Пожалуйста, заберите нашего ребенка

Хосок не находил себе места все те дни, что Чонгук лежал с высокой температурой. Ребенок ничего не ел, он только пил чай с малиной и лимоном, который был приготовлен заботливым парнем, а еще постоянно спал, изредка пребывая в состоянии бодрости. Хосок старался постоянно находится с ним рядом и не отлучаться ни на секунду, следя за состоянием ребенка, потому что то могло в любой момент ухудшиться. Нормальных лекарств в детском доме не было, медсестра, которая была закреплена здесь только развела руками, а специалиста вызвать не разрешили, потому что никто не собирался выделять на это деньги. Хосок отлучился только один раз - решил зайти в кабинет директрисы, чтобы узнать о наказании для тех, кто поступил так с Чонгуком. - А кто сказал вам, что это именно они? - удивилась женщина, сидя за столом и смотря на него поверх своих очков-половинок. - А кто еще мог сделать это? Парня уже начинало раздражать это все - особенно такое отношение этой женщины. Он искренне не понимал, что ей сделал маленький ребенок, но копаться в этом не хотел. По крайней мере сейчас. - Я не буду назначать наказание без причин и, уж тем более, доказательств. А теперь прошу вас покинуть мой кабинет и вернуться к вашим прямым обязанностям. - Серьезно? - начал закипать Хосок. - Вы собираетесь спустить это с рук и дальше продолжать закрывать глаза на издевки? А если бы дворник не нашел его или обнаружил слишком поздно? Он сам даже не заметил, как его голос начал повышаться, а он уже открыто прикрикивал на женщину. Та смотрела на него с какой-то толикой иронией, и от этого парню становилось тошно. Хосок оказался в тупике и не знал, как найти выход и что сделать, чтобы вернуться. - Не волнуйтесь, я бы не поскупилась на похороны. Это было последней точкой. Хосок смотрел на женщину и не знал, что ему ответить. Он сжимал и разжимал свои кулаки, и наброситься на директрису не давала только мысль о Чонгуке и о том, что тогда его точно вышвырнут отсюда без каких-либо разбирательств. - Вы просто отвратительны, - прошептал парень и вышел, хлопнув дверью кабинета. Он не знал, услышала ли женщина его слова, потому что ему было плевать на это. Хосок выдохнул и поспешил вернуться в комнату Чонгука. Идя по коридору, парень заметил, что дверь была приоткрыта, хотя он совершенно точно помнил, что закрывал ее. Что, черт возьми, происходит? Хосок в считанные секунды достиг двери, уже на половине пути слыша детский смех. В голову парня закрались подозрения, он остановился на несколько секунд у порога, а затем рывком открыл дверь, совершенно не церемонясь. Чонгук лежал на кровати, закрыв глаза, и плакал - он не мог встать, потому что был слишком слаб из-за температуры и, скорее всего, головных болей, да и два мальчика, державших его, совершенно точно не были нужны для этого. Остальные трое перебрасывали зайца друг другу на манер мяча. Точнее, игрушка уже была мало похожа на зайца - глаза (по крайней мере Хосоку казалось, что это они) валялись где-то на полу, а брюхо оказалось распорото - наполнитель комками валялся на полу и постели, а некоторые маленькие кусочки остались на одежде детей. Хосок чувствовал, как внутри него закипает самая настоящая ярость. Он любил детей. Готов был отдать всю свою заботу и любовь им, но черт возьми... Ему должно хватить сил, чтобы сдержаться сейчас. - Я задам вам всего лишь пару вопросов, - спокойно начал Хосок, сжимая дверную ручку. - Почему вы не в своих постелях и кто давал вам разрешение выйти из своих комнат? И уж тем более трогать чужое? Дети замерли на своих местах и со страхом в глазах смотрели на воспитателя. Двое мальчиков аккуратно слезли с постели, а то, что оставалось от игрушки выпало из руки одного из хулиганов. - Простите, мы... - Пошли по своим комнатам. Сейчас же. Увижу вас еще раз рядом с этой комнатой или рядом с Чонгуком, выпорю, - прошипел Хосок, смотря на них. Да, для него это было несвойственно - так обращаться с детьми. Он был добрым, всегда играл с ними и относился, как к родным. Поэтому его любили и хотели, чтобы парень забрал их к себе под опеку и стал их родителем. Поэтому и издевались над Чонгуком - считали, что ему достается слишком много любви Хосока. Но никто из них не замечал, что на самом деле парень старательно дарил все свое внимание каждому ребенку. Поровну. Дети вылетели из комнаты, еле сдерживая слезы, но сейчас Хосоку было плевать. Он закрыл за ними дверь и тут же подошел к Чонгуку, который сидел на кровати и плакал, размазывая слезы по покрасневшему лицу. Хосок обнял его и еле коснулся губами лба. - Боже, да у тебя снова температура! Он тут же уложил ребенка на постель, сунул ему под мышку градусник и принялся успокаивать, потому что мальчик еще судорожно всхлипывал и смотрел на разорванного зайца, валяющегося на полу. - Не волнуйся, я подлечу твоего Ёли, - гладя ребенка по голове, пообещал Хосок. - Он тоже болеет, как и ты, но вы оба поправитесь, обещаешь мне? Мальчик постепенно успокаивался и затем кивнул. Хосок забрал градусник, и у него в глазах чуть не потемнело. - Черт, что же делать... Чонгук схватил его за руку, но его хватка была слабой. Мальчик постепенно погружался в сон и вскоре засопел, тяжело дыша. А Хосок был на грани истерики, потому что температура для ребенка была слишком высокой - 38,3. Да такое даже не каждый взрослый выдержит. Ни лекарств, ни возможности вызвать врача. Он достал из кармана бумажку и посмотрел на ряд чисел, который был напечатан на ней. Это был его единственный выход. Набрав на мобильном номер, парень выдохнул, слушая длинные гудки. Никто не брал трубку, и Хосок уже начал волноваться и накручивать себя, кусая губы. А вдруг он ошибся или... - Алло? - голос на том конце был хриплым и немного раздраженным. - Это Мин Юнги? - тихо спросил Хосок, стараясь не разбудить беспокойно спящего ребенка. - Да. С кем я разговариваю? - выровняв тон, спросили его на том конце. - Это Чон Хосок из приюта. В котором Чонгук. Помните такого? Речь у него была несвязанная, а руки продолжали трястись. Он то и дело смотрел на мальчика и на то, как тяжело тот дышит. - Что-то произошло? - промелькнула в чужом голосе нотка беспокойства. - Я не знаю, могу ли просить вас о таком, просто у меня больше нет выхода и не к кому обратиться, - кусая губы, говорил Хосок, стараясь унять панику. - Чонгук заболел, и у него очень высокая температура. А здесь нет ни лекарств, ни медицинского работника... - Понял, можете не продолжать. Я рад, что вы нашли мой номер. Приеду так быстро, как смогу. Хосок покраснел и скинул трубку. Боже, теперь он подумает, что Чон рылся в его куртке! На самом деле та случайно упала со стула, а из кармана выпало несколько подушечек мятной жвачки и визитка с номером. Сам не зная зачем, но Хосок таскал ее с собой. Главное было то, что Юнги приедет и, как он надеялся, привезет лекарства. Воспитатель провел рукой по волосам и посмотрел на куски игрушки, валяющиеся по полу. Парень быстро сходил к охраннику, предупредить, чтобы Юнги пропустили на территорию, а также попросил объяснить парню, как пройти в комнату Чонгука. Вернулся к ребенку он уже с нитками, пуговицами и иголками. Нужно было привести игрушку в порядок. Хосок же обещал. Пока он возился с распоротым брюхом, то постоянно поглядывал на спящего Чонгука, проверяя, дышит ли ребенок. Нервозность не оставляла парня, он несколько раз укололся, делая стежки, пока в дверь тихо не постучались, а после на пороге показался Юнги с огромным пакетом. - О боги, хорошо, что ты пришел. Парень, осматриваясь, зашел внутрь - комнатушка была маленькой. Кровать, небольшой столик, пара стульев и маленькая тумбочка - все, что здесь находилось. - Я не знал, что нужно брать, но в аптеке что-то подобрали по возрасту, да и симптомов я особо не знал, - протягивая пакет Хосоку, сказал Шуга. Он смотрел на ребенка, ворочающегося в кровати, и его сердце сжималось. В голове возникла ссора с Намджуном пару дней назад, но Юнги постарался выбросить ее подальше. Сейчас вообще не время думать об этом. Хосок достал из пакета лекарства (помимо них там еще были некоторые продукты и что-то еще, но парню было не до этого) и стал вчитываться в инструкцию, чтобы правильно рассчитать дозировку. - Чонгукки, проснись, дорогой, - тихо позвал ребенка Хосок, аккуратно трепля того за плечо. - Давай выпьем лекарство, и тебе станет полегче, хорошо? Ребенок медленно открыл глаза. Шуга столкнулся с ним взглядами и еле заметно улыбнулся. - Давай, боец, открывай рот, - подбодрил его композитор. Чонгук проглотил жаропонижающее и начал искать своего зайца глазами, но Хосок еще не успел починить его до конца. - Твой зайчик пока что лечится, как и ты. Юнги подошел к пакету и достал оттуда плюшевого медведя. - Я хочу подарить тебе его. Это особый медведь - он может помочь тебе выздороветь и быстрее встретиться с твоим зайчиком. Обещаю тебе, как только ты откроешь глаза, то он уже будет с тобой. А пока побудь с ним, хорошо? Он защитит тебя. Чонгук внимательно посмотрел на Юнги потом на игрушку в его руках и неуверенно кивнул. Парень протянул ему медведя и тот обнял его, ложась на постель. Спустя несколько минут ребенок снова заснул - началось действие лекарства. - Спасибо тебе, - пришивая к мордочке зайца маленькие пуговицы, которые он отодрал от одной из своих рубашек, сказал Хосок. Конечно, глаза больше не такие выразительные, как до этого, но хотя бы что-то. Те, что были, оказались каким-то образом разломаны на несколько частей и восстановлению совершенно точно не подлежали. - Что произошло? - спросил Шуга, присаживаясь на небольшой стул и наблюдая, как Хосок пришивает пуговицы. - Долгая история на самом деле, - отмахивается Хосок. - Я никуда не тороплюсь. Парень выдохнул и начал тихо рассказывать. Не все, конечно, а просто некоторые детали. Он видел краем глаза, как Шуга смотрит куда-то в сторону и сжимает кулаки. Такое было странно для парня. Хотя, Хосок не брался судить или делать выводы. Он просто не понимал, что для него может значить Чонгук - мальчик же был почти что сыном его друзей. Воспитатель увидел-то его впервые здесь чуть больше недели назад... - Могу я попросить тебя об услуге? - спросил Шуга. - Конечно. Хосок чувствовал себя обязанным за то, что отвлек парня. Может, у него были какие-то важные дела или работа... А может и свидание? - Я хочу забрать Чонгука. Могу я попросить тебя приглядывать за ним и если что-то произойдет - сразу звонить мне? Хосок потерял дар речи. Этот парень хочет усыновить Чонгука? Ему стоило огромных усилий, чтобы не выронить из рук игрушку и вообще постараться остаться спокойным. Хотя внутри него буквально все кричало и бурлило. - Это правда? - прохрипел Хосок, серьезно смотря на Шугу. - Да, - кивнул тот. - Я уже собираю документы, и буквально вчера отправил запрос, осталось только дождаться ответа, но он может задержаться на несколько недель, если не больше. Поэтому я попросил тебя об этом. Хочу знать обо всем, что происходит с ним, когда я не здесь. Хосок молчал, смотря на спящего ребенка. - Так что? Ты окажешь мне такую услугу? - спросил Шуга. Он выглядел спокойно, хотя на самом деле жутко нервничал и боялся, что ему откажут. Хосок вздохнул, встал с кровати и посадил рядом с Чонгуком зайчика. Тот, словно чувствовал, тут же сгреб игрушку себе и прижал ее вместе с медведем в крепкие детские объятия. - Хорошо. Я помогу тебе. У тебя ему будет лучше, чем... чем здесь. Сердце Хосока, кажется, только что разбилось на кучу мелких осколков.