Своя среди чужих, чужая для своих. Или пересказанная история одной волчицы.

      Им выделили палатку рядом с «королевской». Дядя Бен нашёл себе место в соседней, пустой хибаре, больше похожей на шалаш. Когда «церемония знакомства» закончилась, вождь в рыжей шапке сообщил, что у них места хватит всем — и Южному королю с его женщиной, и бывшему дозорному. И вместе с Тормундом привёл их сюда, со словами: «Прежним хозяевам уже не понадобится».       Переминаясь с ноги на ногу, Арья рассматривала их новое жилище: маленький шатёр, обтянутый овечьими шкурами и со шкурами, кинутыми на солому, что служили ложем для сна. В центре, меж выложенных кругом камней была зола и угли давно потухшего костра, над которым под углом упирались три массивных палки, похожие на железноствольные. От места их соединения на крючке вниз спускался кривенький котелок. Всё было убого, серо, тускло, уныло... Стараясь не смотреть на лорда Тайвина, она прошлась вдоль стены, подмечая то, как плотно была сцеплена овчина чем-то, напоминающим жилы. Кривоватые, сучковатые жерди, державшие всю конструкцию, были утоплены в землю и казались надёжными. Остановившись у широкого, невысокого пенька, бывшего ей по колено, она присела на соседний, лежавший на боку. «Вот и ваша новая трапезная, лорд Ланнистер, вот и ваш новый Великий Чертог, леди Старк», — не свойственная ей грусть кошкой скребнула на душе. Оглянувшись на лорда Тайвина, она не заметила на его лице ничего, что выдавало бы хоть какие-то эмоции.       Ни дядя Бен, ни Тормунд надолго у них не задержались. Бенджен Старк уже не удивлялся и не кидал гневных взглядов на неё и Льва. Спокойно договорившись об утренней встрече, он покинул платку. Когда они с лордом Тайвином остались наедине, Арья попыталась спросить о каком оружии шла речь, но вразумительного ответа не получила. Ей показалось, что он и сам не был уверен, что сможет раздобыть его для одичалых.       Лёжа Арья прислушивалась к ржанию лошадей, блеянию овец, детскому смеху и разговорам на незнакомом языке, доносившимся из лагеря. Лорд Тайвин уже спал, а она всё никак не могла избавиться от тревожных мыслей, крутившихся у неё в голове. Удостоверившись, что он не проснётся, Арья поднялась и вышла наружу.       Воздух был кристально чист и свеж. Недавно народившийся месяц завис над Клыками Мороза, словно сомневаясь продолжить ли ему свой путь или навсегда остаться среди гор. Созвездия затеяли уже привычную Арье игру. Всадник пытался догнать Жеребца, а Лунная Дева, убоявшись Призрака, спряталась среди туч. То было на небе. А на земле царило совсем другое царство. Царство людей. Над стойбищем реяла розовато-жёлтая дымка, создаваемая рассеивающимся светом от костров. Вдали, там куда убегала скованная льдом Молочная, клубились чернота и неизвестность. Такие же, как и со стороны чёрного излома, который при дневном свете был горным ущельем, ведущем дальше на север.       Орда продолжала жить своей жизнью. Кто-то уже спал, кто-то занимался своими делами. Мимо неё сновали люди в шкурах, украшенных ожерельями из камней и костей, среди которых запросто могли быть и человеческие. Те, кто проходил мимо, поглядывали на Арью с любопытством и спешили дальше. Почувствовав, как у неё под ногами задрожала земля, она оглянулась — на неё двигался великан. Всего какими-то двумя-тремя шагами он пересёк площадку перед палаткой и ушёл в темноту. Страха не было. Было только удивление и тревожное ожидание чего-то неизведанного.       Постепенно звуки лагеря стихли — большинство людей попряталось в шатрах, готовясь ко сну. Только на отдалении пристроилась группа женщин, занятых чем-то, что, наверное, нельзя было отложить до утра. Постояв, Арья уже собралась вернуться обратно, когда ветер до неё донёс мелодию и слова, которые невозможно было перепутать ни с чем:             Рождённая среди снегов и льда             На юг явилась с севера Звезда             Взращённый Львом прекрасный зверь             Забыл про вьюги и метель …       Не веря своим ушам, Арья двинулась к костру, откуда доносилось пение. Одичалых было четверо. Одна, совсем ещё девочка, с рыжими волосами, наигрывала на дудочке знакомый мотив. Немолодая женщина с усталым лицом и натруженными руками, монотонно проводила по внутренней части шкуры чем-то похожим на скребок. Третья — старуха с морщинистым лбом и цепкими маслянистыми глазками чем-то напомнила Арье Оленну Тирелл. Её неожиданно тонкие подвижные пальцы шустро скользили по краю шкуры, то что-то удаляя ножом, то подцепляя костяной иглой. Четвертая была молодой девушкой с тёмными, почти чёрными глазами и такими же волосами, выглядывавшими из-под капюшона. Это она пела мелодичным и красивым голосом, помогая «Оленне» с обработкой кромки.       Не спросив разрешения, Арья присела у костра. Когда отзвучали последние слова, она поинтересовалась:       — Откуда вы знаете эту песню?       — Я Берта, а это — Ирис, — подняв на неё усталые глаза, вместо ответа произнесла женщина со скребком, указав на рыжеволосую. — Андорра и Селма, — так же представила она певунью и старуху-«Оленну».       — А я — Арья Старк, — смутилась Арья.       — Мы уже знаем кто — ты. А теперь ты знаешь кто — мы. Так ты хотела что-то спросить?       — Да, эта песня…       — Её пел южный лорд из-за Стены, что был здесь много лун назад.       — Южный лорд? Какой южный лорд?       — Их было несколько человек, вместе с воро́нами. Один, как и твой мужчина, светел и зеленоглаз, другой тёмен, ладен и высок, и лорд с юга — смугл и черняв.       — Рамон? Его звали Рамон? Так они все были здесь?       — Мы не знаем, как их звали. Они дошли до Кулака Первых людей, где повстречали отряд моего сына. До боя дело не дошло — появились Ходоки. Воро́ны и южные лорды бились вместе с моим сыном против них. И победили.       — А потом, что было потом? И как они их победили?       — У лордов были особенные мечи и кинжалы, что развевали в пыль мертвяков. Потом они сказали, что твой брат хочет предложить нашему и вашему королю мир и союз против общего врага.       Арья вся напряглась — так вот почему им поверили! Она знала про эту встречу сира Арно, Рамона и Дикона Тарли с одичалыми и ходоками. Впервые она услышала о ней от участников похода ещё в Утёсе Кастерли, а потом кузен лорда Тайвина не раз возвращался к той истории. У них тогда был меч валирийской стали и кинжалы. И одичалые поняли, что за Стеной есть оружие, способное уничтожать ходоков.       — А песня? — спросила она, хотя уже и так знала ответ.       — А её пел тот южный лорд, с чёрными глазами.       — Она про любовь, — внезапно вмешалась в разговор Ирис. — Воин полюбил женщину и победил всех ради неё. Но она так и не решила, кто ей нужен больше — воин, или вождь — её король. Тогда воин отправился совершать подвиги. Он победил мертвяка и вернулся к ней. Наверное, вернулся… — помолчав, добавила девочка. — Мы этого не знаем.       — Вольный народ тоже любит песни про героев? — только и смогла выдавить Арья.       — Да! — удивилась девочка. — И про героев, и про любовь. — Помолчав, она добавила: — Я сложу песню про мою сестру, которая выбрала себе мужчину и ушла за ним. Он был могучим воином.       — Твоя сестра счастлива? — хоть что-то хорошее. Арье хотелось перевести дух от неожиданных открытий. Но не тут-то было.       — Её звали Игритт, — видя непонимание, Ирис продолжила: — Она ушла с Джоном Сноу, а когда он вернулся к своим воро́нам, она сражалась с ним и была убита. Твой брат тебе не рассказывал?       —… Н-н-нет, — Арья и не подозревала о бурной личной жизни Джона. Значит, его любила женщина, и её убили… А он, он любил её?       — А ты, ты тоже знаешь песню по Звезду? — огненноволосая Ирис ждала ответа, явно не понимая, почему Арья с ним медлит.       — Да…       — Это песня — про неё. Она и есть Звезда Севера — Арья Старк, — не откладывая работу, произнесла Берта.       — О-о-о.., — восторженный вздох вырвался из груди девочки. Девушка по имени Андорра тут же встрепенулась и с удивлением стала рассматривать Северную Звезду. Старая Селма тоже ни капельки не стесняясь, оценивающе прошлась по Арье от макушки до пят.       Стиснув зубы, Арья не знала куда деться от устремлённых на неё взглядов и судорожно пыталась понять поможет ли ей здесь её слава роковой сердцеедки или нет. Поджав ноги и подтянув колени к груди, она сидела, уставившись на звёзды. Холодные и безучастные, они светили столь же ярко, как и пару лет назад, над Королевской Гаванью, когда на каждом углу воспевали Звезду Севера. Только тогда у неё за спиной раздавался шум прибоя, а сейчас скрип снега, под чьими-то ногами.       Шаги становились всё громче и громче, пока не оказались совсем рядом. Кто-то, кто пришёл со стороны южной половины лагеря, словно сомневался стоит ли присоединяться к сидевшим у костра. Почему-то Арье показалось, что нерешительность полуночного бродяги была вызвана её присутствием. Наконец, помедлив пару мгновений, этот кто-то сделал шаг вперёд.       Молодая женщина, ступившая из темноты в круг света, что окружал костёр, была светловолоса и красива. Опустившись рядом с Бертой, она скрестила ноги, положив руки на колени. Берта, не прерывая работу, сообщила:       — Это — Вель.       — Очень приятно, — кивнула Арья, пытаясь быть вежливой.       — Зачем Вы здесь? — голос новенькой отнюдь не был переполнен дружелюбием. Скорее — наоборот. Вся подавшись вперёд она изучала Арью. Выдержав пристальный взгляд, Арья ответила:       — У нас общий враг.       — Правда? И как давно воро́ны это поняли?       — Давно. Мой брат понял это давно.       — Твой брат обманул нас! Он врал, притворялся, увёл за собой одну из нас, чтобы убить!       —...,— сглотнув Арья молчала, не зная что ответить. Она ничего не знала о том, что случилось с Джоном, пока он был здесь.       — Манс поверил ему в первый раз. И готов был поверить во второй. А его бросили в костёр!       — Во второй? — переспросила Арья.       — Да! Он шёл к нему на переговоры, а попал в костёр!       — Это не мой брат сжёг его!       — Это сделал один из южан — ваших королей! Друг воро́н!       — Он не был ничьим другом! — Арью переполняло возмущение тем, что Джону приписывали дружбу с огнепоклонником и такую подлость. — Он был врагом! И Джон воевал с ним! Так же как и Тайвин Ланнистер! Мы не дружим с теми, кто сжигает собственных детей!       — Собственных детей? — выдохнула та, что была представлена как Андорра. Тёмные глаза недоверчиво распахнулись, а её рука занесённая над шкурой замерла в воздухе, словно забыв, что ей надо делать. Вель тоже на мгновение притихла. Отложив работу, Берта недоверчиво переспросила:       — Разве такое возможно? Убить собственное дитя?       — Возможно…       На мгновение у костра установилась тишина. Немного успокоившись, Вель, упрямо склонив белокурую голову, продолжила:       — Если твой король пришёл занять место Манса — знай, ничего у него не выйдет! Манса никому не заменить!       — Никто ни чьё место занимать не пришёл! — тут же встрепенулась Арья. Ещё не хватало, чтобы их заподозрили в желании занять чьё-то там место! Они пришли биться с ходоками, а не разводить интриги! Не могла ведь эта одичалая знать про её, Арьи пророчество!       — Без нового вождя мы все только переругаемся и ничего хорошего не будет, — вновь вернувшись к работе, изрекла Берта. — Манс был храбр, умён, его уважали. Но его не вернёшь. И Даллу тоже.       — Не вернёшь, — с горечью согласилась Вель и, поднявшись, устремилась прочь.       — Её сестра была женщиной Манса. Далла умерла в родах, — проводив женщину взглядом, пояснила Арье Берта. И вновь у костра установилась тишина. Искры, что взмывали вверх, таяли в черноте ночи, едва успев оторваться от земли. Полумесяц, зацепившийся рогом за макушку горы, разгонял темноту над Клыками Мороза, заставляя их светиться собственным серебристым светом. Всё вокруг было словно из сказки или из сна. Арье казалось, что ещё немного, и она проснётся. Но время шло, костёр почти догорел, шкуры, над которыми трудились женщины, были почти обработаны, а она никак не просыпалась.       Сестра «подруги» Джона, медленно скользя по снегу, придвигалась всё ближе и ближе к Арье, стараясь делать это как можно незаметней. В её глазах читались любопытство и вопрос — «Так кто ты такая, на самом деле?». Наконец, потянувшаяся к ней, Ирис тихонько коснулась её руки и тут же её отдёрнула. «Не́людь холодная — вот я кто», — горько подумалось Арье. Сидя среди них, она чувствовала себя мартышкой на рыночной площади — все на неё пялились, а кто посмелее норовил потрогать изподтишка — быстро и незаметно, чтоб не успела укусить.       Берта, заметив движение девочки, произнесла, ни скрывая иронии:       — Удостоверилась?       Ирис, покраснев до корней волос, сделала вид, что помогает Селме-«Оленне».       — Вы встречали таких, как мы? — тихо поинтересовалась Арья.       — Таких как вы никто из ныне живущих не встречал, — тоном септы ответила Берта.       — А раньше?       — Раньше… Говорят, что раньше встречали…       Тишина, повисшая у костра была тягучей, словно было в ней что-то, что сложно понять и описать. Переводя взгляд с одной женщины на другую, Арья ждала продолжения рассказа. А в том, что он будет, она ни сколько не сомневалась.       Посмотрев вдаль, туда куда ещё дальше на север протянулись Клыки Мороза, словно видя что-то, что ей, Арье было недоступно, Берта начала:       — Давным-давно, в стародавние времена, когда ещё не было Стены, когда зимы были теплее и короче, реки полны рыбы, а по лугам ходили стада буйволов, тогда Дети Леса и люди жили в мире и помогали друг другу. В те времена по земле ходили могучие воины. Непобедимые. Сильные. Иные, чем все смертные. До того, как стать такими, они были, как и все. Дети Леса знали, как удержать среди живых тех, кого боги призвали раньше срока. И они приходили на помощь людям, когда люди просили их об этом. Так появились первые Иные. У них руки были холодны, а глаза сияли как звёзды. Они были сильны, ловки, неутомимы. Они становились вождями и правили долго. А потом мир изменился. В него пришли новые люди. Они стали убивать Детей Леса. Тогда, чтобы защитить себя, они создали Великого Воина и Великое Войско для него. Но он предал их, не выполнив уговор. Он стал Королём Зимы и захотел властвовать по всей земле. И была Великая Битва. А потом люди построили Стену, а Дети Леса перестали творить Иных, сколько бы люди их не просили об этом. И так было много лет...       — Сколько? — прошептала Арья.       — Много. Пока Дети Леса не создали вас троих.       — А что ещё известно про первых … Иных? — с тайной надеждой спросила Арья.       — Их было мало.       — Почему?       — Цена слишком высока.       Да, о цене она могла рассказать больше, чем гласила любая легенда. Набрав пригоршню снега, Арья в отчаянии отряхнула ладонь. Ничего не изменилось. Ничего…       Женщины тем временем почти закончили свою работу. Первой распрощалась со всеми Селма. Ирис и Андорра, отложив доделанную шкуру, ждали Берту, продолжая из-под полуопущенных ресниц поглядывать на Арью. Удивительно, но она не чувствовала враждебности с их стороны. Только любопытство. А ещё, появилось что-то очень похожее на сочувствие. В какой-то момент Арья даже забыла, где она и с кем — так было легко и просто сидеть рядом с ними. Сидеть и просто молчать.       Появившийся ниоткуда мальчик, подбежал к Берте и уткнулся ей в плечо. Отложив шкуру, та потрепала его по волосам:       — Наш с Реймаром младшенький.       Теперь Арье стало всё понятно — откуда этой одичалой было известно, что Звезда Севера это она, Арья Старк. Седовласый Реймар явно прекрасно знал обо всём, что происходило по ту сторону от Стены, и мог рассказать всё своей женщине, тем более не такой и важный это был секрет.       — Привет! — кивнула она мальчугану. Тот, оторвавшись от матери, смотрел на неё с детским восторгом, напомнив ей Брана. — Я — Арья Старк.       — А я — Дик! Так ты — та сама Арья Старк? Это правда, что ты убила воина, возжелавшего тебя?       — Э-э-э..? — очередной неизвестный ей куплет?       — Так сказал Тормунд Великанья Смерть. Сестра Джона Сноу — воин и Королева Юга. Она такая, как и Вольный народ. Она сама выбрала себе мужчину и верна ему. А если кто захочет взять её себе в жёны, так она его убьёт.       «Рамси, это он про Рамси!» — пронеслось в голове у Арьи. С чего это Тормунд вздумал болтать про неё? Ах да, «этот незнакомый с этикетом» верзила подошёл к ней на постоялом дворе, когда они возвращались в Винтерфелл и сказал, что она поступила как женщина Вольного народа — убила, но не пошла против своей воли. На что Арья спросила: «А что, женщины Вольного народа вольны выбирать себе мужчин?»       «Да. Ведь мы — Вольный народ. Теперь ты выберешь себе мужчину?»       «Я его уже выбрала.»       «Он сейчас с нами?»       «Нет, он далеко на юге.»       «И что он там делает?»       «Правит» …       Да, такой разговор был. Хоть она о нём и позабыла.       — Он теперь — здесь?       — Кто — он?       — Твой мужчина? Это он, твой Король с Юга — мужчина в чёрном, с золотыми волосами? — темноглазая Андорра смотрела на неё, как на сказочную принцессу или … королеву.       — Конечно — он, — ответила за неё Берта. — Они же вместе. И она его не убила. И он — лев, чей внук сидит на троне.       — На троне? — переспросил мальчик.       — В главном, самом большом шатре, что далеко-далеко на юге, за Стеной, — улыбнулась женщина сыну. Внезапно, Арье она показалась не столь и немолодой, просто голод и холод сделали своё дело, а так ей было лет сорок, не больше.       — А лев, кто такой лев?       — Лев?.. — тут познание застенной жизни Берту подвели, и она растерянно попросила взглядом Арью о помощи.       — Лев очень могуч и хитёр, — слегка понизив голос, заговорщицки сообщила Арья великую тайну. — Он ступает мягко и тихо, а его рёв раздаётся далеко-далеко. На юге нет никого сильнее. Он — царь зверей. Он — король и вождь всего живого. И у него много сородичей — тоже грозных и хитрых, которые служат ему. Даже коты — его родственники.       — Коты? Они одного племени?       — Да.       — А сумеречный кот? Он самый хитрый и сильный кот. Раз Лев — это самый сильный кот, тогда самый сильный из всех львов — это Сумеречный Лев! — Дик раскраснелся от восторга, что ему удалось всё понять.       — Э-э-э.., — Арья не знала, что ответить.       А Дик, распираемый от потрясающей новости, уже сорвался с места, догоняя мальчика и девочку, тащивших котелок с водой в маленькую палатку по соседству.       — Мы всех победим! Они здесь, они с нами — Сумеречный Лев и Звезда Севера!