The possible of the impossible / Возможное невозможного

             — И зачем я только согласился?       Влажный октябрьский воздух забирался под футболку. На улице было плюс двадцать восемь, но только что закончившийся сезон дождей напоминал о себе лёгкой сыростью.       Том, поправив воротник на куртке, косо посмотрел на паренька в костюме скелета, с открытым ртом пялящегося на него уже минут десять. Марко в это время расплачивался за какое-то «ты_должен_обязательно_его попробовать» какао, пахнущее тыквенными пряностями.       Демон к своему удивлению отметил, что на этом фестивале «Ужасов», приуроченном к Хеллоуину, было слишком много сладких запахов. Жжёный сахар, патока, мёд. А ещё очень многолюдно. И ему было чересчур неловко из-за того, что многие на него пялились.       Конечно Том уже привык находится среди людей. Но обычно они на него смотрели либо со сдерживаемым испугом, либо отпускали комментарии из серии: цирк уехал, а клоуны остались.       Прошедшая мимо группа девчонок под громкое улюлюканье показала ему палец вверх. Кто-то хлопнул по плечу, крикнув почти в самое ухо: Костюм — просто супер!       — Подожди ещё немного и тебе начнёт нравиться этот праздник, — протягивая ему оранжевый стаканчик, ободряюще улыбнулся Марко.       …Марко его друг — самый настоящий друг. Он не притащил бы его сюда, если бы в самом деле считал по-другому.       Том расправил угрожающе напряжённые плечи, и отхлебнул предложенный напиток. Вкус был пряно сладкий и довольно приятный. Он уже хотел поделится своими наблюдениями с Марко, но кто-то дёрнул его за штанину.       — Дядя, у тебя такой классный костюм. Можно сфотографироваться?       Мальчишка, изображавший скелета и так долго пожирающий его глазами, наконец-то набрался смелости озвучить своё желание. Счастливая мамаша, стоящая позади него, улыбалась Тому во все тридцать два, наставляя на них фотоаппарат. Отказ, по видимому, не предусматривался.       — А ещё у него горелка в ладонь вмонтирована. Том, покажи, — внезапно вмешался Марко.       Одним махом залив в себя остатки какао и выбросив стаканчик, демон поднял ладонь вверх, демонстрируя красный огонёк, ощущая слишком уж зыбкую уверенность. Он всё ещё немного стеснялся, но постепенно неловкость заменяло какое-то другое чувство. Мальчишка с неподдельным восторгом таращился на его руку, и Том впервые за долгое время ощутил довольство собой.       После того, как пламя охватило ещё и взъерошенные волосы демона, его начала обступать небольшая толпа детей и взрослых, желающий с ним сфотографироваться. Марко, бывшего в своей обычной байкерской куртке, быстро оттеснили к тележке с какао; он не особо сопротивлялся, добродушно наблюдая со стороны за счастливым демоном.       Том буквально сиял, все три глаза блестели от радости. Словно солнце наконец-то вышло из-за облаков и осветило демона; но это был его собственный внутренний свет.       Марко почувствовал, как в груди что-то ёкнуло, он давно не видел его таким. Последние несколько недель выдались напряжёнными; Том всё время повторял, что Марко крутой, не замечая своих собственных не менее важных поступков. Парень надеялся, что хотя бы на этом фестивале демон сможет почувствовать себя лучше. Стар была слишком сильно занята проблемой Эклипсы и прочими делами Мьюни, чтобы обращать внимания на всё больше погружающегося в пучину прокрастинации Тома.       По ушам резанул мерзкий звук проверки микрофона, отвлекая Марко от тревожных мыслей.       На большой импровизированной сцене, установленной среди деревьев парка, появился ведущий и объявил, что через несколько минут начнётся конкурс костюмов. Люди схлынули в её направлении.       Марко, подобравшись к Тому, тихо шепнул ему на ухо:       — Не хочешь поучаствовать? Даже не сомневайся. Ты победишь.       Марко сжал его плечо и подтолкнул в направлении сцены под громкие крики одобрения. И Том решил, почему бы и нет? В конце концов, может и не совсем честно, но он может позволить себе поучаствовать. Люди переодеваются в демонов… Демон… ну он такой, какой он есть.        После того, как Том вышел на сцену, желающих выставить на соревнование свой костюм поубавилось. Ему хлопали громче всех. ~       Портал домой надо было открыть в менее людном месте.       Счастливый Том двумя руками обнимал, полученную им за первое место огромную бочку сидра, следуя за Марко и видя из-за неё только полоску травы внизу и кроссовки своего друга.       — Понимаешь, каждый крут в своей области. В контексте этого праздника ты нравишься многим.       Мерный голос Марко доносился сквозь поток собственных мыслей, окутанных эндорфинным туманом. В такой ситуации демон не слишком-то следил за своими словами.       — А тебе я в каком контексте нравлюсь? — спросил Том, коротко облизнув губы.       И тут же застыл, почувствовав удушливую волну стыда. К скулам прилил румянец. Стук сердца отдался шумом в ушах, точно аплодисменты ликующей толпы несколькими минутами ранее.       Чёрт! Он хотел спросить у Марко: в каком контексте, он кажется крутым. А получилось какая-то двусмысленная фраза. Может, свести всё в шутку и сказать, что надышался парами от бочки с алкоголем?       Том уже открыл было рот, чтобы с кривой улыбочкой, оскалив все свои безупречно белые острые зубы, оправдаться. Но следующие слова заставили его почувствовать себя так, будто в его сердце попал электрический заряд.       — Да в любом, чувак!       Весь обзор Тому закрывала деревянная бочка, но он был уверен, что сейчас Марко смотрел прямо на него. Демон издал глухой странный звук, подавляемого восторга. Он и сам не совсем понимал, почему такое простое признание пробирало его до мозга костей.       — Ты ухмыляешься?       По движению сбоку Том догадался, что Марко попытался заглянуть ему в лицо, но демон ловко лавировал в сторону, выставляя бочку, как щит. Не очень хотелось, чтобы тот заметил его красную довольную рожу.       — Нет. Ты, кстати, был прав. Думаю, мне нравится… этот праздник.