Should have known better

Джейс поддерживал Алека всю ночь, положив ладони ему на грудь, чтобы следить за дыханием и сердечным ритмом. Его руки устали и тряслись от напряжения, а кожа пылала там, где прикасалась к горячему телу, но он все равно не выпускал брата из объятий. Иззи суетилась вокруг, беспокоясь, чтобы не настало обезвоживание, и при необходимости ставя Алеку капельницы. Она сменила платья и каблуки на спортивные штаны и доставшуюся ей от Алека старую футболку. Вещь была ей слишком велика, но девушка натянула поверх нее столь же огромную толстовку, которую Алек носил пару дней назад. Длиннющими рукавами она вытирала слезы, а волосы собрала в неаккуратный, наскоро повязанный пучок. Джейс наблюдал за тем, как она шмыгает носом, завернувшись в свитер и ковыряя дыру в подоле. — Из? Иззи закусила трясущуюся губу и заговорила глухим, дрожащим голосом: — Я просто хочу, чтобы с ним все было хорошо. Он мой старший брат… Не знаю, что я буду делать, если… Почему он не сказал нам? Почему он предпочел страдать и терпеть боль вместо того, чтобы позволить нам ему помочь? Джейс тяжело вздохнул под весом Алека, слезы Изабель разрывали ему сердце. — Ты же знаешь его. Он хотел нас защитить, хотел быть сильным. Он забывает, что за ним тоже нужно приглядывать. Он поправится, Из. Мы о нем позаботимся, и Магнус нам поможет. Иззи кивнула. — Мама с папой возвращаются из Идриса, они будут здесь через несколько часов. Им придется пропустить несколько важных собраний Клэйва, и я не знаю, что чувствовать по этому поводу. Они так торопятся, потому что все гораздо хуже, чем мы думали, или чтобы помочь за ним ухаживать? Может, со всеми нами у него будет больше шансов? Джейс подумал о Максе, который сейчас находился с воспитателями заграницей. Если Алек умрет, позволят ли их братишке с ним попрощаться? Но Алек не умрет, он выздоровеет. Выходит, Макса просто хотят оградить от лишних переживаний? Джейс, наконец, вновь обрел голос. — Надеюсь, они будут вести себя подобающе с Магнусом. Изабель согласно кивнула и, прислонившись к кровати, положила голову Алеку на ногу. Вздохнув, почувствовала знакомый аромат ванильного геля для душа, он исходил от свитера, чья согревающая тяжесть окутывала ее. Эти мелочи успокаивали ее так, как могут успокоить только взволнованную маленькую сестренку. Иззи взяла руку брата и сжала ее в ладонях, засыпая и мечтая о том, как увидит его улыбку и как он будет утешать ее, когда очнется. ........................................ Магнус внимательно следил за тем, как поднимается и опускается грудь Алека — наконец-то, глубокое, ровное дыхание вместо поверхностных, рваных вдохов. Маг сидел с закрытыми глазами, обеими ладонями прижимая к губам безвольную руку своего Ангела, целуя бледную кожу. — Александр… Ты самый глупый сумеречный охотник из всех, что мне доводилось встречать. Почему ты никому не сказал о том, что ранен? — Магнус вздохнул, зная, что не услышит ответа. Прошло уже два дня, а парень до сих пор не пришел в себя. Его родители, вернувшись из Идриса, места себе не находили от беспокойства. Алеку стоило очнуться хотя бы для того, чтобы увидеть, как сильно они за него переживают. Магнус видел в Маризе скорее военачальника, чем мать, и она ясно дала понять, что думает об отношениях сына с магом. Он решил, это значит, что ее любовь к сыну не так сильна, как чувство долга, но стоило ей зайти в комнату и увидеть, как ее ребенок страдает от жара и боли, тревога тут же исказила ее лицо, и Магнус понял, что недооценивал ее. Она вошла, полная решимости быть сильной и держать эмоции под контролем. Но Алек лежал такой бледный, неподвижный, дышал с трудом, и ее решимость разбилась вдребезги. Когда она, присев на постель, взяла в ладони лицо своего мальчика, из ее глаз потекли слезы. — О, Алек. Мне так жаль. Я здесь, милый. Мамочка здесь, я позабочусь о тебе. Несмотря на их многочисленные ссоры, сработал детский инстинкт, подсказывающий больному ребенку искать утешения у матери, и Алек, так и не приходя в сознание, прижался щекой к ее руке. Пока Мариза хлопотала над сыном, Роберт молча стоял в дверях, набираясь смелости, затем сел на постель рядом с женой. Он осторожно положил ладонь Алеку на лоб и прошептал ему слова утешения, затем вознес молитвы ангелам, чтобы те пощадили его сына. Его глаза были закрыты, а голос дрожал. Магнус был поражен. Они уделяли внимание своим детям, только когда хотели сделать им замечание или отдать приказ, а тут ведут себя именно так, как должны себя вести родители, когда их дети в них нуждаются. У Магнуса не было примера хороших родителей из собственного детства, поэтому он никак не мог определиться, считать их поведение лицемерным или же достойным восхищения. В итоге, рассудив, что, раз уж они решили начать выполнять свои родительские обязанности, он не станет им мешать, тем более им всем сейчас это было нужно. Иззи с Джейсом с ума сходили от горя и беспокойства, так что проснувшееся у их родителей желание заботиться о своих детях оказалось как нельзя кстати. Мариза с Магнусом практически не разговаривала, а вот Роберт пожал ему руку и поблагодарил за то, что он сделал для Алека. — Если бы вы с Изабель не работали столько времени над этим делом, если бы тебя здесь не было… Вряд ли я смогу когда-либо отблагодарить тебя за все, что ты сделал. Я знаю, Мариза ведет себя грубо, и мы не со всем согласны, но я хочу, чтобы ты знал — мы просто желаем нашему сыну самого лучшего. Мы хотим, чтобы он был счастлив. И если лучшее для него это ты — а, похоже, что так и есть — то я с радостью готов вас поддерживать. Спасибо тебе, Магнус. Магнус удивился, услышав от мужчины свое имя, а не те звания и прозвища, которыми его обычно награждали. Улыбнувшись, пожал ему руку с ответной благодарностью. Иззи с Джейсом были непреклонны в своем желании оставаться рядом с братом, так что скоро его комната оказалась набита битком. Магнусу позволили оставаться там постоянно, на случай если понадобится его магия, остальным пришлось чередоваться. Старшие Лайтвуды откладывали свои дела так долго, как только могли, но, в конце концов, им пришлось вернуться в Идрис. — Клэйв может подождать со своими собраниями. Он наш сын. Наши дети нуждаются в нас, мы их не бросим. И вот они снова ведут политические игры и делают доклады, в то время как Джейс и Иззи присматривают за братом. Джейс держал парабатая за руку, прижав во сне их переплетенные пальцы к щеке. Голова Изабель покоилась на плече Алека, руки крепко обнимали его поперек груди. Магнус позволил ей остаться в этом положении, довольный тем, что оно не причиняет Алеку боль. Он знал, что она не сможет уснуть, не слыша под ухом биение сердца своего брата. Магнус вновь поцеловал пальцы Алека и бережно убрал пряди волос с его лица. Этой ночью лихорадка спала, и его больше не рвало демонической кровью. Руны с утра виднелись четче, и Магнус надеялся, что он скоро придет в себя. — Пожалуйста, любовь моя, мы так за тебя волнуемся. Открой хотя бы на мгновение свои красивые глаза, просто чтобы дать нам понять, что с тобой все хорошо. Алек не ответил, но с недавних пор он начал реагировать, его сон уже был не таким глубоким. Он недовольно нахмурил брови и глубоко вздохнул, словно перед пробуждением. А затем, в который раз уже, выдохнул, расслабляясь и снова засыпая. Однако в этот раз его пальцы стиснули ладонь Магнуса, заставляя того выжидающе наклониться вперед. — Александр, дорогой, ты меня слышишь? Алек вздохнул еще раз и, чуть повернув голову, потерся щекой о макушку сестры. Магнус улыбнулся, наблюдая, как все трое одновременно пошевелились, словно были единым целым: Иззи крепче прижала к себе Алека, Джейс, продолжая держать его ладонь, положил их соединенные руки под щеку, используя вместо подушки, а Алек сжал его руку в ответ. Магнус с облегчением рассмеялся, когда Алек пробормотал: — Магс… Магнус придвинулся ближе, не переставая покрывать его пальцы мокрыми от слез поцелуями. — Я здесь. Я здесь, все хорошо. Все еще не открывая глаз, Алек недовольно сморщил нос. — Ты… назвал меня глупым. Магнус снова рассмеялся, немного истерично, он по-прежнему прижимался губами к пальцам Алека, и один из них, выпрямившись, ткнул его в щеку. — Ммм-не… глупый. — Еще какой. Ты никому не сказал, что ранен, и чуть не умер из-за этого. Глупый, красивый, прелестный нефилим. Как только ты поправишься, мы втроем надерем тебе твою прекрасную задницу. Потребовалось больше усилий, чем он думал, чтобы суметь, наконец, открыть глаза. Первое, что Алек увидел, это свернувшаяся клубком сестра, она прижималась щекой к его груди, от чего ее губы сложились бантиком, словно прося поцелуя. Затем он перевел взгляд на Джейса, который крепко стискивал в руке его ладонь, прижимая ее во сне к лицу и согревая дыханием их переплетенные пальцы. Алек улыбнулся и, повернув голову, встретился с ответной улыбкой своего любимого мага. — Эй, ну что ты, — промямлил он, увидев, что Магнус улыбается сквозь бегущие по щекам слезы. — О, Александр. Я боялся, что больше никогда не увижу твои красивые глаза. Он наклонился вперед, соприкоснувшись с Алеком носами, а затем прижался поцелуем к его губам. Его ангел еще никогда не казался таким приятным на вкус — эти неуклюжие, неповоротливые, нежные и такие мягкие губы. Магнус сполз со стула, опускаясь на колени у кровати, чтобы быть к Алеку ближе. — Прости. Я не хотел тебя волновать. Я не знал, что все окажется так плохо. — Тебе было больно — одного этого уже достаточно. Мне плевать, если это всего лишь царапина, ты должен говорить нам, когда с тобой что-то случается. Он замолчал и провел одной рукой по волосам Алека, другой прижимая его ладонь к своей груди. — Это было ужасно. Мы все так переживали. Жар не спадал, и ты потерял столько крови. Мы вызвали твоих родителей из Идриса, сейчас они разбираются с какими-то срочными делами Клэйва, но до этого два дня подряд не отходили от твоей постели. Похоже, Алек начал понимать, насколько все было серьезно. Приезжали его родители, и он, судя по всему, оставался без сознания гораздо дольше, чем ему казалось. Магнус выглядел потрясенным, макияж отсутствовал, волосы в беспорядке. Он по-прежнему был красив, но Алек понимал, отсутствие укладки говорит о том, что Магнус не отходил от него. — Прости. — Ты должен пообещать мне, что такого больше не повторится. Я серьезно, Александр. Никогда. Парень кивнул, не в силах отвести взгляд от кошачьих глаз Магнуса. — Обещаю. Я буду рассказывать тебе обо всем. Магнус кивнул и склонился для еще одного поцелуя. — Отлично. Потому что я не собираюсь терять тебя так скоро.