Бэл

Глен проснулся, услышав, как во дворе принялись лаять собаки, с которыми охрана обходила периметр. Было начало первого. Натянув брюки, он накинул сверху выданную ему домашним вардумом канди и попытался привести себя в порядок со сна. Секретарь вышел в коридор как раз к тому моменту, когда, по его расчётам, вернувшийся из Главного Дворца Антон должен был подняться наверх. Его покои находились напротив комнат Глена, так что минут через десять на лестнице действительно послышался шум. — Ну что, как новый партнёр? Договорились до чего-нибудь? — подпирая плечом стену, спросил Лоуренс и только после этого заметил, насколько его начальник раздражён. Последний раз Глен видел его таким, когда Эдера доставали безопасники из «Кей-Эф-Групп», до того, как они начали с Крисом официально встречаться. В то время Кристиан вёл себя с будущим мужем как полный придурок. Что произошло на этот раз? — Эй, Тони, что-то не так? Да что с тобой?! — Позже, — зло отрезал Антон, чуть не сшибив секретаря, перегородившего ему дорогу, плечом. Глен удивлённо отпрянул и даже не успел войти за ним следом. Створки автоматической двери захлопнулись перед самым носом Лоуренса. Послышался писк, оповещавший о блокировке — это Антон шарахнул по сенсору, едва переступив порог, чтобы запереть за собой. Всё это являлось сигналом того, что начальство сейчас не хочет никого видеть и ни о чём разговаривать. Обычно, когда подобное настроение накрывало Тони в Эл-Префере, для них двоих это заканчивалось дракой. После Глен, взъерошенный и злой, орал, что с него хватит, что он нанимался секретарём, а не нянькой, что задолбался подтирать сопли за психом и никаких денег не хватит отдельно приплачивать ему за его убитые нервы, потом собирал свои секретарские вещи и сваливал в отель. В общем, давно такого не было. Не ожидавший повторения подобных настроений посреди рабочей поездки в Новый Аккад, Глен приподнял брови и решил, что не станет лишний раз нарываться и делать скоропостижные выводы. Он несколько раз нажал на вызов и негромко позвал Антона через дверь. Как и ожидалось, ему никто не ответил. Прижав ухо к холодной створке, Глен услышал лишь какую-то приглушённую возню и ругательства. Что ж, если начальник ещё способен ругаться, то всё не так ужасно. Для очистки совести Лоуренс несколько раз стукнул в дверь кулаком, но с той стороны никто так и не соизволил открыть ему. — Да что за хрень опять творится? — пробормотал он себе под нос. Было уже далеко за полночь, и отправляться разыскивать Энби-Астара, чтобы спросить, какая муха укусила Тони, было как-то не с руки. К тому же, для аккадца Глен был лишь одним из десятка сотрудников, приехавших с главой «Эдер-Индастриз», что-то вроде авиила из свиты, своего рода прислуга, с которой обращаются вежливо, так как он не раб, но и не допускают сближения, — а это значило, что вваливаться к ишшиакуму Киша посреди ночи с вопросами о душевном равновесии его бизнес-партнёра крайне неуместно. Тем более, пока Глен не разобрался, отчего у Тони такое настроение, лезть с расспросами к посторонним не хотелось. Он готов был руку дать на отсечение, что на публике его начальник держался как мог, и разобрало его только сейчас. Логичнее всего дать ему время, и тогда Тони сам ему всё объяснит, когда остынет. Например, завтра. Решив про себя, что подождёт до утра, Глен развернулся и пошёл к себе досыпать. Если за ночь Тони не разведёт костёр под балдахином своей шикарной кровати и не начнёт стаскивать туда съестные припасы, значит, всё в норме. В то же время Антон трясущимися руками пытался выудить из флакона, набитого таблетками, лекарство. Руки дрожали настолько сильно, что кончилось это тем, что бело-синие капсулы брызнули, как разорвавшиеся бусы, во все стороны, усеяв пол. — Блядь… — сквозь зубы выругался он, бессильно опустившись вниз. Под ногтями кое-где остались бурые следы запёкшейся чужой крови. Антон попытался выковырять ногтями бурые крупицы, но ничего не выходило. — Чёрт, чёрт, чёрт! Стоит ему пойти в ванную комнату и начать мыть руки, и он будет тереть кожу до тех пор, пока она не слезет, так что благоразумнее всего было оставаться на месте. Антон локтями опёрся о согнутые колени и надавил на крепко зажмуренные глаза. Собственные пальцы казались ледяными, голова же пылала. Противная дрожь никак не проходила. Перепсиховал… Надо же! Посидев так с минуту, Тони отнял руки от лица и потянул за узел галстука, чтобы немного его ослабить. Следом сразу пришлось расстегнуть несколько верхних пуговиц и сделать глубокий вдох. Несмотря на то, что каменный потолок терялся далеко вверху, стены, испещрённые резьбой, давили. Он с силой растёр ладонью загривок, склонил голову на одну сторону, потом на другую, хрустнув шеей. — Дерьмо… Везёт как утопленнику… Сосущее ощущение под ложечкой никак не проходило, но по крайней мере голова уже соображала. Сделав ещё один глубокий вдох, Антон наконец сфокусировал взгляд на рассыпавшемся по полу лекарстве. У его лодыжки в длинном ворсе ковра застряло несколько таблеток. Потянувшись, он сгрёб несколько и запихал их в рот. Из-за того, что во рту пересохло, капсулы липли изнутри то к щеке, то к зубам… Их никак не удавалось проглотить. Слюна будто закончилась, превратившись в белёсый солёный кант, обметавший губы. Оттолкнувшись от пола, Антон с трудом встал и, пошатываясь, добрёл до столика, на котором стояли фрукты и вода. Он приник губами к горлышку серебряного высокого кувшина и начал жадно пить, половину проливая мимо. С десяток глотков, и капсулы наконец-то проскользнули в горло. Остатки воды Антон вылил себе на голову, упёрся руками в край стола и встряхнулся как собака. Холодные дорожки потекли за шиворот, по коже поползли мурашки из-за контраста температур. Антон не знал, каким чудом держался всё это время. Его колотило не то от злости, не то от шока, не то от острого, разрывающего на части чувства, название которому он бы не взялся дать. В голове всю дорогу до дома стоял непрекращающийся гул. …Хочу вам представить Светлейшего Маар-Шари Двадцатой Династии Эмет-Уцура, нашего будущего Владыку Нового Аккада, и Его Высочество Светлейшего Третьего Принца — Липит-Энлиль-Уцура, его дядю и нашего будущего компаньона… Будущего компаньона… Третьего Принца… Да что с ними со всеми такое?! Бэл сменил имя на имя покойного брата? Сперва Антон решил, что это он опять спятил, что было вполне вероятно, учитывая прошлое. Но потом осознал, что стоявший перед ним Бэл-Энлиль-Уцур, разодетый как покойный Маар-Шари, вовсе не его галлюцинация, а вполне себе реален. Тот самый «будущий компаньон», о котором говорил ему Авиил-Энби, внезапно оказался Бэлом. Это на его шахтах должны были организовать добычу и переработку дименсионида. Это на него делал ставку ишшиакум Киша, достопочтенный Энби, когда с восторгом говорил, что у него на примете есть уважаемый человек и довольно перспективный делец. Да как так вышло-то?! Антон проклят?! После Главного Дворца, по приезде в резиденцию Авиила-Энби, Антон еле дотащил себя до покоев. Всю дорогу он тщетно воевал со взбесившимся сердцем, панически колотящимся в горле, и в итоге ему пришлось наврать, что он чертовски устал, так как накануне не выспался. Как только Энби-Астар ничего не заметил — непонятно. Ничего хорошего не было бы, если бы аккадец разглядел, в каком он ужасающем состоянии. Кажется, Глен хотел поговорить? Но ему сейчас было не до Глена. Ему сейчас вообще было ни до чего. Антон… Он не понимал, что с ним. Не понимал, что чувствует. Если в жизни и бывают феерично неудачные дни, то этот был явно одним из них. Что будет теперь с проектом? Что делать?! Паковать чемоданы и бежать, как он делал это всегда, когда чувствовал, что не справляется? Тогда к чёрту проект, к чёрту Аккад, к чёрту все усилия и планы по спасению конгломерата? Триллионы кредитов, выгодные сделки, репутация «Кей-Эф-Групп» — всё полетит к демонам. А ещё Крис может решить, что ему стоит подчистить дерьмо за своим никчёмным муженьком, и завалится сюда лично решать проблемы, даже не представляя, во что суётся. Нет, он бы, конечно, понял, если ему рассказать обо всём, но Антон был не в состоянии даже подумать об этом. А значит, придётся всё решать самостоятельно, как «большому мальчику». Воевать с неравным противником… Этого-то он толком и не умел, да и не любил, хотя жизнь раз за разом вынуждала. И всё же… Тягаться с аккадцами на их территории — это тебе не дворовая драка. Здесь ставки были крупнее. Но странное дело — опаснее Бэла для него однозначно был нынешний Владыка Нового Аккада — Руби-Заку-Умум, но его Антон не настолько сильно испугался, в отличие от бывшего любовника. Можно даже сказать, что страх прошёл почти в тот же момент, как он покинул кабинет, оставляя за спиной Заку-Умума. А вот Бэл… Да и был ли это именно страх? Минут через двадцать, когда подействовали таблетки, Антон всё-таки умылся, сменил официальный костюм на домашние брюки с футболкой и снял блокировку с двери. Натянув интерактивную панель на глаза и окончательно успокоившись, он набрал Глена. Что Заку-Умум, что Бэл-Энлиль были опаснейшими людьми в Новом Аккаде, но, в конце концов, их интересы с интересами Антона в данный момент частично совпадали. Бэл не мог знать, что Энтони Фэррер, деловой партнёр Авиила-Энби, и неудачная интрижка из его прошлого — один и тот же человек. Принц всего лишь пытался наладить свои дела, насколько понял Антон из объяснений Энби-Астара, и упускать возможность, которую предоставляло ему сотрудничество с «Балатум-Авад» и «Эдер-Индастриз», с его стороны было бы весьма глупо. А Его Высочество был человеком крайне практичным в таких вопросах. Что касается Заку-Умума, то самым большим грехом иномирца в его глазах было неумение подчиняться. Также Заку часто упоминал несуществующую охоту Антона за лёгкой наживой в виде толстосумов. И то, и другое давно стало неактуальным, учитывая, что теперь Антон хорошо знал, когда стоит подчиниться, а когда послать на хер. Выгода для всего Нового Аккада от сотрудничества его представителей с «Кей-Эф-Групп» была намного больше, чем призрачное минутное удовольствие, которое получил бы Заку-Умум, сворачивая Антону шею, как беглому рабу. Стоило взять себя в руки, и расклад стал настолько ясен, что Эдер даже усмехнулся. Его задница и впрямь не стоила нескольких триллионов кредитов, которые бы уплыли в никуда, если б кто-нибудь из них сорвался. — И что это было? — послышался из гарнитуры скептический голос секретаря, принявшего вызов. — На приёме подавали грибы, что ты так расстроился? Тони включил изображение, и на интерактивной панели появилось недовольное лицо секретаря. — Не смешно ни хрена. — Да я и не смеялся. — Кажется, у меня жар… — проигнорировал его недовольство Антон. —Найди что-нибудь, пока меня не вырубило окончательно. Среди моих колёс только всякая химия, которую я глотаю, чтобы не видеть сраных единорогов. — Думаешь, у меня тут что — аптека в покоях? — Думаю… Это в твоих же интересах. И сам я не хочу звать домашних вардумов. Аккадцы не должны меня таким видеть, а если мой секретарь скажет, что ему… —Ладно, понял. Не бойся. Твоя честь не пострадает. Антон в ответ фыркнул. Честь… Придумал тоже. Глен в задумчивости потёр подбородок рукой. — Чёрт с тобой. Сейчас что-нибудь придумаю. Через четверть часа в распоряжении Глена имелось несколько упаковок жаропонижающего, производимого в Содружестве, и предложение прислать к нему лекаря, от которого он тактично отказался. Дворецкий у Авиила-Энби был весьма расторопным малым.

* * *

— Прошу прощения, Авиил-Тони, что не успел вас предупредить. Энби-Астар виновато улыбался, и такое выражение на его лице видеть было неловко. Антон поднял повыше воротник пальто и выпустил струю дыма, почти не разжимая губ. Руки на холодном ветру здорово мёрзли, поэтому скарец спрятал их в карманы. Они стояли на палубе песчаной яхты, которая несла их по ветренной равнине в родной ном достопочтенного Энби. Недалеко от Киша, как и полагал Антон, располагался действующий Ангарный Комплекс Перемещения, который Энби-Астер выбрал для первичной перепрошивки и обкатки системы, предоставляемой «Эдер-Индастриз». Запахнувшись в меховой плащ, Энби напоминал сейчас древнего воина. Его низкий хвост из мелких кос трепал ветер, позвякивая редкими золотыми украшениями. Совсем отказаться от них в Аккаде он попросту не мог. Зачем достопочтенный Энби решил составить Антону компанию и подняться наверх, было непонятно. Правитель Киша собственной персоной суетился вокруг чужака, как простой смертный, и его манера держать себя настолько не соответствовала тому, что Тони знал об аккадской аристократии, что впору было подозревать ишшиакума в неискренности. Для себя на открытую палубу Энби принёс длинную трубку, набитую ароматным табаком, пропитанным фруктовыми вкусами и дурманом. Как и на многих аккадцев, в малых концентрациях аттарийский дурман на Авиила-Энби практически не действовал. После того приёма в Главном Дворце правитель Киша пытался вести себя с гостем непринуждённо. Антон же, напротив, был настороже и всё ждал какого-то подвоха, какого-то глобального срывания масок перед финалом спектакля, но этот финал всё никак не наступал. Они спокойно продолжили с Энби-Астаром следовать намеченному плану и, когда подошло время, так же спокойно отправились в Киш. И тем не менее, Антону нужны были кое-какие ответы, и пока песчаная яхта пересекала унылую в это время года равнину, у них образовалось благоприятное время для частных бесед. — Но это только слухи, разумеется. Никто не знает, что произошло на самом деле. В любом случае, Светлейшему Третьему Принцу повезло. Генетического совпадения хватило, чтобы избежать отторжения. — Звучит фантастически. — Говорят, был пересажен мозг. Я склонен этим слухам верить. — Мозг? — глянул на него исподлобья Антон. — Вы это серьёзно? Ничего себе. Да вы не шутите! — Напротив, Авиил-Тони, я крайне серьёзен. Эту тему в Новом Аккаде не принято обсуждать, тем более с иномирцами, но я счёл нужным вам всё прояснить. Я бы не стал особо зацикливаться на этом. Особенность принца никак не повлияет на наши договорённости. Поверьте! Хотя теперь мне стыдно, что я утаил от вас такой немаловажный факт … — М-да… действительно немаловажный, — протянул Антон, не особо понимая, как ему реагировать на такие заявления. Дело было не в том, что в подходящее тело запихали мозги умиравшего человека, чтобы спасти его от верной гибели и заодно поэкспериментировать над тем, что вышло. Просто сложно было судить, о чём ещё «забыл» упомянуть Энби-Астар, когда договаривался с «Эдер-Индастриз» о сотрудничестве. Антону не нравился такой подход, даже если состояние принца всего лишь слухи. С другой стороны, Энби-Астар был представителем аккадской правящей элиты, так что чему Антон, собственно, удивляется? Пауза затянулась. Ишшиакум заметно нервничает, ожидая реакции. Ну, раз нервничает, значит, и впрямь заинтересован в том, чтобы всё сложилось как надо. И вряд ли сейчас ему откровенно лжёт. Двое в одном теле? Серьёзно?! Либо Энби-Астар прекрасный актёр, либо сам крепко верит в эту сказочку. Про себя Антон был уверен на все сто процентов, что в тот вечер в Главном Дворце он беседовал несколько часов кряду с Бэл-Энлиль-Уцуром и ни с кем другим! Уж его-то скарец никогда бы в жизни не перепутал с Третьим Принцем. С другой стороны, аттарийцы создали такие страшные вещи, как генетические модификанты, баловались с приживлением людям неподходящих им частей животного происхождения, любили запускать выключенные части генетического кода и изучать действие давно исчезнувших вирусов. Они десятилетиями ставили бесчеловечные эксперименты, не оглядываясь ни на кого, и истинные масштабы аттарийских преступлений и знаний в сфере работы человеческого организма мало кто себе представлял. Аттария, славившаяся своими людоедскими привычками, никогда не войдёт в Содружество Миров, но при этом Новый Аккад, в Содружество входящий, неофициально продолжал общаться с тем миром, преследуя свои интересы. Так что, почему бы и нет? Почему бы какому-нибудь беспринципному доктору, владеющему аттарийскими технологиями, не вскрыть череп одному принцу и не засунуть туда мозг другого принца, как бы абсурдно это ни звучало? — Если это необходимо, я мог бы принести вам официальные извинения от своего имени, — неуверенно предложил Энби, — и отправить письмо от «Балатум-Авад» с пояснениями господину Фэрреру в головной офис. Хотя случившееся с Его Высочеством лояльные к нему представители аккадского общества расценивает как несчастный случай, я прекрасно осознаю, как это выглядит для вас со стороны. Дело в том, что это внутренние дворцовые дела, которые на всеобщее обозрение не выставляются, и я не могу вам предоставить никаких медзаключений. Зато, если бы не его… увечье, вряд ли такой человек, как Его Высочество, искал бы сотрудничества с чужаками. Местные люди слишком суеверны. — Вам никогда не говорили, что вы очень и очень откровенный человек, ишшиакум Энби? — заметил Антон. — Даже как-то неловко. Я прекрасно знаю, что вы не обязаны были этим со мной делиться. — Что, это было лишнее? — бесхитростно почесал в затылке аккадец. — Вовсе нет! Вовсе нет… — Авиил-Тони, не делайте своими речами мои бестолковые объяснения ещё более неловкими. Я сожалею, что сперва умолчал об этом, но, даю вам слово, это хорошая сделка! Аккадские дельцы упускают возможность работать с его месторождениями лишь из боязни потерять своё лицо, так как Третий Принц больше не является Маар-Шари Аккада, а не потому, что считают его безумцем. К тому же, все контракты проходят через законников, а мои законники все до единого профессионалы! — Прошу прощения, господин Энби. Вы неправильно меня поняли, — тактично прервал его Антон. — С одной стороны, меня действительно заботят риски, которые могут возникнуть в связи с нестабильностью хозяина месторождений, но, раз «Балатум-Ават» берёт на себя возможные убытки, связанные с подобным риском, и может предоставить реальные гарантии, то любые частные аспекты меня, как представителя конгломерата, мало касаются. Уж меня точно не беспокоит статус Его Высочества. — Вы меня утешили, — с облегчением выдохнул Энби. — А могу я вас попросить… — Не упоминать об особенностях Светлейшего в отчётах для головного офиса? — с полуслова понял его Антон. Энби смущённо пожал плечами, словно извиняясь. Ишшиакум из Киша — настоящий лис, готовый прикинуться дружелюбной овечкой при необходимости и намеренно принизить себя, лишь бы не упустить свою выгоду. У правителей номов хитрость должна была быть в крови. А то, что о каждом вдохе чужаков на аккадской территории сообщали напрямую не только в Главный Дворец, но и непосредственно достопочтенному Энби, Антон и без того знал с самого начала. Глава «Балатум-Авад» заполучил в своё распоряжение всю индустрию перемещений в Аккаде, при этом якобы обходя стороной политику вовсе не потому, что был простачком. Конечно, ему было хорошо известно о посылаемых Антоном отчётах. Другой вопрос, что отчёты эти были лишь формальностью, о чём Энби не мог знать. Антон был уверен, что Крис вряд ли прочёл хотя бы один из них, пока болтался по другим мирам, уговаривая местных бонз закупить у них оборудование. Ему своих дел хватало, но формальности стоило соблюдать. — Аттарийские технологии впечатляют и пугают одновременно, — прикрыв глаза, мягко заметил Антон. Ему не хотелось слышать извиняющийся тон Энби, слишком напоминавший манеру Заку-Умума до того, как тот показал себя во всей красе. Конечно, правитель Киша действовал не так грубо, всё же он был в первую очередь дельцом, а не военным генералом, как Заку-Умум, но сути это не меняло. Сейчас Энби-Астар был виноват только в том, что перестраховывался и не спешил сообщать, что у их будущего бизнес-партнёра не всё в порядке с головой в самом прямом смысле этого слова. Затянувшись горьким дымом, Антон взглянул в чёрные глаза аккадца, на дне которых не было ни капли раскаяния: — Увы, я в любом случае вынужден сообщать о подобных вещах службе безопасности конгломерата. Всё же я — человек маленький. Если толпа юристов, которым платит мой супруг, посчитает, что с вашими гарантиями всё в порядке, мы вернёмся к этому вопросу чуть позже. А пока разговор о месторождениях Светлейшего, я думаю, стоит немного отложить. Поймите и меня, достопочтенный Авиил-Энби! Я ведь рискую не своими личными капиталами, а вложениями всего конгломерата, так что не вправе принимать подобные решения единолично. Специализация «Эдер-Индастриз» — программное обеспечение. На самом деле, Антон лукавил. Он был вправе принимать подобные решения единолично и, более того, мог на них настаивать, а его отказ был не более, чем отговоркой и паузой на «подумать». Ему вдруг стало интересно, насколько аккадская сторона заинтересована в долгосрочном сотрудничестве с «Кей-Эф-Групп». Чтобы узнать это, всего-то и надо было, что намекнуть на невозможность подобных отношений между двумя компаниями в силу обстоятельств. Перешить все аккадские ангары первого поколения — не такая уж и проблема, но у Энби-Астара имелись собственные амбиции, которые он хотел воплотить в жизнь с помощью местных элит и заодно таких внешних союзников, как «Кей-Эф-Групп». Поэтому временное «отступление» ишшиакума было ожидаемо. Что ж, мягкая стратегия Авиила-Энби делала ему честь. — Конечно-конечно! — всплеснул руками Энби. — Никаких проблем! Как только мы прибудем в Киш, вы сможете немедленно связаться со своим руководством и всё уладить. Я буду ждать вашего решения столько, сколько потребуется. Ни о чём не беспокойтесь. Вы мой гость! — Благодарю за понимание, достопочтенный, — приложил свободную руку к груди Антон, тонко улыбнувшись. — А можно?.. — Энби немного пожевал губами, будто не решаясь озвучить вопрос. Затем всё же продолжил: — Можно задать вам личный вопрос, Авиил-Тони? — Спрашивайте, что угодно, достопочтенный, — взмахнул ладонью Антон, приглашая его продолжить. — Вы с Его Высочеством… Вы были знакомы прежде? Мне на приёме показалось, что… Ишшиакум в конце концов замолчал, не зная, как бы потактичнее поинтересоваться у Антона о том, чему стал свидетелем. Для Энби явилось сюрпризом, что после такого неудачного, с его точки зрения, знакомства, он и его гость получили вежливое приглашение в одно из загородных имений Его Высочества, располагавшееся в окрестностях Лагаша. Оттуда до законсервированных шахт, принадлежавших принцу, было рукой подать, что, несомненно, было хорошим знаком, но то могла быть простая вежливость. О том, что приглашение не было формальностью, Энби-Астар узнал к полудню следующего дня: законники Липит-Энлиля прислали предварительный контракт, который, впрочем, ещё стоило обсудить с юридическим отделом «Эдер-Индастриз», и в нагрузку выдали вполне официальное приглашение погостить в летнем дворце принца под Лагашем. Энби, честно говоря, в тот момент лишился дара речи и два раза перечитал полученное письмо. И это при том, что на приёме ему показалось, что эти двое, Его Высочество и господин Фэррер, невзлюбили друг друга с первого же мгновения! — Знакомы? Не то чтобы напрямую, — легко рассмеялся Антон, стараясь полуправдой скрыть неудобную истину, — но в прошлом я имел удовольствие мельком видеть Светлейшего в одном из внешних миров, как и многие из тех, кто много путешествует по делам. Антон выкинул окурок за борт и повернулся обратно к собеседнику. Если нечто подобное Энби-Астар спросит у Бэла, то вариант про «непрямое знакомство» подойдёт под любую версию, кроме той, в которой Бэл признаётся, что Тони Фэррер на самом деле его беглый вардум, которого он целый год не выпускал из постели на пару с нынешним Владыкой Нового Аккада. — Помимо прочего, я много наслышан о Правящей Династии. Кажется, Руби-Липит-Энлиль никогда особо не интересовался политикой, а Бэл-Энлиль, напротив, был довольно популярен у простого народа. Не спрашивайте меня, откуда я это узнал, но однажды мне довелось побывать на празднике урожая в городе. — Полагаю, что тогда вы не отказываете себе в удовольствии побеседовать с этим самым «простым народом»? — Всё может быть, — усмехнулся Антон. — Действительно, вам всё верно рассказали про принцев, Авиил-Тони. Но, как видите, с судьбой не поспоришь. Слабое здоровье в итоге явилось причиной того, что они вынуждены были сменить свой статус, если можно так сказать. Никогда не знаешь, что несёт завтрашний день, и самое верное — жить, надеясь на лучшее, но будучи готовым к худшему. Уверен, в нашем с вами случае судьба к нам будет более благосклонна. — Я в этом ни капли не сомневаюсь, — подыграл аккадцу Антон. — Вы только что произнесли фразу, которая могла бы стать хорошим тостом, не находите? — И то верно! Могу я вас чем-нибудь угостить, пока мы не прибыли? — О, я ждал, когда вы об этом спросите! Если б они были сейчас в Новом Аккаде, наверное, вниз спустились бы, дружески похлопывая друг друга по плечу, как два старых приятеля. Антон давно научился не воспринимать дружелюбие дельцов за чистую монету. Да уж. Слабое здоровье принцев, если можно так сказать… Что, если на самом деле никакого Липита нет, а Бэл спятил и обзавёлся раздвоением личности? По крайней мере, на приёме ничего необычного, кроме того, что какого-то хрена все кругом называли Баал-Уцура Липит-Энлилем, Антон за ним не заметил. Всё то же ядовитое жало во рту вместо языка и зашкаливающее самомнение. Хотя в этом принцы были, пожалуй, схожи, но сказочку о пересадке мозга такое сходство не делало реальнее. По неясной причине аккадцам удобно было считать божьего ребёнка Третьим Принцем, прикрываясь аттарийскими технологиями, а Бэл, похоже, охотно согласился со своей новой ролью. В прошлом они с принцем расстались не очень, хоть их «расставание» и меркло на фоне воткнутого в ребро ножа. Антон тогда прятался у Липит-Энлиля. Он подкрался со спины к ворвавшемуся в покои сводного брата Бэлу и попытался разбить о его голову тяжеленную прикроватную тумбу в нелепой попытке помочь своему заступнику. Увернувшийся от удара Бэл на автомате пальнул в Антона из деструктора, не сообразив сперва, кто именно на него напал. Спустя мгновение Бэл чуть не погиб от рук Липита и пустил в ход перстень с модификантом, спасая свою жизнь. Остальное Антон помнил смутно. Лекарь после сказал, что если б не Баал-Уцур, то сам Антон истёк бы кровью и не выжил после такого ранения. Выходит, каким-то чудовищным образом Антон остался ему должен за спасённую жизнь. — Авиил-Энби, надеюсь, вы не станете в дальнейшем сопровождать меня каждый раз, как потребуется работать с техниками? — шутливо поинтересовался Антон. — Что вы, я хочу отправиться с вами больше из праздного любопытства. Мне не терпится посмотреть, как вы работаете! — Поверьте, это наискучнейшее зрелище. — Ни за что не поверю! — Кто я такой, чтобы отговаривать ишшиакума Киша? В реальности же их праздная беседа являлась лишь болтовнёй ради болтовни. Аккадцы никогда бы не оставили иномирцев ковыряться в своих ангарах без присмотра, поэтому Антон заранее предупредил весь свой персонал, что работать придётся чуть ли не под дулом деструктора и чтобы служащие на эту местную особенность не обращали внимания. — В будущем, у вас и ваших людей будет свой рабочий транспорт. Я уже распорядился о временных пропусках на объект. «Балатум-Авад» предоставит вам всё необходимое, только скажите! Вы простите мне на первый раз мою навязчивость, со временем я обязательно исправлюсь. — Ну что вы, Авиил-Энби! Я просто беспокоюсь о том, что на вас свалилось столько хлопот разом. Все формальности и «ритуальные танцы» друг вокруг друга были исполнены, и Антон чувствовал себя в относительной безопасности. После Главного Дворца к ним приставили несколько человек от Владыки, что, впрочем, Антона ничуть не беспокоило. Об этом ему рассказал Лоуренс. Программисты «Эдер-Индастриз» собирались перешивать ангары по всему Новому Аккаду. Логично, что без тщательной проверки со стороны госорганов такой проект был попросту невозможен. Целая неделя ушла у них на согласование и разработку стратегии, затем достопочтенный Энби получил официальное разрешение на смену систем от Главного Дворца и после распорядился подготовить всё для возвращения в Киш. Антон вызвал в Новый Аккад недостающих специалистов и рассчитывал, что в будущем его работа будет состоять лишь из каждодневной рутины и комфортабельных переездов от одного объекта к другому в тех редких случаях, когда потребуется его личное присутствие. Зима была лучшим временем года для путешествий по окрестностям маглополиса Аккада. Днём воздух едва ли прогревался до десяти-двенадцати градусов тепла. В особенно холодные дни температура на равнине падала ниже нуля, дул сильный ветер и земля покрывалась инеем. Несколько раз Антон видел, как шёл снег. Летом же, несмотря на климат-контроль в помещениях, непривычным к пятидесятиградусной жаре иномирцам местная погода отбила бы всякое желание работать. Мероприятия по смене управляющих систем Антон рассчитывал закончить к концу зимы — месяца за два. Крис был прав, когда в прошлом приходил в ярость от того, что такие компании, как «Эдер-Индастриз», уводили у него из-под носа заказы, перепрошивая железо первого поколения. Антон с невероятной скоростью крал его хлеб, точнее крошки, падавшие со стола конгломерата, и когда СБ «Кей-Эф-Групп» заявлялась на свои объекты, Антоновых ребят там уже не было. Смена систем не то же самое, что перестройка целого порта, поэтому проходила довольно быстро и незаметно. Теперь их былые разногласия остались в прошлом, а неизменной оставалась скорость работы команды «Эдер-Индастриз». Антон считал, что при таких темпах всегда существует шанс выйти сухим из воды. Что он не учёл, так это однажды подаренного им тектитового браслета, который до сих пор носил на руке Бэл…