Вот так свобода и умирает...

- Ну, подумаешь, немного потрясло. Не впервой же. Ладно, малыш, готовься, нам предстоит... затейливая посадка. - Вуу бип тррр! Уии туу... - Ну не развалился же. И, эй, что значит, "суицидальная"? Арту, ты, случаем, не отрастил там себе модную бородку? - Бип-пии. Ту-пап-ди бууп. - Иногда? Малыш, побольше объективности, Оби-Ван часто оказывается прав. Но я, зато, быстрее. - Бууп туу... - Ха-ха! Ты самый трусливый астродроид из тех, что я встречал, Арту! Видимо, стареешь? Кстати, не хочу пугать твои старческие схемы, но мы уже садимся-а-а! - Уи-и-и-и!.. Нестройные ряды челноков и яхт на посадочной площадке металлолитейного комплекса были сокрушительно разбавлены новым действующим лицом. С проживающим до печёнок скрежетом, рассыпая фейерверки искр, "Эфирная фея" под испуганными взглядами пилотов пробороздила покрытие площадки, сбивая опоры и шасси припаркованных челноков. Оставляя за собой борозду разрушений, истребитель проскользил до самого края слегка приподнятой над вулканическим грунтом площадки и, слегка развернувшись, затормозил, оставив на лэндспейсе корму, а носом попытавшись зарыться в базальт. Фееричное окончание тормозного пути, увы, не обрело особо большого количества зрителей, ибо куда более красочное действо творилось по пути следования истребителя. Лишившиеся части опор корабли принялись крениться набок, падать навзничь и прочими методами создавать препятствия для успешного взлёта себе и соседям. Эффект домино превращал локальное ЧП во всеобщую катастрофу - яхты падали, опираясь на соседние корабли, круша им опоры и двигатели, сильнее повреждаясь сами и превращая посадочную площадку в творение безумного скульптора - шаткий конгломерат конструкций, грозящий продолжить каскадное разрушение при любом неосторожном чихе. Дым, искры, надсадный скрежет и стон металла органично вплелись в мустафарский грохот рабочих механизмов. - Ой-ой. Вышло немного удачней, чем я рассчитывал, - с удивлённым видом обернулся джедай, нащупывая рычаг откидывания пилотского колпака. - Вууп-дии... Главы совета Конфедерации суетливо толкались у стены помещения, испуганно глядя на магистра-джедая, а вернее, его клинок, что обманчиво-спокойно гудел. Давно затихли панические вопли, стенания и даже причитания неймодианца про "произвол" и "нарушение конвьенций". - Какой обильный улов достался мне сегодня. Господа, я безмерно счастлив видеть вас всех, разом. Мы бы даже могли обсудить несколько животрепещущих тем, но, боюсь, на этом моменте я должен сказать: именем Республики, вы арестованы! - Кончайте этот балаган, генерал, - простонал уткнувшийся лбом в столешницу муун. - Поверьте, нам всем хватило Ган Рея за сегодня. Оби-Ван хмыкнул, окидывая взглядом робко мнущееся столпотворение. Медленно двинулся вкруг стола, наблюдая как конфедераты, кроме сидящих, семенят одновременно с ним. Остановился, двинулся против часовой... Испуганная толпа отзеркалила его действия, мелко перебирая нижними конечностями. - Господа, ведите себя как приличные арестанты, мы же не на светском рауте, танцы танцевать. Давайте, в колонну по одному, тихо, мирно покидаем помещение. В стороны не дёргаемся, вверх тоже, вас, Поггль, это касается особо; организованно покидаем помещение и движемся за... Прошу прощения, передо мной. Сэн Хилл, на словах про "организованность", издал неразборчивый тоскливый звук. - Сидим по кораблям, никуда не дёргаемся! Хватит уже шататься по салону, я не выдержу всё сразу, прекращайте раскачивать шаттл! Так, всё. Уравновесилось. Если только больше никакой идиот! - Скайуокер повысил голос. - Не попробует врубить маневровые, то никто не пострадает! Ну, больше чем уже... Сидим мирно, ждём окончания войны. Энакин выдохнул и устало опустился плечи. Казалось бы, непоседливые юнлинги остались в безопасности в Храме на далёком, теперь, Корусанте, но пилоты личного транспорта глав КНС, как оказалось, обладают не меньшей непоседливостью, энергичностью и тягой к нанесению себе случайных увечий по глупости. Пришлось исправлять последствия собственной "затейливой" посадки, поддерживая одни шаттлы и подпирая их другими, и всё это одновременно примерно с дюжиной кораблей разнообразной конструкции. - Кстати, о вомпах... Это ещё что за иллюминация? Конфедераты могут сражаться и между собой, конечно, но что-то мне в это слабо верится. А в небе над Мустафаром и вправду виднелись зелёно-красные росчерки и вспышки. Энакин проводил взглядом россыпь десантных транспортов, снижающихся в направлении комплекса, и поспешил внутрь. - Что-то у меня плохое предчувствие на этот счёт... Гранд-магистр одиноко сидел в пустом зале Совета, опергись на клюку и глядя пустым взором перед собой. Многое свершилось за последние несколько часов, и крайне многому ещё предстояло свершиться. Но тревога, что грызла сердце маленького гуманоида, не имела ничего общего с предстоящей грызнёй в сенате. Спала пелена, навеянная Тёмной Стороной, но понять, откуда грядёт беда всё равно не удавалось. И великий магистр хмурился, глядя перед собой, недовольно дёргая подбородком. - ... но в вашем положении... - Бейл, я сама прекрасно знаю, в каком я положении! Это, может быть, делает меня неуклюжей медлительный коровой, но совершенно не означает, что моё сердце меньше болит за благо Республики! Мы оба прекрасно понимаем, что будет твориться на ближайшем заседании, и во что это может вылиться! Не забывай, по официальной версии канцлер просто пропал, война всё ещё ждёт, и как могут вывернуть эту ситуацию... - Падме! Я... Да, но... Да, к хатту, ты не боишься, что тебя саму вывернет, прямо во время речи?! Ох, делай что хочешь, видит эта ваша Сила, я пытался воззвать к благоразумию... Бейл Органа в расстроенных чувствах чуть ли не бегом покинул покои сенатора от Набу, продолжая что-то говорить. - О. Госпожа Амидала, я не... - Трипио, хоть ты не начинай! - Я и не думал, госпожа. Всего лишь... - А переводить слова Бейла мне не надо. Я беременная, но не глухая. И хаатшез я в достаточной мере знаю сама. Так что за "взбалмошную раздутую самку, не видящую клинка под своим носом" он будет извиняться долго. Очень долго. Падме Скайуокер Наберри подошла к огромному панорамному окну, вновь, как и сотни раз за этот день глядя на Храм Джедаев. Глядя молча, с тревогой и неунимаемой тоской. Оби-Ван Кеноби уже битых пять минут скакал по коридору, отражая бластерные болты обратно в ряды клонов. За ним испуганно жались к друг-другу, стенам, а некоторые даже к полу бывшие главы бывшей КНС. Сэн Хилл полу лежал, прислонившись к стене и хрипло дыша, зажимал глубокую рану в боку. Непрестанно морщась, муун глядел в противоположную стену коридора. В его чувствах уже не было ни страха, ни обиды - осталась лишь досада, что когда из бокового прохода показались силы ВАР, он не сумел достаточно быстро скрыться. Попытка побега вполне могла увенчаться успехом, но джедай, незадолго до того выключивший свою светящуюся жужжалку, не сумел сразу отразить все выстрелы. По горькой иронии, один из них угодил прямо в бок улепётывавшему мууну, прошив почти что насквозь и свалив за полтора метра от спасительного поворота. Конечности уже начинали неметь, и он скосил глаза на своих... коллег. - Учитель, ты хоть раз можешь разобраться сам? Я ведь когда-нибудь могу и не успеть тебя спасти! - Не могу сказать, что не рад тебя видеть, Энакин, но в тот день, когда я погибну из-за отсутствия твоей помощи, я явно буду спешить спасти тебя из очередной передряги, в которую ты умудрился вляпаться. Клоны оперативно развернули порядки, вынужденные с прибытием второго джедай вести огонь в двух направлениях. Вот только Скайуокер не было нужды кого-либо прикрывать, и он сверкающим вихрем врубился в ряды бойцов ВАР, толчком Силы опрокинув десяток из них. Со временем бой затих по причине исчерпания клонами личного состава в неравном бою. - Фух. Это было жарко. - Не могу понять, про бой ты говоришь, про свой путь сюда, или про планету в целом, но если последнее, то я весьма удивлён. Мне казалось, ты привычен к тёплому климату. Два солнца, жара, пески кругом... Оби-Ван тепло обнял бывшего ученика. Тот скривился, закатив глаза. - Опя-ять. Тебе явно стоит поработать над тем, что ты называешь чувством юмора. Кажется у него вышел срок годности. Не прекращая дружескую перепалку, джедаи проверили местность и двинулись дальше. Не сказать, чтобы бывшим главам Конфедерации было спокойней из-за усиления конвоя. - Жаль, что с банкиром так вышло. - Признаться, не могу сказать того же. Я, если честно, не расстроился бы, если бы они все там полегли. Оби-Ван недовольно покосился на бывшего ученика: - Мы ещё обсудим твою чрезмерную жестокость. В последнее время ты вообще слишком уж часто предпочитаешь хвататься за меч, даже не попытавшись договориться. И не надо рассказывать мне про тяжёлое детство и песчаные куличики, прибитые к полу! Настала очередь Энакина выражать недовольство: - Опять ты про него... Песок... Ненавижу я песок! - Какой ты чувствительный мальчик, Эни... Они прошли ещё метров двадцать, прежде чем Скайуокер остановился. - А куда мы, собственно, их ведём? - Наружу, Энакин, наружу. Там стоит транспорт, я видел. Много транспорта. Но нам, полагаю, хватит и одного. Кстати, как ты сюда добрался? Член-Совета-Но-Не-Магистр смущённо потёр рукой затылок: - Ну-у, как тебе сказать... - Энакин? - Я прилетел... И приземлился... - Э-энакин... - Так что я не уверен, что там осталось хоть что-то, что будет способно взлететь в ближайшие два часа. - Ох... Я должен был догадаться. Должен был! Впрочем... Транспорт клонов ты явно не сбивал, иначе они бы не появились здесь раньше тебя. - Логика, конечно хромает, но вынужден признаться, на сей раз ты угадал. Тогда... Нам туда? Они свернули в боковое ответвление, сверяясь с картой. - Арту? Малыш, планы поменялись, мы будем на крыше... Да, я всё понимаю, но постарайся побыстрее... Да, согласен, это я заслужил... И это тоже... Да-да, всё, будем ждать у транспорта. Кстати, Оби-Ван... А как ты-то сюда добрался? Мы видели твой истребитель, там, в космосе, но ты-то здесь и... Это как-то не сходится. Я не припоминаю за тобой особой любви к пустотному десанту прямо с внешней орбиты. - М? Ах, ты об этом... На самом деле всё банально и просто, я... Нижние этажи Храма Джедаев начинались действительно у самой поверхности. И пусть они давно уже были запечатаны, отсекая заселённую часть храма от давно заброшенных катакомб, голой силой, а уж тем более, Силой, вполне можно было прорвать многометровую блокаду. Невидимая во мраке тоннелей и коридоров, не знававших освещения уже многие века, тёмная фигура в балахоне резкими, злыми движениями с помощью Силы вырывала огромные куски перекрытий и отшвыривала себе за спину. - Маль... чишш... ка... Ты ещё пожалеешшь...