Рассвет

Элстон. Лора.

Я молчала так долго. Томас даже начал нервно извиняться. Я ни о чем не думала, не выходило. Ветер немного щипал мокрые щеки, но слез больше не было. Я просто.. не знаю. Я не знаю. — Ты можешь ничего не говорить, Лора. — Спасибо за эти слова. Спасибо тебе за всё, что ты сделал для меня. — Если бы я знал, что происходит в твоей голове.. — с досадой отозвался Том. — Ты разве не знаешь.. что я чувствую. — Я понимаю, что ты чувствуешь и почему. Я ощущаю это как собственную боль. Но я не представляю, как ты поступишь. Что ты сделаешь с собой? Куда пойдешь? — тихо, в отчаянии ответил Томас. — Я могу только надеяться, что ты найдёшь людей, которые тебе помогут. — Я нашла. Правда. Но именно ты уже сделал для меня самую важную вещь. — Какую? — Поверил в меня. Теперь он надолго замолчал. — Я же знаю, что ты себя замучаешь. — Да. Потому я не могу помочь тебе. — Притормози. Ты не должен постоянно думать об этом. Чтобы все было хорошо, ты должен задуматься и о себе. Томас не замечает, какие удивительные способности имеет. Он легко понимает, что чувствует, чего хочет, чего боится другой человек. У него огромное сердце. Каждый раз он без колебаний протягивает мне руку помощи, отдаёт всего себя. Конечно, я ценю его заботу, любовь и сопереживание. Но все это приводит к тому, что он больше озабочен моими проблемами, чем своими собственными. Ему трудно контролировать свои эмоции. Трудно управлять собственной жизнью. — Не выходит. Не могу отключить это. — Тогда найди того, кто позаботиться о тебе, пока я не рядом. — Но ты же вернёшься до тех пор, когда я состарюсь? — Даже раньше. Мы вместе состаримся. Нет. Вечно жить я точно не буду. Вера в конец придаёт смысл всей жизни. — Если ты мне это действительно обещаешь, то я подумаю над твоими словами. — Да. Обещаю. А еще, если я не найду себе никого, то выйду за тебя замуж. Он засмеялся, послышался звук падения головы на подушку. — Да. Я тоже. Только скажи, я встану перед тобой на одно колено. — Мы закопали наши самодельные кольца из проволоки и пуговиц на твоём заднем дворе. — Джесси нам поможет найти их. Она пришла ко мне. Скажи что-нибудь, Лора. — Эй, Джесси! Моя любимая девочка! Она залаяла и заскулила так жалобно, как будто заплакала. — Скучает. Она поняла, что ты ушла.. что нигде нет твоих следов. — Я тоже скучаю, — я закрыла глаза, чтобы остановить печальные слезы. — Прости. Мне пора. — Хорошо, — он тяжело вздохнул. — Я постараюсь скоро вновь позвонить. — Лора.. я чуть не забыл сказать, твой отец уехал. Я насторожилась. Он ищет меня? Чёрт.. Я даже не задумалась о том, что будет делать мой отец. Он мог уже сходить в полицейский участок, чтобы заявить о пропаже несовершеннолетнего ребенка. А еще хуже — о похищении несовершеннолетнего ребенка. Он может объявить Винсента моим похитителем. Понял ли отец, что это он увёз меня? Если это так, почему он уехал.. Хочет самостоятельно разыскать своего бывшего помощника и добиться ответа, где же я? Отец мог видеть, что я сама села в машину. Он мог всё-таки учесть ситуацию между нами и тоже уйти. Мы же только стояли друг у друга поперёк глотки. Что-то мне подсказывает, если он хочет меня вернуть, то точно не из-за переживай за любимую дочь. Больше всего похоже на то, что он всего лишь шаблон настоящего отца. Я ему дочь только в документах, других связей между нами нет. Может быть, мама это тоже поняла. Она могла просто уйти и начать новую жизнь... Что отец ей сделал? Он ведь был другим. Не понимаю, почему я так уверена в этом. Из-за видений, которые рассказал мне Гораций? Я вспоминаю что-то? Почти бессознательно. Только сущие мгновения. Теперь мне кажется, шесть лет назад что-то сломалось и в отце, и в матери, и во мне. — Уехали все? — Когда Винсент тебя увёз, а я вернулся обратно на автобусе, дом был пуст. Ворота заперты, машин не было. — Странно. Меня ведь не начали искать? — Думаю, нет. Нет листовок, нет телевизионного сообщения по местным каналам. Просто задумайся, на этой улице случилось не только твоё похищение, но и жестокое убийство. Вокруг слишком тихо. Так не должно быть. А еще есть десять жертв в соседних районах. Я не знаю, как они умерли. Нам только предстоит выяснить, связывает ли всех погибших один и тот же способ убийства, но.. Может ли быть такое, что все правоохранительные органы знают, кто такие странные люди. Как только они это понимают, то намеренно скрывают от общественности личность жертв. — Может идет работа NCA. Я могла высказать Томасу только это предположение. Может быть, это дело действительно передали NCA. Они ждут, что убийца как-то себя проявит.. ведь с момента смерти Хлои прошло только часов двенадцать. — Да. Знаешь, меня это захватывает. — Нет! Нет! Не лезь в это! Никогда! Ты же знаешь, что убийцы иногда возвращаются на место преступления. Да кому тут еще нужно в голову залезть.. — Ладно, ладно, я просто так это сказал. —Я тебя прошу. Будь осторожным. И серьёзным. Он опять вздохнул. — Я буду. — Хорошо. До скорого. — До скорого. Я убрала телефон от уха. Он не нажимал на завершить вызов. Я тоже не решалась. — Том? — Да? — Послушай Scorpions «Wind of Change» и бросай курить. Я завершила вызов. Вот все и закончилось. Теперь мне нужно позвонить по второму номеру. Почему Винсент знает о странных людях? Он один из нас? Он в бегах? Мне нужно его обо всём расспросить.. Он не ответил на вызов. И второй. И третий. Чёрт. Что-то случилось.. Отец его нашёл? Твари? Пустоты? Я накрыла горячую голову руками, попыталась еще несколько раз дозвониться, но никто так и не ответил. Я подошла к Еноху. — Что ты узнала? — Енох скрестил руки на груди. Я молчала, раздумывая, что мне вообще нужно рассказать ему. Енох терпеливо сопел, не сводя с меня взгляда. — Вы расстались? — Что?! Мы не пара. — Но когда-то были? Какая ему разница. Будет ли мой честный ответ что-то значить для него? Взгляд у О’Кконора равнодушный. О Томасе я с ним никогда не заговорю. Просто.. с какой стати?! — Девушку звали Хлоя, она училась в моей школе, — странный вопросительно поднял светлые брови. Он всё-таки рассчитывал на ответ по поводу меня и Тома. — Возможно, что у нее была паранойя. Она и её парень в двенадцать часов ночи вместе покинули вечеринку. Ранним утром Хлою нашли на дороге около моего дома. В её голову выстрелили, а глаза вырвали. — Глаза? — А что? — Кто-нибудь рассказывал тебе о пустотах? Вновь эта требовательная интонация. Как будто я намеренно не соблюдаю какие-то особые нормы приличия. За несколько дней в петле я получила столько информации! Мне сложно изучить и запомнить все, так что.. просто... Просто будь терпеливее, Енох! — Пустота питается кровью и глазами странных людей, чтобы стать тварью. Мы вновь шли вдоль дороги. Впереди были оживлённые улицы, но Енох не торопился повернуть назад. Люди выходили из магазинчиков, работники небольшого ресторана расставляли столы и стулья на летней террасе. Оказалось, что Элстон — милое и тихое местечко. Я с удовольствием провела бы здесь каникулы. Солнце беспощадно жгло открытые участки кожи. Мы могли запросто получить солнечный удар, поэтому я потащила Еноха к фонтану. — Как ты думаешь, какое ранение стало смертельным, — чтобы остыть, я уселась на каменную чашу фонтана. Чудесные холодные брызги попадали на горячие плечи и спину. — Пустота набросился на Хлою и вырвал глаза, или пуля.. — я запнулась. — Вынесла ей мозги, — Енох бросил на меня хладнокровный взгляд. — Да. Слушай, мы пока не знаем, как были убиты остальные девять жертв. Может быть, их глаза целы. — Намекаешь, что это орудовал обычный маньяк — психопат. Он преследовал Хлою, дожидаясь подходящего момента, чтобы напасть. Застрелил её, а глаза оставил себе в качестве трофея. У него не было особой причины, ведь он просто психопат, так? — Енох подскочил на ноги и заслонил собой вид на улицу. Я всего лишь сделала предположение, а он уже готов снести мне голову с плеч. — Я думаю, нужно рассмотреть все варианты. — Ты забыла кое-что учесть, Копперфильд, все жертвы — странные люди. Это то, чем оно кажется. В Лондон просочилась по крайней мере одна пустота. — Пустоты бессмертны. Кто-то из них мог.. — Дотянуть до 2019 года? Если это действительно так, значит все люди Земли живут, не подозревая, что рядом ходят невидимые монстры — кровопийцы. Енох сосредоточено смотрел на свою обувь. — Маловероятно. Они живут вечно, но у них маленький гниющий мозг, который хочет только сожрать твою вторую душу. Чтобы найти петлю, им нужна разумная тварь. Они держатся рядом с теми, кто уже вернул себе какой никакой человеческий вид. Пустота идет на запах, на кровь и инстинкт. Он набросится, потому что почувствует в тебе бессмертный ихор. А тварь придет за тобой, потому что у нее есть цель. Ихор — кровь Богов. Енох хочет сказать, в нас течёт кровь бессмертных существ. Жертвы просто жили, не задумываясь о том, чем они отличались от остальных людей. Они имели другие страхи. Они не знали, как себя защитить. Они не знали, что их убило. Я тоже могла не знать. — Твари собирали свою армию в Дьявольском акре. Пустоты охраняли их и помогали расправиться с теми, кто мог им помешать. Нас больше в прошлом. Многие древние петли до сих пор находятся в полнейшей консервации. Но слухи о победе над армией тварей расходятся быстро, сотни странных людей уже вышли из тени: решили прожить в свое время или собрались в Панпетликуме. Тварь не поведёт одну жалкую пустоту на тысячу странный людей. Вообще, все привыкли думать, что почти все пустоты, не ставшие тварями, полегли во время сражения. Я так думал. Но это то, чем оно кажется. Пустота в Лондоне. Я растерянно моргала. Неужели твари хотят переловить всех странных, которые живут вне петель? Или эти люди были выбраны неслучайно? Тварь выбрала жертв? — Это заявление, что они собираются с новыми силами, — я встала с чаши. Ветерок, ударивший в промокшую спину, вызвал мурашки. — Но, если порассуждать, на это почти ничего не указывает. Почему именно эти десять человек стали жертвами? А Хлоя! Она была уверена, что её кто-то преследует. Может быть, ключ ко всем ответам — это убитые. Что-то должно их объединять. — Ты будешь удивлена, — Енох неуверенно поднял на меня взгляд. — Что? Мне присесть? Он закатил глаза. — Я согласен с тобой. Сначала он мне сопереживает, теперь он со мной соглашается. День слишком перенасыщен. Счётчик эмоций зашкаливает. — Ах! — я положила руку на сердце. Енох повторно закатил глаза, потом развернулся и побрел под палящим солнцем в сторону холмов. Я подставила руки под струи воды, чтобы умыть лицо. На другой стороне улицы мужчина в болотного цвета жилетке и белой панамке затаскивал в магазинчик мешки с сахаром. На маленькой вывеске было написано название — то ли "Пустыня", то ли "Дессерт". Около его фургона были выставлены еще дюжина садовых гномов, сложенные шезлонги, три коробки с вафельницами и самокат. Мужчина старательно вносил все это в магазин. Наверное, у него силлогомания.. Я посмотрел на него в последний раз и стала догонять Еноха.

***

Когда Джейк и Эмма встретили меня впервые, мы попали в петлю, пройдя довольно непростой путь. Теперь я узнала, что есть еще один вход. Радиус у петли большой. Два деревца с переплетенными ветками — парадные ворота. А вот узкая траншея, прокопанная в сырой чёрной земле, представляет собой ещё более надёжное место для входа. На пути к траншее, в овраге, местные жители устроили свалку, поэтому запах перегнивающих отходов тоже принимает участие в защите петли от незваных гостей. Енох сказал мне шагать прямо во мрак, а сам он должен убедиться, что за нами нет слежки. Под ногами прыгали лягушки. Мне было не по себе. Это было идеальное место, чтобы выяснить все свои фобии. С потолка свисали корни и сыпалась труха от гниющих досок, руки то и дело касались какой-то плесени на стенах. Казалось, что все это сейчас рухнет и погребет под собой на границе двух времен. Уши знакомо заложило, а земля стала разъезжаться под ногами. Но это быстро прошло, и впереди забрезжил свет. Я вышла. Вокруг вновь были холмы. Ну.. и странный указатель. Столбик с доской, на которой висела ржавая подкова. Я достала телефон. Это вновь был безжизненный чёрный прямоугольник. Если я позвоню завтра, батарея окончательно разрядится. Нужно придумать, где и когда её зарядить. Енох вышел. В руке странный держал старую одноногую куклу с микрофоном в спине. Он что нашел её на помойке? Ему не понравилось, какое выражение застыло на моем лице. Я подошла к нему с протянутой рукой, чтобы нажать кукле на спину. Раздалось отчётливое: "МАМА". Но через несколько секунд звук захлебнулся, миловидный голосок из динамика куклы стал уродливо квакать, а потом вопить так, что Енох бросил игрушку на землю. О'Коннор перевернул её носком ботинка. Пластиковое лицо треснуло от удара, и голубые стеклянные глаза выпали на землю. Жуткая картина. — Зачем она тебе? — Фокусы показывать, — он поднял её, а два глаза протянул мне. Я взяла. Они были из голубого стекла с чёрными крупными зрачками. В петле приближался заход солнца. Мы не пошли прямиком через лес, а отыскали дорогу. Я брела следом за Енохом, и думала обо всём и и ни о чём одновременно. — Миллард принесёт карту города. Если мы выясним, в каком районе была убита первая жертва.. — Найдём приблизительное место, где тварь провёл пустоту в настоящее. — Да! Видишь, вы можем вполне хорошо понимать друг друга, — я даже улыбнулась. Он медленно, с жестоким горящим взглядом, обернулся, и я поняла, что все его шипы уже готовы вонзиться в меня. — Это важно для тебя?! — от злости его даже тряхнуло. Да что с ним не так? — Что для меня важно? — у меня не было сил ругаться. — Ты со всеми хочешь иметь хорошие отношения? — Да. Зачем он задал мне этот вопрос?.. Кажется, я понимаю в чем дело. — Раз ты поверил, что я не шпионка, — Енох нахмурился ещё сильнее, —.. надеюсь, что ты поверил, — выделила строгим голосом, — то послушай.. Я даже не надеялась на то, что всего лишь мои слова побудят его доверять мне. Доверять тому, что я говорю и делаю, как я себя веду и реагирую на какие-либо действия.. Я просто.. может быть, если мы поговорим, то все-таки станем более положительно и терпеливо относиться друг к другу. — Несколько дней назад я выглядела.. слабовольной и жалкой, и ты не думал, что я начну меняться. Енох начал прятать глаза. — Все почти автоматически меня приняли, и ты считал, что ради личной выгоды я продолжу вести себя похожим образом. Я понимаю, почему ты решил, что я что-то скрываю. Ведь то, что ты видел тогда и что есть на самом деле, не совпадает. Тебе не остановить эти подозрения, а я даже не буду пытаться себя как-то оправдать. — Енох встал ко мне полубоком и перестал скрещивать на груди руки, — А сейчас я скажу то, во что ты никогда не поверишь. У меня же тоже есть о тебе первое впечатление, поэтому, если бы я на минуту стала тобой.. — Давай ближе к делу. — .. Я бы себе не поверила. Я думаю, мы с тобой чем-то похожи. Между нами есть какая-то интеллектуальная общность.. О'Коннор развернулся ко мне с таким выражением лица, как будто не мог решить разозлиться ли ему, рассмеяться или заплакать. — Нет. — Да. Иначе бы ты потерял ко мне интерес, а ты.. — кажется, все, что я наговорила сейчас, напугало Еноха, —.. не потерял. Тебе нравится, что мы спорим, петушимся друг на друга.. тебя волнует тот факт, что наши мнения немного сходятся. Похожий поток мышления. — Это не значит, что я тебе поверю. — Да. Конечно. Ладно, — я пожала плечами, — Но ты не отрицаешь, что мы похожи? Парень снова закатил глаза и размашистыми шагами пошёл вперёд. Я немного постояла, глупо и хитро себе улыбаясь, и стала догонять. Кажется, благодаря моим словам, он станет подозревать меня во всяких плохих намерениях с новой силой.. — Вот ты хоть и мерзавец, но тебе идет. — Да? — мы опять встали друг перед другом, как будто это схватка двух ковбоев. — А тебе было лучше, когда ты была застенчивой, податливой, впечатлительной и какой-то по-глупому красивой и очаровательной. Я согласна со всем, что он сказал. Мне хотелось это услышать. Енох потрясенно вглядывался в мое лицо, немного изогнутые в улыбке губы. У него не было льда в глазах.. только непонимание. — Ладно, Енох.. Прости, у меня развязался язык. Он промолчал. До особняка оставалось дойти шагов сорок. Мы шли в тишине, перед калиткой О'Коннор пропустил меня вперед. Я обернулась как раз в тот момент, когда он собирался что-то сказать. — Ты права, — он легонько кивнул мне. — И я прав. Мы можем друг друга понять. Он хочет сказать, мы можем иметь хорошие отношения? Енох хмуро смотрел на дом. Я спугну его, если заявлю, что прямо сейчас он почти мне поверил.. почти согласен с тем, что в будущем мы сможем хорошо относиться друг к другу. Сможем, если пойдём ради этого на некоторые компромиссы. Он поймал мой взгляд. Я кивнула ему и пошла к входной двери.

***

Мы вошли в дом, и сразу услышали два спорящих голоса. Первый принадлежал незнакомой девушке, а второй Милларду. Енох положил куклу на пол под вешалку для одежды и, держась за стены, пошел в сторону лестницы. Когда О'Коннор исчез за поворотом, я наконец оторвала ноги от пола и на носочках побежала за ним. Дверь в столовую была приоткрыта. Енох схватил меня за обе руки и поставил около себя. Отлично, мы будем подслушивать. — Где ты был? — Я не обязан разглашать тебе информацию о том, где я находился. — Все твои шпионы — друзья околачивались рядом с Залом Соглашений. Где был ты? — Я не обязан разглашать.. — Ты был в зале. — У тебя нет доказательств. — Да. У меня их нет. И я даже не стану докладывать вашей дорогой Мисс Сапсан, что её золотые дети ослушались приказа, вышли за пределы своей петли и проникли в Зал, чтобы подслушать не предназначенную для них информацию. Я сообщу мисс Кукушке и остальным старшим имбринам, что мисс Сапсан специально послала вас. Хотите снова погеройствовать? Теперь из-за вас начнётся игра в сломанный телефон! — Шантажистка! Откуда ты знаешь, что произошло? Я согласна с невидимкой. Мне не нравилось то, каким приказным тоном незнакомка общается с Миллардом. Что ей известно о произошедшем? Кто ей рассказал? — Мне доверяют подобную информацию. — Я не позволю тебе подставить мисс Сапсан. Когда Миллард хотел, его голос мог быть не только убедительным и твердым, но и угрожающим. Енох внимательно слушал. От него исходил такой холод, даже просто стоять рядом было неуютно. Наверное, он знает эту девушку. Что-то мне подсказывает, О'Коннор ей совершенно не рад. — Это вы её подставляете. Тут Енох снова дёрнул меня за руку и потащил к проходу. Послышался еще один звук от резко отворённой двери. Оказавшись в столовой, щурясь от внезапного света, я разглядывала, как из кухни в комнату проходят странные дети. Хью, Оливия и Бронвин с Клэр на руках встали полукругом около левого края обеденного стола. Миллард и незнакомая девушка стояли в центре комнаты. Пчелы Хью напряжённо жужжали над нашими головами. — Подслушивать нехорошо, — девушка изогнула губы в неприятной улыбке. Сама она была довольно хорошенькой.. Красивая фигура, карие глаза, блестящие светлые волосы, заплетённые в хвост, но в целом её лицо.. было слишком симметричным. Как маска. Сознание распознало в этом лице неестественность, и по телу побежали тревожные импульсы. — А распускать слухи хорошо? — Енох вышел вперед. — Что ты ту снова решила устроить, Эмбер?! Эмбер безмятежно улыбнулась. — А я ведь заметила, что тебя с остальными нет, О'Коннор, — она почти вплотную подошла к нему. — Хочешь знать, что я здесь делаю. Ибрины послали меня сюда, чтобы присмотреть за вами. Я видела, что вся ваша гвардия вертится около здания Правительства, и мне было приказано, согнать вас в вашу петлю. Вам было велено не выходить за её пределы. И если я своими глазами видела их, — она ткнула пальцем в сторону Хью, Бронвин, Оливии и Клэр, — а еще ваших дорогих Эмму, Джейка и девчонку с крыльями, то где же был Наллингс и ты? Миллард придвинулся ко мне. Ребята на другой половине комнаты стояли с тревожными лицами. Не хотят, что Эмбер меня приметила? Девушка замерла, когда её взгляд упал на меня. Черты лица Эмбер заострились, и она положила одну из рук на бок. Встала в позицию. — Новые лица! Надо же, мисс Сапсан даже имя твоё никому не назвала. К чему такая секретность! — я ощущала себя так, как будто разговариваю с какой-то далёкой родственницей, которой не нравится моя семья, и она хочет узнать, такая же ли я, как они. — Как тебя зовут? Мне показалось, что все, кто были в комнате, сдвинулись в мою сторону. Чувства между "родственницей" и "семьей" взаимные. Похоже, что в этой ситуации я — ребенок, который не знает, из-за чего взрослые поссорились. Он не понимает, как ему себя вести. Только я не ребенок. Я на пороге совершеннолетия, и у меня довольно чувствительная интуиция. Я сразу поняла, что буду на стороне своей семьи. Я чувствовала, что она лишь подстраивает в своем голосе и лице дружелюбие. — Лора. Лора Копперфильд. — Меня зовут Эмбер Пилант. Приятно познакомиться, — она не разрывала со мной зрительный контакт. — И ты, Лора, весь день была в доме вместе с Енохом? Я бросила взгляд на Милларда, но тут же вспомнила и захотела ударить себя по лицу. Енох стоял ко мне спиной. Не на кого было бросать взгляд беспомощности. Хотя.. всё ясно. Миллард ходил за картой, ребята пытались выяснить что-то о жертвах, я и Енох вышли в настоящее, чтобы позвонить в Лондон! И все это в тайне от мисс Сапсан. И все это в тайне от всех. — Мы были в доме. Я не умею убедительно врать. Эмбер не изменилась в лице, поэтому.. наверное, ответ не вызвал у нее подозрений. — Почему вы не пошли со всеми? Или вызвал. Я снова бросила взгляд надежды на Еноха, который все еще немного загораживал меня от Эмбер. — Из-за Горация, — даже слишком твёрным голосом сказал О'Коннор. Это крутое алиби! Меня беспокоил и раздражал этот допрос. Мы не обязаны ей отчитываться! Но.. это могло отвлечь её от доноса на нас имбринам. Видимо, она выяснила мало информации, но Енох что-то сказал про слухи.. — Что с Горацием? Алиби сработает только в том случае, если Эмбер не придёт в голову отправиться сейчас к Горацию. Её вообще нельзя к нему пускать! Горация нельзя тревожить! — Вы думаете, что все знаете обо мне, — она оглянулась назад, чтобы бросить на каждого из ребят взгляд свысока. — Значит, кто-то из вас, — Эмбер снова стала прожигать в моей голове дыру, — тот, кто умнее других, — её взгляд опустился на мои ноги, — или даже тот, кто боится меня сильнее остальных, уже понял, что я добьюсь своего. Кем она себя возомнила!? Я поняла, что в этом месте имбрины — власть. Они матриархи странного мира. И раз уж мы влезли в запретные дела, то только имбрины могут разобраться с нами. Эмбер прошла мимо меня и скрылась за дверью. — Куда это ты?! — хриплым голосом окликнул её Миллард. Он пошел за ней, а за ним все начали двигаться к выходу. Я тоже пошла. У меня было плохое предчувствие. Перед порогом я обернулась на скрип кухонной двери. В столовую вышла мрачная Корделия. Она подняла голову и, заметив меня, немного посветлела в лице. Тем временем около лестницы уже разворачивалась новая сцена. Мы с Корделией, ничего друг другу не сказав, быстро нашли остальных. — Мисс Сапсан всем запретила его тревожить. Миллард стоял на первой ступени лестницы, а Эмбер на небольшой площадке между этажами. Теперь она действительно смотрела на всех свысока. Боже, Эмбер шла к Горацию! Её нужно остановить! Он может сказать, что не видел меня и Еноха... Гораций не знает, куда все разбежались утром, оставив его одного, но даже так.. им нельзя видеться! Гораций. Он же не будет ей рад.. или будет? Я поставила ногу на первую ступеньку, но сказать Эмбер ничего не могла. Слова невидимки на странную не подействовали. Она стала подниматься дальше. — Остановись! Он не хочет тебя видеть! Кажется, все это время Миллард был очень зол на Эмбер. Она игнорировала его. — Как так можно! — он резко, цепляясь рукой за перила, начал подниматься за ней. — Он ничего не скажет тебе! Я пошла за ним. Внизу тоже началось движение, ругался Хью и еще более некультурно ругался Енох. — Скажет! — Эмбер резко развернулась. Жуткая улыбка растянулась на все её лицо. Она перевела взгляд с невидимки на меня. Наверное, подумала, что я тут забыла.. — Нет. На этот раз голос Милларда меня даже напугал. Эмбер снова улыбнулась. Неестественно. Но неестественная улыбка подходила к неестественному лицу. Она спустилась на пару ступенек, и встала почти вплотную к Милларду. — Он скажет мне, — прошептала она, наклонившись к его плечу. — Невидимка, ты тут самый умный или больше всех боишься? Я её услышала, потому что стояла на две ступеньки ниже. Эмбер смотрела в мои глаза, когда отстранялась от парня. Миллард замер. Эмбер продолжила подниматься. Я пару секунд смотрела ей в спину. За это время Миллард успел спуститься на первый этаж. Толпа детей перед ним расступилась, они что-то начали ему говорить.. Корделия пошла за ним, но невидимка начал стаскивать с себя одежду. — Мне нужно исчезнуть. Вот что я каким-то невозможным образом услышала в шумном говоре странных детей, или просто.. подумала, что он это скажет. Я кинулась вверх по лестнице. Эмбер не далеко ушла. Она зачем-то поднялась на второй этаж. Не знает, где комната Горация? Да, так и есть. Она открыла дверь в комнату Клэр. Наши взгляды столкнулись. Она подошла ко мне. — Ты же меня проводишь? Я могла оставить её здесь, ничего не говорить.. Но тогда она найдёт кого-то другого. Я кивнула и вернулась вместе с ней к лестнице. Мы пришли к его комнате. Во мне снова вскипели злость и недовольство. Я её привела, но я не хочу! Просто не хочу, чтобы она его видела! О чем они будут говорить? Я накрыла ладонью ручку двери в мою комнату. Между нашими спальнями не такие уж и внушительные стены. Я могу их услышать.. Эмбер, не стучась, вошла в чужую комнату. Это невежливо! Широко распахнув глаза, я вбежала в свою спальню. Как так! Почему? Гораций мог спать..или мог быть не в подходящем виде.. Может быть, она сейчас выйдет. Я прислушалась, но никаких звуков не было. Звуки?! Я не должна подслушивать! Я стиснула в руке ключ до боли, и это действительно помогло мне перестать прислушиваться к звукам в соседней комнате. А еще можно мысленно твердить себе громкое «нельзя», как непослушному псу, или просто заткнуть уши, или так и стоять, придумывая еще более глупые варианты. Ли ж бы ничего не слышать. Я заперла комнату и кинула ключ в ящик стола, устраивая себе добровольное заключение. Думать я тоже себе запретила. Думать о всем, что со мной случилось сегодня.. Пока я переодевалась в пижамные шорты и большую чёрную толстовку (иногда её носил Томас), в голове у меня все-таки установилась тишина, но я не пыталась подслушать хоть что-то, был лишь звук моего дыхания и больше ничего. На улице пошёл дождь. Я приоткрыла окно, и на подоконник упало несколько маленьких ледяных градинок. Наверное, Эмбер успела испортить настроение даже Юстэсу. Я вытянулась на кровати, полежала пару минут с закрытыми глазами и достала из-под подушки книгу. Останусь в комнате до ночи, буду читать сказки, а потом… выбегу в лес и лягу в ледяной ручей. Найти бы дорогу в темноте.. Покрывало под моей рукой намокло. Кажется, крыша потекла или.. стоило мне посмотреть на свою руку, прошли опасения на счёт сырого потолка. По ладони бегал серый невесомый туман, словно сочился из пор и сразу же прятался от моего неприветливого взгляда. Как что-то живое и маленькое, он боялся того, в ком больше и силы, и роста, и злобы. Но я тоже напугана. Даже поверив в свою странность, я не могла понять, что она не причинит мне зла, что она одно целое со мной. Меня окружили воспоминания о пугающих образах, которые я создавала. Это были мои внутренние демоны — мои страхи и сомнения, которые я не могла перебороть. Теперь, когда я узнала, сколько вокруг потерянных кусочков моей жизни, которые все ещё можно собрать и соединить воедино, я могу.. мне по силам понять. Моя странность должна помочь мне во всем разобраться. Пора прояснить тайны и дать страхам отпор. Из стены капала вода на покрывало. Я приложила руку рядом, и поток стал быстрее. Туман проходил в стену и просачивался обратно холодной водой. Это было похоже на пробоину в корпусе лодки. Все это время я старалась держать в мыслях тот ручей, и вспоминала свои ощущения. Он действительно очень холодный. Ноги в тот день у меня замёрзли. Но это только небольшая часть процесса осознания, помещенная в слова в моем внутреннем диалоге с самой собой. Как и все люди я с детства что-то знала о воде, о её влаге и холоде, погружалась в нее и ощущала, что она обволакивала меня собой. Но в словесном определении это знание не уместить. Я отвлеклась на эти мысли, и перестала испытывать даже ощущения холода от воды. Хотя это не вода вовсе, а иллюзия. Теперь это было просто нечто, стремящееся заполнить собой комнату. Без температуры, консистенции и свойств. Все оставалось сухим, не меняло свой цвет, поэтому даже уловить, сколько вокруг воды, было невозможно. Но она все еще текла, вырываясь из стены. И это все делала я. Это моя иллюзия, и от меня зависит, какая она. Когда я захотела проучить Еноха, иллюзия обманула его мозг. Однажды я побывала на благотворительной ярмарке в Грин парке. Мне захотелось пострелять в тире. Возможно, я даже рассчитывала получить игрушку. Мне было весело, а Томас никогда, даже в возрасте, когда мальчики бегают по округе с пластиковыми пистолетами и автоматами, не брал в руки оружие. Его матери оно тоже ненавистно. Я попала по трём алюминиевым банкам и, долго прицеливаясь, попала по стеклянной. Дробь разбила её. Я испытывала азарт от попаданий, поэтому перезвон стекла привёл меня в восторг. В тот день я вспомнила именно этот момент и этот звук, чтобы доказать, что могу постоять за себя. Вода перестала идти и исчезла. Я легла, взяла книгу и принялась читать сказки.

***

Кто-то постучался и, не дожидаясь ответа, потянул за ручку, как будто пришёл со срочной новостью. Я поплелась открывать, голова немного болела, а ноги гудели. — Лора! — Корделия улыбнулась. На все вокруг наложились мрачные тени, а её улыбка была вычурно яркой. Но она определённо устала. Лемар вошла, волоча крылья за собой и села прямо на пол в центре комнаты. — Так пусто. Все сидят в своих комнатах. Я вновь завалилась на кровать. — Прости. Ты устала, а я тебя снова тереблю, — Делия посмотрела мне в глаза. — Мне хотелось убедиться, что ты в порядке. — Я вроде бы в порядке. — А вроде бы и нет. — Да. — Тогда я не стану выпытывать из тебя что-либо, а просто покормлю и отмою, — она подошла ко мне и протянула руку. — Посмотри! У тебя все колени в ссадинах! Мне приказали идти в ванную комнату. В кране тут была только холодная вода. Но этому дому столько лет, сама система водопровода и канализация — настоящий подарок. Корделия вскипятила сразу три чайника воды, и мы добились того, что вода в ванне стала комфортной температуры. — У нас на улице есть вполне приличный душ, но там идет дождь. Ты меня не стесняешься? — Делия проследила взглядом траекторию падения толстовки, которую я скинула с себя на лавку. — Не знаю. Нет. — Я тоже не знаю стесняться мне или нет. Сначала я неловко неопределённо посмеялась, дернув плечами, но следом все же прорвались настоящие весёлые смешки и какие-то выдохи облегчения. Корделия, немного согнувшись, смеялась над тем, что мы обе покраснели. Какой же она добрый человек. Я хотела стать её другом. Клятвенным и верным. Я разделась и залезла в ванну. Мои повреждённые коленки защипало, а мышцы получили долгожданное расслабление. — Человеку нужно три дня на адаптацию, — Корделия вылила мне немного шампуня на ладонь. — Мне было бы этого достаточно, если бы эти дни были спокойными, — я стала мылить голову, и пена полетела во все стороны. — Я требую бонус. — Скоро тебе будет нужен не бонус, а отдых от все нас, — девушка сдула пену с руки. Она, улыбаясь, ждала, что я поймаю её шутливый взгляд. — Нееет, — протянула я. — Даа, — она ловко и быстро изогнулась над ванной и надавила мне на плечо и голову руками, чтобы я ушла под воду. — Да, да, да.. В воде было приятно и тепло. Я погрузилась почти на минуту и вынырнула только тогда, когда загорели лёгкие. Прохладный воздух обжог. Корделии не было рядом. Я свесила голову за бортик, прислушалась и попыталась посмотреть за старинную ширму, которая скрывала меня от посторонних глаз. Корделии не было в комнате. Захотелось поскорее выйти из воды и одеться. Но я не успела, в комнату зашёл человек. Мысли о том, что мне делать, снова были глупыми. Я почти уже нырнула обратно в пену и воду, когда зашедший подал голос. — Это я. Фиона вернулась, так что мы теперь ужинаем втроём, — тень крылатой девушки промелькнула за ширмой, хлопнули дверцы шкафчиков над раковиной. — Давай поедим у тебя в комнате? — Конечно, — я снова попыталась расслабиться, вытягия поджатые ноги. Корделия поставила на пол около ванны зажженную свечу.. Из-за пропажи странной я бы переполошилась сильнее, если бы днем из меня не вышло так много эмоций. Но даже так я еще долго не смогу погасить внутри ноющую тревогу. — Наверное, тебе любопытно узнать, почему Эмбер объявилась здесь. Конечно — да. Она появилась из ниоткуда, стала командовать и запугивать. У нее точно не может быть здесь друзей. Не может.. — Я знакома с ней дольше всех. Сначала мне показалось, что она из петли мисс Иволги и мисс Дрозд.. из петли для трудных детей, — Делия поджала голову к плечам. — В первые дни она выглядела не очень дружелюбной. Оказалось, Эмбер из петли мисс Глассбил. Твари вырезали этой имбрине вторую душу, она уже пришла в себя, но не готова вновь взять всех своих детей под опеку. В такой ситуации, без собственного дома и без имбрины, оказалось довольно много детей. Мы все жили в доме Майрона Бентама. Спали в одной большой комнате. Днем выполняли разную работу, а в свободные часы общались и играли. Мы все были вместе, поэтому нельзя было избежать появления дедовщины между старшими и младшими. Но все дети старались помочь друг другу, ведь.. многие из них потеряли близких, над кем-то издевались твари, кто-то просто переживал за свою дальнейшую судьбу.. Эмбер быстро и незаметно пробилась в первые ряды. Сначала она всех подбадривала и утешала, делала хорошие вещи, чтобы получить признание среди детей. Прошло немного времени, и она дождалась момента, когда каждый готов был броситься ей на помощь. В том числе и я. Вот тогда Эмбер и стала нами управлять: брала на себя много работы, но выполнять её поручала другим детям, докладывала имбринам, что кто-то весь день бездельничает или нарушает правила. Она сама придумывала наказания, распускала сплетни и присваивала себе чужие заслуги. Эмбер пользовалась тем, что имбримы заметили все эти "старания" и назначили её главной. — Чтобы получить что-то, она шантажировала детей? — Еще как! У имбрин не хватало времени на справедливый суд и хоть какие-то разбирательства. Тех, кто якобы провинился, отдавали в её руки. Боже, она просто ужасная! — Тебе тоже доставалось? — Да. Но знаешь.. произошёл один случай, который изменил мою жизнь. Эмбер приняла в этом участие. Она издевалась над нашими лунными братом и сестрой. Юстэс и Беллами никогда не разлучались: везде ходили вместе, за столом сидели рядом, даже спали в одной кровати. Особенно Эмбер цеплялась к сестре. Юстэс заступился за нее. Он ничего не сделал плохого, просто как-то хитроумно поставил её на место. Эмбер прямо на глазах стала настоящей фурией, она приказала вынести койку Юстэса на улицу, и самого его тоже вытолкать во двор. Я встала перед ней. Тогда она дала мне выбор: я могла либо позволить ей разобраться с мальчиком, и она не тронет меня, либо я понесу наказание за него, а Юстэс будет в безопасности. К тому моменту у меня полностью открылись глаза. Она отравляла всем жизнь! Я выбрала наказание. Мне не пришлось спать на улице. Она дала мне швабру и тряпку и сказала, что я каждую ночь до конца недели должна буду мыть полы на каждом этаже. В ту ночь я впервые поговорила кое с кем.. Корделия нежно улыбнулась. Эта крылатая девушка меня поразила. Вся эта история была рассказана без злобы и ненависти к Эмбер. Зло ударило по ней и наверняка сбило внутри какие-то важные и чувствительные настройки, но у нее есть сила или даже сама основа её духа, которая не позволила разуму зациклиться.. думать о мести, думать об ответном зле, ненавидеть, снова и снова страдать... Да. Это вовсе не тот случай, когда, например, человека сажают в тюрьму за преступление, которое он не совершил. Но! Сколько еще низких поступков Эмбер сотворила! Мучила кого-то день за днем. Вредила тебе и твоим друзьям. За это можно ненавидеть. Можно желать человеку всего плохого. Можно снова и снова выпускать из своей раны кровь. Не позволять себе забыть плохое. Не принять этот опыт, а превратить его в свои кандалы. — С кем ты поговорила? — С Миллардом. — Делия! — я приложила руки к щекам и посмотрела на нее округленными глазами. — Ты хочешь об этом рассказать? То есть, прости, ты не обязана говорить мне.. — Ты уже что-то поняла, — она засмеялась, — ладно, конечно я расскажу. — Если ты не хочешь.. — Я очень хочу рассказать тебе! — Делия на эмоциях вскочила на ноги. — Так вот, я видела его раньше. Всем детям некоторое время пришлось жить вместе, пока их имбрины искали подходящие места для новых петель. Мы ни разу не общались. Я знала только его имя. Все знали имена детей мисс Сапсан. Потом они ушли в настоящее к Джейкобу, вернулись вместе с ним и занялись восстановлением дома в Элстоне. Никто из них не появлялся в Дьявольском Акре почти четыре месяца. В общем, я удивилась, когда со мной заговорили стены. Это был он. Миллард тоже удивился — я мыла полы ночью. Я не хотела ему говорить, почему этим занимаюсь. — Черт! Эмбер просто монстр! Ты и Юстэс не заслужили это наказание. Она вообще не имела права вас.. — Стой, стой.. Я понимаю. Да. Чтобы иметь над нами власть, она всех запугала. Я дала ей себя запугать. Приняла это наказание на свой счет и думала, что обязана его выполнить. Я просто растеряла всё свое достоинство. Мне не хотелось, чтобы Миллард понял, что я.. слабохарактерная. Пришлось сказать, что я по своей воле полы каждую ночь намываю. — Но потом ты ему сказала правду? — Да. Миллард мне помогал, носил ведра, отмывал всё вместе со мной. Он мог не приходить, но ночь за ночью появлялся. Мы много разговаривали. Он рассказывал, чем они занимаются в своем доме, какие интересные вещи находят, как много ссорятся, — она с улыбкой зажгла еще одну круглую свечку. — Просил дать ему советы.. После уборки он отводил меня в одну красивую петлю, открытую на ночь. Мы смотрела на звёздное небо и на море, в котором отражалась полная луна. К концу недели Миллард сам заговорил со мной о Эмбер. Сказал, что имбрины готовы забрать в петли несколько детей. Мисс Кукушка рекомендует мисс Сапсан предложить Эмбер присоединится к её детям. Я не выдержала. Рассказала о том, как она оказалась для имбрин в первых рядах. Я предупредила его, что Эмбер способна на жестокость. В ней есть зло, и она умеет манипулировать людьми. Миллиард не мог мне поверить. Он должен был сам убедиться в её нечистоте. На следующий день он нашел меня днем, и сказал, что будет следить за Эмбер. Скорее всего так и было. Через пару дней мисс Сапсан пришла ко мне. Она предложила мне жить в её детском доме. — Подожди.. я в шоке. — Почему? — Это романтично! Миллард попросил Мисс Сапсан присмотреться к тебе. Он не хотел разлучаться. От радости я чуть ли не стала бить по воде руками. — Я не могу быть скромной! Конечно это было романтично! И справедливо! — И справедливо, — повторила я. — А еще это это не конец. Эмбер просто взорвалась, когда узнала про меня. А через неделю мисс Сапсан забрала брата и сестру. Мы втроём зажили совершенно по-новому. Каждый раз, когда я появлялась в Панпетликуме, Эмбер готова была вцепиться в мою шею. А сейчас дела такие: она добилась доверия мисс Кукушки, мисс Черный Дрозд и даже мисс Шиллоклювки, некоторых других имбрин. Они позволяют ей ходить на совещания, первой узнавать все новости, отдавать собственные приказы странным людям. Имбрины даже советуются с ней! Эмбер одно время старалась контролировать каждый шаг Джейка, Эммы, Милларда и Горация. — Что ей нужно от Горация? — Они общаются.. — я не успела отвести взгляд, она успела прочитать в нем все мое плохо скрываемое волнение и потрясение. — Мы ходили в Панпетликум, чтобы помогать мисс Сапсан, выполнять её поручения и работать в министерствах. Миллард сразу отшил Эмбер, а Гораций не мог так быстро.. — она растерянно поморгала, — .. оборвать их знакомство. Джентльмен же.. Неужели они действительно дружат? — Но он о ней знает? — Да. Даже зная, он продолжает с ней общаться? — У тебя такое сложное лицо. Она здесь точно не из-за него. Наверное.. — Тогда зачем? — В Совете имбрин сейчас что-то происходит. Джейкоб думает, что старшие имбрины теряют к мисс Сапсан доверие. Её старшие братья всё-таки натворили много ужасных дел.. Я думаю, Эмбер может прямо сейчас искать на Птицу любой компромат. — Они думают, мисс Сапсан скрывает что-то от Совета? — Или мисс Сапсан подошла слишком близко к тому, что Совет имбрин хотел бы от нее скрыть,— Корделия понизила голос. — Знаешь, как говорят какие-нибудь трехсотлетние странники — коробейники: "Странный мир — мир тайн". В нем спрятано много не только удивительных, но и опасных вещей. Мы тут постоянно контактируем со Временем, а это значит, что хотя бы одна тайна из абсолютного множества тайн откроет тебе проход в другую вселенную. Я не сводила взгляда с маленького рыжего огонька на полу, который отбрасывал тёплую и мягкую тень Корделию. Она с беспокойством смотрела на меня. — Ну?.. Что с тобой? — Я не успеваю за всем, что здесь происходит. — Ты не любишь плыть просто по течению? — Делия встала и подняла над моей головой кувшин с водой, чтобы смыть остатки шампуня с волос. — Нет, я люблю нырять, — сверху полилась тёплая вода, — .. и исследовать дно. Корделия вернула кувшин на скамейку. — Можно, я дам тебе совет? — спросила девушка. Я кивнула. — Если ты будешь обращать внимание на каждую мелочь, тебе ни на что не хватит времени. Я вздохнула. Да. Это абсолютно так.

Илинг.

Двадцать шестое июля. И в этот день погода не радовала. Дождь накрапывает снова, но Томас находится в доме. Он все еще слышит этот звук, вибрацию в ухе. "Входящий вызов" Том заболел синдромом фантомного звонка. Его мать уехала в Брент пару часов назад. Томасу казалось, она была в его комнате. Оставила след от тонких шпилек на старом линолеуме около комода, стёрла немного пыль с красной ленты за победу в конкурсе естественнонаучных проектов. И был её запах, который изо всех сил не хотелось принимать за враждебный. Она оставила ему денег, значит уехала на пару дней… Отчима не было тоже. Скорее всего на ночь он останется в подвале очередного притона, поэтому Том завёл Джесси в дом. Потом запер все окна и двери, задвинул шторы, погасил свет. Хотел даже снять со стены старый стационарный телефон, перерезать белый провод. Парень снял трубку с базы и встретил ухом отдалённый шум. Через несколько минут неясный гул начал сливаться с мыслями в одно целое. Молли стояла в распахнутой мужской рубашке и спортивном бюстгальтере под ней. От влажности немного завивались её блондинистые волосы. И одно лишь случайное касание плечами, когда он встал рядом, отозвалось в нем чужим чувством. Атрофия почти всего мозга. А нужен он пьяному человеку? Приятная тяжесть ощутилась в его ногах, и по солнечному сплетению разлилось тепло. Томас давно не был в толпе. И он внутри потеплел еще больше, зная, что получит это. Это было похоже на непроизвольное искушение. У него есть возможность почувствовать себя лучше, временно заполнить пустоту в груди. Усыпить чувство тревоги. Из-за так легко выпавшего шанса кололась каждая клеточка тела, и просыпалась настоящая зависимость. Зависимость от чужих эмоций. Поэтому почти с эйфорическим удовольствием он обошёл с Молли весь дом, заполненный выпивающими подростками. Алкоголь лился рекой, но парню не нужно было много пить, чтобы в пьяном экстазе вместе со всеми выкрикивать слова песни из "Король лев" или сыграть в Уно. Волна приятного расслабления накрыла все органы чувств. Не нужны ведь даже сигареты… Лет в тринадцать, как только он чуть лучше осознал то, что ему невыносимо находиться в толпе долго, но и без людей рядом тоже тяжело, пришло это сравнение с никотином. Проходит всего лишь семь секунд, никотин поступает в головной мозг и тут же вызывает приятные ощущения. Но когда его концентрация начинает падать, через тридцать минут после затяжки, происходит постепенное угнетение организма. То, чего ты так хотел избежать, с новой силой атакует тебя. Стресс, тревога, страх и опустошение. Тебе становится еще хуже, чем было. Если не перебороть себя, и своими руками доломать внутренний стержень, то у тебя не останется ничего, кроме никотиновой зависимости. Без этого вещества твой организм откажется нормально работать, сотрутся все положительные эмоции. Они просто не смогут пробиться наружу. И сейчас, закрывшись в задымленном туалете, Томас перебирал в голове все, что знал о вреде курения. Это значило, что он пытался вернуть себя в свое тело. Ощущения внутри изменились уже минут двадцать назад, но его все еще тянуло говорить с людьми, знакомиться и впускать в себя их эмоции. В толпе танцующих людей у Тома сбилось с ритма сердце. Это был не экстаз, не алкоголь и не утомление от движений. В грудь себя бил сам Томас. Он хотел достучаться, пробиться в свою голову, чтобы взять все под контроль. Это нужно было закончить! Медленно возвращалось прежнее восприятие. Он наконец начал обращать внимание на сладковатый терпко-тошнотворный запах, которым пропитался каждый закуток дома. От его одежды тоже сильно пахло, неужели он.. На ресницах, как искры, дрожали слезы. Стало и гневно, и больно, и страшно. Он довёл себя! Снова! Тому было противно смотреть на отражение в зеркале. Он оставил Джесси на улице! Привязал на заднем крыльце и даже не задумался о том, что пьяные подростки все это время могут издеваться на ней. Какой же он ужасный! Вина и стыд вызвали злость. Он злился на себя. Очень сильно. Не получалось выпрямить спину, сдержать дрожь и сойти с места. Томас хладнокровно вспоминал удары сожителя матери, и хотел теперь, чтобы физическая боль снова пронзила тело. Отрезвила. Стала наказанием. Он пытался успокоить, но ничего не выходило. Он чувствовал в себе уродство. Он закрывал и открывал глаза, но все оставалось таким же безумным и черным. Он больше так не мог.. Что это? Что с ним происходит!? Что ему делать? Дать толпе разорвать свою душу, или сделать это самому? Томас прижался спиной к ванне и зажал руками рот и нос. Воздуха много не было. И не было предостережения от своего "Я", что так делать нельзя. По венам и артериям поднималось что-то, опутывало тело, как паутина. Еще через несколько секунд, когда паутина достигла горла, наступила тишина. Темнота густела перед глазами. Тишина и пустота. Томас опустил руки. Опустил с лица. Задышал. Поднялся на ноги и, шатаясь, вышел в зал. Купол тишины все ещё скрывал его от людей. Все веселились, танцевали полуголые и проливали друг на друга алкоголь. Томас знал, что они испытывают, но их эмоции не могли впитаться в него. Они скользили мимо. Том чувствовал границы. Медленно пробираясь к выходу, он наконец увидел, каким все было отвратительным. Груда бессознательных тел лежала около диванов, кто-то был усыпан осколками люстры с потолка или покрыт рвотой. Студенты из колледжей спаивали подростков, а невменяемые парни домогались девушек. Все пропиталось тошнотворным запахом горящей травы. Почти на выходе его стали окликать. Молли, приближаясь, звала его. В тот же момент со стороны лестницы ему махал Ролли — красивый черноволосый брат Сары. Это в его доме проходила вечеринка, но сам парень был рад этому меньше, чем его сестра — близнец. Не так давно Томас разговаривал и танцевал с ним, чувствуя, что сильно понравился "королю" всей вечеринки. Красивый, эстетичный и высокий, с голубыми глазами и перламутровой кожей — Ролли влюблял себя девушек его школы. Но девушки Ролли не привлекали. Иначе бы он не попытался залезть Тому под рубашку, да и вообще получить согласие, чтобы уединиться наверху. У Молли в течение всей ночи были похожие планы. Сейчас и девушка и парень, не подозревая друг о друге, трагикомично шли к объекту своей симпатии. Да уж.. Эта ситуация льстила Тому. Он едва ли понимал, что делает, когда проявлял взаимные знаки внимания. Короткое удовольствие собой было лишь клочками тумана, который наконец полностью рассеялся. Теперь, смотря в затуманенные лица, ему становилось паршиво. Он сбежал, пока Ролли и Молли растерянно смотрели друг на друга, застыв на месте в паре шагов от него. На заднем дворе почти никого не было. Джесси увидела его и побежала, натянув поводок, который Том привязал к забору. Руки дрожали, когда он отвязывал её. Том думал о том, как плохо с ней поступил. Поэтому он не понимал, почему Джесси ведёт себя так.. по-собачьи. Машет хвостом и радуется, что хозяин пришёл. За эти пять лет в его глазах она преобразилась в настоящего человека. Джесси и Лора — это его семья. Они его любят, они не хотят, чтобы он разрушил себя. Но он их подводит. Вскоре встанет солнце. Томас шёл к своему дому и чувствовал, что под ногами растет какой-то бездонный колодец. Джесси с беспокойством тянула за поводок, когда он замедлялся, переходя дорогу. Что ж, добро пожаловать в эмоциональное выгорание. Том смотрел на ножи, прикреплённые к магнитной доске, и старался подавить в себе все чувства разом. Тогда он не представлял, что всё-таки придёт к своему дому, не попав под машину, и его старенький сосед — бывший коронер —расскажет ему о теле девушки, которую он знал. Слышал о ней совсем недавно... Молли рассказала ему, что Хлоя и её парень были теми, кто затеял эту вечеринку вместе с близнецами Ролли и Сарой. Но парень и девушка поругались у всех на глазах и уехали на машине Мэтью. За эти несколько часов Хлои не стало. С нарастающей тревогой Томас вспоминал тот тёмный силуэт около воды. Это мог быть Мэтью? Том был уверен, что нет. Это мог быть убийца? Или тот, кто причастен к убийству? Да. Это возможно. Томас повесил трубку. В комнате было темно и раздавались тихие скрипы. У Хлои была паранойя. Это серьёзный диагноз, который возник у нее за пару недель до смерти. Она чувствовала приближение гибели... Томас не хотел внушить себе, что ему тоже грозит опасность. Но эмоциональное заражение уже началось. Ему казалось, что кто-то наблюдает за ним. Он поднялся на второй этаж, нашел Джесси, и они вместе закрылись в его комнате. Почему он не рассказал Лоре о том странном человеке? Не хотел доставлять ей еще более сильные переживания... Убийцы действительно возвращаются на места преступлений?