Отражение

      Сара была не в настроении от слова «совсем». Даже чашка потрясающе бодрящего кофе не исправила ситуацию, скорее наоборот: она уже почти допила, когда решила спросить рецептик у Зузу. Имбирь, корица и гвоздика — куда ни шло, но щепотка перетертых семян мозгоклюйки? Борясь с приступом тошноты, остатки эльфийского пойла Сара отправила в раковину. Нет, она действительно проснулась и чувствовала невероятную бодрость, но мозгоклюйка, серьезно? Оставалось надеяться, что это не какое-нибудь чудо-растение из серии галлюциногенных грибов или, не дай бог, эльфийской конопли. Ей же еще за руль сегодня!       Правда, через пять минут плохого настроения как не бывало, и на работу она собиралась с прыткостью электровеника, отчего Зузу решила, что было хорошей идеей прямо при ней усомниться в правильности рецепта и начать вспоминать, что там в точности говорила ее прабабка — щепотка или пара семян? И сколько же это — щепотка? Но мозг Сары работал на таких скоростях, что она не могла заострить внимание на какой-то одной мысли. И вот она сбегает вниз по лестнице, стараясь натянуть свитер, не вдохнуть зажатую в зубах резинку для волос и параллельно собирая высокий хвост. Прыжок, поворот, ноги в балетки, новый поворот, зеркало, фух, всё — красотка. Она навернула еще три круга по гостиной, пока не поняла, что ищет ключи от машины совсем не в том месте. В голове мелькнула мысль: зеркало, точно. Сара подскочила к нему и покосилась на отражение так и сяк. И снова рой всяких разных мыслей наводнил взбудораженный мозг. Черт, а в тридцать пятом вопросе теста она ошиблась! Сейчас бы мороженого, а то жарко. Заехать, что ли, в молл на обратном пути, позавчера в витрине она заметила красивый комплект белья. Интересно, Джарету нравится красный цвет? Может, прическу сменить? Или перекраситься в блондинку? Отражение пошло зыбкой рябью. Джарета она в нем не видела, да и себя тоже, только мелькали какие-то расплывчатые силуэты.       — Зу, избавься от него, — только и успела она сказать и выпорхнула на улицу, схватив с крючка ключи. Интересно, дверь захлопнулась или нет? А, неважно! Впервые в жизни она тронулась с места с характерным визгом покрышек.

***

      На работе Сара почувствовала себя королевой закусочной. Одной рукой протирая стол, другой наливая кофе, она умудрялась разговаривать с клиентами, запоминать на ходу заказ и рассказывать, что сегодня из меню было самым вкусным. Так ни разу и не достав блокнот, она с непривычной для нее легкостью моментально подсчитывала в голове и называла итоговую сумму, жонглируя несколькими подносами, разве не ставив один на голову. А как филигранно, с ловкостью заядлого бармена она наполняла несколько кружек, стоящих в ряд, не проливая при этом ни капли. Ей даже удалось несколько раз перебросить бутылки с сиропом за спиной и разлить их в нужные напитки под одобряющие возгласы и аплодисменты. Магия, не иначе. Чаевых в этот день она собрала чуть ли не больше, чем составила вся выручка в кассе. Хотя и она превысила обычную норму. Но самым неожиданным стало то, что менеджер на радостях накинул десятку сверху в качестве премии со словами «так держать, Вильямс, не знал, что в тебе столько огня». Мозгоклюйки, чуть не поправила она его, но мысли снова перекинулись на что-то другое. Она должна признать, что от Зузу все же была какая-никакая польза. И более того: за весь день она почти не думала о Джарете и его штучках. Просто не успевала заострять на этом внимание.       Но всему хорошему рано или поздно приходит конец. Заряд бодрости закончился одновременно с бензином в машине. А она-то всё думала, что такое важное проскочило в мыслях, но о чем она благополучно забыла? Заправка, точно. Что ж, легко пришло, легко ушло: тучный усач на подъехавшем пикапе самаритянином точно не был. За пять галлонов бензина содрал с неё всю «премию» с парой баксов сверху, так еще и залить содержимое тяжеленной канистры не помог, сославшись на грыжу. Зато как коситься на её зад, что от удовольствия усы сами в пляс пошли, он был первым. Старый извращенец... Благо теперь она хотя бы могла укатить от него в закат. Второй раз в жизни Сара утопила педаль газа, не жалея ни покрышек, ни сцепления. Жаль, что просто «пуфнуть» на все четыре стороны не представлялось возможным. И давно магия стала настолько желанной в её обыденной жизни? Это все Джарет виноват, к гадалке не ходи. Прелесть то, прелесть это, только пожелай... Плут блестючий всучил персик и рад, а ей теперь отходняк всю жизнь ловить. Будешь тут нормальной, как же. Ох, ну ничего, современным девицам палец в рот не клади, так что пусть и в его жизни прибавится веселья. Глядишь, они его настолько из себя выведут, что он больше не рискнет с ней дела иметь. Вон, день прошел, а он и носа не показал. Даже весточки не оставил. И гоблины как сквозь землю провалились. Даже Чип куда-то пропал. Как-то это странно... Неужели Его Блестейшество занят чем-то настолько важным?       Подъезжая к дому, Сара в десятый раз сказала себе, что её это не волнует. Она же хотела, чтобы он оставил её в покое, а её желания всегда имели обыкновение сбываться, так почему она вообще об этом думает? Точно. У всего своя цена.

***

      Дом сиял чистотой. Такого не было уже сколько, лет пять? Гоблины и чистота — понятия взаимоисключающие. Признаться, она бы не удивилась, услышь однажды куриное кудахтанье или стань свидетелем забега на свиньях. Поэтому любая норма давно вызывала излишние подозрения.       — Эй, — позвала Сара, сбросив сумку и повесив ключи на место. — Чип? Ребята? — тишина настораживала не хуже чистоты.       Из гостиной чинно зашагала метла и вернулась на свое место в кладовке. Ну слава богу, все в порядке! Следом вышла Зузу и сразу перешла к делу:       — Сегодня несколько раз верещала эта немагическая штуковина, — глазки выпучились в сторону телефона, где светился индикатор новых сообщений, — а потом как заговорит! Бестолковый громовещатель, толку надрываться, когда никого нет? Бестолковые не-маги. Но я все запомнила, сейчас... — эльфийка выпрямилась, откашлялась, состроила важную мину и завела: — Сара! Ты не забыла, что сегодня мы собирались посмотреть финал сезона? С меня кассета, с тебя еда. Буду в семь. До встречи.       Зузу даже повизгивала в точности, как Джулс. Но слушать, как надрывается создание, пытаясь передать каждую интонацию, она больше не собиралась.       — Это телефон, — посмеиваясь, начала объяснять Сара, — и тебе не надо ничего запоминать, он сам это делает. Смотри.       После демонстрации эльфийка с облегчением вздохнула и возвела хвалу Мерлину и его кальсонам. Неужто дядька и впрямь существовал? Проскочившая в голове аналогия с Иисусом и его плащаницей позабавила, конечно, пока в дверь не позвонили. Вот и кара Господня за богохульство прилетела!       Зузу и отворила бы дверь, не вообрази Сара раньше все последствия этой катастрофы. Успев ухватиться лишь за самый кончик оттопыренного уха, ей все же удалось перенаправить эльфийку в сторону кухни и тихо прошипеть:       — Прячься, и никаких фокусов!       — Если ты сама не умеешь колдовать, то срываться-то на нормальных зачем?       Вот кто бы говорил о «нормальности». Сара закатила глаза и рукой указала в сторону кухни.       Не успела она открыть дверь, напоследок обернувшись и проверив, не летает ли где какая тряпка, как Джулс оглушила своим щебетом. После эльфийской пародии голос подруги и правда казался чем-то крайне визгливым.       — Ну наконец-то! Я уж думала, ты забыла про меня, — та сбросила кеды и бросилась на кухню. — Ты не представляешь, какая я голодная!       Сара даже сделать ничего не успела, а с кухни послышался визг.       Она бросилась следом, уже представив картину «Убиение домового эльфа, принятого за... нечто». Но Джулс просто прыгала у холодильника, счастливо хлопая в ладоши.       — Лазанья, Сара! Только не говори, что ты Карен напрягла! Но как же я люблю её блюда, — подруга разве не залезла в холодильник целиком, пытаясь выудить увесистую латку.       Сара крутанулась на месте, пытаясь обнаружить Зузу первой, и та на миг показалась из-под раковины и снова юркнула за мусорное ведро, напоследок деловито выставив большой палец с видом «все под контролем, босс».       — Мне надо выпить, — тут же выдала она.       Пуф.       Она едва успела поймать бутылку, выпрыгнувшую, казалось, из воздуха.       — Сара! — снова взвизгнула Джулс, и она уже решила, что на этот раз точно попалась, но не тут-то было: — Да ты меня сегодня прям балуешь! — подруга поставила латку с неизвестно откуда взявшейся лазаньей и бросилась к ней обниматься. И очень быстро отняла такую же неизвестно откуда взявшуюся бутылку с вином.       Сара только молилась всему святому, включая Мерлиновы кальсоны, чтобы там не оказалось мозгоклюйки. Или еще какой волшебной приправы-отравы.       Иметь дело с еще более гиперактивной Джулс она не хотела.       — А теперь, — подруга торжественно прошествовала к небрежно скинутой сумке, — хватаем все и бежим. Беверли Хиллз сам себя не посмотрит, — она счастливо помахала выуженной кассетой.       Сара же натянула улыбку пошире и принялась искать штопор, которого отродясь в этом доме не было.       Кто бы сомневался, что не было только до этого момента.

***

      Джарет сосредоточенно отбивал стеком дробь по сапогу. К такому жизнь его не готовила. Мало с него четырех девиц в неглиже, так они еще и умудрялись откровенно скучать. Похоже, никто из них не воспринимал приключение всерьез. Их куда больше волновали какие-то там танцы, платья, земные мальцы и — за что ему это наказание — главный вопрос: с кем из них терять невинность. По крайней мере, тем двоим, кто с ней расстаться еще не успел. Любые его попытки хоть как-то снизить градус происходящего вокруг сумасшествия заканчивались полным провалом. Их даже нисколько не волновало, как справлялась с прохождением Лабиринта их подруга. А он-то Сару считал в свое время зазнавшейся эгоисткой. Да по сравнению с этими порождениями современной Америки прелесть была средоточием невинности и благоразумия. А разница всего в какие-то пять земных лет.       — Конь на Е-4!       Вздохнув с тоской и грустью, обмазанный сажей гоблин верхом на палке с кусачкой-прилипалой отправился на нужную клетку наспех расчерченной посреди тронного зала шахматной доски. Тут же усыпанная мукой и укушенная за пятую точку «пешка» с визгом ретировалась с поля, грозясь отомстить обидчику болотом.       Хоггл, наряженный в подобие балетной пачки, заметно задрожал, осыпаясь мукой.       — Эй, если вы и мой зад подставите под кавалерию Его Крысейшества, я за себя не отвечаю! — тут же принялся сотрясать воздух старый гоблин.       — Молчать, Хигль! — Джарет резко опустил стек на подлокотник трона. — Это вообще твоя идея была.       — Я-то предполагал, что сыграем партейку-другую за столом, но это уже ни в какие ворота.       — Значит, в следующий раз будешь четко формулировать свои желания, — расплылся Джарет в довольной улыбке, на что Хоггл только невнятно проворчал что-то типа «с таким-то королем придется». — Леди, ваш ход.       Если подумать, это было нечестно. Последний раз он играл в шахматы когда, лет сто назад? А теперь против него скооперировалась эта четверка и спевшийся с ними старый перебежчик. У Хоггла определенно была слабость к молодым девушкам, особенно стоит им его приголубить да поцеловать в морщинистый лоб. Джарет просто не мог упустить такого шанса поиздеваться над ним еще разок.       — Скучно! — послышалось завывание в унисон откуда-то со ступеней.       Гоблины, стоявшие по клеткам, с облегчением выдохнули и не упустили момента разбежаться по сторонам, пока их не приплели для какой-то другой игры. Хоггл и вовсе свалился на пол, стараясь стянуть с себя унизительный наряд белой королевы.       У Джарета же вернулся нервный тик. В прошлый раз после такого заявления эти девушки едва не устроили набег на его драгоценный гардероб. Как же хотелось перенести сюда Сару и заставить эту чертовку саму разгребать последствия своих неразумных пожеланий, но такой власти над ней у него и правда не было.       Как раз вовремя в замок вернулась после своего испытания Лиз.       — Проще простого, — самодовольно произнесла она, отчего Джарет с трудом заставил себя проглотить это оскорбление ему и его короне. Спокойствие, только спокойствие. Что там в такие моменты делает прелесть, до десяти считает, кажется? Он почти досчитал до девяти тысяч восьмисот тринадцати. Или четырнадцати? Придется начать с начала. В третий раз. Один. Два. Три...       — Кто там следующий? Молли, душа моя, не сочти за грубость, но не могла бы ты пройти эту пару миль еще быстрее? — Он уже сделал всё, что было в его силах, даже Лабиринт по его прихоти превратился в сплошную прямую без каких-либо поворотов, а огневиков он и вовсе занял теми двумя волшебничками, но эти девицы никак не собирались покидать его владения. «Это самая невероятная и крышесносная пижамная вечеринка. Интересно, во сколько обошлись эти актеры и куклы твоему папе?» — конец цитаты. Правда, стоило ему показать пару простейших «фокусов», которые девушки ну никак не могли объяснить логически, и вечеринка тут же стала «просто нереальной!» Но с того момента уже прошло почти два дня, и, как оказалось, никакая магия не могла восхищать молодых особ настолько долго. И уж тем более — пугать.       Молли, будучи самой кокетливой и настойчивой, ничего не делала просто так. Он это понял еще когда пресек посягательства на свой гардероб, отчего та тут же принялась изучать его костюм не только глазами. Вот и сейчас он встретился с тем же не характерным для молодых девушек взглядом.       — Сразу же, как только ты расскажешь нам наконец, кто такая Сара!       Джарет тяжело вздохнул. И за что ему все это на голову свалилось? Он бы куда больше рад был побеседовать с самой Сарой, а не о ней. С другой стороны, он отлично понимал, что без дипломатии тут не обойтись. Хочешь поскорее с чем-то разделаться — иди кратчайшим путем.       — Самая коварная женщина из всех, с кем мне доводилось пересекаться по жизни, и по совместительству моя будущая королева. Теперь твоя очередь, дорогая. Уговор есть уговор, — Джарет только довольно оскалился на сильно-раздосадованное выражение лица Молли. Такого ловкачества она никак не ожидала. Не зря же он Король Гоблинов, в конце концов. Ей предстояло еще научиться куда правильнее подбирать слова, если она действительно хотела научиться крутить людьми на свой лад. Какое великодушие с его стороны, бесплатные уроки от самого короля в любое время на вес золота.       Рассмеявшись, Джарет бросил девушке хрустальный шар, и та мигом исчезла из тронного зала, начав свой забег по Лабиринту.       Правда, одного он не учел. На него с вызовом остались смотреть четверо оставшихся девушек. Жаль, что кратчайший путь — не всегда самый верный. Их теперь так просто будет не провести.       — Ох и попало твое гнусейшество! — донеслось от улепетывающего и довольно гоготавшего Хоггла. Сара определенно плохо влияла на этого гоблина, храбрости-то прибавилось, а мозгов — не очень. Вслед за хохотом послышался испуганный вскрик. Джарет очень надеялся, что этот спуск с ветерком прямиком на Болота хоть ненадолго образумит старого садовника.       — А почему мы только и слышим о Саре, но лично её так и не встретили?       Кажется, началось.       — Назовем это дипломатической миссией в вашем мире, — врать, собственно, Джарет не мог, и это самое близкое к правде, что пришло в его разболевшуюся голову. Кто бы мог предположить, что с возрастом мисс Вильямс станет еще коварнее. Он мог, но почему-то все предпосылки были напрочь проигнорированы. Он знал, почему, отлично знал. Можно править даже королем; правда, королева должна быть под стать.       — И как ты и твой народ остается незамеченным тогда?       — Магия, золотце, — это был слишком простой вопрос, смысл изгаляться. — Магия способна на разные вещи, хочешь — дивные, а хочешь — ужасные. Маскировка — бессмысленное растрачивание её, но вы такие впечатлительные!       — Еще бы! Ты гоблинов вообще не замечаешь уже, что ли? — удивленно поразилась Лиз.       — Этих-то? — безразлично проворковал он. — Понимаю, драконы. Или фестралы.       — Фест-что?       Джарет бросил сферу, и туманное облако приняло форму внушительного скелета лошади с крыльями под стать драконьим. Пока никто не грохнулся в обморок, он обратил магию вспять. Девушки нервно сглотнули.       — Надеюсь, Сара посимпатичнее будет, — нервно прыснула Дженни.       — Если она вообще существует, — завела Лиз. — Вы только гляньте вокруг.       Он почувствовал, как глаз снова дернулся. Да как только эти смертные посмели ляпнуть такое?!       — Каралева красивая! Почти как кароль, — похоже, подобный пас возмутил не только его, но и Чипа. И как его вообще сюда занесло, он же от Сары не отлипает? И тут до него дошло, что за целый день он ни разу не проверил, как там прелесть, да и она его за целый не помянула ни разу, что действительно... обижало. Ну и пугало тоже, да.       Пока он сообразил, Чип уже вовсю атаковал ногу обидчицы маленькими кулачками, поэтому ничего не осталось, как оттащить его и поднять за шкирку на уровень глаз.       — А ты что здесь забыл, а?       — Злая эльфа прогнала с утра, отобрав вкусняшки, — гобленок повесил уши и выглядел невыносимо жалко. Джарет закатил глаза: сдались они все на его голову, лучше тролли, те хотя бы за сладкое душу не продавали. Впрочем, души у гоблинов не было, это он знал наверняка, а вместо нее сахар да золотая пыль. Сотвори кто сладкое золото, гоблины бы махом вымерли от экстаза.       Джарет нервно выгнул руку, призывая сферу, и доля секунды показалась вечностью. Девушки безбоязненно прильнули ближе, заглядывая ему через плечо. Наконец, он её увидел, Сара была в полном порядке, даже приятно проводила время, судя по всему.       — Так она что, человек? — взвизгнули прямо в ухо.       Вот бы и ему так повезло, но нет: она заварила кашу, а ему теперь расхлебывать. Чертовка, не иначе.

***

      На удивление, Зузу её не ослушалась, да и пользы от эльфа, как только что стало известно, хоть отбавляй. Мало того, что именно благодаря ей полки холодильника валились от всякой еды, так она еще умудрилась материализовать ту самую бутылку весьма вкусного вина. А Сара уже испугалась, что ненароком сломала Джаретов подарок и теперь сама сеяла волшебство направо и налево. Или размечталась...       Именно поэтому ей очень потребовалось вино. Еще. Точно такое же. Зузу с радостью исполнила её желание.       Джулс, в таких же смешанных чувствах и с той же долей алкоголя в крови, недавно уехала домой, оставив Сару осмысливать увиденное дальше.       Что сценаристы делали на ура, так это дергали за веревочки души фанатов. Она поежилась даже, представив себя на месте Бренды Уолш. И черт с ней, с Миннесотой, тут и правда был холод собачий по сравнению с Лос-Анджелесом, где ей пару раз довелось погостить у мамы в тех самых Беверли Хиллз. Но вот даже представить себя беременной в шестнадцать Сара ну никак не могла. Именно в этом вопросе их взгляды с Джулс и не сошлись: та без устали повторяла, что влюбись Сара так же, как и Бренда, то запросто могла бы оказаться в таком же положении. Сара же была непреклонна — любовь любовью, а думать все же надо. И ответственности никто не отменял. А ведь с Джаретом она познакомилась именно тогда, в шестнадцать. Это было странно. Всю жизнь её упрекали в излишней романтичности и витании в облаках. И где она, а где Бренда? Ей тогда и в голову не пришло, что эту самую голову можно было так запросто потерять. И, боже, как же Джарет тогда старался. Хорошо, что поняла она это только сейчас.       — Может, еще вина? — со знающим видом спросила эльфийка.       Сара молча подставила бокал.       Горько, но вкусно.       Как и вся её история с Джаретом. Правда, с каждым годом становилось только вкуснее, а горечь куда-то ушла.       Интересно, как он там?       Внезапная мысль заставила сделать еще глоток.       Черт возьми, их там пятеро, им шестнадцать, а в голове, судя по всему, пусто. Или того хуже — гормоны.       Аж руки зачесались, как захотелось все проверить.       И где все гоблины, когда они так нужны?       — Чип? — тут же позвала Сара. К её успокоению, малыш материализовался с хлопком и тут же бросился обниматься.       — Там такое, такое! — завыл он, и она тут же заподозрила неладное.       — Ну же, не молчи, рассказывай!       — Вкусняшек нет, каралеву обзывают, так еще и кароль весь Лабиринт сламал! — малыш тут же принялся реветь, отчего быстро мокнущий свитер начал противно приклеиваться к телу.       Баюкая гобленка как младенца и нашептывая слова утешения, Сара двинулась к холодильнику и с трудом вытянула оттуда большой торт свободной рукой. Эх, сейчас бы мозгоклюйной ловкости.       — Смотри, что Зузу тебе сделала! — приторно завела она, бросив на начавшую возмущаться эльфийку убийственный взгляд. Этот трюк она на ура переняла у Джарета. На удивление, работал он не только на гоблинов.       — Это правда мне? — всхлипнул Чип, наконец перестав заливать её слезами, спрыгнул с рук и бросился обнимать застывшую в ужасе и отвращении эльфийку. — Спасибо! Чип любить Зузу, почти как каралеву! А каралеву как вкусняшки. А вкусняшки...       — Как короля, — догадаться было не сложно.       Даже Зузу, похоже, оттаяла, похлопав гобленка по голове. Хотя судя по тому, как сильно эта голова дергалась болванчиком, возможно, она просто опустилась до рукоприкладства.       — Итак, мы тебе торт, а ты нам подробности!       Гобленок расплылся в улыбке, с удовольствием клюнув на такую приманку.       Сара, умиленно вздернув брови, глядела на нырнувшего в торт гоблина и задавалась одним вопросом — действительно ли Джарет осознает весь масштаб возможной катастрофы? Но проверять, что гоблины любят больше — сладость или гадость в лице собственного короля, — не собиралась. По крайней мере, пока.

***

      Джарет опять отбивал дробь по сапогу, но на этот раз в такт дергающемуся глазу.       И как только он не подумал о последствиях?! Совсем голову потерял. Нашел время, а главное — место. Ох, Сара, ну и спросит же он с нее после. Но больше беседовать с ней он не намеревался, нет. В голове всплывали разные картинки, что именно он был бы рад с ней провернуть. Дивные вещи. Изощренные настолько, что почти жестокие, но все же дивные.       — Покончим с этим скорее, — сокрушенно произнес он, взглянув в лицо — лица — опасности. — Начинайте свой допрос.       Он правда думал, что будет легче. Что справится с любым испытанием, и какие-то вопросы ему не помеха. Ведь он мастер своего дела: искать лазейки, выворачивать правду, недоговаривать и заговаривать.       Ну конечно.       Стоило ему это произнести, как все, чего он хотел — попросту не свихнуться...