Вытащи из омута или убей

— Я не хочу о том думать. Это больно.

«Таинственная история Билли Миллигана» Дэниел Киз.

Барри был бы рад присоединиться к Кейси, но сроки эскизов поджимали, и молодому человеку пришлось остаться в тени. Быть рядом с Кук и обдумывать будущие работы для него было бы невозможно. А женские альтер-эго отпали мгновенно вслед за маленьким Хедвигом и странным Оруэллом. Это все к чему? А к тому, что вопрос о планах Кейси на сегодняшний день, заданный дизайнером, пришлось решать Дэнису. Последнему из всех, кто хоть немного, но подходил внешнему виду Крамба. Перевезти оставшуюся часть гардероба на новое место жительства в одиночестве Кук оказалась не способна. Вряд ли какая-нибудь девушка вообще сможет самостоятельно упаковать огромную гору одежды вместе со всеми учебными материалами, средствами для гигиены и техникой. Дэнис был последним вариантом. Дэнис был отличным вариантом. Глава огромной семьи с самым мужественным телосложением, расчетливым взглядом и взрослыми мыслями. Подобная расстановка событий была превосходна до тех пор, пока Кейси не осознала, что рассматривает запирающего входную дверь дома мужчину дольше положенного. Что отмечает в его присутствии рядом только положительные стороны. До ужаса непозволительно. Кук прикрывает глаза, ощущает, как воздух размеренно покидает легкие. На долю секунды вновь вспоминает случившееся ночью, чем заставляет собственное тело напрячься. Она так нормально и не объяснила для себя произошедшее. А задавать вопросы в лоб совсем не хотелось. Дэнис старше ее, и глупые непроверенные слова могу показаться совсем неуместными по отношению к этому человеку. Детскими обвинениями. Если только такой неожиданной близости найдутся оправдания. Кейси возвращается в реальность, когда до слуха доносятся твердые и уверенные шаги. Затихающие совсем рядом. Он останавливается в полуметре. Ровная спина, как обычно, напряжена. Сильные пальцы сжаты в кулаки так, что на запястьях заметны проступающие нити темных венок. Кук поднимает взгляд, стараясь выглядеть наиболее непринужденно. Сталкивается с синими глазами напротив, отмечая, как ускорился бег сердца под хрупкими ребрами. Девушка сама не понимает, чего остерегается. Почему с остальными, вроде бы внешне не сильно отличными личностями ведет себя более расслабленно и обыденно. — Я оставил машину на стоянке через пару домов отсюда. Пройдемся? Мгновенно кивает, прислушиваясь к собственной реакции на глубокий мужской голос. Не такой, как у остальных. Будто идет сейчас с совершенно иным человеком. С Дэнисом было напряженно. С Дэнисом было безопасно по ощущениям. И это сумасшедшее эмоциональное смешение Кейси чувствовала все время, пока в паре сантиметров от ее правого плеча размеренной походкой шел самый закрытый мужчина из всех альтер-эго Кевина. Самый странный, угрожающий, опасный. Будто бы совершенно не потрепанный отсутствием сна. На протяжении целых двух лет. Их тандем выглядел слишком необычно со стороны. Оба в темных рубашках, с напряженными лицами и полным отсутствием контакта. Кейси украдкой поворачивается в сторону мужчины, заинтересованно осматривая четкие линии профиля. Тонкие сжатые губы, нахмуренный лоб. И, кажется, меняющие цвет глаза. Совсем уже не темные в дневном свете солнца. Совсем не такие, как прошлой ночью. Светло-голубые. Бледные, наподобие осколков льда. Или айсберга. И последний в точности описывает все естество Дэниса, так неожиданно обратившего внимание на Кук. Окутавшего своими снежными радужками ее темно-карие. — Много вещей предстоит перевезти? Неожиданный вопрос, больше похожий на отвлечение от возникшей тишины между ними. Кейси моргает, лишаясь состояния глубокой задумчивости. Полностью концентрируется, вновь осознанно смотря на Дэниса. Внезапно замечая, как черты его лица изменились. Напряглись немного сильнее. В трепещущей под кожей бесконтрольной агрессии. На себя, на окружающий мир и на всех. Потому что мужчина только что осознал больше, чем когда-либо прежде. Потому что Кейси действительно напрягалась, когда вступала с ним в диалог. На мгновение задерживала дыхание, выплескивая нескрываемое обморожение в собственные глаза. Полностью раскрывая карты. Прямо перед ним. Секундой ранее существующая задумчивость и спокойствие пропадали в омуте других перемешанных чувств. Кейси боялась его? Это было ясно, как день. И даже если не испытывала охватывающего испуга, то совершенно точно прекращала быть самой собой. Такой, какой мужчина запомнил ее прошлой ночью. Спокойной, женственной. С опущенными пушистыми ресницами и еле заметными трещинками на припухших губах. Размеренным тёплым дыханием, растрепанными волосами и необъяснимо приятным запахом кожи. В паре миллиметров, совсем рядом. Сейчас она напряженная. Просто так или же это влияние случившегося диалога с Оруэллом? Дэнис задумчиво ждет ответа на вопрос. Наблюдает, как Кейси мимолетно отводит взгляд, будто вспоминая, что именно ей нужно забрать в новый дом. — Оставшиеся вещи из гардероба, книги для учебы и средства гигиены. — Последнее можешь не брать. У Джейд, наверное, найдется все, что нужно. Из женского. Вряд ли у нее будет шампунь. И, конечно, Кук не произносит этого вслух. Лишь внутренне хмыкает наличию забавных мыслей, на секунду отвлекая себя от постоянного чувства напряжения. — Все-таки свою зубную щетку я заберу. — Хорошо. — Дэнис смотрит на хрупкую фигурку Кейси, оценивающе пробегает взглядом по худым ногам, обтянутым плотными черными джинсами, тонкой шее и заплетенным темным волосам. Прелестно опрятная, без единого изъяна. С бледной, фарфоровой кожей, к которой он так и не прикоснулся за прошедшее время. Ни разу. Только через ткань спортивной кофты. Мужчина незаметно сглатывает возникший в горле ком, наконец, приближаясь к серебристому автомобилю. — Пришли. Короткий сигнал брелка и щелчок замков на дверях. Кейси шустро садится в автомобиль, удивляясь бесподобной чистоте салона. Хотя иначе и быть не могло, если машину водит Дэнис. — Мапл-стрит, дом номер двадцать. — Живешь совсем рядом с кофейней. — Смены обычно до позднего вечера, а если все по близости, то рисковать, добираясь домой, не приходится. Подобная расчетливость заинтересовывает Дэниса. Хотя, даже по его воспоминаниям, Кук всегда была такой. И два года назад. Тихая и не совершающая необдуманных поступков, спокойная и грамотная. Словно всю жизнь знакомая с такими, как он. Как все они в теле Кевина. Еще тогда Кейси научилась общаться с каждой раскрывшей себя личностью, нашла верный подход. Вырвалась, как прозрачный мотылек, из рук Зверя. А теперь опять сидит на соседнем кресле автомобиля. Точно так же, как и в их первую встречу. Дэнис достает небольшой платочек из кармана темных брюк, разворачивает его между пальцами, протирает блестящий, обтянутый черный кожей руль. Проводит по панелям, мигнувшему экрану небольшого дисплея, стряхивая небольшие пылинки с мягкой тряпки. Ловит внимательный взгляд Кейси сквозь блики очков. — Сколько дней в неделю работаешь? — Обычно по четвергам и вторникам. — Кук расслабляет сцепленные пальцы, и мужчина не упускает этого движения. Наконец, ощущая, как медленно тает воздвигнутый между ними барьер. Возникший либо из-за особенностей их общения с самого знакомства, либо, действительно, после подробностей их сожительства. Взаимной зависимости, как бы необыкновенно это не звучало. Ключ поворачивается, и автомобиль тихо рычит, будто бы оживший прямо под ними. Медленно катится по ровной дороге узких улочек, постепенно набирая скорость. Кейси отворачивается к окну, смотрит, как пестрыми пятнами проносятся мимо дома. Исчезают, уступая место новым. С ровно покошенными газонами, большими и маленькими дверьми, покосившимися и, наоборот, аккуратными крышами. Кук задумчиво прикрывает глаза, наслаждаясь размеренным темпом поездки. Чувством заполняющего все пространство вокруг комфорта. Девушка едва заметно дышит, размеренно опуская и поднимая спокойные веки. Пушистые ресницы блестят в скользящих по салону солнечных лучах, заставляя немного щурится и подпереть рукой щеку. Как будто спрятаться от яркого света, нагревающего ткань джинс и темную рубашку. Тепло и приятно. Необыкновенно игриво, что Кейси не сдерживается и поддается столь окутывающей тишине. Ни секундой не напрягающей. Естественной что-ли. Девушка незаметно скользит щекой по собственной ладони, меняя угол обзора. Позволяя себе сквозь спадающие темные пряди наблюдать за мужчиной рядом. Дэнис ни на секунду не отводит сконцентрированного взгляда с дороги, лишь изредка проверяя окружение через зеркала заднего вида. Внимательно смотрит, хмуря лоб скорее из-за привычки, а не от напряжения. Потому что пальцы рук и вечно подтянутая спина расслаблены. Мужчина еле уловимо облизывает пересохшие губы, сбавляет скорость, опуская руку на коробку передач. Не отвлекаясь на мелочи. Уверенно. Надежно. И Кейси вновь недовольно щурится от того, что уже во второй раз позволила себе подобные мысли. Слова о том, что ей комфортно рядом. Уютно. Девушке хочется сравнить Дэниса с ее собственным отцом. Постараться эмоционально объяснить для себя все происходящее. Ведь может это ощущение защищенности связано все-таки с незримым присутствием папы? В личностях Кевина. Особенно в этом мужчине, управляющим автомобилем. — Приехали. — тонкие губы вновь напрягаются, а холодный взгляд слепо упирается в Кейси. Дэнис не видит ее глаз, пока Кук, наконец, не откидывает волосы за спину свободной рукой. Столкновение. Топленый шоколад и снежная корка айсберга. Тепло и холод. Прямой контакт. И чувство страха не возникает так остро. Неожиданно. Слишком внезапно. Словно исчезает, будто выброшенное за борт того самого Титаника, который также столкнулся с глыбой льда. Так же, как Кейси сейчас. Кук кажется, что ей просто слишком сильно напекло голову, что эта непозволительная расслабленность обманчива. Но скованность не возвращается полностью. Потому что девушка помнит. Не хищник и жертва, а сожители. Партнеры на одной шахматной доске, с одной стороны, одного цвета. А еще большое количество всевозможных параллелей с самым близким, но, увы, ушедшим человеком. Которые она сама же и построила. Из-за нужды в защите? — Это моя квартира. Кейси делает несколько маленьких неуверенных шагов, вновь ощущая давление привычных стен. Светлую гостиную с маленьким диванчиком, темные книжные полки, приоткрытую дверь в ванную. Расслабленно выдыхает, передергивая узкими плечами, оборачивается на мужчину позади, решаясь увидеть его реакцию. И Дэнис удерживает этот зрительный контакт пару секунд. Стоит ровно, спрятав широкие ладони в карманах брюк. Неторопливо обгоняет девушку, сопровождаемый приглушенным стуком туфель, расслабленно рассматривая интерьер комнат. Низкие потолки, неприметный черный ноутбук за старым столиком, скромная кухня и скомканный плед на диване. — Ну, как тебе все это? — до слуха доносятся тихие шаги, и, обернувшись, Дэнис смотрит на замершую в полуметре Кук. Девушка еле заметно улыбается, сжимая тонкими бледными пальцами ткань черной рубашки на предплечье. Как-то неуверенно. Потому что в этом месте никогда не было гостей. Кейси не допускала. Не приглашала. — Вполне уютно. С чем именно я должен тебе помочь? Перфекционист и личность с обсессивно-компульсивным расстройством. Кейси неуловимо дергает бровью, осознавая, что Дэниса нельзя ни к чему допускать в этой квартире. В гардероб с женским бельем и ванную комнату уж точно. — Пожалуйста, собери все необходимое для ноутбука: провода, батареи, наушники. А, и еще, если в холодильнике осталось что-то сносное, то тоже можно взять. По дороге обратно стоит перекусить. — Хорошо. И Кейси в полной мере погружается в процесс сборов. Аккуратно складывает блузки и рубашки, разглаживая края быстрым движением. Прибирает обувь в картонные коробки. Происходящее слишком напоминает детские поездки Кук в лагерь герлскаутов или на море вместе с папой. Когда она была еще совсем крохой, ничего не понимающей девочкой. Отец всегда собирал вещи сам. Быстрыми и ловкими движениями укладывал стопки одежды в большие чемоданы, параллельно с этим слушая до жути скучный джаз. И правда, Кейси всегда не любила этот слишком спокойный и несоответствующий миру вокруг жанр музыки. Ненастоящий будто бы. Но теперь, в данную секунду, она сама не верила, что живет в реальности. Происходившее вокруг безумно кружило голову, вызывало звёздочки перед глазами. Проявляло желание прямо сейчас послушать тот самый, любимый папин джаз. Кейси опускает веки, медленно выдыхая. Чувствует, как подрагивают черные ресницы, касаясь своими кончиками тонкой кожи. Как трепещет что-то внутри, нарушая спокойный ритм всего тела. — Почему ты замерла? Низкий голос заставляет обернуться, почувствовать, как холодеют конечности от прямого взгляда Дэниса. Замершего посередине комнаты. Без привычной хмурости. И последнее дает возможность искренне удивиться. Вглядеться в мужчину напротив внимательнее. — Я всю свою жизнь не любила джаз. Кейси чувствует, как язык неподвластен ей. Слова путаются, а губы не желают складываться в нужные буквы. Кук ощущает, как где-то под ребрами трепыхается сердце. Подобно редкой птице в хрустальной клетке. А Дэнис ненавидит что-либо не понимать. Сглатывает, чуть наклоняя голову вперед. Смотрит исподлобья, сталкиваясь с девушкой своей проницательностью. Будто бы считывает. И с такой легкостью, словно Кейси — детская книжка с узнаваемым сюжетом. — Хочешь послушать джаз? Как он это?.. — Хочу. Тихо. Невесомо. Так, будто говорит вовсе не девушка, а кто-то иной. Это похоже на фантастику. Нереальные события. Чтение чужих мыслей. И когда мужчина ставит ноутбук на стол, двумя пальцами приподнимая плоскую крышку, Кук не знает куда себя деть. Торопливо сжимает в руках стопку футболок, опускает их на дно сумки. Чувствует, как тонет в волнах неловкости. Сжимая побелевшие пальцы в замок. Создавая между бледной кожей и черной тканью рубашки еще более заметный контраст. Она вздрагивает, когда тишину комнаты вдребезги ломает тихое и приятное звучание саксофона. Вкрадчивое, переливистое. Поистине одурманивающее. Распространяющееся из крохотных динамиков в каждую клетку и каждое нервное окончание. Мелодия плавно разбавляется в легкой партии фортепиано. Смешивая звуки в приятных переплетениях. Течет мягким и невесомым потоком, касаясь макушки Кейси, проникая в сознание через кожу. И затуманенные глаза прикрываются сами собой, позволяя в темноте опущенных век возникнуть внезапному изображению. Переворачивающему что-то внутри Кейси, срывающему с проржавевших петель, которые, возможно, казались более надежными. Будто хранилище для того, что нельзя называть, нельзя взламывать. Потому что в ярких картинках под дрожащими ресницами Кук видит себя и отца, уютно играющих в большой гостиной их старого дома под позитивный джаз. Веселый смех и ненатянутые улыбки. Ощущение родного и искреннего поглощает. Полностью. В болото. С головой. Без возможности выбраться. Отец хохочет, протягивает широкие ладони к своей дочери. Присаживается на колени, забавно щурится. И к этому живому лучику солнца хочется прижаться, согреться, наполниться от него энергией, такой необходимой прямо сейчас. — Обними меня. Кейси шепчет бесшумно. Еле заметно двигает губами, совсем не желая открывать глаза. Мечтая лишь о том, когда, наконец, любящий папа прикоснется, заключит в крепкое кольцо сильных рук. Защитит. От всех и от всего вокруг. — Пожалуйста, обними меня. Неощутимое колебание воздуха. Сбитое дыхание и внезапно ворвавшийся в легкие запах. Приятный, теплый, расслабляющий. Словно встающий барьером между маленькой девочкой и окружающим миром. И Кейси жмурится сильнее прежнего, не желая расставаться с возникшими воспоминаниями. Боясь поднять потяжелевшие веки и вновь попасть в одинокую квартиру в спальном районе серого города. Боясь принять тот факт, что сильные руки на ее талии совсем не такие, как у папы…