Амариллис

      Я слушал веселый смех своего сына и радовался. Тейми приехал ко мне в гости, мы пообедали вместе со всеми, а потом отправились ко мне и вышли на балкон. Новая весна цвела, сад утопал в бело-розовой пене, окутывал нежным ароматом. - Сыночек, - осторожно начал я. - Нет, папа, я не беременный, - с улыбкой ответил Тейми. – И, да, течки у меня есть. Мы с Султаном пока не хотим, мы же еще учимся. И нам нравится путешествовать. - На рынке уже говорят, что ты не здоров, - укоризненно заметил я. – Почти год прошел … Тейми раздраженно закатил глаза. - Папа, я тебя умоляю. Мне абсолютно наплевать на то, что говорят на рынке. - Тебе, конечно, наплевать, - покладисто согласился я. – Но семье Элизеу … Тейми фыркнул. - Папа, Элизеу нормальные люди. А этим, на рынке, все равно не угодишь. Они всегда будут о чем-то таком говорить, им больше заняться нечем. Я вздохнул, в принципе я был с ним согласен, но все же. - Хочется внука понянчить, - пояснил я. Тейми обнял меня. - Ну, папа, успеешь еще. Мы стали обсуждать предстоящую свадьбу сына Лиама и Эмбера. Это была очень пристойная свадьба, без всяких похищений и спешки. О ней договорились еще в прошлом году, подготовка шла медленно и торжественно, как и положено. Даже рыночные сплетники не подкопались бы. Они до сих пор обсуждали мой скандальный танец с Эмиром, и стоило мне появиться на рынке, как до меня начинали доноситься ядовитые перешептывания. Впрочем, за моей спиной всегда шептали, так что я привык. - Не представляю, как это, свадьба будет в этом доме, а ты не пойдешь, - недовольно проворчал Тейми. - Еще не закончился год траура, - терпеливо объяснил я, мне уже несколько раз приходилось это повторять. - Всего месяц остался, - заметил Тейми. – И на моей свадьбе ты был. - Лиам сделал исключение. - А сейчас он не может сделать исключение? – сердито осведомился сын. – Дядя Лиам просто брр…, - Тейми передернул плечами. – Всегда смотрит так презрительно. Его сын Ринал вроде нормальный. Я вздохнул, Корунд тоже вроде бы был нормальным, но с возрастом его глаза приобрели ледяной блеск. Ринал приятный молодой человек, но кровь Самарисов в нем главная, это видно. - Я прекрасно переживу без этого праздника, - заверил я Тейми. Сыночек не умел долго хмуриться и принялся рассказывать мне об их с Султаном последней поездке. У меня был ощущение, что у Тейми с мужем ладится, и это меня очень радовало. Сад сиял огнями, до меня доносилась музыка. Если бы я вышел на балкон, то смог бы увидеть праздник, происходивший в саду, но я не стал. Все бы решили, что я жалею, что не могу повеселиться, и подсматриваю. Мне совершенно честно было все равно, меня волновали совершенно другие проблемы. Мой траур по мужу заканчивался, и Лиаму нужно было что-то решать. Я боялся этого решения и всячески намекал Лионелю, что хотел бы работать в фонде помощи сиротам. Я очень надеялся, что Лиам отпустит меня, несмотря на мой возраст. Я прилег на диван с книгой, Тейми обещал зайти ко мне после праздника. Вдруг в комнату вошел Лиам. Я соскочил с дивана, я весь похолодел от страха. Свадьбу еще гуляли, и на омежьей половине не было ни души. Лиам, видимо, думал о том же, на его губах витала нехорошая улыбка. Он был пьян и очень зол. Чем я рассердил его на этот раз? - Вот зашел узнать, как тут несчастный Амариллис, которого я так жестоко лишил праздника, - издевательски сообщил он. Я не знал, что ответить. Если скажу, что мне наплевать на праздник, то он не поверит или еще больше разозлится. - Мне все уши прожужжали, - продолжил он в том же тоне. – «Где Амариллис? Ах, позволь ему выйти». Наверное, Элизеу на него надавили с подачи Тейми. Вот он и бесится. - Скажи, что я заболел, - посоветовал я. Лучше бы я молчал. Лицо Лиама исказилось от ярости. Он бросился ко мне, я попытался спастись на балконе, не стал бы Лиам ничего делать на виду у гостей, но я не успел. Он схватил меня и прижал к себе. Я забился в его руках, но конечно силы были не равны. - Лиам, перестань, не смей, у тебя же гости, свадьба твоего сына, - я пытался воззвать к его благоразумию. – Тебе нужно идти, тебя потеряют. - Я быстро, - осклабился он. Лиам был возбужден, и я чувствовал это. - Ты уже почти мой, - сообщил он. – Через месяц я возьму тебя в мужья. Он сорвал с меня шаль, которую я, наученный горьким опытом, снимал только перед сном, и больно схватил за волосы. - Вот тогда и возьмешь. Лиам, одумайся, - молил я, с ужасом чувствуя, как он жестко лапает меня. – Лиам, ты потом пожалеешь… Он отшвырнул меня от себя так, словно это я к нему приставал. Я отлетел к дивану, приложился головой о его твердую нижнюю часть и свернулся в комок. Лиам подошел и склонился ко мне, я ощутил его агрессивный запах. - Ты прав, конечно я подожду, - тихо и угрожающе сообщил он. В ту же секунду мое бедро пронзила дикая боль, я невольно вскрикнул, из глаз брызнули слезы. Он что, ударил меня ногой? Я не мог в это поверить. Я поднял голову, чтобы увидеть, как он уходит. Да что же это … Моя нога будто онемела, я прополз до купальни, там я поднялся и спустил штаны, чтобы оценить нанесенный ущерб. На бедре расплывался отвратительный кровоподтек. Раздался вскрик, я подпрыгнул от неожиданности и обернулся, в дверях стоял Тейми. Может быть Лиам услышал его шаги и поэтому убежал? - Я упал, - торопливо соврал я. – На мокрой плитке поскользнулся. - Схожу к Бериллу, - хмуро сказал Тейми. – У него полно мази от ушибов, он очень часто падает. Я остался в растрепанных чувствах. Мне было ужасно стыдно, что сын застал меня в таком состоянии. И судя по всему, Тейми прекрасно известно о проблемах Берилла, они ведь дружат. Я один, наверное, не догадывался, пока сам не увидел. Тейми вернулся с мазью, я обработал бедро, и сыночек отвел меня в постель. - Ты собираешь и дальше это терпеть? – гневно спросил он. А что мне делать? - Лиам просто рассердился, его нельзя нервировать. Тейми сверкнул глазами. - Ай, бедненький дядя, его нельзя нервировать! Это просто невероятно! Ты себя слышишь? - Ничего страшного, это просто несчастный случай, - я старался быть убедительным, но это не слишком помогло. Однако меня сейчас беспокоило другое. Я, можно сказать, отделался легким испугом. А что теперь будет с Бериллом? Удовлетворился ли Лиам этим пинком? Что если нет? - Берилл среди гостей? - спросил я. - Мы останемся здесь ночевать, - решительно произнес Тейми. – Я скажу, что мне нехорошо, и вы с Бериллом будете сидеть со мной всю ночь. При мне он не посмеет. Но потом мне придется уехать. Я с нежностью обнял его. - Сыночек, не нужно так переживать, все хорошо. Все будет хорошо. Он лишь расстроенно всплеснул руками и отправился реализовывать намеченное. Я знал, что ничего не хорошо, и ничего хорошего не будет. Сегодня я чудом спасся, но когда-нибудь это все равно случится. Лиам желал меня, это было очевидно. Лучше бы он все-таки потерпел еще месяц. В принципе нет особой разницы, когда он это сделает. Может быть даже нет смысла оттягивать неизбежное. Я уж как-то переживу. Но ведь все на омежьей половине поймут, что происходит. Как я посмотрю в глаза Лионелю, Эмберу, Бериллу? Лиам считает меня шлюхой, он думает, я позволял себе блуд в Столице, а значит со мной можно не церемониться. Корунд, который всегда жаловался, что я в постели «бревно» и ничего не умею, вполне мог оговорить меня перед Лиамом. Но мне совсем не хочется выглядеть падшим в глазах омег Самарис. Спать с Лиамом мне тоже не хочется, но кто меня спрашивает. Есть надежда, что ему быстро надоест, как это надоело его брату. Хоть бы перед домашними честь сохранить удалось. Месяц прошел в постоянном страхе. Я полночи возился на кухне, изображая уборку, а потом трясся в своей кровати. Я не мог нормально спать, я постоянно просыпался и мне казалось, что кто-то стоит под дверью спальни. Запоров на дверях не было, о чем я очень жалел, и даже думал не подтащить ли мне тумбочку. Ситуация осложнялась тем, что среди нас теперь жил муж Ринала Роуз, мальчик поглядывал на меня с большим подозрением. Часто в гости приходил Тейми, и я каждый раз видел в глазах сына один и тот же вопрос. На рынке шептались с удвоенной силой. Мне было больно и стыдно. Как жить? Я чувствовал себя грязным, а огромный синяк на бедре напоминал мне о том, как я корчился на полу возле дивана. Я даже ванну не мог принять спокойно, купальня тоже не запиралась. Вряд ли Лиам решил бы заявиться в мою купальню посреди дня, но я все равно боялся, стараясь вымыться как можно быстрее. Как ни странно, Берилл меня не сторонился, мы по-прежнему пили вместе чай по вечерам, а когда ко мне приходил Тейми, то Берилл с удовольствием сидел с нами и слушал болтовню моего сыночка. Зато Эмбер держался еще холоднее, а Лионель прятался в своих комнатах, возможно ему было стыдно за поведение Лиама. Я совершенно измучился и был рад, что срок подходит к концу. Так или иначе, но еще несколько дней и все решится, Лиам получит законный доступ в мою спальню. Меня он тоже видимо будет бить, выместит свою боль из-за потери брата. Зато Бериллу будет легче. Как-то я шел на кухню и услышал разговор между Эмбером и Роузом. - Это правда, что они его заберут? – спросил Роуз. - Да, уж хоть бы забрали, - ответил Эмбер. – Не хочу терпеть эту грязь в своем доме. Я замер у двери. О чем они говорят? Обо мне? Это я грязь? Но неужели кто-то хочет меня забрать? Неужели Лиам передумал и решил отпустить меня в фонд? Мне было обидно, что Эмбер так говорит обо мне, но я понимал его недовольство. Он и так вынужден терпеть Берилла, а тут еще я. Я не хотел напрасно надеяться, но несколько приободрился. Я был готов переехать куда угодно, лишь бы подальше от Лиама. На рынке смотрели так, словно у меня вырос хвост. Да что такое происходит? Я слышал осуждающий шепот, но никаких подробностей было не разобрать, долетали лишь восклицания типа: «Вы только подумайте», или «Какой ужасный скандал». Опять вспомнили о моих родителях и их сомнительной свадьбе, я снова слышал эти возмутительные намеки про мою кровь. В конце июля я пошел навестить дядюшку. Я принес к чаю его любимые булочки. - Что-то ты неважно выглядишь, - обеспокоенно заметил дядюшка. – Похудел. Ты не рад, что срок траура заканчивается? - Не вижу причин этому радоваться, - вяло отозвался я. - Да? – казалось, дядюшка удивился. – Разве он тебе не нравится? Ты ведь был в него влюблен, я помню, этого сложно было не заметить. - Что? – я вытаращился на него, мне показалось, я куда-то проваливаюсь. - Общество гудит, с удовольствием перемалывает эту новость, - принялся рассказывать дядюшка. – У нас так редко что-то происходит, а тут такой скандал, все просто в восторге. Но ты внимания не обращай, это все ерунда, Амариллис, это не стоит твоих слез и переживаний, уж поверь старику. - Да что же? – сипло поторопил я его. - Так ты не знаешь? – дядюшка изумился еще больше. – Уж твой сын бы мог тебе рассказать. А я-то только глупые слухи могу передать. Говорят, что Лиам Самарис попросил в Совете разрешить ему взять тебя третьим мужем, но Эмир Элизеу возразил, что у Лиама уже два мужа есть, а вот у Эмира муж умер, и у него ни одного. Так что он готов помочь родственникам и жениться на тебе сам. - Кто? – тупо спросил я. - Я же говорю, - всплеснул руками дядюшка. – Эмир Элизеу. Он сказал, что он тоже вдовец и это будет логично. В обществе ужасно возмущаются, ведь его сын женат на твоем сыне. - Это совершенно неприлично, - отстраненно согласился я. - Глупости! – вспыхнул дядюшка. – Неужели вы не заслужили немного счастья? Эмир прошляпил тебя один раз и будет дурак если упустит эту возможность. А на общество нечего смотреть, пусть шипят. Я вернулся домой с жуткой головной болью. Я не мог поверить в то, что услышал. Невозможно, невозможно, никак невозможно. С чего бы это Эмиру на мне жениться. Это не просто скандал, это подрыв устоев общества. Ему не разрешат, никогда. Лиам не согласится, никогда. Я принял таблетку, прилег и только стал засыпать, как меня осенило. Я позвонил Тейми. - Признайся, это твои происки и интриги? – вывел я его на чистую воду. - Ну, папа, - без малейшего признака раскаяния ответил мой сыночек. – Я же не мог оставить тебя там и позволить дяде Лиаму тебя бить. Ты как маленький, за тобой присмотр нужен. - Ах, ты бессовестный! - возмутился я. – Эмир-то тут при чем? Не представляю, как ты это провернул. - Я мозг! – самодовольно объявил Тейми. - Нет, у тебя с мозгом очень плохо, - сердито возразил я. – Ты хочешь опозорить семью Элизеу? Это твоя семья теперь. - Папа, что за бред, - фыркнул он. – Никто из них не считает, что это позор, будь уверен. - Ты не понимаешь, - все больше нервничал я. – Это я виноват, я неправильно тебя воспитывал. Просто я не знал … Мы жили в других условиях. Было непонятно вернемся ли мы … - Папа, - строго сказал мой сын. – Хватит. Эмир все устроит, он мне обещал. - А почему я узнаю об этом из слухов? – осведомился я. - Я не хотел говорить тебе раньше времени, - голос Тейми звучал обижено. Я тяжело вздохнул. Сыночек просто не представляет себе, как здесь дела со сплетнями обстоят, они бегут далеко впереди дел. - Спасибо, мой хороший. Я люблю тебя. Я отключился и заплакал. Мой славный, милый мальчик, он переживает за меня. Он не понимает, что задуманное им невозможно, впутал в это дело своего мужа и Эмира. Легко представить, как зол сейчас Лиам. Но Лиам получил свое вожделенное место в Совете, и теперь он ничем не ниже Элизеу. Ничего не получится, все будет только хуже. Лиам пришел в мою комнату через две недели, я за это время чуть с ума не сошел. Я чувствовал всем своим существом, как сгущаются тучи у меня над головой, и это было очень страшно. Все на омежьей половине Дома Самарис ощущали, как нагнетается обстановка. Мы даже чай перестали пить, вечером разбегались по своим комнатам. Я не знал, чем себя занять в свободное время, вышивка и книга валились из рук. Был промежуток между обедом и ужином, положенный для отдыха. Я сидел на диване в гостиной, тупо глядя перед собой. Увидев Лиама, я вскочил и пятился, пока не прижался спиной к стене. Лиам надвигался, как нечто неотвратимое, как природный катаклизм, которого не избежать. Я решил, что буду молчать, что бы он не сказал. Себе дороже. Я даже глаза закрыл, зажмурился, как делают дети. Я почувствовал, что он подошел очень близко. Я замер, даже дыхание задержал. Альфа прикоснулся пальцем к моей щеке, будто стирая слезу, но я был уверен, что не плакал. Я никак не отреагировал, и он убрал руку. - Правильно, Амариллис, - ледяным тоном похвалил меня Лиам. – Молчи. И глаза свои блядские мне не показывай. Ты меня чуть до греха не довел, но я рад, что смог победить. Я очень доволен, что не повелся, что смог удержаться. Ты моему брату только несчастье принес. И мне принесешь только несчастье. Так что я рад избавиться от тебя, избавить от тебя свою семью. Если Элизеу решили взять на себя этот позор, то пусть, мне же лучше. Можно подумать, ты принц заморский, было бы из-за чего горы городить. Не знаю, что будет у вас за брак, но это уже не мое дело. Твой невоспитанный мальчишка далеко пойдет, как быстро он прибрал к рукам семейку этих надутых, важных Элизеу. У тебя полчаса, чтобы покинуть мой дом, Амариллис. Я осторожно приоткрыл глаза, в комнате никого не было. У меня болело в груди, в ушах шумело, и я понял, что все это время не дышал. Я втянул воздух и чуть не сполз на пол, ноги дрожали. Но я не позволил себе раскиснуть. Из-за всех гадостей, что сказал мне Лиам, обидных и несправедливых, я буду переживать потом. У меня ушло десять минут, чтобы собрать в сумку вещи, которые я привез из Столицы, свои вещи, ничего от Самарисов мне было не нужно. Затем я решительно направился в комнаты Эмбера. Пусть я спасся каким-то чудесным образом, но Берилл остается здесь, и настроение Лиама явно далеко от благодушного. Эмбер сидел у окна с книгой и делал вид, что читает. - Пришел попрощаться? – торжествующе поинтересовался он. Я пропустил его тон мимо ушей. - Ты должен что-то сделать, - сказал я. – Лиам не имеет права избивать Берилла. - Тебе-то что за дело? – огрызнулся Эмбер. – Лиам сам знает, на что он имеет право, а на что нет. - Но это бесчеловечно! – воскликнул я. – В Правилах не записано, что мужа-омегу можно бить. - Это ты мне о Правилах говоришь? – ядовито поинтересовался он. – Из-за тебя на нашу семью косо смотрят, поливают грязью. Думаешь, приятно выслушивать всякие мерзости? Но, слава Богу, ты уходишь. Лиам ведь прогнал тебя, правда? Вот и проваливай. Убирайся! - Не может быть, чтобы тебе доставляли удовольствия страдания других людей, - постарался достучаться я до него. Эмбер вскочил на ноги, ни в чем не повинная книга отлетела в сторону. - Почему я должен думать о ком-то, когда обо мне никто не думает? – злобно осведомился он, щеки его покраснели. – Мои страдания что-то никого не волнуют! У нас с Лиамом все было хорошо, пока ты не появился. Я прекрасно видел, что ты ему понравился, и я прекрасно знаю, как альфы «случайно ошибаются» дверью на омежьей половине. А что такого? Одна ведь кровь. Но случилось чудо, и вы с Корундом уехали. Лиам пытался надавить на отца, чтобы тот не отпускал твоего мужа, но их отец не мог ни в чем отказать любимому младшенькому сыночку. Однако было поздно, Лиам ко мне охладел. Я так надеялся, что у нас будет нормальный настоящий брак, и все было как надо, пока он не привез в дом тебя. Стало как у всех, никаких чувств, одни обязанности. Я боялся, что вы вернетесь, но Корунд приезжал, а ты нет. Я радовался этому каждый раз, как дурак. Но, на самом деле, толку от этого никакого не было. И вдруг Лиам привел этого мальчишку с такими же зелеными глазами, как у тебя. Он к нему ходит, а ко мне никогда. По-твоему, мне приятно? Ты считаешь, я доволен? Только этого мало, снова появляешься ты, весь такой красивый и роскошный в своем столичном блеске. Лиам снова воспылал к тебе страстью. Его так и тянуло к твоим дверям. Он быстренько сбагрил твоего сыночка, чтобы тот не мешал, и получил доступ к твоим комнатам. Думаешь, я не видел, как он к тебе заходил? Ты за Берилла переживаешь? Подумаешь, Лиам стукнул пару раз этого безмозглого. Я не представлял настолько Эмбера задела эта ситуация. - Сомневаюсь, что тебе понравилось, если бы тебя ударили, - все же проговорил я. – Мне не понравилось. Да, Лиам заходил в мою гостиную, но никогда в спальню. Мы не были близки. Он приходил только для того, чтобы сообщить как ненавидит меня, потому что я в его понимании виноват в смерти его брата. Да, я несколько покривил душой, но ведь я действительно не спал с Лиамом. - Ты врешь, - обвинил меня Эмбер, отвернулся к окну и закрыл лицо руками, его плечи задрожали. – Весь город знает кто ты, как ты жил в Столице, как ты ходил к Эмиру Элизеу. Я порывисто подошел и обнял его. - Я тебе клянусь самым дорогим для меня, здоровьем своего сына, что я не был ни с кем кроме своего мужа. В городе могут говорить что угодно и это все неправда. Если ты любишь Лиама, то сделай так, чтобы он приходил только к тебе. - Как же это, интересно? – всхлипнул Эмбер. – Я для него как мебель, неодушевленный предмет. У меня и возраст уже не тот. - Я тебя младше всего на шесть лет, - возразил я. – Это очень небольшая разница, а меня ты что-то не считаешь непривлекательным для альф. - Сравнил, - буркнул он. – У меня нет ни светлых волос, ни зеленых глаз. Лиам на мне женился по расчету. Бериллом он пытался заменить тебя. Вот тебя он действительно хотел. - А я виноват? – не удержался я. Эмбер оттолкнул меня. - Уходи. Пока он не передумал. Оставшееся время я потратил на то, чтобы попрощаться с остальными. Лионель вполне искренне пожелал мне счастья, а Берилл рыдал у меня на плече. У меня сердце сжалось, когда пришлось оторваться от него. Я вышел из дома и почти бегом преодолел территорию перед ним, мне казалось, что в любой момент Лиам может окликнуть меня и приказать вернуться. На улице меня ждал автомобиль, из него вышел Султан Элизеу и распахнул передо мной дверцу. Внутри обнаружился мой сыночек. - Наконец-то! – вскрикнул Тейми и прижался ко мне, как в детстве. – Я так боялся, что ничего не получится. Я успокаивающе гладил его по голове. На душе было тяжело. Разговор с Эмбером оставил неприятный осадок, я не добился чего хотел. Для меня стало открытием, что Эмбер настолько ревнив, хотя в нашем городе многие альфы женились не единожды, так что он должен был быть готов к такому. И Бериллу я не помог. Что теперь с ним будет? Причем я спрашивал себя, готов бы я был остаться ради Берилла. Я не знал ответа и был к собственному стыду рад, что мне не предложили никакого выбора. Меня не спросили за кого я хочу выйти замуж. Опять не спросили, но сейчас скорее всего это хорошо. Как странно все складывается у меня в жизни. Я не чувствовал себя свободным и счастливым. Мне было стыдно перед Султаном, что он забирает меня у ворот, как вышвырнутую за плохую работу прислугу. Я не представлял себе, как взгляну в глаза омег Элизеу. Я переживал как встречусь с Эмиром. Мы приехали в дом Элизеу непозволительно быстро и Тейми увел меня на омежью половину. Меня встретил папа Эмира Агат, он был старше Лионеля. Я его помнил, он часто бывал в доме моих родителей в ту пору, пока папа был жив. Агат поздоровался вполне дружелюбно. Меня поприветствовали муж младшего брата Эмира и его зять. У меня забрали сумку и сразу пригласили пить чай. Все уселись в столовой, словно я пришел в гости. В доме Элизеу было уютно, красиво, но не вычурно, как у Самарисов. Лиам обозвал Элизеу надутыми и важными, но так скорее можно было сказать о Самарисах. Элизеу были слишком знатными, чтобы стараться это подчеркнуть. Меня вовлекли в легкую беседу, я почувствовал, что омеги за столом хотят развеять мое напряжение, недоверие, скованность, хотят показать, что я не должен стесняться и комплексовать. Я еще не отошел от прощания с Самарисами и мне было тяжело. Но рядом со мной сидел мой сыночек, и все проблемы меркли. Вдруг в столовую зашел Эмир. Я удивился, у Самарисов такого не случалось. Лиам приходил только на кухню. - Я бы хотел поговорить с Амариллисом, - сказал Эмир. Омеги за столом с беспокойством переглянулись. А чего они боятся? Что я сейчас откажусь выходить за Эмира? Куда мне деваться? Самарисы меня обратно точно не примут. - Сынок, Амариллис устал с дороги, - возразил Агат. Да уж, так устал за пять минут, что руки не поднять. Я встал, извинился перед собравшимися за столом, и вышел за Эмиром. Разговаривать он пожелал в комнате для отдыха. По местным меркам эта комната была маленькой, всего одно окно, а не два-три, как обычно, правда очень большое. Верх окна был забран красивым витражом, стены оклеены тиснеными обоями, на полу – светлый паркет. В комнате стояла группа из кресел и диванов, обитых полосатой тканью, сдвинутых вокруг низкого длинного стола. В такой комнате могли собираться альфы, чтобы сыграть в шахматы, выпить и пообщаться. Из мебели здесь еще был буфет, за цветными стеклами которого виднелись ряды бокалов. Я сел на диван, а Эмир расположился напротив. Нас снова разделял стол, как тогда, когда я заявился к нему напрашиваться на присутствие на помолвке Тейми. Эмир опять был в домашней одежде. - Я знаю, что Самарисы очень строго придерживаются патриархального уклада жизни, - проговорил Эмир. – Мы стараемся идти в ногу со временем, но при этом не подрывать устои и соблюдать Правила. Например, мы часто обедаем всей семьей. Я понимаю, что ты долго жил в Столице и отвык от наших порядков. Уж за свою способность привыкнуть к местным порядкам я точно не переживал. Странно, что Эмир заговорил об этом. Может он считает, что за этот год у Самарисов я сильно страдал от патриархальных строгостей? Или Тейми распространяет тут тлетворное влияние Столицы? Как стыдно! Позор мне, что я не смог воспитать его как следует. - Я прошу прощения, если мой сын повел себя некорректно, - извинился я. - Что ты, Тейми замечательный, - возразил Эмир. Он улыбнулся, и мне показалось, что альфа волнуется. - Мы не разговаривали с тобой о браке, не обсуждали это. Не слишком красиво было не согласовать это с тобой, но Лиам на удивление твердолобый тип. Мне пришлось все решить с ним на Совете, как в старые времена. Поэтому я бы сейчас хотел узнать у тебя, не против ли ты выйти за меня замуж. Он перевел дух и застыл, сцепив руки на коленях, будто герой сериала, сделавший предложение понравившемуся омеге. Как мило. Вот уж я не ожидал. Я так привык, что альфы все решают, и вдруг кто-то поинтересовался моим мнением. Это точно может шокировать. - Может быть ты хочешь вернуться в Столицу? - добавил Эмир. А что, у меня в Столице есть квартира, я найду работу и буду жить сам по себе, снова ходить в кино и рестораны, проводить время с Ирином, я по нему соскучился. - Ты отпустишь меня в Столицу? – уточнил я. – Одного? Это же какой будет скандал! Даже не смешно. Я никогда не позволил бы себе так поступить, даже если речь бы не шла о браке с Эмиром Элизеу. - Амариллис, - Эмир тяжело вздохнул. – Давай сейчас абстрагируемся от рыночных сплетен, от Правил и прочих препон. Представь, что ты находишься в Столице и совершенно свободен от всяких ограничений. - А ты хочешь на мне жениться? – вернул я вопрос. Он уставился на меня и даже чуть покраснел. Я понял, почему омеги Элизеу и Тейми заволновались. Мы с Эмиром сейчас не договоримся, мы погрязнем в экивоках и недосказанности. Мы будем топтаться на одном месте, как два человека, столкнувшиеся у одной двери и не могущие решить, кто войдет первым. Как омега я должен был полагаться на мнение альфы, но Ирин часто мне говорил, что сильно сомневается в таком приоритете. Ирин считал, что если омега чего-то хочет достичь, то нужно брать дело в свои руки, а не ждать, пока альфа сообразит или догадается. Но я уже действовал с Эмиром исподволь, и он показал себя вполне понятливым. Почему он сейчас решил запутать нас в паутине условностей? Он не уверен в себе? Он хочет, чтобы я признался, что он мне всегда нравился, что я мечтал выйти за него? Разве я могу сказать такое? У меня язык не повернется. Но ведь и он мне не говорит ничего подобного. Зачем ему этот странный разговор? - Мы попали в сложную ситуацию, - заметил он. – Я бы не хотел думать, что заставляю тебя. - Эмир, я воспитан по Правилам в школе для омег. Тейми не получил такого образования, он совсем другой. У тебя могло возникнуть впечатление, что и я столь же легок в общении, как мой сын. Но это не так. Я привык подчиняться, но мне приятно, что ты спрашиваешь мое мнение. Скажи, ты веришь в то, что обо мне говорят на рынке? Ты правда считаешь, что у меня есть какой-то другой выход, кроме как выйти за тебя? - Я вовсе не хотел тебя обидеть, - всполошился Эмир. – Я не слушаю, что говорят на рынке. Я просто … хотел прояснить … Мне бы не хотелось, чтобы у тебя не было выбора. Да, я нахожусь в безвыходном положении и выбора у меня нет. Но стать мужем Эмира это гораздо лучше, чем терпеть Лиама. Наверное, Эмиру все это неприятно. Зачем тогда он берет в мужья вдовца с подмоченной репутацией? Все Дома города спят и видят, как бы выдать сыновей-омег за вельможного Элизеу. Единственный иной выход для меня это уехать в Столицу и жить там свободным от всяких Правил. Но мой мир, мой родина здесь, и Правила для меня нужны и важны, я иначе просто не смогу. К тому же в Столице я буду без Эмира Элизеу, который рискнул многим, чтобы быть со мной, а сейчас ждет моего решения. - Если бы у меня был выбор, - сказал я решительно. – То я выбрал бы тебя. Его глаза вспыхнули золотом, он мне поверил, и ему понравилось то, что я сказал. Эмир вскочил с места, обошел стол и протянул мне руку. Мне не оставалось ничего другого, как вложить в нее свои пальцы. Теплое пожатие смутило меня. - Я заказал церемонию на сегодня, - сообщил он. Мне этой фразы было достаточно. Я вернулся в столовую и ко мне кинулся мой сын. - Папа, я тебя убью, если ты отказался! Все за столом рассмеялись. Я только головой покачал, ну что за невыносимое существо.