Бэл

Ишшиакум Энби-Астар, возглавлявший «Балатум-Ават», вышел на представителей «Эдер-Индастриз» по чистой случайности. Другие конгломераты в основном предлагали покупать у них новое оборудование, и никто не спешил вникать в проблемы, связанные с политикой перемещений в Аккаде. Вот только вопрос был не в технике, а в традициях и менталитете. Компании же, которые обещали вникнуть в суть за гораздо меньшие деньги, доверия не вызывали. Новый Аккад — не тот мир, в котором в проекты государственного масштаба впустят не пойми кого. Поиски подходящей кандидатуры обошлись не без эксцессов. Понравившаяся Энби «Эдер-Индастриз» оказалась дочерней компанией «Кей-Эф-Групп». В этом и была проблема: этот могущественный конгломерат переживал не лучшие времена и по непонятным причинам сдавал позиции. Но в итоге ишшиакум был приятно удивлён профессионализмом возможных партнёров. Энби-Астар, как глава госкорпорации, заведовавшей вопросами перемещений, решил повнимательнее присмотреться к «Эдер-Индастриз». Изучив предварительные предложения, он посчитал, что на фоне гарантированной выгоды риск будет минимален. В переговорную Авиил-Энби вошёл в сопровождении двух телохранителей. Его уже ждали — аккадцу навстречу поднялся серьёзный молодой мужчина в деловом костюме. На вид ему было около тридцати. Насколько Энби-Астар успел понять, этот человек и возглавлял компанию. Серо-голубые внимательные глаза, тёмно-русые волосы, зачёсанные назад и совсем выбритые на висках, рыжеватая борода — как на вкус Энби, так слишком короткая, почти щетина, какую в Аккаде носят только юноши — но в целом он имел вид располагающий и успешный. Мужчина вышел из-за интерактивного стола, неосознанно оправив пиджак, и сдержанно улыбнулся. — Добро пожаловать в Эл-Префер, достопочтенный, — внезапно зазвучала родная речь господина Энби. Иномирец чуть склонил голову и кратко обозначил хорошо знакомый каждому аккадцу жест приветствия. Подобный знак был принят только меж соплеменниками, работавшими в Содружестве Миров. Чужаки плохо воспринимали традиционные аккадские поклоны с рукой у груди, так что эта «светская» версия была распространена за пределами родного мира. — Моё имя Тони Фэррер. Рад видеть вас в «Эдер-Индастриз». Надеюсь, ваше перемещение не было утомительным. Ишшиакум, заинтригованный, приподнял бровь и, отвечая любезностью на любезность, протянул знавшему их традиции иномирцу руку. За пределами Аккада Энби мог себе позволить такую вольность, чтобы люди Содружества, привыкшие постоянно касаться друг друга, его лучше воспринимали. На лице аккадца наметилась слабая ответная улыбка. — Ишшиакум Энби-Астар из Киша, — традиционно представился он. — Вы знаете наш язык? Это весьма неожиданно. Мужчина на мгновение замешкался, что не осталось незамеченным господином Энби, а после уверенно ответил на рукопожатие. Такая же пауза перед любым прикосновением обычно случалась у тех аккадцев, кто не был привычен к местным нравам и в частной жизни придерживался домашних традиций. Но Тони Фэррер не выглядел и на десятую долю аккадцем, что несколько озадачивало и интриговало. — Мне случалось бывать в ваших краях, — непринуждённо пояснил Антон, жестом приглашая гостя за интерактивный стол. — Прошу, присаживайтесь, Авиил-Энби. Переговоры в целом протекали гладко. Антон остался доволен достигнутыми договорённостями: «Эдер-Индастриз» обязалась предоставить аккадской стороне специалистов, чтобы начать перепрошивку ангаров. Таким образом, смена систем в оборудовании первого поколения повысит безопасность в аккадских портах. Деньги это были немалые, но в сравнении с полной или даже частичной заменой установок, которую обычно предлагали такие конгломераты, как «Хао-Глобал», — сущий пустяк. Заодно «Эдер-Индастриз» займётся обучением сотрудников «Балатум-Ават», чтобы те по окончании обучения могли самостоятельно обслуживать обновлённые ангары. Они условились о приблизительных сроках отправки техников в Новый Аккад и обговорили условия приёма в Эл-Префере пары сотен сотрудников из «Балатум-Ават». Только требовалось подготовить списки и все необходимые документы. А господин Энби-Астар обязался лично оказать представителям «Кей-Эф-Групп» содействие в вопросе поиска надёжных поставщиков дименсионида. Он знал многих владельцев месторождений, но, к сожалению, сам таковыми не обладал. Грандиозные планы, касавшиеся обустройства на Новом Аккаде заводов по переработке руды и поставке готового минерала на межмировой рынок, относились скорее к футуристическим фантазиям, и тем не менее также были затронуты в ходе переговоров. Переработанный дименсионид — готовое «топливо» для перемещений — стал бы прекрасной статьёй дохода для и без того богатого мира, но денег слишком много не бывает, и Энби-Астар отнёсся с большим энтузиазмом к идее потенциального сотрудничества с «Кей-Эф-Групп» и в данном вопросе. Столь смелый проект мог бы стать реальностью, если все намеченные этапы совместной работы сложатся удачно. Встреча продлилась несколько часов. К концу изнурительной беседы, полностью прошедшей на аккадском, голова у Антона раскалывалась. Увы, законы гостеприимства обязывали его перейти к неофициальной части и посетить вместе с аккадским партнёром приветственный ужин, устроенный в его честь. В Аккаде именно господин Энби занимался всем, что было связано с физикой межмировых мембран, и отвечал за работоспособность установок. Он давно ратовал за то, чтобы привезти новые технологии в Аккад, и проблему обозначил объективно: перемены в его мире могут быть только постепенными из-за особенностей военно-политической культуры. Так что, чисто технически, запланированную работу стоило начать с приведения в порядок существующих установок. Энби был уверен, что со временем получится завоевать доверие власть имущих и, как следствие, получить от них карт-бланш на всё остальное. Разрешения от Министерства межмировой связи на переоборудование ангаров перехода, являвшихся стратегическими объектами, просто так не добиться. И даже когда Энби-Астар настойчиво твердил о назревшей необходимости что-то менять, доказывая это раз за разом с помощью результатов исследований, прежний Владыка его будто не слышал. Зато теперь правящая династия пошла на уступки в том, что касалось обновления систем управления и непосредственно самих сеансов связи. Перемещение информации контролировалось Министерством внутренних дел, и «Балатум-Ават» получила разрешение на частичное переоборудование межмировых передатчиков. Что же касается людей — тут начинались проблемы. Общество Нового Аккада оставалось очень традиционным и замкнутым, и путешествия на иные Земли не имели такого значения и общедоступности, как в других мирах Содружества. Пожалуй, они могли стать лишь следствием острой необходимости. У простых аккадцев не принято скакать из мира в мир, они оставались всю жизнь в пределах собственной Земли. Так что Энби-Астар, получив разрешение на обновление систем управления и связи, поспешил им воспользоваться. И дело было даже не в прибыли, которую он получил бы по завершению работы. Случись в любом порту катастрофа со схлопыванием и резонансом — спросят с него. А голова достопочтенному ишшиакуму из Киша была ещё дорога. По этой причине в прошлом Авиилу-Энби пришлось законсервировать множество устаревших портов на территории Нового Аккада и наложить запрет на их использование. Теперь же появилась возможность вернуть те комплексы в эксплуатацию и улучшить свою репутацию в глазах Двора. — Всё же это необычно! Авиил-Энби всматривался в лицо бизнес-партнёра и всё никак не мог отделаться от ощущения, что упускает нечто важное. — Что именно? — улыбнулся одними глазами Антон, откладывая приборы. Он поел немного для вида, хотя совершенно не чувствовал вкуса. Переговоры его вымотали. Хотел бы он быть таким же спокойным внутренне, каким казался внешне. — Вы… Простите меня за неуместность моих речей, но раз мы… — Энби приподнял бокал, давая понять, что застольные разговоры после переговоров настолько же неофициальны, как и выпивка в его руке. — Раз мы отдыхаем, я всё же объяснюсь. Если б не ваше лицо, я решил бы, что вы сын из аккадской семьи. — О нет, — прыснул Антон, качая головой. — Чистых кровей во мне вы не найдёте, но, уверяю вас, достопочтенный Энби, глава конгломерата — естественнорождённый. — Что вы! Что вы! Я не это имел в виду, — смутился аккадец, замахав руками. Впрочем, Антон лишь лукаво улыбнулся, осуществив задумку. Авиил-Энби из вежливости вынужден был теперь сменить тему. На самом деле, Эдер плевать хотел на различия в способе появления на свет и благородство кровей. В Содружестве такого понятия в большинстве миров не существовало, но он знал, что легкомысленное отношение к вопросу происхождения вызывало в Новом Аккаде недоумение. У аккадцев не было необходимости в искусственном выведении людей «в пробирке» из-за нехватки женщин, так как условий для подобных перекосов в популяции не существовало. Естественно, всякие власть имущие и чтущие древние традиции аристократы признавали таких, как Антон, людьми если не второго сорта, то явно не первого. Вступив в Содружество Миров, жители Аккада впервые столкнулись с подобным способом рождения, который практиковался в мирах с тяжёлыми условиями проживания, и не желали его принимать. Современно настроенный Авиил-Энби, конечно же, и не думал намекать Антону на нечто подобное, но попался в ловушку собственной лояльности и смутился, решив, что его неправильно поняли. О том, что бизнес-партнёр просто ушёл таким образом от его излишнего любопытства, он даже не подумал. Тони отвернулся, наблюдая, как ведущие сотрудники его компании и весьма скромная свита господина Энби немного растерянно и осторожно переговариваются между собой по большей части жестами и на ломаном всеобщем. К концу вечера даже телохранители нового делового партнёра расслабили лица и больше не выглядели, как демоны, жрущие детей. Что ж, им всем нужно было постепенно привыкать друг к другу, чтобы успешно наладить совместную работу. Понятно, что в этом зале были от силы пара десятков человек против тысяч и тысяч, что будут потом перемещаться из Эл-Префера в Новый Аккад и обратно, и в целом такой формат работы сотрудникам «Эдер-Индастриз» не в новинку, но прежде Антон избегал иметь дела с кем-то, кто напоминал бы ему о болезненном прошлом. Однако, он устал жить теми неудачами и болью, что больше не существовали в реальности, и считал, что страх не должен мешать поддерживать важных ему людей. Это было ещё одной причиной, по которой Антон согласился лично вести аккадский проект. — Обручальный браслет? — кивнул он на украшение, выглядывавшее из-под рукава аккадца, дипломатично одетого в привычный для Содружества костюм. Антон знал, что будь они сейчас в родном мире Авиила-Энби, тому по статусу было бы положено гораздо больше украшений. Несколько кричаще роскошных золотых предметов, болтавшихся на руках и шее бизнесмена и шокировавших не знакомых с аккадской культурой людей, на самом деле говорили лишь о невероятной скромности гостя. — Вы наблюдательны, Авиил-Тони́, — забавно образовал имя-обращение достопочтенный Энби от непривычного ему «Тони». — Дражайшая супруга Нин-Кси-Киль не имеет привычки сопровождать меня в поездках. Если честно, ей вообще все эти разъезды не нравятся, — доверительно сообщил он, посмеиваясь. — О, могу понять, — покивал Антон, — но ничего не поделаешь. Любой проект требует времени. — Ваша правда, господин Фэррер. — Зато, когда дела налаживаются, можно отдохнуть. И прошу вас, достопочтенный: называйте меня Тони. Мне так привычнее. — Конечно, Тони́. За удачное начало сотрудничества? — Энби поднимает свой бокал, предлагая такой незамысловатый и нужный тост. — И за его не менее успешное продолжение в будущем, — поддерживает Антон и чуть касается своим бокалом в ответ. Тихий звон тонет в общем гуле расслабленной беседы. Люди вокруг наконец перешли к той стадии общения, когда уже не нужно сидеть с прямой спиной и следить за каждым своим словом. — Никак не могу к этому привыкнуть — столько женщин… Энби обводит глазами стол — сотрудники «Эдер-Индастриз», в отличие от гостей, представлены не только своей мужской частью. Антон прекрасно понял, что имеет в виду глава «Балатум-Ават». — В Содружестве иные традиции. Все они — первоклассные специалисты. Это же не доставит неудобств главе «Балатум-Ават»? Надеюсь, высокая квалификация работников в Аккаде не карается смертью. — О, вовсе нет! — Энби-Астарт вновь отреагировал излишне эмоционально, попавшись на такую грубую манипуляцию. — Я часто работаю с иномирцами. Со своей стороны могу гарантировать вам безопасность всех сотрудников вашей компании! — Это была шутка, Авиил-Энби. Не напрягайтесь вы так. Я нисколько не сомневаюсь в вашем профессионализме, — Антон дружески похлопал аккадца по плечу, окончательно выбивая у того почву из-под ног. — К тому же, насколько мне известно, в вашем мире есть женщины, которые обладают немалой властью и самостоятельно ведут дела. Жрицы храма Иштар, например. В конце концов, ска́жете проверяющим, что мои сотрудницы — люди храма. Энби неловко улыбнулся: — Вы, безусловно, правы, Тони́. Так и сделаю. За сегодня вы столько раз уже удивили меня, что я начинаю подозревать в вас дитя от смешанного брака. Эдер рассмеялся. — Такое бывает? — В очень редких случаях. Впрочем, мне хватает моей Нин-Кси-Киль, — разоткровенничался Энби. — Я б никогда не стал брать женщину вне Аккада. С Нин-Кси-Киль мы заключили брак, когда нам было по двенадцать. Поздновато, конечно. Ведь иные обещаны друг другу с рождения. — А это то, к чему я никак не могу привыкнуть в вашем укладе, — посетовал Антон больше для вида, потому что был осведомлён о существовании такого обычая. Да и нельзя было в полной мере назвать браком союз пары аккадских детей. Это были сделки между родителями. — Лично я только ближе к тридцати понял, чего жду от отношений, — добавил он. — Возможно, это вопрос привычки. Например, у меня уже восемь детей, — похвастался Энби. — Не всем так везёт. Пока здоровье жены позволяет и боги посылают мне крепкое потомство, я только рад. В Новом Аккаде запрещены репродуктивные технологии, думаю, вы и сами об этом знаете, так что у нас иные способы бороться с бесплодием. Антон кивнул с пониманием, договаривая за него: — Божьи дети, рождённые в храмах… — Божьи дети, — согласился Авиил-Энби. — Как ишшиакум Киша, я могу брать священных жён, но, к счастью, я не Владыка, поэтому могу позволить себе любить только свою жену. — Но, насколько я понимаю, это обязанность любого господина, будь то ном или весь Аккад. — Мне есть, кому её делегировать, — издал короткий смешок Энби. — Так что с давних пор эта обязанность лежит на моём старшем сыне. Он, к слову сказать, свою жену не любит. — Что ж, и такое бывает, — поспешил среагировать Антон. Разговор давно свернул не в то русло, и слегка захмелевшему господину Энби могло после стать неловко за излишнюю откровенность, вообще-то аккадцам не свойственную. По негласным законам теперь Тони пора было поделиться чем-то личным для поддержания доверительной атмосферы. — К счастью, у нас с Кристианом в этом плане полное взаимопонимание. Энби расплылся в несколько хищной улыбке, наконец-то демонстрируя истинную сущность любого дельца из Аккада. Наносная вежливость и мимикрия под местные устои на мгновение слетели с его лица, когда аккадцу показалось, что вот сейчас он услышит нечто интересное лично для себя. Он с жадностью ждал продолжения фразы. Похоже, в обычной жизни господин Энби был тот ещё любитель сплетен. — Удивительная история любви, достопочтенный. Никак не решался заговорить об этом. Честно говоря, я до последнего боялся, что вы окажетесь синништу. Антон громко рассмеялся, не удержав серьёзного выражения лица. Действительно, логичнее было бы предположить со стороны аккадца, что Кристиан Фэррер, будучи наследником огромного конгломерата, естественнорождённым из традиционной семьи, выбрал в супруги женщину, учитывая ещё, что «Эдер-Индастриз» по величине уставного капитала отставала от «Кей-Эф-Групп» на миллион световых лет. — Разве вы с самого начала не знали, что я — супруг господина Фэррера? Ну же, ни за что не поверю, что лучшая в мире служба безопасности не предоставила вам таких сведений! — Не знал, — беспечно откинулся на спинку дивана аккадец, — и вы льстите моей СБ, определённо. Я думал, мало ли, вы — брат главы «Кей-Эф-Групп» или помощник его достопочтенной супруги, и когда узнал, никак не понимал, какая ему в вас выгода? Антон иронично глянул исподлобья на аккадца, отзеркаливая его позу, и многозначительно промолчал, заменяя ответ глотком из бокала. Энби приподнял уголок рта в намёке на улыбку. Глаза его горели неосторожным интересом. Азарт был у этих людей в крови. — Не-е-ет, не слияние капиталов, — уверенно констатировал аккадец, склонив набок голову, словно так вышло бы прочесть чужие мысли. — Хах! Совершенно точно нет! Возможно, ваши разработки систем? Вложиться в нечто необычное достаточно дальновидно, так? Антон молча пожал плечами, выдерживая паузу и давая возможность гостю строить собственные догадки. — Нет, тоже нет, — отмёл последнюю версию Энби. Внезапно Антона тронули за плечо, отвлекая от этой забавной игры в угадайку. — Прошу прощения, господин Энби, — прозвучало на всеобщем. — Тони? Только что передали из порта. Глен протянул синтетический лист с сообщением. — Мне показалось, это не может ждать. Крис переместится в конце недели. Мисс Вацлав расчистила его график на пару дней, так что… — О-о… — протянул Антон, сдерживая нежность, захлестнувшую его при чтении записки. Он быстро пробежал глазами короткое письмо, невольно улыбаясь. Кристиан, как и следовало ожидать, чертовски задолбался работать в режиме робота и устроил маленькое восстание, чтобы хотя бы на пару дней смыться от дел в Эл-Префер. Поскольку он знал, что Антон занимается важным и перспективным контрактом с аккадцами, то не стал срывать его и решил сам выкроить время. Вацлав долго держала оборону, но затем сдалась, переназначила несколько встреч и отменила второстепенные мероприятия, чтобы начальство не бунтовало. — Спасибо, Глен. Я понял. Подготовь всё. — Господин Энби, — чопорно попрощался секретарь и удалился. Аккадец склонил голову, рассматривая Антона, будто у того выросла лишняя рука. Хитро прищурившись, он сказал: — Могу ли я говорить начистоту? — Прошу, — жестом разрешил Антон, свернул синтетический лист и убрал во внутренний карман пиджака. — Простите мне мою прошлую бестактность, достопочтенный Тони. Я только сейчас понял, что вы сами и есть капитал господина Фэррера. — Великий Пользователь! — хмыкнул Антон, не скрывая смущения. — Я знал, что аккадцы хороши в лести, но чтоб настолько… И Энби-Астар, зардевшись от удовольствия, шутливо прижал кулак к груди и наконец-то поклонился ему со всей грацией аккадского поданного, благо уже никто из участников банкета не обращал на них внимания. Первые этапы контракта, запланированные сторонами, прошли довольно успешно. Четыре месяца совместной работы госкомпании Нового Аккада и «Эдер-Индастриз» подтвердили, что при желании всё достижимо. Глава «Балатум-Ават», отбывший в свой мир вместе с первой партией специалистов из Содружества, не мог нарадоваться. Антон предпочитал вести лично деловую переписку с Авиилом-Энби для разрешения возникавших в процессе вопросов. Он придерживался деловой этики и не выходил за рамки рабочих отношений. Впрочем, если судить по расположению, которое глава «Эдер-Индастриз» завоевал у аккадца, тот был бы рад перевести их общение в дружескую плоскость. Тони делал вид, что не понимает намёков, и старался держаться в стороне, всячески подчёркивая, что он лишь представитель интересов конгломерата «Кей-Эф-Групп». Всё шло прекрасно ровно до того момента, пока не пришло известие о том, что работы на аккадских объектах временно приостанавливаются. Была инициирована некая проверка. Авиил-Энби, наоборот, казалось, был рад такому повороту событий и объяснял задержку интересом Главного Дворца к столь масштабным преобразованиям, учинённым его министерством. Господин Энби был не последним человеком в Аккаде — правителем Киша, жрецом и, как все они, военным генералом, так что подобное внимание ему было только на руку. А вот Антона сложившаяся ситуация напрягала. — Тони… — Ммм? — вопросительно-рассеянно промычал Антон. Ему нравилось, что Кристиан ласково называл его «Тони». Крис будто даровал ему новое имя и новую жизнь, хотя подобное сокращение было чем-то до пошлости обычным и логичным. Везде на официальных документах теперь значилось Тони Э. Фэррер. Прежний вариант остался в болезненном прошлом. Антону в Кристиане нравилось почти всё: лёгкий характер, прекрасное чувство юмора, потрясающая работоспособность и необыкновенная мягкость и внимательность, с которой он обращался с ним. Крис всегда чувствовал малейшие изменения в настроении супруга и сейчас заметил, что тот напряжён, хотя Эдер очень старался не подавать виду. — Ты сам не свой. Что-то произошло? — С чего ты взял? — попытался отвертеться Антон. — Всё нормально. — Тони, — Крис с укоризной посмотрел на него и положил руку поверх ладони, — я же вижу. Что-то не так. И очень сильно не так… Иначе ты бы не сидел весь вечер с таким лицом. Когда ты мне задаёшь такие вопросы, я обычно отвечаю. Антон отбросил в сторону интерактивную панель, на которой просматривал сводку, и потянулся. — Да, прости. Ты здесь ненадолго, у тебя тоже куча дел, а я… — он потёр глаза, покрасневшие от долгой работы. — Ага, только у меня нет такого выражения лица при всей моей загруженности, — заметил Крис. — Ладно. Не хочешь — не говори, но если надумаешь… — Я учту, — пожалуй, излишне холодно ответил Антон, и Фэррер грустно улыбнулся. Он не любил, когда супруг становился замкнутым, и немного пугался, подозревая, что Антона опять терзают демоны прошлого. Вместо того, чтобы донимать его вопросами, Крис отправился на кухню и достал джезву и зёрна. Спустя десять минут он поставил перед мужем чашку, над которой поднимался ароматный пар. — Всё, как вы любите, Тони: ложка сахара и щепотка корицы. Сегодня ваш столик обслуживает глава «Кей-Эф-Групп». Желаете к кофе что-то ещё? Антон наконец улыбнулся, отпивая горячий напиток. — Спасибо. — Забота вывела его из задумчивого состояния, в котором Эдер пребывал последние несколько часов. — Какие-то сложности с контрактом? Крис присел на подлокотник его кресла со своей чашкой в руках. — Всё как обычно, — неохотно ответил Антон. Он медлил, но Кристиан не торопил, позволяя собраться с мыслями. — Просто теперь они требуют личного присутствия кого-нибудь из высшего руководства. Пришло приглашение в Аккад. — Это обычное дело, — пожал плечами Крис. — Учитывая, что система перемещений — это комплекс гособъектов, а Энби-Астар лишь исполнитель, вполне естественно, что вышестоящие хотят видеть, чьим рукам они доверяют свои миллиарды. Бюджет дело такое. — И это говоришь мне ты, — Антон немного оттаял и хмыкнул. — Признаю, я не самый бедный человек среди всех миров, но разница же очевидна: месторождений дименсионида у меня нет. Так в чём проблема на самом деле? Ты же постоянно ездишь на подобные мероприятия, как и я. Что не так? — Это Новый Аккад, Крис, — вздохнул Эдер. — Да, Тони, мир, в котором дименсионид можно выкапывать на заднем дворе простой лопатой у каждого второго. Мы и к менее важным партнёрам приезжаем на личные встречи. Если честно, я удивлён, что они только сейчас обратились в «Кей-Эф-Групп». Давно пора было усовершенствовать ангары. Совершенно не понимаю, как можно продолжать пользоваться устаревшими технологиями? Денег же у них полно! Антон усмехнулся: — Ты удивишься, Крис, но они отличаются ото всех, кого ты знаешь. Аккадцам порой нравятся довольно странные вещи. Например, старые технологии перехода. Крис рассмеялся. — Дичь какая! — Угу. А знаешь, почему их ангары расположены так далеко в пустыне и просто до них не добраться? — На случай резонансного взрыва, полагаю? — О-о, — протянул Тони. — Не только. Так им кажется, что они в безопасности, потому что враг из иного мира не переместится запросто прямо на порог. Ты в курсе, что на каждой аккадской установке существует функция самоуничтожения? Действительно всё ещё не понимаешь, почему они отказываются менять ангары? — Самоуничтожение на ангарах перехода? Безумие. «Враг»? Святой Пользователь, какой враг? Серьёзно?! Или… нет, ты не шутишь. Но это же бред. — Как видишь, нет. Контрактом прописано сохранение высшей степени секретности, которую я, кстати, нарушил только что. Я и остальные сотрудники, участвующие в работах, не имеем права распространяться об этом даже в пределах собственных семей. Впрочем, для тебя, как главы конгломерата, думаю, можно сделать исключение. — Ты же бывал там, верно? — вопрос Криса прозвучал обеспокоенно. То, каким был взгляд у Антона, ему решительно не нравилось. — А знаешь, что?! Давай… не знаю, давай я откажусь от Гратара. Я поеду вместо тебя в Новый Аккад. — Нет!!! Антон настолько резко выкрикнул это своё «нет», что Фэррер на секунду замер. — Да мне не сложно, Тони. Если что-то не так… — Всё так, — смутился Антон, усмиряя колотящееся сердце, лишь бы не выдать себя. — Ты глава и владелец конгломерата, Крис. Условия проведения работ должен оговаривать один из директоров, то есть я, а подписание будущих контрактов с владельцами шахт можно провести на нейтральной территории. — Какая щепетильность. С чего вдруг? В ответ Антон погладил его по руке. — Ты слишком ценен для конгломерата. — Как и этот проект, — возразил супруг. — Именно! И я ни за что не пущу тебя туда. Не позволю отбирать мою работу, — Антон вымученно улыбнулся, молясь, чтобы супруг не заметил бури эмоций, охватившей его. — Гратар нельзя сейчас терять. Не с такой ситуацией на рынке. Они ведь просят установку новых ангаров? Кристиан ободряюще похлопал супруга по плечу и наконец встал с подлокотника. — Ты ушёл от темы, но как знаешь, Тони. Если ты говоришь, что всё под контролем, то я тебе верю и не буду вмешиваться. Не стану «отнимать твою работу». Крис звучал слегка обиженно. Он хотел сделать шаг в сторону, но цепкая рука потянула его назад. Антон притянул его к себе вплотную, обнимая за бёдра. — Что ты… Ох! Мягкие домашние штаны легко заскользили вниз. — Хватит о делах, Кристиан… — проворковал он. Стоило мужу положить руку поверх его белья, как Фэррера бросило в жар. — Может, душ? — жалобно выдавил он, стремительно теряя контроль над собственным телом. — Нет, — прикусил покрасневшую губу Антон, медленно оттягивая вниз резинку его трусов. — У меня рот остынет. Горячий кофе. Помнишь? — Ох, блядь… С-с-с… Фэрреру пришлось вцепится в спинку кресла рукой, чтобы не свалиться. От ощущения нагретого напитком рта, жадно обхватившего его член, колени подогнулись, и он хрипло застонал, второй рукой зарываясь в волосы на затылке мужа. Антон знал, что поступает не совсем честно, отвлекая его таким образом. Фэррер, в общем-то, хотел лишь позаботится о нём и облегчить немного жизнь, предложив поехать вместо него, но всё существо Антона восставало против решения Кристиана ехать в Аккад. И, чтобы избежать лишних объяснений, лучшего способа, чем втянуть Фэррера в спонтанный секс, Тони ещё не придумал. Он даже не хотел представлять себе, что может случиться с Крисом, если что-то пойдёт не так. Как Антон себя ни успокаивал, что Фэррер привык иметь дело с самыми разными представителями Содружества, «большой мальчик» и вообще получше него умеет сверкать лицом и вести сложные переговоры — тревога не отступала. Антон сам обязан со всем разобраться. Столько лет прошло, а его до сих пор колотит от одной лишь мысли, чем грозит неосторожность иномирцу в Новом Аккаде. Хотя Крис прав: рано или поздно аккадцы бы обратились к Содружеству за новыми технологиями, и пусть лучше их партнёрами будет «Кей-Эф-Групп», а не конкуренты из того же «Хао-Глобал». У конгломерата имелся немалый опыт в этом сегменте, так что нет ничего необычного в том, что «Балатум-Ават» в итоге работает с ними. К тому же, добившись разрешения, Энби-Астар мечтал для пробы установить несколько ангаров нового поколения недалеко от городов, чтобы изменить ситуацию и сделать перемещения доступными бóльшему числу жителей. Для этого ангарные комплексы должны были быть самыми передовыми и не представлять той опасности, которую несли старые технологии. Поскольку новый проект улыбчивого ишшиакума Энби-Астара из Киша имел значение не только государственное, но и межмировое, то велика вероятность, что на приёме в честь высоких гостей из Содружества могут появиться представители Главного Дворца. Следовательно, перспективы их сотрудничества огромны. Уж это Антон знал наверняка. Увы, он понятия не имел, что творилось в Новом Аккаде спустя столько лет. Тревога, накатывавшая разом от оживших воспоминаний, лишала его покоя, и страх этот носил иррациональный характер. Даже если случится невероятное и кто-то его узнает, вряд ли сможет доказать, что он, господин Тони Э. Фэррер, владелец половины контрольного пакета акций «Кей-Эф-Групп», и бежавший аккадский вардум Каннишу-Ахху — одно и то же лицо. К тому же, едва ли его персона имела значение для аккадцев. Когда-то Антон был не более, чем разменной монетой в играх между наследниками, поэтому сейчас для местной политики не представлял никакой опасности. Он должен был справиться со своими страхами и посмотреть им в лицо, иначе рисковал до конца дней своих просидеть на препаратах, свалившись в очередной приступ. Крис задрожал, запрокинув голову, и едва удержался на ногах, кончая. — Я люблю тебя, — поцеловал он взмокшего Фэррера в бедро и наконец выпустил из сладкого плена. — Чёрт побери, Тони… — разнеженный и удовлетворённый, муж смотрел на него сверху вниз помутневшим взглядом, пытаясь отдышаться. — Теперь точно в душ. Пойдёшь со мной? — Спрашиваешь… Идём, конечно! И когда ты уезжаешь? — Вечером в порт. Вацлав мне уже телефон оборвала. В Гратаре завтра очередная встреча. — Ну значит, время ещё есть.

* * *

— Вы уверены, Светлейший? — осторожно поинтересовался Элулу-Меш, опуская руку на пояс, где крепился деструктор. Чуть позади него стоял лишь с виду хрупкий Суму-Эль, с не меньшим напряжением вглядываясь в выстроившихся коридором воинов. Предполагалось, что войска явились приветствовать своего вернувшегося принца. Белоснежные песчаные яхты, стоявшие на горизонте, мало напоминали ту посудину, на которой несколько месяцев назад насильно вывезли Его Высочество, заперев в трюме, как полудохлую собаку. Отличительные знаки лояльных Божьему ребёнку войск сверкали холодом на парадных нагрудниках в лучах редкого в эту пору солнца. На западе в небе собирались чёрные тучи. Ветер полоскал знамёна. Стояла звенящая тишина. С виду всё было нормально. — Ув-в-в-верен. Он не посмеет меня тронуть! — Мы не сможем прикрыть… — В Но-новом Аккаде много верных Бо-божьему ребёнку лю-у-у-дей. Ра-разве ны-ны-не это сказал мой брат? — ледяным тоном спросил принц. Элулу-Меш поморщился. Так-то оно так. Но сейчас он не поставил бы и медяка на жизнь человека, в нетерпении замершего перед ним. Площадь у комплекса перемещения от края до края была заполнена военными. С точки зрения Авиила-Элулу, решимость Липита проистекала из отчаяния и граничила с безрассудством. Что бы сказал на это сам Бэл-Энлиль? А ещё Авиил-Элулу никак не мог привыкнуть к этим нергаловым сменам сознания в теле принца. Если б он не знал, в чём дело, то решил бы, что Светлейший и впрямь сошёл с ума, словно у Баал-Уцура раздвоение личности. Но разница между ним и Липит-Энлилем настолько бросалась в глаза, что будь у Третьего Принца хоть сотню раз лицо Божьего ребёнка, едва ли их можно перепутать. Дело было не в заикании, а хотя бы в том, как по-разному они мыслили. Хотя кое-что братьев всё же роднило. Общими для обоих принцев были заносчивость и непомерное баранье упрямство, возведённое в квадрат, благодаря одной на двоих голове. — Всё ещё можно повернуть назад. У меня есть связи в других мирах, — предпринял последнюю попытку Элулу и нарвался на испепеляющий взгляд тигриных глаз. — Та-ты см-смеешь надсмехаться на-надо мной? Считаешь, я трус? Прочь пошёл! — прошипел Липит и сделал шаг вперёд, чуть не задевая его плечом. Элулу-Меш поспешно отпрянул в сторону, чтобы его не коснулись, и склонился с рукой у груди, вынужденно пропуская принца вперёд. Раздражаться у Липит-Энлиля выходило ничуть не хуже, чем у истинного хозяина тела, а смелость его вызывала не меньше уважения. Странно, что достопочтенный Элулу прежде не замечал за Маар-Шари такой решительности. За время, проведённое вместе в Аттарии, он и Суму-Эль уже раз десять пересмотрели своё отношение к брату Белет-Нинлиль. Третий Принц обладал внутренним стержнем и не был таким идиотом, каким всегда хотел казаться. Например, сейчас он шёл на огромный риск, прибывая в Новый Аккад. Сильно поредевшая свита Баал-Уцура не смогла бы защитить его, если б явившиеся их встречать воины были преданы только Заку-Умуму и забыли про своего руби. На самом деле, войска ждали другого Энлиля, а не вечно употреблявшего дурман балагура и любителя женщин — слабосильного Третьего Принца — и предпочитали не задумываться на тему подселения в тело господина одного из его врагов. Только теперь Элулу-Меш сопоставил поведение Третьего Принца с тем, какой он на самом деле, и понял, что таков был его способ выжить. Липит, с рождения обитавший в Главном Дворце, всем своим видом демонстрировал, что плевать он хотел на трон. Внешне его интересовали только развлечения. Мол, глядите, Липит-Энлиль не опасен для тех, кто мечтает занять отцовский трон. Он никогда не переходил дорогу ни Первому Принцу Зуэну, ни Второму — Никхору, а к партии покойного Гунгу-Нума примкнул лишь из-за сестры, чьим величайшим горем считал брак с Баал-Уцуром. Для людей же Бэла брат-близнец Белет-Нинлиль был лишь представителем конкурирующей партии, и никто не понимал, почему так долго Божий ребёнок, уничтожавший врагов без раздумий, не трогал сводного брата. Всё было не так просто. Элулу-Меш не знал точно, какие отношения связывали этих двоих в прошлом. Главное, сейчас они едины и выступают на одной стороне, желая выжить и победить. Липит выпрямился, прижал руку к груди в знак уважения к встречающим и невозмутимо пошёл сквозь ряды, излучая уверенность. Достаточно было одного разряда деструктора в спину, чтобы покончить с этим навсегда. Крики приветствия неожиданно грянули над портовой площадью. Они разорвали тишину, как гром среди ясного неба. Авиил-Элулу заметно расслабился и облизнул пересохшие губы. Всё в порядке. Их встречали свои. Никто Баал-Уцура не предал. Заку-Умум всё ещё опасался его влияния на воинов. Всё это время Элулу сжимал до белых костяшек рукоять деструктора и даже не замечал этого. Коротко кивнув Суму-Элю, он медленно пошёл на почтительном расстоянии вслед за своим руби. Свита принца двинулась за ними.