Своя среди чужих, чужая для своих. Или пересказанная история одной волчицы.

      Дни сменяли друг друга, обещая скорое приближение зимы. Но здесь, на юге, лето словно этого не знало: солнце палило так же нещадно, распускались новые цветы, расцветали новые чувства. Арья всё чаще и чаще видела свою сестру вместе с Лорасом Тиреллом. Краснея и смущаясь, Санса ничего толком ей не рассказывала, а Арье хотелось знать больше, чем глупые отговорки сестры — «мы случайно встретились и сир Лорас был так любезен …». Ещё бы ему не быть любезным! Но только вот что заставляло его быть любезным — вернее, кто? Уж не его ли бабушка?        После их совместного обеда, Арье показалось, что Королева Шипов утратила к ней интерес. Зато сестру она почти не видела из-за того, что та вечно была чем-то занята то с Маргери, то с её бабушкой, то с её братом. Арья не доверяла им. И не хотела, чтобы Санса принимала их доброту за чистую монету. Но сказать ей это никак не получалось. Стоило Арье упомянуть про Лораса Тирелла, как сестра краснела, смущалась и тут же переводила разговор. Радовало хотя бы то, что, судя по всему, история с памятного им приёма была забыта. Или обе делали вид, что забыта. Санса больше не попрекала Арью её «уединением» с Рыцарем Цветов. А Арья всячески избегала тем, связанных с торжественным ужином. Казалось, ей нечего было и вспоминать, но это было не так.       Перед её глазами то и дело всплывала терраса, незнакомка, мужчина и лорд Тайвин, сидящий на противоположном конце стола. От всего этого Арью бросало то в жар, то в холод. Вечерами, корпя над очередным заданием Иларио, она то и дело поглядывала наверх — туда, где из окна кабинета Десницы лился мягкий, тёплый свет. Ей хотелось обсудить прочитанное, а вместо этого в голову лезли совсем другие мысли от которых было и неловко, и волнительно. Чувствуя, что сердце её готово выскочить из груди, Арья гнала их прочь, напоминая себе, что романтические бредни — удел Сансы, а не её, Арьи. Воровато оглядываясь по сторонам, она косилась на Тайлу, занятую её вещами. Меньше всего Арье хотелось, чтобы кто-то догадался, что у неё на душе. Особенно лорд Тайвин. Склоняясь всё ниже и ниже к книге, едва не упираясь в неё носом, она давала клятвенный зарок, что завтра будет тренироваться до изнеможения, пока не упадёт без сил, так чтобы усталость прогнала все, до единой, мысли из её головы. А потом сделает всё, чтобы избежать встречи со своим покровителем. К счастью, лорд Тайвин был постоянно занят, и в последние дни они почти не виделись, чему Арья не могла не радоваться.       Вот и сейчас, заприметив своего покровителя, она свернула с тенистой дорожки, спрятавшись за кустом барбариса. Вездесущая охрана, увидев приближение Десницы, замерла на почтительном отдалении, не заметив манёвр Арьи. Лорд Тайвин тоже её не увидел. Остановившись возле раскидистого куста, он продолжил разговор со Скопио:       — Отправь не ворона, а гонца. В Близнецах он должен быть до свадьбы.       — Он выедет сегодня на закате.       — Хорошо. Север должен узнать, что значит восставать против Юга.       — Красная свадьба, милорд.       — Пожалуй, точнее не скажешь. Потрудись, чтобы лорд Болтон вовремя получил письмо.       Удаляясь, голоса звучали всё тише и тише. Но и так всё было ясно. С подгибающимися коленями Арья вышла из своего укрытия. Десница и его верный помощник уже ушли. «Свадьба в Близнецах… Красная свадьба… Север должен узнать, что значит восставать против Юга…». Когда-то весь Вестерос узнал, что значит идти против Тайвина Ланнистера. И с тех пор «… дождь сквозь крышу слёзы льет…» по Рейнам из Кастамере. У Льва был свой метод обучения не особо понятливых лордов — метод эффектный и эффективный, позволяющий усваивать уроки всем и сразу. И надолго отбивающий желание идти против его воли. Недаром говорили, что с тех пор как Тайвин Ланнистер дорос до войны, Утёс Кастерли не прощает измен.       Что же ей делать? Арья затравлено озиралась по сторонам. Ответ пришёл в лице Бриенны Тарт. Появившаяся со стороны замка женщина-рыцарь, шла ей навстречу. Поравнявшись с ней, Арья приветливо поздоровалась, едва слышно добавив:       — Сегодня, на закате, у водных ступеней…       Озадаченная Бриенна молча кивнула в ответ.       Быстро миновав сады, Арья поднялась к сестре. В покоях её не оказалось. Отправившись вместе с Маргери в приют, она еще не возвращалась.       Весь оставшийся день и часть вечера прошли в напряженном ожидании. Стараясь ничем не выдать себя, Арья, как обычно погрузилась в занятия с Иларио и очередной перевод с валирийского. Предприняв ещё одну попытку найти сестру, она поняла, что вряд ли добьется успеха. На этот раз ей сообщили, что она приглашена на ужин к Оленне Тирелл.       Старательно перелистывая страницы книги про корабли и мореходство, Арья едва замечала написанное. То, о чём она когда-то думала — случилось. Она услышала нечто важное. И это нечто было важнее любой другой информации, которая могла попасться ей на глаза. Если в этом и был промысел богов, столь долго продержавших её без дела в Королевской Гавани, то она готова их простить.       Чем меньше оставалось времени, тем большее волнение охватывало Арью. Она нисколько не сомневалась в принятом решении. Даже мысль, что Санса остаётся в заложницах, не в состоянии была остановить её. На карту была поставлена жизнь её родных. Именно жизнь — она в этом нисколько не сомневалась. Что ещё кроме смерти, может отучить Север восставать против Юга? Однажды смерть уже отучила должников дома Ланнистер игнорировать требования львов. И то была не просто смерть. О том, что случилось с Рейнами из Кастамере знает каждый младенец в Вестеросе. Сейчас будет то же самое. Красная свадьба — что уж тут непонятного!       О том, что её поступок навсегда разлучит с людьми, к которым она успела привязаться, Арья старалась не думать. В Королевской Гавани оставались Зара, Иларио, Тайла, Тирион и… её покровитель. Покровитель, внезапно ставший тем, кем он и был всегда — Главным Врагом Семьи...       Солнце клонилось к закату, неумолимо приближая назначенный час побега. Арья капризно отодвинула кубок с лимонным напитком:       — Тайла, не могу понять — слишком сладко? Попробуй и приготовь мне новый. И положи побольше лимона!       Служанка послушно отпила из бокала. С замиранием сердца, Арья следила, как движения девушки стали менее размеренными, речь — смазанной. Маковое молоко действовало безотказно. Через пару мгновений служанка погрузилась в глубокий сон.       Стараясь не шуметь, Арья перетащила обмякшую Тайлу за кровать, чтобы ту не было видно со стороны двери. Связав руки и ноги разорванной простынёй, она также соорудила что-то похожее на кляп. Теперь можно было быть уверенной, что даже проснувшись раньше времени, Тайла не сможет позвать на помощь. Да и ей самой, это послужит оправданием, когда придётся отвечать, куда делась её госпожа. Испытывая угрызения совести, Арья для верности бросила рядом кубок с остатками макового молока.       Взяв накидку Тайлы, Арья укрылась ею с головой. Хвала богам, её служанка, проведя долгие годы гораздо южнее Королевской Гавани, считала, что здесь ужасно холодно, и все уже привыкли, что по вечерам, она куталась в лёгкий плащ.       Ни у стражников, ни у встретившихся ей по пути редких лордов и леди вид спешащей по поручению своей госпожи девушки не вызвал подозрений.       Стараясь избегать людных мест, Арья, спустившись на нижний этаж миновала внутренний дворик и по бесконечным коридорам направилась в Королевские Сады.       В сумраке деревья и кусты были почти чёрными, а лица людей едва различимыми, что Арью не могло не радовать. Встречавшиеся ей на пути романтически настроенные парочки и судачившие на их счёт дворцовые сплетницы, не обращали внимания на очередную служанку, коих тоже было не мало.       Чем дальше был Красный Замок, тем сильнее становился шум прибоя и меньше было людей вокруг. Свернув ещё раз, Арья нырнула под древнюю арку и оказалась в самой старой части сада. Людей здесь уже не было. Пройдя ещё немного, она оказалась на берегу.       Ступени, спускавшиеся прямо в воду залива и тянувшаяся полоса каменистого пляжа в этот час тоже были пустынны. Оглядевшись, Арья заметила Бриенну.       — Почему Вы без леди Сансы? И что Вы собираетесь делать? — Тартской Деве явно не понравилась ни спешка, ни отсутствие одной из сестёр Старк.       — Санса была слишком занята. Я должна попасть в Близнецы до свадьбы, это вопрос жизни и смерти!       — Я дала слово…       — Знаю! Но либо Вы его сдержите лишь частично, либо я справлюсь без Вас!       — Послушайте…       — У нас нет времени! Мы должны идти!       — Бежать сегодня?! Это безумие! У нас нет лошадей, почти нет денег! Как Вы намерены попасть в Близнецы? И неужели нельзя отложить всё на день или два?       — Деньги есть. Лошади будут. Если мы задержимся, то не сможем опередить гонца лорда Тайвина.       — Но если только дело в гонце, я сама могу поехать и сообщить всё что надо Вашему брату. Так будет гораздо быстрее.       — Либо мы едем вдвоём, либо я одна, — этот спор начал выводить Арью из себя. — Неужели Вы думаете, что человеку, с помощью которого сбежал Цареубийца, кто-то поверит?       Вынужденная согласиться, Бриенна молча последовала за Арьей.       Оголившаяся во время отлива полоска суши выпустила их за пределы Красного замка и столицы. Добравшись до Королевского тракта, они направились в сторону одиноко стоявшего строения. За сто серебряных оленей фермер уступил двух лошадей девушке, закутанной с головы до пят в лёгкий плащ. Уже оказавшись в седле, Арья скинула капюшон и ослабила завязки. В своём мужском костюме, предназначенном для охоты, она чувствовала себя гораздо увереннее. Им предстояло преодолеть как можно больше лиг за эту ночь, пока их никто не хватился. Не стоило питать иллюзий, что у кого-то будут сомнения — куда направилась сбежавшая Арья Старк. Как и в молчании фермера — он сдаст их при первой возможности, сообщив о двух лошадях, понадобившихся какой-то девице на ночь глядя.       Через несколько часов бешеной скачки путники устроили привал. Расположившись в тенистой чаще, они занялись кроликом, пойманным Тартской Девой. По её суровому лицу не трудно было догадаться, что та не одобряет Арью, бросившею свою сестру в логове врага. Арья долго старалась не обращать внимания на упорное молчание Бриенны, но, наконец, не выдержала:       — Я должна была, понимаете — должна! Уехать именно сегодня, а иначе было бы поздно!       — Я только надеюсь, что всё это не напрасно. Что мы успеем, и леди Сансе Ваш побег не навредит.       Да, это был самый трудный вопрос. Но, Арья почему-то была уверена, что лорд Тайвин слишком ценит их как заложниц, чтобы позволить причинить вред одной из Старк. Тем более, когда второй у него уже нет.       — Расскажите, как Вы стали рыцарем? — Арье захотелось сменить тему и поговорить о чём-то, более ей интересном. Сдержанно улыбнувшись, Бриенна ответила:       — В этом нет ничего особенного.       — Как?! Вы — сражались, Вы — рыцарь! Это безумно интересно!       — Да.., конечно интересно…       По некоторому замешательству Бриенны, Арья предположила, что всё не так просто как кажется, и догадаться в чём дело — было не трудно. Легко быть леди таким как Маргери и Санса. А вот каково было Бриенне с её-то ростом! Арья её в чём-то понимала. По сравнению с сестрой, она всегда была гадким утёнком, над которым все смеялись и пытались переделать, начиная от матери и сестры и, заканчивая, Джейн Пуль. «Арья-лошадиное лицо» — не самое лучшее прозвище для девочки. Хоть Арья и пыталась себя убедить, что ей было всё равно, но лучше бы её называли как-нибудь по-другому.       Бриенну ей всё-таки удалось разговорить. Истории Тартской Девы местами были забавными, местами — грустными. С удивлением Арья выслушала рассказ о тени, убившей Ренли. Уже второй человек, ко мнению которого она прислушивалась, отзывался не лучшим образом о Станнисе Баратеоне. Неужели её отец мог ошибаться, считая его лучшим претендентом на престол?       А вот про их совместное путешествие с Джейме Бриенна так почти ничего и не рассказала. Ни то, как они оказались в плену. Ни то, как он лишился руки. Но то, что освободил его Русе Болтон, скрывать не стала.       Глядя на алеющие, словно маки, щёки Тартской Девы, Арья про себя усмехнулась — похоже, леди Бриенна с острова Тарт, неровно дышала к сиру Джейме Ланнистеру.       Когда кролик был доеден, а последняя история рассказана, пришло время устраиваться на ночлег.       Спать они решили по очереди. Сменив напарницу, Арья тихо сидела у потушенного костра, охраняя лошадей и сон Бриенны. Обхватив руками колени, она погрузилась в свои мысли. Усталость отступила, и всё то, что её беспокоило и мучило стало подкрадываться вновь. Неизвестно почему, но больше всего её волновало, как воспримет её побег лорд Тайвин. Сейчас, наедине с собой, она не могла не признать, что за время, проведённое рядом с ним, она перестала видеть в своём наставнике только врага. Он, действительно, стал для неё наставником, покровителем. И вот, случилось то, что рано или поздно должно было случиться. О, как она ненавидела его!!! И… как ей было тоскливо от того, что они никогда больше не увидятся… Как он мог?!! Как он посмел оказаться тем… кем и был всегда… Как?!! Она ему поверила! Поверила в него! А он предал… А разве он ей что-то обещал?.. Дал повод думать, что его отношение к Роббу переменилось?.. Нет, он всегда был тем, кем был  — Десницей короля и дедом человека, против которого её семья ведёт войну. Тогда откуда это ощущение, что он обманул её? Обманул её надежды.., её мечты.., её веру в него… Было больно, горько и обидно…       Запах костра и звуки леса, окружавшие Арью, напомнили об охоте и о том, как они вместе ели землянику. Краткий рассказ о Станнисе вызвал ассоциации об их беседах о судьбе Королевства и многом другом. Вслед за одними воспоминаниями пришли другие.., совсем другие и непонятные. Те, от которых она старательно бежала в последние дни… Уже не слова наставника всплывали в её памяти, а его образ, образ который она столь безуспешно старалась выкинуть из головы...       Было ещё темно, когда они вновь тронулись в путь. Теперь им приходилось избегать оживлённых дорог, следуя едва приметными тропами вдоль Королевского тракта. Времени прошло достаточно, чтобы их побег был обнаружен. Да и по мере удаления от столицы шанс повстречаться с мародёрами и разбойниками возрастал. Обходя селения стороной, они издали видели следы войны — пепел пожарищ и царящую кругом разруху. Легкомысленная притягательность юга осталась далеко позади. На смену брызжущим светом лесам пришла густая торжественная растительность: могучие деревья, поросшие мхом, раскидистые папоротники. Ночи стали более промозглыми, а ветра — холодными. Ветра, наполненные запахами севера и приближающейся зимы, казалось, выдували всю горечь и тяжкие мысли, переполнявшие Арью. По мере того, как росло расстояние между ними и Королевской Гаванью, она чувствовала, что её душа словно избавляется от тяжкого груза. В бешеной скачке таяли все тревоги и переживания последних дней. Впереди её ждала встреча с Роббом и мамой. Лошадь, пущенная в галоп, выбивала ритм, в котором непрерывно слышалось одно слово — «до-мой, до-мой, до-мой»! Волчица возвращалась домой, в свою семью! В свою стаю!       «Где она..?» — невесёлые мысли никак не отпускали Тайвина Ланнистера. На смену бешенству и разочарованию пришли тревога и беспокойство за судьбу воспитанницы. Несмотря на усиленные меры по её охране девочка всё-таки сбежала. Сбежала, опоив и связав служанку, вместе с этим кошмаром с острова Тарт, притащившимся в столицу с его сыном. Почему она так поступила?       Допрос охраны ничего не дал, кроме одного момента — оба стражника уверяли, что он сам с ней разговаривал в день побега. Они утверждали, что девочка подошла к нему в саду. Значит, вероятность того, что она могла подслушать его разговор со Скопио, была весьма высока. Тогда она точно направилась в Близнецы.       Злость и раздражение вновь поднялись в душе Тайвина с прежней силой. Девчонка, на которую он потратил столько времени, оказалась глупой, неблагодарной особой! Но.., она, возможно, услышала о том, что жизни её родных угрожает опасность.       Давно уже его мозг не посещало столько противоречивых, неоднозначных мыслей. Седьмое пекло, девочка ему нравилась! Она гораздо лучше понимала его, чем собственные дети, которые только и могли, что думать о себе! Серсея, ходила с самодовольным видом, всячески демонстрируя отцу, что она была изначально права, не доверяя Арье Старк. Джейме, хвала богам, хватило ума лишний раз не высказываться, чувствуя свою вину, за привезённую в Королевскую Гавань эту дылду Тарт! И Тирион, с его мнимой дружбой с Арьей, не сумевший разглядеть готовившийся побег! Но, нет… — он не позволит разрушить свои планы какой-то девчонке, не будь он Тайвином Ланнистером!       Наблюдая, как в горниле печи плавится Лёд — фамильный меч Старков, Тайвин улыбался одними уголками губ собственным мыслям. Блики огня отражались на чёрной коже камзола и знаке Десницы, перстне-печатке на его руке...       Валирийская сталь закипела в ковше и полилась двумя тонкими струйками, заполняя новые формы. Точно так же, как меч Эддарда, те Старки, которых «Север помнит» скоро исчезнут из этого мира, став чем-то совсем иным. Тем, что нужно ему, Тайвину Ланнистеру. Ему и его наследию. И взамен не надо создавать ничего нового. Нужно перековать то, что у него есть. Вернее то, что было ещё вчера. Перековать из материала, который подобно валирийской стали способен держать удар, закаляться и становиться прочнее с каждым новым испытанием. Ему нужна Арья Старк. И он её вернёт. А пока стоит подстраховаться и использовать Сансу в его борьбе за Север.       Одобрив кивком головы работу кузнеца, Тайвин вернулся к себе. Вызвав Скопио, он поручил ему письма, одинаковые по содержанию. Одно письмо, гораздо более длинное он написал сам. Вскоре ворота Красного замка выпустили трех всадников. Вороны, выпорхнув из-под крыши, разлетелись по всем направлениям. Через час, а кто-то через день получит приказ десницы. На западе, юге и севере верные ему и его золоту люди пустятся в путь, возьмутся за оружие, либо, наоборот, спрячут его в ножны, в ожидании дальнейших распоряжений. Сила воли, неограниченные средства, знание жизни и человеческой природы — у Тайвина было всё, чтобы рассчитать и реализовать любую, задуманную им комбинации. И только одного ему могло не хватить — времени...       Время, неумолимо бежало, играя против беглянки и её спутницы. Зарядили дожди, превратив лесные тропы в непролазную грязь, а мелкие ручьи — в полноводные реки. Продвигаться вперёд становилось всё тяжелее и тяжелее. Замерев перед очередным бурным потоком, Арья с отчаянием искала признаки переправы. Бриенна делала то же самое чуть поодаль.       Обозначившаяся в стороне фигура всадника, показала, что они не единственные, кто пытается перебраться через реку. Что-то ей показалось знакомым… Так и есть! Седьмое пекло, этого мужчину она не раз видела в Харренхолле! Лорд Тайвин использовал его для особо важных поручений. И сейчас он был впереди них! Его вороной конь уже был в воде — ещё немного и всадник окажется на противоположном берегу!       Выхватив лук и стрелу, Арья послала её в спину гонцу. Лошадь под мужчиной дёрнулась и заржала — то ли от боли, то ли под напором воды. Она так и не поняла, попала она в цель или нет. Судорожно цепляющийся за сбрую гонец и его конь, то погружались в воду, то выныривали на поверхность, быстро смещаясь вниз по течению.       Переправившись в том же месте, Арья и Бриенна немного проехали вдоль реки — мужчины нигде не было видно. Решив не тратить время, они пустили лошадей в галоп. Им оставалась всего пара лиг. Вскоре на горизонте показались две башни, возвышавшиеся по обеим берегам огромной реки. Сердце Арьи учащенно забилось. У неё, волчицы, словно выросли крылья. И вот, ворота Близнецов уже позади. Во дворе суетились солдаты. Торговцы разгружали телеги с мясом и вином. Прислуга и крестьяне сновали между замком и дворовыми постройками. И среди них…       — Мама!!! Робб!!!