Наследница Нэвюра: невиданный горизонт

Через несколько минут я заметила то, чего, по-видимому, так опасался Кай. Это было огромное, уже стихшее, пожарище. Благоразумная зима заставила угли потухнуть, лишая их магии, но не смогла успокоить людей, души которых уже давно ушли в иной мир. Глядя на всю эту феерию бесполезно повторяющихся действий, я едва сдержала в груди стон. Слепые стражи не ошиблись, когда не сказали о деревне. Ее тут просто не было. Больше не было. По пепелищу, от которого у меня больно сжималось сердце, ходили люди. Бегали, веселясь и играя, дети. Спешили по делам взрослые, даже не подозревая о собственной смерти. Пустые глаза, наверняка символ месяца на запястье. Драконий яд я уже могла узнавать безошибочно. Значит, тут тоже... – Разберемся с жителями и будем скакать до рассвета! – крикнул Кай, обращаясь к своему отряду. Впереди тянулась выжженная яростным огнем земля. Снег уже начал украшать ее своим невероятным кружевом, но спрятать черную мантию за такой короткий срок было невозможно. Самое ужасное, что это пустынное поле простиралось на сотни метров впереди. – Надеюсь, они не добрались до Вейдэна, – с надеждой в голосе поинтересовался юный лекарь, ни к кому конкретно не обращаясь. Мне бы хотелось успокоить мальчика и заверить его, что город целителей в порядке, но такую уверенность было бы глупо обретать. Захрустели под копытами обуглившиеся бревна, которые когда-то были чьим-то домом. Хотелось загнать лошадь до полусмерти, лишь бы убраться подальше, но я помогу. Это мои погибшие подданные и мой долг как принцессы. Вслед за гвардейцами я спешилась и, вручив свою уздечку застывшему от удивления ребенку, двинулась прямо в гущу событий. Поймала на себе удивленно - уважительный взгляд Кая, но не стала обращать на него внимания. Пусть думает, что хочет. Первым несчастным, который попался на моем пути, оказался пожилой мужчина. –Вы мертвы, – он опустился на землю, избавившись от страшного заклятия. Я даже не поддержала тело. Зачем? Отравленному это никак не поможет. Натянула капюшон и двинулась дальше. – Вы мертвы,– и на холодный черно-белый снег рухнула маленькая девочка. Странно, но я не чувствовала того, что и когда-то в отравленной деревне. Привыкла? Может быть. Рэн ведь обещал, что привыкну. Видимо, деревня была достаточно большой, потому что жителей, вкусивших драконьего яда, оказалось много. Я подходила к каждому, как того и требовалось. Гасли еще вроде живые глаза, мгновенно бледнела кожа. За несколько секунд человек превращался в труп. Такова месть Ведьмы Пустыни. – Ты не обязана это делать. Мы и сами справимся, – Ваф схватил меня за руку и развернул к себе. Внимательно посмотрела на юношу, одними глазами показывая, что не собираюсь оставаться в стороне. Он едва заметно кивнул и разжал пальцы. Колкие снежинки норовили ранить лицо, поцарапать запястья. Метель кружилась на балу в одиночестве и наслаждалась подобной ситуацией. Наслаждалась страданиями путников, что попали в ее сети. Часть солдат подходила к жителям, как и я, а часть складывала тела в форме пятиконечной звезды. Вряд ли все эти люди были воинами, но таков знак уважения. Я сильно сомневалась, что огонь разгорится в теперешнюю погоду, но попробовать стоит. Из-за метели не было видно почти ничего. Я бродила по снежной пустыне, ломая когда-то живые и яростные дрова. Сколько жителей уже усыпили и скольких еще предстоит усыпить? Вьюга не давала ответить на этот вопрос . Я поняла, что все отравленные уже мертвы, только когда об этом сообщил Кай. – Выдвигаемся! Лошадей не жалеть! К утру мы должны разглядеть башни Вейдэна! Близнецы подпалят звезду и догонят нас! – кричал он. – Вперед! Командир подъехал ко мне и постарался ободряюще улыбнуться. Вышло плохо. Притворяться глава отряда явно не умел. Юноша поискал глазами Шуана и, заметив мальчика неподалеку, облегченно выдохнул. – Зря переживаешь, – я искренне улыбнулась попутчику. – Мы не беспомощные. – Знаю,– кивнул командир, одними губами пересчитывая подчиненных. – Удивлен? – я сощурилась, пряча глаза от метели. – Да. Надеялся, мы успеем,– признался юноша. – Успеете? – я непонимающе вскинула брови. – В Вейдэн отряд направили не просто так. Ожидался очередной драконий налет. Мы должны были защитить жителей и, по возможности, отразить удар, – пояснил Кай. – Это же все равно что добровольно пойти на смерть! – ужаснулась я. – Может быть, – пожал плечами командир. Я впервые с уважением взглянула на этого гвардейца. На русые волосы с выгоревшими прядями. Как будто рожь колосилась посреди гречки на этой голове. Впервые рассмотрела волевой лоб, ясные и гордые голубые глаза, аккуратные губы. Перевела взгляд на Вафа, который скакал неподалеку. Его рыжевато-каштановые пряди трепал холодный ветер, а карие глаза были устремлены вдаль. Вздернутый нос, красивые тонкие губы застыли в нервной улыбке. Юноши знали, что их ждет, и все равно подчинились приказу короны. Подчинились мне... На секунду подумалось: хорошо, что драконы спалили деревню до того, как приехал отряд. Все равно он не остановил бы ящеров, а потерять таких преданных солдат было бы жаль. Лошадь приходилось постоянно торопить. Кай гнал своего коня без тени сомнения. За ним набирал скорость и весь отряд. Оглянулась, чтобы узнать, не нагоняют ли нас близнецы. Их я заметила несколько минут назад, когда все уносились прочь мимо этих двух гвардейцев. Несколько всполохов, пробившихся сквозь назойливую зимнюю пляску, показали: звезда из трупов загорелась. Не знаю, как братьям это удалось, но огонь снова заплясал на месте трагедии. Я ехала рядом с командиром во главе вереницы солдат и куталась в плащ. Погода и не думала ослаблять хватку. В который раз за зиму пожалела о том, что когда-то потеряла кролика, из которого Рэн с Фолом обещали сшить варежки для принцессы. Впереди размытыми силуэтами неслись слепые стражи. Кай периодически подъезжал к ним и возвращался назад. Не знаю, видят ли наши провожатые в такую погоду, но вели они себя уверенно. Ночь стремительно вступала в права. Скоро к метели прибавилась еще и ночная тьма. Гвардейцы достали магические светлячки и спокойно продолжили путь. Это показалось мне удивительным. С каких пор армию снабжают волшебными вещами? Лучше бы тогда выделили спальные мешки из ткани-понималки. Шуан старался держаться рядом с «сестрой», но долго молчал. Это было не похоже на мальчика, который так любил поболтать, особенно когда речь заходила о травах или ранах. – Что хочешь купить в Вейдэне? – спросила я, чтобы немного приободрить ребенка. Тот глянул на меня со смятением, опустил голову и стал теребить край плаща. Кажется, я смогла шокировать Шуана своей простой, казалось бы, фразой. – А разве город еще существует? – неуверенно поинтересовался лекарь. – Я думал, мы едем хоронить жителей, ведь деревня была слишком близко и… – Глупости! – перебила я мальчика. – Мы не можем знать наверняка. Поэтому планы менять не стоит. Драконы могли напасть только на деревню. Ребенок оживленно кивнул, но настроения говорить у него не появилось. Оставила мальчика на растерзание собственным мыслям. Иногда это полезно. Направила лошадь ближе к Вафу. Тут атмосфера была заметно приятнее. Хотя рука юноши и лежала на эфесе клинка, он выглядел спокойным и даже веселым. – Моя дорогая жена, я скучал, – рассмеялся мечник, когда я оказалась рядом и выровняла скакуна. – Как же приятно это слышать, – я с наигранным умилением смахнула воображаемую слезу. – Не утомила ли тебя компания моих сослуживцев? – в том же духе продолжил Ваф. – Нисколько, – покачала головой я. – Радостно осознавать, что могу быть рядом с тобой в столь непростой час. Кружился снег, пытаясь скрыть пепел, который просвечивал сквозь зимнюю белизну. Ледяной ветер подхватывал волосы и плащ, норовя унести последний подальше и сотворить из путника настоящую ледяную скульптуру. Звезды, которые уже было показались на темном небе, скрылись в объятиях настойчивой метели. Я не могла разглядеть ни одной мягко сверкающей картинки, и от этого ночь становилась немного тоскливой. Лишь луна сияла над головой, помогая магическим светлячкам в руках путников. Мы с Вафом вели шуточную беседу. Юноша напоминал мне Рэна. Он тоже не особо заморачивался по поводу предстоящих опасностей, но был хорош в своем деле. Может, это характерная черта всех мечников? Не могу даже предположить, сколько часов мы уже неслись в этой ужасной стихии, но от постоянного напряжения замерзнуть не получалось. Близнецы нас нагнали. Эта весть быстро разнеслась по отряду, догоняя слепых стражей и унесшегося к ним в очередной раз командира. Следы лошадей тут же заносило, не оставляя и намека на прошедших коней. Шуан уже засыпал, сидя в седле, так что его вскоре взял к себе один из гвардейцев. Я дала на это согласие, как сестра. Кругом ложь. Обидно было осознавать подобное, когда всю жизнь говорила лишь то, что думала. Я создала себе удобный образ, и никто не догадывался о его фальшивости. А для чего создала? Чтобы не возвращаться в ленту, где без Рэна будет совсем тоскливо? Или чтобы убежать от ответственности, которую теперь не с кем разделить? Я и сама не знала. Не могла даже понять, что чувствую. А метель все буянила в ночи, заставляя кутаться в плащи и опускать глаза вниз. Когда вернулся Кай, я смогла прочесть на его лице беспокойство. Будто открытая книга, честное слово… – Какие новости? – поинтересовался Ваф. – Не самые приятные, – поморщившись, признался командир. – Говори уже, – дернула плечами я. – Они видят вторую звезду, – с мрачным видом сообщил юноша. – У Вейдэна? – вскинул брови элитный мечник. – Это и есть город, – сверкнул голубыми глазами Кай. Больше нечего было добавить. Если селение лекарей перестало существовать, то куда же мы едем и зачем? Что ждет отряд в суровой снежной пустыне? И как я объясню случившееся Шуану… – Повернем? – негромко уточнил Ваф. – Поедем дальше. Слепые стражи не сказали, сколько уцелело, – покачал головой командир. – Разве после драконьего налета что-то может уцелеть? – грустно улыбнулась я. – Они спалили деревню, значит, их целью была она. Город, скорее всего, просто зацепили, – высказал предположения попутчик. – Хорошо, – покорно кивнул мечник. – К рассвету, я думаю, доберемся и все сами увидим. Терялись где-то в вышине звезды, пела метель, даже и не думая прекращаться. Шуан посапывал в объятиях гвардейца, вернувшиеся близнецы задумчиво ехали рядом. В теле чувствовалась легкая усталость, но она мне не мешала. Прямо перед Вафом скакал солдат с магическим светлячком, прекрасно освещая дорогу. Наша шуточная беседа сошла на нет, как и множество разговоров вокруг. Отряд ехал молча, то переводя лошадей на шаг, то снова начиная их подгонять. Спрятанные под плащ руки гладили пояс с ножами, готовясь в любой момент выхватить лезвие и метнуть его во врага. Неслись перед глазами пейзажи ночи. Незаметно скользили и ее мгновения. Глаза, давно привыкшие к темноте, ловили среди танца вьюги силуэты деревьев и движения гвардейцев. Тяжело дышала лошадь, пронесшая меня на себе не одну сотню километров. Стук копыт терялся в снегу, туда же уходила и усталость. Ее невозможно было ощутить хотя бы потому, что на это не оставалось времени. Интересно, как видят мир слепые стражи? Если их взгляд уже добрался до стен Вейдэна, то где же предел? Полы плаща летали, подчиняясь порывам нахального ветра. Я ловила их, притягивала к себе, и снова упускала. От того, что зашло солнце, стало холоднее. Мороз назойливо стучался в ткань платья, норовя добраться до костей. Пальцы побелели, а щеки, должно быть, наоборот, напоминали спелое яблоко. Изо рта то и дело вырывались облачка пара, тут же теряясь в темноте или пропадая в сиянии магического светлячка. Хотелось вырваться из метели, поднять лошадь в небо, но я ехала не на пегасе… Словно мука через сито, мелкими хлопьями летели к земле снежинки. Густая зимняя тьма окутывала все вокруг, приглушая даже их блеск в лунных переливах. Невероятный мрак смешивался с холодом, делая текущее время суток похожим на загадочный магический эксперимент, где конец не может предсказать никто. Казалось, даже веки оледенели: я не могла закрыть глаза или часто моргать. Думаю, взглянув на себя в зеркало, увидела бы белоснежные брови и ресницы, цвет которых продиктовал иней. Ваф, следующий рядом, то и дело вздрагивал и ежился от мороза. Кай рассказал мне: юноша из теплых краев, и зима дается ему нелегко. Сам командир ехал чуть впереди, чтобы отряд видел его и не терялся в пути. Тело все больше тяжелело, опускался под весом плеч позвоночник, ныла шея. Мне хотелось упасть в сугроб и немного так полежать, но отстать от отряда в такую погоду значило замерзнуть заживо. Все же силы уходят…