Бэл

До того момента, как Антон шагнул в ангар, он опасался, что из его затеи ничего не выйдет. К своему стыду, какая-то его часть смирилась с тем, что никогда больше не покинет Аккад, и не верила, что всё обойдётся. Этой своей неуверенностью, старательно скрываемой за маской равнодушия, Тони был обязан Заку-Умуму. Жажда убийства, горевшая в глазах Владыки, обещала ему все небесные кары, и Тони стоило немалых трудов за столь короткий срок убедить аккадцев, что, в случае его перехода в другой мир, система действительно очистится от алгоритмов, ставящих под угрозу планету. Ведь если б, в их понимании, таймер остановить было невозможно и спасения от резонанса не существовало, Антон был бы уже мёртв. Невольно принявший участие в обсуждении дальнейших действий Энби-Астар был заметно обескуражен случившимся. Ишшиакума призвал в срочном порядке Владыка, чтобы специалисты его компании подтвердили или опровергли заявление Антона о вредоносной системе. Достопочтенный Энби-Астар на Антона смертельно обиделся. Счёл его предателем. Явившись во дворец с главными специалистами из «Балатум-Авад», он консультировал Владыку несколько часов кряду, изыскивая возможность обойти чужеродную систему, и всё это время игнорировал присутствие в Зале Приёмов закованного в силовые браслеты Антона. Тони продолжал утверждать, что больше никто не властен над ангарной системой, работающей автономно по особому алгоритму, который возможно отменить одним-единственным способом — провести через ангар живого Антона, отпустив его на волю. Энби-Астар теперь даже не смотрел в его сторону, включив на полную катушку надменное превосходство господина над грязью под ногами, и, наверное, ужасно сожалел о том, что привёл такого человека, как Тони, в свой дом и, к своему глубочайшему стыду, даже познакомил с домочадцами. Антону было жаль их отношений с достопочтенным Энби, но в остальном — глубоко плевать, кто и как теперь в Аккаде на него смотрит. После того, как Тони «прошёлся» грязными сапогами по гордости многих из тут присутствующих, было глупо ожидать иной реакции. К сожалению, из-за случившегося инцидента аккадцы лишний раз уверили себя в том, что с людьми из Содружества нельзя иметь дел. Чужаки — подлые и коварные предатели, и как в дальнейшем сложатся отношения Нового Аккада с «Кей-Эф-Групп», и что делать со всеми теми светлыми начинаниями, к которым так стремился в своей деятельности Энби-Астар, — теперь было неясно. Впрочем, кое в чём аккадцы посчитали себя неправыми и скорректировали свои убеждения: они пришли к выводу, что опасность исходила не от того, что могло переместиться в их мир из других миров через ангары, а вообще в самой возможности управления их портами кем-то другим. Такими темпами гипотетическому врагу даже не понадобится армия для того, чтобы поставить Новый Аккад на колени! Ведь угроза всегда исходила из того бедствия монструозных масштабов, которое непременно влекло за собой доверие к чужакам! Искушение Нергала — пользоваться чужеродными технологиями, способными по мановению руки одного-единственного никчёмного выродка из пробирки уничтожить столько людей разом. Уничтожить целую планету! Искушение это чужаки обернули в яркую обложку обещаний лёгкой и красивой жизни с безопасными перемещениями между мирами и неисчерпаемыми возможностями, якобы таящимися в доступных путешествиях по другим мирам. Но после такого краха, который потерпел Аккад при первой же попытке довериться иномирцам, даже торговля с Содружеством теперь стояла под сомнением. И дело было отнюдь не только в денежных потерях — не страшно, если аккадцы перестанут поставлять дименсионид в миры, в которых работал конгломерат Фэррера. Покупатели у них ещё оставались, и их было довольно много. Выходка Антона обретала самый мрачный политический окрас и настолько портила отношения «Кей-Эф-Групп» с Новым Аккадом, что из «семейной неурядицы», вынесенной за пределы тесной компании из бывших хозяев и вардумов, конфликт приобрёл масштаб, сравнимый разве что с резонансом всех ангаров разом. В долгосрочной перспективе сложившаяся ситуация никому ничего хорошего не сулила, а прямо сейчас Заку предстояло отпустить с миром чужака-террориста в лице Тони, совершенно глупо проиграв этот раунд. И для Владыки это было невыносимым позором, поднимавшим ряд вопросов как о мировой безопасности в целом, так и о компетентности многих и многих людей, занимавших свои места, похоже, не по праву. Подобный саботаж со стороны Антона бросал тень даже на компетентность самого Заку-Умума, как правителя этого мира! Что будет с заводом по переработке, со всеми старыми и новыми ангарами, с введёнными в эксплуатацию городскими портами — тоже оставалось неясным. Конечно, всегда можно было перезаключить контракты с конгломератами-конкурентами «Кей-Эф-Групп», каких было немало. Например, с тем же «Хао-Глобал». Но в очередной раз менять всё оборудование и обеспечение, рискуя угодить в новую ловушку, было бы за гранью добра и зла. Где гарантия того, что очередные чужаки не засунут нечто подобное Антоновой «Эрике», или ещё что похлеще, в свои установки, чтобы контролировать таким образом аккадских правителей? Мнительность и параноидальные мысли одна другой хуже клубились чёрными тучами в голове лугаля. Фантазия простиралась настолько далеко, что Заку-Умум уже убедил сам себя в том, что Антон — подосланный кем-то шпион, который должен был устроить диверсию, и что некто чужой и невидимый желает из тени править Аккадом, превратив его в сырьевой придаток мира посильнее. Заку-Умум не мог, по всем существующим тысячелетиями нормам и правилам — не должен был выпускать Эдера живым! Но… тикал таймер, а все прочие варианты расплывались призрачными силуэтами на фоне неумолимого течения времени. Его не было — этого времени. Периодически поглядывая на Антона, избитого, но до отвратительного спокойного, Заку-Умум плохо справлялся со стойким желанием расколоть ему голову о ближайшую стену, чтобы она хрустнула, как пустой орех, умыться его кровью и не спеша, как следует рассмотреть, что там внутри, потому что на человека этот проклятый скарец не был похож. Вполне возможно, внутри проломленного черепа окажется скарский лёд или чёрный дым. Тони лугалю сейчас больше напоминал подосланную тварь из Преисподней, чьей главной целью было уничтожить всё, что он с таким трудом построил. Несмотря на запястья, перехваченные силовыми браслетами, Антон с ледяным спокойствием наблюдал за ходом совещания, которое в спешном порядке устроил Владыка Нового Аккада. Подданных, посвящённых в возникшую проблему, было не так много. Естественно, вся информация по произошедшему инциденту была тут же засекречена, все порты временно приостановили свою работу с формулировкой «каскадные сбои, проблема устраняется», а военные, на всякий случай, пребывали в режиме повышенной боевой готовности. Из-за условий, в которые скарец поставил Заку-Умума, в нём клокотала бессильная ярость, и чужак, будто чувствуя его состояние, к их общему благу, ни разу не усмехнулся и не открыл рта, пока шло обсуждение. Нашлась одна вещь, которая, впрочем, стала неожиданностью — требование Антона отпустить с ним Третьего Принца в его мир, и только благодаря умению держать себя в руках лугаль не поддался искушению как следует отыграться на Его Высочестве, чтобы выдать Антону то, что от него останется, в виде кровавого месива. Но вдруг целью чужака было не «спасение» от рук Заку-Умума своего любовника, а окончательное столкновение их с Бэлом лбами? Заку-Умум уже ни в чём не был уверен. Взвесив все «за» и «против», выслушав мнение спецов из «Балатум-Авад», которые подтвердили, что программа действительно отменится в случае прохождения через ангар информационного «дингира», Заку-Умум за три часа до окончания отсчёта таймера велел тайно вывезти господина Энтони Фэррера и Его Высочество Третьего Принца в тот самый порт, который лежал неподалёку от столицы ниже по течению Идиклата. Тони оценил иронию — это был тот самый, перестроенный «Эдер-Индастриз» комплекс, в основе постройки зданий которого лежали гигантские символы с именем Иши, «зашитом» в них назло лугалю. В некоторых вопросах Заку-Умум был до ужаса сентиментальным, если можно было так назвать его пристрастие к особым намёкам и запугиванию. Впрочем, шутки кончились. До самой последней секунды, когда огромная створка ангара перехода сомкнулась с полом, Тони ждал разряда деструктора в спину или чего-то подобного, но ничего из этого не случилось. Они с принцем спокойно заняли свои места, и уже через минуту небольшой тошноты и головокружения створ пополз вверх, являя их взору совсем другую картину. Как быстро, как просто, всего-то пара мгновений… Почему так долго и страшно ему пришлось идти к этому? Обилие неона, звука, цвета и улыбающихся людей сперва оглушило его. Тони сжал пальцами переносицу и не сразу отстегнул ремень. Он попытался оглядеться, но зажмурился от резкой боли, пронзившей голову. Подошедший к нему стюард протянул бутылку воды: — Вы в порядке? Я помогу… Тони открыл крышку и разом выхлебал половину, пока парень возился с его ремнём. Некоторым после перехода действительно становилось плохо, из-за этого на площадке всегда дежурили работники порта и медперсонал. — Осторожно… Вот так… — приподнимая его за локоть, приговаривал служащий. — Первый раз пользуетесь ангаром? — Не первый, — хрипло выдавил Тони, — но в этот раз что-то не задалось. — Понимаю, — хохотнул парень. — Давайте неспеша. Хэлли вас осмотрит. Она у нас шустрая. Вас встречают? — Нет. — Мы можем оповестить родных. — Не нужно. Уверен, мне скоро станет лучше. Ох, первый раз такое дерьмо! — Всё когда-нибудь бывает впервые, — философски отозвался парень, усаживая его в одно из медицинских кресел, стоявших сбоку на площадке, куда отводили таких же, как он, пассажиров, плохо переносивших переходы. Голова у Антона раскалывалась. В какой-то момент он даже подумал, что аккадцы напоследок его отравили. С них бы сталось. — Прошу вас, отойдите за линию, сэр. Подождите вашего спутника там, — вежливо, но настойчиво произнёс женский голос, и после над Антоном склонилась медработница порта со сканером. — Аллергия на лекарственные средства есть? — Что-то не припомню, — бледно улыбнулся ей Тони, щурясь от боли. — Замечательно, — чирикнула она, отгибая ворот его рубахи и всаживая гипошприц в шею. — Сейчас полегчает. Не волнуйтесь. Обычный межпространственный кинетоз. Вы не думайте, вы не один у меня такой. Даже если раньше приступов от переходов не было, это ничего не значит. Такое может случиться в любой момент. Но всё равно, когда доберётесь до дома, покажитесь своему врачу. — Всенепременно. — Ну вот, — она ещё раз поводила сканером у него перед носом, считывая состояние, — уже должно было стать легче. Как голова? Тони осторожно покрутил ею из стороны в сторону. — Вы моя спасительница, — не переставая улыбаться, поблагодарил он. — Ангел-хранитель! Я вынесу отдельную благодарность вашему начальству. — Ну что вы! — Девушка хихикнула и ласково похлопала его по плечу. — Не стоит. Это в вас сейчас говорит лекарство. Антон прыснул в кулак, опуская ресницы, и кивнул, соглашаясь с такой формулировкой. — Как почувствуете себя в состоянии подняться, пройдите вот по той световой линии на паспортный контроль. И добро пожаловать в Эл-Префер! — Спасибо, Хэлли! — На здоровье! Он всё ещё улыбался, когда почувствовал, как зудит в затылке. Ощущение жжения было таким сильным и отчётливым, какое испытываешь от беспокойства, когда не понимаешь, откуда происходит угроза, но чувствуешь, что за тобой наблюдают. Тони встал, придерживаясь за спинку кресла, развернулся — и тут же напоролся, будто врезался на полном ходу в стену, на испепеляющий взгляд жёлтых глаз, от которых фонило бешенством. У красной черты среди других ожидавших, когда придут в себя их попутчики, стоял Третий Принц, прожигая Антона взглядом и сжимая до белых костяшек кулаки. Это его попросили оставаться за линией, пока медработник занимается Антоном. Лёгкая улыбка, вспорхнувшая на лицо Тони от разговоров с эл-преферцами, тут же сползла с него. Этот взгляд едва удерживающего себя от глупостей ревнивца ни с чем нельзя было спутать. Видать, Его Высочество давно отвык от того, как общаются меж собой иномирцы. Боль отступила настолько, что Антон смог уверенным шагом направиться в его сторону и, не затормозив, на всём ходу пихнуть принца плечом так, что тот пошатнулся. «Идём», — раздражённо процедил он сквозь зубы, чуть не добавив «мудак», — и, не оборачиваясь, последовал за светящейся на полу линией к контролю, прекрасно зная, что безмолвно беснующийся аккадец, не имея другой альтернативы, потянется за ним. — Господин Фэррер, добро пожаловать в Эл-Префер! — радостно поздоровался работник контроля, считывая информацию с подкожного чипа. — С возвращением! Долго же вас не было. — Работа, — вежливо пояснил Антон. Принц смотрел с удивлением на то, как люди разговаривают с его попутчиком, словно не понимая, что такая манера нормальна для этого мира. — Господин Липит-Энлиль-Уцур, какова цель вашего визита? — Деловая поездка, — с лёгким акцентом надменно процедил принц, будто снизошёл до червя. — Это мой бизнес-партнёр, — подтвердил Тони, придерживая аккадца за локоть чуть сильнее положенного, предчувствуя, что скоро Бэл сорвётся и закатит ему сцену. — Вас встречают в порту? — Нет. — Добро пожаловать в Эл-Префер, господин Липит-Энлиль-Уцур! — вежливо улыбнулся служащий, снимая силовое поле с рамки, чтобы они могли выйти из зоны контроля. — Доставку багажа можете заказать в седьмом окне, а если хотите попасть на стоянку аэротакси, следуйте по синей линии. Доброго пути! — Спасибо! Пару залов Антон тащил принца за руку, как нашкодившего мальчишку, совершенно не замечая, что так и не выпустил его локтя. — Пусти, я могу идти сам, — наконец прошипел Бэл, вырываясь. На них уже оборачивались. Тони молча разжал пальцы, сдвинул на глаза интерактивную панель, засиявшую жёлтым, и через стеклянные раздвижные двери вышел к транспортной площадке. Вынул сигарету, тут же закурил, несмотря на запрещающий знак. Мгновенно всплыло в углу экрана оповещение о штрафе за административное правонарушение. — Багаж привезут позже, — зачем-то объяснил он, набирая на панели вызов аэрокара. — Я уже понял. — У меня всего одна сумка, — хмыкнул Тони. — Если тебя это утешит, половина вещей не мои, а Липита. Антон на это разве что не закатил глаза. — Идём, машина пришла, — выбрасывая сигарету, указал он на спускавшуюся к ним белую капсулу. Когда аэрокар поднялся с площадки и встроился в поток, выйдя на автобан, Бэл откинулся на сиденье, отвлёкшись от окна, и пристально посмотрел на Антона. — Ты так опрометчиво беспечен, ра-иму… — Это мне говорит принц, просравший всё на свете, — мгновенно огрызнулся тот. Бэл цыкнул и покачал головой. — Всегда можно сказать, что ты похитил Светлейшего Липит-Энлиль-Уцура, взял в заложники, или что пригласил погостить, как своего партнёра по бизнесу. Всё зависит от того, куда ветер дует. — По бизнесу? — Антон сухо хохотнул. Это даже звучало абсурдно, учитывая, что теперь для Владыки его «заигрывания» с чужаками и работа аккадских компаний с «Кей-Эф-Групп» были страшным провалом по части национальной безопасности. Если б эта новость утекла в народ, от позора не отмылись бы и следующие десять поколений урукских лугалей. — Мой Кинум — отходчивый, — тонко улыбнулся Бэл, глядя на скептическую ухмылку Антона. — Очень скоро он поймёт, что работать с твоим конгломератом неплохо. И что вся проблема была в одном-единственном демоне. — Это больше не мой конгломерат. — Не переживай, ра-иму, у меня денег достаточно, чтобы содержать тебя до конца твоих дней в любом из миров. Антон метнул в развеселившегося Бэла испепеляющий взгляд и отвернулся к окну, не желая больше разговаривать. Его Высочество походил на ребёнка, хвастающегося тем единственным, что, как ему казалось, отличает его от окружающих и ставит на голову выше, не желая понимать, что дело не в имеющихся у него дорогих игрушках, а в том, хотят ли с ним в них играть — или он будет в гордом одиночестве перебирать свои «кубики». Его претенциозное заявление о «содержании» было настолько абсурдным, что отвечать на него не имело смысла. Если Тони хоть что-то понимал в Кристиане, тот вряд ли начнёт преследовать «Эдер-Индастриз» после их разрыва. И другим не позволит, а значит, финансово Антон останется на том уровне, на котором существовал вместе со своей компанией до того, как связался с Фэррером. Такой суммы на жизнь ему хватало с лихвой, как и имеющегося особняка в Эл-Префере. — Эй… — минут через сорок молчания заволновался Бэл. — И куда ты меня везёшь? Капсула вышла из потока автобана, покинула прозрачный тоннель и теперь шла над пригородом. Антон приподнял бровь. — Как-то поздно ты спохватился, не находишь? — Да просто мне стало интересно, вот и всё. Ты бы мог оставить меня в отеле, если тут существуют отели. В этом мире у меня нет недвижимости. — У меня есть. — Неужели… Бэл пребывал будто бы в хорошем настроении. К нему вернулись его ирония и снисходительная манера разговора, но Тони было сложно обмануть этой маской. Его Высочество определённо нервничал. — Он ведь пошлёт за тобой убийц, — не переставая улыбаться, заметил принц, и в глазах его на мгновение появилось жестокое выражение, смахивающее на больное любопытство. Он словно испытывал его такой новостью. Мол, что ты станешь с этим делать? Испугаешься ли? — Думаешь, я об этом не знаю? — равнодушно парировал Антон. — Даже если б твой безумный приятель этого не хотел, он был бы вынужден так поступить. На кону репутация Владыки. — И тебя это совсем не беспокоит? — Нет. Бэл задумчиво потёр подбородок. Он будто впервые видел Антона. Очутившись в своём мире, скарец будто вернулся к той версии себя, каким предстал перед ним на совместном ужине, когда их представлял друг другу Энби-Астар. До того момента Бэл считал его мёртвым. — Весьма похвальное, но тупое бесстрашие, ра-иму, — скептически бросил Бэл. — Думаешь, твой бывший вардум — единственный, кто хочет меня убить? — снисходительно улыбнулся Антон. — Даже так? Это что-то новенькое… — В своих методах аккадцы не уникальны, но никто не знает, где меня искать, — пояснил Антон. — И если меня найдут, это будет означать только то, что меня предал кто-то из моих ближайших людей — мой друг Алек, мой секретарь Глен или мой супруг Кристиан. — Но теперь и я буду знать, где тебя искать… — Уверен, гордость тебе не позволит разболтать об этом Заку-Умуму. С минуту Бэл молчал, зачарованно разглядывая его глаза, становившиеся яркими, как летнее небо, когда Антон злился. — Конечно, не позволит, ра-иму, — в конце концов плавно кивнул он, — потому что, если ты провинишься, наказывать тебя имеет право только твой баал. — И насчёт «ра-иму», — пропустил мимо ушей его реплику Антон. — Впредь называй меня либо господин Фэррер, либо Тони, или не называй никак. Мы больше не в Аккаде, Бэл, и твоё «ра-иму» режет слух. — Может, мне стоит называть тебя вардум или Каннишу-Ахху? — процедил рассерженный таким поворотом дел принц, не преминув напомнить Антону о его статусе. — Мне абсолютно насрать, что ты думаешь по этому поводу!

* * *

Кристиана новость о возвращении супруга застала посреди съёмки очередной рекламы, где он старательно тянул улыбку и повторял по сотому разу заученный текст, которым режиссёр последние девяносто девять дублей отчего-то был недоволен. — Послушайте, ничего не изменится, если я повторю эту чушь в сто первый раз! — не выдержав давления, начал потихоньку кипятиться Крис, всё ещё пытаясь имитировать любезность на лице. — Почему бы вам не снять вместо меня анимоида? — Господин Фэррер, вы же должны показать, что самое надёжное в ваших машинах — это люди, которые их создают! Совершенно невозможно в таком случае пользоваться анимоидами! — встрял кто-то из имидж-отдела. Раздражённо взмахнув синтетическим листом, Крис упал в подставленное помощницей кресло, принял от неё бутылку воды, отмахнулся от кисточки, с которой подскочил гримёр, и сделал несколько глотков. Секретарша склонилась и деликатно шепнула ему пару слов на ухо. Фэррер перевёл взгляд на синтетический лист, свернул свою роль и открыл новое сообщение, пришедшее на почту конгломерата ещё час назад. Чем больше он читал, тем сильнее хмурился. — Вызовите Вонга, — в конце концов, поднимаясь, негромко приказал он. — Съёмки на сегодня окончены. — Да, сэр, — кивнула секретарша, делая на ходу пометки в его расписании. Режиссёр проследил за тем, как Крис в сопровождении телохранителей покидает съёмочную площадку, выпятил нижнюю губу и сдул чёлку с собственного лба, разве что глаза не закатил. — Ведите анимоида, — в итоге махнул рукой он. В погоне за совершенством, достичь которого несовершенным невозможно, приходилось идти на небольшие хитрости. Минут через двадцать ассистенты привели на площадку «живую машину», одетую в точно такой же костюм, какой был у Фэррера. Обычно бренды, с которыми сотрудничал Кристиан, присылали по два-три одинаковых костюма на непредвиденный случай, например, такой, как сегодня. Все они делали ставку на ненавязчивый продакт-плейсмент, шедший в ход, стоило Крису где-то засветиться. Анимоид с лицом главы «Кей-Эф-Групп» встал перед камерой на исходную позицию, чуть склонил голову и доброжелательно улыбнулся, глядя в объектив рыбьим немигающим взглядом. — Ну что это? Что это?! Кошмар какой-то! — покрутил пальцем в воздухе режиссёр. — Техники тут? Настройте это… Настройте нормально! Пусть мигает. И мне нужен тембр как в сорок седьмом дубле. Улыбка номер, — он сверился с каталогом модели на своей панели, — сто тридцать пять. Вариацию со звёздочкой… Давайте, пошевеливаемся! И так полдня потеряли. — Вы просили найти толковых парней, чтобы ещё раз просмотреть файлы, присланные из Нового Аккада от «Эдер-Индастриз», — напомнил начальник СБ Фэрреру, встречая его в холле офиса. — Это больше не нужно, — отмахнулся Кристиан. — Мой супруг уже в Эл-Префере. Могу спросить у него сам. — Да там, по сути, и спрашивать нечего, — пожал плечами Вонг, протискиваясь следом за ним и охраной в лифт. Он бесцеремонно подвинул бедром секретаршу, прилипшую к начальству со своими изменениями в графике, чуть не наступив ей на ногу. — Господин Вонг! Господин Вонг! Ох… Аккуратнее! Мои туфли! — Извините, Анна. Моя информация важнее, — холодно обронил он и снова заговорил с Крисом. — Сперва парни решили, что это какой-то ключ, запускающий скрипт, но потом изрядно повеселились. — Да? И что их так развеселило? — Это фрагменты мусорного кода «умного дома», не несущие никакого смысла. — Вот как? Ну что ж. Хоть кому-то сегодня было весело, а вот мне не особенно. Знаешь, откуда я узнал, что Энтони вернулся? — горько спросил он. Секретарша за спиной Вонга многозначительно кашлянула в кулачок, намекая, что не стоит подобные вещи обсуждать при свидетелях, которым не годится видеть главу «Кей-Эф-Групп» раздражённым или расстроенным. — Не думаю, что это моё дело, сэр… — Потому что документы, которые он мне выслал, в отличие от того файла, имеют смысл, и ещё какой! Глава «Эдер-Индастриз» хочет разорвать контракт с «Кей-Эф-Групп». Хорошее дополнение к разводу, а? Что скажешь? — Господин Фэррер! — страшным шёпотом предупредила Анна, чтобы он немедленно прекратил. Если найдётся хоть один болтун среди его охранников, то после таких слов стоимость акций могла рухнуть в пропасть и никогда оттуда больше не подняться. Звякнули двери остановившегося на верхнем этаже лифта, и люди высыпали из него, как горох, в просторную приёмную перед кабинетом. — Анна, мне кофе и попытайся дозвониться до Глена Лоуренса, — распорядился Крис, проходя к себе вместе с Вонгом. Фэррер по пути в офис уже отправил Антону сообщений десять, но те всё ещё одиноко висели в сети со статусом «непрочтённые». — Глядишь, его секретарь тебе ответит.

***

Аэрокар опустился на площадку перед белым особняком из стекла и бетона с аккуратно подстриженным газоном и розарием под окнами. Он явно уступал всем тем дворцам и виллам, которыми владел Его Высочество в Аккаде и за его пределами. Даже вилла в Нью-Амстере выглядела на порядок богаче, и земли вокруг неё было больше, так что хватало и на сад, и на парк с фонтаном и аллеями. — Это твой дом? — скептически изогнул бровь Бэл. Антон молча поднялся по ступенькам ко входу и приложил ладонь к сканеру. Дверь бесшумно отворилась. — Код сто пятнадцать триста пять, запуск бота, — стягивая пальто с плеч, отдал команду Эдер, и в этот момент на лужайке перед домом застрекотал автополив. В холле вспыхнул свет, затемнение с окон начало спадать. Где-то на втором этаже застучал по полу белыми паучьими ногами робот-уборщик. — Добро пожаловать домой, Тони, — ровным тоном поздоровался дом, и Бэл, вошедший следом за ним, с подозрением обвёл глазами потолок, пытаясь понять, где скрыты динамики. — Сегодня прекрасный день для приёма гостей. Как мне обращаться к твоему посетителю? — Привет, Эрика. Это Бэл. Он поживёт тут какое-то время. — Эр-Ри-Кей? Я не ослышался? — на аккадском поинтересовался Бэл. Впрочем, Антон его вопрос проигнорировал. — Гостевой доступ к системе подтверждён. Добро пожаловать, Бэл. Гостевая комната будет подготовлена в течение пятнадцати минут. Тони, мне заказать доставку продуктов или для гостя предпочтительнее готовая еда? — Без разницы, на твой вкус, — развязывая галстук и падая в кресло, бросил Антон. — Тебе же без разницы? — покосился он на Его Высочество, и Бэл опасно сощурил глаза, усаживаясь в кресло напротив. Антон слабо улыбнулся уголком рта, видя, как в незнакомом месте и незнакомой ситуации принц старательно сохраняет надменный царственный вид, не желая демонстрировать собственной растерянности. — Виски, вино, водка? — играя в вежливого хозяина, спросил Тони. — Может, пива? — Воды будет достаточно, — процедил Бэл. — Воды так воды, — пожал плечами Антон, — а мне чего-нибудь нормального. — В это время суток могу предложить тебе красный десертный вермут со льдом и апельсиновым биттером. — Какой-то девчачий вариант. И эти розы во дворе. А что у нас со стенами? — недоверчиво закрутил головой по сторонам Тони, наконец, обратив внимание на мелкие изменения, произошедшие за год с его домом. — Проекция шёлковых обоев? Серьёзно? Ты что — скачала обновление с пиратского сервера? Ровный голос Эрики прозвучал будто бы немного обиженно: — Ответ отрицательный, Тони. Тебя не было какое-то время, и я потратила его на самообучение. — Я ничего не говорил про сад. — Это был мой собственный выбор. — О! — удивился Антон. — Вот как? Что ж… Кхм… Ладно, расскажи, что тут было, пока меня не было. — За время твоего отсутствия общее количество звонков и сообщений составило одну тысячу пятьсот шестьдесят семь единиц. Рекламные предложения и звонки от прессы статистикой не учитывались. Хочешь прослушать отдельно статистику по избранным контактам за весь период? — Не нужно. Дай сводку только за последнюю неделю. — Как скажешь, Тони. За текущую неделю ты получил пять вызовов от службы доставки удобрений для сада, которые я позволила себе принять и обработать в связи с высадкой роз перед домом, и пятнадцать личных звонков, которые я приняла и записала, но не обработала за неимением данных о твоём местонахождении. Среди них семь звонков с личного номера твоего супруга, господина Кристиана Фэррера, пять звонков в интервале с одиннадцати до одиннадцати сорока пяти сегодняшнего дня от секретарши господина Фэррера Анны Вацлав и три звонка от твоего личного секретаря — Глена Лоуренса. Он интересовался, когда может приехать. — М-м-м… Ответь ему, пока не надо приезжать. А остальным… Остальным ничего не отвечай. Где там твой вермут? Послышался шум сервоприводов, и из центра бесшумно подплывшего к принцу со спины сервировочного столика выдвинулся хайбол с водой и бокал с вермутом. — Нергалова срань! — вздрогнул не ожидавший подвоха принц. — Питьевая артезианская вода для гостя. Температура подачи — пятнадцать градусов, — невозмутимо пояснила Эрика. Бэл недовольно поморщился. Ему не нравилось, когда умный дом пытался контактировать с ним. Было в этом что-то жуткое. Вардумы хотя бы были живыми. — Твой вермут, Тони. Температура подачи — десять градусов. — Спасибо, дорогая. Зато, похоже, Антона его нергалова машина совершенно не смущала. — Ты выглядишь похудевшим, Тони. Могу я записать тебя к доктору Мьёльнеру на начало следующей недели? Антон сделал большой глоток своего коктейля, сжал пальцами переносицу и шумно выдохнул. — Включи-ка беззвучный режим, — распорядился он. — Перехожу в беззвучный режим. Бэл так и не притронулся к воде. Он сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла, многозначительно уставившись на Эдера. — Что? — Программа-убийца сажает розы в твоём саду? И Антон рассмеялся, но как-то болезненно и обречённо. — Находишь это смешным? — нахмурился принц. — Какой же ты идиот, Бэл! — отсмеявшись, уронил Тони, глядя на него с жалостью, как на неизлечимо больного, а потом вдруг подался вперёд, облокотившись на подлокотники и театрально прошептал: — Я лу-у-чше вас! Смирись уже с этим! — и резко поднялся, намереваясь уйти к себе наверх. — Спать будешь на первом этаже. Эрика тебе покажет. Объяснять что-либо аккадцу, который поверил в то, что Антон может быть страшнее и безжалостнее распоследнего убийцы и подонка во всех мирах, не хотелось, как и то, что «ужасная убийца» Эрика была способна, разве что, заклинить дворцовые раздвижные двери да испортить парочку стейков в отключённых холодильниках… — Эй, эй! Ра-иму! Я не собираюсь говорить с этой нергаловой тварью в стенах! Эй! — рассерженно выкрикнул ему вслед подскочивший из кресла Бэл. Принц хотел было пойти за Антоном, но сервировочный столик с идиотской порцией воды перекрыл ему путь, заставив отпрянуть. Воду Бэл не взял, потому что нейротоксин, которым машина могла накачать его напиток, мог быть без цвета и запаха. Он как-то слыхал о таком, и рисковать не хотелось. Попытавшись раза два обойти матовый куб и натыкаясь на него снова и снова, он решил, что, пожалуй, стоит временно оставить эту затею. — Не надо воды, — пробормотал он на всеобщем. — Где моя комната? И столик, наконец, убрал зловещий хайбол обратно в свои белые недра, засиял всеми цветами радуги и полетел куда-то в сторону, приглашая гостя следовать за ним.