Охотники

VIII Реальность была какой-то неправильной. Нереальная реальность, словно его силой вытряхнули из действительности и затолкали в фильм ужасов. Вот только Золотой Билет Гарри Гудини не дали. И нет, на сей раз он точно не спал. Мир разваливался на глазах, рушился, как замок в старых сказках, а он был внутри этого замка. А ещё он наконец понял, что имел в виду Дин Винчестер, говоря, будто незадолго до гибели агент Хенриксен поверил. Что же, теперь он тоже верит… Первое, что Хотч разглядел, очнувшись после аварии, – потолок. Высокий, потемневший от времени деревянный потолок, никогда не знавший штукатурки. Под спиной чётко ощущались доски, из чего агент сделал вывод, что он в какой-то хижине или доме, и поначалу обрадовался. Очевидно, кто-то из местных нашёл его и, пока он был без сознания, перетащил к себе. Секунда облегчения обернулась тревогой. Этим "кем-то" вполне мог оказаться убийца, и Аарон понимал – он здесь один, и никто из команды не знает, где он. Исключать ничего нельзя. Откровенно паршивая ситуация! Стараясь не шуметь, он медленно сел и понял, что находится в большой разгромленной комнате. Из чёрной пустой пасти камина тянуло сквозняком. Обломки древней мебели громоздились в углу, а венчала гору рухляди разбитая панель плазменного телевизора. Следы погрома лишь укрепили Хотча в мыслях, что вряд ли хозяин дома (если таковой вообще имелся) настроен дружелюбно. Рука инстинктивно потянулась к кобуре, однако пальцы ухватили пустоту. - Ты что, стрелять в меня собрался? Фу, как грубо! – послышался за спиной насмешливый женский голос. – И я не помню, чтобы разрешала тебе вставать. В тот же миг кто-то дёрнул Хотчнера за плечи, и он вновь рухнул на пол. Доски жалобно скрипнули. Он попытался встать, но немедленно сообразил, что не в состоянии пошевелить и пальцем. Тело онемело, как если бы его накачали миорелаксантами, однако к нему никто не притрагивался. Да и нет такого препарата, что действовал бы с подобной скоростью. И не сказать, чтобы Хотч испугался. Скорее, растерялся от невозможности с ходу разобраться в ситуации. - Привет, Аарон. Столько воды утекло с нашей последней встречи. Ты скучал? Я очень скучала. Женщина склонилась к нему, и Хотчнер узнал Даяну – ту, которая докучала ему в баре отеля. - Я вас не знаю. - Нет, знаешь. Хотя в каком-то смысле ты прав. Шкурка была другой. – Она упёрлась ладонями в его плечи, и глаза её затопило кроваво-алым. Охнув, Хотчнер рванулся прочь, но не преуспел. – Вот видишь, а говоришь, что не помнишь. Хотя мужчинам простительна некоторая забывчивость. Зря ты тогда отказался от сделки. Как голова? Больше не болит? Он молчал, судорожно силясь найти ответ, объяснить для себя, что творится с ним и вокруг него. Разум отказывался принимать происходящее. Всё это не может быть правдой! Так не бывает! Однако внутренний голос, пресловутая интуиция пинками отогнала здравый смысл, оставляя его один на один с осознанием, что он не спит и не бредит, и мысли не отравлены наркотическим дурманом. Всё происходящее реально – скалящаяся женщина с красными глазами, лишёнными зрачков, и собственная беспомощность – это реальность, от которой не удастся сбежать. Больше нет. - Что тебе нужно? – Голос прозвучал хрипло и как-то обречённо. - Ну же, Аарон, вспоминай! Я говорила: мне нужна моя свита. Вот только я более не нуждаюсь в жреце. Ничего вам, людям, поручить нельзя! И ради таких бесполезных жалких тварей, как ты, Бог отказался от Люцифера! Воистину, чудны дела Его. - Кто… Кто ты? – Хотч не хотел произносить это слово. Оно вырвалось само. – Ты демон? - Нет таких дел и страстей, которые не исполнялись бы в мою честь. Я Бафомет, Кровавая Мать греха и порока. Та, за которой следует свита! – Воздух за её спиной чуть сгустился, и, к ужасу своему, Хотчнер увидел пятёрку зыбких безглазых призраков. – Я чувствую твой страх, - с фальшивой лаской пропела женщина. – Не бойся. Они тебя не тронут. Они тебя ждут! С этими словами демон демонстративно сжала пальцы в кулак, и он едва удержался, чтобы не взвыть от пронзившей тело жуткой боли. - Гордый? Или надеешься на забвение? – Бафомет с наслаждением смотрела, как напряженно дрожит под ней выкручиваемое судорогами тело человека. – Не рассчитывай! Ты не отключишься и прочувствуешь всё, до капли. Именно так рождаются воины! Всё это неправильно! Этого просто не могло быть! Женщина с безумными глазами не двигалась. Казалось, она даже не дышала и уж точно не прикасалась к нему, однако боль рвала на части, словно внутри него проснулось существо, отчаянно жаждущее вырваться на свободу. Оно ворочалось и разминалось раскалённым сгустком, а желанное забытье не наступало. Кровавый глухой туман нарушал лишь тихий злобный смех, а сознание продолжало отчаянно искать рациональное объяснение происходящему. Беда в том, что рационального объяснения не было. Демон, призраки… Нереальная реальность… - Я могу проделывать такое часами. Она разжала пальцы, и боль нехотя отступила. С голодным ворчанием откатилась, позволяя ему сделать вдох и срывая еле слышный стон с пересохших губ. - Что там часы… Было время, когда мы с Аластаром развлекались годами, пытая души ничтожеств, которых Бог поставил выше ангелов! – Не прекращая улыбаться, демон поцеловала Хотча в лоб. – Однако Лилит права, надо торопиться. К тому же мне известна твоя стойкость. Я могла бы попросить Кровь и Мучение неторопливо содрать с тебя кожу, но какой в этом смысл? Твоя боль прячется не в теле, но в сердце. Она так и не вернулась, правда? Маленькая сладкая Хэйли больше не любит своего Аарона. Какая жалость! – Бафомет притворно захныкала. – А ты? Ты по-прежнему любишь её? - Аарон?.. Голос Хэйли показался ему оглушительным. Она не может, не должна быть здесь! Это галлюцинация! На самом деле её здесь нет. Пусть бывшая, но по-прежнему любимая, она дома, играет с Джеком. Всё обман! - Аарон?! – Хэйли звала его – в страхе и без надежды, что будет услышана, но звала в слепой вере, что он придёт и защитит её, как когда-то пообещал. – Что происходит? - Дай угадаю. – Бафомет злобно хихикнула. – Думаешь, будто её голос – иллюзия? Давай проверим. Как считаешь, кто быстрее – ты или моя свита? Без всякого труда демон выпрямилась в полный рост, и в ту же секунду оцепенение спало. Не сводя с неё глаз, Хотчнер шарахнулся в сторону. Уставшее от боли тело отреагировало резкой судорогой. - Я не стану играть в твои игры. – Тяжело дыша, он с трудом поднялся и опёрся ладонью на оклеенную дешёвыми бумажными обоями стену. - Мне-то что? – Бафомет со скукой зевнула. – Чай, не на мою жену покушаются. Свою бы я защитила. - Аарон! – Паника в голосе Хэйли резонансом отразилась в пустом доме. – Мне страшно! Где я? Аарон! - Не волнуйся. Уродство и Безумие её утешат. – Пообещала демон. – Они любят блондинок, верно, красавчики? Жестокие заверения Бафомет решили дело. Позабыв обо всём на свете, Хотч сорвался с места, выскочил в холл и прислушался. Голос Хэйли раздавался откуда-то сверху, и он, более не раздумывая, отгоняя все сомнения и доводы рассудка, побежал на второй этаж. Толкнул одну дверь, другую и похолодел. В сумраке грязной спальни беспомощно озираясь, стояла Хэйли. Бледная, зарёванная и насмерть перепуганная, она в страхе взвизгнула, когда он вошёл, а в следующий миг бросилась к нему. - Слава богу, Аарон! Я… Ты, наверное, решишь, что я ненормальная! Мне кажется, я видела призрак! – Она доверчиво прижалась к бывшему мужу – хрупкая, жаркая и совершенно реальная. – Знаю, привидений не существует, но тогда что я видела? И где Джек? - Джек? Он здесь?! - Я слышала, как он зовёт меня. Аарон, ты должен спасти нашего сына! – обнимая его и глотая слёзы, причитала Хэйли. – Что той женщине нужно от тебя? Зачем ей наш мальчик? - Не знаю, - честно сознался Хотч. Он и правда не понимал, чего хотело существо, оставшееся в гостиной. – Мы найдём Джека, обещаю. Идём. Возьми меня за руку. Бережно сжав тонкое запястье, он потянул жену в коридор, и тут раздался выстрел. Потом ещё один и ещё… Хэйли слабо вскрикнула и начала оседать. - Нет… Хэйли! – Хотч подхватил жену на руки, не давая упасть и пачкая ладони в её крови. - Аарон, найди его, - шептала она. – Найди нашего мальчика. Прошу… Последнее слово она выдохнула, взгляд её светлых глаз остекленел. Хэйли Хотчнер была мертва. Чувствуя, что вот-вот разрыдается, не помня себя от горя и боли, Хотч опустился на колени, прижимая к себе тело жены. Как бы жестоко она ни поступила с ним, что бы ни говорила, какие бы обвинения ни срывались с её губ, но он любил свою Хэйли. Как там писал Шекспир? Любил, "как сорок тысяч братьев любить не могут", и боль потери оглушила его стократ сильнее физических мук, что он испытал минутами ранее. - Вот так, - возникнув за его спиной, беззвучно прошипела Бафомет. – Идеально… Приподняв подол юбки, демон потянулась за клинком, спрятанным в ножнах, закреплённых на бедре. Пальцы легли на рукоять, однако она заставила себя успокоиться. Нужно подождать. Поспешишь – людей насмешишь. Боль человека оказалась настолько сильна, что её почти можно было потрогать, но всё же недостаточна, чтобы воссоздать того призрака, о каком грезила демоница. Ещё чуть-чуть, совсем немного… Если смерть предательницы-жены дала столь мощный эффект, то гибель ребёнка будет подобна взрыву сверхновой! Даже в самых смелых предположениях Бафомет и подумать не могла, насколько удачный выбор она сделала. Сильный, стойкий и жёсткий внешне, на поверку человек оказался невероятно преданным и любящим – слабость, которая сделает его безупречным Болью. - Осталось недолго. Бафомет отступила в тень, и тут же откуда-то из глубины дома послышался тихий неуверенный детский голос: - Мама? - Джек?.. – в ужасе обернувшись к дверям, проронил Хотч. – Джек! – Аккуратно опустив на пол тело жены, он выбежал в тёмный коридор. – Джек! - Аарон Хотчнер. Он машинально обернулся и увидел молодую женщину в строгом деловом костюме. - Не бойся. – Прядь волос упала ей на лоб и была немедленно водворена за ухо. – Твоего сына здесь нет, как не было и жены. Женщина приблизилась, и в глазах её Хотч разглядел сомнения и печаль. - У тебя всё будет хорошо, - пообещала она, затем протянула руку и, прежде чем он успел отпрянуть или остановить её, коснулась кончиками пальцев его переносицы. - Какого чёрта ты здесь забыла, Уилла? – Проигнорировав упавшего в беспамятстве человека, Бафомет вызывающе смотрела на ангела. - Я пришла убить Аарона Хотчнера. - Чего же не убила? – В голосе демоницы послышалась насмешка. - Планы поменялись! Из рукава Уиллы выскользнул клинок. Не тратя времени, она набросилась на Бафомет и отшвырнула противницу в конец коридора. Громко треснули доски – тело демона оставило в стене приличных размеров вмятину. Уилла перешагнула через Хотча и метнулась к Бафомет. Женщины сцепились, точно кошки. В какой-то момент, ангельский клинок чиркнул демона по щеке. Царапина набухла алым. Разъярённая Бафомет оттолкнула ангела и выдернула из ножен оружие. - Сыграем на равных, сестричка? – Она крутанула лезвие в пальцах. Сообразив, что дела её плохи, Уилла стала осмотрительнее. Ангел знала – Бафомет сильный соперник, а она – всего лишь небесный санитар. К сожалению, убийственное прикосновение здесь не прокатит, поэтому придётся драться. Лезвия клинков тускло сверкнули и, скрестившись, сыпанули искрами. - Не подчиняешься приказу? – глумилась демон. – Не стыдно, а, Уилла? - Ты не сорвёшь печати! Я не позволю! - Печати, как же! Лучше бы ты просто отказалась от благодати. Он бы научил тебя летать без крыльев! – С губ Бафомет сорвался издевательский похотливый стон. Никак не среагировав, Уилла вновь бросилась в атаку. Клинок в руках ангела просвистел в опасной близости от шеи демоницы, но та с непринуждённой лёгкостью увернулась, продолжая надсмехаться. - Неладно, видать, на небесах, коли ангелы нарушают приказы. Что дальше? Скажешь, Бога нет? Язвительный вопрос попал в цель успешнее любого оружия. Позабытые на время сомнения вновь наполнили сердце Уиллы смятением и страхом. Ей стало больно от одной только мысли, что она позволяла себе колебаться. Ещё не поздно всё исправить. Человек ничего не почувствует, а она сорвёт планы Бафомет и спасёт печати, хотя бы ненадолго оттянув апокалипсис. Одно прикосновение – и всё закончится. Братьев здесь нет. Ей никто не помешает. Собравшись с силами, Уилла толкнула Бафомет и в мгновение ока оказалась рядом с человеком. Наклонившись, она протянула руку к груди Хотчнера, и тут ангела накрыло воспоминание о невероятно тёплой, искренней, ослепительно яркой любви отца. Никогда за миллионы лет она не переживала ничего подобного. Бог молчал, от старших братьев веяло холодом и отчуждённостью... Одно прикосновение – и она расстроит дьявольский план демона. Вот только как быть с тем маленьким мальчиком? Бог поставил людей выше ангелов, но они забыли об этом! Ей приказали убить человека, потому что так проще! И никто из старших братьев даже не задумался, что смерть человека погасит солнце для его сына. Мысли пролетели огненным шаром, выжигая колебания и оставляя после себя пустоту. Вместо них Уиллу охватили решимость и гнев, ставшие, увы, фатальной ошибкой. Уловив горький аромат смертного греха, демон бросилась на ангела. Они сшиблись с такой силой, что стены задрожали. Бафомет увернулась от клинка, поднырнула ангелу под руку и по самую рукоять вонзила лезвие в спину Уиллы. Коротко вскрикнув, ангел рухнула на грязный пол. - Все испытывают боль. Ты не исключение. – Бафомет присела на корточки, склоняясь над умирающей. – Пятёрка Призрачных страхов без Боли не стоит ломаного гроша, но Боль стоит всей пятёрки. Печати будут сорваны, и Аарон Хотчнер станет Болью. Вот только печати сломает не он! Какая ирония! Схватив Уиллу за руку, демон в один миг оказалась в гостиной, в самом центре кровавой пентаграммы. Деловито выдернула клинок и поцеловала ангела в лоб. - Нет, - прошептала Уилла. – Только не так! - Именно так, - ответила Бафомет. – Именно так, дорогая…