Что русскому хорошо, то англичанину - смерть

Мы рано заморозили текст. Идеи, как оказалось, ещё не умерли. Какими бы упоротыми они не оказались. Потерпите ещё немного. Скоро всё закончится (с) Parrot Эрик мирно спал за столом, когда в нос ему заполз резкий запах лака. - Сатклифф, будь добр полировать свои когти где-нибудь подальше отсюда. - Где? - хмыкнул Грелль, аккуратно нанося лак на ноготь указательного пальца и высунув от усердия язык, - Здесь всё заставлено этими идиотскими шкафами. Свободной площади - три квадратных метра. - Да хоть три квадратных сантиметра, - рыкнул Эрик, пытаясь соорудить из кучи бумаг на столе подушку, - Иди, залезь на шкаф, что ли. Грелль проигнорировал его, продолжая совершенствовать соскучившиеся по лаку ногти. Сейчас Сатклифф мог себе это позволить. Он и Эрик находились в Архивах, куда жнецы спускались довольно редко и, соответственно, увидеть своего иностранного коллегу в накрашенном виде не могли, чем Грелль активно и пользовался. Шёл третий из шести дней заключения. Работы как таковой не было, перекладыванием бумажек они занимались лишь первые два часа, затем плюнули на всё и вся и благополучно забыли о своих обязанностях. - Найти бы этого мелкого, да распилить Косой, - мечтательно протянул Грелль, закончив делать себе маникюр, - Или подвесить за большие пальцы. Когда я был жив, то такое наказание было в ходу... - Сам, наверное, успел повисеть, перед тем как откинуться? - хмыкнул Слингби, - Окстись уже. Парень ненарочно нас выдал. - Меня это не особо волнует, - глянул на него поверх очков Грелль, - Мы с тобой, как два идиота, сидим здесь, чахнем над бумажками. А дома будем месяц гнить в Отделе Си. При упоминании ненавистного Отдела Эрик поморщился. Сатклифф цокнул языком и назидательно воздел вверх указательный палец со свежеокрашенным ногтем. Вновь наступила тишина, прерываемая посапыванием успевшего опять заснуть Эрика и бубнежом Грелля, испортившего ноготь на среднем пальце. Спокойствие этого маленького пыльного уголка прервал прозвучавший вдали чуть запыхавшийся детский голосок. - Дядь Агний, а что мы на этот раз возьмём? - А что бы ты хотел? - Грелль был готов поклясться, что этого глубокого мужского голоса он раньше не слышал. - Что-нибудь про кровь, - воодушевлённо пискнул Никита, - И трупы. И чтобы драки были. - Ты уверен? - в красивом голосе появился явный оттенок недоумения, - Может, выберешь что-нибудь полегче? Звуки шагов прозвучали отчётливей. Грелль спрятал лак за стаканчиком с карандашами и быстро собрал непослушные волосы в хвост. - Давай так: мы походим среди полок, посмотрим книги и выберем подходящую, - произнёс, входя в комнату, высокий жнец с сумкой на длинном ремне. Грелль скользнул взглядом по светлым, до плеч, волосам незнакомца, скромному костюму, машинально отметил отсутствие какой-либо Косы и переключил своё внимание на весело подпрыгивающего рядом Никиту. - Добрый день, господа провинившиеся, - блондин приветливо махнул рукой, - Что-то я вас не припомню. Вы новенькие? - Ещё чего, - фыркнул Грелль, - Я похож на юнца, не умеющего держать Косу? - Только в самом хорошем смысле этого слова, - тут же польстил ему жнец, - Очарование и лёгкость тебе явно присущи. Взгляд Грелля заметно потеплел. - Я из английского Департамента "Несущие Смерть", - представился он, - Диспетчер Сатклифф. Для тебя Грелль, - он кокетливо глянул на блондина. - А, ты иностранец, - улыбнулся жнец, - Наслышан. И о вас, и о ваших стажёрах. Что же, а я Агний. За столом спит, я так полагаю, твой коллега? - Ага, - Грелль пошарил по столу, нашёл предмет потяжелее - степлер, украшенный крошечным пластмассовым черепом - и прицельно кинул его прямо в безмятежно дремлющего Слингби. Попал в плечо. - Эричка, проснись, у нас гости. - А? - Эрик сонно вскинул голову, пытаясь одновременно проморгаться, потянуться, подавить зевок и рассмотреть вошедшего, - О, здравствуй. - Привет, - кивнул ему Агний, - Ладно, не хотел отвлекать. Мы тут с Никитой решили какую-нибудь развивающую литературку поискать, надо же ребёнка занять чем-нибудь... Эрик и Грелль молча проводили парочку взглядами. Когда оба жнеца скрылись среди бесконечных рядов полок, Слингби вновь закрыл глаза, пытаясь задремать, а Сатклифф вытащил пузырёк с лаком и принялся доводить до ума ногти, одновременно прислушиваясь к приглушённой болтовне вошедших. - Вот, дядь Агний, смотрите, та красная книжка... - Так-с... "Демоны: классификация, повадки и анатомия отдельных видов". Хм-м... Знаешь, малыш, для тебя эта книжица сложновата будет. Давай что-нибудь попроще поищем? - А эта? - "Самые кровавые жнецо-демонические войны за всю историю смерти". Нет, такую читать рано, там много маленьких буковок, нет картинок и объём в семь сотен страниц. - Тогда вот! - "Горячие жницы тысяча восемьсот пятид..." Э-э-э, это тоже не то. Я её тебе, Никита, подарю, когда ты умственному развитию достигнешь хотя бы тринадцатилетнего возраста. Малыш явно не понял ничего, кроме того, что ни одну выбранную книгу ему читать нельзя. Послышались тихие всхлипы. - Это кто у нас тут хнычет? - послышался мягкий упрекающий голос, - Ты разве не в курсе, что маленьких плачущих жнецов могут забрать демоны? - Неправда! - всхлипнул Никита. - Правда, малыш, правда, - вдруг тяжело вздохнул Агний, - При определённых обстоятельствах всё может быть... Грелль навострил уши. - Это как? - полюбопытствовал Никита. - Такие истории очень страшно слушать, - сухо усмехнулся Агний, - Но я могу тебе их прочитать. Где-то в Нижних Архивах лежит томик о старых-престарых демонах, которым мало просто людских душ. В нём много картинок. - Хочу! - послышался восторженный писк, - Вы же мне прочитаете? - Конечно. Не всё, но прочитаю, мой юный полиглот. Пойдём? Вместо ответа детёныш споро зашагал к выходу, наспех попрощался с Греллем и с Эриком и выбежал за дверь. - Пойду добывать книжку для этого непоседы, - улыбнулся Сатклиффу вынырнувший из-за полок Агний. - О каких демонах ты ему говорил? - бесцеремонно перебил его Грелль. - В смысле? - Демоны, которым мало питаться смертными душами. - А, ты об этом... Это легенда, будто бы самые древние и могущественные демоны должны питаться душами шинигами, желательно юных, чтобы стать ещё мощнее... Сатклифф скептически закатил глаза, наглядно демонстрируя своё отношение к подобным сказкам. Агний пожал плечами. - Всё может оказаться правдой. - Из самых древних, питавшихся нами демонов, был только он, - Грелль многозначительно ткнул пальцем в пол, - Больше таких смельчаков не наблюдается. Тем более, у нас нет таких юнцов вроде Никиты. Агний не стал ввязываться в спор, лишь коротко попрощался и вышел. Утро Уильяма Ти Спирса началось необычайно спокойно. Гроза всея Департамента – как английского, так и (с недавних пор) русского - смог выспаться, что было немаловажно. Ночью не выл за стеной Сатклифф, возомнивший с недавних пор себя певицей, не буянил Эрик. Отсутствовали также внезапные вызовы на работу, что не могло не радовать. Посвежевший и отдохнувший, Спирс мирно потягивал кофе с печеньем. Сидящая напротив Оксана неспешно заваривала настой каких-то трав. Вежливая беседа о различных пустяках придавала этому утру ещё более спокойный мирный оттенок. - Вы сегодня хорошо выглядите, - отпустила Оксана комплимент напарнику. - Благодарю, - Уильям глотнул ещё кофе, - Выдалась на редкость спокойная ночь. Отчёты аккуратной стопкой высились на столе. Некоторые выделялись лёгкой небрежностью, другие, наоборот - идеальным оформлением. Уильям лениво поворошил секатором бумаги. На первый взгляд, особых огрехов не было, даже сатклиффский отчёт почти не пестрел пятнами лака. И в этот самый момент, когда планка наслаждения и даже некоторого неопределённого счастья Спирса достигла своей точки, когда все его мысли приняли самый благожелательный оттенок, когда тело, казалось, воспарило над рабочим креслом, а внутреннее «я» достигло своего «дзен» и впало в нирвану, раздался деликатный стук в окно. Уильям не хотел открывать глаза, которые успел закрыть, наслаждаясь столь редким ощущением спокойствия. Стук раздался вновь. Судя по звукам, Оксана поднялась со своего места и открыла окно. Практически сразу что-то лёгкое, хлопая крыльями, мягко приземлилось Спирсу на плечо, чуть сжав коготками ткань форменного пиджака. Уильям неохотно открыл глаза и слегка повернул голову, глядя на невзрачную серенькую птичку. К лапке гостьи был привязан клочок бумаги. Спирс отвязал послание, пододвинул уставшей пернатой курьерше печенье и, пока птичка клевала выпечку, неторопливо развернул письмецо. Пляшущий неровный почерк на наспех вырванном из чьего-то отчёта листочке уже внушал опасения. Преодолевая соблазн вышвырнуть цидульку подальше, Уильям всё же вчитался в текст. Оксана с интересом смотрела на постепенно меняющееся лицо англичанина. Спокойствие и благость постепенно испарялись. Спирс сначала приобрёл нежно-салатовый оттенок, затем побледнел и под конец потемнел, подобно туче в преддверии грозы. Не говоря ни слова, он поднялся с кресла и тут же телепортировался. Грелль опрокинул пузырёк с лаком, когда начальство, грозно сверкая очами, явилось в душной архивной комнатке аки архангел небесный с карающим мечом правосудия – роль последнего выполнял секатор, небезопасно устремлённый лезвиями в сторону жнецов. Эрик, уже проснувшийся и поглощавший булочку, чуть не подавился. - Вы оба, - коротко и отрывисто приказал Спирс, - Идёте за мной. Диспетчеры переглянулись, но повиновались и молча приблизились к начальнику. Тот схватил обоих за руки и вновь телепортировался. Никогда ещё Алан не был так зол, как в этот далеко не добрый час. Сейчас, обычно до тошноты вежливый и тихий, Хамфриз навис над бледным до синевы Ноксом, шипя подобно рассерженной кошке. - Нет, ты мне скажи, - если бы Спирс слышал голос своего стажёра, то тут же бы подал прошение об отставке и всю оставшуюся вечность страдал бы комплексом неполноценности, - Как… Нет… КАК, чёрт тебя побери, ты умудрился, будучи «глухонемым», закрутить роман с крестьянкой? Чем ты думал, идиот несчастный?! В ответ Нокс лишь икал, трясясь крупной дрожью. Его бедовую голову переполняли различные видения, одно ужаснее другого. Ни одного внятного звука не могло вырваться из пересохшего горла. Надо сказать, что переживал Хамфриз не меньше друга. С самого утра юношу преследовало нехорошее предчувствие, и, как оказалось, не зря. Решив, что стыдно будет возвращаться в Англию, не закадрив ни одной русской, Рональд ещё в первые дни практики начал активные ухаживания за местными красавицами, коих оказалось в предостаточном количестве. В итоге ему это удалось (иначе не был бы он Рональдом Ноксом). Безоблачное веселье на сеновалах взбодрило начавшего закисать Рона, да и «инвалидность» давала свои преимущества. Не было необходимости поддерживать глупые женские разговоры, выслушивать местные сплетни, и участвовать в обсуждениях типа: «вона у Машки-то коса-то совсем того уже». Но и одновременно с этим недооценил Нокс нрав простых русских девушек. У его счастливой избранницы оказалось много понимающих родственников, и все – с вилами. В данный момент, хозяин избы и отец девушки обсуждали будущую свадьбу… Наконец, у Рональда прорезался голос. - Ал, я… я не хочу жениться, - обморочно сипел он, - За что они так со мной? Зачем? - Потому что думать надо было своей головой, - огрызнулся Алан, - А не тем местом, которым… – он устало махнул рукой. - Но я ничем не рисковал, - зубы Рона отчётливо выбивали похоронную дробь, - Она не могла забеременеть, я же жнец! Я мёртв! - Ты ещё громче ори, - вновь зашипел Алан, и Рон захлопнул рот. Некоторое время они сидели в скорбном молчании. Рон трясся, как осиновый лист – ему, ветреному и легкомысленному, одна только мысль о свадьбе внушала животный ужас и малодушное желание свалить куда-нибудь в ад. Хуже всего было и то, что на самого Алана так же начали косо поглядывать. Логика крестьян была проста – глухонемой особо сопротивляться не будет, да и зачем? Исстари было принято старшими решать, с кем свяжет свою судьбу молодое поколение. Надо сказать, что от этой мысли Алан тоже был не в восторге. Жениться он не хотел, да и не мог по сотне разных причин. Краткое изложение всех этих событий, написанное под истеричные всхлипы друга, он и отправил своему непосредственному начальнику вместе с приманенной из леса пичужкой. В силу своего возраста и неопытности, Алан не смог приманить более крупных и надёжных птиц. Такое маленькое волшебство было под силу старшим жнецам. Решив не попадаться на глаза смертным, юные англичане сбежали в ближайшую берёзовую рощицу, находившуюся недалеко от поляны с телепортом, и сейчас просто пребывали в растерянности. Лишь спустя несколько часов раздалось почти неслышное жужжание. Юноши встрепенулись, жадно глядя на тусклый в дневном свете огонёк портала. Первым из светящегося шара величаво шагнул Ти Спирс, за ним – Эрик и Грелль. Решимость и радость, возникшие в стажёрах при виде наставников и начальства, начали стихать. Выражение лица Спирса не предвещало ничего хорошего, и всё же парни сумели робко, как написавшие на ковёр котята, выползти из рощицы навстречу казни. Уильям заметил их и остановился, постукивая секатором по проросшей ковылем земле. На плечо ему села бабочка и тут же взвилась в воздух – чёрная аура потревоженного начальства обжигала не хуже огня. - Итак, молодые люди, - начал Спирс, когда парни остановились на расстоянии вытянутого секатора от него,- Сегодняшнее послание, которое я получил… - голос его упал до тихих змеиных интонаций, - …Говорит о том, что двое моих подчинённых решили остепениться. Алан и Рон в ужасе замотали головами. - Собственно, ничего я с этим не могу поделать, - продолжал Уильям, - Вообще браки между смертными и жнецами никогда не поощрялись, но, дабы не разжигать международный скандал – всё-таки, ваши избранницы являются иностранками – можно оставить всё как есть… Стоявшие позади Эрик и Грелль хранили суровое, почти скорбное молчание. Стажёры побелели. - Н…но… Мистер Спирс, я же… - Рон, казалось, вот-вот потеряет сознание, - Я… не… - М-мы не хотели, - заикаясь, начал Алан, - Это получилось случайно… - Вы случайно переспали со смертной, стажёр Хамфриз? – язвительно поинтересовался Спирс. Грелль и Эрик продолжали молча смотреть на провинившихся. - Да не спал я ни с кем! – звонко воскликнул красный, как помидор, Хамфриз, - У нас с Машей… Ну, той девушкой, сестрой невесты Рона… Ничего не было. Мы один раз вместе шли за водой, больше ничего, правда, - он умоляюще посмотрел в абсолютно непроницаемое лицо начальства, - Меня решили поженить за компанию… - закончил он убитым тоном. - Стажёр Нокс, - Уильям, казалось, не слышал оправданий, - Вы… - он не сумел закончить тираду. Рон, пошатываясь, сделал два неверных шага вперёд и… хлопнулся на колени. - Сэр… Сэр, я не хочу жениться, - обморочно прошептал он, - Я… Боюсь свадеб… Никогда ещё Эрик и Грелль не прилагали столь адских усилий, дабы сохранить серьёзно-скорбное выражение лица и не захохотать в голос. Даже Уильям на секунду замер. Плечи его дрогнули, почти незаметно, а сам он закашлялся в кулак. Алан уже всерьёз обдумывал присоединиться к другу, как вдруг Уильям сдавленным голосом велел стажёру подняться. Рон кое-как встал на ноги и вновь вонзил в начальника умоляющий взгляд. - Что же, - Уильям справился с собой, - Теперь я попрошу без позы и истерик рассказать мне всё в подробностях. Нет, стажёр Нокс, - он мельком глянул на заалевшего Рона, - Все детали мне не нужны. Свою личную жизнь опишете в общих чертах. Следующий час он внимательно выслушивал рассказ обо всех похождениях своих нерадивых стажёров. Говорил преимущественно Рональд, но порой вставлял свои пять копеек и Алан, постоянно розовеющий от смущения. Уильяма интересовало всё, вплоть до улыбок, предназначенных обеим невестам своих подчинённых, но обещание он своё сдержал – все постельные радости Рона были описаны туманно. Наконец, выяснив, что требовалось, он решительно поднялся (экстренное заседание происходило в той самой небезызвестной рощице на поваленных берёзках) на ноги. - Думаю, вы уже поняли, что я решил сделать, - обратился он к диспетчерам. Те утвердительно закивали. – Теперь берите каждый своего воспитанника и идите к объектам. - А ты? – посмотрел на него Грелль. - Я направлюсь к тем смертным, в чьих головах засела эта мысль о женитьбе, - сдержанно ответил Спирс с незаметным вздохом - оббежать предстояло около тридцати человек. – Всё, ступайте. Как только закончите, идите… - он на секунду умолк, затем вновь продолжил, - Идите к дому ваших стажёров и ждите меня там. - Вы знаете, где они живут? – приподнял бровь Эрик. - Это моя обязанность, - сухо ответил Спирс, - Приступайте. Жнецы молча рассыпались по сторонам. - Эрик, а что мы будем делать? – робко спросил Алан, когда они отошли на достаточное расстояние. Слингби покосился на всё ещё волнующегося стажёра и улыбнулся. - Увидишь. Не бойся, ничего противозаконного и предосудительного. Алан кивнул. Когда они вышли на окраину деревни, Эрик велел подопечному набросить на себя невидимость. - Сейчас мне понадобится твоя помощь, - начал он, идя по улице мимо истерически лающих собак, - Нужно, чтобы ты отвёл меня к той девушке, на которой тебя поженить собрались. Алан быстро привёл наставника в нужное место. - Она нужна нам спящей, - пояснил Эрик, глядя на роющуюся в большом сундуке симпатичную девушку с тяжёлой тёмно-русой косой. - Летом все ложатся спать примерно около одиннадцати, - прикинул Алан, - А сейчас едва час дня наступил. - Значит, будем следить за ней, - преспокойно отозвался Эрик. Хамфриз кивнул и приготовился ждать. Но, как оказалось, ждать пришлось недолго. Наступило время обеда, и вместе с ним пришла изматывающая жара, поэтому после еды некоторые члены машиной семьи прикорнули, в том числе и сама «счастливая невеста». Алан чуть не заплясал от радости, когда увидел спящую девушку. Эрик молча скользнул в дом, поманив стажёра за собой. - Теперь смотри, - начал Эрик, беря в руки пилу, - Я тебя этому ещё не учил, так что пользуйся случаем. Алан во все глаза смотрел, как наставник осторожно и медленно вонзил в девушку Косу. Взвилась вверх плёнка. Эрик осторожно перехватил её, скользя затянутыми в ткань перчаток пальцами по кадрам. Алана даже дрожь пробрала, заметив, с какой лаской и нежностью наставник перебирал трепыхающиеся кадры жизни. - Плёнка ни в коем случае не должна быть повреждена, - негромко заговорил Слингби, - Иначе это грозит объекту повреждённым психическим здоровьем. Иногда и физическим, но такое редко бывало, в основном страдало сознание. Хамфриз внимательно слушал его. - Ты в перчатках? Нет? Плохо, лишние руки не помешали бы. - Я обязательно должен быть в них? – спросил Алан. - Да, иначе больно будет – плёнки, если почувствуют голую кожу жнеца, всегда норовят в неё впиться. Работать одному с тем, что им предстояло совершить, и впрямь было не очень удобно. Чтобы не повредить плёнку, надо было придерживать её двумя руками, но тогда невозможно было взять пилу. Наконец, Эрик придумал выход – стащил зубами одну свою перчатку и кинул её Алану. Хамфриз торопливо надел перчатку. Она была безнадёжно велика, но хранила в себе тепло чужого тела. Краем глаза Алан отметил крошечные дырочки на ткани. Теперь Эрик, придерживая одной рукой в перчатке плёнку, другой взял Косу. - Теперь смотри все кадры, где ты с ней кокетничал, - шепнул он подопечному. - Я не кокетничал, - возмутился Алан, но тут же умолк, встретив смеющийся взгляд наставника и послушно начал смотреть на мелькающие кадры. Каждое найденное воспоминание безжалостно вырезалось пилой. Дрожащие нарезанные плёночки вновь соединялись, неся в себе совершенно другую информацию. - А ты ей, между прочим, весьма симпатичен, - с улыбкой заметил Эрик, - может, подумаешь насчёт свадьбы? - Надеюсь, вы понимаете, что это невозможно? – искоса глянул на него Хамфриз. В общей сложности, отобрано было более двухсот кадров, на которые ушло более полутора часов. Того, что девушка проснётся, они не боялись – когда плёнки вне тела, человек находится в некоем полубессознательном состоянии. Наконец, все кадры были извлечены, и оба жнеца, скатав укороченную плёнку обратно в тело смертной, неслышно выскользнули из дома. Рон молча отслеживал особо запомнившиеся кадры, а Грелль аккуратно срезал их бензопилой. За время чистки воспоминаний ни тот, ни другой не проронили ни слова. «Душевного» компромата на Рональда оказалось куда больше – около трёх тысяч кадров. Почти две тысячи из них могли послужить прекрасным дополнением к Камасутре. Как ни странно, Грелль молчал, скупыми профессиональными движениями срезая плёнку. В отличие от Эрика, он не особо церемонился с объектом, попросту с размаху опустил девушке на голову деревянный черпак и сразу же принялся за дело, как только жертва сползла на пол. У него на срез воспоминаний ушло более четырёх часов. К счастью, девушку никто не искал, и прерывать своё занятие не пришлось. Когда они пришли на место встречи, неся вырезанные воспоминания, Эрик и Алан уже поджидали их. - Уилли не приходил? - Нет, сэр, - вежливо ответил Хамфриз, - Наверное, нам долго придётся его ждать. Сказал как в воду глядел – Спирс пришёл только через восемь часов, нагруженный огромным количеством слабо светящихся вырезок. - Все кадры на месте, - сухо начал он, вывалив ношу себе под ноги, - Теперь я попрошу стажёров принести огонь. В любом виде. Это могут быть тлеющие головни, спички – что угодно. Рон и Алан сбегали за необходимым. Уильям осторожно поджёг принесёнными угольями дрожащие кадры. Те занялись пламенем абсолютно бесшумно, без дыма и потрескивания, какое бывает при сгорании дров. Горели кадры долго. Грелль первым уселся на расстеленный на земле пиджак. Вслед за ним плюхнулся Эрик, потом уставший от восьмичасовой нарезки кадров Уильям. Последними неслышно приземлились стажёры, каждый рядом со своим наставником. - Думаю, вы понимаете, молодые люди, что наказание ваше увеличено? – негромко начал Спирс, грея руки над неестественно-синим, призрачным огнём. Друзья уныло кивнули. - Ваше будущее пребывание в Отделе Си увеличивается ещё на пятнадцать дней, - спокойно продолжал Спирс, - Штрафы, как я уже говорил не так давно, накладывать бесполезно – ваша зарплата такие расходы не покроет, а жить вам на что-то надо. Поэтому будете отрабатывать своё наказание в Си. - Уилли, подумай хорошо, - осторожно начал Грелль, - Мальчикам придётся провести там сорок пять дней. Они ещё маленькие для этого. - Я уже сказал своё слово, Сатклифф, - без раздражения отозвался Уильям, - Не имейте привычки обсуждать мои приказы. В конце концов, плёнки сгорели. Солнце клонилось к закату, и небо приобрело приятный розоватый оттенок. - Как же вы попадёте домой? – спросил Рон начавших подниматься на ноги старших жнецов. - Я отправил птицу с посланием, - пояснил Уильям, - Порт уже должны включить. - Мы можем вас проводить? – робко встрял Алан. Спирс помолчал секунду, затем кивнул. Дорога обратно много времени не заняла. Как оказалось, послание дошло до Департамента вовремя, и телепорт уже призывно светился в сгущающихся сумерках. Наставники быстро распрощались со стажёрами. Рон мученически стерпел от Грелля целомудренный поцелуй в лоб (для чего Сатклиффу пришлось встать на цыпочки, поскольку без каблуков он был ниже своего подопечного), а Алан с Эриком молча пожали друг другу руки. Когда диспетчеры шагнули в сияющую сферу, Уильям хотел было зайти следом, но его робко остановила чья-то рука. Обернувшись, он увидел держащего его за лацкан пиджака Алана. - Сэр, подождите… - Что вам, Алан? – сухо спросил Спирс. - Мы хотели поблагодарить вас, - смущённо произнёс Хамфриз. - Да, - выпалил Рон, - Спасибо, что спасли нас от этого… ужаса. Уголки рта начальника дрогнули. - Не за что, - по-прежнему сдержанно ответил он, - Попрошу вас не ввязываться больше в переделки и отработать свою практику без происшествий. Всего доброго, молодые люди, и спокойной ночи. Сухо кивнув стажёрам, он развернулся и исчез в сгустке телепортного света.