six
5 мая 2017 г., 22:13
История была последним на сегодня уроком. Учитель заставил Хосока пересесть, поэтому друзья особо не могли разговаривать. Из-за этого Хёнвон чувствовал себя странно.
Он решил не обращать внимания на это чувство и сосредоточиться на предстоящем свидании. Парень был воодушевлён, но одновременно с этим и сильно нервничал. Все его мысли были заняты тем, что он будет говорить и делать на свидании. Всё-таки это было для него впервые.
Че хотел попросить помощи Хосока, они же лучшие друзья, но в конце концов решил не делать этого, положившись только на собственные силы.
— Ты чего такой тихий? — спросил Хёну. Они жили рядом, поэтому часто ходили домой вместе.
— Я не тихий.
— Эм-м... Нет, тихий. Обычно ты болтаешь без умолку.
— Если бы ты не был так занят перепиской с Минхёком, я бы может и поговорил с тобой, — Хёнвон резко сделал шаг назад.
— Кто-то не в настроении. Хосок сказал мне, что у тебя свидание.
Хёнвон не знал, стоит ли ему соглашаться или нет. В общем-то он не хотел делать из этого какую-нибудь тайну, но если знал Хёну, то скоро узнает и Минхёк — лучший, когда дело доходило до распускания слухов. И это только вопрос времени, когда вся школа будет в курсе, что у него свидание с Тией.
— Да, у меня свидание, так что не доставай меня.
— Что насчёт Хосока? — спросил Хёну, стараясь сохранить равнодушие в голосе. Он отвёл взгляд, когда Хёнвон повернулся посмотреть на него.
— А что насчёт Хосока?
— Что он думает насчёт того, что ты будешь встречаться с кем-либо?
— Он не против, — небрежно ответил Хёнвон. Он не понимал, что все имели в виду, спрашивая это, и данный факт выводил его из себя.
— Правда?
— Ага. С чего бы ему быть против? Его не интересует Тиа или что-то вроде того.
— Окей, — Хёну поднял обе руки в примирительном жесте, когда тон Хёнвона стал слишком злым, и пошёл ко двору своего дома.
***
Свидание Хёнвона прошло лучше, чем отлично. Так как Тие не нравились романтические мелодрамы, они пошли на «Дэдпула». До этого Хёнвон смотрел его с Хосоком, но решил, что не против и пересмотреть. Он нереально сильно нервничал, но, ближе к концу фильма, нашёл в себе достаточно мужества, чтобы взять Тию за руку. Это было странно, но вполне приятно. Он никогда не держал ничью руку, кроме как Хосока. После фильма, они гуляли по городу и болтали обо всём. Хёнвон был счастлив. Когда он вернулся домой, Че не мог перестать улыбаться и, прыгнув на кровать, спрятал своё лицо в подушке. — Я должен рассказать Хосоку, — сказал он и стал искать свой телефон. «Угадай что», — он отправил сообщение, но потом просто продолжил, потому что Хосок просто напишет «Что?», даже не пытаясь угадать. —«Я держал её за руку, и она поцеловала меня в щёку». Хосок ещё не прочитал сообщение, но Хёнвон не хотел ждать, так что он вновь продолжил: «Думаю, она мне действительно нравится», — это было последнее сообщение, перед тем, как парень пошёл спать.***
Он проспал и поэтому пришёл в школу на час позже. Это не было чем-то неожиданным: он дорожил сном и часто из-за этого опаздывал. Сидя на своём обычном месте, Че искал взглядом Хосока, который должен был быть на противоположной стороне класса. — Где он? — спросил Хёнвон у Чангюна, сидящего рядом. — Кто? Хосок? — Ага. — Прогуливает, наверно. У вас же сегодня эта презентация, — ответил Чангюн и быстро развернулся к своей работе, пока учитель не сделал ему замечания. Хосок часто отсутствовал на занятиях, и не только из-за частых болезней. Его родителей легко было обмануть, чем он и пользовался, чтобы сачковать школу. — Я сам собирался спросить у тебя, где он, — внезапно сказал Чжухон, сидящий позади них, наклонив голову слишком близко к плечу Чангюна. — Он не отвечает на мои сообщения. — Я не знаю. Скорее всего, он действительно заболел, потому что на мои он тоже не ответил, — пробормотал Хёнвон. Он старался не придавать этому такого уж большого значения, но всё равно не мог перестать волноваться, не случилось ли с Хосоком чего. — Попробуй ему позвонить или ещё что. Могу поспорить, что он ответит тебе, как бы ни был болен. — Думаю, он выключил телефон, так что это не сработает. — Почему ты так волнуешься из-за него? — присоединился к разговору Минхёк. — Он взял у меня «Buttlefield 4», и она нужна мне обратно, — Чжухон надул губы, и Чангюн раздражённо простонал. — Он, может быть, умирает, а тебя волнует только твоя игра, — Минхёк занёс руку, будто собираясь ударить Чжухона. — Это не правда! Я действительно беспокоюсь о нём! — Ага, конечно.***
Хёнвон без стука вошёл в комнату Хосока. Он увидел друга, лежащего на своей кровати и слушающего «Let's Not Fall In Love» Big Bang из маленькой портативной колонки, расположившейся рядом. Хосок любил эту песню, и Хёнвон всегда удивлялся, почему. Она была неплохой и всё такое, но текст всё же был немного странным. — Твоя мама сказала, что тебе действительно нехорошо, — он медленно подошёл ближе, неуверенно посмотрев Хосоку в глаза. Парень кивнул. — Ты плоховато выглядишь, — продолжил он, изучая лицо Хосока. Его глаза и щёки были красными, и он выглядел, будто совсем мало спал. — Я и чувствую себя плохо, в любом случае, — голос Хосока был более хриплым, чем обычно. Он отвернулся, когда Хёнвон сел на кровать рядом с ним. — Я не знаю, выключен ли твой телефон, или почему ещё ты не отвечал на мои сообщения, но я хочу рассказать тебе о моём вчерашнем свидании. Хёнвон увидел, как Хосок сглотнул. — Тебе стоит попробовать. Я знаю, ты утверждаешь, что тебе не нравится Юнсук, но тебе всё равно следует пригласить её, чтобы понять точно, нравится или нет. Хосок всё ещё молчал, и Хёнвон не знал, что ещё сказать. У него закончились все реплики, которые он составил по пути сюда. — Слушай, — начал Че через некоторое время. — Если ты боишься, что у меня теперь не будет на тебя времени, то мы можем что-нибудь придумать. Ты можешь тусоваться со мной по вторникам и четвергам, и в школе, окей? Он наконец получил хоть какую-то ответную реакцию от Хосока: — Хорошо. — Правда? О, спасибо, я думал, что потерял тебя, — Хёнвон обвил руками шею парня и обнял, может, чуть-чуть сильнее, чем требовалось. — Ты параноик. Я просто болею, — голос Шина был беззаботным, но Че видел, что он не договаривает всего. Хосок редко расстраивался, и, если это всё-таки случалось, заметить труда не составляло. — Давай немного поиграем в «Buttlefield», пока Чжухон не потребовал у тебя её вернуть, — сказал он, когда отлип от друга и слез с кровати, чтобы запустить консоль. Хосок накинул одеяло на голову: — Ты можешь играть, а я слишком устал, — пробормотал он. — Да ладно, ты не настолько болен, — Хёнвон пытался стянуть одеяло, но лучший друг держал его изо всех сил, чтобы оно осталось на его голове. Че вздохнул и сдался: — Хорошо, тогда я ухожу. Попробуй только не прийти завтра в школу. Я надеру тебе задницу, если мне придётся из-за этого делать всю презентацию одному. Услышав звук закрывшейся двери, Хосок показался из-под одеяла: там становилось трудно дышать. Он убрал ладонью несколько слёз, стекающих по щекам, и взял свой телефон. Его плейлист перешёл на какие-то популярные треки Канье Уэста, поэтому он переключил их на другую песню Big Bang, на этот раз это была «If You». Он решил всё-таки выключить режим «самолёта», который всегда включал, если хотел оградить себя от людей. Пятнадцать сообщений от Чжухона об игре. Три сообщения от Хёнвона, где он рассказывал о своём свидании. Одно сообщение от Минхёка, где говорилось: «Просто скажи ему». Он написал Минхёку «Что?», проигорировав всё остальное, и лёг спать.
