Я хочу уйти красиво... 2: между параллелей.

      Они стояли на берегу озера. Шелестели только листья деревьев, слегка завывающий ветер и поверхность воды, по которой разбегалась рябь от того, что девушка отмывала свои руки.       Прошло меньше недели, а, по ощущениям, словно очередные сто лет. Она сильно поменялась внешне. Себастьян стоял сзади и видел, если не все, то часть изменений. Спина стала крепче и немного шире. Пёрышки на лице и шее распушились от прохладной воды, и щёки покраснели и стали похожи на два наливных яблока, конечно, только там, где можно было ещё увидеть кожу. А сами крылья поникли и практически полностью лежали на земле. Она была спокойной, но явно уставшей.       — Здравствуй, моя леди. — Вера отреагировала на голос сразу. Девушка невольно встрепенулась, подпрыгивая на месте от лёгкого испуга, распрямилась и медленно повернулась.       Внешность волновала демона меньше, чем состояние души. И как Мейрон говорила когда-то: «глаза, не зеркало в души, а двери».       Между ними повисла напряжённая пауза. Никто не решался начать разговор долгую минуту. Они просто смотрели друг другу в глаза, стараясь предугадать мысли и действия друг друга. Но даже отсюда можно было услышать, как она тяжело и медленно дышала в этот момент. Ей было тяжело.       — Как ты себя чувствуешь? — вместо ответа он получил только презрительный взгляд. Она зла. — Ты довольно хорошо справляешься со всеми изменениями. Это достойно восхищения. — нет, она просто в бешенстве. Будь её воля, она бы его точно испепелила на месте. Если бы это, конечно, вообще было возможно. — Я пришёл поговорить. Вот, смотри: я обезоружен. — словно в его случае это был хоть какой-то аргумент. Мейрон только закатила глаза на это.       — Пого… ворить… — первая её эмоция за эти напряжённые пяти минут переглядок. Конечно, не самая лучшая, но это уже что-то… — А разве… ты не всё… уже сказал? — пальцы медленно сжались в кулак, перья на руке распушились. Теперь они больше были похожи на острые лезвия. Тонкие и смертоносные.       В следующее мгновение несколько перьев пролетели у головы демона, со свистом рассекая воздух, и попали в дерево. Они крепко застряли в древесине, а сила удара заставила кору пойти жуткими трещинами. Если бы Себастьян не увернулся, тонкие перья воткнулись бы ему в плечо и в голову, и он бы повторил судьбу этого растения. Испытывать их силу на себе не было никакого желания.       — Поразительная точность. — Себастьян усмехнулся и провел по краю пера. Он оставил на перчатке тонкий порез, а на пальце выступила пара капель крови. Эти перья вполне могли бы сравниться с его начищенным серебром.       — Ты сюда… комплименты пришёл раздавать? — она встряхнула крыльями, и от них полетели в стороны мелкие пёрышки и капли воды. Но даже после этого она не перестала сутулиться. Неужели они настолько тяжёлые?       — Я просто говорю, как есть. Разве я не могу сделать комплимент, если действительно восхищён? — Вера лишь фыркнула на это. Явно не верила ни слову демона.       — Уходи. Я не хочу тебя видеть. — демон кое-что заметил… Как бы Вера сейчас не хотела выглядеть устрашающе, она была скорее… измотанной. Это мелкое нервное подёргивание пальцами, мешки под глазами и вялая походка. По всем признакам она всю неделю полноценно не отдыхала. Может быть, пара часов сна или чуть больше. Если вспомнить её состояние после двух суток без сна в деревне в Германии, удивительно, как она вообще на ногах стояла после такой недели. Связано ли это с её новым телом или только с активными действиями и свежими притоками адреналина?       — А если я не хочу? — темноволосая слегка нагнулась вперёд, словно для рывка, а сама только ещё больше нахмурилась. Пальцы дёрнулись, рука напряглась, а с кончиков соскочило несколько мелких разрядов. Искорки электричества так и засверкали вокруг Мейрон, словно приплясывая в странном танце.       — Тогда ты будешь наслаждаться одиночеством. — количество искорок всё увеличивались в геометрической прогрессии.       Сначала они появлялись по отдельности, а потом начали соединяться вместе, становясь целыми цепочками. Нужно было как-то предотвратить её скорое перемещение. Бегать по всей Великобритании и отлавливать её снова Себастьян не хотел. А именно это могло сейчас произойти, а после потянуть за собой ещё больше последствий. Если её просто схватят, это будет самый простой выход из ситуации. Переключить её внимание или заставить выплеснуть остатки энергии на что-то другое, кроме побега, возможно, будет самым выигрышным вариантом. Вера еле-еле стояла на ногах, навряд ли ей хватит сил уйти куда-то далеко и при этом атаковать.       Похоже, демону придётся решить одну из самых сложных задач. На это даже многие люди не могут решиться.       — Я прошу прощения. — загнать своё эго куда подальше и искренне извиниться. Он говорил эти слова не один раз в мире людей. Но вот сказать это насколько убедительно, чтобы она в действительности поверила ему, было действительно сложным. — Я признаю, что совершил непозволительное. Пошёл на поводу чистого эгоизма и желаний. Я чувствую свою вину за всё, произошедшее с тобой. Мне искренне жаль.       Просить прощение за свой непрофессионализм и извиняться перед близким человеком — это не одно и тоже. В первом случае хватает немного (видимой) покорности. А вот во втором случае приходится придумывать что-то ещё.       Но всё-таки, на один процент, эти слова могли быть и немного циничны. Ведь это могло помочь кое в чём ещё.       Когда человек не отдыхает долгое время и постоянно находится в стрессовой ситуации, он становится подобен оголённому проводу. Стоит его коснуться — и тебя ударит током. И у каждого человека реакция индивидуальна, хотя есть общие черты.       Искорки моментально пропали. Выражение лица переменилось. Все складки от злости разгладились. Глаза округлились и блеснули, короткий шок, а потом снова потухли. На секунду её словно кто-то подменил: до неё доходил смысл сказанного.       — Ты сейчас серьёзно? — в словах нескончаемым потоком лилось чистое отвращение. — Думаешь, я успокоюсь только с того, что ты просто попросишь прощения?! — перья снова полетели в его сторону. Себастьян только и успевал уворачиваться. — После того, как ты промолчал об ЭТОМ?! — она ещё сильнее нагнулась, крылья распушились, перья блеснули на солнце.       Резкий взмах крыльев, холодный воздух с пылью ударил в лицо, и в черноволосого снова полетела череда острых перьев. Демон успел увернуться. А Вера тем временем не прекращала свою череду атак, запуская в демона по три-четыре пера за раз. Вся злость, теперь была направлена только на одного демона. И ни о каком побеге не было даже и мысли, одна из целей была достигнута.       — А я ведь тебе доверяла… Была в неведении эти три года… Копалась во всём этом, как слепой котёнок… А ты только наблюдал со стороны. Улыбался и вёл себя, словно и не знаешь ничего… — с каждым взмахом она делала небольшой шажок назад. Ноги уже по щиколотку были в воде, ещё один шаг назад, ещё и ещё. Несколько всплесков воды и Мейрон уже оказалась на приличной глубине. — Даже когда ты вскрыл всё это… поганое прошлое. Я решила не отступать… закончить дело.       Себастьян только уворачивался от всех атак и даже не пытался ответить. Пусть выговорится, выпустит все эмоции, а потом они уже спокойно (возможно) поговорят. Но даже находясь на грани нервного срыва, Мейрон как-то умудрялась целиться невероятно точно.       — И вот, во что мне всё это вылилось… — она остановилась ненадолго. Качнулась назад, наконец-то выпрямив спину, крылья расправились во всю их длину. Можно было разглядеть каждое отдельное пёрышко. — Я стала крылатой тварью. Моё лицо по всем новостям показывают по пять раз на дню. Люди строят конспирологические теории о паранормальном. Кто-то думает, что я пришелец… Ха-ха-ха… — послышался глухой и тихий смех, а вместе с ним прерывистые вздохи. Всё тело дёрнулось от смеха. Округлые плечики болезненно приподнялись. — А я не могу никому на глаза попасться… От меня все убегают с криками и направляют оружие… — сухие губы в этой странной болезненной улыбке, но глаза становились влажными с каждым словом. Её переполняли боль и обида. Демон это слышал в каждом слове. — Или хотя бы домой попасть… Остаётся только бежать… Бежать и бежать.       Себастьяну приходилось отступать всё дальше и дальше за деревья. Мейрон раскидывала свои перья метко, не смотря на тяжесть в движениях и усталость, попадала всё дальше и дальше. И, возможно, именно отступление и спасло его от последующей расправы.       — Зато теперь и я кое-что умею. — Вера обернулась вокруг своей оси и сделала очередной резкий взмах. Но в этот раз он был направлен не вверх, а вниз.       Она задела поверхность воды и ледяные капли полетели в воздух, рассыпаясь подобно жемчужинкам, и заблестели при слабом свете. Михаэлис отошёл на несколько шагов назад, чтобы ни одна капля на него не попала. Должна быть причина, зачем она заходит в холодную воду.        — Вот тебе урок физики от меня. Проводники тока. Знаешь такие? — Лёгкий щелчок пальцев и в тот же момент по цепочке засверкала каждая капелька воды. — ПОШЁЛ ПРОЧЬ!       Небольшой разряд, соскочивший с кончиков пальцев, превратился в молнию сокрушительной мощи! Всё, что также намокло от воды, попало под действия разряда. Всё длилось доли секунды. Демон еле успел спрятаться за деревом, как ствол треснул, стоило искре попасть в него. С громким треском раскол пошёл вверх молнией, доходя до самой верхушки. Листья на деревьях обгорели, но огня не было. Некоторые иссохли и превратились в труху, как и пара кустов, от некоторых остались только ветки. Земля кое-где поднялась, засыпав песком и рыхлой почвой зелень, появились неглубокие трещины, что расходились прямо от места, где стояла девушка. На земле образовались чёрные полосы от обгоревшей травы.       Вот какой разрушительной была сила разлома киноленты разозлённого «ангела».       Но стоило молнии стихнуть, как темноволосая качнулась и рухнула на колени прямо в холодную воду. Она медленно и глубоко задышала, крылья опустились. Демон вышел из-за дерева. Лакированные ботинки стояли на земле, до которой не дошёл разряд, но стоило сделать несколько шагов, как остатки травы и кусочки дерева затрещали под подошвой.       Себастьян подошёл к воде. Вера не шелохнулась. Ей не хватило бы сейчас сил даже на то, чтобы просто встать.       — Тебе полегчало? — новоиспечённый ангел кинул на него только рассерженный взгляд. Ответ был больше похож на злобный рык.       — Нет… — сопротивления она также никакого не оказывала, как он и предполагал. Демон подхватил её под руку и начал вытаскивать из холодной воды, что крупными каплями скатывалась с перьев. Какой бы сильной она ни была, она всё ещё оставалась на какую-то долю человеком.       — Сначала побег, теперь простуда? — они вышли из озера, Вера тряслась от холода, как осиновый лист на ветру. Сняв свой пиджак, демон накинул его на дрожащие плечи застёжкой назад, для её большего удобства. — Раз нет теперь никаких ограничений, решила брать всё от жизни? — темноволосая даже не смотрела на демона. Видимо, поняла, как за пару секунд он её развёл. А теперь даже, то ли от отвращения, то ли от слабости, не делала ни лишнего движения, никакого-то жеста сопротивления. — Твой организм всё ещё слаб. Безрассудно резко бросаться в бой.       — И что же ты предлагаешь…? Продолжать читать мне нотации? — демону требовалось много сил, чтобы не закатить глаза на эти слова.       — Первое, что нам требуется сделать — привести тебя в порядок, пока ты совсем не ослабла.       — И где ты собрался это сделать? — она вся дрожала от холодна, а посиневшие пальцы невольно сжали его пальто. — Меня ни в один дом сейчас не спрячешь…       — С этим я бы поспорил. — черноволосый повернулся, намекая на одну хорошо известную им обоим дорогу. Вера озадачено только кинула взгляд в сторону, даже не поворачивая голову. Она сразу поняла, о чём говорил демон.       — Не-ет… Ты… Серьёзно?! Поместье Фантомхайв?       — Просторное здание, где тебе будет комфортно, есть почти все коммунальные удобства двадцать первого века и ни одного человека в ближайшие полкилометра. В данный момент — это лучший вариант.       — Исторический объект охраняют со всех сторон теми же «удобствами двадцать первого века». Там ведь повсюду должны быть камеры наблюдения и сигнализации. Так просто не пройдём. А сюда их угол обзора не доходит.       — Я позабочусь об этом. — темноволосая всё ещё смотрела на Себастьяна с недоверием. А когда тот хотел приподнять её за лицо, аккуратно, та дёрнула головой.       — Не нужна мне твоя «забота»… — во второй раз, когда Михаэлис сделал это, это уже было более крепкое и жёсткое движение. Он поднял лицо девушки, чтобы та смотрела на него. Темноволосая была уже готова обнажить клыки.       — Ты всё ещё остаёшься наполовину человеком, а значит имеешь те же слабости, что и люди. — глаза демона блеснули на секунду адским огнём. — Может ты сейчас и имеешь эту силу, но это не значит, что пока мы не знаем всё о твоём теле, ты не можешь умереть от какого-то заражения крови. Хочешь после всего произошедшего помереть от небольшой ранки? — напряжение, витающее в воздухе, можно было резать начищенным серебром, как торт. Не было слышно ничего в эту минуту, а напряжённые взгляды пары друг на друга сейчас бы и танк своим выстрелом не смог прервать. Но после минуты таких переглядок выиграл черноволосый.       — Ладно, я поняла… — Мейрон пришлось смириться. В словах демона был смысл и пришлось проглотить этот ком злости. Когда Михаэлис отпустил девушку, та снова сделала шаг и слегка качнулась. Она достала белый ноутбук из кустов и тяжёлыми шагами направилась в самую глубь чащи.       — Позволь пред…       — Сама дойду. — темноволосая шла медленно и тяжело, крылья волочились за ней, собирая по земле все листья и мелкие ветви. — Догоняй. — с лёгким треском, Вера опять переместилась. Правда, всего на несколько метров. Белое пятно через секунду замаячило перед глазами Себастьяна снова. И так несколько раз. Демону пришлось добираться на своих двоих.       Михаэлис передвигался быстрее и чуть ли не пролетел над её головой, «ласточкой», как окрестила у себя в мыслях черноволосого девушка. Через несколько минут она оказалась у одного из боковых входов в поместье, пока демон уже вовсю действовал внутри. Только пару раз мелькнула тень в окнах. Мейрон пряталась среди деревьев на безопасном расстоянии. И хотя на слова Себастьяна «я позабочусь о камерах» можно было положиться, заходить в само здание всё же было немного боязно. Всё-таки прошлый опыт был не самым приятным.       Только когда демон вышел, Вера слегка выглянула из тени. Сделав глубокий вдох, девушка тихо и размеренно пошла к дверям, волоча за собой дополнительный груз в виде новых конечностей, от которых оставался след в виде двух полос. За сами перья цеплялось всё, что только попадалось: трава, листья, веточки, пыль… Но ей на них словно было абсолютно всё равно.       — Добро пожаловать в поместье семьи Фантомхайв. — Себастьян раскрыл перед девушкой тяжёлые двери в своей театральной манере. Словно он снова дворецкий. Словно и не было этих сто лет. Словно никто не терял своих ролей.       Она остановилась за несколько шагов от входа. Помялась на месте. Снова качнулась. Её крылья дёрнулись. Хотя девушка этого даже не заметила, возможно, это был новый рефлекс, который выдавал её состояние с головой: она боялась заходить.       — Ты плохо себя чувствуешь? — демон припомнил, что произошло в прошлый раз.       — Нет… — Вера сделала тяжёлый шаг, скорее, даже на зло демону, а дойдя до двери сделала из неё себе опору и слабо махнула крыльями, стряхивая с них налетевшую грязь. Она старается следовать старым привычка и не заносить грязь в дом, как сделал для себя вывод Себастьян. Она схватилась покрепче за косяк двери и попыталась встать как можно ровнее, даже кости позвоночника тихо захрустели. Потихоньку карабкалась по нему и использовала его, как дополнительную опору.       Вера так и шла, опираясь на всё подряд. На демона она и не обратила особо внимания, больше отвлекаясь на антураж. Потихоньку они дошли до главного зала. С шахматным полом, переливающейся светом изящной люстрой и великолепной широкой лестницей. Мейрон широко раскрыла глаза и рассматривала всё возможное на детали, словно маленький ребёнок в магазине игрушек.       — А здесь… Ничего не изменилось. — голос был тихим и полным какой-то грусти. — Господин Сома с господином Агни хорошо поработали.       — Из-за случившегося в Лондоне отсюда разъехались все «жители поместья». Систему безопасности я отключил, а камеры воспроизводят одну и ту же запись. Здесь можно укрыться на какое-то время. Если не будем устраивать много шума, нас не обнаружат.       — Хоть что-то… — девушка смогла полностью зайти в зал. В коридорах выше можно было иногда встретить какую-то дорогую вазу или ещё какую мелочёвку, стоящую десятки или сотни фунтов. Темноволосой не хотелось бы ничего из этого случайно задеть. — Тут вроде должен быть проведён водопровод. Принять бы душ…       — Тогда лучше пройдём в одну из жилых комнат или комнату хозяина, там будет просторнее, чем в комнатах прислуги.       И они пошли в угловую комнату на втором этаже, комнату Фантомхайва. Самые просторные апартаменты, где ей есть возможность развернуться. Вера шла, смотрела себе под ноги, иногда придерживаясь за дверные косяки и стены, и даже не заметила, как они прошли сначала в прихожую, потом в спальню, гардероб и дошли до ванной комнаты. Очнулась уже только когда послышался шум воды, Себастьян включил кран на полную мощность и в воздухе появились лёгкие клубы пара.       — А? — словно темноволосая очнулась от какой-то полудрёмы. — Спасибо. — одежда за последнее время стала грязной, пропахнувшей и испачканной в крови. Отмыться, отпариться и смыть с себя всё накопившееся — было первым желанием в сегодняшнем списке «хотелок». Хотя была и ещё одна желаемая мысль, которую хотелось принять за действительность: чтобы эти чёртовы перья с неё спали, если их кипятком ошпарить…       — В шкафах должна быть одежда для актёров. Думаю, на первое время сойдёт. Ты переодевайся, а я схожу за ней. — черноволосый ещё не успел сделать и пары шагов, как ангел к нему обратился.       — Пока ты не ушёл, можешь, пожалуйста, помочь? — Никакого гнева или недовольства в словах. Спокойный и монотонный голос, словно из него всю жизнь выкачали. Но на немного недоумённый взгляд Себастьяна, ведь тридцать минут назад она хотела его убить на месте, Мейрон продолжила говорить. — Я не могу снять рубашку. — черноволосому пришлось обогнуть девушку, которая стояла к нему лицом. Пришлось сделать приличный круг вокруг неё.       Крылья сейчас валялись, не как дееспособные конечности, а как неубранные ветки деревьев после спиливания. А место, откуда они росли, было огромным багровым пятном, которое прилипло к ткани намертво и наверняка болезненно. Кое-где рубашка была надорвана и из-за старой крови казалась уже не белой, а грязно-алой.       — Боже… — с секунду демон оценивал ситуацию и что можно было предпринять. — Тут должна быть аптечка.       Серьёзных ран, которые могли вызвать такое кровотечение, на удивление, на спине не было. Но вот рубашка намертво приклеилась к коже девушки там, где начинали расти крылья, а из-за труднодоступного места и перьев, ситуация осложнялась.       Повязку нужно было размягчить и потом аккуратно убрать ткань. Рубашка была безвозвратно испорчена. Её нельзя было даже снять обычным способом, пришлось порвать. Многочисленные лоскутки лежали у ног. Брюки, немного позже, тоже постигла эта учесть. Так как и на ногах оказалась эта проблема, хотя и не в таких масштабах.       — Будет немного кровоточить. — пока черноволосый убирал все медицинские приборы на место и стоял спиной к девушке, остатки ткани скользнули к женским ногам. Ни один мускул на её лице не дрогнул от смущения. Вера осмотрела себя с ног до головы. Перья хаотичными кусками росли по всему телу, словно были наклеены на ПВА пятилетним ребёнком, превращая её в подобие какой-то фантастической фигурки гарпии. — Постарайся не делать резких движений.       — Хорошо. — девушка залезла в ванну. Тёплая вода сразу приятно согрела ступни. На секунду появилась блаженная улыбка. Но Вера не рассчитала, что мышцы не справлялись с нагрузкой. Поэтому, когда она придерживалась за борт, руки просто согнулись от усталости. Если бы не Себастьян, вовремя схвативший её за руку, она бы крепко ударилась головой.       — Осторожней. — руки демона моментально подхватили её, не дав пострадать.       — Спасибо. — слабый кивок в качестве благодарности, даже не отмахиваясь от его руки, слегка сжимающая женскую ладонь. Темноволосая опиралась на руку Михаэлиса, она показалось более надёжнее бортика ванны.       — Нужно привести тебя в порядок. Если позволишь, то я помогу тебе с этим. Это не совсем по правила приличия, поэтому я могу… — она прервала его монолог коротким ответом. Не было ни сил, ни желания сейчас хоть что-то слушать.       — Делай, что нужно. — она покрепче обхватила колени руками. — Мне сейчас откровенно плевать на все правила этики. — Себастьян помолчал где-то с минуту. Понять, что сейчас творилось у неё в голове, было чем-то из области фантастики.       — Хорошо.       Горячая вода делала своё дело. Тело потихоньку начала расслабляться, а кожа освобождалась от слоя пыли и грязи. Вода окрасилась в оттенки красного и серого. На перьях, как бы это ни было досадно, особо это не отразилось: вода с них скатывалась каплями, а они сами немного распушились. Это происходило не только на крыльях, но и на лице, шее, руках, ногах… везде, где они только были.       Набрав кувшин воды, Себастьян вылил его прямо на голову, а потом интенсивными движениями начал её мылить. Длинные пряди стали тяжелее, с них стала скатываться пена в воду, образуя причудливые фигуры. Девушке оставалось лишь подчиняться словам демона, кратко отвечая. Ни сил, ни желания что-либо делать у неё больше не было.       — А-яй-яй-яй! — это была одна из немногих её реакций, которая проявилась за эти пятнадцать минут молчания. Михаэлис замер. Было не совсем понятно, чем это было вызвано, пока что-то не хлюпнуло в ладони демона. — Чёрт… Ты мне вырвал целый клок! Ай-ай-ай… — демон посмотрел на свои руки. Между пальцами застряло несколько белоснежных перьев с кровоподтёками на концах, а потом он посмотрел на кожу головы. Там был виден свежий кровоподтёк.       — Прошу прощения. — дальше Себастьян действовал более аккуратно. А при должном рассмотрении, среди тёмных прядей и бледной кожи головы можно было увидеть маленькие и среднего размера белоснежные пятнышки — перья.       Перья действительно покрывали всё её тело.       — Волосы будет сложно привести в прежний вид. — тело было вымыто, кожа приобрела здоровый вид, но вот волосы были безвозвратно испорчены. Многие пряди были словно неаккуратно изрезаны ножом или вырваны силой, и их длина стала неравномерной. Последние сантиметров десять были безжизненны и иссушены. — Лучше будет укоротить их длину до начала роста крыльев, пока ты с ними полностью не освоилась. Иначе ты в них можешь только запутаться и навредить себе.       — Ладно… — Вера вяло кивнула. Девушке не хотелось делать лишних движений. На слове «крылья» она слегка вздрогнула. Одно только упоминание о них заставляло её сжиматься в комок всем естеством. Хотя об этом скорее говорили распушившийся перья на её теле. Настоящий язык тела…       — Надо также попробовать очистить и… «их», чтобы не было инфекции. — вода из кувшина смыла остатки пены, а волосы пришлось убирать вручную, скрутить и сделать петлю. Открылся вид на бледную кожу. Слишком белую. Кожа между началом роста крыльев очень контрастировала с другими участками, где она была на полтона темнее.       — Как скажешь. — тихое согласие. Слишком странно… Буквально час назад она была готова убить его на месте, а сейчас… Даже слова против его действий не сказала.       — Можешь их приподнять? — Вера сделала первое действие за долгое время — одними глазами посмотрела на Михаэлиса, с готовностью его крепко стукнуть. Одна мысль о том, что… Аргх!       — Это не так просто, как кажется… — темноволосая вся сжалась, превращаясь в подобие маленького комка. Напрягая мышцы спины, она заставила подняться в статичное состояние сначала одно крыло, а за ним второе. Неуклюже и неравномерно. Крылья распушились, а перья образовали нечто подобное половине шара. Болезненный, но завораживающий процесс.       — Наверно, было очень больно, когда они только появились. — Себастьян провёл рукой вдоль всей длины крыла, слегка перебирая кончиками пальцев перья. Новоиспеченные конечности передавали очень странные ощущения. По телу пробежались мурашки.       — Сейчас не самое лучшее время вести светские беседы…       — Тебе неприятно? — девушка еле сдержалась, чтобы только не попытаться каким-либо образом сорвать эту ухмылку с лица Себастьяна… Закатила глаза кверху, когда демон запустил руку глубже.       — Они тяжёлые. — Вера крепче сжала губы. Эти ощущения… были похожи на густую нугу, которая заставляла волосы шевелиться на голове.       — Что-то мне подсказывает, что дело не в этом. — о, эта самодовольная улыбка, которая так и говорит, что он во всём прав. Мейрон не нужно видеть демона, чтобы представлять её на бледном лице. Себастьян мягкой губкой чистил запачканный перья, аккуратно и довольно тщательно проводя по ним. Девушке же оставалось только держать их в статичном состоянии, только иногда выполняя тихие просьбы Михаэлиса: «подними немного выше», «расправь», «согни», и снова ими не дёрнуть случайно. Как показала практика… они были довольно мощными.       — Они… просто отвратительны… — ощущения были… мягко говоря, странными. Было очень сложно банально понять, что… у неё появилась ещё пара конечностей. Вроде бы понимаешь, что они такая же часть тебя, как руки и ноги, но мозг отказывался это воспринимать. А новые ощущения чувствовались острее. Абсолютно любые.       — Я бы так не сказал. — Вера прямо через всё крыло к основанию почувствовала, как рука проскользнула между нескольких перьев во внутренней стороне, задевая соседние ряды, перебирая и зарываясь в них. — Они очень красивые и мягкие… — мурашки, возбуждение, страх… Странный эмоциональный коктейль, который сейчас заставлял мозг буквально сходить с ума.       Послышался тихий всплеск воды на конце другого крыла. Сказать, что к таким ощущениям она была немного не готова — ничего сказать. Вера встрепенулась, а крылья резко дёрнулись, сделав небольшой мах. Тазик с водой перевернулся, вода полилась на кафель.       — Т-ты что там делаешь?! — девушка обернулась, пока всё её тело пробило мелкой дрожью. Себастьян стоял на половину мокрым, в пене и с немного ошарашенным видом. Тазик валялся где-то сзади него. А в руке у черноволосого была губка. Мозгу понадобилась пара секунд, чтобы осознать, что только что произошло.       — Я сделал тебе больно? — Себастьян скинул со своей головы огромный комок пены и убрал волосы назад, чтобы те не мешались.       — Н-нет, но…       Эти слова, словно молния промелькнули по всему телу Веры. Это можно было почувствовать физически, так сильно и больно свело все мышцы. А Себастьян, словно в подтверждение своих слов, запустил всю пятерню у основания, задевая внутреннюю сторону. «Конечности» вздрогнули, делая маленький мах. Мурашки побежали по коже. Вера на эти слова только отвернула голову.       — Ты сейчас… издеваешься? — руки сжались в кулаки, а её всю трясло мелкой дрожью. Странные ощущения заставляли мысли путаться.       — Отнюдь. — словно в подтверждение своих слов, его пальцы поползли ещё ближе к основанию. Себастьян шёл медленно, но вот все действия показались ей даже слишком быстрыми. — Почистить бы их, вернуть им изначальный блеск и белизну, и они будут очень красивы, тебе пойдут.       Словно вторя её мыслям, правое крыло, а именно у него Себастьян стоял, дёрнулось назад. Сильно и резко. Черноволосый остался на ногах, хотя его и откинуло на несколько шагов.       — Прекрати паясничать. — ещё немного и она сорвётся. Веру мелко трясло, пальцы болезненно, уже до крови, впивались в ладонь. — Если это твоя очередная проверка или метод вернуть меня в привычное состояние, то прошу прекратить. Это уже становится отвратительным… — как будто не только что именно Себастьяна чуть не отправили в полёт до стенки.       — Прошу прощения. Я позволил себе лишнего.       Чем дольше они продолжали оставаться наедине, тем сильнее нарастало напряжение. Не было безмятежных разговоров на разнообразные темы или какие-то бытовые ситуации, только сухие редкие фразы, которые они друг другу кидали, как комки бумаги.       Стоило купанию закончиться, а Себастьяну принести кулёк с одеждой, девушка вылезла из ванной и, параллельно вытираясь белым полотенцем, нагишом подошла к демону. Ей было словно плевать на собственное тело, смотрят на её сейчас такой или нет. От привычной реакции или хотя бы смущения и следа не осталось. Даже капли возмущения не было от того, что черноволосый принёс ей платье горничной. Хотя это должно было вызвать хоть какую-то реакцию (в обычной ситуации). Сам наряд девушка надела без вопросов, только пуговицы сзади не стала застегивать по очевидным причинам.       Сейчас они находились в комнате хозяина поместья. И Себастьян продолжал превращать этот неопрятный комок перьев в девушку.       — Я закончил. — лёгким движением лишняя ткань была убрана. Она с чувствующейся тяжестью в движении подняла голову, чтобы посмотреть на себя. Клочки волос были отрезаны и теперь валялись на полу. От длинных локонов осталась лишь треть и добрая память.       — Старое доброе каре. — она наклонила голову в обе стороны, осмотрев себя. — А я думала, что больше не попаду к парикмахеру в ближайшим лет пять…       — Если тебе не нравится, я могу поменять причёску, насколько длина позволит.       — Нет, спасибо, просто… — послышался глубокий вдох. — Я всё детство отходила с короткими волосами из-за моей нелюбви заплетаться. Поэтому я думала, что сейчас неплохое время, чтобы побыть немного «девочкой». — черноволосый с лёгким недоумением посмотрел на девушку. Она до сих пор была не в лучшем настроении и до этого момента и слова ни сказала. А сейчас так много информации за раз. Это даже похоже на начало доброжелательной беседы.       — Ты говоришь много откровенного.       — Настроение плохое. — снова очередной вздох. — Себастьян… — демон тут же обернулся. Она позвала его? По имени? Впервые назвала его по имени за весь день.       — Да? — Он обернулся, замерев с вещами. Такой спокойный и приятный голос… Возможно, даже долгожданный. Словно тихая мольба о помощи… Она смотрела на него несколько секунд пустым взглядом, пока не отвернулась.       — Нет, ничего… — слабая попытка и потухнувшая надежда. Себастьян убрал ножницы на место, с лёгким щелчком закрыв ящичек для инструментов. Возможно, получиться пойти на контакт с помощью другого подхода.       — Ты голодна? — она снова обернулась. Уже более оживлённо. — Я могу приготовить всё, что захочешь. Только скажи. — она склонила голову ещё ниже, задумалась на несколько секунд, а потом слегка махнула плечами.       — Вот ты и вернулся к своим обязанностям дворецкого… Видимо, граф хорошо выдрессировал. Хех… — тихий смешок, хоть и был саркастичен, но не ощущался как очередная попытка пошутить. — Но я практически не ела всю неделю. Да… Думаю, это хорошая идея. Доверюсь твоему опыту и вкусу.       — Возможно, твоё тело всё ещё старается подстроиться под новые условия. — она приняла его руку и поднялась, но дальше предпочла идти сама. — «Нам» не требуется человеческая пища для поддержки существования, но…       — Я не подхожу ни под один из ваших стандартов. — она повернула голову на демона, смотря ему прямо в глаза. Не зная её, можно было сказать, что она абсолютно в порядке. Только в плохом настроении. Но взгляд был, как у куклы — абсолютно потухший. — Я знаю.       В столовой всё не стало лучше.       Даже за сто лет нахождения на земле после своей службы в поместье руки демона не забыли, как нужно работать с продуктами и ножом, чтобы приготовить из невзрачных овощей и куска мяса или птицы настоящие шедевры кулинарии. Его блюда заставляли гостей графа восхищаться и удивляться от гастрономического взрыва вкуса. Но опять же, не сегодня.       Всё шло наперекосяк. Ни эмоций, ни очередного всплеска гнева, никакой перемены в душе. Тупое холодное безразличие, от которого уже даже у демона начинало заканчиваться терпение.       — И на десерт. — если это не сработает, то даже у Михаэлиса с его многовековым стажем закончатся идеи. — Тирамису. — серые глаза наконец-то слегка округлились от удивления. Вторая маленькая победа за сегодня.       — О! Так ты помнишь? — она начала рассматривать пирожное с разных сторон, будто это было что-то внеземное.       — И не забывал. — темноволосая стала тыкать в верхушку из крема вилкой что-то бубня себе под нос. Явно не благодарность Михаэлису за обед.       — Слегка недосыпал какао и слишком сильно пропитанный корж… Всё, как я рассказывала ещё с первого появления. А, точно… Я ведь тогда выиграла в давнем споре с графом… А тебе пришлось готовить мой выигрыш.       — Я попытался воссоздать тот же вкус, какой ты описывала. Тебе ведь так больше нравиться?       — Нет, я терпеть не могу, когда этот десерт так делают. Он тогда портиться ещё быстрее. — она продолжала на протяжении нескольких секунд бездумно тыкать в десерт, коверкая идеально ровный слой посыпки и крема. — Просто это единственное блюдо, которое я пробовала из маминой готовки. Поэтому так вкус запомнился. — она закинула маленький кусочек в рот и начинала его медленно смаковать. Словно хотела распробовать его каждым вкусовым рецептором. — За свои семнадцать лет… ни одного дня, прожитого с родителями, или хотя бы посиделок за ужином, как в нормальной семье…       Она со скрипом отодвинула стул и кинула вилку на тарелку. Голову не поворачивала, только глаза слегка отвела в сторону.       — Спасибо за ужин. Я пойду спать…       Как бы странно это ни звучало, но за последние дни в поместье девушке… приходилось учиться ходить заново.       Мейрон всё ещё было тяжело ходить с прямой спиной, потому она использовала абсолютно всё, что ей попадалось под руку и могло служить опорой: тумбочки, стены, двери. Девушка продолжала идти медленно и сгорбленно, но продолжала на (глупой) упорности двигать ногами, как можно ровнее, хотя крылья тянули её вниз. Тихо что-то напевала себе под нос и шла. Правда, песни оказались почему-то на военную тематику: «Три-четыре. Мы солдаты. Маршируем, как пехота. Влево-вправо повороты…» Связано ли это с семьёй девушки или с её характером даже демон не знал. Но новоявленные конечности Вера старалась контролировать, чтобы абсолютно ничего не задеть и не уничтожить какой-то историческую ценность. Им же потом придётся как-то объясняться или восстанавливать их.       И ответ на предложения помощи от черноволосого всегда был один:       — Смена… центра тяжести не значит… что я не могу ходить, как обычный… человек… — обычно это сопровождалось тяжёлыми вздохами, иногда подкошенными ногами и падениями.       Чаще всего она ходила по коридорам и практиковалась там. А вот когда набиралась особой смелости или уверенности, она выходила в просторные залы, где зацепиться было мало за что и старалась пройти его насквозь. Первые попытки пройти прямо через весь зал быстро заканчивались синяками на теле. Особо «любимым» залом для таких практик был бальный и с лестницей.       Вот и очередной день, когда она в полном (почти) одиночестве практиковалась. В какой-то момент она отпустила перила и расставила руки в стороны, подобно тому, как циркачи ходят по канату, и медленно начала двигаться. Но вот крылья висели у неё мертвым грузом, что явно было ошибкой. Девушка всё ещё отказывалась принимать их, как новую часть себя.       Себастьян стоял сверху, наблюдал за этими попытками. Да, небольшой прогресс — более твёрдая и ровная походка или более долгий путь — был виден. Но если бы Вера распределила вес крыльев правильно, то дело бы явно пошло быстрее. Оно не стоило тех уже посиневших синяков на руках и коленях.       И вот, в очередной раз, когда должен был послышаться глухой стук о кафель, Себастьян перехватил девушку за руку.       — Может быть, примешь помощь, а не будешь пытаться с фанатизмом надорвать себе спину? — демон умудрялся держать девушку крепко и не причинять никакого вреда, не смотря на огромную тяжесть.       — Неужели это так похоже на фанатизм?       — В чистом виде. — Себастьян лёгким движением (для него), приподнял девушку, чтобы она смогла встать на ноги. Тяжёлые крылья тут же стали давить на тело темноволосой. — Ты не хочешь принимать свои изменения в теле, это отражается на твоих результатах.       — Ну конечно! Дело вовсе не в том, что они весят почти как я. Правильно распределить такой вес не так уж и просто, знаешь ли. — девушка стояла на своих ногах, которые уже начали трястись от напряжения и боли.       — Помнишь свою первую просьбу? — Себастьян сделал шаг ближе к сгорбившей в три погибели девушке. Мягко охватил плечо рукой и помог встать.       — Помню. — тихо кряхтя, Вера всё-таки встала на ноги. Всё же не стала игнорировать демона, но показательно всем своим видом указывала, что не хочет разговаривать с ним. — «Научи меня быть сильной». И ты ответил любимой фразой моей бабушки: «Держи спину ровно, Верочка.» Как видишь, не особо выходит.       — Могу предложить немного своей помощи. — пальцы переместились на нижнюю часть спины, прямо в зону под крыльями. Вторая рука крепко держала за плечо.       — Сама справлюсь. — Мейрон отказалась от помощи демона и с гордо поднятой головой прошлась по залу. Шагов десять.       Равновесие было потеряно, был сделан слишком быстрый шаг вперёд. Расставленные в стороны руки не помогли, а крылья сами взметнулись, стараясь расправиться подобно рукам и принять похожее расположение. Себастьян не позволил Вере в очередной раз упасть на пол и получить пару лишних синяков. Вес тяжёлых крыльев он принял на себя, и, будто в танцевальном элементе, буквально заставил девушку упасть в его объятья. Спина после долгих и тяжёлых дней разогнулась. Мышцы немного расслабились. И это мгновение Вера почувствовала, как миг истинного блаженства, когда всё приятно захрустело и каждая мышца расслабились. Забывшись на секунду, она невольно закусила губу и блаженно прикрыла глаза. Но очнулась быстро. Всё же обида на демона не испарилась.       Стоило вернуться на свои ноги, как спина невольно начала сама прогибаться под тяжестью. Благодаря небольшой поддержке демона сзади, Мейрон продолжала стоять ровно.       — Держи голову высоко и смотри чуть выше линии горизонта. — это было похоже на то, как учитель обучал ученика делать свои первые шаги. И не просто первые шаги, а словно Мейрон была из высшего общества, и она шла перед сотней напыщенных людей, которые смотрели только на неё. — Твои крылья — продолжение твоего тела. До самых кончиков перьев они твои и это нужно принять и использовать. — Михаэлис не только поддерживал ангела за спину, но и придерживал её за подбородок, заставляя держать её прямо-таки «королевскую осанку» и «высокий взгляд», а сам стоял сбоку и в своей манере всё это рассказывал. Чётко и строго. — Представляй, что держишь на голове книгу.       — Я тебе не Королева Виктория и не граф Фантомхайв, чтобы так ходить тебе на потеху. — пальцы в перчатках не позволяли сделать и лишнего движения. Даже говорить было сложновато. Хотя сам демон говорил не очень громко, его голос проникал в голову и приятно растекался по телу, подобно чему-то тёплому и тягучему.       — Не нужно быть королевой или из богатой семьи, чтобы стоять на своих ногах крепко, и ты это прекрасно знаешь. — хватка демона словно стала крепче и жёстче, слегка подталкивала девушку идти вперёд. — Просто иди, как и куда тебе хочется, со своим новым телом.       Первый шаг — самый трудный. Не важно в чём, в любимом или ненавистном деле, в обучении или практике. Так что, когда девушка попыталась сделать первый шаг с прямой спиной, он был явно схож с попытками русалочки Андерсена так же научиться ходить. Так ещё и доставучий, вредный, заносчивый (и все остальные «ласковые» эпитеты) демон придерживал её за ручки, подобно марионетке. Унизительнее не придумать.       — Старайся держать крылья в статичном положении. — демон продолжал заставлять девушку идти через боль и напряжение. Хотя тут Веру и уговаривать не нужно было, девушка подобно солдату шла, скрипя зубами. — Ты должна не постоянно думать о них, а действовать, как со своими руками и ногами. Знать о них и контролировать, но без постоянного сосредоточения на них. Они просто есть и они твои.       — Сама знаю. — такое положение Мейрон не было по вкусу, выскользнув из ловких пальцев Михаэлиса, девушка попыталась пройтись самостоятельно.       Солдатская выправка, маленькое женственное тело с приятными изгибами и до смешного большими крыльями, которые при любой возможности перевешивали её и тянули назад — именно так Себастьян видел её со стороны, пока небольшими, но быстрыми шажками она пыталась пройтись через весь зал.       Лёгкий блеск в глазах и восторженная улыбка от того, что она смогла пройтись словно на обычной прогулке по парку — были бесценны.       По крайней мере, пока она всё-таки не запуталась в ногах и не потеряла равновесие. В этот раз демон не стал «спасать» темноволосую от синяков, позволив ей самой всё сделать.       — Ещё раз…       Но, помимо этого, она словно что-то вечно искала глазами. Во время своей каждодневной «тренировки» она лазила по ящикам, проверяла любые щели, где даже мышь не проскочит, и пыталась обнаружить какие-то тайники.       — «Удобства двадцать первого века»… — тихий бубнёж под нос можно было услышать с другого конца коридора, когда девушка проходила по коридорам и залезала в очередную тумбочку. — Что-то не наблюдается.       Себастьян наблюдал за девушкой из-за угла. Всё равно ведь прогонит, если он снова попытается ей помочь или хотя бы попадёт в её поле зрения. Но даже невооружённым взглядом можно было понять, что ей нужно было что-то.       И ведь зная Мейрон довольно долго, можно было понять, что именно ей было нужно. Так что в одну из ночей Себастьян решил отлучиться ненадолго в Лондон за одной вещью. Пока Вера «ходила» в особняке.        Но такое поведение прослеживалось не только в таком обыденном действии, как ходьба. Темноволосая облюбовала кабинет графа — одно из немногих мест, где было оборудовано несколько розеток, но вот подходящего провода не оказалось. Было очень удивительно, как это чудо техники с ограниченным зарядом работало после двух дней без зарядки практически двадцать часов.       — Аргх… В этом месте никакого сигнала. — темноволосая продолжала разбираться в документах на любезно позаимствованном белом ноутбуке госпожи Чембер. — Была бы у меня ещё пара минут в её квартире…       Себастьян вошёл в комнату после того, как на стук не было никакой реакции. А смысл? Они тут всё равно одни, никто другой не мог зайти в кабинет. Девушка даже не подняла взгляда, когда он зашёл в помещение.       Черноволосый стоял несколько минут, пока девушка хоть как-то не отреагировала на одиноко стоящего демона.       — Тебе что-то нужно? — Вера продолжала быстро бегать по клавишам пальцами. Даже глаз не подняла на демона.       — Ты так и продолжишь делать вид, что меня здесь нет?       — Ты ничего не спрашиваешь, поэтому я ничего не отвечаю. — Ладно, хорошо. Тогда демон будет действовать именно так, как она сказала.       — Пытаешься выяснить, какой следующий шаг совершит орден «Феникс»?       — Да, это так странно? — полукруглые бровки всё сильнее хмурились, а движение стали резче. Послышались многочисленные и быстрые щелчки. — Сохраняйся… Сохраняйся же! — через минуту экран потух. Темноволосая откинулась в кресле и громко выдохнула. — Да чёрт побери… Не люблю, когда такое случается… — выдернув маленькую флешку сбоку, Мейрон лёгким движением опустила экран вниз и захлопнула его. А после положила на белую поверхность крышки всю пятерню. — Наша песня хороша, начинай сначала…*       Несколько искорок соскочили с пальцев и обволокли весь ноутбук. Прибор самостоятельно выключился. Но через несколько секунд маленькие лампочки снова засветились на ноутбуке и с тихим шумом машина снова включалась. Началась перезагрузка.       — Мне хотелось спросить…       — Так спрашивай. Нечего времени терять.       — Ты можешь управлять электричеством? — на перезагрузку машинки понадобилось не больше минуты, а когда ноутбук был включён, темноволосая снова открыла его. Тихий стук по клавишам возобновился.       — Нет, это только результат «отдачи». — маленькая флешка снова была вставлена в ноутбук, а девушка продолжила что-то искать.       — Отдача?       — Ты ведь понял, как я перемещаюсь, верно? Вот тебе и ответ. Это остаток энергии, который накапливается во мне. Она действительна похожа на электрический ток и обладает его свойствами, хотя им не является.       — Да, но твоя сила заключается в другом. — даже глаз на него не подняла. Себастьян так и оставался стоять на месте посреди комнаты. — Ты возвращаешься туда, где когда-то была, а не телепортируешься, куда ты пожелаешь.       — Ага… Верно. Сделал такие выводы после того, как отследил, где я когда-то была, а потом просто всё сопоставил?       — Да.       — Мда… От тебя стоило ожидать нечто такое… — послышался тихий смешок со стороны демона, девушка быстро кинула взгляд на черноволосого и тут же опустила глаза на экран. Смотреть на эту улыбочку как-то совершенно не хотелось. Её прямо воротило от неё.       — Ты выбирала не самые оригинальные места для появления.       — То есть крыша школы тебе не кажется интересной идеей?       — Только не когда ты пролетаешь над головой госпожи Элизабет, чтобы передать ей маленькую посылку. — девушка изогнула бровь в недоумении. Если она спросит: «как ты узнал?» — демон ей только ответит с этой лёгкой улыбочкой: «потому что ты только что подтвердила мою догадку» или что-то вроде этого.       Хотя так оно и было…       Раз Элизабет втянула её в это расследование, то пусть и сама участвует в этом представлении и принимает последствия, а не только наблюдает со стороны. Вера ещё с заварушки в Москве хранила у себя позолоченный значок с птицей. Маленькая вещь и записка должна была стать подсказкой для девчонки, что делать дальше.       — Это вышло случайно. — улыбка демона стала только слегка шире, обнажив белые клыки. Себастьян сделал пару шагов к столу.       — Да-а? А мне показалось, что кто-то решил использовать её в качестве одной из фигур в этой партии. — черноволосый подходил всё ближе, пока не подошёл вплотную. Девушка не подняла на него голову. Демон руками в перчатках приподнял её за подбородок, заставив смотреть прямо на него. И мускул не дёрнулся на женском лице. — Сделала несколько нападений на разные точки за короткое время и объявила всем, что твоя цель это именно барон. Заставила половину сил Скотланд-Ярда бросить на него. Разузнать у циркачей хотя бы одно имя одного из друзей барона, после нападала конкретно на их представителей. У полиции в любом случае появились бы вопросы к барону по этому поводу. Но вот что мне не совсем понятно… Ты ведь знала, что там была ловушка, верно? Так зачем дала себя поймать?       — Чтобы не только у меня были проблемы. — демон в недоумении слегка повернул голову. — Я ведь по словам журналистов и полиции: «неизвестное существо с малым размером мозга». Как же я тогда смогла пробраться в такое хорошо оборудованное место, как огромное здание с хорошей сигнализацией и автоматическим вызовом полиции? И как-то неожиданно там оказались представители независимой организации, и учительница Уэтонского колледжа с оружием на улицах города засветилась на камерах. А не могли ли они помочь странному существу в ограблении?       — Хм… И когда же ты придумала эту хитроумную цепочку?       — Секунды три назад собрала воедино. А создавала план на протяжении всех дней.       — И что же ты собираешься делать дальше? — рука с длинными пальцами переместилась с подбородка на щёку с пёрышками. Тут уже Мейрон её отстранила от себя.       — А это уже, мистер Михаэлис, не для ваших ушей. — девушка с лёгким прищуренным взглядом захлопнула крышку ноутбука и по нему снова пробежались искорки электричества. Демон отдёрнул руку от стола. Ощущения были неприятными. Даже болезненными, кончики пальцев неприятно обдало током, как обычному человеку. Это было странно. — Это моё дело. И я его закончу.       После таких «душевных» слов, Вера направилась в другую комнату. Но вот чего она не заметила, так это лёгкой улыбки Себастьяна, которая появилась, стоило девушке повернуться к демону спиной.       Конечно, ведь это был их первый полноценный разговор за последние три дня.       — Ты ведь ненавидишь их? — девушка замерла в сантиметре от ручки, молчала. — Хочешь их уничтожить? Или отомстить кому-то другому? К примеру, Эшу Ландерсу, который сделал тебя такой? Или даже… мне? — она осмыслила его слова и старалась подобрать правильный ответ.       — Это твоя очередная проверка на «характер»? — темноволосая даже не поворачивалась к Михаэлису лицом. — Хочешь предложить мне контракт? — улыбка стала только шире. Но теперь она стала даже больше хищной и жуткой.       — Мы когда-то неплохо работали вместе. — демон начал снова подходить и за пару шагов оказался прямо за женской спиной и положив свои руки ей на плечи. Глаза демона блеснули. — Так почему бы нам не вернуть то прекрасное время? Я могу с удовольствием тебе помочь на твоих условиях…       — Любой каприз за вашу душу? — никакой эмоциональной реакции. Ни положительной, ни отрицательной реакции не было. — Благодарю за такое отвратительное предложение, но я откажусь. — дверь тихо скрипнула, а потом и хлопнула, прямо перед носом дворецкого.       — Ты не меняешься.       Если бы Себастьян действительно захотел заключить контракт… Тут два пути. Либо он так долго «взращивал» в ней эту… «идеальную душу» и хотел забрать позже. Ведь он тот ещё гурман. Но остаётся тогда другой вопрос, почему он не забрал её до сих пор? Либо он настолько в ней разочаровался сейчас, что решил просто забрать всё, что только мог.       Именно так рассуждала Вера в своей голове, задавая себе сотню и один вопрос по этому поводу. Отчасти это могло послужить тому, что дело Фантомхайва замедлялось. И как же ей хотелось, чтобы был верен именно первый вариант. От второго… было очень больно. От таких мыслей Вера сглатывала неприятный комок горле.       Так. Стоп. Прочь эти дурацкие мысли. Нужно сосредоточиться на расследовании.       — Так, хорошо. — Вера прошла в библиотеку. Никакого демона, никакого отвлекающего фактора, никаких дурацких чувств, путающих мысли. — Продолжим работу.       Ноутбук был отложен на один из столиков в библиотеке, а на стене располагались многочисленные записки, зарисовки и несколько фотографий (их было совсем мало, что-то из журналов, что-то позаимствованное у их же хозяев). Половина бумажек была прикреплена перьями к стене. Иголки плохо крепились на голые стены, пришлось взять одну из штор и использовать её в качестве стенда.        — Итак… Если я всё правильно поняла, Фениксы опять кого-то хотят воскресить. А с учётом того, что там Гробовщик… Аргх… Опять Фантомхайвы. — темноволосая ходила из одного угла в другой, иногда всплёскивая руками. — И кто в этот раз? Винсент?! Или кто-то из оставшихся потомков? Аж рыдать хочется… Да что б вам всем кровяная недостаточность светила!       Очередное перо влетело в стенку, стоило девушке приподнять крыло. «Снаряд» влетел прямо в рисунок сереброволосого.       — Они заморочились на целый конкурс с «молодыми гениями», потому что им явно по каким-то причинам не подходят человеческие органы, и они решили использовать технологии. Торговля органами уже не катит? Или они воссоздают киборга по типу Дарта Вейдера?! Или же им приходится восстанавливать более крупные части… Может, им нужен протез руки или другой части тела?       Мысли то бегали, как муравьи, воссоздавая в голове целые образы из мелких деталей, то разбегались в разные стороны, как тараканы при свете. И в такт им Мейрон бегала туда-суда, туда-сюда, топ-топ-топ, шурх-шурх… Как бы девушка ни старалась выпустить пар безопасным способом — он не особо-то работал.       — Ещё у них и что-то начало выходить… Так, ладно… Успокойся. Подумай. — девушка медленно вдохнула и выдохнула. Крылья тоже сделали подобный жест: поднялись, а потом опустились — инстинктивно. — Хорошо, у меня есть где-то месяц-полтора до этого «бала». Давай, Веруся, думай… Ты передала значок и записку Элизабет, если что у тебя уже есть подстраховка — неплохо. Она явно захочет что-то узнать о Пауле и планы похитителей, и ты дала ей то, что ей должно помочь. Золотой «билет».       Вера присела на стул за столиком. Голова начала пухнуть от всех этих мыслей. А ведь после дня «превращения» голова не болела.       — Хорошо, нужно продумать план. Если Элизабет проникнет на это сборище, мы сможем подстроить всё так, словно я во время нападения «случайно» поврежу свет. Тем самым выиграв для неё время. Она освободит заключённых девушек, и они сбегут… В общих чертах план неплох… А дальше… Нужно раздобыть план здания, камер, сигнализации, список гостей, чтобы никто не попытался сбежать, выяснить будут ли там вообще девушки и живы ли они. И всё это, чёрт возьми, будет в Москве! У неё скорее всего связи, но она подросток. Она вообще сможет попасть туда?!       Голос стих.       — А ведь требуется ещё добраться туда… — девушка нервно сглотнула. Составление огромных планов было подобно игре, как шахматы, но при этом не было известно никаких чётких правил. — Эх… А ведь в это время все готовятся к экзаменам… Ну хотя бы сдавать их не придётся. Везде нужно искать плюсы, так ведь? Так ведь…?       Очередной тяжёлый вздох. Короткие волосы стали лезть в глаза, и девушка по старой привычке попыталась убрать волос в хвост, но пальцы наткнулись на коротенькие пёрышки, которые «проклюнулись» сквозь кожу.       — Чёрт… Ещё больше выросло. — тонкие пальцы влезли в белые пёрышки и крепко за них вцепились. Покрепче сжав зубы, девушка вырвала клок. На его месте осталась только покрасневшая кожа с пупырышками, словно у общипанной утки, и появились серьёзные кровоподтёки. На пол полетели, кружась в воздухе, лёгкие пёрышки.       А когда, после очередного тяжёлого дня, Мейрон возвращалась в свою кровать, она чаще всего просто падала на неё лицом вперёд. Граф бы явно был в ярости, если бы увидел, как в его кровать лезла девица в одежде и превратила аккуратно расстеленную постель в клубок.       Но сегодня что-то лежало на тумбочке. И это был не тот бумажный хлам, который частенько притаскивала за собой девушка. Нет. Это был маленькая коробочка с запиской. Даже на подпись не нужно было смотреть, чтобы понять от кого.       Взяв в руки коробочку, Вера прочла написанные изящным почерком слова в записке:       Облегчу немного твои поиски по всем уголкам поместья. Но прошу использовать и включать его, только когда мы будем вне стен особняка (лучше всего в городе), иначе мы имеем риск быть обнаруженными.

Себастьян

      Пробежавшись глазами по строкам, Вера открыла коробочку. В ней лежал её телефон, который когда-то подарила госпожа Рейчел. В своей толстой обложке-книжки, которая была изрядно потрёпанной, а сам прибор остался практически без. Рука дёрнулась, стоило ему лечь в ладонь. Захотелось его тут же включить, но, закусив губу, Вера сдержалась, чтобы не нажать на кнопку, а остановила палец на моменте, когда только коснулась её.       Девушка убрала телефон на место, закрыв коробочку крышкой и положив её в ящик тумбочки, чтобы было меньше соблазна воспользоваться телефоном, встала с кровати и вышла из комнаты, не закрыв дверь. В поместье было темно, ни одной лампочки не горело. Глаза потихоньку привыкали к слабому освещению и можно было различать мебель в коридорах. Ковры были мягкими и голые ступни приятно утопали в ворсе, а когда пальцы почувствовали лёгких холодок, впереди показался слабый свет. Вера подняла глаза — Себастьян всё ещё не ушёл в свою комнату.       — Проверяешь закрытие окон и наличие нежданных гостей?       — Да. — словно в подтверждение этим словам, Себастьян с лёгким хлопком закрыл окно. — Раньше это было одной из моих обязанностей, как дворецкого. Но раз мы остались одни, пришлось снова взять это на себя.       — Понятно. Я, скорее, разобью по пути пару дорогих ваз, пока буду закрывать окна. — Мейрон облокотилась на стену и почему-то замялась на минуту. — Ты возвращался в Лондон?       — Решил забежать на минутку, пока ты была немного занята. — демон повернулся к девушке. Не будь у Веры настолько доставучая совесть, то точно бы повернулась и пошла отсюда тут же, чтобы не видеть его улыбку. — А что-то не так?       — Просто хотела убедиться, что ты не принёс телефон с помощью какого-то «демонического ритуала». — Мейрон старалась не смотреть демону в глаза. В воздухе зависло лёгкое напряжение. — Но спасибо, что ты принёс его.       — Всегда пожалуйста. Обращайся, если тебе понадобится помощь.       Вера говорила не очень громко и не решалась подойти ближе хотя бы на полшага. А Себастьян стоял на месте и ждал от неё хотя бы какого-то действия. Губы быстро пересыхали, а пальцы сжимались в кулаки. Даже огонёк свечи не смел дрогнуть. Словно она хотела сказать что-то ещё, но при этом или не решалась, или не хотела. А может, и то, и то, но демону было этого не понять.       — Тебе не холодно? — темноволосая словно очнулась от дремоты и широко раскрыла глаза.       — Что?       — Тебе не холодно? — демон аккуратно намекнул на голые женские ноги. Темноволосая быстро кинула взгляд на свои пальцы. Опять она забыла о такой мелочи, как обувь. Дома-то она всё равно не носила её, видимо, она и тут вспомнила про эту привычку.       — Нет. Терпимо.       — Тебе помочь добраться до своей комнаты?       — Нет. — на вежливый жест со стороны демона девушка отскочила на полшага назад, врезавшись в ближайшую тумбочку. — Ладно, спокойной ночи.       — И тебе. — тихо развернувшись на носках, она пошла, хотя нет, практически промаршировала, в свою комнату.       Ночь должна была стать для них обоих небольшой передышкой, чтобы привести разум и тело в относительное спокойствие. Всё же при недостатке сна человек только начинает губить себя. Стояла глубокая ночь и в её тишине раздался грохот. Послышался треск ткани и падение чего-то тяжёлого.       Себастьян резко распахнул дверь. Он пришёл практически одномоментно, как услышал крик. Стоило полоске света попасть в помещение, как он увидел произошедшее. Девушка валялась на полу, выгибаясь в спине и запутываясь в одеяле ещё сильнее. Она прерывисто и мелко дышала, на лбу проступил холодный пот. Крылья заламывались до хруста и слишком сильно расправились, слегка поломав заднюю стенку кровати.       — Вера! — одеяло было содрано. Она замерла, оставшись лежать в позе эмбриона на полу, стоило только свету ударить ей в глаза.       — Кто здесь? — её мелко трясло, она сжалась в калачик, голос сел. А ею же ненавистные крылья обхватили её словно в кокон. Видимо, инстинктивно. Себастьян опустился на колени, чтобы быть с ней на одном уровне. Она смотрела на демона, но будто бы сквозь него, и не видела.       — Это я, Себастьян. — добрых пять секунд она смотрела в пустоту и не двигалась, осмысливая слова. Только зрачки бегали из стороны в сторону. Пальцы мелко тряслись и хаотично хватались за край одежды мужчины. — Помнишь? Мы прибыли в поместье несколько дней назад. — темноволосый аккуратно приобнял девушку и поднял её на руках, чтобы девушка не валялась на полу, где прогуливался прохладный ветерок.       — Себа… — её начало потихоньку отпускать. Взгляд становился более осознанным, пёрышки не так сильно прижиматься к телу, а мышцы расслабляться. — Точно… Фантомхайв… Мы в поместье… Одни… — последнее слово было сказано с долей разочарования. Вера пришла в себя через несколько минут, но пока или не заметила, что находилась на руках Михаэлиса, или просто игнорировала этот факт. Страх в глазах потух, осталась только измотанность и усталость. Сон ей не помог. — Я навела шуму?       — Похоже, тебе приснился кошмар, и ты проснулась. — демон медленно усадил темноволосую на кровать, та тихо скрипнула под тяжестью.       — Спасибо… — мышцы до сих пор были сильно напряжены. Если бы она попыталась сама встать, то наверняка бы упала и сломала что-нибудь в падении: свои собственные кости или что-нибудь из мебели — почему-то Себастьян решил, что второе более вероятно. — Сколько времени?       — Около двух ночи. — всё её действия казались замедленными. Даже просто взмах руки был растянут на несколько секунд. — Тебе стоит поспать ещё несколько часов.       — Навряд ли я засну сегодня.       Ночь — странное время, которое обнажает человеческую натуру и раскрывает её с новой стороны. Каким-то странным методом она заставляет говорить человека о том, о чём он боится говорить при свете дня…       — Почему ты всё ещё здесь? Не понимаю… — Себастьян слегка удивился разговору, который впервые начала девушка. — Тебе нет никакого смысла здесь находиться и делать все эти противоречивые вещи… Приказ Фантомхайва я выполню в любом случае. Ты до сих пор не забрал мою душу, а контракта ты от меня не дождёшься. Сам знаешь об этом… Так что я не понимаю почему ты ещё здесь. — она замолчала на несколько секунд. Молчала и размышляла. — Я для тебя недостаточно хороша?       Её словно осенило, нашла недостающий кусочек пазла.       — Да, точно. Как я сразу не догадалась? Я недостаточно хороша! Ха-ха! А я голову ломала! — она согнула пополам от смеха. Вот только он был не искренним. А словно вымученный и болезненный. — Что там демонов обычно привлекает? Расчетливость? Стойкость духа? Жестокость? Идти к своей цели несмотря ни на что? Да… Я для такого слабовата… — но потом она почему-то резко прекратила. Разогнулась и озадаченно посмотрела куда-то сквозь Михаэлиса. — Но ты ведь уйдёшь отсюда, если ты получишь желаемое?       — Возможно. — Себастьян слегка наклонил в голову от удивления. Ночь действительно обнажила проблемы, которые её волновали.       — Но что мне тогда сделать для этого?       Она словно сошла с ума на несколько секунд. Себастьян не двигался и не смел даже сделать слишком громкого вдоха, лишь наблюдал. Темноволосая улетела куда-то в свои мысли и крепко застряла в своих рассуждениях, которые выходили за рамки реальности.       Ему было очень… Как бы это сказать? Неприятно на это смотреть. Даже… Болезненно. В груди всё неприятно сжималось от взгляда на то, как девушка говорила неправильные вещи.       А ведь, и на нём была вина в этих последствиях.       — Ты всё ещё хочешь мою душу? Но я пока не могу отдать её тебе. Люди ведь не могут без неё жить. И я всё ещё ничего не могу предложить тебе. Только… Может, на эту ночь я исполню одно твоё желание вместо души? Можешь делать со мной всё что угодно. Я не буду сопротивляться.       Желание?       Чем дольше она говорила, тем больше Себастьян видел последствия ран.       — А потом ты оставишь меня в покое…       Себастьян сломал её морально, собственными руками. И это… было отвратительное чувство.       — Любое желание? Звучит заманчиво. — но показать свои переживания… Себастьян ещё не настолько очеловечился, чтобы пускаться в моральные, а тем более эмоциональные сцены романов, которые так любит «прекрасная половина» человечества. — И не будешь сопротивляться?       — До рассвета делай всё, что хочешь.       Демон подошёл на шаг ближе, а когда девушка и не шелохнула от этого, сделал ещё несколько шагов. Черноволосый оказался прямо над ней, а она всё так же не оказывала никакого сопротивления. Сдерживает своё слово.       Всё ближе и ближе… Даже и десяти сантиметров между ними нет и чувствуется дыхание на коже. Черноволосый сплёл их пальцы, повязка на руке всё ещё оставалась и скрывала намёки на печать. А когда расстояние было сокращено вдвое, женские пальцы всё-таки предательски дрогнули.       — Боишься? — белые клыки блеснули в слабом свете. А Мейрон всё сильнее залезла вглубь кровати.       — Нет.       Демон провёл рукой вдоль ей ноги, задирая юбку всё сильнее. От кончиков пальцев и по гладкой коже до округлых бёдер. А она ведь говорила, что у нет гордости, только принципы… Тогда почему она так подрагивает от его прикосновений и смотрит на него из-под полураскрытых ресниц… Себастьян с усилием сдержал смех.       А когда они подобрались к изголовью кровати, Мейрон не собиралась отступать, хотя черноволосый видел, как она подрагивала от его прикосновений, как не сводила с него взгляда, как пёрышки прижимались ближе к телу. Хотя по поводу последних… Когда Михаэлис добрался до шеи и завёл нос к плечу, то невольно заставил девушку задрать голову, дав ему только ещё больше обзора, и крепко зажмуриться от новых ощущений. В слабом освещении он заметил новые раны, и они были совсем свежие, может быть, всего пара часов. Похоже на ту, которую он сам случайно оставил.       И тут вдруг, оставив лёгкий поцелуй где-то под ухом, Себастьян переворачивается на соседнее место. От такой резкой смены атмосферы девушка осталась в лёгком недоумении. Она повернула голову в сторону черноволосого с круглыми глазами.       — Так ты хочешь…       — …Вместе вздремнуть в тёплой кроватке. — и словно в подтверждении своих слов, демон поудобнее устроился на подушке. — Какой смысл от утех, если от них не получают удовольствие оба партнёра? — не рассчитывая на такой расклад и дав ему полное право распоряжаться своим телом, Вера совершила большую ошибку и только начала осознавать её. — Буду охранять твой спокойный сон. Что-то не так?       — У меня… Эм… Да нет… — сделав короткий вдох и выдох, приводя мысли в порядок, девушка продолжила. — Странный ты всё-таки демон. Ну ладно… — после этих слов, она завернулась в одеяло, как в кокон. Крылья оставались опущенными и расстилались на полу. — Специально лёг на правую сторону?       — Может быть. — конечно он помнит о её привычках во сне.       — Хорошо, но, если я тебя случайно задену, когда буду переворачиваться — вина твоя. Моя совесть брать этот груз не собирается. Спокойной ночи.       «Вера.»       Когда я открыла глаза, снова появился белый свет. Только в комнате теперь был не только проектор, но и несколько разбросанных вещей: книги, игрушки, какие-то предметы гардероба. Рядом со всем этим стояло дорогое кресло из дерева, оббитое богатой красной бархатной тканью. Проектор всё продолжал тихо проигрывать киноленту.       — А-а-ах… Наконец-то я могу отдохнуть в одиночестве. Надеюсь, этот псих больше не объявится. — я взяла какую-то чёрную накидку с синей лентой, сложила её в несколько раз и использовала вместо подушки. Жестковато, но терпимо.       Странно это, конечно, отдыхать внутри сна, но мне было как-то всё равно на это. Здесь я могу спокойно полежать, и никакие дополнительные конечности мне не помешают расслабиться. Тишина. Ненавистная мною тишина сейчас окружала меня и дарила настоящий покой. Никаких тебе сволочей, ни демонов, ни людей, даже зеркал нет. Красота!       — И долго ты собираешься тут укрываться? — вот только моё спокойствие нарушил твёрдый мальчишеский голос. Я его сразу узнала и невольно взвыла.       — Только не ты… — я повернулась. Первое, что я увидела — до блеска начиненные мужские туфли очень маленького размера на каблуке. А подняв голову, я увидела и их владельца. — Добрый вечер, граф Фантомхайв. Соскучились по мне?       Мальчишка сидел на кресле. Прямо-таки по-королевски уселся в нём и смотрел на меня сверху вниз. На нём был чёрный цилиндр с лентой и бантом, костюм синего цвета, опять же, с лентой на шее, а в руках он держал, почему-то, стеклянный череп и закрывал ему рот одной рукой, вторая лежала на самой стекляшке. Повязки не было. А на середине кресла виднелась вырезанная корона, которая потрескалась, сама трещина отдавала таким же фиолетовым.       Хотя предмет в руках мальчишки был странным. Он был не полностью из стекла, а словно с настоящей головы сорвали плоть, а потом превратили в стекло. Да так, что каждая частичка застекленела отдельно и теперь по слоям они все вместе составляли эту черепушку. Можно было даже разглядеть сквозь слои стекла оставшийся там мозг, венки и неаккуратные кусочки плоти прямо на черепушке. Видимо, остатки носа, губ и то, что когда-то было бровями.       — Вам надоело одиночество в гробу, и вы решили навестить меня?       — Твой юмор всё так же плох.       — Знаю. А у вас попытки навещать старых знакомых. — я начала подниматься. Не дам этому мальчишке смотреть на меня сверху вниз. Тем более, в моей голове. Я встала, отряхнулась от невидимой пыли и как можно прямее встала. Это движение даже доставило мне какое-то удовольствие. Не было этих тяжёлых крыльев, тянущих меня к земле. — Поговорим о погоде или выпьем чашечку чая? Или чем там занимаются англичане на том свете?       — Прекрати этот цирк. Я здесь не для игр и бестолковых разговоров с тобой.       — Граф, но вы ведь сами сидите среди игрушек.       Словно в подтверждение моим словам, мимо нас пронёсся игрушечный поезд по тонким рельсам с характерным «чух-чух-чух-чух-чух!», который проехался прямо по ушку одного из многочисленных кроликов. Их было особенно много: белые, серые, коричневые — какие захочешь. Кто-то был в китайском костюмчике и с вышивкой на лапке, кто-то с цветком у ушка, двое были разодеты в индийские одежды и сидели у фигурки слона. А один кролик был зашит неаккуратными красными стежками, которые были прикрыты красной розой на игрушке. Ещё два кролика в богатой одежде, в платье и костюмчике, сидели у вазы с цветами, а рядом стояла фарфоровая фигурка собачки. На тонких ниточках над нашими головами двигались механические люди. Искусно сделанные из фарфора и шестерёнок с венецианскими масками. Несколько из них сидели у корзины с яблоками или прямо на красных фруктах. И их можно было бы назвать совершенными, если бы не их визуальные «дефекты». Где-то сзади можно было разглядеть два кукольных домика. Один в виде зелёного замка, вокруг которого были расставлены деревья. Второй пониже с лестницей спереди, около него стояли три деревянные фигурки в маленьких костюмах. А сами мы стояли на шахматном полу.       — Король среди своей свиты. — я отвернулась от мальчишки и начала расхаживать вокруг игрушек, подняв одного из них, я начала вертеть его в руках. — Глава компании и не проверит качество своего же товара? Ха! Помнится, вы этим иногда злоупотребляли на рынке. Пха-ха…       — Насколько бы дети ни любили играть в игрушки, а ты паясничать, но я пришёл не для демонстрации новой коллекции Кампании. Тем более, для меня такую линейку выпускать невыгодно — потребитель один. — я посмотрела через плечо. Я помнила мальчишку в мельчайших деталях. Сизые волосы, бледная кожа и синий-пресиний глаз с холодным камнем вместо радужки. Второй глаз обычно скрывала повязка, а сейчас печать померкла и глаз стал совсем безжизненным, практически белым. Я не была даже уверена, а видит ли он им что-нибудь. — Может быть, перейдём наконец-то к делу?       — Да-да… Вправлять мне мозги. Очередное воплощение моего больного разума решило доломать то, что осталось с прошлого раза? — я сдержала огромное желание закатить глаза. Обошлась одним вздохом. — И почему мой мозг не может выбрать кого-нибудь, перед кем я не виновата?       — На этот вопрос ты сама можешь ответить. Так ты собираешься что-то предпринимать? — мальчишка говорил холодно и жёстко, так ещё и сразу на ту тему, которая нужна была именно ему. В принципе, как и всегда. Граф особо терпимостью и при жизни не отличался. — Или запрёшься в моём поместье, пока тебя не найдут? Будешь бегать, как мышь из угла в угол?       — Подожду, пока заживут раны и перекопаю весь ноутбук. Позже найду место с хорошим интернетом. Попугаю ещё немного народ, а потом найду нужного ублюдка, который владеет недостающей мне информацией. А там посмотрю, как до Москвы удобнее добраться, и уже разберусь со всеми этими тварями.       — Не эффективно и не сквернословь. — я обернулась с немым вопросом в глазах. — Пока ты будешь ловить одного, остальные разбегутся, как тараканы при свете.       — Заметьте, я называю вещи своими именами. — я ещё раз поправила серого кролика в синем костюме, у которого теперь было надломано ухо, и поставила его рядом с ещё двумя, они были одеты в самые дорогие одежды. Для полного комплекта не хватало ещё одного.       — Их могут быть сотни. Или ты будешь скакать по всему миру? Убьёшь одного — на его место придут другие.        — Значит, постараюсь найти сначала Гробовщика и уже его заставить рассказать все его планы и какого чёрта он задумал эту неразбериху со временем.       — Сейчас время информационных технологий. Он может отдавать свои приказы через посредников или через сеть с другого конца планеты. Ты физически не успеешь его поймать.       — А я буду быстрее. Мне хватит и минуты, чтобы оказаться в другом месте. Ни один самолёт так не летает.       — Ты не сможешь переместиться в ту же Францию, где он когда-то был, а ты нет. Себастьян, возможно, успеет, ты — нет.       -Хорошо, тогда ваши варианты, граф? — кровь внутри вен начала медленно закипать, подобно лаве в вулкане. — Я, по-вашему, могу притвориться одной из них и уничтожить изнутри? Ха! Очень смешно!       — Для Себастьяна будет мелкой забавой влиться в их коллектив, а потом разыграть вместе с тобой нападение.       — Шинигами сейчас будут патрулировать каждый закоулок. Я со своим завтрашним планом не уверена, что смогу в принципе в город пробраться. О Москве и думать не стоит!       — Под покровом ночи и с помощью своих сил добраться до Лондона будет намного легче. Во тьме ты будешь не так заметна. Ты это уже делала не раз. Найди Катрин и Жана и разузнай у них всё. Возможно, заключи взаимовыгодное соглашение. Они ведь тоже хотят остановить Гробовщика.       — Они хотят меня посадить под замок, а потом прикончить в одной из камер шинигами.       — Отмазки. — я резко остановилась. А через несколько секунд обернулась. Мальчишка прожигал меня взглядом и был резок. — Ты всего лишь оправдываешь своё бездействие. С твоим-то рвением совать везде свой нос ты могла уже найти кучу способов улучшить свою ситуация. Но ты сидишь и врёшь сама себе, что на тебя снова направят все вооруженные силы Великобритании, стоит тебе выйти из тёплого укрытия.       — Словно мне тех разов не хватило! Знаешь ли, когда по тебе стреляют, это не очень-то приятно!       — Вот и снова.       Я пнула какую-то мелкую вещь со злости, и та со звоном полетела куда-то вбок. Я раскрыла глаза, только услышав звонкое «цзынь-цзинь». Вещь оказалась маленькой и на тонкой цепочке. Я подошла и пальцами подцепила сначала за цепь, а потом подняла круглую вещь на уровень глаз.       Словно в дополнение к моей злости раздалось три глухих удара по стене и жуткий скрип когтей, что заставил всё тело содрогнуться от неприятных ощущений. А потом раздался знакомый жуткий мужской голос-рык. Я покрепче сжала зубы, чтобы не дать слабину. При воспоминании об этом ужасе у меня появлялось странное желание закурить сигарету, чей запах я не переносила, сколько себя помнила.       — Это он? — граф только слегка повернул голову в сторону, но вставать под глухой стук не стал.       — Псих-препод? Да, он. Я стараюсь держать его как можно дальше. — я не обращала внимание ни на мальчишку, ни на шум. А лишь открыла крышку и провела по выцарапанной надписи пальцем.       — Уже можешь контролировать это место?       — Немного лучше, чем раньше. — я махнула плечами, перебирая в руках вещичку на длинной цепочке и не отрывая от неё взгляда. — Это всё-таки моё сознание. А значит, я могу контролировать здесь всё. — я всё не поворачивалась к пареньку лицом и продолжала стоять на месте, что-то там разглядывая. Наконец-то граф понял, что, а точнее кто, завладел моими мыслями (как бы смешно и странно это ни звучало).       — Всё ещё любишь его? — я быстро сжала часы в ладони. Пальцы предательски тряслись. Посмотреть в глаза графу я не решалась.       — Он не рассказал, что я превращусь… — я закусила губу. Комок в горле не дал и слова сказать, глаза предательски стали влажными. — Было очень больно. Ты думаешь, тот, кто дорожит кем-то, допустит такое?       — Сказала та, из-за кого моего дворецкого проткнули косой смерти. — и то верно… Может, это мне такая карма? — Что ж, это твоё дело. Меня не интересует твоя личная жизнь. Главное: преданность и результат. — я затылком чувствовала, как мальчишка сидит на своём кресле, сложив руки на груди, и смотрит на меня сверху вниз в моральном плане. Аргх… — Но пока ты не разберёшься со своими чувствами, навряд ли сможешь работать над этим делом. Не будь бесполезной и начни действовать наконец.       Словно в насмешку, Вера проснулась. В этот раз, по-настоящему. Спать больше не хотелось, хотя солнце только начало вставать.       — Сколько времени? — конечно он не спал. И что он только делал всё это время? Лежал, как бревно?       — Около пяти. — в голове всплыли воспоминания прошлого. Кажется, уже было что-то подобное. Не в этой комнате конкретно… Но в поместье точно. — Не хочешь ещё поспать?       — Нет, мне достаточно на сегодня. Хотя рановато что-то… — темноволосая посмотрела на демона. Ни хитрости в глазах, ни насмешки, ни злости. Просто… Себастьян. — Солнце взошло. Ты своё получил. Теперь оставь меня. — Вера отвернулась слегка в сторону, чтобы не видеть демона лишний раз. А может, просто не смотреть, как он тихо хлопнет дверью или просто растворится в воздухе. Или какие там есть способности у демонов по исчезновению?       — Что-то не припомню, чтобы я давал обещание. — демон приподнялся и сел на кровать, в глазах бегали озорные искорки.       Такой гаммы цветов на лице девушки демон не видел и до их ссоры. Сначала лёгкое недоумение и слегка побледневшее лицо, а потом медленное багровение лица до приятного красного оттенка. И почему она уже второй раз позволяет ловить себя на такой, вроде бы, очевидной мелочи с этим ушлым засранцем!       Ничего нужного рядом не оказалось: ни оружия, ни даже сервиза, чтобы можно было запустить в демона — а лезть на него с пустыми кулаками было не самой лучшей идеей. Так что первое, что схватила Мейрон и оказалось под рукой — белая подушка. Схватившись за мягкий край покрепче, она начала атаковать демона. Себастьян закрылся руками, чтобы хоть как-то укрыться от беспорядочных, но сильных и быстрых ударов.       — Засранец! Ну почему ты вечно такой! — девушка и не собиралась останавливаться, не смотря на не самое удобное положение и уже начавшие вылетать перья из подушки. — Хуже демона только демон с юридическим образованием!       Каким-то образом шуточная борьба стала превращаться в серьёзную атаку.       — Хитрец! Засранец! Демонюга!       — Здесь мне положено уже сдаваться?       — Ещё и издевается! — последовал самый мощный и крепкий удар от девушки из всех предыдущих, но…       — А мне показалось, что кое-кто был даже не против. — …черноволосый перехватил «оружие» из женских рук, чуть не заставил её упасть. На лице застыло чистое недоумение. — Будь ты действительно настороже, ты не позволила бы себя поймать на такой мелкой детали. — демон с довольным видом и, облокотившись подбородком на руку, с удовольствием наблюдал, как девушка с разъярённым видом слушала его. И медленно, но верно, красные щёчки от злости начали краснеть уже от лёгкого смущения. — Не означает ли это, что ты сама того хотела?       — Что? Да пошёл ты… — по сути сбежав из кровати, Мейрон завернулась в одеяло и скрылась в ванной, громко и показательно хлопнув дверью. А оказавшись в небольшой отдалённости от демона и поглубже вздохнув, девушка скатилась по двери вниз. Разговор с мальчишкой продолжал крутиться у неё в голове. — Всё ещё… Да, граф?       «Несколько часов спустя»       Сегодня. Это должно было произойти именно сегодня.       Очередное нападение было спланировано через несколько дней с последней вылазки. Этого нужно было для небольшого затишья и восстановления своих собственных сил. Это должно было сработать, а потом можно было переходить и к следующему этапу. План был разработан до последней детальки, с учётом всех неприятных моментов, от жнецов до дождя, который должен был пройти в пять часов во второй половине дня.       Всё было готово. Осталось только засечь время и переместиться. Нужно было это сделать на рекордно большое расстояние, иначе её могут отследить. Либо Себастьян решится влезть, чего также допускать было нежелательно.       — Итак… Приступим. — Мейрон опёрлась руками о стол перед большим открытым окном и отсчитывала секунду за секунду. В такие моменты время замедлялось. Становилось тягучим, как горячая карамель. А оставалось какие-то минуты до четырёх ударов часов, делов-то. От целого часа легко отсчитывать время и контролировать процесс намного проще, чем держать в голове во сколько и сколько прошло времени. Если можно сделать проще, то зачем усложнять?       Нужно чётко представить, куда ты хочешь попасть и желательно вспомнить до мельчайших деталей, как ты туда попал. Поломанный лист цветка или расположение статуэтки может сыграть решающую роль в этом.       — И куда ты собралась?       Только не это.       Мейрон еле сдержалась, чтобы не выпустить измученный стон наружу.       — Не твоё дело. — мысленно девушка отсчитывала у себя в голове время. Хотя часы продолжали тихо тикать, но этот звук теперь больше напоминал движение лезвий.       — Всё, что касается дела юного господина, так или иначе затрагивает и меня. И раз ты собралась что-то предпринимать, не лучше ли посоветоваться с кем-то ещё?       — Не в этом точно. Лучше отойди. Не хочу, чтобы тебя задело.       А Себастьян, как назло, сделал шаг вперёд.       — Я неясно выразилась? — кровь в венах медленно начала закипать — Отойди. Тебя может задеть.       — Ты не моя госпожа, а значит и приказы не можешь мне отдавать.        — Это не приказ. Это просьба.       — Хорошо, но тогда я не расслышал «пожалуйста».       Перья распушились, крылья растопырились, чтобы вынудить демона сделать небольшой шажок назад и не дать ему приблизиться ещё ближе.       — Я же попросила — не подходи. — голос стал тише и был похож больше на шипение. Мейрон смотрела на черноволосого через плечо и контролировала, чтобы он не приближался.       — Нет.       Себастьян сделал ещё один шаг, а Вера попыталась ударить его крылом. Демон смог увернуться, но пара чёрный прядей всё-таки была задета. Черноволосый пригнулся вниз.       Вера повернулась вокруг своей оси, размахивая крыльями по комнате, стараясь задеть демона и сбить его с ног. Но крылья оставляли небольшой зазор между Себастьяном и полом, чем демон и воспользовался. Стоило девушке снова повернуться к нему лицом, как Себастьян прижал её к столу руками.       — Отпусти…       — Чтобы ты сбежала и в тебя всадили пару свежих пуль? — Себастьян держал крепко. Словно его пальцы были из металла и представляли из себя сейчас крепкие кандалы, так просто не сбежать. — Таким способом ты только привлекаешь к себе лишнее внимание. А затраченные усилия не стоят своего результата.       Быстрый, хотя уже скорее нервный, взгляд на часы. Оставалось каких-то три минуты. Десяти минут может быть достаточно, чтобы спасти планету от инопланетян и выпить чаю, но вот чтобы демона сдвинуть с места может не хватить и часа. Нужно было быстро что-то придумать.       Ни ногами, ни руками она ничего черноволосому сделать не могла. Тогда остаётся…       — На мне всё заживает, как на Росомахе. Переживу.       — Когда заживление закончится, твоя регенерация не будет такой эффективной.       — А! Так они всё ещё «заживают»?!       Резко заставив крылья сомкнуться, девушка ударила Михаэлиса по голове. Вышло даже слишком круто — у самой воздух вышел из лёгких! Это позволило девушке вырваться из крепких рук. А стоило ей освободиться, Мейрон вылетела в открытое настежь окно. Стоило демону очнуться от секундной заминки, тот последовал за ней.       Вера летела плавно, резко взмахивая крыльями. Ловила ветряные потоки и, как стрела, рассекала воздух. Только в ушах стоял тихий свист. Под ногами быстро пролетали деревья, превращаясь в целостный зелёный ковёр.       А Себастьян не отставал не на шаг. Тенью следовал за девушкой.       Ангел остановилась у берега озера, опустившись на обгорелую траву. Когда она остановилась и встала на ноги, то тут же взлетел букет искр. От кончиков волос до каждого пёрышка.       — Ну… Погнали в гости к виконту…       Вспомнить бы расположение квартиры, её планировку, интерьер, украшения и запахи… Воссоздать настоящую карту дороги туда. Чем больше Вера представляла у себя в голове, тем больше искр появлялось. Пальцы сжимались в крепкий кулак, раня кожу ладоней. А воображаемая картинка становилась яркой, чёткой — на уровне детализации в современных фильмах.       Пробило четыре часа.       Искры уже настоящим коконом из тонкой сетки электричества оплели девушку. Нужно было сделать лишь короткий шаг, чтобы начать движение. Запустить цепь. И уже полшага было сделано, как за Мейрон появилась что-то тёмное.       — Себа…!       В следующее мгновение на берегу никого не было.       «Лондон»       После кражи ноутбука госпожа Чембер думала, что ничего хуже на этой неделе не случится. Но как же сильно она сильно ошибалась.       — Да! Я хочу восстановить доступ к своему личному кабинету. — блондинка расхаживала по своему кабинету. — Нет, я не помню пароля! И мне всё рав…       Свежее вставленное окно разлетелось на множество кусочков с невероятным грохотом. Только стоило через него чему-то появиться, как оно тут же собралось воедино. Как из кусочков мозаики или подобно порталу из фантастических фильмов, но всего за несколько секунд стекло разрушилось и собралось воедино. А в комнате появилось что-то странное.       Крылатое создание, о котором трубят на каждом шагу СМИ, стало… Больше.       К жуткому телосложению и виду прибавились какие-то новые части… Что-то чёрное и несвязное. Словно огромный шар с тягучей и вязкой жидкостью взорвался прямо за спиной и его содержимое начало растекаться. «Клякса» растекалась и становилась только больше и больше. Обвивалась и кружила в воздухе вокруг новоявленного ангела. Чёрные части цеплялись за перья крыльев, руки, тело девушки, но основная масса летала в воздухе. А ещё раздавался настоящий болезненный хрип и кашель. Словно ему было больно настолько, что пропадал голос и отнимало язык. А может, потому что рот у этого создания нельзя было найти… Пока что.       Женщину откинуло куда-то в сторону, так она и спряталась за мягкие диваны.       А вот темноволосая озиралась по сторонам. От картины перед глазами всё в груди невольно сжималось, а дыхание перехватывало. Пугал не сам облик, а как он к нему перешёл. Себастьян буквально взорвался и сменил свою форму. В отличии от женщины, она видела, словно в замедленном движении, как человека буквально разорвало. Как появились тонкие чёрные трещинки, а потом, словно по швам, он «взорвался», превратившись в неописуемую чёрную массу. То тут, то там над ухом было слышно какое-то болезненное кряхтение, а перед глазами появлялись новые образы.       — Себастьян… Это… ты?       — Я-я… — послышался скорее еле разборчивый рык, нежели человеческий голос. У девушки пропал дар речи. Перед глазами Веры появлялся то образ ворона, то волка, то ещё какого-то странного создания. Между разными обликами демона можно было заметить мелкие искорки. Он словно… не мог воссоединиться снова.       — Неужели это я с тобой… — быстро кинув взгляд на свои руки, она прервалась на полуслове. Девушка подняла голову и быстро осмотрелась.       Быстро найдя светлую макушку, девушка рванула к ней. Афродита только успела тихо вскрикнуть, как на её горле были сжаты узким кольцом чужие пальцы. Телефон отлетел куда-то в сторону.       — Где девушки? — Друид побледнела практически в тон своим локонам, пока Мейрон слегка сжимала пальцы у неё на коже. Женщина смотрела на неё глазами полными страха, выпучив их как какая-то жаба. — Я знаю, что вы проводите эксперименты над людьми. Где они?       Послышался только тихий неразборчивый писк.       — Я не понятно объясняю? — пальцы сомкнулись вокруг горла немного крепче. — Или мои аргументы неубедительны?       — И… Их… — женщина держалась за руки ангела так, что они начали мелко дрожать от напряжения. С ног слетела одна из туфель. Всё болело, на шее появятся синяки, если, конечно… она выживет. — Должны… Привести в Москву… К концу… Месяца… — тут женщина замолчала. Воздух в её лёгких начинал заканчиваться. А лицо стало принимать лёгкий голубой оттенок, прямо в тон цветам на картинах, которые висели на стенах.       Что-то тёмное легло на женские пальцы и пёрышки и слегка сжало их. Мягко. Аккуратно. Это было похоже на чёрную руку с острыми ногтями, чья кожа или поверхность чёрных матовых перчаток поглощала свет, а не отражала его. Не было понятно ни откуда появилась рука, ни где её владелец. Только чёрное бессвязное облако вокруг.       — Отпусти. — тихий шёпот над ухом, который слегка щекотал кожу, заставил руку дёрнуться. А потом и вообще всю ладонь раскрыться, отпуская белокурую женщину.       Женское тело рухнуло на пол и тут же послышался сухой кашель. Придерживаясь за грудь, Афродита старалась ухватиться за каждый глоток воздуха. Ей казалось, что это её смерть стояла перед нею. Глаза наполнились слезами и страхом.       Но, видимо, не на сегодня её имя занесено в список.       — Мне нужна информация на членов вашей организации. — Мейрон говорила негромко. Но чётко и холодно. Серые глаза так и проникали сквозь Афродиту, каждый слог заставлял её вздрагивать. — Если кому-то расскажешь, что сдала их — я приду снова. И не думай, что я не закончу начатое. — пальцы опасно дрогнули, между ними проскочили несколько искорок.       — Д-да… — темноволосая отошла на шаг, позволяя женщине встать и пройти вперёд. Но Вера не спускала с неё взгляд.       Они прошли из главной комнаты в кабинет. Женщина была впереди и словно шла по острым иголкам, голой стопой наступая на болезненную поверхность, а не просто перемещала весь свой вес на тонкую шпильку туфель. Надеть вторую она как-то побоялась. Мейрон не давала ей сделать и лишний шаг или действие.       Афродита и ангел подошли к широкому столу из серого камня с вазой белых лилий. Свежих. Записка рядом сними стояла у стеклянной вазы в виде какой-то женщины в греческих одеждах.       — Здесь… — Чембер протягивала трясущимися пальцами с идеальным маникюром небольшую флешку. — Список приглашённых… — стоило женщине отдать флешку, она тут же отдёрнула руку.       — Маячки или какие-то программы слежения есть?       — Нет. Это моя личная.       — А! Значит есть и рабочая. — лёгкая улыбка сейчас была больше похожа на оскал хищника. — Скиньте все файлы с неё сюда. — Мейрон снова положила флешку на стол. — Никто из нас ведь не хочет, чтобы я приходила сюда ещё раз.       — У-у м-м… — не договорив, женщина не выдержала. Схватившись за своё кресло, скатилась вниз. Обмякшее тело осталось лежать на стуле.       — Это не даст никакого результата. — забрав флешку, темноволосая убрала её в карман. Было бы время, то можно было и осмотреться тут повсюду, но вот Себастьян… — Что с тобой происходит?       — Н-не могу… Соединиться… — послышался болезненный рык, появлялись всё новые и новые образы. Искорки на руках Мейрон всё ещё не полностью сошли и иногда они весело скакали между пальцами.       Себастьян выглядел… очень болезненно.       — Тебе больно? — Вера попыталась слегка провести пальцами по чёрной… массе, которая была ближе всего к ней. Искр не было. Так что Вера попыталась слегка дотронуться до Себастьяна, но резко отдёрнула руку, побоявшись. Перед ней ненадолго появилась нижняя часть лица с острым рядом белоснежных зубов. Глаза и нос словно были стёрты, от них остались только тонкие ленты «тьмы», остальная масса продолжала кружить.       — Словно на атомы рвёт… — мимика стала более сильно выраженной. «Рот» открывался широко настолько, что раскрывался, предположительно, до ушей. — Но я смогу вернуть себе форму через какое-то время. — но стоило демону договорить, как рот распадался на составные части: губы, зубы, язык — а потом и они превращались в чёрную и бессвязную массу, в которой иногда проскакивали лишние глаза, пялящиеся на ангела.       — Сколько тебе нужно времени на восстановление?       — Немного… — а стоило ему заговорить, челюсть появлялась обратно.       Снаружи окна уже послышались полицейские сирены. Мейрон дёрнулась к окну и выглянула в окно, несколько машин подъезжало к зданию. В небе вдалеке виднелись вертолёты. Словно вся Англия встряхнула с себя пыль и решила устроить на неё охоту.       — Чёрт! — девушка вернулась к тому месту, где она появилась, осмотрелась и нашла, где оказалась репортёрша. Под диваном валялся погасший телефон. Последним звонком оказался вызов в полицию. — Я думала, что у нас будет немного больше времени.       Энергии для побега было недостаточно. Нужно было ещё немного времени для «отката». Но оставаться здесь было слишком опасно. Полиция могла устроить открытый огонь из-за неё, даже не смотря на наличие живого человека внутри. А Себастьян не в лучшем состоянии. Да, пули для него обычно были неопасны, но сейчас… Мало ли что могло случится.       — Что ж… Тогда пробежимся немного. Но сначала… — девушка подошла к телу женщины. Взвалив на плечо обмякшее тело в дорогом белом наряде, ангел потащил его в спальню. — Оставим послание полиции.       Весь этот вандализм занял всего лишь минуту. По сравнению с прошлыми актами, это была лишь мелкая шалость без единой жертвы. Женщина была связана на своей кровати по рукам и ногам простыней в знакомой для всех членов организации позе только в горизонтальном положении. Даже одежду особо не испортили. Так, помялась.       — Последний штрих. — закреплённый к ноге кинжал был освобождён, он с приятной тяжестью лёг в женскую руку. А сама Вера с хитрой улыбкой посмотрела на свою «сцену».       — И что ты хочешь сделать?       — Кажется, ты рассказывал, что Сиэль Фантомхайв оставил вам послание. Отдадим дань традиции. — дорогие обои, подобно дешёвой бумаге, с треском начали рваться под лезвием.       За дверью всё задребезжало. Полицейские приближались к дверям, а девушка встала в середине комнаты. Стоило замочной скважине несколько раз дёрнуться, она бросила беглый взгляд на часы. Ситуация пока была под контролем.       — Семь минут и шестнадцать секунд, плюс накладка и погрешность… Итого… Семь, двадцать девять. — Вера стояла в комнате в стойке и была готова в любой момент рвануть с места.       — Я могу убрать всех полицейских, если потребуется. — после слова «убрать», девушка уже начала представлять горы трупов и испачканные стены в крови. Слегка встряхнув головой, она попыталась развеять эту картину перед глазами.       — Я убиваю только членов организации и их служащих. Не трогай гражданских. — девушка закончила своё дело и быстрым шагом, убрав кинжал подальше, направилась к большому окну. — Да и ты первый меня прервал. Демон останавливает ангела от убийства. Смех, да и только.       — Люди слабы. Чем ближе они видят того, кого убивают, тем больше будут себя уничтожать из-за этого. А ты тем более.       — За человека только ты меня сейчас принимаешь. — Вера быстрыми шагами направлялась к окну.       Но стоило сделать шаг и под грохот двери произошло что-то нежданное.       Вера замерла, словно статуя. В голове что-то щёлкнуло, а по всему телу прошлась какая-то странная, неописуемая и быстрая боль. Подобно молнии боль быстро пробежалась по мышцам и нервам, охватывая в агонии всё тело.       — А-а-а! — секунда и девушку начало шатать из стороны в сторону, сшибая всё, что попадалось на своём пути. Задетые статуэтки, вазы и мелкая мебель полетели вниз, превращаясь в щепки или разлетаясь на осколки. Что-то летело сразу в стены.       То тут, то там ангел начал быстро появляться и исчезать на несколько секунд. Она врезалась в стену или появлялась посреди комнаты, даже на стол её занесло. Это можно было сравнить с коротким замыканием электронных приборов. Искры так и летели от неё в этот странный момент.       Сотрудники спецслужб сломали дверь и ворвались в убранство мисс Чембер именно в тот самый момент, как раздался крик. Так близко к чудищу они ещё не подбирались, но они знали, с какой опасностью имели дело, и были хорошо обмундированы не только оружием, но и защитой. Опыт прошлого раза давал о себе знать. И они бы открыли огонь, если бы Себастьян не закрыл собой темноволосую. Хотя самому демону тоже не сладко приходилось, но сознание он пока не терял.       Люди никак не ожидали ещё одно странное существо, которое буквально из жидкого состояния нападёт на них. Они видели жуткое создание с острыми зубами, десятком глаз, которые горели огнём преисподней, так ещё было и не пойми чем! Оно вечно меняло форму! Кровь застывала в жилах от такого зрелища! А стоило выпустить очередь пуль, так существо поглотило их, а потом начало собственный отстрел этими же самыми пулями!       — Что происходит? — несколько пуль влетели в демона и тут же застряли в нём, подобно в какой-то тягучей жидкой массе и обволокли самой тьмой.       — Не знаю! — был дан короткий ответ, прежде чем ангел переместился из одного угла квартиры обратно к окну.       Под крики ужаса людей и болезненные Веры эта неразбериха продолжалась несколько минут, пока ангел не наткнулся на стекло. Под силой и тяжестью падения оно потрескалось и вновь разбилось на сотню осколков.       Себастьян крепко держался за Мейрон, её одежду, кожу, мягко обволакивая её за запястья, подобно второй коже. Девушка кувыркалась в воздухе несколько раз, больно ударяясь то плечом, то ногой, то локтем о стену высотного здания. Но боль отрезвила её. Внезапный припадок закончился, и девушка понадеялась на свои руки и быстрые ноги. Использовать перемещение снова…? Что-то теперь оно не внушало надежды. Да и что произойдёт с демоном тогда Вера и представить не могла.       Крылья были крепко прижаты к телу пока девушка набирала скорость. В полёте было сложно уворачиваться от пуль, но вполне возможно. Но несколько пуль всё же могли бы попасть в неё, если бы не защита Себастьяна. Тёмная материя, из которой состоял Михаэлис, принимал в себя все пойманные пули. А потом, подобно хлыстам, заставлял их лететь в том направлении, в котором они прилетели.       Набрав нужную скорость, ангел быстро раскрыл крылья у самой земли. Резкий поток ветра сбил с ног нескольких сотрудников. Люди держались на безопасном расстоянии и устроили настоящий обстрел, но от многих пуль уже практически у земли Себастьян защищал девушку.       Но почему-то вместо того, чтобы вернуться на изначальный путь для возвращения, она свернула и побежала по прямой, огибая все машины и людей. Приходилось прыгать вверх, цепляться за выступы зданий, скакать по зданиям. Но ни молний, ни крика, как в прошлый раз она не использовала. А ведь так было намного проще сбежать и замести следы.       — Используй силу. — как и говорил демон, он креп. По сравнению с тем, что было несколько минут назад, теперь он создавал более крупные, проработанные и мощные тела. Теперь и он наводил ужас на улицах Лондона.       — У меня есть здоровые руки, ноги и эти штуки. — сделав очередной кувырок в воздухе, ангел со скрежетом проехалась по стене здания. Мелкие осколки летели вниз на сотрудников Скотланд-Ярда и немногочисленных мирных жителей, которые случайно попали под удар. — Справлюсь! — темноволосая свернула в сторону, уворачиваясь от живой стены из вооружённых людей. Резкое торможение создало поток воздуха, практически сбивающий их с ног.       — О-у! Ты так считаешь? — Вера не набирала большую высоту, предпочитая лететь на небольшой. Зато угнаться за ней мог сейчас только демон. Но вот ещё летящие в Мейрон пули он мог поймать. — Что-то мне подсказывает, что ситуация становится только хуже.       Они продолжали двигаться всё дальше в сторону поместья, уворачиваясь от атак. Но чем дальше они продвигались, тем больше становилось людей. Не только вооружённых людей, но и обычных прохожих, которые попали случайно под быстрое крыло и дуло огнестрельного оружия.       А ведь если им и удастся сбежать из этого кольца, то оторваться будет нелегко. Но позволить обнаружить их укрытие… Этого нельзя будет допустить.       — Так что будем делать, моя леди?       — А непонятно? Бежать. — очередная крыша машины была смята под её весом. Прыжок — и вот она снова взлетела ввысь.       — Не самый эффективный метод. Попробуем мой. — улыбка демона стала шире, обнажая белоснежные клыки. Себастьян присел, касаясь асфальта всей ладонью. Тягучая тьма соскочила с пальцев демона и проникла под дорогу.       Послышался жуткий треск. Под пальцами пошли жуткие трещины. Подобно огромным змеям, они пятью проломами направились прямо к сотрудникам Скотланд-Ярда и вооружённых сил. Асфальт переживал жуткую мясорубку. Куски асфальта, подобно титаническим плитам, налезали друг на друга, а где-то, наоборот, расходились и целые куски разлетались в стороны, попадали в людей, в дома и ломали всё на своём пути. Словно что-то заставляло их повиноваться и выполнять его волю — разрушать и нести хаос.       Закончилось это всё только тогда, когда в ближайших метрах тридцати вокруг Себастьяна и Веры не образовался ровный круг, состоящий из побитой дороги. Сама пара стояла на маленьком островке — единственный кусок дороги, оставшийся целым.       — У тебя это особая фишка, делать абсолютно всё настолько пафосно и с размахом, что одновременно хочется и посмеяться, и смотреть на тебя, вылупив глаза? — действие, длившееся всего несколько секунд, завораживало настолько, что девушка забыла про подсчёт у себя в голове. Вспомнила она об этом тут же, но время было сбито. Повезло, что покосившийся столб с часами уцелел и всё можно было быстро восстановить.       — Можно сказать, что это талант.       Несколько выигранных секунд позволили ангелу и демону начать свой побег. Вот только, на удивление Себастьяну, Мейрон побежала не против движения разлома дороги, который представлял собой небольшой по размерам узкий хребет, а прямо по нему. Демон последовал за ней. Разбежавшись изо всех сил и оттолкнувшись от края, Вера взмахнула крыльями и снова стрелой полетела прямо в гущу событий.       — Так ты на полном серьёзе собираешься вот так бежать?       — «Зайцам» слова не давали.       — Хорошо, но учти, чем дольше ты будешь так бежать, чем более вероятно, что нас схватят.       Резкий взмах вверх. Пролетая практически у самой застеклённой стены здания, Вера могла видеть, что творилось вокруг. Людей и машин становилось больше. Где-то вдалеке уже можно было увидеть вертолёты.       Крепко встав ногами на крышу здания, они продолжили диалог.       — Хорошо, ваши предложения, мистер?       — Вернуться тем же способом, как мы сюда попали.       — Отказываюсь. Сам видел к чему это привело.       — Не используя весь свой потенциал, ты ставишь нас в невыгодное положение. — тело демона уже имело общие человеческие черты, такие как кисти рук и стопы, очертание торса и две трети головы. Даже так, из человеческого облика демона были видны привычные черты Себастьяна Михаэлиса, но всё же… Меняющееся в беспорядке тело всё ещё оставалось проблемой. — Из-за одной ошибки ты теперь не хочешь действовать. А сейчас бездействие может быть для сейчас приравнено к поражению в абсолютно во всём.       Голос демона был холоден и жесток. И он явно не предрасположен к поиску компромисса.       — Первое, я пытаюсь найти другой способ уйти из этого эпицентра, чтобы у меня не было трупа демона, который распадался у меня на руках. Второе, так же, как и твоё перемещение в наш мир, это имеет свои правила. Если мы хотим попасть в поместье с минимальными потерями, нам нужно как можно быстрее вернуться в квартиру!       — Мы можем использовать какую-то другую точку для перемещения, которая была задействована тобой ранее? — нарастающая злость, стресс и надвигающаяся беда начали морально давить на мозги. Чтобы полностью не распсиховаться на демона и оставаться с холодной головой, девушка начала ходить туда-сюда. Мысли менялись одна за другой с такой быстротой, словно кадры в кино.       — Теоретически можно, но…       — «Но»?       — Чем больше расстояние между точкой «А» и точкой «Б», тем нужно больше накопить энергии. Если перемещаться между пунктами, между которыми прошло много времени — увеличивается отдача. А она… — Вера остановилась и посмотрела на свои трясущиеся пальцы. Пёрышки на них крепко прижались, больше теперь напоминая чешую, а её саму трясло, как в лихорадке. — Может выходить из-под контроля.       В какой-то момент Вера почувствовала, как чья-то рука хотела лечь ей на плечи. Но девушка лишь отмахнулась от неё на нервной почве.       — Знаешь, порой лучший способ дать стимул… — времени становилось всё меньше, всё же люди видят в них угрозу, и явно отказываются игнорировать их присутствие. Себастьян, стоя в нескольких метрах от девушки, в мгновение ока оказался около неё. — Это сыпать соль на свежую рану. — лёгким движением руки, демон столкнул Мейрон с края крыши. — Действуй.       Толчок со спины для темноволосой сейчас был неожиданностью. Дыхание перехватило. Ноги потеряли опору. Была небольшая потеря в пространстве на несколько секунд, пока девушка летела с небоскрёба навстречу людям с вооружением и крепкому удару головой об асфальт.       Но первое, на что обратила внимание девушка: не огромное тёмное пятно в виде вертолёта или не уже знакомый страх перед внезапным падением, — а небо.       — Какое небо голубое… — голубое, без единого облачка, далёкое и глубокое. Оно показалось таким красивым, пока девушка летела вниз. Так красиво… Первые несколько секунд было странное чувство невесомости, пока тяжёлое тело с ускорением не начало набирать скорость. Этот момент растягивался на минуты, а каждое движения чувствовалось как в замедленной съёмке.       И на фоне этого прекрасного чистого неба с грохотом появился вертолёт, который завис над небоскрёбом благодаря быстрому движению лопастей. Там не так давно стояла Вера. Тень поменьше, но невероятная гибкая, взметнулась стрелой ввысь. Так же быстро она оказалась на вертолёте.       Вера не могла в точности видеть, что там происходило из-за расстояния и того, что этого не позволял угол обзора. Но вылетевшие тела людей из машины уже не казались ей хорошим знаком. Потом треск. Звук заглохнувшего мотора, больше похожий на глухое чавканье зверя, и.… взрыв. Подобно спичечному коробку, машина взорвалась изнутри прямо в воздухе. Горящие осколки начали падать вниз. Быстро кинув взгляд вниз, девушка увидела людей. Вооружённые солдаты, которые стояли с заряженным для неё оружием. Взгляд ещё несколько раз перескакивал с горящих осколков на солдат.       Солдаты. Осколки.       Люди. Огонь.       В голове вертелся сто и один вопрос: что ей сейчас делать? Зачем Себастьян вообще это сделал? Сколько людей может сейчас пострадать? Что-то с болью проткнуло кожу, почувствовались тонкие струйки горячей крови, которые потекли по руке. Было немного страшно. Не за себя.       Голова вскипела, как горячая кастрюля. О держании разума в холодном состоянии не было и речи. Нужно было быстро остудить мозг и что-то придумать.       — I'm livin' in the strange days.       I'm livin' in a world that I don't know…* — после тяжёлого и глубокого вздоха с губ сорвались тихие строчки песни.       — «Используй силу…» — вспомнились тёплые руки на плечах. В ушах звучал знакомый, тихий и практически до боли приятный голос. — «Они часть тебя… Я тебя всегда поймаю… "       — Чёртов демоньюга. — в голове вспыхнула идея. Ведь она кое-что может сделать. Не факт, что сработает, конечно, но могла ведь… А это шанс. — Доберусь — устрою пропилку мозга!       Расправив крылья, девушка резко развернулась. Начала набирать высоту и скорость. Осколки, подобно небольшим горящим метеоритам. В голове быстро начался новый счёт. Не только времени, но и количества железных кусков.       В теории, можно было возвратить весь вертолёт в первоначальное состояние. Но ни точное представление о вертолётах, ни детальной картинки, ни хотя бы модели Мейрон не знала. Какой подросток, не интересующийся ими вообще, может детально представить эту махину?! Правильно — никак. Но на практике это не было невозможно.       Вера видела, куда и как разлетелись осколки. Помнила их траекторию и примерно с какой скоростью они летели. И этого было достаточно       Искорки начали разлетаться от Мейрон, от кончиков пальцев до железных огромных и мелких деталей. Паутинки-искорки оплетали железки полностью, пока девушка сама начала взмывать вверх. Потому что перемотка была неполной и нужно было с этим что-то делать…       — «На пять секунд назад». — проскочила мысль в голове и, словно по музыкальным стрункам, куски металла полетели вверх. Хотя секунду назад они чуть ли не попадали на голову какому-то левому человеку. Англичане так и застыли от удивления на месте, широко раскрыв глаза.       Железки поднимались вверх. Их движения шли в обратном порядке, с той же скоростью, по той же траектории. Это было похоже на сцену с окном, которую издалека видел демон. Но вместо того, чтобы воссоздать вертолёт, который представлял сложнейшую конструкцию из металла и электроники, осколки один за одному зависали в воздухе, словно перед падением. До того, как они снова начали падать на землю, девушка на скорости ногами попадала прямо по ровным поверхностям кусков. Так что они с тяжестью падали на крышу небоскрёба, вместо того чтобы упасть с двух десятков этажей на землю и распасться ещё на сотню мелких осколков или похоронить что-то или кого-то под собой.       — Never know when it's all goin' down All I have is right here and now. *       Это продолжалось несколько раз. Быстрыми и точными попаданиями куски летели на бетон, превращая крышу в настоящую свалку. На удивление, даже странный азарт какой-то появлялся, когда Вера продолжила на протяжении какого-то времени откидывать эти куски мусора от себя подальше. Сработало! Сработало ведь! Девушка неосознанно продолжала напевать заученные слова с ещё большим воодушевлением. Хотя казалось, что она и не замечала этого.       Демона Вера заметила на той же крыше, где они стояли до этого. Он стоял посередине, наблюдал за ней и слегка улыбался. И это была абсолютно довольная улыбка. С точно таким же настроением была заряжена и широчайшая, во все тридцать да зуба, улыбка темноволосой.       С тяжестью Вера приземлилась на крышу среди железных обломков. Но останавливаться она не стала и сразу же побежала к противоположному краю.       — Если уверен, что выдержишь перемещение, то побежали. Но не жди, что твоя выходка забыта. Поругаться мы всегда успеем. — не говоря ни слова, только кивнув, Себастьян последовал за Мейрон.       Нужно было пробраться через толпу солдат и машин. Да, девушка продолжила бежать по стенам, но в этот раз, она не летела над самыми крышами машин. Они летели на всей скорости, которую только могла набрать девушка. И хотя сейчас Михаэлис был в качестве пассажира, но его помощь была действительно весомой. Благодаря их молчаливому согласию, демон отвечал за защиту. Девушка могла все свои силы потратить на их скорейшее возвращение. Ведь чем быстрее они доберутся до нужного места, тем безопаснее для них будет.       — Готов? — адреналин бил в крови, ветер развивал волосы и пёрышки. Оставалось совсем чуть-чуть, когда мышцы начали ныть и болеть от долгого бега и полёта. Но нужно было продержаться ещё немного. Девушка приземлилась ногами прямо на одну из машин полиции. Металл со скрипом погнулся под ногами темноволосой.       — Всегда. — Вера быстро оттолкнулась от транспорта и взлетела ввысь. Машина превратилась в настоящее месиво. А темноволосая в мгновение ока оказалась примерно в том же месте, где должна была быть пять секунд назад, пойдя она по короткому пути.       Крылья принесли пару прямо к квартире Чембер, к разбитому окну. Как можно сильнее оттолкнулась от стены, ноги оказались в воздухе. По такой же траектории они попали сюда. Вернуться в поместье, как можно скорее. В поместье. В безопасность. Вернуться на берег, где начался их путь.       Сверкнула вспышка. И они оба пропали.       Себастьян и Вера оба упали обессиленные и изрядно вымотанные. Девушка покатилась по мягкой земле, не очень приятно ударяясь боком и крылом. Не осталось сил ни на лишний шаг, ни чтобы даже стоять на ногах. А демон оторвался от девушки, превращаясь в какой-то клубок чёрных змей и с огромной скоростью отлетел в землю.       Мейрон очнулась первой, где-то сбоку слышались болезненные звериные хрипы. Преодолев ноющую боль в мышцах, девушка начала медленно вставать. Сначала на дрожащие руки, потом уже на ноги. Встать у девушки не получилось, всё слишком сильно болело, но крылья послужили опорой. Вера смогла сесть на колени, но по сравнению с ней, демон выглядел совсем плохо. Всё снова повторилось, как и в первый раз. Всё же для него перемещения были болезненными, в отличии от неё.       — Хэй… Себастьян. — чёрная масса словно обернулась на голос девушки. Вера шире расправила руки, на губах расплылась лёгкая и кривая улыбка. Темноволосая старалась выглядеть как можно лучше. — Иди сюда.       Словно какой-то огромный кот, демон огромной полужидкой массой прильнул к девушке, не смотря на своё жуткое состояние и вид. Кое-какое тело всё же сохранилось, и Вера держалась за него, стараясь хоть как-то отвлечь демона от боли, покрепче прижав к себе.       Сначала был только клубок, который расползался и становился больше, менялся, искривлялся и коверкал себя сам. Но через какое-то время появились очертания мужского торса, потом всё тело, затем появились руки и ноги. И подобно кусочкам мозаики вернулся бледный цвет кожи человеческого тела, одежда, а из демонического остались только алые глаза и ногти чёрного цвета. Демон всё ещё глубоко и тяжело дышал, но уже выглядел на порядок лучше.       Пара валялась на траве и каждый старался прийти в себя от недавнего забега. Грудь у каждого тяжело вздымалась, проступили капельки холодного пота. Несколько минут царила безмятежная тишина. Ощущался только ветер, который тянул за собой наполненные водой облака, и привычная перед дождём духота.       — Ты как? — тяжёлое дыхание медленно восстанавливалось. Но всё равно в ушах свистел этот противный звук от пуль.       — Я цел. Ты, я надеюсь, тоже?       — Слегка потрёпанная, но живая. — они так ещё лежали на траве, ничего не говоря друг другу и восстанавливая силы. Эта тишина была приятной, полной спокойствия.       Но любое спокойствие всегда заканчивается. Оно сменилось на недоумение и ярость.       — К… — девушка начала вставать, опираясь на свои руки. Всё тело трясло от напряжения. — Какого чёрта ты полез за мной?! Я могла быстро сделать дело и свалить оттуда! Ты бы не пострадал! — черноволосый глухо откашлялся, но поднялся, желая проводить этот разговор с глаза на глаз.       — Если бы я не пошёл за тобой, ты бы устроила очередную мясорубку. — по всему телу Себастьяна можно было заметить царапины. Некоторые из них были достаточно серьёзными. — Афродита — связующее звено и медийная личность. Её устранение принесло бы больше вреда для нас.       — Оу, да, конечно же. Я же дьявольски хороший дворецкий семьи Фантомхайв, я могу всё! Остальные людишки и шагу не смогут без меня сделать! — Мейрон словно прорвало. Вся злость, усталость, боль сейчас вырывались в поток едких слов. — Себастьян, ты взорвал вертолёт. Вертолёт, чёрт побери, чтобы только я зашевелилась?! Это был твой главный аргумент?!       — Информатор семьи Фантомхайв, «знающий всё», почему-то не может даже просчитать на один шаг вперёд свои действия. — впрочем, у Себастьяна тоже терпение не резиновое.       — Ой, на себя бы посмотрел сейчас! — девушка активно артикулировала руками во время своей речи, так ещё и крылья начали иногда дёргаться при самых эмоциональных криках. — Я, всемогущий демон, развалился на кусочки при перемещении в полминуты! И зачем я тогда волновалась, если у тебя всё было под контролем?!       Когда воздух в лёгких закончился, до мозга дошёл смысл этих слов. Отчего щёки стали ещё краснее, а не только от поднявшей температуры тела.       — Как же ты порой… — женская рука схватилась за волосы, убирая взмокшие локоны со лба.       — И я тебя люблю. — серые глаза округлились, а взгляд резко был поднят на демона. Он был полон удивления и шока.       — Да что ж ты такой… Аргх! Нашёл время! — крепко держась за голову, девушка еле-еле сдерживалась, чтобы только не закричать ещё что-нибудь. Сцепив зубы, нужно было сдержаться. Да, Себастьян говорит, что он в порядке, но раны говорят об обратном. — Ладно, пошли… Скоро должен дождь начаться. — девушка мельком посмотрела на небо. Тяжёлые серые тучи висели у них прямо над головами.       — Можешь идти вперёд. Я догоню. — Михаэлис медленно начал вставать, но вот ноги его подкашивались. Противная слабость была по всему телу.       — Пойду пешком. — Вера подхватила демона под руку, тот еле стоял на ногах. Хотя, если не врать, и она тоже. — Меня совесть замучает, если брошу тебя здесь.       Так они и пошли, помогая друг другу по пути, к большому каменному изваянию. Медленно, но верно они шли, перебирая ногами и подхватывая друг друга, если это требовалось. Но они не успели дойти до самого особняка, дождь застиг их раньше, начиная с мелких капель и переходя в стену из воды. Так что промокшие и изрядно потрёпанные они вошли в дом.       Теперь они в безопасности. Сидели тихо у камина и залечивали раны. У каждого из них было множество мелких и крупных ранений, синяки и растяжения. Хотя последнее относилось скорее только к девушке и у неё их было на порядок больше, чем у демона, но почему-то именно она аккуратно и трепетно сидела над каждой его ранкой.       — Не дёргайся. — настоящий огонь в камине уже был заменён на электронный экран для безопасности. Хотя он был показателем того, что отопление в этой комнате было включено, оставили его скорее… для атмосферы. (Но отопление также работало и без него.)       — В этом нет никакого смысла. — они были на мягком ковре. Себастьян сидел перед девушкой и зажмурил глаза, пока Мейрон аккуратно ваткой обрабатывала раны на лице и теле. — Мне просто нужно немного времени, и я восстановлюсь полностью.       — Замолчи. Кто там постоянно твердил про антисанитарию и микробов? — конечно, она знает, что несколько ран ему скорее всего никак не навредят. Но как она говорила раньше — её замучает совесть, если не поможет. А от этой штуки сбежать не получится.       — Живые существа на земле этому подвержены. — Себастьян слегка приоткрыл глаза. — Но я ведь не человек.       — Да-да… Сколько раз я эту байку слышала, а теперь вспомни, что произошло? — очередная ранка скрылась за белой ваткой с перекисью.       — Такой прилив нежности и заботы… Не значит ли это, что я на правильном пути прощения?       — Я до сих пор зла на тебя. До такой степени, что порой хочется придушить. — послышался тяжёлый вздох, но слова уже не звучали так безразлично и злобно, как раньше. — Но меня совесть замучает, если я тебя оставлю в таком состоянии. Позволь хотя бы раны обработать. И какого чёрта ты пошёл за мной?       — Я тебе уже говорил. Устранив мисс Афродиту, мы бы подняли только большую шумиху. Она медийная личность и сейчас на пике своей карьеры.       — А так мы с тобой не подняли шумиху? Сейчас только и будут говорить об этом переполохе.       — Это также значит, что и господа из «Феникса» будут говорить о нас. — рука Веры дёрнулась и замерла на секунду. Очередной план демона мог действительно выбить её из колеи и исполнить её угрозу в жизнь. — Теперь ты их изрядно напугала и чётко дала понять, что охотишься именно за ними, а не просто терроризируешь город. А в страхе они могут сделать ошибки, что нам будет только на пользу.       — Как всегда, у тебя всё продуманно на целых две шахматные партии вперёд. — когда обработка ран была закончена, а сама темноволосая была «украшена» множеством пластырей, атмосфера слегка изменилась.       Под треск «камина» была тихо захлопнута крышка аптечки, а девушка продолжала её крепко держать, не расслабляя пальцы рук. Можно было разглядеть побелевшие костяшки на изрезанных пальцев.       — Скажи… Почему ты не рассказал? — голос был тихим, но на удивление ровным. — Не рассказал, что… Я стану такой? — демон промолчал несколько секунд, наблюдая за состоянием Веры. Она начала дрожать, как осиновый лист. Ещё немного, и её нервная система может сдать.       — Тогда могло быть ещё хуже. — Себастьян положил свои руки на неё, согревая холодные пальцы и слегка сжимая. Но смотреть на него она не решалась. Михаэлис поглаживал тыльную сторону ладони большими пальцами, расслабляя напряжённые руки. — Я искал информацию пока тебя… не было. Собирал её кусочкам. И несколько лет назад пришёл к выводу, что превращение может быть зависимо от твоих эмоций. С твоим страхом перед ангелами, ты могла сделать себе только хуже. Зная тебя, ты постоянно возвращалась бы к этой мысли, снова и снова. Какой бы вред ты себе нанесла, если бы ты знала об этом заранее, я даже сейчас не могу сказать.       — «Сделать себе хуже»…? И что может быть хуже этого? — женские плечи начали дрожать и мелко дёргаться, демон сжал её руки ещё немного крепче. Когда Себастьян хотел что-то сказать, Вера его остановила коротким махом головы. — Не нужно… Тогда отруби их. Здесь и сейчас. Больно или нет — плевать. Мне всё равно. Я хочу быть… нормальным ч-че… человеком. Понимаешь? — на глазах начинали наворачиваться слёзы, а речь стала обрывистой и дёрганной. В горло словно против воли засунули сухой комок, который забрал всю влагу. — Я не хочу быть… тварью.       — Нет, прости. Я не буду этого делать. — ответ был дан короткий и быстрый, отчего слабая надежда на скорое их избавление потрескалась, как хрусталь в руках.       — Да почему же… Нет, нет, нет… Последние три года только это и слышу. Может, тогда хотя бы объяснишь почему?! — мелкие слёзы начали перерастать в истерику, а крупные солёные капли падали на аптечку, кожу и ковёр.       — Ты могла бы спастись в тот день, будь они у тебя. — это слегка отрезвило и, одновременно, дало немного больше понимания действий бывшего дворецкого.       — Ты говоришь про то, когда на меня напали?       — Да. — пришлось сглотнуть обиду, чтобы продолжить. Вера понимала, что если устроит тут настоящую истерику, то точно не сможет нормально вести разговор. — Ты находишь свои крылья, как увечье. Но ты сама в этом убедишься, когда научишься ими полноценно пользоваться, они станут твоим оружием и защитой.       — Неважно, были бы у меня тогда крылья или нет, я бы в любом случае могла оттуда не выбраться.       — Мне не давало покоя, что с ними у тебя был бы шанс спастись. — Себастьян не лукавил и не улыбался. Попытавшись переварить этот кусок информации, девушка попробовала продолжить диалог. — К тому же. Прошло уже достаточно времени и, скорее всего, они уже накрепко соединились с твоим телом. Просто отрубить их будет уже не так просто. Они стали частью твоей нервной системы, всех тканей, кости окрепли и соединились. Они уже полноценная часть тебя, а не только что появившейся «аксессуар».       — Но с ними я всё ещё остаюсь… тварью в глазах других.       — Они тебя никак не портят. Ты всё тот же человек, которого я знаю. — вот на слове «человек», уголки губ девушки нервно дёрнулись.       Сумасшедший вечер перерос в посиделки у камина, с тихим женским бурчанием и небольшими подколами от Михаэлиса, во что-то… более интимное. И, одновременно, напряжённое. В комнате было приятно тепло, но всё равно бегали какие-то мурашки, которые морозили кожу, а волоски вставать дыбом.       — Тогда с чем связаны сбросы звонков? — влага всё ещё блестела в уголках глаз, но голос уже стал ровнее. Себастьян хотел вытереть их платком, но остановился на секунду. — Не думай, что я не догадалась об этом. Когда все воспоминания проявились у меня в голове, многое прояснилось. — атмосфера накалилась, сильнее чем угли в ненастоящем камине.       — Я совру, сказав, что это делал не я.       — Зачем? — сейчас каждое слово слышалось, как стук металла о наковальню. Себастьян старался относиться к этому терпимо. — Просто ответь: зачем?       — Я слишком эгоистичен в своих желаниях. Не важно в чём: контракте, земных желаниях или с тобой. — Себастьян прикрыл глаза ладонью и почему-то слегка улыбнулся. Но улыбка не была профессиональной или такой, будто демон что-то задумал. За ней скрывалось что-то ещё. — Мне казалось, что, рассорившись с семьёй ты могла бы действовать смелее и не озираться на них, как это было раньше. Да и что тут таить…       — В худшем раскладе — заключить контракт. Я поняла. — девушка глубоко вздохнула. — Вот почему ты помог мне с делом учителя и приездом в Англию, помимо сбросов звонков — знал, что это пошатнёт наши отношения? Только из-за этого? Чтобы у меня никого не осталось, кроме тебя?       От этих слов становилось только больнее. Хотелось сбежать, чтобы не слышать ответ, врезать демону по челюсти, чтобы молчал, плакать от переизбытка чувств, рвать волосы на себе и остаться сидеть на месте одновременно. Потому что последнее, что помирает у человека, выкарабкиваясь из последних сил из его сознания, это (чёртова) надежда! Потому что веры у девушки точно на демона не было.       — Немного надломить ваши отношения — да. Делать это только из-за своих желаний — нет. — Вера не поднимала глаза на демона, а продолжала тихо его слушать. — Ты меня скоро совсем очеловечишь, но… Мне было искренне интересно с тобой работать и проводить время. Не жалею ни одной потраченной на тебя минуты. Хотя порой ты и выводила меня из себя за время нашего знакомства.       — Да, я помню. Мы во многие передряги попадали ещё до первого «дела». — послышался тихий смешок, появилась короткая улыбка, а после она пропала. Бровки снова нахмурились. Мейрон убрала руки демона со своих и облокотилась на них, приближаясь к черноволосому. — Если ещё раз попытаешься рассорить меня с семьёй и друзьями, я тебя не прощу. Приду и сама проткну тебя косой смерти вместо Гробовщика. — Себастьян был шокирован, тонкие брови взлетели вверх, а Вера смотрела ему в глаза и говорила это.       А потом поцелуй. Мягкий, кроткий и совершенно невинный. Девушка просто приблизилась к нему ещё чуть-чуть, сократив расстояние между ними в два десятка сантиметров, и дотронулась бледных губ демона своими. Всё напряжение, окружавшее их двоих подобно густому лондонскому туману, тут же пропало.        — Это значит, что я полностью прощён?       — Нет… Я навряд ли смогу это когда-нибудь сделать. Но… — девушке нужна была секунда-другая, чтобы перевести дыхание и дать мозгу осмыслить, что сказать. — Ты пошёл за мной, несмотря на то, что я тебя, буквально, чуть в стенку не кинула. Дважды. Игнорировала и огрызалась на протяжении этих дней. Дал мне несколько дней спокойствия и восстановления. Не дал подохнуть от голода и ран. И главное — не дал мне убить сегодня ни одного человека. Показал, что я могу не только разрушать и убивать своей силой. Не принимать всё это во внимание я тоже не могу. Простить не прощу, но можно попробовать перебить это другими воспоминаниями… — демон взял её за руку, обхватил запястье своими пальцами пианиста. Мягко прикоснулся губами к коже, где проступали голубые венки, а губы щекотали тонкие, как пух, пёрышки.       — Пока мне и этого достаточно. — чёртовы мурашки… Приятные, но чёртовы…       Желания людей порой можно сравнить с огнём. Загораются и в начале они такие маленькие, со спичечную головку, а потом начинают заполнять весь их разум, и мозг просто сгорает со скоростью лесного пожара и плавится, когда достигает этого и получает удовлетворение.       Так и они сейчас. Буквально с мелкой искры начали быстро гореть. Девушка не знала, что на неё нашло. Чёртово желание, это чёртово тело или эти дурацкие эмоции. Просто хочется… его и эти ощущения здесь и сейчас!       — Странный ты всё-таки демон.       — А ты — наглый ангел. — они сказали это практически в губы, пока наконец-то не коснулись друг друга. Девушка навалилась на него, практически ложась. Руки жили своей жизнью, обхватили Михаэлиса за шею, а черноволосый — за женскую талию и волосы. Губы, языки, острые, как бритва, зубы… чёрт… всё смешалось в этом диком порыве.       Всё естество кричит, что стоит остановить эту затею пока не поздно. А самой… не хочется.       Становилось жарче. Пара уже была разгорячённой, когда они оторвались друг от друга. Отчётливо ощущалось, как к щекам приливала кровь, и они становились горячими. Дыхание сбилось.       — Понравилось? — издевается ведь ещё, засранец. Его рука на женской щеке, перебирает белые пёрышки, отчего слышалось довольное, но тихое мычание. — Если хочешь остановиться, то лучше скажи сейчас.       Мейрон ничего не сказала. Лишь сильнее прильнула к его руке. Это только вызвало довольную улыбку у демона       — Молчишь? Тогда с удовольствием послушаю твой голос чуть позже…       — Хех, ну и скольким девушкам за столетие ты это говорил? — какой же он тёплый… видимо, она начинает окончательно терять голову от новых ощущений. Мышцы болели от сегодняшних приключений, но сейчас это ноющее чувство затмевалось теплом.       Раз минута…       Две…       Твою мать, не молчи!       — У меня никого не было после тебя. — секундная заминка, которая заставила чувствовать себя ещё глупее. Почему-то эти слова заставили Веру чувствовать себя виноватой.       — Чтобы Себастьян Михаэлис и не вскружил голову какой-нибудь даме за такой долгий срок? Даже не верится. — это во ней говорят остатки обид? Хотелось, чёрт побери, спрятать лицо, чтобы его никто не видел. Так что темноволосая намеренно не отпускала демона, только сильнее прижимаясь к нему носом где-то у основания шеи. Появилась странная полутьма.       — Так значит, я тебе только польстил этим?       — С чего такие выводы?       — Твоё тело честнее твоих слов. — его рука в её волосах. Перебирает, убрал мешающую порядку, задел ухо кончиком пальца. Чёрт! Хочется его уже возненавидеть за такое. — Крылья выдают с головой. — Вера открыла глаза. Сама того неведая, она обняла Себастьяна не только с помощью рук, но и… крыльями. Образовалась полусфера, которая и создала полутень. Мало что можно было разглядеть. Оставалось рассчитывать на оставшиеся органы чувств.       — Предатели в перьях… — снова смешок. Да он наслаждается этой ситуацией! Демоньюга…       — Всё не можешь принять их?       — Мне понадобится чуть больше времени на принятие и осознание.       Вере не хотелось, чтобы он видел её лицо сейчас. Так что она положила и руки на плечи демона, пока тот не отрывался от своего занятия… Аккуратно, не резко, он то перебирал кончиками пальцев пёрышки, то запускал кисти рук в них полностью. Такие простые и бесхитростные действия, а заставляют мозг улетать куда-то далеко.       Захотелось быть ещё ближе. Хотя бы немного. Хотя бы чуть-чуть…       Девушка немного приподнялась, зарываясь носом куда-то в глубь шеи демона, хотя лезть дальше на него было банально невозможно. Чёрные пряди лезли в глаза и уши, а ей было как-то всё равно. Крылья ещё плотнее прижались к ним.       Да и демон сам словно пьянел. Мелкой деталью, которая вернула этот дурманящий запах души, была не боль или пережитые абсолютно все моменты в воспоминаниях, а… желание. Не только физическое, которое с каждой минутой нарастало, от которого тело только потихоньку плавилось, но и душевное. При котором будешь без всякого стеснения тянуться к нему за разговором, советом или поцелуем. Никакой злобы, недосказанности или недоверия с обоих сторон теперь не было. Всё было высказано, обиды отпущены и появлялось другое желание — прижаться поближе и забыться.       — Хочу тебя…       Такая простая, бесхитростная фраза, а превращает маленький огонёк в настоящий пожар эмоций.       Мягкая кожа под руками, запах тела, что начинал дурманить, сбившееся дыхание… Демон и ангел буквально накинулись друг на друга. Тяжёлые эмоциональные дни заставляли выгореть морально обоих. Сто лет разницы, сто лет разлуки.       — На кровати всё же будет удобнее. — подхватив на руки темноволосую, Себастьян прошёл в соседнюю комнату. Вера к нему доверчиво прижалась, обхватив за шею.       Жёсткий пол и ворс ковра сменились на мягкие и прохладные простыни. Девушка крепко держалась за мужскую шею, стараясь приблизить голову и губы к себе, как можно ближе. А Себастьян удерживал ангела за бёдра, сжимая их слегка сильнее, чем нужно.       Руки демона поползли вверх, стоило ему сесть на кровать. Мейрон не могла лечь на спину из-за физических особенностей без последствий, так что она расположилась на коленях Себастьяна, оказавшись сверху. Но это не было большой проблемой, ведь можно найти и массу других способов доставить удовольствие…       Под длинной юбкой уже была рука без перчатки, которая медленно ползла всё выше по ноге, а с одного плеча опущена часть ткани. А вот Себастьян всё ещё оставался одет, не считая ослабленного галстука. Это слегка задело темноволосую.       Схватив покрепче за край рубашки, она провела рукой вниз. Все пуговицы полетели вниз, звонко постукивая по деревянному полу, раскатились по всей комнате и куда-то по дальним углам.       — Какая ты нетерпеливая. — они на секунду замерли. Серые глаза блестели, хотя сам взгляд слегка помутнел. Мягкая кожа, полураскрытые опухшие губы, опущенные веки — как же это всё манило.       — А не нужно было меня дразнить. — слова были сказаны практически в губы, пока Мейрон замерла в нескольких сантиметрах от них. Жарко. — Весь из себя такой идеальный… Аж придраться хочется…       — Могу тоже самое сказать о тебе. — время от времени слова прерывались на поцелуи, от которых жажда только всё больше увеличивалась.       Всё ненужное полетело на пол. Ну и чёрт с этой одеждой. Сейчас от неё и толку никакого. Галстук, рубашка, платье, ремень, штаны — всё это полетело на пол дожидаться утра, когда их будут искать. А сейчас два разгорячённых тела жадно тянулись друг другу.       Почти две недели напряжения — немаленький срок.       Демон перешёл с рук на шею, с шеи на ключицы, с ключиц на грудь. Крепкие руки лежали на бёдрах сидевшей на нём девушки, гладя их. А девушка невольно чуть выгибается в спине, закусывает губу в удовольствии. Всё внутри плавилось и ощущения были похожи на горячую медовую патоку, которая заставляла тихо сдерживать голос.       Руки деть было некуда. В поисках за чтобы ухватиться, девушка повела ими по телу демона. Пальцы обхватили что-то тёплое, влажное и твёрдое. Сразу поняв, на что наткнулась, она решила не отступать. Не только ведь демон опытен в делах любовных.       Аккуратно, чтобы случайно не задеть ногтем, девушка начала пальцами водить по всей длине полового органа, описывая венки и проводя лишний раз по чуть влажной головке. Послышался утробный и недовольный полурык-полувздох и стали чуть заметнее белые клыки.       — Играешь с огнём, моя леди. — со слегка взмокшими волосами, белыми зубами и этим разозлённым взглядом демон выглядел просто… Словами не описать.       — Люблю запах дыма. Не только тебе в делах любовных можно быть опытным.       — Неужели? Кажется, кто-то смущался голых тел в музеях не так давно.       — Прошу прощения, мистер, но это до того, как оказалось, что мне по сути может быть за тридцатник морально. А сам знаешь, возраст берёт своё. — снова поцелуй, чуть более жадный, влажный, но не менее приятный и даже сладкий. От него женская голова пьянела за считанные секунды. Но когда мужские пальцы переплелись с женскими, приятно их сжимая и отводя куда-то в сторону, в голову Вере тут же стрельнуло воспоминание о чём-то подобном…       — Подожди-подожди… — маленькая ладошка немного оттолкнула от себя демона. Её рука почему-то дрогнула. А трезвость пришла быстрее, чем от выстрела из пистолета.       — Что-то не так?       — Да нет… просто… — она плохо подбирала слова. Чем-то была серьёзно напугана. — Давай пока обойдёмся без этого. Ну…       — Без печати? — девушка на это только тяжело кивнула.       — Не пойми меня неправильно… Я… я не хочу её создавать. Просто всё опять идёт слишком быстро. А я хочу… даже не знаю, как это сказать. Распробовать, что ли… Всё, как у людей… — только через секунду до неё дошло, что она только что сказала. Темноволосая прикрыла лицо руками, чтобы только в полутьме не было видно, как она ещё больше покраснела. На это прозвучал только тихий смех Михаэлиса. — Чёрт… это прозвучало слишком пошло…       — Я всё понял. — демон взял девушку за ладонь, чтобы увидеть её лицо, и мягко прикоснулся к ней губами. — Не переживай, я подожду ещё немного.       — Вот поэтому мне и неловко. Ты только и делаешь, что ждёшь меня. Я даже стереотипом о вечном опоздании женщин не могу отделаться.       — Ты была раньше не рядом. — перемещаясь с ладошки, губы демона поползли выше по руке, пока вторая наоборот поползла вниз. — А сейчас ты в моих руках.       — О-ох… — тихий стон сорвался с губ, когда появилось странное чувство наполненности. Мышцы внизу немного напряглись, но медленные движения пальцев внутри заставляли терять голову.       — Ты выбрала меня, и в прошлом, и в нашем настоящем. — второй палец… Девушка покрепче сжала зубы, но невольно бёдра уже начали слегка двигаться навстречу. — Моё имя, моё тело, мою сущность, мои прикосновения… — тут не только прикосновения, да и весь демон был подобен искусителю. Запах, голос, тело… Что-то тёплое и твёрдое упёрлось девушке в бедро. Мейрон покрепче зажмурилась. — Прими всё это и запомни…       Сердце колотится, дрожащие пальцы окончательно запутываются в чёрных волосах, а через всё тело проходит приятная дрожь от этой сладкой пытки. Да, сначала было не очень приятно, но чуть привыкнуть и… Появляется ещё странное чувство жадности, которое бьёт в голове: ещё, ещё и ещё! Поцелуи становятся всё ярче и всё более рваными, а дыхание неровным, когда темп с медленного переходит на быстрым, слышно несколько тихих ругательств и сдержанных стонов, что для демона были приятной музыкой. Подушка от взмаха женской руки отлетела куда-то в сторону, а в воздухе летало что-то белое. Но никто и внимания на то особо не обратил.       Движения и ласки заставляют бёрда раскрываться чуть шире, пальцы на мужских плечах смыкаться чуть сильнее, пока от общей волны удовольствия не сносит крышу вовсе и… с огромными зрачками девушка не выгибается в спине, а крылья расправляются до лёгкого хруста и слегка трясутся от переживаемых ощущений. Сердце колотится под рёбрами, а горячее тело содрогается в крепких руках, свалившись на демона. Хотя сам он против такого расклада и не был. Перед алыми глазами так и шли разноцветные круги и ему самому нужна была минутка, чтобы прийти в себя. Это было хорошо… Дьявольски хорошо.        Горячее тело обмякло и приятно закуталось в одеяло, прижавшись к своему партнёру поближе. Вскоре Вера спокойно заснула, удобно расположившись на нём, используя вместо подушки и мягкой игрушки одновременно, и тихо сопя. Иногда только потираясь носом во сне.       Но ночь уходит. Утро входит в свои права.       — Ве-ер… Вер… — когда солнце уже встало, а птицы пропели все утренние песни, Михалис слегка тормошил девушку, чтобы та не проспала всё дневное время и не сбила себе режим сна окончательно. — Пора вставать…       — Ну ещё пять минут… — практически бессознательно что-то промямлила темноволосая. Всё ещё находясь в сладкой полудрёме, девушка потёрлась носом, в который что-то попало. Что-то мягкое и пушистое. Мешающая маленькая деталь была сдута быстрым выдохом.       — Вер, просыпайся. — после ещё парочки попыток разбудить девушку, Вера всё же разлепила сонные глаза. Ресницы быстро затрепетали, а потом девушка перевернулась на бок и приятно прогнулась в спине, сладко потянулась. На лице появилась блаженная улыбка. Потом вернулась в первоначальную позу и приподнялась на локтях.       — И тебе доброе утро. — крылья расслабленно расположились на половине кровати. Глаза черноволосого слегка округлились, когда он увидел женское лицо полностью, а потом бросил быстрый взгляд на всё её тело, которое выглядывало из-под одеяла. А сама девушка лежала на подушке и, похоже, не замечала изменений. — Мда… Вот это денёк вчера был. Хм? У меня что-то на лице?       — Нет, скорее наоборот. — рука с чёрными ногтями и длинными пальцами легла её на щёку. Мейрон с нескрываемым удовольствием прильнула к ней, а через пару секунд поняла, что ощущает её как-то иначе.       Ей как-то самой не верилось и сонный мозг решил, что просто показалось. Так что девушка сначала только кончиками, а потом и всей ладонью дотронулась кожи лица. Под ладонью не было ничего необычного или лишнего. Обычная, чистая кожа. Она бегло осмотрела руки и тело.       Перьев не было. Вера резко захотела посмотреть на себя в зеркале. А когда она приподнялась на руках, то заметила, что пёрышки улетели на пол и были разбросаны по кровати. Вскочив с кровати быстрее пули и, забыв к чертям, что она была в абсолютном неглиже, девушка выбежала в гардеробную, где находилось долгожданное зеркало.       Ни одного пёрышка на теле, кроме крыльев и их основания. Мейрон разглядывала себя, словно впервые. Сначала было чистое удивление и шок, а потом улыбка стала расползаться по лицу и перерастать в чистейший восторг.       — Ха… Ха-ха-ха! — в этом смехе было смешано абсолютно всё: удивление, облегчённость, радость. — Пропали… Пропали, Себастьян! — пока темноволосая рассматривала себя и своё «обновлённое» тело, крутясь на всё триста шестьдесят градусов, Михаэлис стоял за её спиной с одеялом в руках и аккуратно накрыл её. Сама же будет потом стыдится и краснеть перед ним. А девушка словно забыла о своём внешнем виде и хохотала во всё горло. Даже мелкие слёзки от этого появились. Вера уткнулась в грудь демону и продолжала громко хохотать.       У неё словно камень с души свалился. Стало так легко и просто.       А когда весь шок и переизбыток радости утихомирились, пара снова вернулась в спальню, чтобы привести себя в порядок, найти одежду и прибраться. Кровать осталась цела, но вот следы преступления нужно было всё-таки убрать…       — Мы уже тут около двух недель. — Себастьян расчёсывал волосы девушки по её просьбе, чтобы окончательно убедиться, не остались ли где-нибудь ещё незваные перья. Как-то не хотелось их больше видеть на себе. — Не считаешь ли ты, что уже стоит попытаться выйти в свет?       — Намекаешь, что нужно бы связаться с нашей знакомой нечистью и попытаться с ними договориться?       — Именно. Пока ты действуешь несанкционированно, они будут продолжать за тобой слежку. Переговоры и взаимовыгодная сделка сейчас единственный вариант для твоего спокойного существования.       — Почему-то мне кажется, что они не захотят провести спокойные переговоры. — серые глаза так и забегали из стороны в сторону, нужно было переварить эту информацию, взвесить все «за» и «против» и принять решение. Хотя она тут скорее сама себя обманывала и, как сказал Себастьян, выход тут один. — Любая война начинается и заканчивается переговорами, а между ними гибнут люди. — послышался тяжёлый вздох. Даже вымученный. — Позвони им, пожалуйста, и пригласи.       — Если это сделаешь ты, это будет более эффективным и лучше предрасположит их к приезду.       — Издеваешься? Да мне ещё морально нужно подготовится к их приезду. Одни только шутки миссис Катрин и выговоры Ти Спирса уже истратят количество моих нервов за двое суток. — Словно перед приездом свекрови волнуюсь…       — Кстати, я всё хотел спросить. — Вера удивлённо хмыкнула, ожидая вопрос. — Почему ты напевала именно песни про Солдатов, а не что-то от своих любимых исполнителей?       — А! Я только под них всегда засыпала, а не под обычные колыбельные. А тогда просто под случай вспомнились.