Наперекосяк

Потянулись недели. И для каждого из мальчишек они были по-своему ужасны. Гарри теперь постоянно находился один. После того вечера, когда ни Блейз, ни Панси не заговорили с ним, мальчик и вовсе стал жить отшельником. Конечно, он старался заговорить, подружиться или сблизиться, но все отвечали односложно: « Привет», «Пока», «Спасибо», «Не за что», «Всего хорошего». Но ни дня не проходило без замечания от Нотта. Тот постоянно цеплялся к Гарри, стараясь унизить и показать, что его происхождение отличается от их. Он видел, как Забини и Паркинсон отводили глаза или сразу же уходили, а все остальные просто наблюдали за этим. За завтраками, а теперь еще и за остальными приемами пищи, ему было спокойнее сидеть с немногословным Малфоем, который, при его появлении, для проформы, закатывал глаза, но всегда освобождал чуть места, чтобы Поттеру было, где «развернуться». И Гарри чувствовал себя спокойно, пусть даже Драко молчал, вечно уткнувшись носом в книгу, но от него, почему-то, не веяло агрессией. Это давало несколько минут передышки. Обоим… И если у Гарри все тихо игнорировали, то Малфою доставалось по полной программе и по «самые уши». Конечно, наследник древнейшего рода всегда мог парировать любую шпильку, но когда просто обзывательства и «тычки под ребра» перешли в гадости, это стало выносить еще сложнее. Мальчик был в шоке, когда понял, что не такой уж и тихий и мирный этот факультет. Те еще «барСуки». Так ладно бы, если эти «подлянки» делали только его однокурсники, так нет. К этому присоседились еще и старшекурсники, которым вдруг…вот так вот резко, стал почему-то очень мешать младший-Малфой. Хотя Драко знал, что в Слизерине могло быть и хуже, но там бы были свои, те, с кем хоть немного, хоть парой фраз, да знаком… А эти… Исподтишка, как крысы. Драко никогда не забудет, наверное, как какой-то умник со старших курсов кинул ему в спину заклинание чесотки… И, если бы не Седрик, который так вовремя выходил из спальни, куда мальчик как раз направлялся, нервно почесывая все тело, никто не знает, в каком виде он потом показался на занятиях. Кстати, о них. Только там мальчик и находил для себя отдушину, между молчаливыми приемами пищи с Поттером и, до зубного скрежета раздражающими, нападками однокурсников. Малфой усердно работал на занятиях, и не потому, что хотел каких-то там заоблачных баллов для факультета. А, так как Драко стремился стать лучшим везде, доказать и для начала себе, что он — Малфой, и факультет не важен, важно « что ты сделаешь с этим, и сможешь ли обернуть это в свою пользу?» — как говорил папа. Отец… Драко так и не отправил письмо. Да и зачем, наверняка крестный уже это давно сделал, а то и появился с личным визитом в Малфой-мэноре, рассказав об «успехах молодого наследника». Но каждая почта, была для него испытанием всей нервной системы… — Эй, Драко, — голос напротив вырвал его из мыслей, заставив тряхнуть головой и поднять взгляд на Поттера, который теперь еще обедал, и ужинал с ним. — С такими темпами чтения, до конца ты дойдешь только к окончанию школы… — Что? — Переспросил мальчик, внимательно смотря на беззлобно улыбающегося Поттера. — Ты не перевернул страницу с того момента, как я сел. — И что? Тебе это мешает? Ты, словно, вообще не знаешь, что такое книга, — внезапно, даже для себя, ответил он, только потом, понимая, что напротив сидит мальчик, который ничего ему плохого не сделал. — И ты туда же… — Как-то расстроенно ответил Гарри, уже собираясь встать. — Подожди… Прости, — выпалил Малфой, первый раз, за всю жизнь, именно первым прося у кого-то прощения. — Тоже не ладиться на факультете? — Опустившись обратно, поинтересовался мальчик, кивая головой на остальной стол. — Не знаю, у кого из них, что не ладиться, но мне плевать, — как можно пафоснее выдал блондин, захлопывая книгу. — Я и сам могу. — А я нет. С ними тяжело… — Поттер поднял глаза, тут же натыкаясь на изучающий взгляд напротив, и тут же спохватился, поняв, что жалуется. — Эм, ладно. У меня Травология. Увидимся. — Да, увидимся. Гарри улыбнулся, повергнув в шок аристократа. Эта улыбка была настолько искренней, что ни одного оттенка фальши или приторности Драко не смог увидеть. И это заставило его чуть растянуть губы, в нечто похожем на улыбку, смотря, как его собеседник «икающей» походкой медленно удаляется.

***

— Страница сто пять. Зелье для излечения фурункулов. Приступайте, — грозно осмотрев первый курс своего факультета, громогласно сказал Снейп. Прошло около пяти минут от начала пары, как в дверь кабинета неловко забарабанили. Сделав пас рукой, профессор отворил тяжелую, рассохшуюся дверь, за которой стоял растрепанный, еще немного сонный, в неправильно застегнутой рубашке, знаменитость первого курса… — Мистер Поттер. — Простите, сэр. Этого больше не повториться, — как можно более уверенно попытался сказать Гарри, но в конце фразы голос предательски дрогнул. — Минус двадцать баллов за опоздание. Займите место за партой рядом с мисс Паркинсон и приступайте, — ответил он, отворачиваясь к доске. Мальчик прошмыгнул на место, скидывая сумку, теперь внимательно изучая то, что написано на доске. Раскрыв книгу и сравнив, он обратился к девочке, которая раскладывала ингредиенты на столе. — Чем помочь? — Спросил Гарри, из-под челки посмотрев на нее. — Налей в котел воды и поставь на огонь, — скомандовала она, снова заглядывая в книгу. Гарри не переставал удивляться тому, почему, когда обычные первокурсники проходят особенности каждого ингредиента, Слизерин во всю уже «кашеварит»? Конечно, если делать все по инструкции, то и все не так уж и сложно. Но вот, что-то это не очень сложно закрепилось у Поттера вторым «Троллем» за три недели. Как он понял, что все, кто учиться на этом факультете, от рождения варят и увлекаются зельями, поэтому и нет никакой необходимости разжевывать этот материал «снова». Через сорок минут, зелье уже почти было готово, и Гарри надеялся, что хотя бы сегодня это занятие пройдет без кошмаров… Но. Когда самый жуткий из них ходит по кабинету, очень сложно держать себя в норме. Мальчик только на минуту отвлекся, внимательно наблюдая, как Забини и Нотт уже добавляют в котел иглы дикобраза, как вдруг… взрыв за его спиной сотряс все вокруг. Гарри повернулся и увидел, как Панси, держа в правой руке слизней, а в левой иглы, рассеянно смотрит по очереди на него, а затем на почерневший котел, из которого теперь вылезало, под смех однокурсников, пузырясь и хлюпая, испорченное зелье. — Что ты сделала? — Прошептал он. — Ничего, просто из руки выскользнула иголка… — Голос девочки дрогнул, а глаза наполнились слезами. — Я же знала, как его готовить… — Мистер Поттер, мисс Паркинсон. Что с вашим котлом? Не выдержал ваших потуг? Кто виноват? — Налетев, как грозовая туча, спросил профессор, теперь нависая над детьми. — Это… это… — Мямлила Панси. — Это она, сэр, — выкрикнул с места Тео. — Нет, это я, — с ровной спиной Гарри встал со стула. — Хотел забрать у нее иглы, но они выскользнули из рук и раньше времени упали в котел… — Что ж, Мистер Нотт, минус пять баллов за ответ с места. Мистер Поттер, минус десять баллов за испорченное зелье Мисс Паркинсон, а за ваше благородство, вам полагается награда. Три дня отработок. Будете учиться чистить котлы, которые так виртуозно научились пачкать, — ухмыльнулся Снейп, снова уходя к кафедре, эффектно взмахнув полами черной мантии. Выдохнув, Гарри повернулся к Панси, которая теперь смотрела на него с какой-то милой улыбкой на чумазом лице. — Давай, я помогу убрать, — он протянул ладони, забирая у нее остатки флоббер-червей и игл дикобраза, а затем осторожно раскладывая их обратно по баночкам. — Почему… — Начала Панси, утирая щеки от копоти. — Потому что. Просто, так правильно, — ответил он, протягивая ей простой носовой платок, и указывая на подбородок. Убрав стол в полной тишине, они как раз успели к окончанию пары. Гарри подхватил сумку, скинул в нее все учебники и, оставив за своей спиной девочку и однокурсников, теперь шагал в сторону кабинета Защиты от темных искусств, где них была сдвоенная лекция совместно с Гриффиндором. Почему-то сейчас, когда он так поступил, мальчик первый раз почувствовал какого это — помогать кому-то, протягивать руку помощи, и главное, просто так. Просто потому, что так правильно, а не за ответные услуги или ответную помощь. У стены, рядом с дверью стояли Рон и Гермиона, а рядом с ними еще один мальчик, с которым Гарри не был знаком. Он был немножко полный, с круглым лицом и огромными глазами. — Гарри, — крикнула девочка, активно маша рукой, приглашая его подойти ближе. — Привет, ребята, — улыбнулся он. — Привет. Ну, как тебе серпентарий? Еще не съели? — Спросил Рон, окидывая его странным взглядом. — Эй, ты о чем? — Удивился Гарри. — Ну, там же, типо, чистокровки. А ты… — Рон. Тебе не кажется, что сейчас не важно, какая в тебе кровь. Главное — уметь учиться, — парировала девочка, в конце поправив рукой выбившуюся из-за уха завивающуюся прядь. — Гарри, познакомься, это Невилл. — Невилл Лонгботтом, — мальчик протянул руку для рукопожатия и доброжелательно улыбнулся. — Гарри Поттер, — с меньшим энтузиазмом, но с такой же улыбкой, ответил он. — Дети, прошу в класс. Скоро начнется урок, — чуть заикаясь, сказал профессор Квирелл. Гарри еще на первом занятии узнал его. Это был тот человек, что встретился ему в Дырявом Котле, что-то таинственное, загадочное и волшебное было в его одежде, манере разговора, взгляде. И это будоражило воображение и кровь. Где был этот человек? Сколько всего видел и с кем вступал в схватки?

***

Драко шел из библиотеки, где в тишине и покое мог сделать задания. Среди книг, запаха старых фолиантов и шелестения страниц, в полной тишине, которую так трепетно поддерживала мадам Пинс, Малфой чувствовал себя хоть немного ближе к дому. Почему-то именно это место помогало ему хоть ненадолго вернуться в ощущения родного дома. Почувствовав запах книг, представить, что так пахнет мамино темно-зеленое бархатное платье, в котором она часто проводит воскресные вечера за чтением старого романа. Или услышав шелест страниц, не важно каких, будь-то учебник по зельеварению за пятый курс, или «Ведьмополитен», мальчик вспоминал серьезного отца, который каждое утро изучал Ежедневный пророк. И все было так близко и дорого… — Драко? Эй, Драко, — окрикнули Малфоя со спины, когда он уже собирался завернуть в коридор общежития. Он обернулся и увидел, как к нему широким шагом движутся двое: староста Рэнди Брилл и Седрик Диггори. — Привет, — улыбнулся второй. — Ты меня преследуешь? — Усмехнулся Драко, понимая, что серьезность тут точно не прокатит. — Я за тобой… присматриваю, — ответил он. — Драко, ты делаешь отличные успехи. Еще никто так не старался… по крайней мере, на нашем факультете. — Спасибо… — «Засмущался» мальчик, пряча взгляд. — И тебя просил зайти профессор Снейп, — после этой фразы наступила гробовая тишина. Драко, конечно, подразумевал, «какой именно» его именно может ждать «сюрприз» в кабинете профессора, но очень надеялся, что ошибается… — Вау, Малфой. Зачем это ты понадобился «Ужасу Подземелий»? — Первым очнулся Седрик, переводя все в шутку. — Я попросил его об дополнительных занятиях. И он обещал подумать. Видимо, уже, — как ни в чем не бывало, врал Драко. — Ого, — удивились уже оба. — Ну, дерзай. Только не опаздывай, скоро отбой. — Потом расскажешь, — подмигнул Диггори, направляясь вслед за Рэнди. — Обязательно… — Приторно, одними жестами и мимикой повторил мальчик, кривляясь вслед двум старшекурсникам. А вот самому было не до шуток и смеха. Если там отец. О, Мерлин. А если там именно он… Как быть? Что сказать в свое оправдание? Каждый шаг отдавался от каменных стен, раз за разом больно ударяя по натянутым нервам. Повороты лестницы, переходы, говорящие портреты — все казалось ему сейчас враждебным. Все запечатленные на холсте люди говорили только о нем, а лестницы поворачивались в нужную сторону и с первого раза, сокращая его путь до кабинета. Драко чувствовал себя преданным… казалось, самим замком, который знал, что отец — член попечительского совета школы, и уже здесь. Ждет его. Глубоко вдохнув, а следом так же выдохнув, Малфой поднял подбородок, расправил плечи и постучал. Несколько мгновений была тишина, которая несколькими тоннами давила на хрупкие плечи первокурсника Хаффлпаффа. Многие бы сказали, что это нормально, не каждый старшекурсник сподвигнется войти в подземелья добровольно, что уж говорить о нем. Но Драко боялся не крестного, хотя и стоило бы… — Мистер Малфой? — Дверь открылась, и на пороге показался крестный. — Я ждал вас раньше, проходите. Серьезный тон крестного не просто выбил почву из-под ног мальчика. Ему захотелось просто убежать, сломя голову. Значит, все просто ужасно, раз… — Мистер Поттер, на сегодня ваша отработка окончена. У вас как раз осталось время до отбоя. Вы свободны, — отчитал Гарри Снейп, проходя за кафедру, где была дверь в его личные апартаменты. А мальчики словно зависли. Драко во все глаза смотрел, как сгорбившийся над котлом Поттер, умываясь собственным потом, весь в саже и грязи, сидит на стуле с ним в обнимку. А тот не мог понять, зачем студент другого направления и факультета, добровольно пришел. Так того еще и ждали. — Мистер Поттер, — рыкнул профессор, вырывая Гарри из мыслей. — Особое приглашение нужно? Не задерживаете меня. Гарри тут же, словно ветром сдуло из кабинета зельеварения. — Пойдем, Драко, — уже привычным, более домашним голосом сказал Снейп, открывая дверь. А у него отлегло. Официальность крестный держал всегда, когда есть кто-либо посторонний или они могли бы быть. А тут, слава Мерлину, только Поттер. Всего лишь Поттер. Войдя в комнату, мальчик выдохнул окончательно, не найдя никаких признаков пребывания отца в школе, и встал напротив кресла, в которое опустился профессор. — Садись, — указал тот на кресло напротив. — Что-то случилось? — Не вытерпел Малфой. — Как твои дела? Знаю, что с учебой все нормально, а в гостиной? — Северус, ты же знаешь: все, что происходит… — … В гостиной, в ней и остается, — дополнил мужчина, нагибаясь перед и, опираясь руками на согнутые колени. — Знаю, Драко. Но еще я знаю… С тобой не общаются. — Это ты мне говоришь? Я должен был попасть на Слизерин. И ты знаешь, как об этом мечтала вся моя семья… — Я тоже мечтал об этом. Но этого не произошло. Что ты собираешься делать? — Делать? — Мальчик откинулся в кресле. — Я и так стараюсь. Учиться… — Драко, послушай одну вещь. Не только Слизерин был хитрым и бесчувственным, каким его все помнят. Каждый из основателей имел свои грехи. И Хельга не исключение. Она, как и любая женщина, действовала тихо, без шума и пыли. И, уж поверь, не всегда ее цели были во благо, а средства — законны и легальны. Даже на Хаффлпаффе нельзя расслабляться… — Я понял. Северус, а…

***

Драко вышел от крестного только через пятнадцать минут. На душе стало легче. Он рассказал ему про успехи и неудачи, про то, что сказал, когда староста передал приглашение от зельевара, о вечно мешающем Седрике, вечно «присматривающем» за ним, и о Смите. И получил необходимое, а именно советы, которые Северус давал наравне с отцом. И теперь у него был план, как жить дальше. Если до этого Драко только и делал, что выживал и боролся, то теперь он знает, как жить, и постарается утереть нос этому выскочке Смиту. — Эй, Малфой, — дернули мальчика за рукав мантии, когда он вышел из кабинета. — Поттер? Скоро отбой, — возмутился Драко, осматривая неожиданного ночного гостя. — Что ты делал у Снейпа? Тоже отработка? — А? Что? Нет… Я… Брал дополнительные задания, чтобы уже приступить к практике на зельеварении, — виртуозно выкрутился он, теперь же с интересом смотря на мальчика. — А ты? — Я… Отрабатывал взорванный котел. — Ты взорвал котел? — Удивился мальчик. — Нет, не я. Панси. Но так получилось… — Ты заступился? И теперь сидел и драил эти грязные котлы за нее? Героический поступок, Поттер. — Спасибо… — Ладно, спокойной ночи. А то скоро отбой, — махнул рукой Малфой-младший, разворачиваясь и собираясь уходить. — Драко. — Что? — В полуобороте спросил он. — Ты хорошо разбираешься в зельеварении? — Ну так… До мастера мне далеко, но азы знаю. А что? — Ты не мог бы… Не мог бы мне помочь, а то выше « Тролля» и отработок, я ничего не могу получить… — Хорошо, договорились, — усмехнувшись, ответил Малфой, неожиданно легко даже для себя самого. И уже оба довольные, каждый своему, они разошлись по своим гостиным. Драко был рад помощи крестного и не появлению отца, а Гарри тому, что все налаживается.

***

Камин в Малфой-мэноре потрескивал сухими поленьями, бросая яркие отсветы на персидский ковер перед ним. Мистер и миссис Малфой сидели в этот вечер перед ним в полной тишине: он читал последние сводки финансов, а она, в домашнем платье, листала страницы Ведьмополитена. Внезапно огонь окрасился в ярко-зеленый цвет, и в нем появилось лицо их старого друга. — Северус? — Воскликнула совсем не по-аристократически Нарцисса. — Можно? — Без лишних слов и приветствий спросил он. — Да, — важно ответил Лорд Малфой, вставая с кресла. Камин затрещал и через мгновение на ковер ступил ужас всех студентов, в классической черной мантии. — Что-то с Драко? — Спросила женщина. — Речь пойдет о нем…