Наследница Нэвюра: невиданный горизонт

Сани тронулись спустя пару минут. Заскользили по искрящемуся полотну полозья, скрипнула надрывно конструкция, и лошадь, легко подхватив тяжесть «обоза», понесла его вперед. Мерно покачиваясь на сугробах, мы ехали к горам, которые неизведанными громадами возвышались вдалеке, едва не заслоняя горизонт. Сабвен увлеченно рылась в своих вещах, бормоча под нос что-то невнятное. Никей задумчиво смотрел назад, на то, как исчезал из виду Орнес, скрываясь за снежной пеленой. Мелкая дрожь саней и сопение лошади за тонкой стенкой убаюкивали. Я обхватила руками колени и застыла, глядя на плывущий мимо пейзаж. В крытой повозке можно было смотреть только назад, но это не умаляло великолепия утренней зимы. – Хотела рассказать и показать, что нас ждет, но, кажется, забыла карту,– немного разочарованно произнесла воительница, отложив наконец сумку. – Ладно. Значит так,– девушка покрутила в пальцах белую прядь, собираясь с мыслями. – Работать будем в парах. В начале монстры встретятся слабые, но к концу старинные легенды обещают существ невероятной мощи. Я в паре с Кадом, вы, соответственно, вдвоем. Задача простая: прикрывать партнера, чтобы тот не умер,– Сабвен довольно рассмеялась. – Мы идем под землю? – Никей вступил в разговор довольно неожиданно. – Да, – девушка удивленно вскинула брови. – В пещеры. – Третий уровень,– напомнил воитель. – Знаю,– Сабвен недовольно поморщилась. – Может, получится обмануть тварей... В любом случае, мы встретимся уже в Орнесе. – Встретимся? – изумилась я. – Когда это мы решили разделиться? – Ну, ты пойдешь со своим новым другом до самого конца, – хихикнула собеседница. – Не важно, – смущенно прервал ее юноша, поняв, что речь идет о нем. – Будем видеть на месте. – Разумно, – кивнула воительница. Вновь наступила тишина. За тонкой стенкой послышались звуки песни, которую Кад принялся исполнять вместе с извозчиком. Явно не трезвые и довольно фальшивые голоса неслись над белым полем, отражались от склонов горы, на которую мы уже начали взбираться. Сабвен недовольно пробормотала что-то о пьяницах и том, что оставит своего мужчину умирать в ущелье, если он попробует сделать еще хотя бы глоток. Я с восторгом наблюдала за картиной, которая стремительно менялась. Острые углы скал вырастали, казалось, прямо из воздуха, создавая причудливые арки. Сани покатили медленнее из-за уклона, который все резче уходил вверх. Лошадь недовольно фыркнула, но продолжила движение, подгоняемая напористыми криками и щелчками кнута извозчика. Мне вдруг подумалось, что горы, пожалуй, самая загадочная из всех стихий, которые я видела. Да и что вообще такое стихия? Она создана природой или загорается в каждом из нас? Стихия – это, наверное, то, что делает нас людьми. Она рождает в душе волнения, которые мы сами не можем объяснить. Заставляет совершать глупости и срываться в путь, несмотря на сроки и расстояния. Порой эти путешествия бессмысленные, а порой они открывают секреты, которые могут изменить все. Металл, способный убить дракона… Скажи мне кто пару месяцев назад, что такой существует и я отправлюсь на его поиски, рассмеялась бы от души, рискуя разрушить сложную прическу. А сейчас… Сейчас я еду с малознакомыми людьми на задание, которое может стоить жизни. Ведь любой заказ из гильдии Орнеса сопряжен с опасностью и может повлечь смертельный исход. Но сколько жертв будет, если я не получу заветный нож, способный прикончить ящера. Вдруг подумалось, что приготовила ведьма для королевства в последние месяцы? Как много драконов она успела вырастить? В памяти всплыли колыбельки, где было так уютно спать прохладной ночью, аккуратная пещера. Сколько недель она была домом для заклинательницы и ее малышей? Сколькие из этих малышей сейчас в армии Ведьмы… От блеска снежинок начали болеть глаза, я часто заморгала и уставилась в пол. Доски пахли смолой. Видимо, их совсем недавно заменили, и аромат леса еще не успел покинуть это мертвое дерево, недавно шумевшее кроной в какой-нибудь роще. Сопение лошади становилось все тяжелее по мере того, как дорога уходила к вершине. Она вилась, причудливо петляя по склону и едва заметно угадываясь под белой пеленой. Снег совсем перестал сыпать. Лишь одинокие льдинки, сорвавшись с капризных туч, проносились мимо, не в силах дотянуться до человеческого тепла. Я плотнее запахнула плащ и украдкой стала смотреть на Никея. Он вызывал смешанные эмоции. С одной стороны, мне хотелось обнять юношу просто так или кинуть остроумную шутку в его сторону, но я осознавала, что передо мной не Рэн, а совершенно другой человек и это ставило определенную границу. Я почти не знаю воителя, не могу прочесть чувства на его лице, не могу лишний раз потрепать по голове или обнять вечером, сидя у костра. Он не принадлежит мне, его душа скрыта пеленой внешней схожести с другом, юноша вообще пострадал из-за моей семьи. И все же что-то очень родственное чувствовалось в этом человеке. Что-то такое, от чего бросало в дрожь, а щеки начинали гореть. В моем сердце для него нашелся особый спектр, так не похожий на все то, что я чувствовала рядом с «фантомом» или просто не хотела чувствовать… Поймав мой задумчивый взгляд, юноша растерянно улыбнулся. Мы были под одни. Сабвен полезла на крышу, заявив, что ей не хватает воздуха. Я слышала, как стучат сверху ее пальцы, пытаясь повторить знакомую всем мелодию. Ветер иногда накатывал порывами, забираясь даже в укромный уголок саней, где мы прятались. Теплые носки, которые мне выдала воительница, увидев, в каких сапогах ходит ее подопечная, прекрасно спасали от холода, к которому я уже успела привыкнуть. Не знаю, из чего связали это чудо, но складывалось впечатление, будто это настоящие маленькие валенки, в которых и по снегу можно без проблем бегать. Ткань-понималка почти никогда уже не становилась тонкой, но это скорее радовало, чем заставляло грустить. Повозка въехала в туннель, высеченный прямо посреди горы чей-то нетерпеливой рукой. Грубо выделанные стены, созданные из непреклонных камней и шлифованные разве что временем, обрывки корней. Быстро скрылся вход, на который я смотрела. Пошатываясь, сани ехали по дороге, все больше погружаясь во мрак. Мои глаза улавливали только тусклый блик, мелькающий за спиной: это погонщик зажег фонарь, предусмотрительно висевший у него над головой. Стены расплылись, теряя очертания. Остался только мрак. Он бежал мимо. Я чувствовала, как шаг за шагом лошадь тянет нас вперед, ничуть не боясь темноты. А нам, кто сидел под крышей уютной повозки, оставалось лишь ждать, когда закончиться суровое тело горы. Темнота обволакивала, рисовала в воображении события, никак не связанные с реальным миром, и только фонарь, свет которого пробивался в наше укрытие, дрожащим маяком рисовал нагромождения ящиков и силуэт сидящего рядом со мной юноши. Гулко отдавался стук копыт в бесконечном пространстве, очертания поворота расплылись и исчезли, словно никогда и не было заснеженной долины снаружи, словно не высится над головой гора. –Ты же хороша в нападении, – шепотом сказал Никей, заставив меня вздрогнуть. – Наверное, – так же тихо произнесла я. – Когда мы дрались, ты в основном нападала, не упустила ни единого шанса атаковать, – продолжал рассуждать юноша. – Меня так учили. Лучше действовать самой, чем ждать, пока противник заметит твои слабые стороны, – пожала плечами. – Я же предпочитаю дальний бой и эффективную защиту, – поделился собеседник. – Сабвен молодец: правильно распределила людей. – Она – защита, верно? – уточнила я. – Да, и эта оборона с Кадом прекрасно работает. Уверен, она предложила тебе пойти с нами, чтобы уравновесить команду. – Как приятно, – фыркнула я. – Очень здорово, – юноша на секунду замялся, и даже в тусклом свете можно было заметить, как налились румянцем его щеки, – что ты пошла с нами. Не часто в Орнес приходят талантливые в бою девушки, – запинаясь, произнес воитель. – Спасибо за комплимент, – улыбнулась я. – Да, он довольно неплох, – Сабвен заинтересованно свесила голову, все еще находясь на крыше. – Нравится? – с невозмутимым видом поинтересовалась я. – Очень даже, но я не расслышала – девушка легко спрыгнула внутрь повозки, не обращая внимания на движение последней. – Напарница так хороша? И в чем же? – заговорщицки покосилась на Никея воительница. – Не скромничай уж, хвали партнершу. – Ее мастерство удивляет. Когда мы дрались, сталь действительно плясала, – с улыбкой произнес юноша. – Сталь? – Сабвен разочарованно всплеснула руками. – Эх, детишки, к тому времени, как вы дорастете до взрослых игр и похвал, меня какой-нибудь монстр съест. Дневной свет внезапно резанул по глазам, сильно качнулась повозка, и мы выехали на открытую дорогу. Несколько секунд я не могла открыть глаза, а когда увидела, где мы едем, сердце пропустило удар. Дорога проходила по самому краю обрыва, с которого открывался хоть и прекрасный, но довольно ужасающий вид. Камушки, выскакивая из-под полозьев, уносились вниз, и невозможно было услышать их стук о землю, такая бездна темнела за хрупким краем тракта. Лошадь бежала гораздо медленнее, чем в начале пути. Ее тяжелое дыхание я могла различить, даже находясь под крышей. Пару раз сани настолько близко подъезжали к краю, что я невольно вздрагивала. – Боишься высоты? – участливо поинтересовалась Сабвен и тут же весело добавила: – Для спокойствия Никей может взять тебя за руку. – Не боюсь, – честно призналась я, вспомнив полеты на пегасах. На этом разговор и закончился, потому что повозка резко свернула в сторону, оставив опасный обрыв позади. Две горы сошлись в битве за звание самой величественной. Огромные камни ступали на дорогу, словно желая остановить редких путников. Но извозчик ловко правил конем, объезжая острые выступы. Листья, скованные льдом, одиноко красовались на пустых ветках немногочисленных деревьев. В тонкую стенку со стороны погонщика застучали кулаки. Сани проехали еще пару метров и остановились. – Выходим! – громкий бас Када заставил сбросить с себя легкую дрему. Мы выбрались из-под уютной крыши и блаженно потянулись. Хрустнули суставы, напряглись мышцы. Но горы остались безмолвны и неподвижны, с мудростью наблюдая за жалкими людишками, вздумавшими испытать свои ничтожные силы, придя в сердце каменной стихии. Впереди разветвлялась дорога, уходя одним рукавом вправо. Кад отсчитывал погонщику монеты, которые со звоном падали одна на одну человеку в ладонь. Налетевший внезапно ветер растрепал мои волосы, которые взметнулись вверх подобно языкам пламени, и тут же, поддерживаемые воздухом, вновь легли на плечи. Никей, восхищенно наблюдавший за этим, отвел взгляд, едва я повернулась в его сторону. Неужели и правда думает, что не замечу? Кад шумно спрыгнул с саней, и повозка покатила вперед, минуя уходящий в сторону рукав перекрестка. – Ну что, готовы надрать зад местным монстрам?– усмехнувшись в бороду, спросил воитель. Сабвен закатила глаза, но все же кивнула. Закинув на плечи сумки и проверив оружие, мы двинулись в нужном направлении.