Пациент

Чужая рука аккуратно потрясла меня за плече, на что я что –то пробурчал и перевернулся на другой бок. Слишком уж сладким был мой сон, просыпаться совершенно не хотелось.  — Иван Александрович… — настойчивая рука продолжала трясти меня, я недовольно разлепил один глаз и принялся выискивать нарушителя моего спокойствия. После того, как я открыл второй глаз передо мной я четко увидел обеспокоенного Людвига, он был от моего лица в каких-то пары сантиметров. — У вас все хорошо?  — Черт! Сколько времени? — Я резко сел на кушетку, но тут же пожалел об этом. В виски тут же ударила тупая боль. Глухо заскулив и схватившись за голову я сжался.  — Что с вами? — немец сразу же обеспокоенно положил руки на мои плечи и попытался заглянуть в лицо.  — Убери от него руки… — раздался женский голос. Мы синхронно вздрогнули. Людвиг тут же сделал шаг назад, а я медленно повернул голову на голос. Увидев ее меня передернуло еще сильнее. Сегодня ко мне привели Наталью Арловскую. Этой девушке уже тридцать, и сидит она в этой больнице за убийство своего жениха. В этих стенах она около пяти лет. Предыдущий психолог пытался хоть что-то у нее выведать, но все было тщетно. Причина ее пребывания заключается в том, что она убивала всех тех, кто хоть как-то напоминал ей о ее суженом. Поймали ее не сразу. Троих она успела убить, и это не считая парня. Одного сильно порезала. В прошлом она врач-хирург. Прям Джек Потрошитель. Но не сутью. Выживший парень дал все показания, и когда за ней пришли, то полиции предстала такая картина: Молодая девушка сидит и гладит по голове почти разложившееся тело своего любимого и что-то бормочет… Жуткое было зрелище. Когда выживший встретился с ней лицом, она утверждала, что это ее жених, и получил он по заслугам за измену. Ну, а после в ее квартире нашли и остальные трупы. Вы наверняка подумаете, что я чем-то похож на этого беднягу, но нет. И этот факт немного пугает. На одном из наших сеансов она чуть не задушила меня, благо охрана быстро среагировала на шум. Долго же ее пытались оттащить. Синяки от ее пальцев сходили не меньше недели. Так как в эту девушку вбить что-то бесполезно, ее просто на просто перестали водить ко мне. Ели честно, я даже вздохнул с облегчением. — Здравствуй Наташа… — я натянуто улыбаюсь и смотрю на девушку. — Привет Ванюша — она тут же просияла, но как только перевела взгляд на Людвига, лицо стало серьезным и даже угрожающим.  — Я пойду, если что, кричите. — немец тут же встал и быстрым шагом покинул кабинет. Супер. Вот так просто взял и смылся, а я то думал, что с ней уже все. Эх… Я медленно встаю с кушетки и пересаживаюсь в свое кресло, попутно указывая Наталье на освободившееся место.  — Я смотрю с тебя сняли смирительную рубашку, делаешь успехи в поведении? — Мило улыбаюсь, но всем телом я напряжен, как никак она меня чуть не задушила. Девушка брякнула цепью от наручников и смущенно убрала за ушко выбившийся из косы локон.  — Стараюсь для тебя. Мне сказали, что как только я выйду, мы обязательно поженимся. Мы ведь поженимся, Ванюша? — Ее голос был нежен и мелодичен. Если честно, я бы не против отношений с ней, не будь она сумасшедшей. Но как только до меня дошел смысл слов я возмущённо скривил лицо, но тут же исправился и натянул привычную улыбку.  — Опять придумываешь? Наташа. Мы ведь обсуждали это с тобой? –если честно, то у нее довольно богатая фантазия. Не удивлюсь, если она заявит, что является дочерью президента. Внушать людям она умела, и поэтому половина пациентов считает нас чуть ли не супружеской парой.  — Я не придумываю. Мне об этом вчера сказали. — сейчас она совершенно серьезна, а у меня от услышанного на губах образовалась истерическая улыбка. — Мне пообещали, что выпустят отсюда, за хорошее поведение, и мы поженимся.  — Кто тебе такое сказал? — перехожу на заботливый тон. Склоняю голову чуть вбок и делаю наивно удивленное лицо.  — Артур, я и напросилась к тебе, чтобы о свадьбе поговорить, столько хлопот, а у нас еще ничего не готово. — Наташа говорила это как-то отстраненно, будто до нее дошло что-то важное, но в тот же момент недосягаемое. Синие глаза потемнели и устремились куда-то в окно. Я лишь нахмурился, такой наглости со стороны Артура конечно можно ожидать. К тому-же начальнику охраны выгодно, чтобы больные вели себя тихо. И порой он идет на крайние меры. Артур Керкленд еще та заноза в заднице. Как только мы познакомились, я понял, что подружиться у нас не получится. Весь его вид говорил об этом. Сам не понимаю, что такого я ему сделал, но то что он меня ненавидит — это факт. Сам он закончил школу полиции с отличием, и что делает здесь я не понимал, пока не узнал от брата, сколько он получает и что входит в его обязанности. В тот момент я даже задумался, а туда ли я пошел учиться? С Александром он ведет себя словно лучший друг, и часто захаживает к нему на чай, который чуть выше сорока градусов. Иногда я подозреваю, что ко мне просто ревнуют, поэтому так и относятся. Хотя с чего бы, мы ведь братья…. Из раздумий меня вывело чужое прикосновение к моей щеке. От неожиданности я вздрогнул и покрылся мелкими мурашками. Я неуверенно взглянул на девушку, которая сейчас выглядела вполне адекватно и даже мило. Локон, что она так старательно убирала за аккуратное ушко снова выбился и уже чуть прикрывал симпатичное личико. Я перехватил руку девушки и убрал от своего лица. Мне не хотелось расстраивать ее. Иногда даже жаль таких людей, которые из-за любви сходят с ума. Хотя, как по мне, то каждый влюбленный немного сумасшедший. — Наташа. Ты ведь понимаешь, что я это не он? — от этих слов девушка вздрогнула и выдернула свою тоненькую ручку из моей.  — Понимаю. — голос ее стал низким и хриплым. Лицо тут же потускнело. А тени на ее лице залегли так, что состарили это милое лицо лет так на десять-пятнадцать. Глаза она опустила в пол и будто начала что-то обдумывать. — Он не вернется. И кем-то другим ты его не заменишь. Может, ты все-таки расскажешь, что тогда произошло? Я клянусь, что об этом никто не узнает — Наташа вздрогнула и подняла на меня суровый взгляд. Она так и не поведала подробностей своего мотива, прикрываясь лишь тем, что парень ей изменил. Убийств своих она не отрицала, да и что тут отрицать, когда тебя взяли с поличным? Она сверлила меня своим серьезным взглядом, а после положив свои локти на колени и немного сгорбившись сцепила руки в замок. Почему-то сейчас я вспомнил Гилберта, и меня накрыла какая-то тоска. Когда я видел его? Вроде недавно, а вроде и давно. Почему-то я осознал, что скучаю. Скучаю по этому оскалу, блеску в глазах и невероятному самолюбию. Интересно, приведут ли его ко мне сегодня?  — Ладно, я расскажу. Но если вы думаете, что все убийства были проведены на почве ревности, то вы глупец… — Наташа незаметно для меня оскалилась. В голове сразу закрутились мысли: неужели она решилась? Спустя столько лет? Я без раздумий приготовил блокнот и ручку, а она не поднимая головы начала свой рассказ. В совсем юном возрасте я часто привлекала к себе мужское внимание. Миниатюрная девочка, с платиновыми волосами, синими, как море, глазами и слишком хорошей фигуры для моего возраста. Как такую не заметить? Мои родители были верующими, да и я от них не отставала. Мы были самой обычной семьей, каждое воскресенье посещали церковь, сельские ярмарки. Мать моя занималась благотворительностью, а отец рыбачил. Что же могло сделать из такой милой девочки чудовище? А я расскажу. В один из осенних дней родители уехали в город, а я, как приличная девочка, отправилась в церковь. Мне велено было исповедаться. Помню был дождь. И в церковь я прибежала мокрая, как мышь. Время было позднее и в церкви находился только отец Михаил. Он был красив и совсем молодым был для священника, около тридцати лет. Он любезно пригласил меня в какую-то коморку, предложил чай и сухие полотенца. Мы долго беседовали, а после. После его руки оказались на моих коленках, они поднимались выше, периодически поглаживая ноги. Я испуганно смотрела на него, а он с очаровательной улыбкой что-то мне нашептывал. В итоге он просто изнасиловал меня. Когда все кончилось, меня отвели домой и велел никому ничего не говорил, грозя тем, что мне никто не поверит. Когда я приходила в церковь, Святой Отец не упускал возможности потрогать меня, иногда, просил моих родителей, чтобы я помогала ему в церкви. Они наивно отправляли меня к нему, даже не подозревая, что делают с их дочкой. Эти мучения продолжались около года. С каждым разом он был все грубее и ненасытнее. А когда я пригрозила рассказать все родителям, он взбесился. В тот вечер я выбежала из церкви вся в крови, мое сердце бешено колотилось, а ноги несли прочь. Не знаю, кто или что помогло мне, но церковь в этот вечер сгорела, а я вернувшись домой избавилась от всех улик. Каждую ночь мне снилось, как я убивала его, как по рукам текла кровь, как я вгоняла острый осколок в его мягкое тело. Это начинало нравиться. Через год не моих глазах пьяный сосед зарезал моих родителей, меня опять же спасло везение. Пока я очарованная смотрела на окровавленные тела, соседа уже увозила полиция. Дальше меня досматривала бабушка. Иногда, я от нечего делать убивала бездомных животных, а глупые сельчане думали, что в деревни появились сатанисты. Свое второе убийство я совершила в возрасте двадцати лет, так просто. Мне было скучно, и я убила какого-то бомжа. Я старалась сделать все так красиво и искусно, будто художник, пишущий картину. Думаю, именно из-за любви кого-нибудь порезать я пошла на хирурга. Через пару лет я познакомилась с Игорем. Я влюбилась в него с первого взгляда, все было хорошо и дело шло к свадьбе. В тот злополучный день мы сильно повздорили, и он ударил меня. Я решила не оставаться в долгу и схватив со стола кухонный нож воткнула в его живот. Когда острое лезвие вошло в него по самую рукоять я растянулась в улыбке, в голове словно что-то клацнуло и мне захотелось продолжить. Через пару дней мой мозг потребовал еще, и я начала искать новую жертву, потом еще и еще. Последняя моя попытка оказалась неудачной, и парень сбежал. Вообще отмазку об измене я придумала сразу же и решила прикинуться сумасшедшей….  — …все получилось, и вот я в тепле и уюте, а не в дряхлой камере с сырыми стенами и соседкой по койке. Мне, конечно, жаль, что здесь я не могу дальше творить. — девушка посмотрела на меня и на ее лице был звериный оскал, от этого рассказа по моей спине прошел холод. Я собирался уже что-то сказать, но она не позволила. — Расслабься, Ванюша, тебе все равно никто не поверит. Когда я отсюда выйду, мы обязательно встретимся… — Наташа подняла взгляд на часы, а после встала с кушетки. Я смотрел на нее шокированными глазами. В этот же миг к нам вошел Людвиг.  — До свиданья, Иван. Была рада видеть вас. — она кинула на меня хитрый взгляд и улыбнулась на прощанье. Когда дверь кабинета закрылась я шокировано смотрел в одну точку. Все это время она пудрила мозги? Ведь ее ждала бы смертная казнь за такие преступления… Умно… Я устало потер виски и поднялся с кресла, походив по кабинету я заметил в своем книжном шкафу какую-то лампочку, подойдя чуть ближе я понял, что это камера. Теперь понятно, откуда Саша узнал про поцелуй. Не долго думая я вытащил этот предмет моей мебели и уверенным шагом направился к брату. В кабинет я вошел без стука и, не заметив сидящего в кресле Керкленда, кинул брату на стол камеру.  — Какого черта? — я конечно зол не был, но по возмущаться решил. Брат от такой неожиданности вздрогнул и поставив на блюдце чашку, явно не с чаем, поднял на меня удивленный взгляд. — Не понимаю тебя, Иван. — Саша удивленно моргнул пару раз, затем быстро нахмурился. — Я нашел эту камеру на книжной полке. — процедил я сквозь зубы.  — Это мое, так что слушаю твои претензии. — Я резко обернулся на голос. Артур помешал чайной ложечкой чай, затем, сделав глоток, взглянул на меня изумрудными глазами. Он был совершенно спокоен, угрызения совести его явно не беспокоило. Я зло втянул ноздрями воздух. Ругаться с этим англичанишкой мне не хотелось. После того, как я более или менее успокоился. Я натянул милейшую улыбку.  — Артур, не думал, что моя персона так тебе интересна, раз решил по подглядывать за мной… — я склонил голову в бок и сунул руки в карманы.  — Поверь мне, интересна. — он усмехнулся и посмотрел на меня так, будто знает что-то и даже больше. От этого взгляда меня передернуло, но я старался не подавать вида. — Что-то тот альбинос к тебе не захаживает, а еще кое-кто спит на рабочем месте. Ай-яй-яй, как нехорошо, нехорошо… — он покачал головой, словно отчитывал любимого сына за разбитую вазу.  — Это не твое дело, Керкланд. — Я улыбаюсь еще шире, а внутри бушует ярость. Он все видел, он все знает. Этот мудак все знает.  — Если бы не он, то та девчонка придушила бы тебя. — я обернулся и посмотрел на брата. — Это выходка, спасла тебе жизнь, а ты так благодаришь. Артур, а ты прекрати свои шуточки. Тебя уже заждались. — Блондин поставил чашку на Письменный стол, и окинув меня недовольным взглядом вышел из кабинета.  — Если там стояла камера, значит….  — Он все знает. — закончил за меня брат. От услышанного я подавился воздухом. Мог бы и соврать. Теперь придется ловить на себе его странный взгляд. Чертовы сюрпризы, а сейчас только обед. Этот день я помечу, как самый худший в своем календаре. Ничего не сказав, я вышел из кабинета, громко хлопнув дверью. Я не спеша брел по этажам, меня, конечно, немного отпустило, и место гнева сразу же заняло возмущение. Остановившись у какой-то двери, я сделал глубокий вдох. В нос сразу же ударил запах сырости. Видимо это дверь в одиночки. Здесь обычно держать самых буйных. Посидев здесь с недельку любой станет послушным и покладистым, поговаривают, что охрана не прочь позабавиться с пациентами, но это лишь слухи. И отчего-то мне захотелось проверить их. Рука сама потянулась к ручку и жадно схватила ее, как спасательный круг. Что-то внутри кричало, что делать этого нельзя, но как мы все знаем, любопытство превыше всего. Я дернул за ручку, но дверь не поддалась издав лишь какой-то тяжелый стон. Заперто?  — Заблудились? — От неожиданности я чуть ли не до потолка подпрыгнул. Артур сверлил меня зелеными глазами и отчего-то мне казалось, что там плещется яд, губы тут же растянулись в мерзкой улыбке. — По-моему, ваш кабинет находится этажом выше. Сюда можно входить лишь охране и начальнику тюрьмы.  — Ох и правда… — Я запустил ладонь в волосы и чуть взъерошил их на затылке. — Кажется я заблудился. — Стараюсь прикинуться дурачком, но весь вид собеседника так и кричит: «Ты думаешь я куплюсь? Или я так похож на дебила?» — Думаю, я обязан проводить вас, дабы вы не потерялись снова… — Он внимательно меня осмотрел и все с той же улыбкой направился в сторону лестницы. — Идемте, у вас сегодня еще столько приемов…