Что русскому хорошо, то англичанину - смерть

Авторы не могут отпустить наших шинигами обратно домой, пока те не испытают на себе все прелести нашей русской жизни :D Ахтунг! Букв много, смысла мало. "Мне кажется, или мы забыли, зачем вообще сели писать эту хрень?" (с) Parrot - Третья колонка… Третья колонка… Твою ж мать… - Не сбивай с мысли, я только-только посчитал… - Цыц! Третья колонка… Костя бешеным взглядом сверлил лежащие перед ним на столе бумаги. Сверкание мутных, красных от недосыпа глаз могло вызвать стадо мурашек даже у высшего демона. У стаи высших демонов. Рядом за соседним столом точь-в-точь таким же взглядом Эрик пытался испепелить ежедневные отчёты, никак не желавшие складываться в единый квартальный. Строчки с колонками плыли перед глазами, цифры пускались в пляс, стоило только отвести взгляд. Квартальный отчёт, тут уже ничего не попишешь. И хотя Эрик стажировался здесь от силы месяц, ему тоже надо было вместе с Костей состряпать отчёт. Точнее, даже два. Один – месячный, для Спирса, а второй – в помощь Константину, благо, они теперь считались напарниками. В кабинете на сизый дым можно было преспокойно вешать топор – оба жнеца отличались тягой к сигаретам и редкостной ленью, не позволяющей дойти до курилки. Даже распахнутые настежь окна не выручали – третью неделю стояла невыносимая жара, слово «ветер» постепенно начало входить в терминологию фантастики. Кулер с водой, обычно стоящий в коридоре, кто-то стащил, оставив весь Отдел Жнецов умирать от жажды. По такому случаю сам Спирс вышел из кабинета и тихим от ярости голосом обещал тому, кто это сделал, казнь путём медленного засовывания секатора на всю длину в наиболее труднодоступные места. - Какого чёрта в Россию хлынули эти французики? – Эрик насчитал уже семьдесят иностранцев в своём списке, - Нет, чтобы у себя на Родине помереть... - Сейчас у дворян мода такая - нанимать заграничных учителей, - пояснил Костя, раскладывая перед собой разноцветные бланки, - Сами безграмотные, кроме просвещённых, конечно, а детям хотят всего самого лучшего. Ну и набирают всяких… А те и рады – тепло, сытно, да ещё есть шанс породниться с семьёй, если знания девушке преподаёшь. Эрик молча слушал, подсчитывая души умерших французов и ставя напротив каждого имени галочки. В итоге вышло чуть больше сотни. - Та-а-ак… Это мы сюда положим… - Эрик сложил листочек с французскими именами пополам и запихнул в официального вида конверт, - Кость, как там писать? Le ministère… russe? Или нет? У меня с французским на швах. - Да пиши на русском, - отмахнулся напарник, - Ещё расшаркиваться перед ними, вот уж чего не хватало. Вот увидишь, они даже не подумают… Слова его прервал стук двери. В кабинет влетел Никита, жуя своё извечное яблоко. - Дядя Костя! Дядя Эрик! Там… Оба жнеца синхронно посмотрели поверх очков на своего будущего коллегу. - Что стряслось, Никит? Мы сейчас заняты, - строго произнёс Костя. - Там дядя Грелль и тётя Саша… - изумлённо выдохнул детёныш, - Они лежат на столе и стон… Диспетчеры переглянулись. - Никита, иди-ка сюда, - быстро произнёс Эрик, роясь в ящике стола, - У меня шоколадка есть. Ну, Сатклифф, погоди у меня… - Мама сказала, чтобы я не брал шоколадки, - прошептал парнишка, гипнотизируя жёлто-зелёными глазёнками немного помятую плитку, - Потому что я наказан. - А мы ей ничего не скажем, - подмигнул Слингби, и Никита как маленький зомби подошёл к нему, - Но… Мальчик остановился и перевёл взгляд на дядю Эрика. - Что? - У нас к тебе деловое предложение, - перегнулся через стол Костя, - Ты берёшь шоколадку, съедаешь её, и мы ничего не говорим маме, окей? Взамен, ты никому, а особенно Оксане Александровне и дяде Уильяму, не скажешь, что видел трах… э-э-э… лежащих рядом дядю Сатклиффа и тётю Сашу в кабинете. Никита замер, явно раскладывая по полочкам слишком витиеватую для него договорённость. С минуту он напряжённо хмурил тонкие бровки, кусал губу, затем поднял на Эрика посветлевший взгляд. - Никому-никому, - поклялся он, прижав кулачок к сердцу. Эрик и Костя чуть не пустили слезу умиления. - Вот и отлично, - шоколадка перекочевала из крепкой широкой кисти в маленькую, немного вспотевшую ладошку, - Помни, теперь ты должен хранить эту клятву. Ты ведь мужчина? Никита усердно закивал. Эрик с нарочито серьёзным выражением лица пожал ему руку, и детёныш, весело подскакивая, выбежал из кабинета, искать укромное место, где можно будет съесть запретную сладость. - Сатклифф… - пробухтел Эрик, возвращаясь к французским душам, - Хоть бы дверь запер, что ли… А то Никита так пройдёт ускоренный курс полового воспитания. Костя неопределённо пожал плечами, вновь вцепляясь в несчастную третью колонку. Сегодня была суббота – законный выходной любого жнеца, но только не в период сдачи квартального отчёта. В такое время выходные и будни смешивались – все готовы были пожертвовать своим личным временем, лишь бы поскорее отделаться от ненавистной бумажной работы. Время текло, солнце припекало всё сильней и сильней. Костя привёл, наконец, к единому знаменателю третью колонку и сейчас непринуждённо развалился в кресле, лениво затягиваясь очередной сигаретой. - Итого сто четыре французских, пятьдесят две немецких и пятнадцать английских душ из четырех тысяч ста двадцати умерших, - удовлетворённо подвёл черту Эрик, расписываясь в небольшой квитанции, - Теперь можно раскидать письма по иностранным Департаментам и пойти в столовую. - Захватишь мои души? – глянул на него Костя, - Раз уж ты туда собрался. - Не вопрос, - Эрик сгрёб в кучу конверты со списками душ и, насвистывая, вышел из кабинета. В коридорах было пустынно, лишь изредка из-за закрытых дверей доносилась приглушённая ругань, явно по поводу квартального отчёта. Иногда Слингби останавливался и внимательно слушал, запоминая. Он начал поступать так около недели назад. До этого Эрик, мужчина несдержанный на язык, искренне считал, что может спокойно составлять справочник всевозможных ругательств. Однако в русском Департаменте эта уверенность начала таять, а затем и вовсе исчезла, сменившись комплексом неполноценности. Оказалось, что русский язык, помимо сложных и непонятных оборотов, витиеватых фраз и выражений хранил в себе великое множество самых различных ругательств, как цензурных, так и не очень. Окончательно погубил эриково самолюбие Костя, ровно неделю назад уронивший на стол кружку сладкого горячего чая и выдавший при этом такую трёхэтажную словесную конструкцию, что Слингби пять минут сидел в ступоре, а потом быстро записал услышанное на бумажке. Впрочем, ругань злых, не выспавшихся, лишённых законного выходного жнецов была тривиальной и уже знакомой Эрику, потому он прошёл дальше, в Отдел Телепортов. За спиной послышались торопливые шаги. - И куда это мы направляемся? – защебетал до отвращения довольный Грелль, поравнявшись с коллегой, - Снова к Котёночку? Не наигрался с ним вчера? Молчишь? Ну и молчи. Подумаешь… Хм, а почему ты так тяжело дышишь? Свидание не удалось? - Убью, - вдруг произнёс Эрик, - Собственно, что такое сто пятьдесят лет лишения права работы? Пролетят, и не замечу. - Эй-эй, я же пошутил! – взвизгнул Сатклифф, когда Эрик, выронив конверты, сорвал с крепления пилу и рассёк ею воздух в паре сантиметров от легкомысленной темноволосой головы, - Успокойся! Слингби замер, шумно дыша. Грелль покачал головой. - Эричка, тебе нужна валерьянка. Четыре раза в день по три бутылочки. - Хмм… Если я буду при каждом твоём визге засовывать тебе по одной бутылочке куда-нибудь, то, да, мне это поможет, – буркнул тот, присев на корточки, чтобы собрать конверты. - Да что ж у тебя за мания такая - кому-нибудь что-нибудь куда-нибудь засовывать? – всплеснул руками Грелль, присаживаясь рядом и помогая, - Смерть великая, что с некоторыми долгое воздержание делает... Эрик чуть не задохнулся от возмущения. - Нарываешься, Сатклифф, ох нарываешься… Ты бы лучше за своей личной жизнью следил. Дверь запирай плотнее, когда… занят. Сатклифф удивлённо глянул на него, но ничего не сказал. Они быстро собрали конверты, и Эрик зашагал дальше. Сатклифф поспешил следом, щебеча какие-то глупости, которые Эрик просто пропускал мимо ушей, пока тот в своей болтовне опять не зашёл на опасную территорию. - Ты к Аланчику когда в следующий раз собираешься? - Не твоё дело. - Ой, ну, Эрик, не будь букой! Я всё понимаю, тайны, скрытность, маскировка, шпионские игры, но мне-то ты можешь сказать! - Чтобы через пять минут об этом узнал весь Департамент? - Хм, а когда такое было? Слингби помолчал, роясь в памяти. Да, в чём-чём, а подобном Сатклифф замечен не был. Приукрасить события, выслушать чужие сплетни, обсудить слишком короткую юбку и оголённые ножки какой-нибудь новенькой из Отдела Секретарей – в этом Сатклиффу не было равных. Но Эрик не припоминал, чтобы его несносный коллега намеренно распространял по Департаменту чужие тайны, особенно такие, за которые могли уволить. То, что Эрик, по сути, сбежал на чужую территорию, используя служебный телепорт во внеурочное время, уже грозило суровым наказанием и непомерным штрафом. А уж несколько подобных вылазок вполне могли послужить понижением в должности. Слингби повертел головой, но никого рядом не заметил. - Вообще планировал в понедельник, - неохотно сказал он, зная, что Грелль не отстанет. - Зачем? Понедельник – это скучно и уныло. У крестьян работа, у нас тоже. - И что ты предлагаешь? - Давай пойдём сегодня? - Ну, я… Что? «Пойдём», я не ослышался? - А почему бы и нет? – состроил глазки Грелль, - Мне там понравилось. Не волнуйся, мешать твоему свиданию не буду, в сторонке погуляю. - Сатклифф… - Значит, решено? Сегодня суббота, завтра – воскресенье, а этот день у многих смертных считается выходным. - Ты мне там вообще не сдался, - отрезал Эрик, открывая дверь нужного Отдела. - Эричка, я просто погуляю. - Чтобы потом студенты нашли парочку-другую распиленных тел? Ребят подставить хочешь? Хватит, проходили уже. - То были проститутки, - возмутился Грелль, - Я просто очищал Лондон от грязи. А сейчас хочу только полюбоваться видами. Эрик недоверчиво хмыкнул, обходя нужные отсеки с телепортами. Это были небольшие портативные устройства для отправки мелких посылок и документов. - Ладно, я поговорю с Женей, - проворчал, наконец, он, - И если я хоть за километр увижу хоть что-то красное, пеняй на себя. Сатклифф что-то неопределённо промычал, рассматривая себя в небольшое, довольно старенькое зеркальце. - Ты всё взял? - Ага… Так… Да, собственно, чего тут брать? Здесь ни мыла, ни шампуня… - А ты, я смотрю, уже привык ко всему этому. - А ты нет? Ванная – самое лучшее, что человечество могло придумать. Хотя я как вспомню свой ужас, когда из этой кишки с дырками полилась вода… Рон беззаботно болтал, лёжа на сене, Алан сидел чуть поодаль. Оба были в одних штанах и забавных русских лаптях на босу ногу. Суббота. Вечер. С самого утра хозяин избы, крепкий мужик с бородой чуть ли не до самых глаз, приютивший у себя «глухонемых» Акима и Радика, жестами предупредил ребят, что сегодня будет этакий помывочный день. И сейчас парни покорно ждали своей очереди в маленький, чуть покосившийся домик, впритык стоявший к избе. Алан лениво растянулся рядом, щурясь как сытый кот. Работы сегодня было не так уж и много, Книга Смерти с прошлой ночи вообще молчала, да и перспектива помыться более или менее нормально, а не в ближайшей бочке с водой, очень радовала. - Я тоже долго боялся, - пробормотал он, - В Академии первый курс всегда всего боится. Оно и понятно – жили Смерть знает как, Смерть знает где, а тут резко попали в цивилизованный мир… Он умолк, бездумно разглядывая крышу. Сегодня было очень жарко, и даже сейчас, вечером, юные жнецы просто плавились от зноя. - А ты… - начал было Рон и тут же осёкся, недоумённо нахмурившись. - Что такое? Вместо ответа Нокс повёл носом, приподнимаясь на локтях. Алан тоже принюхался и тут же сморщился от неприятного запаха, щекотавшего чувствительные шинигамские ноздри. - Что за дрянь? – Рон скривился и сел окончательно, - Несёт чем-то… - он неопределённо махнул рукой, не в силах подобрать какое-либо сравнение. От тошнотворности запаха по коже поползли мурашки. - Что-то знакомое, - неуверенно пробормотал Алан, легко спрыгивая с сеновала. Рядом раздался тихий стук – Рон тоже спустился и первым нырнул в низенькую дверцу. На улице запах стал чуть слабее, но не исчез окончательно. Юные жнецы завертели головами, пытаясь найти источник вони. - Походу, я перегрелся, - вдруг отрешённо произнёс Рон. - В смысле? - Я… - Смерть великая, Рон, не молчи, что случилось? - Я слышу Грелля, - пробормотал Нокс, вдруг начав по-девичьи обмахиваться ладошкой, - Чёрт, эта практика меня доконала… Алан скептически приподнял бровь и хотел уже деликатно предложить другу присесть, как вдруг услышал знакомые визгливые интонации. Не успели стажеры хоть как-нибудь отреагировать, как перед глазами мелькнуло чёрное пятно, а в нос ударил приторно-сладкий аромат духов, полностью заменивший собой тот отвратительный запах, который, впрочем, уже начинал рассеиваться. - Не ждали? – кокетливо пропел Грелль, материализуясь перед изумлёнными стажёрами, - Фи, ребятки, я не вижу радости на ваших хмурых личиках. Нокси, зараза, улыбнись, хотя бы вид сделай, что счастлив видеть своего наставника. - Что вы здесь делаете, шеф? – убито простонал Нокс, глядя на острозубую, от уха до уха улыбку дражайшего наставничка. - Стою перед тобой, - пожал плечами Сатклифф, поправляя собранную в тугой хвост каштановую шевелюру. - Сатклифф! – рявкнул откуда-то сверху знакомый голос. Все трое жнецов синхронно задрали головы. - Эрик? – заморгал Алан. – Вы же… - Знаю, вчера был, - грубовато бросил Слингби, спрыгивая с покатой крыши, - Так уж получилось. - Аланчик, душка, разве ты не рад? – тут же прицепился к стажёру Грелль. - Ну, почему же, - растерянно забормотал юноша, - Очень рад… Хлопнула дверь. Алан и Рон резко обернулись, глядя на всего красного распаренного хозяина избы, неторопливо вышедшего из низенького домика с крошечным окошком. Тот подозрительно оглядел своих «немых» постояльцев, затем молча ткнул пальцем на дверь. Юноши закивали. - Это кто? – с любопытством спросил Грелль, подойдя к крестьянину. Тот сморщился от внезапно окружившего его сладкого запаха. - Это тот смертный, у которого они живут, - бросил Эрик, - Сделай милость, отойди от него, а то беднягу скоро удар хватит от твоих духов. - Эх, Эричка, ничего-то ты не понимаешь… - жалостливо взглянул на него коллега, но всё же отошел. Когда хозяин дома удалился, Алан и Рон одновременно шумно выдохнули. - На что он вам показывал? – поинтересовался Эрик. - На баню, сэр, - хмыкнул Рон, - Мыться пора. - Так у вас водные процедуры, значит, - почесал затылок Эрик, - Неудачное время я выбрал. - Ну почему же неудачное? – восторженно захлопал в ладошки Грелль, - Ты сам сегодня переживал, что перед приходом сюда не успел принять душ. Твои стенания были услышаны! Вперёд! Эрик хмыкнул, скрестив руки на груди, Рон приподнял брови, Алан же вдруг невероятно заинтересовался пыльной землёй у себя под ногами. - Нет, ну а что? Все мальчики, стесняться некого, - сладко пропел Грелль, - Аланчик, душка, с тобой всё хорошо? Алан что-то утвердительно пробурчал, не поднимая головы, отряхивая штаны от видимых только ему пылинок. Смуглая, облезающая шея юноши горела. - А чтобы мне не было скучно одному, я пойду с вами, - весело закончил Сатклифф. - Вот только тебя там и не хватало, - не удержался Эрик. - Мы там все вчетвером не поместимся, - вдруг произнёс Рон, - Давайте разделимся, - судя по всему, он был единственным, кто воспринял новость с совместным мытьём равнодушно, - Я пойду с Аланом, а вы оба после нас. - Нет уж! Оставаться с Эричкой в одном помещении, да ещё и без одежды… А вдруг он не сможет сдержать свою животную натуру и захочет покуситься на мою честь? Эрик сделал вид, что его тошнит прямо в траву. - Ну, тогда… - Рон решил не спорить с взбалмошным наставником, - Алан, ты иди с сэром Слингби, а я пойду с вами, шеф… Алан резко поднял взгляд. - Я… лучше… с Греллем… - прозаикался он, с мольбой глядя на гаденько ухмыляющегося Сатклиффа. Тот сделал вид, что обдумывает предложение юного шинигами. С каждой секундой молчания глаза несчастного Хамфриза делались всё больше и больше. - Ладно, - наконец, произнёс он, дождавшись, когда прекрасные желто-зелёные очи юноши по размеру начали напоминать блюдца, - Аланчик, котёнок, ты меня уговорил. - Значит, я с Ноксом, - подытожил Эрик, затем недобро глянул на Грелля, - И, имей в виду, Сатклифф, чтобы никаких этих твоих штучек не было, ты меня понял? - Ты о чём? – невинно захлопал ресницами тот. - Вздумаешь к Алану приставать – смерть твоя будет мучительной, но быстрой. А ты, - он повернулся к смущённо переминавшемуся с ноги на ногу подопечному, - Если что, сразу зови меня. - Что ты, Эричка, питекантроп мой любимый, я на чужое не покушаюсь, нет-нет… Дождавшись, когда глаза Слингби полыхнут угрожающим огоньком, Грелль, заливисто рассмеявшись, утащил не сопротивляющегося Хамфриза в баню. - Вы когда-нибудь мылись в чём-то… подобном? - А? – Грелль на секунду отвлёкся от расстёгивания рубашки, - Хмм… Вроде бы, да, ещё при жизни такое было. Правда, очень давно, но, думаю, справимся. Алан невольно отметил, каким спокойным и уравновешенным стал Грелль, оказавшись не на публике, пусть и состоявшей всего-то из трёх шинигами. Грелль распустил волосы и тряхнул головой. Тёмно-каштановая грива рассыпалась по плечам, начав постепенно менять цвет на ярко-красный. - Чур, я первый, - хихикнул Сатклифф, ныряя за небольшую низенькую дверку. Алан быстро последовал за ним. Он только успел войти, а Сатклифф, пригибаясь, чтобы не стукнуться о низкий потолок, уже плюхнулся на полку, не стесняясь расставил ноги и с любопытством уставился на скромно стоявшего у двери Алана. - Не бойся, я не кусаюсь, - Грелль с улыбкой похлопал по полке рядом с собой, - Присаживайся. Юноша всё же приблизился и сел, прислонившись спиной к бревенчатой стене. - Сто-о-ой, Аланч…. Ах, ладно, потом отмоешься. - В смысле? – резко выпрямился стажёр. - Зайка, бани принято топить по-чёрному, - Грелль вывел на почерневшей от копоти худой спине Хамфриза улыбающийся острозубый смайлик, - Здесь стены грязные, не прикасайся. Вот полочки чистые, на них сидеть можно. Алан кивнул и больше ни к чему не прислонялся. Было довольно жарко, и за пятнадцать минут сидения оба шинигами покрылись бисеринками пота. - Какой ты красивый, Аланчик, - вдруг мурлыкнул Грелль, прикрыв глаза и чуть вскинув голову. - Э-э-э… С-спасибо… - Нет, серьёзно, - Сатклифф стёр с лица пот, - Такой изящный, стройный, пропорциональный… Всё что надо у тебя есть, да ещё и вполне приличных размеров, - Алан заелозил на месте, - И как такой как ты ещё не потеснил Нокси в нашем Департаменте? Девушки падки на таких очаровашек. И, знаешь, не только девушки… Алан закашлялся. - Так в чём же дело, лапонька? – резко открыл глаза Сатклифф и уставился на юношу немигающим взглядом. - Ни в чём, - вымолвил Алан. - Проблемы с потенцией? Асексуальность? – глаза у Грелля загорелись, - Комплексы? Или всё растёт из детства? Тяжёлая психологическая травма на сексуальной почве? - Да нет же, – Алан по цвету сравнялся с шевелюрой своего собеседника, - Просто… Ну… В общем, не надо об этом! – вдруг резко вскинулся он и тут же сжался. Неизвестно, как отреагирует на это неуравновешенный Сатклифф. Но тот лишь сладенько улыбнулся своим мыслям. - Ладно, душенька, не буду тебя мучить расспросами. Ложись на живот. - Зачем? - Надо, - улыбнулся Грелль, сползая с полочки и поворачиваясь к стажёру, заслоняя собой тусклый свет крошечного оконца, - И не надо так судорожно сдвигать коленки, я на твою девичью честь покушаться не собираюсь. Алан помедлил немного, но всё же внял совету и лёг. - Положи голову на руки, - доносилось откуда-то сверху, под аккомпанемент льющейся воды, - Сейчас не пугайся, будут немного необычные ощущения. Хамфриз ощутил горячие капельки, брызнувшие на тело, руку, смывающую с кожи полученную в самом начале копоть, а затем что-то мокрое хлёстко ударило его по спине. - Лежать, - командным тоном приказал Грелль, ещё раз шлёпнув дёрнувшегося стажёра, на этот раз пониже поясницы, - Сейчас парить тебя буду. Полезно, кстати, для здоровья. Алан изогнулся, повернув голову, и увидел в руках Сатклиффа большой веник из берёзовых веток. Смирившись с судьбой, юноша вернул себе прежнее положение, чувствуя, как при каждом шлепке прилипают к мокрой коже листики. - Теперь на спину, - скомандовал Сатклифф через некоторое время, - И не зажимайся так. Ещё пять минут усердных шлёпаний. Алан разомлел окончательно, как вдруг в лицо ему беспардонно ткнули веником. - Дыши. - Э-э..? - Полезно для здоровья. Вдыхай глубоко. Алан покорно задышал, обжигая горячим воздухом полость носа. Вскоре они поменялись. Теперь Алан, побрызгав на Грелля водой, охаживал его веником. Жнец игриво хихикал, отпускал шуточки, но лежал смирно. - Думаю, хватит, - наконец, произнёс он, садясь, - Теперь можно и помыться. Потрёшь мне спинку? Алан молча кивнул. В общей сложности, вылезли из бани они через час. - Аланчик, а почему ты ничего не захватил? – Грелль оглядел их одежду, в беспорядке валяющуюся на лавке. - Ой, точно… - Хамфриз растерянно отлепил от себя берёзовый листик, - Мы с Роном когда собирались, отвлеклись, а потом вас с Эриком встретили и сразу же пошли мыться… - Опять всё кладётся на хрупкие женские плечи… - притворно вздохнул Сатклифф и завизжал, - Но-о-окси-и-и-и!!! Взмыленный Рон прискакал через несколько секунд. - Что стряслось?! - Нокси, принеси нам с Котёнком чего-нибудь… Что угодно, в общем, простыню найди какую-нибудь или халатик. И поживее, пока мы тут не замёрзли окончательно. Рон закатил глаза, но всё же развернулся и убежал на поиски одежды. Через минуту вновь раздались шаги, но принадлежали они уже не Ноксу. - Алан, ты здесь? - Эричка, погоди, мы с Котёнком не одеты, - выглянул из-за двери Грелль. - Смерть великая, чего я там у вас не видел, - проворчал Эрик, но заходить всё же не стал, вместо этого сунув коллеге небольшой пакет, - На, Алану передай. - Непременно. А что там? - Передашь и увидишь, - судя по звуку шагов, Слингби уже уходил. Грелль нырнул обратно, кинув стажёру пакет. Алан раскрыл его, вытащив на свет Божий пену для бритья и саму бритву. - И всё? – разочарованно протянул Грелль, - Фи, так не интересно. - Наоборот, - вдруг улыбнулся Хамфриз, - Это то, о чём я мечтаю уже дней десять – двенадцать, - с этими словами он вновь скрылся за дверкой. Послышался шум и плеск воды. - Вот, - запыхавшийся Нокс кинул наставнику какую-то одежду, - Это мои выданные вещи. - Безвкусица какая, - скривил губки Грелль, облачаясь в белую, чуть великоватую для него рубашку из грубой ткани и штаны, - Боже, чтоб я ещё раз нацепил такое! Несмотря на всё своё недовольство, оделся он довольно быстро. Появившийся через несколько минут Алан, с идеально гладкой кожей, без лишних слов так же торопливо запрыгнул в свою человеческую одежду. - М-м-м, - довольно промычал Сатклифф, когда они вышли за порог, - Вот чего-то подобного мне и не хватало… Алан едва заметно улыбнулся, молчаливо соглашаясь. Сзади прошествовали о чём-то тихо переговаривающиеся Эрик и Рон. Алан и Грелль проводили их взглядами. - Красивый у тебя наставник, верно? – вдруг спросил Сатклифф, - Со мной, конечно, не сравнится, но что-то в нём есть… Некий… животный магнетизм, я бы сказал… Хамфриз удивлённо вскинул брови. - К чему вы это говорите? - Да так, солнышко, к слову пришлось, - он ущипнул стажёра за щёчку, - Пойдём, присядем куда-нибудь. Они присели на старую покосившуюся лавку, лениво щурясь на постепенно склоняющееся к горизонту солнце. Стояла необычайная тишина, изредка прерываемая чьими-то далёкими возгласами. - Вы хоть невидимы? – запоздало сообразил Алан. - Естественно, милый, иначе бы сюда уже пол деревни сбежалось. Они снова замолчали. Общих тем для разговоров не было, интересы также кардинально расходились. Грелль мало что знал о «Котёнке», а Алан, в свою очередь, понятия не имел, что творится на душе у наставника Рона. Сегодняшнее совместное посещение бани немного озадачило их обоих. - Как у вас дела? – Хамфриз первым прервал затянувшееся молчание. - Хм-м? – Грелль лениво приоткрыл глаза, подслеповато щурясь – очки он оставил в пиджаке, - Всё замечательно, дорогой. А… - он замешкался, но лишь на секунду, - А ты как? - Э-э-э… Тоже всё хорошо, спасибо. Обмен любезностями, явно тяготившими их обоих, закончился. Они вновь умолкли, отдыхая после жаркой бани. - Эм-м… - вновь начал Хамфриз, старательно подыскивая тему для разговора, дабы не показаться невежливым, но Грелль легонько шевельнул рукой. - Аланчик, ты из тех немногих шинигами, чьё присутствие уже приятно. Хамфриз с облегчением кивнул. Они не знали, сколько просидели так, глядя на горизонт. Очнулись, когда из-за двери кубарем вывалился измученный раскрасневшийся Рон и умиротворённый Эрик. - Эричка, ты изнасиловал Нокси? Что с ним? - Я больше не буду с ним мыться, - зашипел Рон, почёсывая поясницу, - Он меня всего исхлестал! - Для твоего же блага, - Эрик устало опустился рядом с Аланом. - Не вижу здесь никакого блага, - буркнул Нокс, опасливо глядя на одну из своих выданных рубах. На широкой груди и развитых плечах Эрика она чуть ли не трещала по швам. - Да ну? – хмыкнул Слингби, тряся мокрыми волосами, - Тебе иногда так ремня не хватает, уж я-то вижу. Рон пробурчал что-то, но в перепалку вступать не стал. Теперь на лавочке угнездились все четверо жнецов. Сидели молча, не глядя друг на друга, а просто наслаждаясь открывшимся им видом. Звук шагов отвлёк шинигами от созерцания природы. Алан и Рон резко оглянулись в сторону дверей, ведущих с внутреннего двора в сени. На пороге показалась стройная девушка, одна из дочерей хозяев, сжимавшая в руках кувшин. Мило покраснев, она что-то произнесла и протянула его жильцам. - Она сказала, что родители велели передать вам… - Эрик замешкался, пытаясь подобрать слова, - Какой-то квас. Рон ослепительно улыбнулся, принимая из рук девушки кувшин. Та, покраснев ещё больше, торопливо скрылась из виду. Рон стянул с горловины белую тряпку, и все четверо англичан с сомнением уставились на тёмную, почти чёрную жидкость с плавающими наверху кусками хлеба. - Дэз, они вас отравить решили? – первым высказал предположение Грелль. - Вряд ли, - с сомнением протянул Рон, - Но что-то я этой штуке не доверяю. Кто-то должен проверить её на вкус, - С этими словами он и Сатклифф уставились на Слингби. - А почему это сразу Эрик? - возмутился Алан под тихий смешок своего наставника, - Другой жертвы не нашли? Сами пейте. - Тогда Нокси, - быстро произнёс Грелль. - Я? Я здесь вообще не причём, - замахал руками Рон. - Ты пил русский самогон и остался жив, - задумчиво высказался Алан, - Думаю, ты подходишь. - Ну, спасибо, - кисло отозвался Нокс, с опаской беря кувшин, - А ещё друг называется. - Ты пей, пей, - с неподдельным интересом уставился на него Эрик. Рон выдохнул и, зажмурившись, мужественно присосался к горлышку. Три пары жёлто-зелёных глаз уставились на Нокса. Когда глотки из опасливых и осторожных превратились в откровенно жадные, Грелль выцарапал из рук подопечного кувшин. - Моя очередь. - Вкусно, - признался Рон, пока Грелль опустошал ёмкость. - Всё не выпей, - Эрик бесцеремонно выдрал у Сатклиффа кувшин. Тот сыто икнул и тут же нарочито смущённо прикрыл рот ладошкой. Слингби сунул уже почти опорожнённый кувшин Хамфризу. Алан отпил ровно половину и передал остатки наставнику. Вскоре они снова развалились на скамейке, глядя в безоблачное июньское небо. Лучи солнца, уже не такие палящие, как днём, ласково касались лица. - Вот демон… - вдруг лениво пробормотал Слингби, - Сатклифф, мы давно уже должны были вернуться обратно. Женя обещал закрыть телепорт, если вовремя не вернёмся. - Ой, точно, - Грелль вяло изобразил растерянность, - Что будем делать? Вновь наступила тишина. Рон зевнул. - Так оставайтесь. Завтра воскресенье, - он говорил еле слышно, почти не шевеля губами. Со стороны могло показаться, что два обычных крестьянских парня молча сидят на лавочке, глазея по сторонам. - Нокси, надеюсь, ты не думаешь, что я буду спать на сене? – хмыкнул Грелль. - В доме места нет, - отозвался Нокс, - Да и не понравится вам там. Куча детей от года до семнадцати лет, хозяин храпит так, что мы с Аланом просыпаемся… - Не выделывайся, Сатклифф, - усмехнулся Слингби, - Можно подумать, при жизни ты в замке на шёлковых простынях спал. - Тебе откуда знать? - фыркнул Грелль, но было видно, что он спорить больше не собирается. Спать все засобирались довольно скоро и одновременно. Алан и Рон уже успели привыкнуть к распорядку дня и теперь ложились рано, а Эрик и Грелль просто-напросто были измучены квартальным отчётом. - Подвинь свою тушу, Слингби. - Это ты свои кости по всему сеновалу раскидал. Собери их в кучу и будь скромнее. - Скромнее? Скромнее?! Я сама скромность! А тебе нужно признать – ты просто перекачался до такой степени, что скоро уже в дверь не будешь влезать. - Эрик, вы… ходите в нашу тренажёрку? - Эм… Так, чисто для того, чтобы не закиснуть на рабочем месте. - Он уже год там по вечерам пропадает, - наябедничал Сатклифф, ввинчиваясь между Эриком и Роном. - Может, вы уже ляжете спать? - Не зуди, Нокси. Аланчик, душка, отпихни свою гориллу к стенке, не мёрзни, иди сюда. Они толстые, вот пусть нас и греют. - Я не толстый! - Да-а? Поэтому я просто вываливаюсь из твоей рубашки? - Просто у кого-то кости торчат даже из живота-а-а-ай!! Шеф! Больно же! - Правильно, Нокс, ему не помешает. Вам обоим вообще не помешает. А ты, Алан, и впрямь, вылезай из-за моей спины и ползи сюда. Шуршание и почти осязаемый жар, исходящий от щёк юноши. - Наконец-то… Так, стоп, вы что, действительно собрались спать? - Сатклифф, угомонись, а? - А как же страшные истории на ночь? А жареный на костре зефир? А заплетание друг другу косичек? - Это не пикник и не вечеринка в пижамах. Дрыхни. - Но я не расчесался! - Я тоже. - Хр-р-р… - Нокси, фу, немедленно прекрати! - Не буди пацана, лучше сам спи. - Но он храпит! - Похрапит и перестанет. Всё. Попробуй только пикнуть и я… - Пик. Пик-пик-пик. Ну? И что ты мне сделаешь? - Эрик, не надо, - Алан вцепился в плечи начавшего приподниматься на локтях наставника, придавливая того к сену. Затем повернулся в сторону Сатклиффа, - Сэр, прошу, давайте все просто ляжем спать. Неожиданно Сатклифф послушался, ложась и поворачиваясь к Ноксу лицом. Эрик шумно выдохнул и плюхнулся обратно. Алан мягко приземлился на своё место, чувствуя, с одной стороны, мускулистое тело наставника, с другой – тёплую спину Грелля с отчётливо выступающими позвонками. Да, наставнику Рона явно не помешают булочки на завтрак, обед и ужин. Это была последняя мутная мысль юного шинигами. Зевнув, он закрыл глаза и тут же провалился в сон.