Safe Place

      Карамели нравилось думать, что он по-прежнему остр, как игла, особенно теперь, когда он был на пути к выздоровлению. С полным желудком и здоровой магией он был уверен, что сможет делать все, что делал раньше…       … так же как и раньше! Как до всех этих плохих событий!..       Конечно, он может работать в две смены! И ему не нужен сон! И он может поднять… да, конечно же нет, он не может поднимать тяжести, потому что его спина определенно не в порядке. Но это только сейчас! Карамель занимается физиотерапией, так что когда-нибудь, его здоровая спина снова вернется к нему! Так же, как брекеты на его зубах снова сделают его улыбку прежней - сияющей и привлекательной! Он вполне способен делать все то же, что и Папайрус, и хотя все говорят, что ему это не нужно, почему бы и нет? Ведь, папайрусу все удаётся, а Карамель — это папайрус.       Это совсем не сложно!       Кроме того, его брат все ещё не совсем здоров, поэтому Карамель работает вдвое усерднее, чтобы убедиться, что они вносят свой вклад в меру своих возможностей. В конце концов, трудно держать под одной крышей столько борющихся версий самих себя, а Стретч и Блу определенно заслуживают этой помощи.       В настоящее время на поверхности было два дома, полных скелетов. Стретч и Блу вышли на поверхность первыми, но решили сохранить свои прозвища из Подземелья. Когда остальные добрались сюда, все быстро распределили комнаты между собой, но… очень быстро стало тесно. И поэтому, когда Санс и Папайрус переехали в другой дом, они забрали с собой некоторых ребят. В итоге поделись так: Санс и Папайрус жили с Эджи и Рэдом, Грином и Джи, а Стретч и Блу приютили Блека и Слима, а также Карамель и Хоррора. Это было справедливо. По крайней мере так оно будет, до тех пор, пока на Поверхность не выйдет ещё кто-нибудь.       Вот почему Карамель должен очень усердно работать, чтобы он и Хоррор могли переехать и перестать быть балластом! К тому времени Карамель уже точно сможет снова быть Папайрусом, снова сможет привлекать к себе внимание других!       …Может быть!       Однако, иногда его спина ныла, и Блу чуть ли не приказывал ему лечь на диван. Карамель не понимал почему?! Ведь всё хорошо, он ещё может помочь! Он ляжет, только для того, чтобы получить свои еженедельные четыре часа сна! Но Блу ​​был очень настойчив, из-за чего скелет крайне вежливо проводил полчаса на диване, прежде чем снова мог попытаться присоединиться к работе.       По крайней мере, Карамель делал именно так.       Однако сегодня, пока Карамель смотрел на часы, к дивану подошёл Слим и рухнул на другую его сторону. Бедняга, он всегда был таким уставшим! Он мало говорил, и вёл себя весьма пассивно. Неудивительно, если Слим не хотел его тревожить. Или же он постеснялся что-либо сказать, когда Карамель первым сел на диван.       Но… в таком случае Слим не может чувствовать себя комфортно, особенно сгорбившись на другом конце дивана, верно же? Да и само собой, Блу поймет, если Карамель откажется от своего диванного времени ради…       Ой! Слим собирался лечь полностью. Ну, это прекрасно. Карамель не будет возражать! Скелет честно улыбнулась Слиму, так что бы его двойник знал, что ему действительно рады. Слим в свою очередь посмотрел на Карамель одним из тех странных взглядов, которые уже были его характерной чертой. Ну, быть может, Слим просто ждет, когда Карамель начнет разговор!.. — Привет! Я не слышал, как ты пришел домой! — весело сказал Карамель.       Слим огляделся, указывая пальцем через плечо, в сторону лестницы. — О! Ты не выходил сегодня на работу? — спросил скелет, склонив голову набок. — Ну, это прекрасно! Все видят, что тебе нужен перерыв. Ты смог отдохнуть сегодня?       В ответ пожали плечами. — немного. — Ну, ‘немного’ это определенно лучше, чем ничего! — ты? — спросил Слим, откидывая голову на диван и легонько поддевая Карамель ногой. — Ах. Ну, моя спина немного ныла, когда я помогал Блу готовить, так что он настоял, чтобы я пришел и сел! «Двенадцать минут или около того».       Слим одарил его забавным взглядом, но ничего не ответил. Тогда, разговор видимо был кончен! Карамель снова перевел свой взгляд на часы с голубым циферблатом, что висели над входом в кухню.       Всего семь минут до возвращения к своих домашним обязанностям. Но внезапно, Карамель почувствовал тяжесть чужого тела на своём боку. Скелет с любопытством повернулся затем, чтобы увидеть, как Слим перестроился, чтобы немного опереться на него. Глазницы у того были сомкнуты, скулы чуть покраснели… и он явно не хотел об этом говорить.       Но, возможно, объятия облегчают сон! Карамель знает, что Стретч становится ласковым, когда устает, и зачастую зовет Эджи, чтобы немного подшутить над ним, а после устало прижаться к нему.       Слим издал удивлённый звук, когда Карамель устроился удобнее и полностью потянув того к себе на колени, чтобы Слим мог лежать на нём столько, сколько он хотел. — Так лучше? — спросил скелет и Слим кивнул, прижимаясь ближе.       Да, хорошо, он может посидеть так ещё шесть минут, чтобы помочь Слиму!       Но… ну… шесть минут неожиданно быстро закончились, а Слим теперь тихо и очень довольно мурчал. А, ну, Карамель стоит признать, в последний раз спал меньше четырёх часов, и…       …Что ж. ладно. Он позволит своим глазам закрыться, и да, он определенно устроит свой череп рядом с черепом Слима, когда тот заснёт.       Карамель просто немного вздремнёт. Только чтобы сохранить комфорт Слима. Только из-за этого.

_____________________________

      Карамель вообще был очень оптимистичным парнем. Он умел видеть светлую сторону в любом деле, человеке или монстре, как и Папайрус!       Так что новость от его доктора о том, что ему может понадобиться операция чтобы вылечить свою спину была… была определенно очень-очень хорошей! Это буквально означало, что у Карамели есть шанс, что последствия перенесённого им ужаса можно исправить. И весьма быстро! Пусть это скорее всего будет больно, существовали определенные риски и анестезия и… ему придётся отказаться от еды за двенадцать часов перед процедурой… это все было просто и выполнимо, но…       Хорошо. Он та ещё катастрофа. И одна лишь мысль о том, что ему нужно было полностью отказаться от пищи перед операцией, вызвала у Карамели дикую панику! Он буквально не мог найти себе места, от одной только идеи, а ведь операция ещё даже не была назначена! Он знает, он знает, что после операции он снова сможет поесть, но его тело посылало так много предупреждающих сигналов в ответ на эти мысли.       Только не снова. Он не сможет перенести этого снова.       Когда беспокойство стало слишком сильным, Карамель без сил рухнул на диван. И как будто только этого и ждали, рядом появился Слим. — Ой! — вздрогнул и слегка подпрыгнул от неожиданности скелет. Его душа медленно успокаивалась, рядом был его друг, — Ты напугал меня! Я, гхм, я в полном порядке! Просто даю спине отдохнуть!       Его голос был ужасно неубедителен, особенно учитывая, что дрожь никак не хотела отпускать его кости. Слим ничего не сказал, а просто подошел к комоду и достал большое одеяло. Когда скелет вернулся, Карамель ожидал, что тот накроет его одеялом или что-то в этом роде. Однако, вместо этого, Слим обернул мягкую ткань вокруг самого себя, прямо как плащ, а после забрался на колени Карамели. Долговязый скелет удивительно гармонично устроился на коленях друга, идеально обхватив его руками и ногами, укрыв их обоих. Карамель обнял Слима в ответ.       Тот расслабился, и Карамель каким-то образом расслабилась вместе с ним, вздыхая и прижимая Слима к себе, пока тревога медленно, но верно, покидала его тело и мысли. Мурчание его партнера по объятиям делал этот процесс быстрее.       Карамель до конца не был уверен, что иногда происходит в голове Слима, но он точно знал, что Слим, кажется, всегда понимает, когда ему нужна помощь, чтобы расслабиться. Карамель усиливает объятья, пытаясь выразить так свою благодарность за доброту и поддержку.

_____________________________

      На самом деле Слим не ожидал, что объятия подействуют. Это было то, что он всегда делал для Блека, когда тот переживал так же, как и Карамель. И это было единственное решение, которое было действенным и эффективным, чтобы заставить его младшего брата немного успокоиться и начать снова проявлять обычные эмоции. Однако, тот факт, что данный способ работал ещё и на Карамели, определенно доказывал, что никто не может отказаться от хороших объятий. Особенно в моменты усталости и нервного перенапряжения.       А Карамель действительно был уставшим и нервным.       Через какое-то время, Слим стал замечать, что Карамель начал приходить к нему всякий раз, если испытывал усталость или тревогу. В такие моменты Карамель слегка дергал Слима за рукав его куртки, как бы спрашивая, есть ли у тебя время. И у Слима было достаточно много времени, чтобы помочь другу, поэтому он всегда следовал за ним обратно к дивану и обнимал того, крепко прижимаясь с целью вздремнуть. И зачастую слышал довольный вздох Карамели, когда тот прижимался к Слиму в ответ.       В результате Слим стал быстрее выполнять свои домашние обязанности, что бы когда он возвращался с основной работы, — а приходил он немного позже чем Карамель, — у него была возможность притянуть того к себе и вместе забраться на диван. Блек немного поддразнивал его по этому поводу, но Слим не обращал на него внимания; ему нравилось быть рядом с Карамелью, когда тот в этом нуждался, а у Слима всегда была более глубокая потребность в объятиях и физической привязанности, которую его брат никогда не мог удовлетворить. Было приятно получать от него физический контакт каждый день, а объятия Карамели были такими восхитительно теплыми и утешительными.       Некоторые считали, что Карамель слишком много болтает. Как и Папайрус, он имеет тенденцию заполнять пустое пространство вокруг себя болтовней о чем угодно. Но Слим по своей природе всегда был тихим и спокойным, поэтому его это никогда не беспокоило. — Знаешь ли ты, что дом Дэвида Швиммера был разукрашен вандалами? Они нарисовали граффити «Росс — отстой». Неужели все так сильно ненавидели его персонажа? — спросил Карамель однажды, когда они вместе растянулись на диване пока смотрели телевизор, — Лично я думаю, что это свидетельство того, как хорошо он изобразил такого ненавистного персонажа. Но я действительно думаю, что он был весьма симпатичным во время съёмок.       Слим легко мурчал, прижимаясь лицом к ключице Карамели. — Я думаю, что сейчас мало кто симпатизирует этим персонажам. Хотя мне действительно нравится Фиби!       Слим бросил беглый взгляд через плечо на экран телевизора. — джоуи. — О, и правда! Джоуи милый и верный, когда дело доходит до сути вопроса. — джоуи не делится едой! — процитировал Слим, посмеиваясь вместе с Карамелью, — знает, что ему нравится. — Это правда, он придерживается своих правил! В этом смысле он весьма надежный, — промычал Карамель и позволил тишине ненадолго окутать их, давай шанс погрузиться в сериал, — Я начинаю задаваться вопросом, а не упустила ли Рэйчел своё счастье с Джоуи. Он действительно заботился о ней, но это так ни к чему и не привело. Тебе не кажется это немного грустным? — ммм, — интеллигентно ответил Слим и закрыл свои глаза, засыпая. Карамель лишь усмехнулся и успокаивающе провёл рукой по его черепу, а через некоторое время встал с дивана и выключил свет.

_____________________________

— ты же знаешь, что карамель думает, что вы встречаетесь, верно?       Слим вопросительно посмотрел на Стретча, а после вернулся к чистой тарелке, что он передавал ему. Стретч кивнул сам себе. — так это правда! ну, тогда неудивительно, что вы каждый день милуетесь друг к другом на том диване, — подтолкнул друга Стретч.       Слим почувствовал, что его лицо покраснело. — п-просто были дружелюбными. помогали. — окей, ладненько, — согласился Стретч, — но я не удивлюсь, если он надеется на большее. если это не то, чего ты хочешь, то вам двоим, вероятно, следует… — Папс! Ты можешь помочь мне? — позвал Блу из гостиной, и Стретч посвистывая, отставил в сторону ещё не мытые тарелки. — да, бро, уже иду, — отозвался он, прежде чем посмотреть на Слима, — в любом случае, подумай об этом.       Оу, он определенно думал об этом и краснел все больше и больше, особенно сейчас. Думал, краснел и продолжал мыть оставшиеся тарелки.       Он просто был дружелюбным и полезным! Верно?..       В конце концов, если бы Карамель действительно хотел бы встречаться, то он бы уже подошёл к нему по поводу ошейника, правда же? Даже несмотря на различия между их культурами, его брат очень ясно изложил историю и суть ошейника из их с Слимом мира, ещё тогда, когда они все только начали жить под одной крышей. Блек сделал так, так как не хотел, чтобы кто-нибудь задавал вопросы, почему он снимает ошейник со Слима теперь, когда они не в Подземелье… ведь насколько Слим понимал, в ошейниках из мира Эджи и Рэда тоже были свои нюансы. Они говорили, что ошейники в их мире различают тип взаимоотношения — семья, подчиненные, любовники и ещё много чего.       Однако в мире Слима и Блека, ошейник означал лишь одно: «этот монстр мой, и я несу ответственность за его благополучие, и вы будете отвечать передо мной, если будете угрожать ему». У них не было каких-либо уровней власти, каких-то особых нюансов или разницы. Только ответственная и защищаемая стороны.       Блек не хотел держать Слима в ошейнике, потому что он не хотел удерживать его теперь, когда выживать было не обязательно. Слим был сильным, сильнее всех других папирусов, поэтому он не…       Внезапно, что-то в его мыслях, с громким щелчком встало на своё место.       Ну конечно, Карамель не подошел к нему с ошейником. Слим явно был сильнее всех остальных, так зачем ему защита? В Подземелье это была необходимая уловка, чтобы показать, что именно Блек был сильнее.       Карамель не хотел оскорблять Слима, предлагая быть ответственной стороной. Тем более, опорой в их отношениях было именно то, что Слим отвечал за отдых и благополучие Карамели. Хм… ну, тогда вопрос состоял в том, что скорее всего, именно Карамель ждал предложения от Слима!       И он просто… позволил ему подождать!       Слим глубоко задумался об этом, даже не заметив что рукава его кофты уже вымокли в мыльной воде по самые локти. Слим сильный, он может защитить Карамель. Ему определенно нравится эта идея, он наслаждается этим процессом сейчас, и он не хотел скрывать, что жаждет проводить больше времени вместе.       Мысль о том, как Карамель целует Слима, заставила его лицо яростно покраснеть.       Карамель нравился ему. Может быть, даже больше чем просто нравился. Как он мог быть настолько слеп к своим зарождающимся отношениям?..       Слим поставил последнюю тарелку на сушилку, спешно снял с себя фартук и бросился к своей куртке.       Возможно, ещё не поздно приступить к поиску подходящего ошейника.

_____________________________

      За несколько дней до операции Карамель заметил, что время, когда Слим проводил рядом с ним, заметно выросло.       Это имело смысл, так как Слим, казалось, был рядом всякий раз, когда Карамель беспокоился, и Слим просто приходил чтобы помочь справится с его тревожностью. Карамель в целом заметил, что ещё никогда в жизни не нервничал, как сейчас перед этой операцией! Иногда даже казалось, что Слим хочет что-то сказать, но одергивает себя в самый последний момент, и заместо этого просто сжимает руки Карамели в своих, утешая его, подбадривая… а Карамель начинает хотеть его все больше и больше.       Высшие звёзды, он когда-либо так влюблялся? Слим был таким милым, и он всегда знал, что нужно Карамели. Однако скелет не был уверен, что Слим чувствовал то же самое — судя по тому, что он слышал от Блека, если бы Слим был заинтересован в нём подобном плане, он уже предложил бы ошейник в качестве жеста своего намерения.       Тем не менее, Карамель продолжал наслаждался его компанией, и по мере приближения его операции, предпочитал держаться поближе к нему. Карамель во всеуслышание говорил о том, как присутствие Слима помогает ему, и что их встречи больше не ограничивались объятиями на диване. Слим следовал за ним по всему дому, так что Блек и Стретч дразнили его за то, что он ведет себя как щенок на привязи, но Карамель не обращал внимания.       Был ли у Папайруса друг, который следует за ним, как утенок за мамой уткой? Карамель так не думал! — Возможно, я проигрываю Папайрусу в обаянии, да и в целом, не дотягиваю до него, — сказал он однажды, когда они со Слимом накрывали на стол, — Но я думаю, что если ты рядом, то это не так страшно.       Слим остановился и замер. Выдохнул и поставил тарелки на стол, а потом обошёл его и встал рядом с Карамелью. — поэтому ты всегда переутомляешься? — серьезно спросил его Слим. — потому что ты сравниваешь себя с ним? — Что ж! — Карамель нервно усмехнулся, раскладывая последнюю пару столовых приборов, — это не… сравнение! Я бы так не сказал! Мы — один и тот же монстр, по факту. Просто разделены кое-какими… обстоятельствами. Я вполне в своих силах делать то, что делает он…       Слим взял его за руку, заставив замолчать, и посмотрел на него, с мягким, обеспокоенным выражением лица. — …хорошо. Ну. Может быть, я просто немного слишком строг к себе, чтобы быть… другим, — признался Карамель, и взял Слима за другую руку, сжимая её в ответ, — Хотел бы я вернуться к… тому, что было раньше. Хотел бы я просто… верить, что со мной все будет в порядке, что, несмотря ни на что, я не буду снова голодать и мерзнуть. Я бы хотел, чтобы у меня больше не было мыслей о том, что мне нужно работать вдвое усерднее, чтобы получить это. — ты чувствуешь себя… не в безопасности? ты волнуешься? — спросил Слим, — ты чувствуешь тревогу? — Все вместе! — нервно улыбнулся скелет, проводя большими пальцами по рукам Слима в своих, — Но… мне лучше, когда я с тобой. Как будто я не… один.       Слим сделал сложное выражение лица, которое он часто делал в последнее время, и убрал одну руку, чтобы достать что-то из кармана в своей толстовке.       Маленькая коробочка… — Что это? — спросил Карамель, беря её в руки. — я… ты сказал, что я заставляю тебя чувствовать себя лучше, и ты хотел бы верить, что с тобой все будет в порядке, — мягко сказал Слим, когда Карамель с любопытством открывал крышку. — я хочу быть твоим безопасным местом.       Карамель развернул мягкую ткань подложки и вытащил бархатное колье, нет… ошейник. На нем была маленькая опознавательная бирка с камешком персикового цвета спереди, и причудливой надписью с обратной стороны.       «Карамелька» — я не хотел заставлять тебя ждать, — тихо сказал Слим, нервно перебирая ткань своей кофты, — я все пытался найти идеальное время, но всегда терял уверенность. — О, Слим, это прекрасно, — выдохнул Карамель и отложил коробочку на стол, чтобы полюбоваться ошейником в своих руках, — Это немного неожиданно! — тебе не обязательно его принимать, — быстро сказал Слим, махая руками, — но… если ты хочешь верить, что тебя всегда будет ждать тёплый ужин, и что ты сможешь отдохнёшь в тишине и комфорте, тогда я смогу это сделать. ты хочешь верить, что кто-то будет сражаться за тебя, что о тебе позаботятся. в таком случае я хочу будь тем, кто это сделает.       Карамель прижал ошейник к своей груди. — Да, конечно, я хочу этого! Я на самом деле думал, что тебе это совсем не интересно, я… о, Слим, я не могу просить тебя взять на себя всю эту ношу вместо меня. — забота о тебе не бремя, — сказал Слим и потянулся к нему, чтобы обнять его.       Затем он скользнул руками по скулам Карамели и искренне посмотрел ему в глаза. — ничто в тебе не является бременем, даже если это означает, что ты спишь каждый вечер и работаешь только в одну смену в день.       Карамель почувствовал как его скулы вспыхнули от смущения из-за того, что его пристыдили за его поведение, но разве Слим не упрекал его за такое поведение уже несколько недель?.. — Выглядит нормально? — спросил скелет, слегка касаясь обеими руками кулона.       Глаза Слима скользнули по нему и мягкий фиолетовый румянец покрыл его скулы, когда он увидел это зрелище. — к-красиво! потрясающе! идеально!       Карамель почувствовал, как счастье переполняет его грудь. — Это значит, что мы встречаемся? — только если ты этого хочешь!.. — настаивал Слим, — ты не должен, если тебе не комфортно!.. — Я хочу! — успокоил его Карамель и Слим загорелся, выглядя самым настоящим «Папайрусом», которого Карамель когда-либо видел.       Слим поднял руки вверх, как взволнованный ребенок, слегка встряхивая их. — вауи. э. да, да, тогда встречаемся. мы встречаемся! — Мы! — сказал Карамель таким же восторженным тоном, — И, что теперь? Поцелуемся? О, я бы хотел это сделать. Если ты хочешь! — д-да! — Слим чуть сильнее хлопнул в ладоши, — да, хорошо! давай целоваться!       Карамель немного усмехнулась над его волнением, притянул Слима ближе, и когда скелет напротив него, казалось, подпрыгнул на месте… они поцеловались. Слим замер, выдохнул в поцелуй и обхватил руками лицо Карамели, углубляя поцелуй. — Вауи~ — пробормотал Карамель, когда они оторвались друг от друга всего на мгновение. Слим с прикрытыми глазами, пьяным обожающим взглядом, буквально обещающим большее, — Мне это очень понравилось. — мне тоже, — мягко сказал Слим. Так мягко, как никогда раньше, и Карамель определенно оценил это       Слим всегда был таким тихим.       И это определенно давало повод Карамели, чтобы остановиться и прислушаться. — Ты должен был накрывать на стол, а не трахать своего парня! — внезапно сказал Блек, вернув их обоих к реальности парой удивленных писков. Скелет стоял в дверях с корзиной печенья и расчетливой ухмылкой, — Отнеси его куда-нибудь в другое место, чтобы мне не пришлось смотреть, как ты целуешься!       Слим бросил на брата взгляд, которого Карамель ещё никогда раньше не видел.       Настоящий папайрус хмурится на любопытного, надоедливого санса!       Это было так забавно, что Карамель не мог не хихикнуть, когда взяв Слима за руку. — Я думаю, что диван уже нас ждёт!       Слим снова повернулся к нему, его улыбка стала шире, когда он снова посмотрел на Карамель, и мельком на ошейник на его шейных позвонках. — диван, да.       Карамель шёл первым, однако он доверил Слиму осмотреть и сделать все как можно удобнее, упав в его распростертые объятия и позволил возиться с одеялами, честно отвечая о том, как ему удобно, до тех пор, пока он не смог чувствовать себя еще более комфортно. Мурлыканье Слима началось еще до того, как они легли. Его зубы прижались к черепу Карамели, когда тот свернулся калачиком. — тебя сейчас что-то тревожит? — серьезно спросил Слим.       Карамель с секунду подумал над ответом. — Ну… Просто операция, я полагаю. Она меньше чем через неделю. — я буду с тобой на каждом шагу, — пообещал Слим, проведя пальцем по скуле Карамели, а затем по бархату ошейника, — и сделаю всё, что нужно тебе.       Карамель с облегченным вздохом закрыл глаза. — Я доверяю тебе.