But do you remember?

Не отворачивайся, узнав правду. Ни в коем случае не дрожи. Прими меня в свои объятья… А затем оттолкни… Заткнись и проглоти.

***

      Кап… Кап…кап-кап… Где-то в необычайно холодных подземельях стекали капли воды, порой рассеивая безжизненную тишину.       Взор опущен на почти бездыханное, растерзанное тело под ногами, пальцы готовы обронить палочку — до такой степени он пребывал в расслабленном состоянии. Руки опущены вдоль тела, грудь неторопливо вздымается.       Вдох. Взгляд скользит вдоль открытой раны побоку жертвы.       Выдох. Спускается вдоль по окровавленному бедру, рваные материи остатков одежды бесстыдно обнажают прекрасный, по его взгляду, порез.       Вдох. Жертва сипит и что-то лепечет безобразными, разодранными губами.       Выдох. Грязная рука тянется, пытается дотянуться до носка безупречно вычищенных ботинок. Мольба.       Вдох. Он наступает беспощадно и давит ладонь. Кажется, на среднем и указательных пальцах не хватает ногтей.       Выдох. Крик. Жертва под ногами корчится. Первый вопль вышел скрипучим и грудным, у него уже окончательно не осталось сил кричать. Ему было чертовски больно.       Усмешка трогает тонкие губы, обнажая белоснежные зубы, пара естественных верхних зуба, схожих на небольшие клыки, чудятся преимущественно больше и особенно выделяются. Но это лишь кажется.       — Больно? — раздаётся его необыкновенно хладнокровный голос.       Жертва что-то вновь лепечет синими, опухшими губами. Поднимает голову, но попытка увенчалась неудачей, его лицо тут же было прижато к полу магией. Опухшая и нездоровая щека и без того ныла, а ощутив твёрдую поверхность пола, не прибавила облегчения, человек сморщился от боли и закашлял, выхаркивая несколько капель крови. — Лежать, — шепчет, — я не разрешал поднимать головы.       Вдох. Красный луч быстро впитывается в истерзанное тело. Руки дрожат, и как-то изломанно прижимаются к телу и трясёт, трясёт. Голова словно как у сломанной игрушки моталась из стороны в сторону.       — Что, пытки уже не так доставляют удовольствия, когда ты вместо жертвы?       Выдох. Тело выламывает куда-то в сторону, словно из груди хочет что-то невиданное вырваться. А губы в безмолвном крике открыты. С уголков просочилась капелька крови, а часть языка вывалилась наружу.       Вдох. Всё прекратилось также внезапно, как и началось. Стоящая фигура развернулась и направилась к выходу из подземелий.       — Излечи его, — приказал он стоящему неподалёку эльфу.       Домовик всё это время стоял подле хозяина и смотрел в пол, не смея даже поднять взгляд. Домовика юный хозяин постоянно брал с собой в подземелья и заставлял лечить этого человека, чтобы затем вернуться и продолжить.       Кап… Кап…кап-кап… где-то в необычайно холодных подземельях стекали капли воды, порой рассеивая безжизненную тишину.

***

      Гермиона Грейнджер по традиции находилась в библиотеке, сидя в большом тёмном кресле у родового древа семейства Малфоев, и спала. Девушка задремала с фолиантом в руках. Она почти что дочитывала последний том, как её убаюкала тишина помещения. Этот дом необычайно тих.       Не то, что у неё дома: всё время было слышно, как матушка хозяйничает по дому, как отец смотрел телевизор или беседовал с кем-то по телефону, спрашивая у своих маленьких пациентов, как они себя чувствуют.       Не то, что в доме Уизли: там неизменно стоял шум, смех ребят, общая суматоха и волнующие беседы мистера и миссис Уизли или, наоборот, было слышно лишь Молли. Она могла временами гоняться за близнецами и причитать о беспорядке, который они периодически творили.       А здесь всегда было тихо. Хозяйка дома либо пребывала в гостиной, либо Гермиона её лицезрела в саду у фонтана, временами женщина разрешала себе лично заниматься, особенно красочными кустами роз, а рядом с ней копошился один из домовиков, наверное, причитая о том, что они сами всё сделают. Её сын был словно тень: его не было видно практически целыми днями, он мог спускаться только к ужину, либо его не было целый день. Драко выглядел болезненно-бледным, отчего Гермиона, вообще, старалась его избегать, если могла где-то на него наткнуться, например, в коридоре или в библиотеке. Увидев юношу в библиотеке, она старалась быстро забрать какую-нибудь из книжек и уйти, но, конечно же, перед этим она с пытливым любопытством поглядывала, что делал Драко.       А он не делал ничего. Либо расслабленно сидел в кресле, прикрыв глаза, — в такие моменты он выглядел безжизненным — либо стоял у родословного древа, запрокинув голову назад и пряча руки в карманы тёмно-синих брюк. Однажды Гермионе даже удалось застать прибытие Блейза в дом Малфоев.       Тогда Гермиона, дочитав очередную книгу, тайком заглянула в библиотеку и, не обнаружив там никого, зашла в помещение, чтобы поменять книгу и вернуться к себе, но уже по дороге назад встретила Блейза. Мулат оторопел. Драко, видимо, ему ничего не поведал о прибытии Грейнджер в их поместье.       — Грейнджер? — он чуть склонился к девушке, чтобы разглядеть её лицо в полумраке. — Или это у Драко такой фетиш, чтобы кто-то бегал под твоим обликом в его доме или я спятил?       — Нет, Блейз, это я, — девушка отвернула лицо и поспешила выйти, но была остановлена рукой мулата, отчего буквально вся сжалась.       Это впервые, когда он сам её касался. Мир странно переворачивается.       — У вас с Драко… что-то есть? — юноша сам сомневался в том, что произносит.       — Её приставила ко мне старуха, — прозвучал знакомый едкий голос у дверей. — Ещё раз предположишь подобную хрень обо мне и этой грязнокровке, ты пожалеешь.       Гермионе хотелось убежать, пропасть, провалиться, взлететь и попросту исчезнуть в это же мгновение. Голос Драко не сулил ничего хорошего. Да что с ним, чёрт подери, не так? — Полегче, Драко, — Блейз на удивление был спокойным и быстро развернулся к товарищу, оставляя Гермиону позади себя и жестом ладони показывая оставаться там, не шевелится.       — Ты в охранники нанялся?       Видимо, не напрасно Гермиона сторонилась все эти дни Малфоя. Она как предчувствовала, что он дикий и всякое ею неосторожное слово или действие привело бы в действие механизм массового уничтожения всего кругом, а может быть, и даже её. Таким она его ещё не видела.       — Драко, просто пропусти её, и мы с тобой поговорим, тем более я принёс то, что обещал, — Блейз начинал нервничать.       — Так пусть проваливает, — блондин демонстративно встал боком в дверном проёме, тем самым освобождая путь и не сводя взгляда с приятеля.       Гермиона медленно подняла взгляд и встретила лёгкую подбадривающую улыбку Блейза. Что? Блейз её подбадривал? С ума сойти. Она точно сходит с ума. В настоящий момент ей просто хотелось зарыться в мантии Блейза и не вылезать оттуда вообще, а ещё лучше, чтобы он её проводил до двери. Девушка изумилась всем эмоциям, что варились в настоящий момент внутри её, и глубоко задышала. Тень страха в шоколадных глазах для Блейза не остался незамеченным, он сам напрягся.       — Я долго буду ждать? — Драко повысил голос и не без удовольствия подметил, как содрогнулась девушка.       И та быстрыми шагами устремилась к двери, наклонив голову и смотря в пол. Она не заметила, когда блондин подставил ей подножку и она, запнувшись, мало того, что от его ноги, так ещё и задев ковёр, полетела на пол, из рук посыпались книги. Она успела выставить вперёд руки, чтобы не встретить лицом пол и, вскрикнув, она рухнула в коридоре на пол. Больно стукнулась коленом, изодрав нежную кожу на ладони об твёрдый ворс ковра.       — Осмотрительнее нужно быть, а то, как корова.       Она намеревалась уже выкрикнуть ему что-то оскорбительное, но дверь в библиотеку уже захлопнулась. В глазах предательски защипало, а руку с коленом саднило. Стало так больно, так невыносимо горячо в груди, что хотелось попросту рассыпаться пеплом.       — Мисс Грейнджер? — у лестницы была Нарцисса, та в этот момент поднималась в свою комнату, но увидев, как вылетает девушка из библиотеки, остановилась посреди широкого коридора.       Гермиона быстро обернулась на голос и, ничего не ответив, словно ужаленная, стала быстро собирать книги, поднялась и сбежала к себе в комнату, закрываясь на замок. В комнате она бросила книги на стол и резко опустилась на стул, разглядывая ладони, и с завидным усердием пыталась удержать слёзы, что так рвались наружу. — Урод… — шипела она, сдерживая где-то внутри крик. — Урод, ненавижу… мерзкий, поганый избалованный аристократ! Маменькин сынок! НЕНАВИЖУ!       Она не стерпела и запустила чернильницу в стену, та со звоном стукнулась металлическим, выпуклым бочком об стену и упала на пол. Чёрная жидкость тут же растеклась вокруг, марая белоснежный пол. На самом деле девушке хотелось всё громить и ломать, но тормозило её стойкое ангельское терпение и завидное самообладание. Глубоко дыша, она пыталась выровнять дыхание и заткнуть в себе гадкий, необузданный порыв разреветься, как маленькой обиженной девчонке. Как же ей сейчас хотелось очутиться где-то далеко отсюда, прижаться к Гарри и Рону, заключить в объятия Молли и Джинни, только бы не в этом месте.       Пожалуйста..       Не выдержала. Она заплакала, утыкаясь в ладони, плечи слабо потряхивало, а с губ срывались тихие всхлипы. Казалось, слёзы нескончаемо будут литься, она не могла остановить этот поток. Поток горячей жидкости пропитанной горечью и дичайшей обидой, и злобой.       — Уйдите! — крикнула она, когда в дверь тихо постучали.       — Это я, Грейнджер, открой, — раздался оттуда голос Блейза.       Гермиона всхлипнула и подняла лицо, бросив взгляд на дверь. «Что ему ещё здесь надо?» Она подскочила со стула, и рывком открыла дверь.       — Что, потешаться пришёл? — вышло даже громче, чем изначально намеревалась сказать.       — Нет… — Блейз удивился, увидев Грейнджер в таком состоянии. — Ты что, так реагируешь на него? Ты же знаешь Драко не меньше моего. Должна была ожидать от него достаточно типичных выходок.       — Не твоё собачье дело! — она намеревалась уже захлопнуть дверь, но юноша уже шагнул в комнату.       — Или я чего-то не знаю?       Блейз хотел выудить из неё хоть что-то, но девушка живо отвернулась, вытирая лицо, и зашипела. Она случайно задела ладонь где была содрана нежная кожа. Мало того, что солёные слёзы попали на ранки, так ещё и неприятно прошлась по шероховатому материалу своего свитера. Юноша закрыл дверь и, схватив Гермиону за руку, попытался взглянуть на ладонь, но та снова вырвалась. Борьба продлилась до тех пор, пока Гермиону не поймали в кольцо сильных рук и спиной прижали к груди парня.       — Перестань дёргаться уже! — немедленно приказал он, развернув её ладонь кверху, и взглянул на рану.       — Отпусти! — брыкалась она, но только неудачные потуги. — Я же мерзкая грязнокровка, не противно касаться меня?       — Я не фанатик чистокровности, мне всё равно, — он сильнее сдавил девушку и прошептал какое-то заклинание, ладонь засветилась лёгким белым сиянием, и ранки на глазах стали заживать. — Да и мы с тобой так-то уже целовались.       Гермиона замерла и насупилась, следя за тем, как затягивалось её «боевое» ранение.       — Я была пьяная и мне необходимо было выполнить спор, — нашлась что ответить девушка, переставая уже вырываться.       — Знаешь, недалеко от слизеринцев-то ушли.       — Это идея была Панси. Не я, так достался бы другой. Всё, отпусти, — дёрнулась она и кольцо сильных рук тут же разжалось, выпуская её на свободу, Гермиона развернулась к нему и тихо добавила: — Спасибо.       — Да на здоровье, Грейнджер, — пожал плечами мулат. — Так ты мне всё же расскажешь, что у вас происходит?       — А что-то происходит? — она с вызовом взглянула на парня. — По-моему, Малфой себе не изменяет и держит планку заносчивого хорька.       — И да, великая Гермиона Грейнджер, золотое дитя, вдруг решила расплакаться от очередной колкости заносчивого хорька? — Блейз театрально развёл руками.       — Ну, я же девочка.       — Конечно, я не сомневаюсь ни разу в твоём половом предназначении, — юноша наступал, а она отступала каждый раз на шаг. — Но как-то не вяжется, немножко, тебе не кажется?       — Очень даже всё вяжется!       — Грейнджер.       — Забини.       Они замолкли, вытаращившись друг на друга. Глаза в глаза, он с откровенным любопытством и она с завидным упрямством.       — Я же всё равно узнаю, Грейнджер, Драко всегда всё рассказывает со временем, — решил он сделать ход по-другому.       — Правда? — Гермиона поджала губы, внутри стремительно нарастало раздражение. — Ты уверен, что он всё тебе рассказывает?       — Да, — получился то ли вопрос, то ли утверждение.       — Хах, — теперь настала очередь наступать девушке, только в отличие от девушки парень не пятился назад, а внимательно смотрел на неё сверху вниз. — Не всё-то он тебе рассказал!       — Что ты имеешь в виду?       — А то, что… — её голос дрогнул, и она запнулась, так и не сумев завершить начатое.       — Так, что, Грейнджер? Начала уже, так заканчивай, — Блейз наблюдал за тем, как меняется выражение лица девушки. И уже сомнений не осталось, Драко что-то скрывает от него.       — Забудь. Вы же этакие друзья, у него и узнаёшь, может быть, а сейчас уйди.       — Слушай, Гермиона, — он в первый раз обратился к ней по имени. — Я не сделал тебе ничего плохого, так будь добра не говорить со мной в таком тоне. И мне в таком случае понятно, отчего он себя так ведёт. Если ты заметила, Драко без зелья звереет, а с ним он хотя бы спокоен и мыслит более разумно. Чуть позже сам придёт к тебе, лично поговорить.       — Плевать мне! — Гермиона отвернулась. — Малфой извиняться не умеет. Он умеет только всё портить и ужасно бесить своей надменностью.       — Ну, тут я соглашусь, извиняться он не станет, — Блейз нервно повёл плечом.       — Так и пошёл он в задницу.       — Ты ему, главное, повтори это в лицо, — усмехнулся мулат. — Ты даже не спросишь, что тебя так сильно волнует?       — Что? — девушка обернулась и нахмурилась. — О чём ты?       — Брось, Грейнджер, мы оба знаем, что тебя интересует: что с ним не так и почему он пьёт зелье.       — Мне плевать.       — Конечно, а сейчас у тебя не те самые мысли в голове проскочили? Драко отличный окклюмент и научил меня парой трюков, — он вновь увидел ошарашенный взгляд карих глаз. — О да, Грейнджер. Не думаешь же ты, что он ни разу не копался в твоей голове?       Девушка тут же вспомнила те разы, когда на неё наваливалась довольно странная резкая головная боль и почти сразу же прерывалась, но оно до такой степени было призрачным и слабым, что она не придала этому значение. Она воспроизвела в памяти несколько странных и малопонятных для неё на тот момент его слова и вопросы, и её бросало то в жар, то в холод.       — Мерзкий слизняк, он ещё и в моей голове копался, — гневу необходимо было вырваться наружу, и девушка была готова просто вылететь отсюда и просто избить Малфоя, неважно чем и как, главное, просто избить его и выплеснуть всё из себя.       И желательно забыть.       Девушка как-то обречённо выдохнула и резко опустилась на стул, она не могла найти более никаких приемлемых слов, что могли бы выразить её мнение об этом мерзком мальчишке, поэтому просто молчала и смотрела на свои сцепленные пальцы.       — У тебя колено ободрано, — как бы, между прочим, добавил мулат. Ему уже становилось неуютно в этой тягучей тишине.       — Не хочу ничего о нём знать, Блейз. Не хочу, — она подняла взгляд на юношу.       Блейз изучающе смотрел на неё и пытался понять, что именно скрывается за этим взглядом.       — Оно и правильно, потому что это тебя никак не порадует, и я советую тебе отсидеться эту последнюю неделю, а потом, как ни в чём ни бывало, вернуться в школу.       Юноша не получил никакого ответа и просто вышел, оставляя девушку одну. Она последовала его совету и старалась не высовываться лишний раз: брала книги и уходила к себе обратно. И сейчас, дочитывая последний том о семействе чистокровных, она под влиянием тишины провалилась в сон.       Девушка не услышала, как открылась дверь, как кто-то тихо подошёл к ней и остановился в паре шагов от неё. Это была Нарцисса, женщина не ожидала увидеть здесь гостью, особенно спящей.       — Мисс Грейнджер? — тихо позвала она.       Но этого было более чем достаточно, чтобы девушка раскрыла глаза и резко поднялась с места, она пошатнулась от внезапной боли в голове и, хмурясь, уставилась на женщину.       — Простите, миссис Малфой, я не заметила, как уснула.       — Мисс Грейнджер, вы видели Драко?       Девушка не сразу различила беспокойные нотки в голосе женщины и отрицательно покачала головой, когда пелена дремы всё же спала, и мозг стал нормально соображать, она поняла, что этот вопрос был задан не просто так.       — А что-то случилось?       — Не…       Нарцисса не успела договорить, как у дверей в библиотеку послышались шаги и шорох. Они одновременно обернулись к двери и увидели на пороге Малфоя-младшего. Его вид был, мягко говоря, весьма неопрятным и никак не вязался с его каждодневным образом идеального аристократа.       Юноша, словно пьяный, оперся о дверной косяк, опуская голову и стискивая тонкими пальцами дверную ручку, тем самым помогая себе удержаться на ногах. Меховое тёплое пальто было расстёгнуто, чёрный мех был мокрым и слипшимся, где-то местами был вбит снег, он постепенно превращался в воду, от внешней теплоты воздуха, и стекал по меху вниз, теряясь меж ворсинок. Платиновые безупречно уложенные волосы были в полном беспорядке, мокрые и растрёпанные. Материал штанов прилип к ногам, они были насквозь мокрыми, рубашка под мантией также была пропитана влагой и прилипала к телу. Руки дрожали, юноша дышал с надрывом и почти с хрипом на вдохе. Нездоровое покраснение на щеках, словно он их очень долго тёр, губы бесцветны и приоткрыты, взгляд помутневший.       — Драко! — Нарцисса сорвалась с места и только успела подхватить сына, когда тот не удержался на ногах, и уже вместе с ним осела на пол. — Что же ты делаешь?       Она плакала, прижимая белобрысую голову своего чада к груди, и легко качалась из стороны в сторону, словно убаюкивая. Гермиона стояла, не смея шевелиться, сердце замерло и словно скукожилось в этот момент от всей этой картины. Ей стало страшно за Драко, ей было больно за Нарциссу, она словно почувствовала всю жестокую боль этой несчастной аристократки, что на её долю выпало столько испытаний. Всё же пересилив, себя, Гермиона сделала несколько шагов к ним и едва слышно прошептала:       — Ему необходимо в постель…       Это всё на что в этот момент могла быть способна Гермиона. Она не знала, как себя вести и примет ли помощь Нарцисса. Но всё же осмелилась.       Общими усилиями они перенесли Драко в его спальню, вокруг забегали трое домовых эльфов, они стали расправлять постель юноши, задвигать шторы, нести все возможные склянки, какой-то горячий напиток странного зеленного цвета, помогли раздеть магией Драко и уложить его на подушки, накрывая сверху одеялом, окутывая само одеяло и подушки согревающим заклинанием. На лбу юноши пролегла морщинка, а через плотно поджатые губы раздался тихий стон. Нарцисса с нежностью коснулась покрасневшей щеки сына и уткнулась лицом ему в район шеи. Гермиона ощущала себя катастрофически ненужной здесь, она шкурой почувствовала безнадёжность, ужас и глухую боль Нарциссы, но и уйти не могла. Как же ей хотелось также коснуться Драко и убедиться, что с ним всё будет хорошо.       — Мириа, — послышался тихий голос миссис Малфой, и рядом стоящий домовик замер, так и не убрав на столик чашу, что принёс с собой, — что случилось с Драко?       Гермиона тихонько села на другом конце кровати, на самый краешек.       — Госпожа, молодой хозяин был на улице, Мириа умоляла хозяина уйти в дом. Хозяин очень долго лежал в снегу, хозяин говорил что-то о боли.       — Подробнее! — Нарцисса подняла голову и взглянула на домовика.       Эльф вздрогнул и почти затараторил:       — Хозяин говорил, что ему больно внутри, он хотел другую боль. Говорил, что ему внутри очень жарко. Мириа пыталась остановить хозяина, но потом хозяин нырнул в ледяную воду фонтана. Мириа очень испугалась и стала вытаскивать хозяина! Госпожа, Мириа не смогла уберечь хозяина, Мириа плохой эльф…       Чтобы домовик не попробовал с собой что-то сделать, Нарцисса жестом указала остановиться, и она не смела ослушаться, виновато кланяясь всё так же держа в руках чашу, чуть ли не расплескав всю жидкость. Женщина перевела взгляд на Гермиону.       — Мисс Грейнджер, если вам не составит труда, пожалуйста, приглядите за Драко, я ненадолго должна уйти.       — Да, конечно, — девушка как-то затравленно кивнула.       Нарцисса поцеловала сына в висок, задержалась там на какое-то мгновение и затем, поднявшись, быстро направилась на выход, трое слуг умчались за ней следом.       Гермиона неторопливо скользила взглядом по лицу Драко и кусала губу. Что происходило с Драко на самом деле, девушка могла только предполагать, но одна мысль была хуже другой. Что же такое с ним происходит, что он, чтобы заглушить душевную боль причиняет себе физическую? Гермиона осторожно придвинулась ближе, затем забралась с ногами на постель, садясь рядом и осторожно касаясь его почти сухих волос. Кожа была неестественно холодной, краснота со щёк стала постепенно спадать, а губы приоткрылись. Она бережно провела пальцами по его лицу, и прижалась губами к его щеке, закрывая глаза. Какой же он холодный.       Почти неживой.       Нашарив его руку под одеялом, она сжала его холодные ладони и осторожно легла на подушки рядом с ним. Ничего, что она так немного полежит с ним, если услышит шаги за дверью, то обязательно вернётся в своё прежнее положение. Внезапно девушка ощутила что-то странное вдоль кисти Драко и, проведя ещё раз пальцами по длине шершавого следа, нахмурилась и осторожно отодвинула одеяло, чтобы взглянуть. Карие глаза расширились от удивления: от начала левой руки до чёрной метки красовался кривой бледный шрам. Она тут же потянулась за другой его рукой, и увидела там то же самое. Ей ещё никогда не доводилось видеть руки Драко. Он всегда скрывал их достаточно умело. Шумно сглотнув, девушка ошарашенно смотрела на безобразные следы.       «Пытался покончить собой…» Гермиона осторожно убрала руки юноши и накрыла одеялом, медленно ложась рядом с ним на подушки. Сердце тревожно билось в груди, а перед глазами невольно всплывали картинки его странного поведения и вновь эти страшные шрамы на руках. Она зажмурилась и зарылась носом в холодное плечо юноши. «Не думать об этом, не думать!» Так, она пролежала до тех пор, пока её просто не сморил магический жар одеяла и подушек, борясь со сном девушка, не отрываясь, смотрела на профиль Драко. На его приоткрытые губы, на аккуратный прямой нос, подрагивающие ресницы и хмурый лоб.       Как же ей было сложно с ним. Она не знала, как он отреагирует, если узнает, что его матери помогала грязнокровка. Ненавистная, мерзкая грязнокровка.       Он слишком непредсказуем. Подобен стихийному бедствию.       Под своими думами девушка провалилась в сон, медленно закрывая глаза, она прошептала: «Всё будет хорошо, Драко…» и уснула, мирно дыша ему где-то в район плеча.       Нарцисса спустилась в холл, сразу же связалась с их личным семейным лекарем и пригласила также Блейза и миссис Забини. Больше ей не к кому было обратиться. Женщина стояла у окна, перебирая в пальцах круглый камень в кулоне и не отрываясь, смотрела куда-то вдаль, терпеливо ожидая гостей. Спустя какое-то время из камина, явился низкого роста мужчина, довольно преклонных лет. Он отряхнул свою тёмно-коричневую мантию и, расправив манжеты, взглянув на хозяйку дома, поклонился. Лекарь был давним другом семьи Малфоев: он ещё со времён юного Люциуса занимался врачеванием всей четы Малфоев, принимал роды у Нарциссы и лечил маленького Драко, когда тот хворал. Его звали Джоан Ноир.       — Джоан, — Нарцисса подошла к мужчине и сжала его ладони в ответ, что он так в излюбленной привычке взял её руки для успокоения.       — Я так понимаю, наш молодой человек снова что-то сотворил? — заговорил он, своим добродушным тоном улыбаясь себе в усы.       — Он сейчас у себя в спальне, вам нужно его осмотреть.       — Всё становится только хуже, так, Цисси? — Ноир нахмурился и отвёл взгляд задумавшись.       Женщина только сильнее сжала его ладонь и кивнула, поджав губы. Тут же камин снова блеснул огнём и оттуда предстали Блейз с родительницей. Оба отряхнулись и посмотрели на присутствующих.       — Твой приятель, Блейз, чрезмерно проблемный, — откликнулась темноволосая женщина.       Блейз лишь виновато взглянул на лекаря, затем на Нарциссу. Хозяйка дома была уже знакома с манерой общения миссис Забини и ничуть не обижалась на колкие высказывания о своём сыне. Впрочем, она была очень темпераментной женщиной и это была её привычная манера общения. Это не значит, что миссис Забини была неблаговоспитанной и могла грубить всем без разбору. Нет, она далеко не глупа, просто не любила юлить и говорила всегда всё прямо.       Нарцисса изложила всю ситуацию вкратце.       — Блейз, — обратилась к сыну женщина, — сколько раз в неделю принимает зелье, Драко?       — Я не знаю, — юноша пожал плечами и удивлённо уставился на мать. — Я ему не сиделка, было сказано пить раз в неделю, чтобы легче переживать приступы.       — Хорош друг, — проворчала женщина и перевела взгляд на миссис Малфой. — Нарцисса, ты должна его отправить в больницу Святого Мунго, он скоро умом тронется, если не уже.       — Я не отправлю туда своего сына, нужно найти другой способ, — Нарцисса с надеждой взглянула на Джоана.       Тот сидел, задумчиво вглядываясь в камин и постукивал пальцем по губам.       — Мне нужно его увидеть, и желательно несколько дней понаблюдать за ним, Цисси.       Все присутствующие направились за хозяйкой дома на второй этаж, к спальне Драко. Тихо открыв дверь и проходя в комнату, гости неожиданно замерли, увидев картину, что предстала перед ними. Нарцисса затаила дыхание, увидев Гермиону спящей рядом с её сыном и так чувственно уткнувшейся ему в плечо, буквально зарываясь лицом в одеяло. Джоан и миссис Забини с любопытством уставились на незнакомую им девушку, а у Блейза просто отпала нижняя челюсть.       — Ваша подружка, что ли? — шёпотом обратилась к нему мать, толкая локтем в бок.       — Нет! — хотел он сказать шёпотом, но получилось слишком громко, отчего Грейнджер, как ошпаренная подскочила и, увидев людей у двери, быстро попыталась подняться, запутавшись в одеяле.       Гермиона хотела провалиться сквозь пол куда-нибудь поглубже в самые недра Земли. Что-то слишком часто она стала об этом задумываться.       — Спасибо, мисс Грейнджер, что посидели с Драко. Оставьте нас пока что наедине.       Нарциссе не пришлось долго ждать и Гермиона, быстро кивнув, выбежала из спальни. Блейз уже собрался пойти за ней, но цепкие пальцы его матери заставили задержаться.       — Или это твоя подружка? — её пухлые красные губы расползались в ухмылке.       — Мама, отстань, не подружка она мне, — буркнул Блейз и вышел, закрывая за собой дверь.       — Грейнджер, стой! — стараясь как можно тише говорить, Блейз поспешил за девушкой следом, но услышав голос за спиной, она вздрогнула и попыталась убежать и скрыться в своей комнате.       Блейз оказался куда проворнее и быстрее, он поймал девушку почти у самых дверей, схватив за руку, затолкал в спальню и захлопнул за ними дверь. Гермиона зло сверкнула взглядом и сложила руки на груди.       — Да что тебе надо?       — Ты спала с Драко, — как-то двусмысленно вышло, но юноша не сразу смекнул смысл сказанной фразы.       Гермиона фыркнула и улыбнулась, отрицательно покачав головой.       — Я просто уснула, — пожала она плечами и указала пальцем на дверь, — а теперь иди, я очень хочу спать, сегодня меня уже во второй раз будят.       — Грейнджер, — шагнул он к девушке, отводя руку в сторону и сжимая её кисть, — чего я не знаю?       В висках вдруг защипало не так, как раньше, она буквально почувствовала, как юноша попытался вторгнуться в её сознание не так умело и незаметно, как это делал Драко, и быстро другой рукой зарядила ему пощёчину.       — Даже не смей, Забини!       Щёку неприятно покалывало, а губы мулата сложились в ухмылке.       — Значит, что-то есть. Ты, Грейнджер, очень странная уже с начала года. А эти взгляды Драко на тебя... Вы спите друг с другом?       Не в бровь, а в глаз. Но девушка не собиралась так легко сдаваться, вырвала руку из его цепких пальцев и ухмыльнулась, а затем просто рассмеялась.       — Я и Драко Малфой — спим? Ты себя-то слышал? Я мерзкая грязнокровка со слизеринским хорьком? Самому не смешно?       Но вот Блейзу было не до смеха, он изучающе смотрел в лицо Гермионы, затем оглядел её всю, будто впервые видя, сделал резкий шаг к ней, от чего Грейнджер слегка отпрянула и улыбка стала медленно сходить с её губ.       — Ты ревнуешь своего милого Драко? — тихо выдала она, прежде чем обдумала фразу. Ей необходимо было спасать своё положение.       — А давно ли ты такая дерзкая стала, Гермиона? — юноша вглядывался в её карие глаза, словно ища там что-то, но никак не мог.       — А разве не так? Прошлый раз, когда я тебя поцеловала, Драко выглядел рассерженным, у вас это взаимно, — девушка потешалась и бесстрашно, дерзко смотрела в глаза мулата.       Блейз медленно поднял руку к её подбородку и сжал его, слегка притягивая к себе, но тут дверь за ними шумно раскрылась и на пороге появилась миссис Забини собственной персоной с довольной ухмылочкой на губах. Ребята тут же отпрянули друг от друга, синхронно уставившись на дверь.       — И всё же, то ли твоя, то ли дружка твоего, может, у вас трио? — раздался её бархатный голосок.       Гермионе впервые удалось увидеть мать Блейза. Девушка о ней лишь слышала краем уха: не знала ни её имени, ни как она выглядит. И право, слухи были правдивы. Это была необыкновенно красивая женщина с густыми, тёмными и волнистыми волосами до пояса, её необычный тепло-янтарный цвет глаз, дивным образом гармонировал с её светлой кожей, легко подведённые глаза и красная матовая помада особо подчёркивала безупречность её лица. Словно с обложки сошла, разве такое возможно? Одета она была в белоснежное приталенное гипюровое платье с чёрным поясом на тонкой талии, а сверху, только на плечах, висело меховое бордовое пальто-мантия с длинными рукавами до самого пола.       — Мама, вечно ты со своими пошлыми фантазиями, — буркнул Блейз.       — В жизни всякое бывает. Милая, как тебя зовут? — миссис Забини стала медленно стягивать перчатки, не сводя взгляда с Гермионы.       — Гермиона Грейнджер, — получилось немного тише, чем она ожидала.       — Не слышала о такой фамилии.       — Мои родители магглы.       Наступила небольшая пауза, женщина медленно перевела взгляд на сына, и затем вновь вернулась к Гермионе, оценивающе её обследовала с ног до головы, и затем посмотрела по сторонам, осматривая комнату.       — Гермиона Грейнджер, — словно пробуя имя на вкус, — что же ты делаешь в этом доме рядом с Драко, чистоплюем и ненавистником магглорожденных?       — Так получилось.       — Так получилось? — женщина подошла ближе к ней и чуть склонила голову набок. — Тебя приставили министерские.       — Нет, меня попросила директор школы, — Гермиона покачала головой.       — Девочка, Макгонагалл не Дамблдор, она хочешь не хочешь, будет слушаться Министра магии. Тем более, если дело касается семьи Малфоев, к тому же Нарцисса пытается вымолить прощение для Люциуса.       Гермиона нахмурилась и поджала губы. А ведь эта женщина могла быть права, девушка прикинула несколько ситуации и вспомнила все предыдущие разговоры с директором школы. Миссис Забини тем временем продолжила:       — Люциусу совсем плохо, может быть, он и года не протянет, неизвестно, — она пожала плечами, — так что Нарцисса скоро потеряет либо мужа, либо сына, или, может, их обоих.       — Мам, зачем ты это всё говоришь? — - Блейз нахмурился и сжал кулаки, ему не нравилось, что в секреты его друга посвящают совершенно чужого человека.       Женщина замерла у балкона, так как она обходила комнату, разглядывая её. Встав напротив окна, она отвернулась от присутствующих и склонила голову вниз, разглядывая свои перчатки, что держала в руках.       — Блейз, выйди.       Гермиона молча, не сводя взгляда, смотрела на фигуру у окна. А юноша фыркнул и предостерегающе глянул на Гермиону, затем вышел, плотно закрывая за собой дверь. Миссис Забини простояла так ещё минуту, выжидая чего-то, а затем, обернувшись, медленно подошла к девушке.       — Гермиона, я могу так называть тебя?       Девушка лишь кивнула, не сводя взгляда и не смея даже моргнуть.       — Скажи мне, Гермиона, тебе ведь не всё равно, что будет с этим мальчишкой?       — Нет.       — Это ведь в тебе говорит не просто жалость к нему? — её янтарно-тёплые глаза, словно в душу смотрели и видели всё насквозь. — Потому что если это попросту жалость к болезненной душе, то лучше тебе от этого отказаться. Потому что наступит день, когда нужно будет сделать выбор. Я не скажу, что привязана к мальчишке, но они с Блейзом дружат с самого детства, я видела, как он растёт и я очень хорошо знаю Нарциссу, и то, что ей пришлось пережить и видеть, я бы не пожелала врагу. Мне глубоко наплевать на Люциуса, пусть подыхает, а вот Драко иной человек, хоть и взращённый на паршивом удобрении от своего папаши.       — К чему вы клоните? — Гермиона нахмурилась.       — Ты поймёшь всё потом, чуть позже.  Надеюсь, что это в тебе не жалость и любознательность играют важные роли.       После этих слов она просто молча направилась на выход и оставила девушку одну. Один на один со своими мыслями.       Драко Малфой пролежал, не приходя в сознание около трёх дней. У его комнаты были лекарь Джоан с Нарциссой, иногда появлялась миссис Забини с новыми склянками, скорее всего, она помогала в варке лечебных зелий для пациента. Периодически Гермиона по пути к библиотеке поглядывала на открытую дверь в спальню Драко, но не смея туда даже и шагу ступить, она уходила в библиотеку и возвращалась к себе. В субботу суматоха в доме стихла, Гермиона сидела на полу у кровати и разбирала вещи: завтра они должны будут отправиться в школу. В дверь тихо постучали, и на пороге появилась Нарцисса.       — Мисс Грейнджер, вы уже почти собрались? — она заметила, как девушка закрывала свой чемодан и поднялась на ноги, готовясь слушать. — Мне нужно срочно уехать, насколько это возможно проследите за Драко, чтобы он не смел выходить из дома. Знаю, задача не из простых, но просить мне больше некого, домовиков он слушать более чем не станет. Как только Джоан вернётся, вы сможете вернуться к своим делам.       — Я постараюсь, миссис Малфой, — Гермиона уже представила, как её убивает Драко и еле сдержалась, чтобы не закатить глаза и обречённо вздохнуть.       Нарцисса выдавила из себя неуверенную улыбку и удалилась. Гермиона ещё какое-то время проходила по своей комнате, затем неуверенно выглянула за дверь и нашла взглядом двери в спальню юноши. Они были приоткрыты, и оттуда тянулась яркая полоска света. Поразмыслив ещё какое-то время, она всё же направилась к его дверям. Ей в голову пришла безумная идея, конечно, нет уверенности, что Малфой потом в школе не отыграется на ней, но оно того стоило, зато он ещё один день проживёт, сидя в комнате без приключений на свою пятую точку.       Потянувшись к дверной ручке и неторопливо открыв дверь, она заглянула в комнату. Постель была пуста, а одеяло и подушки в полном беспорядке. Драко стоял у погасшего камина, опираясь на него руками. Расстёгнутая, смятая рубашка свисала с него так, будто он исхудал на несколько килограмм за эти дни. Волосы в полном беспорядке, ладони сжаты в кулаки, а вот лица она не видела. Услышав шум у дверей, юноша выпрямился и повернулся на звук. Лицо приобрело хоть какой-то цвет и не казалось таким мертвенно-бледным, как раньше, губы плотно сжаты, а взгляд абсолютно пустой. Серые глаза, по обычаю, выражавшие хотя бы презрение, сейчас выражали абсолютное ничего. Но увидев и узнав, кто стоял у его комнаты тут же будто приобрели понимание, а уголок губ дрогнул в ухмылке.       — Проведать решила, староста Грейнджер? — он медленно направился к ней.       Гермиона тут же вытащила палочку и, взмахнув ею пару раз, что-то быстро прошептала. Драко замер, тонкие брови тут же встретились на переносице, прокладывая складку недовольства на лбу. Он вопросительно смотрел то на её палочку, то на саму девушку. А Гермиона, будто не заметив этого, бесстыдно разглядывала его торс, и эта расстёгнутая пуговица на брюках, что держались на его бёдрах, только благодаря застёгнутой молнии, вызвали в ней волну эмоции.       — Грейнджер, — она медленно подняла взгляд и встретилась с серыми глазами, — может, ты зайдёшь, а не будешь там стоять и разглядывать меня, словно оголодавшая сиротка?       — Ещё чего, — пробормотала она и сложила руки на груди, — твоя мама сказала любым способом не выпускать тебя из комнаты.       — А ты с каких пор слушаешься мою мать? — он слегка склонил голову набок и скользнул взглядом к её шее, откуда торчала золотая цепочка. — Мм, Грейнджер, надела подарок?       — С чего ты взял, что это твой подарок, у меня что, других золотых цепочек не может быть?       — Тогда покажи, — он насмехается и замирает почти у самого порога, дальше его не пускала магия.       — Не буду я тебе ничего показывать, — и в подтверждение показала язык.       — О, Грейнджер, — он стал медленно застёгивать пуговицы на рубашке, — ты забыла, что в школе тебе от меня не скрыться.       Драко медленно расстегнул молнию на брюках, чтобы заправить рубашку в них, и наслаждался тем, с каким трудом Грейнджер старалась не опускать взгляд, но вот её глубокое дыхание выдало её моментально.       Играл.       — Ещё чего, Малфой, с таким же успехом я могу ночевать в гостиной своего факультета, — она изогнула бровь, — а на глазах людей ты ко мне и пушечный выстрел не подойдёшь.       — Уверена, Грейнджер? — он продолжил застёгивать верхние пуговицы, уже не скрывая ухмылки.       Гермиона сглотнула, и лицо её тут же нахмурилось, она лишь быстро закивала, поджав губы.       — Ну, смотри сама, моё дело тебя предупредить, — он дразнил, — может, зайдёшь, чаю выпьем?       Как раз в этот момент позади Малфоя нарисовался один из домовиков с подносом еды и горячего напитка. Драко отвернулся от девушки и указал жестом, куда убрать еду. Гермиона наблюдала за ним молча, ей стоило бы вернуться к себе в комнату со спокойной душой, но что-то заставляло остаться. В лучшем бы случае, она зашла к нему в комнату, но что-то подсказывало, что добром это не кончится и оставалась за дверью. Драко никак не мешало и трогало, что за ним наблюдают. Наоборот, он получал от этого удовольствие. В особенности, делая какие-то определённые, дразнящие действия. Так и завтракать он сел напротив «гостьи», сладко и вкусно поедая свежую булочку и запивая её чаем. Гермиона, прищурившись, смотрела на него и на его руки. В памяти тут же всплыл образ его шрамов, но из-под длинных рукавов их не было видно ни на миллиметр.       — Оу, мисс? — раздался голос со стороны, и Гермиона перевела взгляд на пожилого мужчину, только сейчас она увидела в такой вблизи. — Нарцисса сказала, что вы присмотрите за Драко, благодарю.       Мужчина улыбнулся и легко кивнул в знак благодарности.       — Да, пожалуйста. Я могу вернуться к себе?       Драко как раз отправлял в рот очередной сладкий кусок и покосился на дверь, увидев своего лекаря, развалился снова в кресле и продолжил есть. «И всё было бы лучше, если сейчас непокорная Грязнокровка сидела рядом», – подумалось юноше, но он быстро откинул эти мысли и принялся слушать наставления от лекаря.       Весь день Гермиона сидела у себя, складывая оставшиеся вещи в чемодан, Малфоя или его мать она больше не видела. Проведя день безвылазно из своей спальни, девушка завалилась спать, укутавшись в тёплое одеяло как гусеничка и нахмурившись, уставилась в стенку. Думая о тех днях, что провела в этом доме, она размышляла о том, как уже всё расскажет Гарри. Да именно ему, ни Рону, ни даже Джинни. Она прекрасно понимала, что Гарри сможет сыграть важную роль в этой семье и ей необходимо было с ним поговорить. Гарри всегда её понимал и порой даже слишком, без слов. Это она и любила в нём. Помаявшись ещё какое-то время, девушка уснула.       Утром Гермиона уже одетая сидела на диване и вертела в руках палочку, дверь в спальню открылась и она услышала голос Малфоя.       — Выйдем через твой камин, Грейнджер. Быстрей, у нас десять минут пока открыт проход в школу.       Девушка подскочила на месте, пряча палочку в карман и подходя к юноше.       — И тебе утро доброе, — буркнула она и покосилась на Нарциссу, что стояла у порога.       Малфой бросил порошок в камин, и он зажёгся знакомым зелёным пламенем, Гермиона вновь бросила быстрый взгляд на миссис Малфой, и могла поклясться, что увидела во взгляде женщины нескрываемую тревогу: глаза были опухшими, она плакала и, видимо, всю ночь. А её нездоровая бледнота лица только лишний раз это доказывало. Что-то явно произошло.       — Грейнджер, блин!       Малфой схватил девушку выше локтя и, шагнув первым в камин, утащил за собой гриффиндорку. Чувство, что тебя тянет куда-то и порой выворачивает наизнанку, а затем твёрдая поверхность пола знакомого кабинета директора школы и стоящая перед ними Макгонагалл. Девушка почувствовала, как цепкие пальцы разжались и выпустили её руку.       — Добро пожаловать, мисс Грейнджер, мистер Малфой.       — Здравствуйте, — не слишком доброжелательно отозвался юноша.       — Доброе утро, директор.       — Что ж, вижу, вы оба в полном порядке, сейчас отправляйтесь на завтрак, а вы, мисс Грейнджер, зайдите ко мне ближе к обеду.       Гермионе не пришлось повторять дважды, и она быстро направилась вниз к выходу, Драко лениво отправился следом. Грейнджер словно испарилась, этот факт заставил Драко ухмыльнуться. Неужели она правда думала избегать Малфоя?       «Глупая Грейнджер, далеко ли убежишь?» – с этими мыслями он направился в Большой зал.       В Большом зале Гермиона встретилась со счастливыми друзьями и очутилась в долгих, крепких объятьях. Рон, обнимая, её улыбнулся и зарылся в волосы девушки: «Хорёк тебя не съел?» от этих слов девушка лишь улыбнулась и сильнее прижалась к нему, прихватывая в объятья и Гарри. В этот момент в зал вошёл Драко. Бросив взгляд за стол гриффиндорцев, он увидел сцену обнимающиеся трио.       Мерзкая грязнокровка.       Вдруг на Драко уже повисла Пэнси, крепко обнимая за шею и как-то слишком мокро целуя его в щёку. Малфой непроизвольно сморщился.       — Мерлин, от гриффиндорцев всякой дряни нахваталась?       — Ну, я, вообще-то, наверное, рада тебя видеть, — Пэнси обиженно надула губы.       Гермиона выбралась из крепких объятий и быстро пробежалась взглядом по залу и очень кстати наткнулась на Пэнси и Драко. Первая его, словно змея, обвила вокруг шеи и целовала в щёку. Это не осталось незамеченным для Малфоя.       — Наверное или всё же рада? — юноша быстро вернул взгляд на свою девушку.       — Рада, — она кивнула и улыбнулась.       Драко склонился к ней и несвойственно для него, нежно коснулся её губ, целуя. Пэнси смогла лишь удивлённо раскрыть глаза и как-то неловко ответила ему, после чего Драко опустился рядом с Блейзом и потянулся за бокалом с соком, а Пэнси и Блейз встретились удивлёнными взглядами.       «Что-то пошло не так…» – подумалось им обоим, после чего Пэнси опустилась рядом с блондином на скамейку.       Гермиона отвернулась в свою тарелку и нахмурилась.       Мерзкий хорёк.       Староста школы была рада, что, наконец, настало время визита к директору, так как Джинни, словно пиявка, пристала к ней и допытывала своими вопросами о Драко Малфое, даже не давая Гарри и Рону к ней подступиться. Мальчишки пожали плечами и, бросив что-то вроде «в гостиной тогда увидимся», ушли на тренировку. И вот она вошла в кабинет директора, Макгонагалл по обычаю сидела за своим столом, а вот мужчина, что сидел напротив неё, заставил девушку напрячься. Кингсли Бруствер поднялся с места и доброжелательно улыбнулся.       — Добрый день, мисс Грейнджер, — девушка пожала в ответ его ладонь и поприветствовала. — Я не буду таить цель своего прибытия, думаю, вы и так всё прекрасно понимаете. Я знаю, что на дом семьи Малфоев было нападение, благо всё в полном порядке.       — Да, сэр, всё обошлось.       — Не наблюдали ли вы ничего странного за мистером Малфоем?       Гермиона прекрасно понимала к чему эти вопросы, они интересовались не только делами этой семьи, но и, кажется, каким-то образом подозревали, что с Драко что-то не так. И им необходимо любое подтверждение их подозрений.       — Нет, семья Малфоев относилась ко мне очень терпимо, я бы даже сказала слишком доброжелательно, — девушка уверенно подняла взгляд, смотря прямо на министра. — Вам незачем переживать. Эта семья, правда, пытается реабилитироваться.       — Мисс Грейнджер, опираясь на ваши показания, мы думаем отпустить на некоторое время Люциуса Малфоя из тюрьмы.       — На некоторое время?       — Мистеру Малфою очень нездоровится, его супруга просила нас отпустить его, чтобы последние дни прожил в стенах дома.       — Последние дни? — Гермиона удивлённо расширила глаза.       — Мистеру Малфою осталось прожить около месяца, — Макгонагалл перестала что-то записывать и подняла уставший взгляд на свою ученицу. — Если всё, как вы и говорите, мисс Грейнджер, и этой семье можно верить, то его выпустят, дабы позволить побыть с семьёй. Драко отбудет домой через две недели, вам его сопровождать уже не будет нужды.       — Нам же не о чём беспокоиться? — будто продолжая, спросил министр, заглядывая в глаза девушки.       Гермионе стало не по себе, чёрт знает, что Драко вздумает сделать: его неуравновешенная психика могла бы выкинуть что угодно. Но она не могла об этом сказать, не могла сказать о том, что лучше бы Драко не отправлять домой. Она прекрасно понимала, что стоит им об этом прознать, как его упекут в Святое Мунго и тогда Нарцисса лишится обоих любимых людей в одночасье. Эту проблему она решит уже позже, у неё в запасе ещё две недели.       — Не о чём, министр, я могу гарантировать, — девушка покорно кивнула и очень правдоподобно улыбнулась.       Этого было достаточно для взрослых людей, переглянувшись, они поблагодарили старосту школы и отпустили её. Гермиона вышла из кабинета и будто вдохнула полной грудью, она направилась в гостиную своего факультета.       С понедельника начинались учебные будни и бешеный прогон по прошлым темам предметов. Гермиона исправно избегала встречи с Драко, ну, конечно же, кроме спаренных уроков. На трансфигурации, пока Макгонаггал проходила между рядами и диктовала тему под запись, а ученики, склонив головы над пергаментами, пыхтели, скорее записывая текст. Гермиона хмуро поглядывала на Рона и Гарри, которые так лихорадочно пытались успеть за профессором. Она уже давно сдала подготовленную работу и легко ответила на все контрольные вопросы, а вот однокурсники в наказание сейчас сидели и записывали под диктовку. Конечно же, кроме, Драко Малфоя.       Мерзкий хорёк.       Юноша сидел, подперев ладонью лицо, и скучающе посматривал, как старательно Блейз выводил слова на пергаменте. Потому что старая грымза обещала при малейшей помарке или неправильно записанном слове переписать работу три раза. А объём далеко не маленький. Устав смотреть на друга, юноша плавно заскользил взглядом по ученикам и остановился на взлохмаченном пучке волос, что был так беспорядочно собран на затылке. Гермиона Грейнджер, как всегда, вся в учёбе и ни минутки на внешний вид. Прищурив свои серые, хитрые глазёнки, Драко пошёл в наступление. Он бесстыдно проник в её голову, закидывая туда неоднозначные видения.       Сначала девушка заметно напряглась, уткнувшись глазами в коричневую поверхность парты, тонкие пальцы необычайно сильно сжали перо, чуть ли не ломая его, а на особенно «проникновенном» моменте староста подскочила на месте, шумно откидывая стул и тяжело дыша, уставилась на профессора, что стояла у первой парты и удивлённо поглядывала на неё.       — Мисс Грейнджер?       Все перестали писать и удивлённо оглянулись на неё. Красная Гермиона забегала глазами и, пробубнив «простите», подняла опрокинутый стул и села на место, а когда всё вернулись к писанине, девушка гневно уставилась на Драко, что сидел в двух рядах от неё за первой партой. Юношу было видно из-за спины мулата. Малфой сидел также, подперев ладонью лицо, и ухмылялся, затем в излюбленной привычке подмигнул ей.       — Драко, — зашипел Блейз, — ты что там такого показал ей?       — Ты пиши-пиши, — прошептал Драко и взглядом указал на пергамент.       — Гермиона, что с тобой было на уроке? — Рон поправил увесистую сумку на плече. — О, Мерлин, эти сумки всё тяжелее с каждым днём.       — Немножко уснула, — пожала плечами девушка, не сбавляя шаг.       — Немножко уснула? — брови Гарри Поттера поползли наверх.       — На уроке трансфигурации? — под стать другу удивился Рональд.       Эти замечания она оставила без внимания и поспешила на следующий урок, парням осталось её догонять.       — Как она так быстро передвигается с такой тяжестью? — пробубнил Рон другу.       — Ты забыл её волшебную сумочку? — шепнул в ответ Гарри. — Я уверен, что в этой сумке ещё больше книг.       Рон замычал, поджимая губы, и согласно закивал, а затем оба прыснули от смеха, догоняя подругу. Девушка лишь закатила глаза и шумно выдохнула.       Следующий урок у них был со слизеринцами. Последние этот предмет недолюбливали и откровенно скучали. Маггловедение. Если же гриффиндорцы как-то старались слушать, то слизеринцы выше этого. Рассеявшись по рядам, ребята стали ожидать звонка на урок, разбившись на группки и тихо переговариваясь.       — Малфой, ты запарил к Пэнси липнуть, — Забини толкнул друга в локоть, привлекая тем самым внимание друга, тот совершенно нехотя оторвался от Пэнси и хмуро уставился на друга, а Блейз последние слова уже прошептал. — Грейнджер даже не смотрит.       На губах блондина излюбленная ухмылка.       — Ты, смотрю, очень проницательный последнее время?       — Ну да, увидев, как рядом с тобой спит Грейнджер, будешь здесь непроницательным.       Брови тут же взметнулись вверх, и Малфой медленно всем корпусом повернулся к другу и выжидающе уставился в ожидании. Нет, требуя моментального ответа.       — Хм… в общем, когда ты, недалёкий, искупался в фонтане и лежал трупом, она сидела с тобой какое-то время, мы заходим, а она спит, уткнувшись в твоё плечико, — театрально засюсюкал парень, складывая ладони вместе и касаясь щёки, стараясь говорить как можно тише.       — Кто спит в чьём плече? — донеслось несколько слов до чутких ушей Пэнси, и та почти легла на парту, чтобы увидеть Блейза из-за спины блондина.       Блейз так и замер с ладонями у лица и тупо упёрся взглядом в брюнетку, и буквально на автомате выдал: «Моя мама». На лице девушки сначала появилась задумчивость, сосредоточенность, затем удивление.       — У твоей мамы новый мужчина?       — Ага, — кивнул мулат, убирая руки под стол.       — Фу, Блейз, ты подсматриваешь за своей мамой? — девушка сморщила свой носик и вернулась за стол, прыснув в ладонь. Сидящая рядом Дафна тут же затрясла Паркинсон за плечо, требуя рассказать, отчего она так веселится.       — Хм, — многозначительно выдал Малфой-младший и медленно сел прямо, потирая переносицу и легко морщась.       В класс вошёл профессор и все моментально притихли.

***

      — Эй, староста Грейнджер! — раздалось за спиной девушки.       Избегания Малфоя длились почти до самой пятницы, как она и предполагала, мальчишка не смел к ней подходить на людях, а возвращалась она в спальню старост уже глубокой ночью, когда Драко спал. Юноша устал её дразнить видениями, ему самому уже становилось невтерпеж да и слишком уж мучительно отдавалось на ту часть тела, что находилась ниже живота. И что его так старательно избегает Грейнджер, только сильнее распаляло юношу. Он видел, что девушка себя сдерживает. Её выдержке можно было позавидовать. И вот, перед очередным сдвоенным уроком по прорицанию, Драко подошёл к девушке, не давая ей никакой возможности уже сбежать или скрыться.       А ведь он предупреждал.       Гермиона почти подпрыгнула на месте и, скрепя сердцем, медленно повернулась к Малфою, Гарри и Рон взглянули на юношу, прерывая диалог.       Вечные охранники.       — Чего тебе, Малфой? — как можно грубей и холодней.       — Дело есть, Слиз… профессор Слизнорт нас попросил подойти к нему, — блондин спрятал руки в карманы и слегка склонил голову, буравя взглядом девушку.       — У нас сейчас урок, Малфой.       — Я в курсе, это срочно.       Добьётся. Прямо сейчас или он за себя не отвечает.       — Опять какая-то пошлая ерунда от вашего декана? — выступил Рон.       — Возможно, Уизли, — тонкие губы тронула ухмылка.       — И всё же, давай после ур…       — Сейчас, Грейнджер!       И не дав и секунды, он схватил девушку выше локтя и потащил за собой, Рон попытался что-то вставить, но Гарри его оставил со словами: «Да ладно, Гермиона всё равно не переносит пары Трелони».       Как долго они шли? Пробежав по винтовой лестнице вниз, Драко буквально пропихнул девушку в первый попавшийся пустой кабинет и громко захлопнул дверь, запечатав дверь и наложил оглушающие чары. Стянул с плеча сумку и проделал то же самое с сумкой Гермионы. Он рывком подхватил её за бёдра, усаживая на парту, раздвинул ноги, устраиваясь между них, и впился в её губы жарким, требовательным поцелуем. Прижимая одной рукой к себе за талию, а другой, зарываясь в её волосы и оттягивая слегка назад.       Всё происходило настолько стремительно, что Грейнджер даже не дали и слова вымолвить. Гермиона сжала его плечи, впиваясь пальцами в кожу и пытаясь отстранить от себя. Шумно выдохнув, она зажмурилась и тихо простонала, с огромным трудом отстраняясь от губ блондина.       — Мал…       Не дав и слова сказать, выловив момент, проскользнул языком в горячий рот, и девушка сдалась, целуя в ответ, но не оставляя попытки, сильно прикусив язык партнёра.       Зря.       Тонкие пальцы выбрались из волос и быстро скользнули по виску, вниз к щекам, по шее и остановились на груди, медленно и ощутимо сжимая мягкую плоть, с губ девушки тут же сорвался тихий стон, улыбнувшись сквозь поцелуй, юноша толкнулся бёдрами к ней, тем самым подтверждая свою степень возбуждения.       Перед глазами поплыло и их накрыло с головой. Они тонули… Захлёбывались в друг друге.       Мантии, что девушки, что юноши тут же полетели на пол, следом к ним отправилась вся верхняя одежда Гермионы, Драко по обыкновению остался в рубашке, но в попытке снять и её, он лишь быстро отстранился от опухших губ и прошептал: «Не надо…» и вновь вернулся к желанным губам. Прикусывая и сминая нижнюю губу. Задрав юбку, юноша скользнул пальцами по её бёдрам, касаясь самого сокровенного, медленно вдавливая пальцы во влажную ткань белья. Девушка откинула голову назад и тихо простонала, закрывая глаза, и прикусывая и без того уже истерзанную губу.       Расправившись с последней преградой в роли нижнего белья, Драко быстро скользнул вниз, слегка толкая девушку назад, пододвигая её бёдра ближе к краю стола. Он медленно провёл влажную дорожку языком по бедру. Гермиона заметно напряглась и опустила мутный взгляд, такого ей никто никогда не делал.       — Расслабься.       И она послушалась, прикрывая глаза и запрокидывая голову назад. Сначала вздрогнула и рефлекторно попыталась свести колени, но руки парня тут же вернули в прошлое состояние, она стала прислушиваться к ощущениям.       Стыдно. Слишком бесстыже.       Уже давно началась пара. Но им было не до этого.       Профессор Треллони даже не заметила отсутствия двух студентов, начиная урок в своей излюбленной манере таинственности. Гарри и Рон переглянулись и выжидающе взглянули на дверь, будто ожидая в дверях вот-вот увидеть подругу. Первый урок они посвятили разглядыванию стеклянного шара, Рон иногда подстёгивал друга чем-то мистическим, отчего Гарри лишь усмехался и шикал на друга, когда Треллони оказывалась в опасной близости от их стола.       — Сумасшедший… — буркнула она себе под нос, застёгивая рубашку на уровне пупка.       — Тебе понравилось же, — крепкие руки юноши тут же обхватили её ладони и развели в сторону, а затем скользнули по животу, вверх аккуратно обхватывая грудь.       — Малфой! — возмутилась Гермиона, и быстро развернулась к нему, возвращаясь к прерванному делу. — Мы, между прочим, пол-урока пропустили!       — Поправка, весь первый урок, — Драко пожал плечами, заправляя рубашку в брюки, заметив только сейчас золотую цепочку, он улыбнулся, но тут же скрыл улыбку под фирменной ухмылкой, когда девушка подняла на него полный ужаса взгляд.       — Весь урок! Малфой, ты невозможен!       — Надо было возмущаться раньше, а мне помниться, ты очень даже была не против.       — Ты не дал мне шанса, — пожала плечами, скрывая покрасневшие щёки и поправляя уже мантию.       — Поможешь?       Гермиона медленно подняла взгляд на юношу, он протянул ей свой галстук.       — Без рук, что ли? — буркнула она, но всё же забрала у него галстук, Драко сам подошёл к ней, поднимая лицо, и расправляя плечи, отчего девушке пришлось приподняться на цыпочки, чтобы обвязать галстук вокруг его шеи.       — Я слишком долго ждал, староста Грейнджер, — он обхватил её талию, и притянул ещё ближе, отчего Гермиона замерла с галстуком в руках, смотря прямо в серые глаза.       — У тебя там Пэнси есть, и, по-моему, вам неплохо, — постаралась сказать более небрежно, пожимая плечами.       — Я не сплю с двумя одновременно, Грейнджер.       Почему-то эти слова заставили сердце девушки забиться сильнее, чем обычно, но на это она не ответила ничего. Справившись с галстуком, она хлопнула его по груди со словами «готово». Вышли они из кабинета по очереди, сначала Гермиона, затем Драко. Девушка первой вернулась в класс, где ребята сидели, отдыхая небольшим перерывом. На Гермиону тут же посыпались куча вопросов от Рона и Гарри, что там хотел и Слизнорт и почему так долго.       А она вовсе и не придумала, что ответить.       Пока она составляла связный ответ, девушка чувствовала на себе чей-то тяжёлый взгляд. Не выдержав и оставляя мальчишек переваривать ответ, она встретилась с тяжёлым и хмурым взглядом Блейза Забини. Тот в упор смотрел на неё, потирая указательным пальцем подбородком. Несколькими минутами позже зашёл Драко. Юноша опустился на пустующее место рядом с другом и достал из сумки учебник. Взгляд Блейза тут же впился в него.       — Ты спалился, Драко.       Блондин, молча, посмотрел на мулата, тот ухмыляясь, ткнул пальцем ему в шею, откуда из-за манжет рубашки еле виднелся отчётливый засос. Малфой тут же приложил ладонь, к шее приподнимая манжет рубашки, и отвёл взгляд.       — О, даже не спрашивай.       — Смотри, чтобы Пэнси не увидела.       — Обязательно, друг.       — С ума сошли, — Забини покачал головой.

***

      Следующие дни проходили словно в беззаботном сне. Ни Драко, ни Гермиона не стремились это хоть как-то контролировать. Животная страсть и нужда друг в друге сводила с ума. Драла на части. Всякий сдвоенный урок Слизерина и Гриффидора проходил особенно не так, как раньше. Гермиона успевала лишь изумляться тому, насколько отстраненно держится Малфой и каким он становился, если они оставались наедине.       Противоестественный. Безумный. Неприступный.       Сидя в коридоре на лавочке и разглядывая проходящих мимо студентов, Гермиона в который раз глубоко вздыхала, неумолкаемая Джинни оказалась достаточно проницательной. Младшая Уизли сразу подметила, что-то творилось с её ближайшей подругой. Отличница и героиня войны просто хорошела с каждым днём. Даже одежда перестала быть такой мешковатой и серой.       — Гермиона, ты же знаешь, я не отстану, — канючила Джинни.       — Какой смысл об этом говорить, Джинни? — Гермиона, повернулась к подруге, заправляя прядь за ухо.       — Как, какой? — удивилась она. — Ну, вы же встречаетесь? А я хочу узнать, кто твой парень!       «Собственно, а что у нас такое?» – проскочила мысль в голове старосты.       — Нет, — шатенка покачала головой, — мы не встречаемся.       С губ Джинни тут же пропала улыбка, а на лбу залегла морщинка, Гермионе стало неуютно. А ведь и правда, у Драко официальная девушка Пэнси, а с ней что? Обычный перепихон? В груди неприятно заныло, она ведь и так всё прекрасно понимала, но дозволяла себя утаскивать с занятий, позволяла зажимать себя в коридорах, когда заблагорассудится Малфою. А Гермиона старалась просто не думать об этом. Ей казалось, что всё просто. Но он необходим ей.       Неправильно. Все чувства запутались.       — Герми, — тихо позвала Джинни, вырывая девушку из раздумий.       Фразу Уизли прервал пронзительный крик какой-то ученицы и грохот откуда-то с коридора. Проходящие ученики тут же посторонились, пропуская пробегающую ученицу. Девушки узнали в ней Пэнси Паркинсон. Злая, как чёрт, она бежала словно от урагана или же, наоборот, навстречу ему. За ней мчался Драко Малфой. Юноша был в форме для квиддича, видимо, что-то случилось весьма серьёзное, если он оттуда сорвался за девушкой.       — Стой, я сказал! — он настиг Пэнси и, схватив за кисть, грубо дёрнул на себя, та вскрикнула и чуть не упала, но была поймана им же. — Какого хера ты тут спектакль разыгрываешь?       Внутри всё скукожилось, сжалось и забилось в угол, этот тон был знаком уже Гермионе.       — Пусти меня! — прикрикнула она ему в лицо.       Ученики с любопытством стали поглядывать на них, и Драко это не нравилось, абсолютно не устраивало. Он не любил выставлять свои дела напоказ.       — Угомонись, дура, — зашипел он, обжигая её лицо, горячим дыханием.       — С меня хватит! Пусти меня немедленно! — Пэнси пыталась высвободить руки, так как кисти уже саднило от стальной хватки парня. — Вали к своей потаскухе! Оставь меня в покое!       Девушка сорвалась почти на визг, из глаз хлынули горячие слёзы, она снова попыталась вырваться, и когда одна рука всё же обрела свободу она, немедля дала пощёчину. Наотмашь. Да так сильно, что пальцы и ладонь стало покалывать. Драко от удара лишь мотнул головой и замер, смотря куда-то в сторону. Джинни подпрыгнула на месте и широко раскрыла глаза от шока, а Гермиона затаила дыхание.       Драко неторопливо поднял взгляд и столкнулся с глазами Грейнджер. Щека саднила и приобрела розоватый цвет, на его бледной коже это нетрудно было заметить. Серые глаза не выражали ничего, кроме злобы и раздражения, а губы плотно сжаты. Пэнси прижала свою ладонь к губам и дрожала в беззвучной истерике, пробуя выдернуть вторую руку. Малфой поднял взгляд на слизеринку и быстрым рывком обхватив её за бёдра, закинул себе на плечо и, развернувшись, направился к подземельям.       — Будете здесь дальше торчать, вычту с каждого по десять очков, — прорычал он на ходу. — Пошли вон отсюда!       И студенты разбрелись по сторонам, пытаясь как можно стремительнее оставить это место.       Очутившись в гостиной факультета, Драко швырнул девушку на диван. Пэнси всхлипнула и тут же убрала мешавшие пряди с лица. Присутствующие в гостиной стали немедленно покидать гостиную, они уж точно знали, что Слизеринский Принц не любит лишних глаз.       — Так, и что это было? — его голос был крайне спокойным, но девушка понимала, что ничего в этом хорошего нет.       — Я не хочу говорить об этом, я ещё в раздевалке тебе сказала оставить меня в покое, — она поднялась на ноги, но тут же её толкнули обратно. — Драко!       — Сидеть, — сказал он шёпотом и медленно нагнулся к ней, опираясь на выпуклую спинку дивана по обе стороны её головы. — Ты, кажется, забыла, что я не люблю, когда ты вытворяешь подобные вещи.       — Я тебе больше никто и могу делать, что угодно, — она подняла лицо и с вызовом взглянула в его бездонные потемневшие от гнева глаза. — Так и кто она?       — Лучше тебя.       Больно. Как же больно въедались эти слова в сердце девушки. Словно бы жглось и неторопливо пробиралось в само сердце, в разум, выжигая там следы.       — Лучше? — шепчет.       — Её хочется всегда и везде, — он улыбался и наслаждался тем, что сейчас чувствовала Пэнси.       — Ты, — всхлип, — ты с ней нежен?       — Да, родная, всякий раз она кончает и извивается подо мной от наслаждения.       Перед глазами поплыло, лицо Драко смылось в одно сплошное пятно, слёзы потоком полились по красным щекам.       — Чем… я хуже? — выдавила она комок из себя, хватаясь за его плечи и стискивая в ладонях холодную тёмно-зелёную мантию.       А что мог ответить Драко? Ничего. Усмешка с его губ стала пропадать, он ощущал всю безмерную боль Пэнси, он бессовестно бродил по её сознанию, вбирая в себя те эмоции, что она переживала к нему. Он поднялся, отрывая от себя руки девушки и молча вышел.       Пэнси не была хуже. Несмотря на её скверный нрав, девушкой она плохой не была, хотя некоторые вещи из прошлого мешали им быть счастливыми.       Паркинсон наклонилась, закрывая лицо ладонями, и чуть ли не вопила от прожигающей боли и бешеной обиды. Она не увидела, что в комнате был ещё кто-то. Блейз слышал их разговор. Он первый пришёл в гостиную, после тренировки оставляя пару наедине, и вот что в итоге. Забини спустился с лестницы и осторожно прикоснулся к спине подруги. Та, увидев знакомое лицо, тут же поднялась к нему и уткнулась в грудь, давая волю эмоциям. Блейз лишь обнимал её в ответ и бережно гладил по голове.       Он ничем не мог помочь.

***

      — Грейнджер, — блондин вырос за её спиной словно скала.       Гермиона как раз забирала письмо у совы и небольшой свёрток с чем-то увесистым, от кого письмо и посылка, девушка ещё не успела посмотреть, как её прервал нагловатый слизеринец.       — Что? — она обернулась к нему, убирая на стол свёрток и пряча письмо в карман мантии.       — Что-то изменилось? — серые глаза быстро скользнули по свёртку и вернулись к лицу девушки. — Ты снова меня избегаешь. Я зря учил твои сраные знаки?       Гермиона, на выходных придумала незамысловатые условные знаки для них обоих, чтобы не было нужды сталкиваться и уходить вдвоём, и Драко жестом мог указать, где и когда он хочет видеть девушку.       — Зря, — сухо откликнулась она, пожимая плечами, — дай мне пройти.       — В чём дело, Грейнджер? — он не дал ей и шагу ступить.       Не смогла сдержаться. Да и когда она перестала сдерживаться?       — А дело в Пэнси Паркинсон, Малфой!       — Ревность? — блондин склонил голову на бок и улыбнулся, преподнеся пальцы к щеке Гермионы, но та, отвела лицо, не давая коснуться себя.       — Я не собираюсь ходить в любовницах или же быть запасным вариантом, — она оттолкнула парня и направилась к двери, но тут же была поймана в кольцо сильных рук.       — Мы расстались с Пэнси, — проводит кончиком языка по уху, и прикусывает мочку только сильнее прижимая девушку к себе. — Стало легче? А с тобой мы до тех пор, пока хорошо тебе и мне. Что тебя не устраивает?       — Отпусти меня, Малфой, — голос предательски дрогнул, она сделала ещё одну попытку вырваться.       — Нет.       — Почему?       Драко не знал, что ответить. Он расцепил руки и отпустил девушку, та обернулась к нему и заглянула в серые глаза, словно собиралась что-то произнести и не могла осмелиться. А Малфой выжидал.       — Не уезжай, Драко…       Малфой изогнул одну бровь, конечно же, ей могли передать, что происходит в его семье, и что ему разрешено на месяц уехать домой, чтобы побыть с отцом и матерью. Но с чего бы ей отговаривать его?       — Почему же я не должен уезжать?       — Мы оба знаем, почему. Эти недели ты был спокойным. Ты не хотел себя ни утопить, ни закопать в снегу, ты не пытался никого убить или испепелить взглядом, ты не срывался на мне… — девушка говорила быстро и под конец запнулась, но постаралась продолжить и не дрожать, — ты был таким спокойным, порой даже улыбался. Ты не должен уезжать туда, я поняла, что тебя что-то связывает негативное с…       — С кем? — голос Драко не выражал ничего.       — С Люциусом, — почти что прошептала и сжалась, приготовившись к какой угодно невротической реакции от блондина. Но её не последовало.       — А ты сможешь меня убедить остаться? — губы тронула излюбленная ухмылка.       — Что я-то могу сделать? — Гермиона обречённо развела руками и покачала головой.       — Не знаю, Грейнджер, — Драко пожал плечами и, отступив, обошёл её и направился на выход. — Если более ничего нет, пойду, пройдусь перед сном.       — Подожди.       Это было бы глупо. Но если подействует, значит, безрассудная надежда есть. Как глупо девчонки временами выдумывают себе образы и причины. И как слепо за этим следуют. Гермиона подошла к юноше сзади, касаясь его тёплых пальцев, и медленно скользнула ладонями вверх по рукам, ощущая сквозь рубашку крепкие мышцы. Квиддич необыкновенно хорошо сказывался на мальчишках, что особенно долго уделяли этому виду спорта внимание. Драко медленно повернулся и опустил голову, чтобы посмотреть на неё. Гермиона подняла голову ещё, наверное, с минуту они просто смотрели друг на друга в полной тишине. Чуть привстав на цыпочки, она осторожно коснулась губами его подбородка, затем уголка губ, обхватила его лицо руками, и чуть склонив к себе его голову, с трепетом поцеловала в щёку, задерживаясь там на какое время. А затем, обняв за шею, прижалась к нему, уткнувшись в его плечо. Серые глаза закрылись, руки легли на тонкую талию, и он обнял её в ответ.       Им было это нужно.       Оставшиеся часы до полуночи, они провели вдвоём в спальне Драко. То терялись в долгих поцелуях, то попросту лежали в тишине. Каким-то образом, Драко всё же удалось вытянуть письмо из Гермионы. Когда они увидели от кого письмо, то удивились оба. Письмо было от Нарциссы, а в небольшом свёртке лежало пару книг. В письме миссис Малфой благодарила девушку за то, что та не стала рассказывать о поведении её сына, и благодаря чему ей всё же одобрили забрать мужа домой и провести остатки времени с семьёй. И женщина была готова делиться книгами, периодически высылая девушке новые тома. Гермиона не смогла скрыть тот факт, что она безумно счастлива получать новые знания и тайны магии. На что Драко Малфой не упустил возможности подшутить и подколоть старосту девочек, на что потом заработал подушкой по лицу. Когда Гермиона уже собиралась уйти к себе, юноша вернул её, обратно завалив на кровать и удобно устраиваясь сверху.       Наверное, эта ночь оказалась куда нежнее всех предыдущих.       Сердца изнывали, но настойчиво молчали.       Когда наступило утро, Гермиона зажмурилась от яркого света и, повернувшись на другой бок, глубже зарылась под одеяло. Осознание, что она одна в постели пришло не сразу. Постепенно. Девушка приподнялась, прижимая одеяло к груди, оглядела комнату, его уже не было. Только кусок пергамента на соседней подушке и аккуратно выведенный текст зелёными чернилами:

«Не убедила. Следующий раз постарайся ещё лучше. Увидимся через месяц»

Драко Малфой.

      Когда письмо было прочитано, оно вспыхнуло пламенем и сгорело, оставляя после себя горстку пепла, затем самоуничтожилось, не оставляя после себя и следа.       Девушка прикусила губу и обеспокоенно покосилась на часы. Кто знает, что может твориться с ним за месяц. Долгий месяц. Тридцать дней.       Мучительных тридцать дней.