Параллели

Элиот в последние дни какой-то не такой. Он не говорит со мной, вообще никак на меня не реагирует. Меня это бесит. Да меня в последнее время очень много чего бесит. Например то, что этот милый омега в повязке меня динамит. И на кой он мне, собственно, сдался? Не знаю. Вот не знаю и все. Но он мне нужен. Я ловлю дикий кайф, когда вижу его или просто чувствую его присутствие рядом со мной. Я даже стал забывать… Вот, снова вспомнил. Ну кто меня просил снова копаться у себя в голове? Это еще никогда не заканчивалось ничем хорошим. Да и сейчас, когда я, казалось бы, просто сижу на уроке, у меня в голове разворачивается полномасштабная революция. Вот он, такой желанный, сидит передо мной, наверняка прикусывая колпачок от ручки, которой записывает конспект с речи учителя, из которой я не могу выловить ни одного внятного слова. Так хочется запустить пальцы в алые волосы, пропустить через них отдельные пряди, сжать, увидеть, как приоткроются розовые губы. От него пахнет вишней и немного виноградом. А для меня его запах, как дорогое вино, манящий и одурманивающий. Хочу дышать его воздухом, хочу держать губы на его пульсе, слушать, как бьется хрупкое сердце в моих руках. Но он просто сидит передо мной, не обращая на меня совершенно никакого внимания. Это сводит с ума. Чем, ну чем я так плох? Каждая наша встреча один на один заканчивается его криками и оскорблениями… А я так не хочу. Я хочу, чтобы он мне улыбался. Хотя бы так. Недавно я спросил, чем я ему так не нравлюсь, и он ответил, что ничем. Ничем. Так в чем дело? Что я делаю не так? Сегодня утром я спросил об этом Эли. Он же знает о такого рода поведении больше, чем я. Но он только отмахнулся и ушел, виляя задом, обтянутым новыми шортами. Взбесил он меня не на шутку. Я уже думал, что не справлюсь и начну выплескивать злость на всех, кто меня окружает. Однако я оказался не прав. Как только я остался один в классе на большой перемене, ко мне подошел Райан. Он как-то неуверенно переминался с ноги на ногу, и я уже почуял неладное, как он вдруг взял и сам пригласил меня выпить. Я был в шоке. Даже сначала не нашел слов, чтобы ответить, но после быстро взял себя в руки и согласился. Мы договорились встретиться сегодня в восемь у кафе, что было недалеко от школы. Потом мое, ставшее прекрасным, настроение, омрачил факт внезапной пропажи моего брата. Его не было целый урок. Было невыносимо ждать перерыва, чтобы пойти его искать. А потом он объявился так же внезапно, как и пропал. Да еще под ручку с этим фриком из параллельного. За пластырь на щеке моего брата я был готов не просто разбить этому ублюдку нос, я хотел, чтобы он поцеловал асфальт. По-французски. Но Эли убедил меня, что этот хмырь ни в чем не виноват и увел в класс. Можно подумать, я так и поверил в то, что этот… этот… Спокойно, Миль. Просто дыши. Вот так, молодец. — Миль! Мы были дома. В моей комнате. На кровати. Напротив меня, возмущенно вытаращив глаза, сидел Эли. — А, прости. Что ты сказал? — Я спросил, куда ты идешь вечером. Ты меня вообще слушаешь? Сложно слушать тебя и одновременно придумывать, как бы поизощреннее убить этого твоего ухажера с бритым виском. — Райан предложил пойти выпить. — Так, это уже неплохо. И куда ты его поведешь? — эти огромные голубые глаза, светящиеся любопытством, очень меня настораживают. — Думал, в «Орхидею»… но как-то не уверен. — Неплохое место. Приличное. Будет весело. Я одобряю, — Эли уверенно закивал, соглашаясь с моим выбором. — А откуда ты знаешь? Был там? — Успокойся. Просто отзывы на сайте читал… Да, мне нечем было заняться, — последнее он добавил, как бы отвечая на мой немой вопрос, а-ля «На кой-черт тебе было это делать?». — Как думаешь, почему он вдруг проявил интерес? — задал я вопрос, мучивший меня последние несколько часов. — Может разглядел в тебе человека приятной наружности и души? Хотя насчет последнего я сомневаюсь. Эли рассмеялся. А я что? Я ничего. Я просто швырнул в него подушкой, да так сильно, что омежка быстро принял горизонтальное положение. — Ай! Придурок, больно же, — он приложил ладошку к скуле, с которой слетел пластырь. Под ним, оказывается, была приличных размеров ссадина. — Прости-прости. Дай посмотрю. — Врач уже смотрел. Ничего серьезного, — отмахнулся он от меня, когда я попытался приблизиться. — Ты какой-то нервный. Все хорошо? — Забеспокоился я. — Да, — он, кажется, хотел отвернуться, но передумал, продолжая смотреть на сложенные на кровати перед ним руки. — А этот… — он напрягся, — а Йен тебя не обижает? Конечно, конечно я навел справки и узнал о нем пару нелицеприятных фактов. Исключая упырское имя и странную фамилию, у него было несколько приводов в полицию только за последний год. И я не мог не переживать за своего рассудительного и умного, но во многом такого наивного брата. — Нет, — Эли уверенно замотал головой. — Йен очень хороший, правда. Он не сделает мне ничего плохого, и я ему верю. — Ну, раз так… А вот я не верю. Нужно будет переговорить с этим Йеном Ликом. Объяснить наглядно, что бывает с теми, кто вредит моему Эли. В нашей прошлой школе часто шутили, что мы рано или поздно наплюем на нормы морали и выйдем замуж друг за друга. Да, я люблю своего брата. А он, не буду преувеличивать, любит меня. Но не думаю, что у нас что-то могло бы выйти. Для парочки мы слишком… Господи, Миль, куда тебя занесло? Нужно начинать спать по ночам, иначе это скажется не только на форме моих размышлений, но и на физическом состоянии, а я бы этого очень не хотел. Мы с Элиотом говорили еще пару часов. Просто как обычно обменивались новостями. Будучи близнецами, мы и то не всегда находили время просто так посидеть вдвоем, просто так поговорить. Мне нравилось по многу часов болтать о пустяках, и я бы с удовольствием продолжил, но посмотрел на часы и понял, что если не потороплюсь, то точно опоздаю на встречу. Оставив меня одного выбирать себе одежду, Эли элегантно удалился, видимо, как обычно не проявив желания видеть меня без рубашки. Вот ведь закомплексованный… Ладно. Хватит о нем. В белой рубашке и черных джинсах я выглядел очень и очень неплохо. Заранее купив маленький букет пионов, я вышел из дома при полном параде, собираясь провести один из лучших вечеров в моей жизни в компании лучшего омеги во все той же жизни. Райан пришел к назначенному месту через минуту после меня. Выглядел он сногсшибательно. Бордовые джинсы красиво обтягивали стройные ножки, белая водолазка без горла и такая же бордовая жилетка отлично подчеркивали утонченную фигурку. В ушах блестели сережки с зелеными камушками в тон глазам. Повязка из мягкой черной кожи стала привычным атрибутом в его образе и почти не привлекала внимания, скрытая кроваво-красной челкой. — Привет, — он чуть улыбнулся, подходя ближе. — Долго ждешь? — Нет, только пришел, — я протянул ему букет. — Рад тебя видеть. — А я… апчхи! Тоже рад. Ты только убери, пожалуйста, цветы. У меня на них… а-апчхи!.. Аллергия. Я поспешил ниспослать букет на дно ближайшей урны. — Извини. — Ничего. Ну так… Куда пойдем? — Тут недалеко есть хорошее заведение, — начал я свой рассказ, но меня перебили. — Тогда пошли. Доверяю твоему вкусу, — он приветливо улыбнулся, не оставляя мне иного выбора, кроме как просто взять его за руку и повести к выбранному заведению. Ночной клуб «Орхидея» пользовался популярностью у старшеклассников и студентов. На самом деле это был обычный клуб, просто, судя по отзывам, здесь было зафиксировано рекордно низкое количество пьяных дебошей и драк, так что пойти сюда развлечься в приятной компании было одним из лучших вариантов в городе. — Интересное название. У тебя культ цветов или что-то в этом роде? — скептически поднял бровь Райан, взглянув на название клуба. — Да, забавно вышло, — как-то растерянно проговорил я, делая шаг ко входу. — Ты идешь? Или у тебя аллергия и на такие цветы? Омега рассмеялся, легко пихая меня кулачком в плечо, словно обидевшись. Ночь обещает быть яркой. В клубе было очень душно, играла светомузыка. Вначале смущаясь, уже через полчаса мы с Райаном во всю танцевали под известные хиты. Потом, когда танцевать не осталось сил, мы направились к бару. Честно, я никогда бы не подумал, что какой-то омега сможет вот так выиграть два турнира по скоростному пьянству. Я был не в восторге от того, что Райан дважды залил в себя по шесть рюмок дорогого алкоголя разом, но, увидев призовой фонд, мы оба радовались невероятной выдержке этого красноволосого омеги. Уже под утро, пьяные в стельку, мы вышли из клуба, сопровождаемые разочарованными возгласами толпы. Оказалось, что мы смогли стать душой такой большой компании поддатых молодых людей. Пока мы ждали такси, я заметил, как на улице похолодало с вечера. Морозный ветер довольно быстро остудил мою голову, заставляя хоть как-то протрезветь. Выпил я немного, чего нельзя было сказать о Райане. Малыша немного шатало, он, казалось, все хотел что-то сказать, но не мог. В один момент я почувствовал, как тонкие ручки обхватили меня за шею и потянули вниз. На губах остался отпечаток со вкусом алкоголя, лайма и вишни. От такого, сбивающего с ног коктейля мне стало так хорошо, что даже немного дурно. Мне оставалось только прижимать к себе это хрупкое тело, снова и снова сминая податливые губы поцелуями. Я бы вечно стоял вот так вот на ветру, один на один со своим омегой. «С моим»? Плевать, может это и не так, но сегодня он точно мой. Только мой. Внезапно ноги омеги подкосились, я успел вовремя подхватить Райана на руки. Мне стало страшно за него, но уже в следующую секунду я понял. Он просто уснул. Картина, действительно, умилительная. Через пару минут подъехало наше такси. Оставив попытки разбудить моего ангела в повязке, я принял сложное, но такое желанное решение отвезти его к себе. Завтра в школу все равно не нужно, у всего мира праздничный выходной. Ничего страшного не случится. Назвав водителю адрес, я стал рассматривать лицо этого спящего чуда, сейчас сидящего у меня на коленях. Мне вдруг страшно захотелось снять эту, уже порядком надоевшую повязку с его глаза. Да и спать она, наверное, мешает. Знаю, аргумент тот еще. Аккуратно сняв повязку, я положил ее в карман своих джинс. Мне открылся вид на не до конца закрытый глаз, даже так можно было понять, что эту повязку Райан носит не для красоты… А какая, собственно, разница, зачем он закрывает этот глаз от посторонних людей? Зная историю своих родителей, я на всю жизнь убежден, что внешность человека отнюдь не главное. Когда мы прибыли на место, я расплатился с водителем, поднял моего мальчика на руки и аккуратно понес в сторону дома. А он еще легче, чем мне казалось изначально. Уже находясь в квартире, я, стараясь не разбудить кого-нибудь из родителей, а уже тем более брата, отнес Райана в свою комнату и уложил на свою кровать. Только сейчас заметил, что его водолазка вся пропиталась алкоголем. Кажется я помню, как какой-то перебравший бета опрокинул на этого омегу коктейль. Я не нашел варианта лучше, чем просто стянуть этот плохо пахнущий кусок ткани с худого тела, перед этим сняв жилетку. К нему же отправились и джинсы омеги. Укрыв мальчика одеялом, я взял с кровати одну подушку и улегся спать на полу, так сказать, во избежание неловких ситуаций. Как только моя голова коснулась подушки, я понял, как вымотался за эту ночь и тут же провалился в сон. *** Обычно по утрам меня будит душераздирающий писк будильника. Но сегодня все было по-другому. Меня разбудил крик, причем вполне настоящий. Я сразу не понял, кто в моей комнате может орать с утра пораньше, но потом ко мне вернулась память. Точно, Рай… — Какого хера я здесь делаю?! Я подскочил с пола как ошпаренный. За ночь я себе что только не отлежал. Спать на полу было не самой лучшей из моих идей. — Ч-что было вчера ночью? — Рай сидел на кровати, прижимая к себе одеяло. Он так испуганно на меня смотрел… Только вот почему? — Да, ночка выдалась жаркая… Закончить мне не дала летящая в меня подушка. — Эй! За что? — А за то… ты… да это ты во всем виноват! Привел меня в этот клуб, напоил, а потом в койку за-затащил… Что же мне теперь… Он плакал, плакал навзрыд, пряча личико в руках. Мне вдруг стало очень совестно. Я же не думал, что все так… Стоп. О чем это он? — Райан, послушай, я… — я сел на край кровати и уже хотел пододвинуться ближе, как вдруг он снова закричал. — Не подходи ко мне! Не… не приближайся, понял?! Он вскочил с кровати, подхватил с пола свои вещи и умчался прочь из комнаты, покрывая меня изощренными ругательствами. — Рай, постой! — я погнался за ним, но он уже успел спуститься по лестнице и исчезнуть за незапертой с вечера входной дверью. Идиот. Какой же я идиот… Нужно будет его найти, извиниться, объяснить, что он все просто не так понял. Я заставлю его выслушать. Да он будет просто обязан меня выслушать. Потом пускай делает что хочет. Я просто не хочу, чтобы он меня боялся, чтобы не смотрел на меня так, как пару минут назад. Чтобы не ненавидел, как пару минут назад. * * * Весь день я думал, что я смогу сказать Райану, когда увижу. И как назло ничего не приходило в голову. Элиоту я ничего не сказал о том, что произошло утром. Да, я еще поживу. Он же меня убьет, начнет толковать о том, что я повел себя совершенно неправильно и неприемлемо, а мне и так гемора хватает. Ближе к вечеру я залез в интернет, где хотел найти страницу Райа в одной из соцсетей. Райан Ноар… У него очень красивое имя. Он сам по себе очень красивый омега. С такими необычными волосами, с матовой и невероятно мягкой кожей. А губы… Про это я вообще молчу. Нежные, бледно-розовые, словно лепестки розовых роз. От него пахнет вишней… Умопомрачительно. Да, я признался себе, что я без ума от этого омеги. Он заставляет меня пытаться быть постоянно рядом. Меня к нему влечет. Он снится мне по ночам в самых разных снах. Просыпаясь в холодном поту, я снова и снова стараюсь хотя бы ненадолго вывести его из моей головы. Как бы не так. А сегодня утром я все испортил. Ну кто меня за язык тянул? А сам он… он плакал. Из его левого глаза лились слезы… и каждая словно сама бралась за нож и била меня в сердце. Видеть его таким было слишком больно. И я сам виноват. Кретин. Да, Миль, я это тебе. Рай Ноар, 18 лет, выпускной класс… Да, это точно он. И столько фотографий… И на всех он такой же. Такой же прекрасный. Я провел большую часть ночи, любуясь на его милое личико на цифровом экране. Рай в парке, Рай на берегу моря, Рай на фоне Эйфелевой башни, Рай, Рай, Рай… Наутро я был не в лучшем виде. Немного помятый, немного невыспавшийся и с очень заметными тенями под глазами. И я знал, что просто отсидеться дома не выйдет, так что я, собрав волю в кулак, поднялся с кровати и направился сразу вниз, на завтрак. За столом сидел только Эли. Я не видел его вчера, так что перекинуться парой слов можно было. И зачем он только так наряжается в школу? Если это для того ублюдка, я убьюсь. Серьезно, что мой брат в нем нашел? Или это ему его омежьи гормоны в голову ударили? Может и так. Хотя не мне об этом судить, я сам схожу с ума от омеги, с которым знаком меньше недели. А-а!!! Ну почему же все так сложно? Я же просто хотел узнать его поближе, а вышла такая неприятная ситуация. Ну я просто человек-косяк, если так посмотреть. Теперь разгребать все, что на меня навалилось, а этого всего накопилось очень много. А еще учеба… А еще за братом присматривать… А еще нужно закончить работу до конца месяца, а у меня там еще конь не валялся… — Миль? — А? — Как все прошло с Райаном? — Элиот любопытно на меня смотрел. Просто очень любопытно. — Нормально. Сегодня приглашу его в кино, нужно же что-то делать, — чтобы он меня простил или хотя бы дал объясниться… — Рад за тебя. У вас все должно получиться. Пойдем, а то опоздаем. — Ага… Итак, что мы имеем? Брата, работу, учебу и Райана, который меня теперь ненавидит. Супер. Я еще недели в новой школе не проучился, а уже нажил столько проблем. — Я побегу, — крикнул Эли, выпрыгивая из машины. Пробежав десяток метров, Элиот остановился, впечатавшись в явно ждущего его альфу. И все же этот приветливо улыбающийся ублюдок мне не нравится. У него на морде написано, что… Короче ничего хорошего там не написано. Подождав, пока эта парочка не скроется за воротами, я сам поспешил вылететь из машины и отправиться искать Райана. Омега нашелся в одном из безлюдных коридоров корпуса, где у нас должен был начаться урок… Через полчаса. Странно, а я думал, что мы опоздаем. Это все Эли постарался, наверняка хотел встретиться со своим ухажером пораньше. — Привет, — я подошел к жертве моей глупости и словами заставил его вздрогнуть. — Иди куда шел, — он отвернулся от меня, смотря куда-то в стену. — Райан, послушай, я хочу объяснить. Просто выслушай, ладно? Я не ожидал, что он вот так просто согласится. Однако омега просто безразлично склонил голову в кивке. — Тогда в клубе мы напились, ты кое-как на ногах стоял, потом отключился, а я отвез тебя к себе, вот и все. Я тебя пальцем не тронул. — - Ага, так я и поверил… — на его лице читалось сомнение и какая-то непонятная надежда. — Слушай, я этого говорить не хотел, но если бы мы переспали, ты бы не смог так резво убежать наутро. Так что перестань сам себя обманывать. Райан повернулся ко мне лицом. Глаза у него опухли, он что, снова плакал? А повязка новая, я вспомнил, что забыл ее ему отдать. И как он только шел домой в таком виде?.. — Т…то есть ничего…ничего не было? — Абсолютно. Он запрокинул голову и сполз по стене, на которую опирался, вниз. Я спустился за ним. — Слава Богу… Омега облегченно провел ладонью по чуть взмокшему лбу. — Знаешь, я конечно все понимаю, но почему ты так не хочешь… Чем я не нравлюсь? — мне было непонятно его нежелание быть со мной, да и я привык все спрашивать в лоб. — Я же уже говорил, что ничем. Ты забавный и… Просто дело не в тебе, вот и все. Нам на урок нужно. Извини. Райан поднялся с пола и скрылся за дверью кабинета. И как его можно понять? Как вот это можно понять? Серьезно, что за тараканы у него в голове? Сидя за партой и в который раз прожигая взглядом затылок объекта моей симпатии, я прикидывал варианты. Почему он вот так меня отшивает? Сам же приглашал в клуб, сам целовал. Ну, это еще можно списать на алкоголь. Или он просто позвал меня, чтобы выглядеть занятым. Значит самого меня он как потенциального партнера не воспринимает. А вот это уже обидно. «Дело не в тебе.» Интересно. Тогда в ком? В нем? Да, может я для него не альфа, а какой-нибудь… Короче черт с ним. Целее буду. И почему я начал неровно к нему дышать? Ни малейшего понятия. Наверное не стоит говорить, что на урок я обращал крайне мало внимания. Не знаю, как, но я умудрился полностью отгородиться от внешнего мира и просто рисовать в своем альбоме. Он уже заполнен на половину. Разными мультяшными персонажами для моих новых работ. Я не говорил, что рисую короткометражные мультфильмы? Так вот, я их рисую. И детям нравится, так что своей работой я вполне доволен. Но сконцентрироваться мне не давал умопомрачительный запах вишни, перед глазами плыло от внезапно нахлынувших чувств. Нужно успокоиться, иначе и правда наброшусь на него… Как только по коридорам разнесся звонок, Райан вылетел из класса, даже сумку не взяв. С ним что-то не так. Игнорируя возмущенные возгласы преподавателя, я подорвался с места и побежал за омегой. Фигура Райана, что маячила прямо перед глазами в каком-то десятке метров, нырнула в первую открытую дверь пустого кабинета. — Райан? — я приоткрыл захлопнувшуюся дверь. — Не входи! — о дверь с той стороны что-то ударилось. Книгу бросил? — Что-то случилось? Тебе плохо? Я могу позвать врача, — а в ответ только пугающая тишина. — Райан, если ты не ответишь, я вышибу эту чертову дверь! — Прошу, просто уйди. Я в порядке, — отозвался тихий голос по ту сторону двери. — А если я скажу, что не верю? Рай, впусти меня… — Н…нет, — его голос дрогнул и сорвался. За коротким словом последовал судорожный вдох. Да что же с ним такое? Все же было нормально еще с утра. А теперь что? Я его не понимаю, все-таки не понимаю, как ни старался. — Позволь мне войти. Я тебя не трону, обещаю. Я только хочу знать, что ты в порядке. Что это меня так расперло на нежности? Даже немного мерзким себе кажусь. Странно. И почему я до сих пор не выбил эту треклятую дверь? Не хотел напугать? Скорее всего… Замок жалобно звякнул, отпираясь, ручка двери опустилась, и тонкая рука потянула дверь к своему обладателю, открывая. Я медлил какую-то долю секунды, моментально залетая в кабинет и осматриваясь. Как только я повернул голову ко входу, мне на грудь кинулся всхлипывающий омега, сжимая мою рубашку дрожащими пальчиками. Опять. Он опять плачет. И больно от этого до жути. — Ш-ш… Малыш, что такое? — я несмело погладил его по голове, стараясь говорить как можно тише. — Я так больше… Я не могу так больше… Не хочу… — бормотал он несвязно. — Тише, все хорошо. Расскажи, что произошло, — если честно, я сталкиваюсь с такой ситуацией впервые в жизни. Если не считать того раза, когда я успокаивал Элиота, упавшего со своего первого велосипеда. Тут же дело обстояло сложнее. Не зная причины истерики, как можно сделать так, чтобы этот ангел успокоился или хотя бы перестал плакать. Я бы сейчас все за это отдал. Спустя пару минут мы сидели на полу. Я обнимал Райана за плечи одной рукой и тихо, уткнувшись носом в его затылок, дышал его запахом, будучи не в силах оторваться. — Нам нельзя встречаться, — внезапно разрезала благоговейную тишину фраза. И все, никакого продолжения. — Объяснишь? — я из последних сил пытался сохранить самообладание. — Просто нельзя и все. Не задавай вопросов… Я… Я скоро уеду, — омега вертел в руке промокшую от слез повязку и смотрел прямо перед собой разными глазами. Зеленым и полностью белым, сделанным из пластика, не своим. — Мы, возможно, больше не увидимся. И почему я слышу, что он сомневается, говоря мне это. Чувство такое, словно он читает текст, написанный чужой рукой. Теперь нужно было только разобраться, кому было выгодно… — Миль? Я его не слушал, слишком много было противоречивых мыслей. — И ты говоришь это именно сейчас… — Прости, я не хотел, чтобы так… Нет, я так не могу. Я же не бесчувственный, мне может быть больно. Я резко поднялся и подошел к окну, пропуская сквозь пальцы пряди волос и сжимая до боли. Нельзя сейчас на него срываться, нельзя… — Миль, прости, я правда не думал, что так все получится… Я… По все еще красным щекам бежали новые и новые слезы. — Хватит. Прекрати, — на плечо легла рука, я с трудом удержался от того, чтобы не сбросить ее. — Прошу, не надо. Не отворачивайся от меня. Я же не… не виноват… Что? Что я могу сделать? Мне не хотелось смотреть ему в глаза. Я бы не смог себя удержать и сделал бы что-нибудь непоправимое. Осталось только уйти. Оттолкнуть и уйти. Успокоиться. Позже попробовать во всем разобраться. Уже у выхода я все-таки бросил на омегу один короткий взгляд. — Ты мог сказать обо всем, когда я еще не успел узнать в тебе истинного. Я с силой захлопнул дверь и быстро зашагал по коридору школы. Находиться здесь я больше не собирался. К черту все. До дома я шел пешком, постоянно проклиная себя за несдержанность. Ведь столько учился, столько раз пытался с собой совладать, но нет. Я не думал, что после того случая еще смогу позволить себе по-настоящему на кого-то злиться. Flashback — Долго ждешь? — Нет, только пришел, — я улыбаюсь. — Рад тебя видеть. Омега кидается мне на шею и затягивает в откровенный поцелуй, ероша волосы на моем затылке. Отрываться от этих губ как всегда не хочется, но все хорошее кончается. — Куда ты меня поведешь? — На выставку. — Не хочу. Я тяжело вздохнул. — Ладно, пойдем, куплю тебе мороженое. Повиснув на моей руке, омежка радостно улыбнулся. Капризный ребенок, честное слово. У этого чуда стройное, красивое тело, белая кожа, мягкие каштановые волосы и светло-карие глаза, смотрящие с такой радостью. За его улыбку я готов отдать что угодно. Он лучшее, что случилось со мной в жизни. — Миль? Ты меня слушаешь? — Да, прости, отвлекся. Повторишь? Мы сидим в небольшом ресторане, он ест свой любимый персиковый сорбет, а я довольствуюсь кружкой кофе с толстым слоем пенки. — Куда мы поедем на весенние каникулы? — Ну… — Я хочу в Испанию. Поедем? — Может быть, нужно поговорить с родителями, — я пожал плечами. Испания. А что? Должно быть интересно. Тем более, я сам смогу оплатить поездку, я недавно закончил работу над парой картин, более того, уже нашелся весьма щедрый покупатель. — Вот и договорились, — омега улыбнулся и немного наклонил голову набок, — Кстати, не звони мне вечером. — Это еще почему? — У меня дела. И что это за тон? У меня что, не может быть других планов помимо тебя? — он надул розовые губы и нахмурил брови. — Извини, ты только не злись, — я улыбнулся ему, не отрывая глаз от его губ. Так хотелось поцеловать, просто до одури хотелось. Расплатившись в ресторане, я повел мое чудо в парк, что был рядом с его районом. Уже у его дома Ричард коротко поцеловал меня в губы и улыбнулся. — Люблю тебя, — бросил он привычно непринужденно и скрылся за дверью. — Я тебя тоже, Ри, — тихо ответил я. Внутри что-то скребло, было непонятно пусто и от чего-то мерзко, но я этому значения не предал. Немного позже мне позвонил мой друг и пригласил пойти выпить. Я отказался. Лучше буду дома, позанимаюсь, сяду за книги. Собственно, так я и сделал. Уже поздно вечером, закрыв последний учебник и облегченно выдохнул. В соседней комнате что-то напевал себе под нос мой брат. Он в последнее время все время проводит на занятиях, хочет в будущем стать певцом… Наверное из-за насыщенного учебой дня, я просто отправился спать, практически сразу отключаясь. Наутро, в потоке отвлеченных мыслей, я машинально включил телефон и начал проверять соцсети, одну за другой. И тут мне внезапно стало очень плохо и очень зло. На нескольких фотографиях в ленте был Ричард, сидящий у какого-то альфы на коленях. На одной из фотографий меня в буквальном смысле заставляли дымиться чужие руки на его талии, чужие губы на шее. И все новые, новые люди… Фон темный, словно в каком-то клубе. Вот, значит, какие у него есть планы «кроме меня»… *** — Привет, любимый, — натянул он губы при виде меня в школе. Он соизволил припереться только на перемене после третьего урока. — Как вчера прошло? — задал я вопрос, подходя ближе. — Нормально. Ничего особенного, сходил потанцевать с друзьями. — Ага. То есть ты просто пошел потанцевать. Ясно. А меня почему не позвал? Или там был кто-то получше меня? Я ожидал какой угодно реакции, но я даже представить себе не мог… — Значит фотографии уже видел, — он безразлично отвел от моего лица глаза. — Что я могу сказать? Видимо, нам нужно расстаться. Бывай. Ричард развернулся на пятках и хотел просто удалиться, выставив меня идиотом.  Дальше все какими-то фрагментами. Помню, как набросился на него прямо посреди школьного коридора, помню его крики, как сыпались на него мои ругательства, помню жуткую злость, просто распирающую изнутри, ту, что заставляла рассудок прятаться в ее тени и ворох мыслей, что складывали из его поведения и последних событий весьма нелицеприятную картину его образа. Меня оттаскивали от него втроем, кто-то вызвал скорую, кто-то побежал за учителями… А я просто смотрел в одну точку, продолжая вырываться из крепкой хватки своих одноклассников и чувствуя, как с кулаков по пальцам бежит и падает на пол тяжелыми каплями его кровь.