Пасмурно

Серая пелена облаков как и всегда нависала над Ризенбургом, а противный дождь мелко и настойчиво стучал по лобовому стеклу. - Спасибо, что согласилась подбросить! – Роза одним лёгким движением запрыгнула на пассажирское сидение в кабине пикапа. Её вымазанный помадой рот был растянут в широкой улыбке, да и по всему лицу был неуклюжий макияж, имитирующий побитое лицо. На ней была вымазанная то ли кетчупом, то ли красной краской форма чирлидерши, которая явно требовала большего внимательного обращения, чтобы не запачкать салон автомобиля.– Как я тебе? - О, ничего так, - отозвалась Риза с лёгкой усмешкой, стараясь не думать о том, сколько денег придётся выложить на химчистку и сколько яблочных ароматизаторов понадобиться, чтобы восстановить атмосферу безопасности после уборки. – Как ты решила пойти на учёбу в таком виде? - Риза, это же Хэллоуин! – Роза отмахнулась, уткнувшись в телефон. – Нужно быть креативной. Вечером у нас будет вечеринка, и я решила не сдерживаться: надеюсь, это вызовет у людей улыбку, хотя я готова и к тому, что кто-то испугается. Мы каждый год устраиваем такие праздники, балуемся на парах, зажигаем в самодельных костюмах. Это ведь одна из лучших традиций! Хоукай бросила взгляд на тротуар, где шумели и бежали школьники в различных костюмах. Стало грустно: в её жизни больше не осталось таких беззаботных моментов, когда праздники приносили только радость. Она вспомнила свои студенческие годы, свои старые костюмы и то, как когда-то с подругами они тоже готовились к Хэллоуину, создавая откровенно нелепые наряды, и предвкушали вечер, полный смеха и забавных историй. - Ты же не собираешься запачкать мне салон? – попыталась пошутить она, указывая на красные пятна на форме соседки. - Нет, нет, обещаю – я буду осторожной! – Роза подмигнула, поправляя свою белую юбку, на которой пятна выглядели особенно ярко. Голова гудела с самого пробуждения, напоминая о вчерашнем вечере: Риза выпила почти целую бутылку красного сухого в одиночку, пытаясь забыться, прогнать навязчивые мысли, в которых были красавица Бекка, пугающий олень и внезапно появившийся Мустанг. Потом Роза обнаружила её с практически пустой бутылкой, и они обе, смеясь, допили остатки, давясь давно остывшим фастфудом. Вспомнить над чем они там хохотали и о чём болтали было практически невозможно, а лёгкое головокружение и мутное состояние по-прежнему преследовали её, напоминая, что похмелье во взрослом возрасте проходит куда тяжелее, чем у молодёжи. Риза вела медленно, специально выехав раньше, чтобы приехать на работу вовремя даже с учётом заброса Томас в университет. Роза трещала без умолку, клацая в телефоне и делясь своими планами на день и вечер, что Хоукай только устало кивала, пытаясь сосредоточиться на дороге, пока боковым зрением не уловила что-то на обочине. Она резко повернула голову, и сердце замерло. На краю дороги лежал мёртвый олень. Шершавая шкура была запачкана кровью и грязью, а распластанные ноги намекали на то, что во второй раз удачно перебежать дорогу он не смог. Кровь пропитала траву вокруг, создавая зловещее пятно, контрастирующее с серым асфальтом, и огромные рога – когда-то величественные – теперь казались горьким напоминанием о жизни, которая была у этого животного. Холодок пробежал по спине, и в голове снова всплыли воспоминания о вчерашнем, не смотря на все попытки изгнать их вином, и инстинктивный испуг нахлынул с новой силой. Пикап с визгом остановился, когда она резко нажала на тормоз. Роза, не понимая причин остановки, повернулась к ней с вопросительным взглядом, но Риза продолжала смотреть на мёртвое тело животного, вспоминая, как ещё прошлым вечером олень стоял перед машиной, и какими яркими были его глаза, сверкая в свете её фар, когда он неожиданно выскочил на дорогу. - Господи… - Томас подалась вперёд и проследила за её взглядом. – Давай уедем отсюда, - взмолилась она, и Хоукай, сглотнув странное чувство вины за смерть этого животного, переключила передачу, заставляя машину вновь тронуться с места. «Зверь» продолжил путь по дороге, проезжая мимо посеревших бескрайних полей, усиливающих тоску. На горизонте показался один единственный холм, и с него, возможно, мог открываться неплохой вид на город и лес, но Риза не рискнула останавливаться. Да и развалины какой-то постройки на этом холме не внушали ничего хорошего. - Знаешь, там когда-то был самый крупный пожар в истории Ризенбурга, - Роза уже, казалось, совсем забыла о смерти оленя и переключила внимание на разрушенное строение. Риза прищурилась, стараясь сквозь дождь разглядеть детали: крыша частично обрушилась, оставив лишь несколько острых, как зубы, выступов, а остов здания стоял – изломанный и голый. Разбитые окна напоминали пустые глазницы мёртвого существа, и стены давно обросли мхом, словно сама природа пыталась скрыть этот ужас от посторонних глаз. - Пожар как раз начался в ночь на Хэллоуин, - зачем-то продолжала соседка. – Люди говорят, что это была не случайность – кто-то видел, как какие-то тени кружили вокруг дома. Жуть, правда? Риза лишь мрачно кивнула, ничего не ответив. Голова жутко гудела. Наверное, именно похмелье делало всё происходящее особенно неприятным, оставляя противный привкус на языке, будто она сама уже чувствовала чёрный дым и вонь горелого дерева. - Говорят, что духи тех, кто не смог покинуть дом, до сих пор блуждают вокруг… - Роза, надеюсь, ты не будешь рассказывать такие истории на вечеринке, - усмехнулась Риза, но голос всё равно прозвучал напряжённо, и Томас хихикнула, явно довольная своей шуткой. Когда, наконец, машина свернула на улицу у университета, Роза затихла, вертя в руках свой телефон, на экране которого уже мелькали новые сообщения. Перед входом в кампус стояли группы студентов, разодетых к Хэллоуину в не менее дурацкие костюмы. Кто-то притащил большой сабвуфер, и теперь у входа грохотала весёлая музыка, поднимая студентам праздничное настроение. - Приехали, - сказала Риза, чуть отстранившись от руля и надеясь, что звенящая голова, наконец, немного прояснится. - Ты настоящий герой! – Роза, стараясь не задеть сиденье, выскользнула из машины. Она ещё раз оглянулась на Хоукай и с улыбкой добавила: - Спасибо за спасение от утреннего дождя. Тебе стоит присоединиться к нам сегодня вечером. - Посмотрим, - отозвалась Риза, зная, что, скорее всего, ей удастся избежать этого «вечера» и всех его чудных персонажей. Нужно было сосредоточиться на работе, ещё и головная боль пока никак не собиралась отступать. Роза, весело помахав рукой, наконец, захлопнула дверь, и Риза, чуть расслабившись, снова завела двигатель. Пикап с рёвом покатился дальше, даже напугав пару ряженых студентов. Она бросила последний взгляд на ребятню у входа, наблюдая, как Томас уже весело смеётся с подругами, совершенно не вспоминая мёртвого оленя. А вот ей самой так же легко о нём забыть никак не получалось. Хоукай выехала на центральную дорогу, ведущую к штабу. Мрачные тучи по-прежнему висели над городом, и, казалось, не собирались расходиться. Дорога до работы была не слишком длинной, но сегодня из-за похмелья казалось, что она едет дольше, чем обычно. С приездом в этот мокрый городишко, она начала чаще пить. Надо с этим что-то делать… Заглушив двигатель, Риза облокотилась на руль и бросила уставший взгляд на почти пустую парковку. Лёгкое недовольство и тревога вспыхнули внутри – её взгляд вцепился в ряд машин, пока она против собственной воли что-то искала. Или кого-то. Наконец, глаза остановились на серебристом «Вольво» - конечно, он уже был здесь! – и на его капоте крупными каплями оседала мелкая изморось. Отстегнув ремень, она заставила себя выйти из машины. Стоя рядом со «зверем», Риза сдержанно огляделась, но взгляд вновь и вновь возвращался к автомобилю Мустанга. И почему его семья – и в особенности он сам – вызывают столько странных ассоциаций? Может интернет был прав, и с её психикой сейчас действительно что-то не так, раз она так зациклилась на этих «идеальных людях»? Штаб был погружён в привычную тишину, нарушаемую лишь негромким стуком клавиш, шорохом бумаг и приглушёнными разговорами. Хоукай, едва сдержав зевок, просматривала очередную кипу документов, методично перебирая каждый отчёт. Голова всё ещё гудела, подобно рою пчёл, а рабочий день, как назло, тянулся как вязкая, неспешная река, и, чтобы хоть как-то отвлечься от боли, она то и дело поглядывала в сторону сидящего за своим столом Мустанга. Сам полковник что-то писал в блокноте, быстро перечёркивал строчки и снова принимался за работу, почти не отрывая взгляда от записей. Его спокойно, сосредоточенное выражение лица только больше злило. Казалось, он замечает её взгляды, но даже не поднимал голову, будто намеренно игнорируя её присутствие. Пару раз она даже ловила себя на том, что буквально сверлила его взглядом, но Мустанг, всё ещё ничего не замечая, продолжал работать. Сержант Брош ткнул её ручкой в спину, и, когда Риза повернулась к нему, протянул пару документов, пробормотав что-то вроде «Поможешь?», опасливо покосившись на полковника. Это отвлекло от собственных мыслей, и она взяла пару страниц, углубившись в заполнение граф и цифр, хотя раз за разом взгляд всё равно непроизвольно возвращался к расстёгнутому кителю Мустанга и его уверенным движениям. Когда часы показали время перерыва, Риза охотно поддалась идее ребят выпить кофе и направилась следом за ними в кафетерий. Едва успев наполнить чашку горячим кофе, она ненавязчиво подошла к своей группе, прислушиваясь, как они обсуждают последние рабочие обновления и какие-то сплетни. - И в этом году малолетки забрались на холм, так что ночью опять будут фейерверки громыхать на весь город, - Мария озабоченно сжимала в руках свою кружку, явно пытаясь согреть о неё руки. – Как будто нам мало их прочих выходок. - На холм? – переспросила Риза, делая вид, что только подключается к беседе. – Это на тот, где дом сгорел? - Ага, тот самый, - Мария усмехнулась и кивнула, обменявшись с Дэнни и Ческой понимающими взглядами. – Странное место, особенно ночью. Никто так и не смог точно сказать, из-за чего начался пожар, но слухов хватает. - И что за слухи? – Хоукай старалась говорить как можно более непринуждённо, но всё же не удержалась от вопроса. - Слушай, местные любят устраивать страшилки из всего, - Ческа тоже присоединилась к беседе. – Пожар был восемьдесят лет назад, но многострадальный дом профессора Хо-хо дети продолжают поджигать чуть ли не каждый год. - Говорят, что в ту ночь на Хэллоуин все, кто был в доме – сам профессор Хоэнхайм, его двое сыновей и их подруга, – исчезли бесследно, - понизив голос, Брош скользнул за спину Ризы и положил подбородок на её плечо, шепча практически в ухо. – Якобы их тела так и не нашли, а людишки в городишке уверены, что мужик и дети до сих пор блуждают там по ночам. - И не только это, - вставила Мария, – мол, те, кто видел огонь, клялись, что в его свете видели фигуры, почти как людей, движущихся среди пламени. Риза, стараясь казаться небрежной, покрутила ложечку в чашке, хотя на самом деле слова коллег вызвали у неё острый интерес. А учитывая и слова Розы, сказанные утром, по спине пробежали даже мурашки. - И что, прям никто не остался в живых? – спросила она с нарочитой лёгкостью, пытаясь уловить больше подробностей. Ческа смущённо кивнула, словно подтверждая этот древний миф. - Все погибли, - тихо ответила она, будто боялась, что кто-то за другими столами может услышать их обсуждение. – Говорят, что это была одна из самых страшных трагедий города. Годами после пожара туда не пускали даже полицейских – боялись, что земля около профессорского дома проклята или что там до сих пор скрываются… ну, скажем так, привидения, - она усмехнулась, словно пытаясь развеять серьёзность собственных слов. – Давно это было, Риза. Тех, кто мог бы что-то вспомнить, давно нет, а мы только пересказываем старые легенды. Риза сдержанно улыбнулась, чтобы скрыть прокатившуюся волну неприятного волнения. Она делала вид, что просто отмахивается от всех этих городских страшилок как все остальные, но в глубине души чувствовала, как растёт беспокойство. Вчерашний олень выбежал вчера как раз неподалёку от того холма, просто ночью она не заметила чёрнеющий на нём дом, слившийся с окружающей средой. А сегодня он был мёртв. И лежал всё там же – на дороге, недалеко от холма.