Часть 3
4 апреля 2017 г., 10:30
Вик выдержал неделю. Семь дней мучился и вздыхал. Достанет телефон, на номер посмотрит, что Люба ему дал, вздохнёт, и снова трубку уберёт. За неделю чего только не надумал, как только себя не накрутил. И Любу ругмя ругал, а себя жалел, что спать теперь из-за этого буйнопомешанного не может. Потом наоборот: себя ругал, за то, что рохля такая, теперь только о Любомире думает. Опять телефон достанет и снова вздох.
Не выдержав, набрал всё-таки номер. Прослушал сообщение, что абонент недоступен, и решил, что не судьба. И так десять раз за вечер. А утром, услыхав, что абонент снова тю-тю, обозлился и рванул к Любиному дому. С туфлями, естественно.
Бежать-то всего через две улицы. Взлетел на нужный этаж, отдышался, и так по звонку дал, что чуть палец не вывихнул.
Вместо Любомира дверь открыл незнакомый козёл в трусах. Вик обмер. Оглядел фигуру — здоровый, чёрт. С ним, с Виком, не сравнишь.
— А где, собственно…
— Любка? В магазин побежал. Заходи, чего в дверях-то?
— В магазин, значит, — выдохнул Вик. — А ты кто? И в трусах почему?
— Жарко.
— Ах, жарко?! Ну, сейчас совсем горячо будет.
И — в пятак ему без разбега. Аж кулак заныл. Типчик слегка головой дёрнул, глаза на нос скосил, словно проверяя, на месте ли, и вдруг обиделся:
— Зачем так-то?
— А как надо? — окрысился Вик.
— Да вот так как-то!
***
Очнулся Вик от того, что чего-то холодное к лицу прижали. Медленно разлепил глаза, а точнее левый, и увидел над собой встревоженное лицо Любы. — Викуля, милый, ты как? Вик со стоном приподнялся, пощупал лицо. Вроде цел. Любомир хлопотал вокруг, словно наседка над цыплёнком — усадил, волосы поправил. Нос ему вытер и спросил укоризненно: — Ты на фига на Яна напал? — Заткнись! — Вик отпихнул его. — Что, хуй зудит сильно? Недельку потерпеть не мог? Припёрло, да? Любомир захлопал глазами. — Что зенками хлопаешь, говорливый ты мой? Где кретина этого нарыл? Тоже в обувном? Ну соври уже что-нибудь, скажи, братик в гости приехал. — Братик в гости приехал, — машинально повторил Люба. Откуда-то сбоку послышался смешок. Вик кивнул и поморщился: — Да-да, я так и подумал. Добавь ещё, что у него ремонт или воду отключили… — Да ведь… — А у меня слово «лох» на лбу большими буквами написано. — Вику-у-уля! — Люба расплылся в улыбке. — Ты никак ревнуешь? — Пошёл ты, урод озабоченный! Я всю неделю… Я звонил… Я на туфлях этих, будь они неладны, ноги ломал… — Телефон — того, — извиняющимся голосом сказал Люба. — Швырнул куда-то, а он, очевидно, сел. Найти не могу. — И не надо! Обойдусь. Нашёл идиота. — Я… — И туфли свои забери! — орал Вик. — Вообще не мой фасон. Я себе лучше куплю. И мужика получше найду, понял? Люба хватал воздух ртом, но если чего и хотел сказать, явно забыл. — Викуль! — И заткнись! — Ты сам-то не ори, а то лопнешь, — сбоку снова смешок. — Где ты, Любка, такого нервного нашёл? Маленький, а злой. Накинулся, как клоп бешеный. Вик скосил здоровый глаз. Мудак в трусах развалился на кресле, смотрел нахально. Вик зыркнул в ответ, и злорадно отметил, что нос у него распух и посинел. А через мгновение вдруг дошло, что Люба подозрительно сильно с этим бакланом схож. — Правда, что ли, брат? — недоверчиво спросил он. Люба закатил глаза, а Ян засмеялся: — Ну хоть не тупой, а я думал, документы тащить придётся, доказывать, что у нас фамилия одна. И кстати, Викуля, я натурал. Хотя, глядя на твои красивые глазки… Особенно на правый… Вик рявкнул: — А в трусах почему? — Да воды горячей нет, ёкэлемэнэ! Реально помыться приехал. — Помылся? Вот и вали к своим натуралам. — Да уж здесь точно не останусь, — заржал Ян. — Ну вас к лешему с вашими гомозакидонами. Без меня, как-нибудь.***
Люба притянул Вика поближе и чмокнул в нос: — А вовремя ты, Викуль. Он у меня съел всё подчистую. И про то, что воду отключили, небось, наврал, чтоб пожрать приехать. Ещё и ночевать хотел остаться — утроба ненасытная. Ну что, зайчик — делом займёмся?***
Любомир приподнялся на локте, смотрел влюблённо: — А ведь я боялся, что ты не придёшь. Смылся тогда, даже чаю не попросил. Застеснялся резко или обиделся? — На что? — спросил Вик. — Ну как же, вдруг задел твою честь и гордость. — Да ну тебя. Любомир встал и зашуршал в шкафу. Назад вернулся с маленьким красивым пакетиком. — А у меня подарочек для тебя есть. Вик сонно улыбнулся, но через секунду сон как рукой сняло, и рожа вытянулась. — Это стринги, — довольно ухмыльнулся Люба. — Смотри, какие стразики! Прям под цвет твоих дивных глаз. И размер тоже твой, зайка моя. Зайка нервно икнула. — Ну примерь, Викуль, не упрямься! С туфельками, а?
