Псих

Иногда люди, которых, мы думали, что знаем довольно хорошо, оказываются полностью противоположны нашим представлениям. Мои тоже разрушились всего лишь за один день. — Да, — хором отвечали мужчины, выгоняемые из комнаты жестом своего руководителя. — Что ты здесь делаешь? Почему я здесь? — понимая, что это все тот же Хосок, не боясь, задаю вопросы, когда его тело поднимается с кресла обитого коричневой кожей. Рыжие волосы зачёсаны назад, открывая лоб, а глаза выглядят не так как раньше: в них читается злоба, власть и желание обладать тем, что принадлежит только ему. — Ты должна была это когда-нибудь увидеть, ведь мы будем вместе. Теперь узнаешь меня, меня настоящего, а не этого офисного задрота, что постоянно опаздывает на своё рабочее место, — притягивает он меня за спину, не давая отойти, и проводит пальцем по скуле, прожигая своим взглядом. — Хосок, опусти меня домой, я очень устала. Давай поговорим об этом позже, — устало выдыхаю, оглядывая комнату через его плечо. Горы различных бумаг, фотографий, большой деревянный стол и растения, что натыканы в каждый угол помещения, большое окно, увешано тёмным тюлем, приоткрывающим закрепленную решётку. Что это вообще за карцер? — Нет, Джиён, здесь твои выделывания не пройдут. Ты останешься здесь, со мной, — скалится он, сжимая в объятиях до хруста костей. — Ты, псих, Хосок. Прекрати себя так вести, — вырываюсь я из хватки, но получаю жгучую пощечину, эхом раздающуюся в комнате. — Прости, я… я не хотел, — заикается он, отодвигаясь назад. — Уведите её, — кричит он кому-то за дверью, и меня уводит ранее знакомый здоровяк. — Почему все женщины такие глупые? — вздыхает он, грубо проталкивая вглубь коридора. На этот раз мы проходим мимо моего места заключения, и я уже радуюсь свободе, когда очередная дверь открывается, разрушая все надежды, потому что меня вновь запирают в маленькой комнате. Стучу в дверь, пытаясь позвать хоть кого-нибудь, кто бы высвободил меня из заключения, но мой голос проносится сквозь пустые коридоры, через маленькое окно, так и не дождавшись ответа. «Как он докатился до этого?» — сидя на полу, облокачиваюсь спиной о дверь, всё ещё надеясь, что она вот-вот откроется, и мне скажут, что это шутка, но даже через полчаса ничего не происходит, а кровать, что стоит в углу, все больше манит к себе. Еле поднимаясь, я сворачиваюсь на ней клубком, слыша чьи-то отдаленные крики в звенящей пустоте, окончательно теряясь в пространстве.