Наследница Нэвюра: невиданный горизонт

Воитель неслышно подошел ко мне и учтиво помог снять плащ, протянул кружку, в которой оказался горячий отвар. – Прости, что явилась без приглашения, – я понимала, что поступила крайне опрометчиво и хозяин, как дворянин, понимает всю грубость совершенного мной действия. – Здесь все так делают. Можно привыкнуть, – стараясь не смотреть мне в глаза, пожал плечами юноша. – У тебя прекрасный вкус, – я на автомате сказала комплимент, как того требовал этикет. Никей усмехнулся: – У тебя, видимо, тоже. Из какого леди дома? Я медленно перевела взгляд с интерьера на собеседника, задумчиво покрутила в пальцах локон, но отвечать не стала. Взамен лишь поинтересовалась: – А ты? Мне, правда, интересно. Сабвен ненароком упомянула, что сир считается дворянином, бывшим женихом принцессы. Я ждала разочарования от раскрытого секрета, раздражения или хотя бы немного удивления. Но воитель остался спокойным. Только на секунду заглянул в мои глаза, чтобы тут же отвернуться. Вместо собеседника переживала я. Руки дрожали, а колени, казалось, вот-вот перестанут держать. Но поторопить юношу я не решалась. Никей опустился в кресло с грацией, достойной принца, но то была лишь привычка. Я видела: юноше неуютно в обществе леди. – О, тебе уже успели рассказать парочку местных легенд, – улыбнулся воитель. – Не бери в голову. Это все мой странный характер. Надо было как-то объяснить хорошие манеры воителя, почему не так? – юноша говорил, словно пересиливая себя, его глаза скользили от одной стены к другой, стараясь не останавливаться на мне; наконец, хозяин дома вздохнул и сообщил: – Извини, мне гораздо легче общаться с людьми в другом характере. А по поводу леди, я просто пытался пошутить. – Вот как, – я произнесла это настолько тихо, что едва расслышала сама. Воцарилась тишина. Беззвучно падал за окнами снег, скрывая от глаз реальный мир. В другой комнате, кажется, потрескивал огонь, спрятанный уютным камином от возможных сквозняков. Я думала над тем, что простое происхождение Никея волшебным бальзамом легло на пропитанную внезапным страхом душу. Это просто шутка, просто слухи Орнеса… – Дворянин. Сложно представить подобное, да? – хмыкнул собеседник. – Ты тогда, наверное, принцесса. Я звонко рассмеялась, с облегчением понимая, что моя тайна останется при мне, а происхождение Никея никак не связано с дворцом и его интригами. Мы помолчали. В доме, ставшем привычным за эти несколько минут, теперь уже отчетливо можно было расслышать треск дров, завывание ветра в трубе. Запах дерева, исходящий от пола, успокаивал и одурманивал. Хотелось прилечь на диван, укрыться теплым шерстяным покрывалом и заснуть. Хотелось остаться в этом доме, и предоставить проблемам возможность решиться самостоятельно. Я присела на диван рядом с хозяином, крепче сжала ладонями чашку и постаралась выровнять дыхание. – Ты пришла убедиться в том, что я дворянин? Думала посмотреть на настоящего аристократа, если сказанное окажется правдой? Прости, что пришлось разочароваться. Но мы не выбираем происхождение. А мое мне нравится, хоть семейное древо и не уходит в глубь веков. Наверное, стоит извиниться. – Не нужно, – небрежно кивнула я. – Просто любопытство взяло верх, не смогла удержаться. – Со мной тоже иногда случается, – немного неуверенно пожал плечами собеседник. Никей подошел к окну, слегка приоткрыл ставню. Ворвавшийся в щелку ветер тут же спутал его светлые волосы, устремился в глубь комнаты, но меня достать не успел: юноша захлопнул окно и, задумчиво обведя взглядом комнату, предложил: – На улице метель, видимо, разыгралась. Лучше останься в доме, пока все не утихнет. Я согласилась. Выходить и мерзнуть не хотелось. К тому же, знание улиц Орнеса оставляло желать лучшего. Я удобнее расположилась на диване, наконец отхлебнула предложенного чая. Воитель еще немного постоял у запотевшего стекла и отошел. Он выглядел абсолютно умиротворенным. Не было ни дерзости, как в битве, ни явного смущения, как в разговорах до этого. Юноша с мягкой внимательностью изучал мою фигуру, волосы, лицо. Я это замечала, чувствовала, но не была против. Разумеется, хозяину дома интересно. Однако минутка самолюбования прошла, и я начала скучать. Никей, выбитый из привычного времяпрепровождения неожиданным визитом, тоже чувствовал, что нужно найти занятие. – В этом здании раньше была библиотека, – неожиданно сообщил он. – Жаль, что в Орнесе книги считаются пустой тратой времени. Я выкупил помещение под жилой дом и оставил себе бумажную сокровищницу. Некоторые экземпляры весьма ценные. Встречается даже парочка иллюзий. Хочешь взглянуть? Я не нашла причин для отказа, потому с удовольствием приняла приглашение и пошла следом за собеседником в другую комнату. Огромные дубовые стеллажи доставали до потолка и казались такими тяжелыми, что даже горный великан, если он еще существует, не смог бы поднять добротно сделанные полки. Комната была просторной. У окна стоял стол из того же дерева, что и шкафы, и несколько стульев. Пахло старой бумагой, пылью и чернилами, которые давно должны были потерять свой особенный аромат. Никей сделал приглашающий жест, и я направилась к полкам. Книжные переплеты пестрели золотом, ажурными буквами и стальными вставками украшений. Но были и совсем простые фолианты, прелесть которых скрыта внутри. Мне была интересна энциклопедия металлов. Найдя парочку книг по этой теме, я села за стол у окна и принялась листать страницы. Юноша, видевший, что я взяла, уважительно хмыкнул. – Хочешь больше узнать о руде, за которой мы пойдем? – уточнил он. – Все правильно,– улыбнулась я. Собеседник скользнул пальцами по корешкам книг, бормоча что-то себе под нос, и достал еще несколько томиков, на которые я бы ни за что не обратила внимания. Видимо, в отличие от своего двойника «фантома», юноша любил читать. Тихо шуршали страницы, быстро бежали глаза по строчками. Никей рассказывал о металлах, их свойствах, увлеченно показывал абзацы из выбранных книг. В ответ я читала легенды, так не похожие на научные работы в его руках, рассказывала мифические истории, которых он не мог знать: те ходили в замке. Юноша медленно привыкал к моему обществу. Перестал все время смотреть в пол, говорил с эмоциями, а не монотонно, его голос стал громче. Воитель оказался прекрасным собеседником. Я не заметила, как мы увлеклись и обложились книгами. Сотни версий, умных и не очень, сплелись в голове в одну большую цепочку предположений прошлого. По кусочкам мы собирали факты, выписывая даты, чтобы учесть как можно больше. – Тут написано, что о металл можно обжечься, – говорил Никей, показывая на строчку в толстенной книге. – Потому что, скорее всего, он убивает дракона, входя в поток магии его кожи и перегружая его. – Нет, руда холодная,– возражала я, демонстрируя более тонкое издание. – Логично же, что свойства должны быть противоположны. Потрескивал камин, сыпал за окном снег, превращая Орнес из сурового города в сказочную долину с домами-сугробами. Чай, который я принесла с собой в библиотеку, давно остыл и теперь лишь грустно смотрел отражением досок на потолке. Стол то и дело жалобно поскрипывал, когда Никей клал на него очередную стопку фолиантов, что с каждым разом становились все старше и потрепаннее. Пальцы давно испачкались в пыли, но мы не обращали на это внимания, продолжая стирать плену старины с очередных экземпляров. – Она всегда была редкой, – утверждал юноша. – Нет, не всегда, – спорила я. – То о чем ты говоришь, другая руда. – Описания совпадают, сам взгляни. За окном стали сгущаться сумерки. На белоснежный снег опустилась вечерняя дымка, раскрашивая хлопья во все цвета заката разом. На столе уже просто не хватало места, так что мы сидели на полу, зарывшись в старые и порой вырванные из книг листы. Никей притащил несколько одеял, чтобы было удобнее сидеть на досках, которые не прогревались камином. Кажется, эта библиотека давно не слышала оживленных человеческих голосов. Стеллажи величественно тянулись вдоль стен, маня рассмотреть еще парочку книг, белели в надвигающемся мраке страницы. Мы зажгли свечи. Метель не стихла. Тонкий голос вьюги доносился из щелей в оконной раме, холод заползал в дом из-под пола. Я даже немного устала, листая многочисленные тома и томики. Никей, раскрасневшись, искал какой-то важный абзац, потерянный секунду назад. Мои веки медленно опускались, и нежными цепкими пальцами хватал тело сон, норовя увлечь в свои объятия. Я следила за строчкой, но она бежала все быстрее, почему-то расплывалась, пока совсем не исчезла… Проснувшись ближе к полуночи, я осознала, что лежу на том самом диване, где мы с Никеем сидели днем. Одеяло укутывало теплой змеей, не желая выпускать в холодный зимний мир. Потерла глаза, огляделась. Юноша спал в кресле, уронив книжку на грудь. Очень любезно с его стороны принести меня сюда. Встала, забрала фолиант, старательно укрыла воителя и пошла спать дальше. Сомневаюсь, что следующим утром у нас будет возможность не подниматься с кровати до последнего. Следующий день я встретила так же, как и ночь. Юноша посапывал в кресле, лениво падал немного уставший снег за окном. Я не стала хозяйничать в чужом доме, только потянулась и уставилась в потолок. Ничего особенного в нем не было. Темные, потрепанные временем доски плотно прилегали друг другу, так что мои попытки обнаружить хоть одну щелчку не увенчались успехом. Чтобы было не так скучно, принялась теребить край одеяла, потом, сев на кровати, стала переплетать косу, аккуратно перекладывая прядь-ленту. Поболтала ногами, не желая касаться холодного пола, поправила шнуровку на лифе. Вскоре Никей стал ворочаться и открыл глаза. – Даже если придет Сабвен, на тренировку мы с ней не отправимся,– заявил юноша, едва задержав на мне взгляд. – Побегаем от нее немного, и девушка отстанет. – Как долго нужно бегать? – уточнила я, немного удивленная таким утренним приветствием. – Часа два, – задумчиво протянул воитель и добавил, предупреждая мой недоуменный вид: – Она упорная. Кивнула. Мне тоже не особо хотелось вновь доставать ножи, хотя я получила удовольствие, испытав маленькие кинжальчики на настоящем противнике. А бонусом к прокачке явилась вторая сущность Никея, о которой мне хотелось узнать как можно больше. Юноша лениво вытянул ноги, зевнул и поднялся. – Хлеб с джемом и ягодный компот, ничего другого предложить не могу, – сообщил хозяин, разведя руками. – Подойдет, – улыбнулась я. Снег за окном все еще шел, но хлопья были маленькими и неспешными, словно планировали растянуть удовольствие единственного в жизни полета на целый день. Камин потух, и теперь по дому расползались холодные щупальца мороза, норовившего превратить стены в холст для своих шедевров, нарисованных инеем. Пока воитель со знающим видом пошел разводить огонь, я наблюдала за облачками пара, вырывавшимися изо рта. Они взлетали к самому потолку, касались ничем не примечательных досок и растворялись. Мне было тепло, спокойно и, если забыть о том, что Рэн мертв и сейчас я в Орнесе, можно было подумать, будто это друг возится у камина. На слух вообще никакой разницы. Никей подогрел компот, достал банку с джемом и с задумчивым видом принялся намазывать его на хлеб. Я подвинулась ближе к столу, взяла первый готовый кусочек и чашку, с удовольствием принялась жевать сладкий завтрак. Вскоре ко мне присоединился юноша. Тишина, повисшая в доме, должна была настораживать, но этого не произошло. Чувствовалось только умиротворение и голод. Я вдруг вспомнила, что не ела ничего со вчерашнего утра, поэтому хлеб с джемом показался вкуснее всякого дворцового деликатеса. Никей периодически нарезал новые кусочки, не давая блюду опустеть. И за окном словно не Орнес, а относительно мирная сейчас столица со своими спешащими уже по делам жителями и спокойными буднями. От камина, хоть он и находился в другой комнате, по дому расползалось приятное тепло. Все здесь: и уютная темная мебель, и шерстяные покрывала на креслах – призывало остаться в стенах здания и забыть об изменчивом внешнем мире. Остановилось время, как и мысли, что не желали течь в привычном темпе и исчезали, еще даже не успев родиться. Все спокойствие начавшегося дня рухнуло мгновенно. Сначала в дверь постучали. Раз, другой, третий. Никей остался на месте, сосредоточенно глядя в чашку. Тогда эту самую дверь распахнули, судя по звуку, с ноги, и в комнату влетела запыхавшаяся Сабвен. – Пять минут! – крикнула девушка, даже не удивившись, что я оказалась в доме. – Мы уходим через пять минут! – Завтра, – мягко поправил ее воитель и не подумав подняться. – Ты хотела сказать, завтра. – Нет же, – нежданная гостья резко покачала головой. – За ночь намело сугробов. В гору будет тяжело подниматься. Сегодня к перекрестку на торговый путь уходит обоз, и нас согласились подвезти. Обоз из Орнеса, Никей! – воскликнула она, желая показать всю важность ситуации. – Где? – тот вдруг стал серьезным. – У городских ворот. Сумку Дэны я уже собрала, возьму с собой, – и воительница удалилась так же стремительно, как и вошла. Юноша встал через секунду после ее ухода, умчался в другую комнату, а спустя несколько минут вернулся с копьем и остальными вещами. – Идем, она права, фортуна сегодня с нами. Нельзя упускать этот шанс, – бросил он мне через плечо, уже направляясь к выходу. Запихав в рот последний кусочек завтрака, я кинулась следом, не осознавая до конца, к чему такая спешка, и застегивая пояс с ножами на бедрах. Плащ пришлось накидывать уже на улице. Медленно оседали на непокрытых волосах снежинки, хрустела под ногами дорога, плыли мимо незнакомые дома. Холодный воздух ворвался в горло, заставив мир на мгновение расплыться перед глазами. Силуэт Сабвен нервным пятном мелькал впереди. Спутников мы встретили у самых ворот. Воительница бросила мне сумку и жестом сказала следовать за ней. Кад двинулся последним. Странно было слышать позади его тяжелые шаги, но я невольно подумала, что этому человеку без опаски можно доверить собственную спину. Сабвен топала впереди, шепотом беседуя о чем-то с Никеем, хихикая и периодически поглядывая в мою сторону. Мы шли быстро. Город оставался по правую руку, но стена не спешила заканчиваться. Вскоре я увидела тот самый «обоз», с которым нам так повезло. Одиноко стоящие, небольшие, но прочные сани с полукруглой «крышей» были запряжены лошадью с черной густой шерстью. Грива падала ей на глаза, а хвост спускался чуть ли не до самой земли. Внутрь грузил товар низенький мужичок в толстой белоснежной шубе. Подойдя ближе, я заметила у него шерстяной шарф, плотные варежки и шапку, которая почти скрывала лицо. Ко всему прочему, наш извозчик не горел желанием представиться или хотя бы поздороваться. – Эй, с телегой! – крикнула ему Сабвен, не особо заботясь о вежливости и том, что это вовсе не телега. – Ты говорил, что можешь подбросить до перекрестка. – За три золотых вас и орел небесный до перекрестка подбросит, – буркнул тот. – Вот и славно, – воительница лучезарно улыбнулась и принялась распоряжаться: – Кад, ты едешь рядом с торговцем, потом отдашь ему деньги. Дэна, Никей, запрыгивайте следом за мной. Девушка легко оказалась внутри повозки. Среди ящиков и инструментов, что могут пригодиться в пути, было тесновато. Но наша тройка спокойно поместилась под крышей, оставив снег засыпать и без того белый город.