Странные чары

Следующий день принес не рассвет, а медленное, серое просачивание света сквозь запыленное стекло. Я почти не спала, прислушиваясь к каждому шороху за стенами, к хриплому дыханию Драко, дремавшего у камина. Медальон на груди тянул, как гиря, напоминая о боли Гарри и Рона. Каждая минута тишины была пыткой. Он вернулся с рассветом, которого никто не видел. Не было звука шагов, щелчка замка. Дверь просто распахнулась, и в проеме, залитом сзади свинцовым светом, стоял Скабиор. На нем был сухой плащ, в руках – связка рыбы и корешки каких-то растений. Он выглядел как возвращающийся с промысла лесной житель, если не считать глаз – все таких же серебристо-неподвижных, оценивающих. Драко вскочил, как ошпаренный, прижимаясь спиной к каменной кладке камина. Я поднялась со скрипучей кровати, держа палочку наготове. – Комфортно? – спросил Скабиор, его голос был ровным, без насмешки. Он вошел, бросил рыбу на стол и повернулся к нам, скрестив руки на груди. Влажный холодок от него пополз по комнате. – Где мои друзья? – выпалила я, отбросив всякую осторожность. – Живы. Пока что Долохов развлекается, но Лорд велел доставить Поттера в целости. Ваш рыжий друг… его ценность несколько ниже. – Он сказал это без эмоций, как констатацию факта, и у меня сжалось сердце. – Их перевезут сегодня ночью. В особняк Малфоев. Драко ахнул, будто его ударили. –Нет… Он не может… –Он может, – холодно перебил Скабиор. – Ваш дом стал перевалочным пунктом, юный Малфой. Неудивительно, что ты предпочел речные глубины. – Что вам от нас нужно? – вмешалась я, пытаясь вернуть разговор в практическое русло. – Почему вы нас здесь держите? Скабиор медленно перевел взгляд на меня. –Я не держу. Я предлагаю выбор. Или вы оба продолжите быть пешками – одна в игре Ордена, другой в игре Лорда – и скорее всего, умрете, ничего не изменив. Или… рассмотрите игру третью. – Какую? – прошептал Драко. – Мою. – Скабиор отодвинул плащ, и я впервые увидела на его поясе не только волшебную палочку в простом деревянном чехле, но и странный амулет – вырезанный из темного камня символ, напоминающий сплетение волн и оленьих рогов. – Вы думаете, эта война – только ваша? Маги против маглов, чистокровки против полукровок? Вы наивны. Лорд Волан-де-Морт копает глубже. Он стучится в двери, которые не открывались веками. Он предлагает союз тем, кто старше Хогвартса, старше Министерства. Старше самого понятия «волшебник». Он сделал паузу, давая словам просочиться в сознание. –Моя кровь помнит, когда эти леса были глухими, а реки – дорогами. Я – с гэльских земель, где магия – это не заклинания в книгах, а дыхание земли, песня ручья, ярость волка. Таких, как я, он ищет. Оборотней, кентавров, великанов… духов стихий, что дремлют в камнях и болотах. Он собирает не армию. Он собирает древнюю силу, чтобы смести ваш хрупкий мир, построенный на правилах. И многие… многие услышат его зов. Ибо он обещает вернуть нам то, что у вас, у «цивилизованных» магов, давно отнято: право жить по старым законам. Право охоты. В воздухе повисла тяжелая, гнетущая тишина. Его слова звучали не как хвастовство, а как мрачное пророчество. Они объясняли слишком многое. Его силу, его чутье, его отстраненность от обеих сторон. – Вы… вы присоединитесь к нему? – спросила я, чувствуя, как холодеют пальцы. Скабиор усмехнулся. –Я присоединяюсь к силе. Но сила бывает разной. Его сила – разрушительная, ненасытная. Она сожрет и его новых союзников в конце. Я видел это в водах времени. Они мутны, но узоры повторяются. – Он шагнул ближе, и его глаза загорелись внутренним светом. – Я предлагаю собрать иную силу. Не для защиты вашего старого мира. Для создания… равновесия. Или хаоса, в котором можно выжить. Мне нужны те, кто знает сердце обеих систем. Кто прошел через их жернова. Вы двое – идеальные камни для новой мозаики. Это было безумие. Чудовищное, головокружительное безумие. –Вы предлагаете нам стать… предателями? Союзниками? С вами? – голос Драко дрожал от непонимания. – Я предлагаю вам перестать быть жертвами обстоятельств. Грейнджер – у тебя ум стратега и воля, которую не сломил даже крестраж. Малфой – ты знаешь изнанку его лагеря, ты вырос в этих ядах. Вместе… вы могли бы быть интересны. Я смотрела на него, этого получеловека-полудуха, предлагающего сделку с самой древней тьмой. Он не был благородным героем. Он был хищником, ищущим свою выгоду. Но в его словах была ужасающая правда. Против армии магов и древних существ у Ордена не было шансов. Нужно было что-то иное. Что-то непредсказуемое. – Мои друзья, – сказала я твердо. – Сначала их спасение. Это условие. Скабиор кивнул, как будто ожидал этого. –Их спасение может стать первым ходом в нашей игре. Но для этого нужны ресурсы. Информация. И… решение. Оба наших взгляра упали на Драко. Он стоял, бледный как смерть, глядя в пустоту. В его глазах боролись страх, гордость, отчаяние и та самая, вбитая с детства, необходимость выбирать сторону. –Я… я не могу, – выдохнул он наконец. Голос был тихим, но в нем слышалось что-то окончательное. – Моя мать… Она там. В том доме, куда везут Поттера. Если я присоединюсь к вам… если он заподозрит… Он убьет ее на моих глазах. – Он поднял на Скабиора мокрые от стыда и ужаса глаза. – Вы можете быть сильны. Вы можете играть в свои игры. Но я… я просто хочу, чтобы она жила. Даже если это значит вернуться в ад. В его словах не было трусости. Была страшная, раздавленная ответственность. Он выбирал не сторону, а единственное, что у него оставалось. Скабиор долго смотрел на него, и в его серебристых глазах, казалось, мелькнуло что-то вроде понимания. Или презрения. Сложно было сказать. –Как знаешь, – произнес он наконец. – Путь жертвы тоже имеет свою ценность. И свою цену. Он повернулся ко мне. –А ты? Я думала о Гарри и Роне. О пытках. О крестражах. О древней силе, которую собирает Волан-де-Морт. О шансе, призрачном и опасном, ударить из тени, будучи непонятой и своей, и чужой стороной. Это была не та героическая битва, о которой я мечтала в книгах. Это было нечто грязное, рискованное, сомнительное. Но, возможно, единственно реальное. – Я остаюсь, – сказала я. Голос не дрогнул. Скабиор усмехнулся – едва заметно, уголком рта. –Хорошо. – Он взглянул на Драко. – Я отведу тебя к границам твоих владений. Дальше – сам. Забудь дорогу сюда. И… постарайся выжить, юный Малфой. Мертвые в игре не участвуют. Драко кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Его взгляд скользнул по мне – в нем было все: зависть, жалость, страх и прощание. Он вышел за Скабиором в серый, туманный день, даже не оглянувшись. Дверь закрылась. Я осталась одна в тишине хижины, но теперь тишина эта была иной. Она была полна гулом приближающейся бури, шепотом древних рек и тяжелым весом выбора, который только что совершила. Я была больше не просто сбежавшей ученицей с крестражем в кармане. Я стала союзницей хищника в игре, правила которой только предстояло узнать. А где-то в темноте, в особняке моих школьных врагов, страдали те, ради кого я на это пошла. Игра началась.