into you

      Вечер пятницы — любимое время лишь для тех, кто ненавидит свою работу (впрочем, я близка к этому в период дедлайнов) и тех, кому есть, куда податься и с кем развлечься. Раньше было и мне. До тех пор, пока моих подруг не расхватали замуж.       Поэтому теперь я торчала дома одна в компании двух Марго: пиццы и смеси текилы с лаймовым соком, которую потягивала из любимой чашки. В этом преимущество одиночества (одно из немногих) — можно не заморачиваться с выбором посуды. Или белья. Или сериала на вечер. Я вот в миллионный раз включила «Друзей», переборов проклятое желание начать просмотр с первой серии первого сезона, и уже растянулась на диване, взяв кусок пиццы, как раздался стук в дверь…       Это всегда приводит в замешательство, правда? Когда ты никого не ждешь, но кто-то является и портит тебе все веселье, если мое времяпровождение, конечно, можно назвать таковым.       Вернув пиццу в коробку — ага, тарелку я тоже решила не пачкать, в конце концов, я не имею привычки делать триста снимков со всех ракурсов жалкого куска теста, лежащего на антикварной посуде, для своего инстаграма, — я заставила себя встать с дивана, когда стук повторился, и потопала открывать.       Через минуту я уже застыла от удивления.       Передо мной стоял мой босс. У меня на пороге. В вечер пятницы. Между ним и пришельцем, как внезапным гостем, я бы, скорее, поставила на пришельца. Пусть с боссом нас и связывала одна давняя, не такая уж совместная, история, которую, впрочем, легко было игнорировать, учитывая его неспособность запомнить мое имя.       Я бегло осмотрела его — ну, надо же знать, какого черта он здесь забыл. И как вспомнил мой адрес без подглядывания в личное дело.       После работы он явно побывал в душе, побрился, переоделся в свежую рубашку, пусть и дополнил ее пиджаком.       А в руках он держал бумажный пакет из ближайшего, недешевого, между прочим, маркета. Туда за пивом и чипсами не ходят. То есть он явно на что-то рассчитывал, на что намекало горлышко винной бутылки.       — При-ве-е-е-е-ет… Давно не виделись… Кэрол… — начал он радостно, нацепил на лицо лучшую свою улыбку — что-что, а обворожительно улыбаться он точно умеет, — но она померкла, а вместе с ней и блеск в глазах. Да и интонация рухнула тоже, когда он увидел меня. Интересно, что-то еще упало или я в своем домашнем наряде не обладаю аж настолько «сногсшибательным» эффектом? На мне чистая симпатичная пижама, и пятна от томатного соуса на груди еще нет. Все должно быть в порядке. Кроме…       Кэрол.       А ведь меня-то зовут вовсе не так.       Я тоже в ответ улыбнулась. Я привыкла это делать, сталкиваясь с ним в офисе, это уже чертов рефлекс, и он не зависит от моих эмоций в тот или иной момент.       И спросила:       — И что же вы здесь забыли, мистер Стэн?..       Мистер Стэн взглянул на меня растерянно, словно отказывался принимать тот факт, что мы вот так столкнулись, и провел ладонью по гладкой щеке. На мизинце блеснул серебряный перстень.       — Нелепица какая-то.       Эту нелепицу зовут Белль, и до того, как она стала миссис Денежный мешок, крутила роман с моим боссом, который в основном состоял из походов по пустым квартирам друзей для быстрого перепихона и возвращения туда же на вечеринки, если таковые случались. Стэн был не тем парнем, которого Белль собиралась пускать в свою жизнь надолго, поэтому к себе домой она его тоже не приглашала.       Вот так он побывал у меня в гостях. Трижды. И лишь один раз я присутствовала при этом.       — Мне кажется, сюда больше подходит иное слово…       Но материться при боссе я не собиралась.       Пока он вглядывался вглубь моего жилища, видимо, отказываясь признавать, что здесь есть я и только я, в квартире напротив щелкнул замок. Дьявол! Как не вовремя-то!       Одним рывком я затащила мистера Стэна в прихожую — он даже не успел опомниться и начать сопротивляться, — и захлопнула дверь. Явно громче чем следовало. Как еще кусок потолка не рухнул мне на голову от этого грохота.       — Я… Э… Эй! — промямлил он позади меня, пока я припала к глазку, наблюдая, что же будет происходить на лестничной площадке и не испытывая ни грамма гордости за подобное поведение.       Мисс Решительность меня не назвать, знаю. Мне нравился мой сосед. Нравился с самого первого дня, как я столкнулась с ним, заносящим свои вещи в новое жилище. У меня не было секса уже четыре месяца, а он стоял там в своей пыльной белой майке, мокрой от пота, прилипшей к его совершенному торсу, и я подумала, что попала в рай. Увы, рай захлопнул передо мной свои врата, и все, что я получала от соседа, — лишь улыбки и пустые вежливые приветствия. Поэтому мне очень не хотелось, чтобы он увидел у меня на пороге какого-то мужика в пятницу вечером. Да, я все еще надеялась на свой шанс. Ну, хотя бы на полшанса.       Когда мой сосед, одетый в черную кожанку и серые джинсы, скрылся в лифте, я вновь обратилась к боссу.       — Ну все, путь свободен.       — Ничего не понимаю, — логично. Я тоже. — А где Белль?       — Это очень-очень хороший вопрос, мистер Стэн, — согласилась я и пошла в гостиную за телефоном, надеясь, что подруга, которой пора бы уже перекочевать в разряд бывших, удостоила меня хоть каким-нибудь пояснением.       Сообщение уже ждали меня в телефоне.       "Это твой подарочек, Биби, чтобы ты не скучала одна в пятничный вечер"       — Белль не придет, — выдохнула я.       Мистер Стэн, в отличие от меня, не сдерживался и выругался. Наши впечатления от произошедшего, в принципе, совпадали. А это он еще не в курсе, что его преподнесли мне в качестве подарка. Как букет заболевшей подруге. Но я не собиралась сообщать ему об этом. Отчасти потому, что в голове любое подобное признание звучало паршиво, а значит, когда я его озвучу, станет лишь хуже.       Взгляд голубых глаз метнулся от двери, к пакету и застыл на мне.       — Наверное, я должен извиниться… — начал мистер Стэн.       — За вторжение, — помогла ему я.       — И за это тоже.       Вот тут-то он впервые правильно назвал меня по имени.       В ответ на мое изумление пояснил:       — Не знаю, почему я вел себя как идиот и притворялся, будто мы не знакомы. И будто я неспособен запомнить, как зовут моих сотрудников. Я такой идиот. Игнорировал тебя и наказывал, чтобы не думать о Белль, а сам примчался по первому же ее зову.       — Да нас только представили друг другу на вечеринке, вот и все, мы действительно были не особо знакомы вне работы, — отмахнулась я.       — Но тем не менее, я знаю, насколько мягкая твоя кровать…       Я поморщилась.       — Вот об этом можно было не напоминать.       К счастью, Белль всегда меняла после своих свиданий постельное белье.       — Прости. Это… — мистер Стэн вновь взглянул на пакет и без колебаний протянул его мне, — пусть будет чем-то вроде компенсации. За все сразу.       Я пожала плечами и приняла дар, который вовсе не предназначался мне. Но кто станет отказываться от дармового вина и прочих вкусностей? Вот-вот.       — Спасибо. Эм… И это тоже мне?.. — уточнила я, заглянув в пакет.       Оттуда я достала комплект кружевного белья, если можно назвать бельем эту паутинку.       — Получается, что так, — пожал он плечами.       Если мистер Стэн и смутился, ему удалось это скрыть. Наоборот, он даже наградил меня ухмылкой, говорящей «Брось, ты же прекрасно знаешь, чем мы с ней собирались заняться».       О да, я знала. В какой-то момент меня даже пробрала злость, что Белль и замужем умудряется вертихвостить. Пусть она и собиралась одолжить своего любовника мне. При этом не спросила ведь, согласна я или нет. Какого она обо мне мнения, а? Что я настолько изголодалась, что брошусь на любой кусок мяса, с которым останусь наедине?!       — Вот дрянь! — прорычала я. — Я собираюсь напиться, а потом высказать ей все, что я о ней думаю.       Мистер Стэн посмотрел на дверь, потом на меня, потом снова на дверь, и провел ладонью по волосам.       — А можно мне с тобой?.. Я бы не отказался сейчас от выпивки.       — Ладно, лишняя чашка маргариты у меня найдется, — мотнула я головой. — Вот что, что в ней такого, что ты, мистер Стэн, примчался сюда по первому ее зову? Или вы снова закрутили роман, просто я об этом не знаю?       Если это так, тогда я точно ее прибью.       — Себ, раз уж мы не на работе и я задолжал тебе. Хотя справедливее будет называть меня Карл. Или Придурок. Я себя и правда сейчас ним считаю. И нет, — он выразительно взглянул на меня, — мы не виделись довольно давно. Знаешь, а ведь она меня даже не бросила. Просто перестала появляться, а сегодня свалилась как снег на голову. Спросила, не хочу ли я поразвлечься, и отправила твой адрес.       Я пару секунд помолчала, не особо рассчитывая, что до него дойдет вся коварность плана Белль, но мистер Стэн то есть Себ, а вообще-то Себастиан, или мистер Ловкие пальцы, как его пару раз за глаза величала Белль, к счастью для себя, и для меня тоже, был слишком поглощен этим ударом и голова у него соображала туго.       Я взяла еще одну чашку на кухне и налила ему коктейля. Первую порцию он выпил залпом. Вторую же только пригубил.       — Лучше? — спросила я вкрадчиво.       — Не совсем, — честно признался он.       — Тогда пей еще.       Я и сама потянулась за кувшином, чтобы налить добавки.       — А потом, как наберешься храбрости, брось ее первым.       Себ завис, задержав чашку у рта, и посмотрел на меня, облизнув так и не смоченные снова маргаритой губы.       — А разве это не будет странно? И глупо?       — Сказал человек, который примчался сюда по ее щелчку пальцев. Ты можешь оставить все как есть и ждать еще три года, вдруг она снова вспомнит о тебе. Или поставить точку и наконец-то жить дальше и найти себе другую.       — Да я и так неплохо жил все это время, — признался он.— Белль никто никогда не бросал.       Наши взгляды встретились. Я никогда не смотрела в глаза этому мужчине и не замечала, какой необычный у них оттенок, пусть сейчас они и были уже слегка затуманены алкоголем.       Я вздохнула и уступила ему немного, опустила голову и заглянула в чашку.       — Я сделаю это, — решился мистер Стэн. — Только сначала выпью еще немного…       Увы, с выпивкой мы переборщили, и наш изначальный план слегка забуксовал.       Откинувшись на спинку кресла, Себ выдохнул, словно наконец-то смог расслабиться, и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке.       — Господи, ты смотрела на это кружево так, будто ничего подобного никогда не носила, не держала в руках и не видела, — хохотнул он внезапно.       Я возмущенно нахмурилась.       — Не-а, а вот и нет.       А потом добавила:       — Я ожидала найти там страпон или ошейник. Но никак не белье. Это так предсказуемо...       Себ в который раз взглянул на меня так, словно увидел впервые или рассмотрел только сейчас что-то, чего не замечал прежде. В голубых глазах сквозило любопытство, в усмешке, украсившей его губы, было оно же.       Я и сама ухмыльнулась. Едва не спросила, неужели он считал, что я не знаю о подобных штучках, что я не думаю о них? Что я настолько хорошая скучная девочка? Может, Белль внесла свою лепту в этот образ, но я не собираюсь его крушить, не сейчас, когда мы вдвоем, надо мной висит ее чертово сообщение, а в воздухе витает запах рома с лаймом. Это неправильно. Хотя бы потому, что это будет по ЕЕ сценарию. С сегодняшнего дня я не хочу, чтобы Белль хоть в чем-нибудь побеждала. Не после того, как подставила меня настолько жестко и неприлично.       — У меня достаточно фантазии, чтобы обходиться без подручных средств, — после затянувшегося молчания Себ наконец накрыл меня с головой своим ответом-волной духоты, затопившей комнату.       Наверное, это от выпитого. Или нет. Но правильней будет валить все на коварную Марго.       Между нами вновь повисла пауза, полная невысказанных вопросов и шуток, которые могут все существенно усложнить. Они пощипывали кожу, когда я вновь пригубила коктейля, чувствуя, что голубые глаза мистера Стэна по-прежнему прикованы ко мне.       Потом он выпрямился. И вздохнул.       — Мне пора. Я и так засиделся.       — Да, так будет лучше всего, — согласилась я и неспешно пошла за ним в прихожую.       Вот-вот все закончится. Вот-вот этот туман неловкого, хоть и слегка пикантного, вечера рассеется, когда за боссом закроется дверь.       Но оказавшись возле нее Себастиан затормозил и обернулся ко мне. Настолько резко, что пошатнулся. И повалился вперед.       Я прижалась к стене спиной, прямо напротив вешалки, чтобы мы не столкнулись и не рухнули вместе на пол.       А Себ сумел выровняться, сделав пару путаных шагов на месте, и оперся ладонью в стену возле моего уха, переводя дух.       На какой-то миг наши глаза, наши пьяные взгляды снова встретились. Я захихикала. Спустя секунду расхохотался и босс.       Но наши лица были так близко, так чертовски близко, что игнорировать эту пульсирующую в мозгу мысль было невозможно.       Посерьезнев, — видимо, его мозг посетила она же, — Себ сказал:       — Знаешь, я могу и не уходить...       — Можешь, — еле слышно выдохнула я, не совсем понимая, что имею в виду — что у нас еще есть, что выпить. Или осталось незавершенное дело с Белль. А может, речь уже совсем не о ней.       Время остановилось. Была только я, он и его прожигающий насквозь взгляд.       А еще палец, которым Себ коснулся моих губ. Нежно, ласково, едва ощутимо. От уголка к уголку. Сначала провел подушечкой по верхней, потом по нижней губе, задевая слегка, оттягивая ее. Словно он представлял, каково это будет — прочесать по ним вот так языком. Словно думал, какие они на вкус, словно гадал, будет ли этот поцелуй — если он все-таки меня поцелует — с привкусом стыда и маргариты.       Я едва не застонала. Я молилась, чтобы мой голос, мое горло меня не предали, раз тело уже подвело, и я чувствовала, как по нему расползается жидкое пламя. Совсем не от рома. Это была бы глупость, гигантская глупость размером со слона — переспать с ним. Но я этого захотела. От выпивки. От отчаяния, голода и одиночества. Или Белль все-таки знала нечто большее, чем я о самой себе… Разве настолько важна причина?       К счастью, этого не случилось. Мистер Стэн прошептал «Сладких снов» и отступил назад. Попрощался и ушел, оставив после себя алые щеки и шум в мыслях.       Я даже не представляла, что будет в понедельник. Надеялась, что он забудет. Что забуду и я.       Увы, этого не произошло.       Утром, когда мы столкнулись, босс поприветствовал меня и впервые назвал по имени правильно, дав мне понять, что пятничный вечер, его вторжение, а еще километровое сообщение, адресованное Белль и состоящее практически из одних ругательств, мне не приснились.       — Здравствуйте, мистер Стэн, — улыбнулась я в ответ и кивнула, будучи уверенной, что смогу притворяться. Всего-то и нужно — не смотреть ему в глаза и не выпивать в его присутствии. На работе это проще простого.       Но стоило только поднять голову, стоило только нашим взглядам встретиться, и я вновь будто прочла его мысли. Или хотя бы угадала приблизительное их направление — голубые глаза медленно скользили по изгибам моего тела, скрытым под блузкой и брюками. Кое-кто пытался узнать, не надела ли я те самые кружева, что он так полюбовно выбирал для Белль.       Улыбнувшись, я подступила ближе, чтобы убедиться, что нас никто не услышит, и произнесла:       — Не угадал, по понедельникам я предпочитаю не надевать белье.       Потрясение, что отразилось у него на лице, что сверкнуло во взгляде, просто бесценно. Оно слаще десерта. Хоть я и знаю, что перешла черту. Я даже сожалею, что эти слова сорвались с моего языка. Самую-самую малость.       Мистер Стэн сглотнул — я видела, как дернулся его кадык, — потом кивнул:       — И как? Удобно?       Он не уверен, правда ли это или я просто дразнюсь. Но как узнать? Прижать меня к стене и сунуть ладонь под брюки? Или поступить не так брутально и провести ею по моим ягодицам будто невзначай? Даже будь мы наедине, он не может этого себе позволить. Мы не в тех отношениях. Между нами вообще нет ничего, кроме одного вечера пятницы и мутного прошлого, которое соединяет, как скрепка, Белль.       — Вполне. Я частенько хожу так, — пожала я плечами. Потом рассмеялась и покачала головой: — Это ложь. Крошечная невинная ложь. А может и нет. Я ни в чем не признаюсь. Все-таки вы мой босс, мистер Стэн.       Последние слова я произнесла с придыханием. И отступила. Продефилировала на свое рабочее место, не обернувшись ни разу. Взглянуть на Себа, на то, смотрит ли он на меня, под впечатлением ли он все еще, или уже стряхнул с себя дурман этого чертовски неуместного для работы момента… Я могу только гадать. И я бы соврала, сказав, что мне не нравится занимать этим мысли.       Но я не забывала, я прогулялась по лезвию ножа, и подобное лучше не повторять. Да и мистера Стэна лучше выбросить из головы, да поскорее. Безопаснее и дальше тайно вздыхать на соседа. Правда, о нем я за выходные больше не вспоминала.       До конца рабочего дня больше ничего не произошло. Я даже расслабилась и позволила себе думать, что наша с Себом история, наше маленькое неловкое приключение подошло к концу.       Нет. Я ошиблась. За пятнадцать минут до ухода, когда офис почти опустел — многие любят сбегать с работы пораньше, — он вызвал меня к себе в кабинет. Я шла туда на негнущихся ногах. Я нервничала, черт его дери! Откуда мне знать, что он собирается мне сказать? Почему тянул весь день? И что он придумал в качестве наказания за ту мою выходку.       Когда я вошла, босс смотрел в высокое окно, к которому обычно повернут спиной, когда у него посетители. Услышав, как открылась дверь, Себ крутнулся в кресле. Я вновь оказалась в плену голубых глаз, но сейчас его взгляд прочитать не смогла. Может, из-за персикового неба фоном, может, из-за собственных нервов.       — Присаживайся, — взмахнул он рукой, приглашая меня в кресло напротив. Что ж, между нами будет его стол. Это неплохо.       Я послушно расположилась где указано, стараясь гнать от себя мысль, что у меня в квартире мы все равно сидели дальше друг от друга, а сейчас, при желании, я могла бы протянуть руку и, привстав, коснуться его подбородка. Сегодня колючего от щетины, что появилась за выходные. Да, на работу мистер Стэн предпочитает не бриться.       Сложив пальцы в замок, Себ выдохнул, словно набрался решимости:       — Не уверен, как правильно это сказать, но... как пригласить тебя на ужин, чтобы это не смахивало на домогательство?       Улыбнувшись, я склонила голову, чтобы хоть как-то спрятать от вездесущего взгляда голубых глаз румяные щеки.       — Думаешь обо мне?..       Понятия не имею, почему я спросила именно это. Но меня одолевали противоречивые чувства. А кого бы не одолевали в такой момент?       Он мой босс, который путался с моей подругой. Еще до вечера пятницы он хотел ее, а меня ни разу не называл по имени. И за чашкой маргариты, окей, за парой чашек между нами проскочила искра. Безумие да и только. Я понимала Себа, я тоже поддалась ему, но все это чертовски плохо даже в качестве фантазии, а что будет, если мы сблизимся реально?       И тем не менее, часть меня этого хотела. Иначе той выходки с трусиками не произошло.       — Я был бы слепым идиотом, если бы не думал о тебе… — выдохнул он, все еще продолжая держать пальцы сцепленными. И мизинцем одной руки поигрывая с перстнем на мизинце другой. Какой-то миг я просто любовалась этим.       Мистер Ловкие пальцы… Это прозвище вновь ясно всплыло среди тумана в мыслях.       — Еще до пятницы ты хотел Белль.— Кстати, об этом, — мистер Стэн скосил взгляд на свой телефон, лежащий поверх ежедневника. — Я все-таки бросил ее.       — Она бросила тебя еще раньше, — начала я, секунду взвесила, что скажу дальше, и решила признаться окончательно. — И в пятницу прислала ко мне, а сама приходить не собиралась. Это очередная ее извращенная игра, — я покрутила пальцем у виска. Уже за это Белль можно считать чокнутой.       Себастиан недолго смотрел на меня, словно не верил, что это правда. Прочесал зубами по нижней губе и чертыхнулся.       Я пожала плечами. Винить его нельзя. Он клюнул на удочку Белль. Клюнула на нее и я. А ведь могли оставаться трезвыми.       — Думаю, наш разговор окончен.       Ну кто после такого захочет ужинать и пойти на свидание друг с другом, зная, что Белль поработала сводницей?       Встав с кресла, я направилась к двери, кусая внутреннюю сторону щеки. Я могла держать язык за зубами и, наверное, следовало молчать. В конце концов я наконец-то могла получить порцию секса, пусть и не с соседом, который меня по-прежнему не замечает. С чего вдруг я вспомнила о морали, если забыла о ней напрочь, когда заявила боссу посреди офиса, что, возможно, без трусиков? Дура! Чертова идиотка! Но если бы можно было что-либо исправить, я бы вернулась в вечер пятницы и просто не открыла Себу дверь.       — А если нет? Если я все еще хочу поужинать с тобой?       Его слова вынудили меня затормозить на пороге его кабинета. Взявшись за серебристую ручку, я пару секунд молчала.       Потом оглянулась. Себастиан прожигал меня взглядом.       — Переспи с этой мыслью несколько дней, потом обсудим.       Нам обоим лучше остыть и взглянуть на ситуацию с холодной головой.       — Я бы охотнее переспал с тобой, но мысли о тебе тоже сойдут на первое время, — дерзко заявил Себ, и у меня едва не ушла земля из-под ног.       Вопрос вместо ответа слетел с моих губ так быстро:       — И что именно изменило твои ориентиры и ты переключился на меня?       Себ замешкался.       Этого хватило, чтобы момент истлел и я допустила мысль, что ему просто хотелось, не так уж и важно, с кем.       — Хорошего вечера, мистер Стэн, — отчеканила я и вышла за дверь.       Пока шла до своего стола, пока брала сумочку и пиджак, каждый шаг порождал новые ругательства в моем мозгу. И как только я могла подумать, что заинтересовала его? И что теперь? Он от неудовлетворения будет ставить мне палки в колеса, раз вставить мне не получилось, раз даже голодная настолько, что вела себя с боссом непозволительно, я все равно его продинамила и ушла?       Но вместо этого Себ всю неделю старался не попадаться мне на глаза. Едва завидев меня в коридоре, он разворачивался и шел в другую сторону, только чтобы не пересекаться со мной. Если честно, когда он называл меня чужими именами, было как-то получше. Тогда я хоть могла гадать, какое мне достанется сегодня, а теперь я не получала от него ни словечка, ни взгляда.       И ситуация от этого горчила лишь сильнее.       Прошла неделя. Она была тяжелейшей со времен моего первого месяца на этой работе. Я едва могла сосредоточиться на делах, постоянно смотрела на дверь кабинета, словно ждала чего-то, покусывая ластик на кончике карандаша, и не получала этого.       До самой пятницы. Когда я уже собиралась снова нырнуть в компанию двух Марго, когда мысленно прикидывала, что же взять еще и не добавить ли к программе вечера джин или шампанское, когда я, выключив компьютер, встала со стула и собиралась выбросить из головы офис и его обитателей, и — особенно — своего босса, за спиной раздалось покашливание. Мягкое, деликатно призывающее оглянуться.       Я повернулась. Позади меня стоял мистер Стэн. Сунув ладони в карманы брюк, он смотрел на меня, склонив голову набок, словно взвешивал мысленно, что ему далее следует сделать.       Потом бросил практически безразличным тоном:       — Зайди ко мне.       Его интонация автоматически выписала мне пособие по безработице…       Но я послушно кивнула и, вздохнув, взяла свои вещи, а потом направилась в сторону его кабинета. Он шел за мной, как чертов конвоир, будто я провинилась в чем-то, но я-то знала, что моей вины в этом нет. Я лишь дразнилась. Слегка. И все могло сложиться иначе, если бы он разинул свой рот и сказал хоть что-нибудь, вместо того, чтобы отмалчиваться.       Опустив сумку в то же кресло, в котором в понедельник сидела я, постояв пару мгновений спиной к боссу, я вновь взглянула на него. Он остановился у двери, словно хотел помешать мне сбежать, пока я не выслушаю вынесенный мне приговор до последней точки.       — Какие планы на вечер?       Зайти он решил издалека. Ладно.       — Такие же, как и всегда: выпивка, сериал, горячая ванна.       Хотя скорее всего я напьюсь и усну на диване.       — Даже за соседом подглядывать не будешь?— Пока не знаю, зависит от настроения, — передернула я плечами. — У вас претензии к моей работе, мистер Стэн? — подчеркнула я голосом формальное обращение к нему. Я больше не позволю себе забыться. Плевать, что щеки уже горели. Это от нервов. И только от них.       — Значит, про ужин со мной ты не думала?       Думала, даже прикидывала, не заявиться ли к нему в кабинет, и не отказаться, глядя в эти треклятые голубые глаза, пусть никто уже и не собирался ужинать вместе. Но часть меня, крохотная такая частичка, едва слышная среди обычного роя мыслей, боялась, что вместо этого я обрушу ему на голову согласие, и пусть делает с ним, что пожелает.       — Ну, ответа же я так и не дождалась, — выстрелила я в него сердитым взглядом.       Себастиан выдержал его достойно — ровной ленивой походкой подошел ко мне, приблизился настолько, что я вжалась задом в спинку кресла, но все равно ощутила запах его одеколона.       — Поэтому я и звал тебя поужинать. Хотел узнать тебя поближе, хотел понять тебя…       Ладони он снова сунул в карманы, чтобы не касаться меня. Но он касался. Своим теплым дыханием скользил по коже, заставляя пульсировать в груди гнев и неловкость, а внизу живота — желание.       — И трахнуть тоже хотел.       — Хотел. И до сих пор хочу. И что? — он вызывающе заглянул мне в глаза, будто рассчитывал смутить меня этим признанием, будто планировал вновь подловить, но уже не вышло. — Ты ведь тоже хочешь.       — Хочу, — согласилась я тихо.       — Просто потому, что давно ни с кем не была, или запала именно на меня?..       Вот этого я не ожидала, признаю.       И тоже замешкалась, точно так же, как Себ, в понедельник.       — Неприятный вопрос, правда? Им легко можно застать врасплох, — его взгляд скользил по моему лицу, по румянцу на щеках, по губам, которые тоже горели жаждой поцеловать его.       — Извиняться я не собираюсь.       — А ты строптивая, правда? — Себастиан склонился ближе. Еще. Настолько, что дальше либо подавать на него в суд, либо целоваться и срывать с себя одежду.       — Вредная, — еле слышно выдохнула я.       Его голос обволакивал и сводил с ума. Я ничего не могла с собой поделать.       — Уже этим ты привлекаешь меня. А еще... Почему-то благодаря тебе я почувствовал себя живым.       После этих слов Себ наконец-то меня поцеловал. Наверное, чтобы больше не возникло вопросов, хотя о чем я могла спросить, если он был так близко, а его запах, тепло и сила его тела и понимание, что этот мужчина хочет меня, — единственное, о чем я могла думать.       Сперва он осторожно коснулся моих губ. Нежно. Вкрадчиво. Потом отстранился, взглянул на меня, словно переспрашивая без слов, можно ли ему продолжить, не против ли я.       — Не распробовала, — прошептала я.       И тогда Себ со всем напором обрушился на мои губы. Терзая их, сминая, раздвигая кончиком языка, чтобы почувствовать мой вкус, чтобы утолить наконец жажду, терзавшую обоих с того пьяного момента в прихожей.       Голова кружилась, тело горело, и я не знала, есть ли в мире хоть что-то, способное нас остановить.       Мистер Стэн наконец высвободил руки из карманов, одну положил мне на затылок и ласково поглаживал пальцами, пока языком неугомонно требовал ответа, а другой, что захватила мою талию, прижал меня к себе.       Я и не заметила даже, как сама прильнула к нему ладонями. Только лишь когда мы прервались от нехватки воздуха, я поняла, что они лежат у него на плечах.       — Теперь у тебя не будет отговорок, чтобы не ужинать со мной.       Он заявил это так, словно вытянул все их у меня изо рта своим страстным поцелуем. Словно лишил меня им способности перечить.       Нет, это не так. Но сейчас наши мнения сходились, к счастью, и мне не нужно было возражать.       Не говоря уже о том, что я могла бы согласиться, чтобы он разложил меня прямо тут, на столе, перед этим гигантским окном, стоит ему только чуть-чуть настоять.       — Сейчас?       — Завтра. Не могу же я лишить тебя возможности убить меня каким-нибудь вызывающим нарядом, — усмехнулся он.       Я слегка опешила. Это шутка или намек, чего именно он от меня ждет?       Но уточнить я не решилась. Я все равно оденусь так, как считаю нужным.       — Что ж, видимо, с планами напиться сегодня придется повременить, — вздохнула я, притворяясь, что глубоко разочарована.       Мы условились, во сколько он завтра заедет за мной, и я ушла. Без прощального поцелуя. Но шагая к двери, я ощущала взгляд босса, и готова поспорить, невинным он не был.       Ночью я не сомкнула глаз, сгорая от волнения — я так давно не была на свиданиях, я, наверное, уже и забыла, как следует себя вести, что говорить, что спрашивать и нужно ли это, когда ты ужинаешь со своим боссом.       Кусала губы, вспоминая, как жадно мистер Стэн целовал меня, спрашивала себя вновь и вновь, правильно ли это, но никаких волн возражения внутри не бурлило. Мне ничего не мешает хотя бы немножко сблизиться с ним. Я этого хочу. Проблем не должно быть. По крайней мере пока никто из нас не вздумает прекратить. Об этом я, как и всякий, кто одержим новым любовным или сексуальным интересом, предпочитала не думать — слишком неприятно и мрачно это неизменное будущее практически всех связей на работе.       Наутро, едва позавтракав и не оценив синяки под глазами об практически бессонной ночи, я принялась рыться в шкафу, перебирая, что из подходящих для свидания нарядов у меня имеется.       В итоге я выбрала молочное атласное платье, которое длиной не будоражило воображение, но стоило лишь обратить внимание, что под ним нет белья, стоило лишь развернуться и показать, что на голую спину спадают с шеи ленты-завязки… Это меняло все.       Собрав волосы в элегантную прическу и сделав легкий макияж, я вспомнила, что не переложила кое-какие вещи в другую, вечернюю, сумочку и тут раздался стук в дверь. Бросив взгляд на часы — Себастиан должен был явиться не раньше чем через полчаса, — я пошла к двери, радуясь, что не успела переобуться в туфли и осталась в тапочках, которые заглушали шаги.       Заглянув в глазок, я обомлела.       Белль?! Какого черта она здесь делает?!       — Я знаю, что ты там, Биби, — пропела она, и постучала снова, теперь уже громче.       Сделав шаг назад и подбоченившись, я пыталась сообразить, что мне делать дальше. В итоге решила все-таки открыть дверь и обматерить ее лично, раз по тому сообщений Белль не поняла, что дружбе конец.       В ответ на нецензурную тираду, которая обрушилась на нее, едва распахнулась дверь, Белль лишь рассмеялась.       — О Биби, это мне в тебе всегда нравилось.       Что именно, я не уточняла. Белль как раз попыталась просочиться в квартиру, и я уперлась рукой в дверной косяк, преграждая ей путь.       Изогнув бровь, она взглянула на меня и отступила на шаг. Осмотрела меня с ног до головы и хмыкнула.       — Так, значит, у тебя планы.       И это был не вопрос. Впрочем, по моему внешнему виду догадаться было легко. В таких платьях «Друзей» с маргаритой в чашке не смотрят.       — Да, и я не хочу опоздать.— Неужто не воспользовалась моим предложением, а подыскала себе кого-то другого? Зря-зря...       Да нет, как раз наоборот, если смотреть на ситуацию с ее стороны. Но этого я делать не собиралась, как и говорить Белль, что нас с ее бывшим — если она вообще считала его когда-либо своим парнем, — влечет друг к другу.       — Ты знаешь хоть одного человека, который бы им воспользовался? — хмыкнула я.       — Ага, — оскалилась Белль. — Знаю. А теперь, может, пустишь меня в туалет?       — Это все, за чем ты пришла? — изумилась я.       — Ну, о посиделках с коктейлями разве не договариваются заранее?       Поджав губы, я все-таки посторонилась и пустила ее внутрь.       Сама направилась к зеркалу и еще раз поправила прическу, провела пальцами по гладким прядям в попытке успокоиться, взглянула, все ли в порядке с макияжем.       «Ага. Знаю»       Эти ее слова все еще крутились в голове. Неужто она намекала, что мистер Стэн получил тогда от нее аналогичное сообщение? Неужто она пыталась мне сказать, что он, в отличие от меня, ее не послал, и наше свидание фактически организовала она?       Но он казался потрясенным, когда услышал от меня новость, что Белль вздумалось поиграть в сводницу. Или нет? Или он был изумлен, что я решилась рассказать ему правду, которую он и так знал и, в отличие от меня, собирался утаивать до конца?       Белль вышла из ванной комнаты, все еще стряхивая влажные руки, зажав под мышкой сумочку, и сразу направилась в прихожую. Что ж, хотя бы об этом она не лгала.       Я пошла следом за бывшей подругой. Буравила взглядом ее спину, надеясь, что так смогу подтолкнуть ее к еще какому-нибудь откровению, к маленькой частичке истины, если таковая ей, конечно, была известна.       Белль оглянулась, словно я была Тедом Банди, наступавшим ей на пятки, и послала мне воздушный поцелуй, с натяжкой улыбнувшись.       — Прости. Что отвлекла. Уже исчезаю.       Ну да, это единственное, за что она собиралась просить прощения. Впрочем, извинения от нее это редкость, лучше смириться, что я получила хоть какие-то.       Белль переступила через порог, оглянулась. Я уже начала закрывать за ней дверь, радуясь, что она уходит, как бывшая подруга заступила носком туфли на порог и подалась вперед, рискуя врезаться носом в дверной молоточек, который висит снаружи для красоты.       — Если я отправила тебе то сообщение, почему ты думаешь, что Себ получил что-то другое?       — Потому что он искал тебя, — процедила я сквозь зубы.       Белль хохотнула.       — Подумай об этом как следует, Биби. Хорошего вечера.       Бросив это беззаботным тоном, она наконец-то ушла. Забрав с собой все хорошее, что могло быть в этом вечере.       Я упорно сопротивлялась, я действительно старалась не думать об этом, но нет, спустя пять минут ее слова уже просочились в мои мысли и отравили их. Это не было битвой, но Белль все равно победила.       И теперь следовало решить, что же осталось мне, кроме поражения. Для этого я напрямую спрошу Себа обо всем, и будь что будет.       — Я все знаю…       С моей стороны, наверное, было жестоко начинать разговор этой фразой вместо приветствия, учитывая, что в большинстве штатов и стран она считается чем-то вроде аналога орудия пыток, но желание прояснить все, пересиливало все эмоции: обиду и грусть, подозрения, царапающие в грудной клетке, как кошки — ну с чего бы вдруг Белль вот так просто заявилась ко мне? — горечь от того, что я так быстро позволила себе увлечься боссом. Но экстренный курс самобичевания я оставила на ночь, а пока решила разделаться с Себом.       Он опешил. Но удар выдержал стойко.       Лишь на мгновение опустил взгляд, с трудом оторвав его от моего платья, затем посмотрел уже мне в глаза.       И кивнул.       — Хорошо. Так даже лучше.       — И это все, что ты можешь сказать?       — Нет. Я могу — и должен, — каким же твердым на этих словах был его голос, — сказать больше. Если ты только хочешь…       — Вперед, — махнула я рукой, пообещав себе не плакать, пока он не уйдет. В другой ситуации я бы, наверное, сумела сдержать слезы, но черт возьми, как же паршиво мне было от того, что меня использовала эта парочка гребаных манипуляторов.       — Может, поговорим в ресторане? У нас заказан столик… — начал мистер Стэн, но заметил мое каменное выражение лица и привалился плечом к дверному косяку — конечно же я не приглашала его в квартиру, еще чего! — Окей, тут значит тут. Вообще-то я тебе не врал. Просто придержал, кхм, часть информации, чтобы все это не казалось таким жалким.       — О, приятно знать, что в этом наши мысли сходятся — мне еще долго не отмыться от этого клейма жалкой неудачницы, которая бросается на первый попавшийся член, который ей, попользовавшись, швырнула подруга как кость — голодной псине.       Себастиан поморщился, будто я врезала ему кулаком по зубам. Только сейчас я заметила, что он опять побрился перед свиданием. Видимо, с расчетом на поцелуи или еще что-то, пооткровеннее. Какой заботливый, не хотел, чтобы его щетина раздражала мою нежную кожу. Как бы устоять на ногах и не броситься ему на шею от такого счастья, свалившегося на меня… Тьфу.       — Слушай, меня она тоже использовала. Я действительно получил сообщение от нее с твоим адресом. Ну стал бы я вот так, не зная твоей реакции и размеров, покупать тебе белье? И уже потом, позже, она написала мне снова. Отправила: «Развлекайтесь, детишки». И это все.       — И ты, как послушный… Даже не знаю, кто ты ей, — смерив его презрительным взглядом, фыркнула я. — Решил развлечься. Видимо, поэтому она сегодня заявилась ко мне? Спрятала под умывальником подарочек для тебя?       — Она приходила? — насторожился Себ.       — Ой, не старайся, я не в комитете, который выдает «Оскар».       Цокнув языком, он стиснул губы так сильно, что они побледнели, превратившись в тонкую линию.       — Она не отчитывается передо мной. Как и я перед ней. Между нами действительно все кончено.       — А между нами ничего не начнется, — подытожила я, продолжая кипятиться. Его ответы меня совсем не успокоили. По правде сказать, я не знаю, что могло бы сейчас потушить мою злость.       — Слушай, может, начало всего этого и дурно пахнет, — его указательный палец замельтешил между нами, — и поправь меня, если я ошибаюсь, но захотели мы друг друга не из-за Белль. Благодаря ей мы оказались за пределами офиса и взглянули друг на друга под другим углом…       Ага, знаю я этот угол, под которым он хотел взглянуть на меня…       — Благодаря? Уже отправил ей подарочную корзинку с трусами за это?       — Нет, рассчитывал сделать это завтра, если мне что-нибудь обломится, — огрызнулся он.       — Какая жалость, что этого не произойдет.       — Вот и славно, потому что, знаешь, — притворяясь равнодушным, Себастиан демонстративно рассматривал свои ногти, — ты не вредная, а истеричка. Меня такие не заводят.       — Ах так?! Да пошел ты! И только попробуй уволить меня за это!       Я занесла руку, чтобы оттолкнуть босса и следом захлопнуть дверь, но Себ перехватил меня за запястье. Я изумленно уставилась на его пальцы, потом перевела взгляд на его лицо, и тогда он отпустил меня. Но не убрал руку совсем, вовсе нет, теперь его ладонь легла мне на затылок, и босс притянул меня к себе. А уже через миг впился мне в губы.       Я колотила кулаками по его плечам, по груди, но высвободилась лишь тогда, когда перестала сопротивляться и руки безвольно повисли вдоль тела. Наверное, Себ подумал, что я потеряла сознание или вообще умерла, не справившись с гневом.       Я отшатнулась от него назад. Голубые глаза горели вызовом и хищным огнем так ярко, что сердце забыло, как биться.       Стараясь привести в порядок сбившееся дыхание, я прорычала:       — Я не Белль, чтобы подобным образом гасить мои вспышки ярости! Не смей больше прикасаться ко мне!       — Я прекрасно знаю, что ты не Белль. Была бы такой, я бы тебя не захотел, — пропел мистер Стэн, потом добавил сквозь зубы: — Хватит уже, набегался с ней.       — Это еще как понимать? Что я не достойна того, чтобы за мной побегать? — ошалело икнула я. Поняв, что ему ничего не обломится, босс, однако, перестал быть ласковым. Точнее — притворяться. Теперь я в полной мере осознавала, что катастрофически не знакома с ним и ничего не знаю о нем. Понятия не имею, какой он, человек, который стоит надо мной. В рабочем плане, конечно же.       — Ты запретила прикасаться к тебе, значит, я не обязан отвечать на этот вопрос, — покачал Себ головой, машинально облизнув губы. От мысли, что на них все еще сохранился мой вкус, мне чуть-чуть поплохело. Увы, целоваться он умел. Как назло. И это чертовски огорчило меня. Сложно отказаться от чего-то, что тебе понравилось, когда это что-то на самом деле — яд. У меня так с фастфудом было. И судя по посиделкам с двумя Марго, я не особо-то одумалась.       Но нет, с боссом я поддаваться не собираюсь. Я довольно набарахталась в паутине, которую Белль сплела с ним на пару. Он мог точно так же быть жертвой ее идиотской выходки, а мог знать наверняка, что она задумала и добровольно участвовать в этом.       В любом случае мне отвели роль либо цели, либо трофея...       — Отлично. Хорошего вечера, мистер Мудак-Стэн, — прорычала я и снова схватилась за дверь, в этот раз собираясь врезать ему по носу, если потребуется, но наконец остаться в одиночестве и отдышаться. Снять треклятое платье. Напиться. Обозвать себя примерно раз триста дурой. В общем, планов на вечер у меня было более чем достаточно.       — И тебе, — буркнул он. Но когда между дверью и косяком оставалась узенькая щель, я услышала: — А может все-таки…       И остановилась. Сама не знаю, почему.       Я вновь воззрилась на Себа. Укоризненно так воззрилась, чтобы он сразу же засунул все свои предложения себе поглубже в свой коварный, получивший благословение Белль, зад.       — Что?!       Склонив голову, Себастиан собрался с силами и исподлобья посмотрел на меня.       — Я иду в ресторан, — он делал небольшие, совсем коротенькие паузы между словами, словно желал, чтобы они как можно лучше усвоились у меня в голове. — Не хочу, чтобы столик пропал. Местечко популярное, мне пришлось попотеть, чтобы выбить бронь. Не зову тебя с собой, но и гнать не буду, если придешь. Решать тебе, — пожал он плечами.       — Это самое паршивое приглашение в ресторан за всю историю вообще каких-либо приглашений, — скривилась я.       — Какое имеется. У тебя есть все: мой поцелуй, мои желания, и правда.       — У меня нет обещания, что ты меня не уволишь, чтобы я ни решила.       — Обещаю, не уволю.       Скосив уголок губ в колкой горьковатой усмешке, Себастиан кивнул мне и ушел. Я подождала, пока он спустится, и нет, я делала это не для того, чтобы поглазеть на его широкие плечи и упругую задницу, просто провела взглядом упущенную возможность.       Закрыла дверь и привалилась к ней спиной.       Часть меня, голодная, животная часть звала в ресторан, звала в его постель, но разум противился, подкидывая новые и новые доводы, что я должна остаться дома и выбросить босса из головы навсегда. Не только потому, что мы работаем вместе. Все это началось, как извращенная игра. И продолжение явно будет не лучше.       Поразмыслив еще немного, я решила остаться дома и опустошить запасы рома, чтобы забыться.       Я была готова к тому, что с понедельника мы с мистером Стэном снова вернемся к прежним рабочим отношениям, состоящим из игнора. И мне казалось, что я достаточно промыла себе мозги за выходные, чтобы выбросить его из головы. Чтобы не жалеть, что я так и не пошла в ресторан. Чтобы не фантазировать, что могло бы быть у нас, если бы…       Но я никак не подготовилась к тому, что уже в первый на этой неделе рабочий день мне придется идти к нему с документами. Столкнуться с боссом нос к носу, оказаться с ним наедине.       Я была уверена, что он станет вести себя подчеркнуто вежливо и максимально нейтрально.       Я ошибалась.       Завидев меня в дверях, Себ откинулся на спинку кресла и заложил руки за голову, наблюдая за каждым моим шагом, которые показались мне максимально неуклюжими под этим пристальным взглядом голубых глаз. Черт! Он даже не моргал, он просто откровенно пялился на меня!       Со щетиной на лице и в синем костюме босс вызывал во мне множество противоречивых чувств. Я сдерживалась, как могла. Я пообещала себе, стоя у него под дверью, что буду держать язык за зубами. В конце концов, несмотря на обещание, он все еще мог меня уволить за любой пустяк. Никто в офисе не знает, что было — или чего не было, но могло бы быть — между нами, свидетелей нет, все поверят ему.       — Я нуждаюсь в вашей подписи, мистер Стэн, — как можно мягче пропела я.       — Да-да, хорошо, — кивнул он. — Прямо сейчас?       — Да.       — Тогда тебе придется немного подождать, прежде чем я ознакомлюсь с документами, — и Себастиан указал мне на то чертово кресло, в котором я уже неоднократно сидела, возле которого он зажал меня, когда целовал прямо здесь, у себя в кабинете. Интересно, вспоминал ли он об этом? Жалел ли, что не трахнул меня прямо тогда?       Я тряхнула волосами, стараясь привести мысли в порядок.       — Спасибо, я постою.       Он опустил глаза на текст, принялся старательно — даже усерднее, чем надо, — изучать его, и спросил параллельно:       — Что, задница болит после выходных?       Я кашлянула, тотчас плюхнувшись в кресло. И озадаченно уставилась на него. Мне послышалось?       — Простите, что?       Голубые глаза так же неотрывно скользили по строчкам на бумаге.       — Ну что-то же тебе помешало оторвать ее от дивана и прийти в тот чертов ресторан…       — Ты теперь постоянно будешь портить мне жизнь? — прошипела я.       — Нет. Но пока не перестану думать о тебе, наверное, буду менее вежливым, чем обычно, — будничным тоном сообщил босс.       Вот тут я обомлела, клянусь. И едва удержала челюсть на месте. Как он с таким несносным колючим характером не приручил Белль? Казался же ручным песиком, который бежит на первый же ее зов. А теперь… Или это лишь я способна довести его до такого состояния?       Я постаралась отогнать эту мысль от себя.       — Попытаюсь не попадаться часто вам на глаза, — пробормотала я, пока не представляя даже, какими проблемами это может обернуться.       — И тем не менее сегодня только понедельник, а ты уже в моем кабинете.       — И что же мне теперь, уволиться?! — мой голос взлетел вверх от негодования.       — Нет, об этом я бы не посмел тебя просить.       — Ты просто собираешься заставить меня саму мечтать об увольнении? — горько хмыкнула я.       Себ припечатал меня взглядом. Сердитым холодным взглядом. И поджал губы. Мне показалось, от гнева у него даже заострились скулы.       — Нет, — отчеканил он металлическим тоном. Таким неприятным, что я поежилась, словно получила от него оплеуху. Словно само это предположение было для него оскорбительным. Но секундочку, мистер, не ты ли только что отпускал какие-то замечания касаемо моей задницы?       — Боюсь, у меня нет оснований верить тебе.       Шумно вздохнув, Себастиан взял со стола ручку и поставил свою подпись на второй, четвертой и восьмой страницах.       Но так и держал документы в руках, продолжая взирать на меня.       — А ты и правда вредная, — после минуты тишины и напряжения, прошивавшего все мое тело, изрек он.       — А еще я истеричка, и если ты не хочешь, чтобы сюда сбежались все… — многозначительно оборвала я фразу и пожала плечами.       — И что нам с тобой делать? — уже мягче спросил Себ.— Понятия не имею. Работать дальше? У меня нет опыта в подобных делах…       — У меня тоже.       В это мне тоже верилось слабо. Хотя я не замечала, чтобы он крутил интрижки с кем-нибудь на работе. Либо просто не знала об этом.       Я поднялась с кресла, намекая, что пора бы мне отдать бумажную стопку и отпустить меня с миром.       Его пальцы по-прежнему сжимали документы. Будто мистер Стэн не хотел меня отпускать, но не мог подобрать слова, чтобы я осталась.       — Мы даже сейчас не можем найти общий язык, а что было бы, если бы мы переспали…       Я сделала шаг к столу. Наклонилась, упираясь ладонью возле его ноутбука, нависая грудью над столешницей, и перехватила чертовы бумаги. Себастиан вцепился в них намертво, удерживая меня в таком положении.       — Чтобы все получилось, ты должен стоять позади меня, — прорычала я.       Босс подтолкнул кресло к столу. И наши лица оказались так же близко, как и перед поцелуем. Я чувствовала его дыхание. Если бы захотела, я могла притронуться к его губам своими губами.       Он провел кончиком носа по моему уху, мурашки разлетелись по коже. А его шепот затуманил мысли:       — Я сегодня задержусь на работе.       — Зачем ты мне это говоришь, если знаешь, что я не приду? — заплетающимся языком спросила я. Надо было выпрямиться и послать его к черту. Но я вцепилась в документы так, словно мои пальцы к ним приросли. И не могла заставить себя перестать испытывать судьбу.       — Из-за вредности? — уточнил Себ.       — Да.       — Тогда что мне сделать, чтобы получить тебя? — отклонившись назад, он заглянул мне в глаза.       Я еще раз посмотрела в голубые глаза, прислушалась к тлеющему в теле возбуждению, и прошептала:       — Закрой дверь.       То, что произошло дальше, я прокручивала в голове снова и снова. Мне казалось, что все коллеги в курсе, что я сошла с ума и чему позволила случиться за закрытыми дверями, хотя я глотала стоны или топила их в поцелуях, когда была не в силах сдерживаться. Когда его умелые проворные пальцы спустили трусики и ввинтились в меня так, что у меня затряслись коленки. Когда я голодная, страждущая, отчаянно нуждающаяся в наполненности, подставлялась под каждый его мощный толчок. Когда оргазмы накрывали меня один за другим. Когда Себ разошелся и все-таки отвесил мне пару звонких шлепков, а я в ответ лишь всхлипнула, чтобы он продолжал.       За вечер я прошла все стадии от трепета, который вызывали сладостные воспоминания, до сожаления, что я практически инициировала наш секс. Учитывая, что босс не мог держать себя в руках и огрызался, когда я просто пришла подписывать документы — и зависла в его кабинете на час, — страшно было представить, что ждет меня после этого. Лучшее, что он мог, — благополучно потерять ко мне интерес после того, как наконец добился своего.       Но нет, судя по улыбке, с которой мистер Стэн поприветствовал меня утром, он еще не насытился. И это меня чертовски обрадовало.       Так я начала задерживаться после работы в офисе, а вечер пятницы проводила в компании не двух Марго, одной игристой вдовы. Мы не обсуждали ту паршивую ситуацию, что нас сблизила, но Белль я все-таки порой вспоминала, ибо то прозвище мистер Ловкие пальцы она подобрала Себу чертовски метко.