его. - Он – репликант. И Далин пояснила, что неотличимое от человека существо небесной красоты, на деле являлось усовершенствованным многофункциональным дроидом с продвинутым искусственным интеллектом, который, помимо исполнения песен и танцев, мог одним ударом насмерть пришибить парочку органиков. - А почему тебя это интересует? Мол не ответил. Поначалу он не мог взять в толк, какое отношение звезды эстрады могут иметь к политическим дрязгам, которые мутит Сидиус. Однако, узнав о том, что смазливый блондинчик на сцене является супердроидом, ситх пришел к заключению, что выступающие на деле вовсе не те, кем кажутся всему остальному миру. - Эй, Мол! – его размышления прервал оклик королевы.- Может, все-таки потанцуешь со мной? Пойдем, а?! – она вскочила и потянула его за руку, - Ну, пойдем. Пойдем… В иных обстоятельствах ее гнусавое нытье вывело бы его из себя. С надутыми губами и бровками «домиком» она походила на капризную малышку, клянчившую что-то у отца. И вопреки всему, ситх находил ее невыразимо милой и сексуальной. И все равно одернул руку, по привычке обжигая королеву строгим взглядом. - Ну и ладно! Гордо тряхнув шевелюрой, Далин грациозно удалилась на танцплощадку, где ей тут же начали аплодировать и расступаться перед ней, пропуская в центр. Зачем он это делает? Безусловно, он не умеет танцевать, никогда вообще этого не пробовал, и потому не хочет позориться. Да и не в этом дело. Но он бы хотел – великая Сила! – как бы он хотел сделать ей приятно! Она достойна восхищения, поклонения, наслаждения. Она достойна самого лучшего, и он жаждал дать ей все это, но понимал, что своим нахождением рядом обрекает ее на смерть. Как бы там ни было, он уже решил, что сделает все, что в его силах, чтобы защитить ее, но не мог гарантировать, что у него это выйдет. И посему испытывал чувство вины. В то же время, когда она так отчаянно тянула его за руку, не подозревая, как соблазнительно выглядит, он мог просто притянуть ее и усадить на колени – как в тот день; прижать ее к себе и завладеть ее губами. Она бы не стала сопротивляться. Мол так и не нашел ответа на терзающий его вопрос, а между тем его сознание целиком растворилось в образе Далин. Она двигалась плавно и органично, в такт умеренной композиции, которую чувственно выводили на пару зелтрон и репликант под музицирование татуированного мужичка с розовыми волосами. Она не испытывала недостатка в компании: стоило ей появиться на танцполе, как к ней тут же присоединились две девушки. Они позволяли себе прикасаться к ней так, что Мол едва сдерживал желание немедленно уединиться в уборной. Оно возрастало с каждым искусительным взглядом изумрудных глаз, брошенным в его сторону, покуда и Далин в танце прижималась к своим компаньонкам. Но потом их соблазнительное трио было грубо нарушено рыжеволосым тусовщиком: растолкав девушек, он прилип к королеве, красноречиво двигая бедрами в такт мелодии. Мол напружинился всем телом и не заметил, как привстал из-за стола, но Далин обозначила свою позицию по отношению к бойкому мачо холодным взглядом и отвернулась, подзывая подружек. Она развлекалась на танцполе, вынужденная постоянно избегать внимания назойливого кавалера, а к Молу стали по-одной, по-двое подходить девушки с предложениями составить им компанию. После третьего такого визита ситх уже не считал, сколько раз произнес «не танцую». С чего, вдруг, такой интерес к его персоне? Он повернулся, рассматривая свое отражение в отполированной металлической стенке VIP-ложи, и вспомнил, что на лице слой грима. Он задержал взгляд на отражающей поверхности, рассуждая, что, быть может, женщины и впрямь считают его «не таким уж паскудным». - Можно? На место Далин опустилась красивая девушка с темными волосами и экзотической внешностью, подчеркнутой обилием флористических татуировок на руках, груди и шее. Похоже, это она слала ему поцелуйчики. - Не танцую, - в который раз ответил Мол. - Да я знаю! – она рассмеялась и потянулась к лежащему на столе королевскому портсигару, к которому сама Далин сегодня ни разу не притронулась. – Я наблюдаю за тобой весь вечер. Сидишь тут совсем один, скучаешь, а твоя девчонка отрывается, как последний раз в жизни. – Девушка выдула ему в лицо виноградный дым. – Так, может, мы с подружками сможем скрасить твое одиночество, м? Она кивнула на столик чуть поодаль, откуда с замиранием сердца следили за происходящим менее смелые участницы «заговора», и коснулась руки Мола, но он тут же одернул ее. Надежда на то, что тотальный «игнор» сведет на нет ее заинтересованность, покинула ситха. - Чего ты боишься? Парень с таким классным телом и, к тому же, симпатичный не должен быть один. Мол приготовился в грубой форме отправить девушку восвояси, но тут кто-то резко выдернул окурок из ее рта. Незваная гостья подняла ошалелый взгляд и увидела королеву, над головой которой, казалось, клубятся черные буруны и сверкают молнии. Ни один мускул не дрогнул на ее окаменевшем лице, когда она, медленно провернув, затушила окурок в ладони и бросила им в соперницу. - Встала и помандровала отсюда! – процедила она сквозь зубы и не сводила с испуганной девицы безумных глаз, пока та не скралась из виду. …И с улыбкой, как ни в чем не бывало, опустилась напротив Мола. - Тот рыжий парень меня заемучил. - Я предупреждал: ему что-то от тебя нужно, - хмуро проговорил Мол, отхлебывая из чашки. - Да, ну его! Не люблю таких агрессоров. Строят из себя невесть что, а, как доходит до дела… - Далин сжала и разжала губы, имитируя звук лопающегося мыльного пузыря. – Мне больше по душе смертельно опасные скромняжки. Насладившись растерянностью, в которую ввергло Мола ее заявление, Далин налила чая себе и стала молча пить, поглядывая на забрака, который украдкой делал то же самое. Когда их глаза встречались, он резко дергал головой, похоже, и не подозревая о том, как потешно выглядит. Флиртовать с ним было одно удовольствие. - Ты в курсе, у нас «приватка» зарезервирована? – Далин с будничным видом повертела на столе билеты. – Может, сходим? Я так хочу посмотреть, что там! - Нет. - Но почему? Мол не ответил. - Чего тебе стоит? Туда – и обратно. Хоть одним глазком. Ситх продолжал ее игнорировать. - Ладно, - Далин хлопнула по столу, поднимаясь, - не хочешь – не ходи. Но я все равно пойду. Возьму вон тех сладких крошек, - она указала на парочку – тви’лечку и корунку, с которыми танцевала, - и пойду! Но скоро меня оттуда не жди! И она, как обычно горделиво тряхнув головой, зашагала в сторону двух барышень. Девушки очень тепло поприветствовали ее. Пока зеленая красавица тигровой расцветки игриво крутила на пальчике локон Далин, темнокожая, с затейливой короткой стрижкой девушка плавно охаживала бюст королевы. Подружки были в восторге от предложения, но, вдруг, застыли и попятились, направляя испуганные взгляды Далин за спину.***
Scandroid – Oblivia Королева развернулась и столкнулась нос к носу с ситхом. Покуда он на протяжении всего вечера сидел в одной позе, буквально сросшись с диваном и угрюмо глотая чай, она и забыла, какой он крупный, высокий и стройный. Особенно в этом костюме, который подчеркивает идеальную трапецию его фигуры, геометрию его плеч и длину ног. Она бы хотела потанцевать с ним. Чтобы все смотрели только на них, восхищались ими и завидовали. Она хотела, чтобы все увидели, как красив, как совершенен ее мужчина. А он бы метал по сторонам грозные взгляды, отпугивая желающих покуситься на свою женщину. Сейчас он именно так смотрел на нее, и у Далин не возникало сомнений насчет того, что случится далее: Мол оскалится, зарычит, схватит ее за руку и грубо выведет из концертного зала. Так и произошло. Но, потащил он ее в совершенно другом направлении. Оттолкнув с пути целующуюся парочку, он пнул дверь с надписью «PRIVATE». - Эй, приятель, ты что творишь?! – прокричал парень в спину разъяренному забраку. - Походу, им сильно приперло, - ответила его девушка, слыша доносящийся из-за гуляющей двери заливистый смех. Мол втолкнул Далин в небольшую сумрачную комнату и захлопнул дверь. - Посмотрела? – его щеки свирепо вздувались, пока прозрачные светлые глаза гневно буравили ее. – Теперь мы уходим! - Не так быстро, Мол. Королева толкнула его на диван, заперла дверь и хищной, пантерьей походкой, глядя на него, как хищница, приблизилась к шесту в центре помещения. Сделала высокий батман, в который раз выставив на обозрение свои салатовые трусики, и, запрыгнула на шест, зажав его между ног. Зоке вновь было видение. Натянув ночнушку, она поспешила в зал военных совещаний. Шаги ее босых ног отдавались глухим эхом, пока она шла по длинным дворцовым коридорам, то и дело срываясь на бег. Она раздвинула тяжелые двери и оказалась в огромной круглой зале с высоким потолком, в центре которой находился овальный стол. Она активировала карту галактики. В ее белоснежных глазах засияли огни разверзшейся голографической модели. Наконец, ее поиски подошли к концу, но нехорошее, терзающее душу чувство усилилось во много крат, когда взор ее пал на сектор в одном из граничных рукавов, где и располагался объект ее интереса. - Ты сегодня невероятный милый, - сказала Далин, делая медленные шаги вокруг шеста. Стена позади нее переливалась голубым, фиолетовым и розовым светом, вступая своей яркостью в контраст с сумраком комнаты, позволял видеть лишь соблазнительный силуэт королевы. - Ты позволяешь мне развлекаться и почти не орешь на меня. - Ты меня вынуждаешь, - хрипло проговорил Мол, ощущая, как из недр души поднимается томный, сладкий, и оттого такой опасный порыв. Он развалился на этом просторном мягком диване и одеревенел. Не мог пошевелиться, потому что… не хотел. - Гнилая отмаза! Ты бы мог поставить меня на место, как делал это всегда. Но ты не стал. - Она улыбнулась, взялась за шест и, сгруппировав тело, лихо обернулась вокруг него несколько раз. - Все это так прекрасно. Настолько прекрасно, что мне кажется, тебя терзает чувство вины. Я права? Зока набрала координаты, и перед ней расцвел багровый нарыв безжизненной планеты, сотни веков обращенной к старой звезде одной стороной. Алзар изучает галактику с начала эпохи своего выхода в космос. Он отправлял исследовательские зонды не только в те ее области, что принадлежат ему по праву завоевания, но и в те, на которые не существует притязаний других членов мирового сообщества. Регентша совершила еще пару команд, и на прозрачной панели перед ней замельтешили цифры и буквы, складываясь в слова и обозначения. Бегло изучая информацию, она дошла до данных геологоразведки, и ее прошиб холодный пот. Впервые тому, что явилось ей в Фатере она не желала верить. В ВИ не было необходимости: регентша была в состоянии самолично произвести аналитику данных химико-биологического состава почвы и других ее физических характеристик, и ее результат, совпавший с результатом сканирования, вселил в сердце девушки еще больше волнения. Подойдя к ситху, который тщетно пытался промочить сухой рот, Далин раздвинула его колени и, что называется, «спустилась в партер». Она игриво сверкнула глазами – ответ ей не был нужен – и отошла к отполированной штанге. - Так или иначе – ты заслужил приватный танец. Мол бы слукавил, отрицая, что представлял королеву у шеста. Ее красота, пластика, то, как она смотрит на него, при настоящих антураже и атмосфере – все это вызывало в его раздраженном мозгу горячие помыслы, которые он отчаянно подавлял на протяжении этого вечера. На протяжении всего того времени, что она находится рядом. Ее волосы описали в воздухе дугу, когда она, чувственно откинув голову, плавно выгнулась навстречу шесту, как выгнулась бы навстречу ему, если бы он позволил дать волю чувствам. Она медленно провела по блестящему металлу ногтями – так, как прикоснулась бы к нему, если… Мол был не в силах оторваться от соблазняющего танца королевы. Когда совершая очередное движение, она впилась глазами в его промежность, он почувствовал, как застежка его ремня подрагивает под воздействием горячей, томной, опасной энергии. - Кибергранит, - прошептала Зока, задыхаясь. Древнее, но актуальное по сей день изобретение алзарцев, авторство которого приписывают темному Демиургу из религиозных легенд - Чезил’Блайту. Сверхпрочный, сверхтяжелый металл, - из него на Алзаре строили усыпальницы правителей былых времен. Его частицы, посредством орбитального сканирования были найдены в песке близ ансамбля ситхских гробниц на поверхности Коррибана, гигантская рдеющая проекция которого поглотила пространство в центре зала. Зока закрыла глаза, отказывая в доступе темным мыслям, что заполонили ее разум. Они были настолько гнусны и вероломны, что… Нет! Она не осмелится этого сделать! И все равно, раскрыв глаза, как бы она ни старалась обуздать злость в своей душе, первым делом она бросила свой взор на коммуникатор, по которому связывалась со своим атташе в Галактическом Сенате, и… другими чиновниками. Далин вытворяла с Молом все, что хотела. Опустошала, звала, заставляла жаждать, и, в этот момент не было ничего, что могло бы встать на пути между ним и ею. Моральные барьеры, выставленные собственным чувством вины пали, а физических не существовало и вовсе! Сейчас ситх тоже мог сделать с ней все, что угодно. И на секунду он искренне уверовал в это. Не подозревая, что порой одной секунды достаточно, чтобы целиком ввергнуть волю во власть хаотических горячих чувств. Королева оседлала его и начала исполнять невиданные, дразнящие движения прямо у него на коленях. Ее груди терлись о его лицо, по щекам хлестали волосы, руки блуждали по его телу, так и норовя бесстыдно проникнуть под одежду. И он трогал Далин, не в силах сопротивляться соблазну и понимал, что как бы ни было трудно его положение, все, чего он хочет сейчас - ощущать горячие ляжки Далин, горячие, мокрые от пота бока, под которыми играют и перекатываются мышцы и ребра; ее грудь… упругую и влажную, которая прекрасно прощупывались сквозь одежду, ткань которой позволяла также ощутить шарики маленьких штанг, коими были пробиты соски королевы. - Остановись… - голос Мола, тонущий в ее бюсте, звучал глухо. Еще мгновение, и он уже не сможет ручаться за целостность своих брюк. - пожалуйста… - Скажи это еще раз! - Хватит. - Ситх умолял, сдерживаясь из последних сил, а королева смеялась, наслаждаясь его сбитым дыханием и почти неосознаваемыми прикосновениями, которыми Мол хаотично, но нежно награждал ее тело. - Еще! - Прошу тебя… - Нет. – Она подтянула его лицо, на котором сквозь муки проступала блаженная, почти придурковатая улыбка, к своему. – Ты ведь уже понял, Мол, я всегда добиваюсь своего. Она зашла слишком далеко! И если сейчас же не прекратит, он… он вынужден будет… Он отвесил ей почти невесомую пощечину, дабы отрезвить ее, но на королеву эта акция подействовала совершенно иначе. Вспыхнув, она адресовала ситху более увесистый удар, тем самым не оставив ему выбора. Он скинул Далин с себя, отшвырнув на подушки, и навалился на нее всем телом. Он старался поймать ее мельтешащие руки, покуда они тянулись к его сорочке, пытаясь разорвать ее. Королева смеялась, но Молу было не до шуток. Ему стоило немалых сил сковать ее запястья. Парой рывков, рыча от ярости, он грубо завел их королеве за спину и зажал. Просмеявшись еще пару мгновений, Далин стала серьезной; ее глаза впились в его губы; мокрый розовый язычок трогал клыки, выдавая нетерпение девушки. Дыхание вырывалось из ее мощных легких, обдавая ситха литрами горячего воздуха. Пребывание в этой комнате, весь этот вечер с самого начала были пыткой. Которая становилась все невыносимее. Мол встряхнул ее и прижал к себе. Их губы слились, срослись, совокупились по-настоящему, в самый первый раз Танцуя в ритме музыки, они ласкали друг друга, гладили, напивались и насыщались друг другом, словно наверстывая все эти долгие, наполненные обидой, враждой и неопределенностью месяцы. Самозабвенно закрыв глаза, Далин прильнула к Молу, и он не заметил, как выпустил ее руки, позволив обнять себя и приласкать. Девушка отдавалась поцелую, отдавалась Молу всей своей душой, вжимаясь в него, стремясь подавить, но он не позволял ей перехватить инициативу. Он сам хотел направлять, повелевать. Обладать. Сейчас во Вселенной не существовало ничего, кроме Мола, Далин и их страсти, которая, наконец, после стольких дней томления в недрах душ двух влюбленных, высвободилась. Их языки соприкоснулись в последний раз, перед тем как перемазанная алым гримом королева отстранила лежащего на ней ситха, сияя от счастья. Ему показалось, мелкие, прозрачные сияющие всеми цветами радуги драгоценные камни скопились у ее глаз, но ему показалось. Это были вовсе не камни. Сейчас он не жалел ни о чем и был уверен, что не пожалеет. Он жаждал Далин, но сильнее этого – любил ее. Она дала ему второй шанс, и, похоже, он оправдал оказанную ему милость. Теперь все изменится. Он не станет стирать ей память, даже если она попросит об этом; не станет бояться! Все случилось именно так, как должно было случиться, и в нужный момент! Единственное, о чем он сожалел – что был слабаком и дураком. Судьба ли это, провиденье Силы или игра его разбушевавшихся чувств, - но он не отступит! И он убьет Сидиуса во что бы это ему ни стало! Этот день… тоже был самым счастливым в его жизни.***
Scandroid – Salvation code Из «приватки» они вышли, держась за руки. Не говорили ни слова, лишь сжимали пальцы друг друга, соревнуясь, кто крепче может сжать, а псевдосопернический запал подогревался смущенными улыбками: оба до сих пор не верили, что все произошедшее в приватной комнате было реально. Они были готовы как можно скорее покинуть «Монтрал», как можно скорее добраться до дома, чтобы там, наконец, без слов во всем друг другу признаться. Но на выходе их остановили. - Красавица! Чего ты якшаешься с эти отродьем?! Высокий надменный голос принадлежал рыжеволосому тусовщику. Конечно, кому же еще? Не выпуская ладони Мола из своей, королева воинственно шагнула навстречу «агрессору». - Слышь, пацанчик, ты, может, не заметил, но мне нравятся парни с рогами. Так что, отвали! Рыжий неприятно засмеялся. - Это ты ему что ль рога наставила? - У тебя какие-то проблемы? – по-змейски прошипел Мол, сравниваясь с Далин. - Оставь ее, Хакс, - из насторожившейся компашки к рыжеволосому вышла девушка с ирокезом и, тронув товарища за плечо, смерила надменным взглядом королеву. – Она этого не стоит. - Что ты сказала, сучка? - Идем. Мол взял свою девушку под локоть и поспешил увести от греха подальше, но стоило ему отвернуться, как на голову ему опустилась бутылка. Но вымуштрованный годами тренировок инстинкт привел мышцы в движение, покуда мозг даже не успел проанализировать случившееся. Стекло разбилось о выставленное в защитной позиции предплечье, и крепкое пойло коричневым всплеском обрызгало Мола и Далин. Забрак развернулся и вслепую наградил обидчика ударом локтя аккурат в челюсть. В этот момент, как по команде, оккупировавшие барную стойку молодцы и молодки, всем роем ринулись на Мола. Далин выскочила вперед и отразила первые удары, защищая ситха, глаза которого залило спиртом. Хлесткими молниеносными киками она обезвредила пару ближайших врагов, на время лишив их возможности передвигаться. До публики в «Монтрале» дошло, что пахнет жареным. Гости, оказавшиеся в эпицентре событий, поспешили покинуть свои места; зал охватило волнение, послышались крики, но певцы на сцене, похоже, и не думали останавливаться. Напротив! Музыка стала громче, не скрывая улыбок, могучий зелтрон и его ручной репликант продолжали петь, а мужичок с розовыми волосами корячился у пульта, явно получая наслаждение от разворачивающегося действа. Далин продолжала отбиваться, пока Мол растирал обожженные глаза, и присоединился к бою в момент, когда был королеве необходим. Перехватив занесенную над ее головой руку девушки с ирокезом, он ударил по внешней стороне ее локтя, выбив кость из сустава. Тусовщица взвыла. Мол ударил ее ботинком в живот, отправив в направлении ближайшего столика. Следуя заложенной программе самосохранения, дроид-бармен сбежал, компания разбитных весельчаков разграбила бар, обзаведясь бутылками, и с оголтелым воем ринулась на отбивающуюся парочку. То, как дерзко Мол вывел из стоя их соратницу разъярило их, а потому обыкновенная ресторанная драка стремительно обретала признаки натуральной поножовщины. Королева взяла на себя левый фланг. Следя краем глаза за ее движениями, Мол думал, она все еще танцует: ударив с размаху обидчика по лодыжке, она промахнулась, но не теряя накопленной энергии вращения, обернулась вокруг своей оси и, переместив атакующую ногу выше, вторым ударом заехала хлопцу по шее. Его товарищ разбил о край стойки бутылку спиртного и, неся перед собой «розочку», бросился на девушку. Она быстро и грациозно уклонялась от широких выпадов, аккуратно пересекая зону боевых действий Мола. Увидев возможность, она вновь прогнулась под разящей рукой и влетела в корпус противника коленом, параллельно беря его в обратный фейслок. Еще пара ударов коленом, и Далин вместе с противником обрушилась на пол в красивейшем слэме, разбивая его лоб о светящиеся пластины танцпола. Кровь на них смотрелась еще ярче. Отбив коленом атаку одного нападавшего, ситх сжался в комок, блокируя атаку второго, одновременно чувственным взором контролируя движения третьего. Открывшись, он четырьмя молниеносными ударами ноги по восходящей обезвредил первого, совершив сальто в бок, оказался позади второго и буквально расстрелял его кулаками по почкам. Третий налетел сзади, но ситх, даже не глядя, выбросил ногу назад. Пораженный противник оттолкнулся от стойки и прежде, чем успел прийти в себя, оказался на ней. Мол схватил его за шиворот и прокатил по отполированной поверхности. Физиономии тусовщика здорово досталось, покуда она таранила стоящие на ее пути стаканы и бутылки. Отправив противника в неконтролируемый полет, ситх позволил себе секундную передышку, чтобы полюбоваться, как тусовщик с покоцанной рожей, набрав необходимое ускорение, взлетает, словно, пассажирский авиалайнер, но тут же теряет высоту и обрушивается на столик в нижнем ярусе зала, который едва успели покинуть перепуганные посетители. Ситх почувствовал, как мимические мышцы свел непривычный, но очень приятный спазм. В тайне, со времен своей первой драки в баре на Нар-Шаддаа он мечтал прокатить кого-нибудь на пузе по барной стойке. И сегодня его мечта сбылась! Мол улыбался. Пока ему в бок не зарядили стулом. Ситх частично блокировал удар, но не смог предотвратить. Вместе со скопищем обломков и щепы его отбросило на несколько метров. Он сделал лихой соскок на ноги и приготовился к бою. Разминая мощные мышцы, на него пер бугай в короткой майке. Мол увернулся от первой серии сильных, но неаккуратных атак. Зажав здоровенную руку подмышкой, он развернулся к нему спиной и дав усилие на его плечо, как на рычаг, перебросил через себя; тут же завершил прием, обрушившись на него всем телом, сосредотачивая сокрушительную мощь и остроту финального удара в локте. Здоровяк оказался гораздо мягче, нежели был на первый взгляд. Задыхаясь от чудовищного удара по солнечному сплетению, он укатился к своему товарищу, который без сознания, с застрявшими в морде осколками отдыхал на нижнем ярусе ресторана. Заварушка набирала обороты. Мобилизованные из подпольной части заведения, в зал явились охранники. Пока одна часть занималась «эвакуацией» посетителей, вторая – преимущественно гаморреанцы – вплотную занялась нарушителями. Таким образом, и нападавшим, и обороняющимся пришлось биться на два фронта. Далин приняла тяжеляк на себя. Отбиваясь от летящих в ее сторону стаканов и бутылок, она встретила удар свиноподобного секьюрити, зажав его кулачище размером с дыню своими ладонями. Королева вывернула гаморреанцу запястье, грациозно прогнулась, оказавшись позади противника, и ударила его в бедро. Из глотки вышибалы вырвался пронзительный свинский визг, когда Далин, заведя его конечность за спину, заставила руку «выйти из берегов». Она смачно ударила гаморреанца по чувствительным остроконечным ушам; тот, потеряв ориентацию в пространстве, стал легкой добычей. Девушка взобралась хряку-переростку на спину, зажав его грудину меж колен, свесилась, найдя ладонями опору, и колоссальным рывком мышечной силы, подняла тушу весом не меньше трехсот кило в воздух. Противник приземлился на светящийся танцпол вниз головой и моментально отключился. Девушка отряхнула руки и победно подбоченилась. В этот момент, перемахнув через стойку, к ней со спины приближался следующий противник. Намеренная броситься на выручку ситху, королева, было, сделала шаг, но тут ее по голове огрели чем-то тяжелым. На секунду реальность превратилась в дрыгающее цветное желе с запахом спирта и сахара. Далин зашаталась, гадая, впадет ли она в беспамятство, как ее минувший противник, но удержалась на ногах. Королева медленно обернулась, вскипая от гнева. Она потратила полчаса на укладку волос, которые по милости разбившей ей о голову бутылку хулиганки, превратились в пропитанные ликером сосульки. Девушка пару секунд уничтожала недоумевающую соперницу взглядом, а затем легким движением головы расквасила ей нос, схватила за грудки и отправила в полет к подножию сцены. Практически к самим ногам артистов, которых творящийся вокруг хаос, крики и паника нисколько не смущали. Более того - летающие повсюду стаканы, бутылки, стулья и люди делали исполняемую ими динамичную композицию еще более вдохновенной и жизнеутверждающей. Желающие помериться силами с Молом, спотыкались о вяло копошащиеся тела своих товарищей, разбросанные вокруг непобедимого и ловкого ситха, который, помимо прочего, выглядел невероятно сексуально, сражаясь в официальном костюме, изготовленном специально для его исключительной фигуры. Далин чуть не пропустила удар слева, залюбовавшись статным, словно тополь, и быстрым, словно ураган, краснокожим забраком, глаза которого пылали боевым азартом, а на лице сохранялось выражение чистейшего, неподдельного, злого, и, все равно, совершенно мальчишеского восторга. Эта бойня была, пожалуй, лучшей забавой со времен зачистки «Базы-15»! Ни один из противников не был ему конкурентом. Мол натурально веселился и был весьма изобретателен и щедр, раздавая всем желающим на орехи. Но, вот, к нему приближается главный антагонист этого вечера! Рыжеволосый мачо по имени Хакс, играя мускулами, принял стойку и театрально, по-гангстерски, вытер нос. - Ну, иди сюда, сука. Ситх скривился в самой злобной своей улыбке, которая в отсутствии татуировок и без поддержки горящих демонических глаз, походила, скорее, на сардоническую усмешку, и позволил сопернику атаковать первым. Парень оказался ловок и в боевых искусствах профаном явно не был. Мол недооценил его, но даже несмотря на это, тусовщик был ему не ровня. Ситх пропустил пару ударов, давая себе возможность раскочегариться, и пошел в контратаку. Соперники обменивались ударами рьяно и динамично; Мол грациозными и лаконичными движениями ушел от крайних атак тусовщика, затем перехватил его руку и, притянувшись к нему, огрел локтем прямо в плечевой сустав. Парень заверещал и поспешил покинуть зону досягаемости ситха, поддерживая руку, повисшую бесполезной плетью. Жаль. Он имел все шансы обрести титул наиболее интересного противника, а теперь Мол потерял к нему интерес и пожелал поскорее отправить на боковую и его. Молниеносным и точным движением ситх сбросил пиджак, вывернув его наизнанку и удерживая за манжеты; набросив его на шею улепетывающему тусовщику, как ярмо, он лихо завернул его голову в ткань. Получив еще пару увесистых пинков по жизненно важным центрам и один сокрушительный удар по голове, тусовщик был нейтрализован Мол высвободил его голову из подкладки пиджака и брезгливо отряхнул последнюю. Королева и ситх прильнули спиной к спине, оказавшись в окружении вновь прибывших вышибал. - Жандармы будут здесь с минуты на минуту! За грохотом музыки Мол не слышал полицейских сирен, но чувствовал, что сваливать и впрямь пора. Действуя, как единое целое, спиной к спине, они вынесли еще нескольких противников. Мол бросил взгляд на сцену, где артисты, как истинные люди искусства, оканчивали свое выступление невзирая на всеобщую панику; он схватил Далин за руку и потянул за собой. Аккуратно применив прыжок Силы, он, миновал исполнителей и оказался за сценой. Молу даже показалось, зелтрон кивнул ему, когда он пронесся мимо. Миновав темный коридор, кишащий взбаламученными работниками, которых приходилось буквально расшвыривать по сторонам, Мол и Далин ворвались в кухню, до которой также достигли отголоски творящегося в концертном зале безумия. Дроиды и работники заволновались, увидев взъерошенную парочку, но не успели как следует испугаться, поскольку, быстро миновав царство печей и сковородок, ситх и королева выбрались наружу через черный ход. В лицо дохнуло бодрящим дыханием вечера, когда они оказались на задворках богемного заведения. Студеный воздух, гонимый высотным ветром придал сил и высушил пот. Мол и Далин укрылись за углом – среди наставней ящиков и переполненных мусорных контейнеров – и привалились к стене, пытаясь отдышаться. Когда дыхание нормализовалось, они, не сговариваясь, просто… засмеялись. - Круто, вышло, правда? - Да, - ответил Мол и откашлялся. Глотка реагировала непривычно на смех. Ведь только что, впервые в своей жизни он просто… смеялся. – Круто. Глаза Далин – яркие, озорные и преданные – мерцали в огнях ночного мегаполиса, пряди ее влажных, пропахших алкоголем и карамелью волос, липли к лицу, обрамляя фиалковые, невероятно мягкие и нежные губы. Лишь сейчас, когда напряжение гонки отступило, Мол вспомнил, что несколько минут назад целовал их. Он, наконец, целовал их! И не желал на этом останавливаться. По боку все, о чем вещал старик! «Обрубить соблазны на корню, когда они становятся слишком велики»? А не пошел бы он в задницу со своей моралью?! Молу было действительно плевать на все, что происходило вокруг него сейчас. Сейчас он не думал, не рефлексировал и не прогнозировал. Его невыносимо тянуло к Далин, и он ощущал, что так же невыносимо ее тянет к нему. Он лишь коснулся руки девушки, как она тут же отозвалась и мягко, но настойчиво прижала Мола к обшарпанной стене. Холодный камень остудил одежду и кожу, но не душу под ними, пылающую огнем неудержимого желания. Он взял ее лицо в свои руки и долго посмотрел в глаза. И королева поняла, что на нее никто и никогда так не смотрел. Так трепетно и страстно. Так, словно она - самое дорогое, что есть в жизни у этого человека. Мол погладил ее губы и погрузился в них своими. Просто целовать ее было величайшим наслаждением, которое он когда-либо испытывал. Он любил ее, она сводила его с ума – стоило ему лишь подумать о той, единственной стороне ее натуры, которая все еще была им не познана. - У меня есть идея, - прозвучал голос королевы - низко и проникновенно. - Какая? – хрипло отозвался Мол, облизывая чуть припухшие губы, с которых она съела весь грим. - Мы можем заняться сексом прямо здесь. Мозг ситха, словно, прижгли раскаленным утюгом, когда у него перед глазами предстала картина предложенного Далин действа. - Прямо здесь, - повторила она, ведя рукой вверх по его штанине, - сейчас. Ты когда-нибудь делал это в подворотне? Ты, может, удивишься, но я никогда не делала этого в подворотне. Так что… Мол был согласен! На все, что угодно! Он рывком притянул королеву, и, перехватывая инициативу, прижал к стене ее и подсадил. Покуда она сноровисто работала над пуговицами и ремнем, ситх коротал эти невыносимо тягостные секунды, отделявшие его от блаженства, лаская шею Далин. - Мол… - прошептала она, ощутив его сквозь ткань брюк, - ты… невероятный… Полицейская сирена нарушила горячую идиллию. Она прозвучала совсем близко, и любовники поняли, что нужно сматываться. Далин смеялась, утягивая Мола за собой в лабиринт извилистых технологических коридоров мимо трудящихся на пределе возможностей, гудящих так, что можно было оглохнуть, систем вентиляции. Но самому ему по понятным причинам было не до шуток. Они вышли на заброшенную парковку, где их дожидался похожий на динозавра гравицикл. Крытая площадка из износившегося транспаристила освещалась разбавленным светом тысяч далеких разноцветных огней, которыми переливались жилые массивы. Они уверенно зашагали в сторону транспорта, но не успели проделать и половины пути, как в глаза ударил слепящий белый свет прожекторов. - НЕ ДВИГАТЬСЯ! ПОДНИМИТЕ РУКИ ВВЕРХ! На веревках с верхних уровней, спустился взвод полицейских дроидов. Вооруженные до зубов машины взяли их в кольцо. - С меня на сегодня хватило, - Далин устало вздохнула и посмотрела на ситха. Ей нравилась та «фирменная» ухмылка, что появлялась на его лице в моменты, когда он что-то замышлял. Именно так. Их окружили два десятка продвинутых полицейских дройдов, а все, что интересовало Далин сейчас, - улыбка ее возлюбленного. Которую, вероятно, сам он считал устрашающей, забыв о том, что, поколе является красавчиком, вряд ли кого-то сможет напугать. Мол воздел руку и легко и непринужденно выбросил рассредоточившихся у края парковки дроидов в мерцающую огоньками пропасть. - Валим! Под шквалом парализующих зарядов, он прыгнул за руль. Далин села сзади и прижалась к нему всем телом. Ситх, что есть мочи сдавил гашетку акселератора, и алзарский спидер тотчас сорвался с места, оставляя позади и «Жемчужный монтрал», и оккупированную дроидами парковку, и ту замечательную темную подворотню.
