Those Icy Fingers Up and Down My Spine (That same old witchcraft when your eyes meet mine)

— Блять, — простонала Рэйвен, рухнув на кровать вся растрепанная. — Я же сказала, что соскучилась, — выдохнула Анья, перевернувшись на спину и сладко вздохнув от ощущения холодного воздуха, касающегося её перегретой кожи. Она моргнула, глядя на потолок, который сейчас был просто черным и обугленным, хотя она могла поклясться, что ранее видела там звёзды. — И я скучала. Иисус. Ты меня просто убиваешь. — В этот раз никто не умрёт, — сказала Анья сухо. Она ожидала смешка, фырканья, чего угодно; вместо этого она повернулась и была встречена одним молчанием. Её сердце рухнуло вниз, когда она встретила наполненный слезами взгляд карих глаз, нижняя губа Рэйвен дрожала. Она глубоко вдохнула, когда автоматически приблизилась к Рэйвен, обхватывая её рукой, чтобы плотно прижать к груди. Она ожидала этого. Честно говоря, она была удивлена, что на это потребовалось столько времени. — Все хорошо, — сказала она, убирая волосы, прилипшие к потному лбу Рэйвен, чтобы прижаться к нему губами, — Я уже жива, нытик. — Ты была мертва, — прошептала Рэйвен, исказив лицо, будто это могло уберечь её от рыданий, — Ты умерла вчера. — Сегодня я жива. Ты спасла меня. — Не спасла, — выдохнула она, сжимая одежду на груди Аньи дрожащей рукой, — Я не могла это остановить. Ты просто…ты просто умерла, и я ничего не могла сделать. Ты умерла. И…и не только ты. Я никого не могла спасти, — Анья ждала, надеясь, что её вдохи и выдохи станут плавными из-за круговых движений её руки в районе лопаток Рэйвен. Она была почти удивлена тому, что Рэйвен – единственный человек, к которому она могла быть терпелива. Она знала, что это произойдет, просто нужно время. Прошла еще одна минута напряженной тишины, это напряжение было настолько сильным, что вот-вот могло взорваться, а потом Рэйвен, наконец, сдалась, — Я не могу. Я не могу никого спасти. Я не смогла спасти своего отца. У меня была магия, я знала об этом к тому времени, я могла взрывать бутылки, но не смогла остановить кровотечение у отца? Почему? Почему я не смогла? Это же легко, правда? Просто толчок. Просто возвращаешь кровь обратно и удерживаешь её там, пока не придет помощь. Я бы могла сделать это, если бы была сосредоточена, а не орала во все горло, как идиотка, если бы я не переживала из-за того, что не чувствую собственные ноги… — Ты была ребенком, — тихо сказала Анья, — Ты была травмирована и ранена. Ты ничего не могла сделать. — …а потом я не смогла вылечить маму. Она решила допиться до смерти. А я не была достаточно хороша. Если я могла взрывать бутылки, то почему не делала это все время? Почему я не работала над тем, чтобы даже не дать ей шанса выпить? Возможно, она тогда смогла бы избавиться от этого… — Ты была ребенком, — сказала Анья так же спокойно, — А твоя мама – взрослая. Она принимает собственные решения. Ты намного больше, чем просто хороша, Рэйвен. — …я не могла вылечить отца и маму. Я не смогла спасти Финна и заставить его понять, как все на самом деле, что его отец – мудак, и он не нуждается в сыне. В тот раз он умер из-за этого. А потом…а потом Фокс. Фокс умерла, я не смогла спасти её. Или ты. Я не смогла спасти тебя, Анья. Я должна была заметить, что что-то не так, я должна была догадаться, что Ниа прокляла тебя… — Это было парадоксальное заклинание, ты же знаешь о них, вы проходили их в школе. Они действуют медленно, но верно, тихо и смертоносно. Никто не может догадаться, если не будет специально его искать, и мы были отвлечены войной. Мама Кларк – Целитель, и даже она не заметила. — Но… — Никаких но, — сказала резко Анья, наклоняя подбородок Рэйвен, чтобы посмотреть на неё. Её горло сжалось из-за того, что она собиралась сказать, но она должна была. Это нужно было сказать, — Послушай. Я понимаю, что ты чувствуешь. Иногда мне кажется, что я могла сделать что-то, чтобы не дать родителям умереть. Моя бабушка умерла естественной смертью, мирно и во сне, и даже если это случилось слишком рано на мой взгляд, я ничего не могла сделать. Но иногда я боюсь, что могла сделать больше для моих родителей. Может быть я могла найти лучших Целителей, может быть я должна была остаться дома вместо школы, чтобы заботиться о них. Но не нам выбирать, когда придет смерть. Я скучаю по ним каждый день, но разве это причина расстраиваться, не так ли? Они мертвы и останутся мертвыми, и это может или ослабить меня, или придать силы. Я выбираю силу. — Они бы гордились тобой, — мягко сказала Рэйвен, и, хотя она еще была со слезами на глазах и дрожала, она подняла руку и прижала её к сердцу Аньи, — Ты знаешь это? Они бы чертовски тобой гордились. — Ты бы им понравилась, — немного неохотно проворчала Анья, — Вероятно, они бы сказали, что ты мне подходишь. Держишь меня в тонусе. Доводишь до белого каления. Поглаживающие движения Рэйвен остановились, когда стыд и опустошения отразились на её лице. — Но заслуживаю ли я тебя? — Что ты имеешь в виду? — Я…я была эгоисткой, — прошептала Рэйвен и внезапно она показалась такой маленькой, будто она вжалась сама в себя. Откровенно говоря, это было кощунство. Рэйвен Рейес всегда была тем человеком, который никогда не кажется маленьким, — Я просто хотела, чтобы не было больно, хотела не думать, хотела не чувствовать хотя бы минуту, я…я люблю тебя, но я…я…с Беллами, моим другом… — Ты искала утешение в друге, и я не виню тебя за это, — сказала Анья, удерживая взгляд Рэйвен, когда она посмотрела на неё, слезы бежали по её щекам, а в глазах было удивление от слов Аньи, — Вы оба, кстати, — она изогнула губы, зная, что то, что она собирается сказать, рассмешит Рэйвен, — И ты даже не кончила. Именно так и произошло; Рэйвен фыркнула, опустив голову и рассмеявшись в плечо Аньи. Через какое-то время она успокоилась, и слезы перестали течь, но Рэйвен была еще печальнее, чем до этого, когда тихо сказала: — Анья…прости, что я не смогла тебя спасти. — Хорошо, заткнись, — сказала она достаточно легко, чтобы Рэйвен поняла, что она на самом деле не злилась, но твердо, чтобы дать ей понять, что её несогласие реально, — Ты не могла бы ничего сделать. Ты же не чудо-женщина. — Потому что меня зовут Рэйвен, а не Диана, — пробормотала она. Анья нахмурилась. — Что? Рэйвен вздохнула, оперевшись локтем на матрац и подтягивая себя наверх, прикладывая руку к щеке. На её лице появилась усталая улыбка, когда она посмотрела на Анью с такой любовью в глазах, и это снова наполнило Анью теплом. Она любила её глаза. Они были такими… — Чистокровки. Вы такие бесполезные. Анья подняла бровь. — Эта бесполезная чистокровка только что подарила тебе три оргазма. — Только три? Её легкий смех затерялся среди звуков рычания Аньи и шелеста простыней, когда Анья обвила вокруг неё ногу и оседлала. Её русые волосы свисали, закрывая их лица, как занавеска, когда она наклонилась вниз, чтобы оставить долгий и глубокий поцелуй на губах Рэйвен. — Ты такая раздражающая. — Ты меня любишь. — Это не делает те слова менее правдивыми. Рэйвен фыркнула, улыбаясь, когда Анья сжала её запястья и удерживала у неё над головой. — Ага, и тот факт, что ты однажды женишься на мне, означает, что я не настолько склонна верить в твою хватку. — Оу, так мы поженимся, да? — сказала Анья, поднимая бровь выше, совершенно не удивившись. — Ага. И кота заведем. — А детей? Рэйвен пожала плечами насколько могла, так как её руки были зафиксированы над головой. — Честно говоря, я не знаю, хочу ли я их. Это проблема? — Больше облегчение. У меня уже есть одна раздражающая, плаксивая, пускающая слюни дурочка, о которой нужно заботиться, и мне не нужно никого еще. — Анья, ты не должна так говорить о моей маме. Анья закатила глаза. — О, ну нет. Это было слабо. Рэйвен улыбнулась. — У меня слабость перед тобой. В ответ Анья простонала, когда легла на неё сверху, и Рэйвен снова рассмеялась, переворачивая их и меняя позиции. Вместо того, чтобы продолжить дальше, она просто лежала на Анье, прижимаясь губами к её грудине, прежде чем они обернули руки вокруг друг друга и какое-то время просто обнимались, наслаждаясь звуками своих синхронных сердцебиений. — Ты знаешь…мы здесь несколько часов. Как бы я не хотела вставать прямо сейчас, но нам на самом деле пора идти. — Я знаю. Уже поздно. — И я очень хочу писать, — внезапно простонала Рэйвен, сморщив нос. — Лекса, вероятно, очень волнуется, — вздохнула Анья, потягиваясь и зевая, а затем лениво провела рукой по волосам. — Бля, Кларк, наверное, тоже бесится, — воскликнула Рэйвен. Она попросила её занять место на пире. Великолепно. Ей стоит ожидать взбучку завтра. — Я не очень настроена провести ночь вдали от тебя, но мы, я думаю, должны их хотя бы проверить. — Ага…кстати об этом, — Рэйвен подтянулась на кровати, подперев подбородок руками, расположенными на груди Аньи, — Что мы им скажем? Анья небрежно пожала плечами. — Ты не собираешься показывать Кларк воспоминания? Я согласна, что рассказывать Лексе опасно, но Кларк ничего не скажет Титусу. Выражение лица Рэйвен померкло. — Я не знаю, как это сделать, — заметила она. Анья открыла один глаз, чтобы сонно на неё взглянуть. — Сделать что? — Ну, я имею в виду, как я должна рассказать Кларк, что её отец был убит лучшим другом, в то время, как её мама просто наблюдала за этим, а потом стерла воспоминания? Анья задумалась. — У тебя есть точка зрения. Она жестока даже для моих стандартов. — Определенно, — она сделала долгий и глубокий вдох, а потом простонала, опуская лоб на свои руки, — Ух, ну почему именно я получила свои воспоминания? Я понятия не имею, что делаю. Нам нужна помощь. Мы же должны хоть кому-то рассказать. Глава Мракоборцев сможет нам помочь, если мы попросим не рассказывать Титусу? — Я просто не уверена, стоит ли нам рисковать, — сказала Анья, — Джейми Поттер кажется слишком правильной. Чьим словам она поверит: пары студенток или лидера Ордена? — А что насчет Густуса? Он кажется крутым. — Он на миссии. В прошлый раз он не появлялся до Святочного Бала, а мы не можем позволить себе ждать четыре месяца. — Тогда Роан, — предложила Рэйвен. — Он с Джейми, он все ей расскажет. Не говоря уже о том, что он приемный и отвергнутый сын Нии. — Ты не думаешь, что он мог нас выдать? — Нет, нет. Но у него будет немножко больше риска быть пойманным Нией и быть использованным против нас, как в прошлый раз. — Справедливо, — неохотно сказала Рэйвен. Она снова вздохнула, пробежавшись рукой по спутанным волосам. Им нужен кто-то, кто не будет играть по правилам. Титус, Лекса, Индра, Джейми…все они были железными. Им был нужен огонь. Им был нужен кто-то достаточно сумасшедший, чтобы им поверить. И ответ внезапно осенил её, словно толчок. — Подожди. Луна! — она резко подорвалась и соскользнула с кровати, волнительно встав на ноги. Анья подняла брови, — Вот оно! — Луна Риверс? — Да! — Рэйвен металась по комнате, подбирая свою разбросанную одежду, — Луна – найтблида, и она тоже не фанатка Титуса! — Это может сработать, — задумчиво произнесла Анья, темными глазами наблюдая за Рэйвен, которая перемещалась по комнате и неуклюже натягивала одежду, — Но разве она не отвечала за доставку существ на Турнир? Она может быть сейчас на другом конце мира. — Мы можем отправить ей сову! — Рэйвен просто светилась от энергии и огня, которые дала ей четкая цель, — Мы попросим её встретиться с нами! Анья закатила глаза, садясь и поворачиваясь, чтобы встать с кровати. — Её прибытие в школу будет выглядеть очень подозрительно… — Тогда Хогсмид. В эти выходные у нас запланирована поездка туда. Мы можем встретиться с ней в одном из баров, — Рэйвен бросила ей одну из рубашек и начала шнуровать ботинки, когда Анья начала натягивать рубашку через голову. Пока Анья заканчивала одеваться, Рэйвен нависла над столом, чтобы набросать письмо Луне, умоляя её встретиться с ними. — Не знаю, насколько хорошо это сработает, — призналась она, заканчивая письмо и опуская перо обратно в чернильницу. — Что ты написала? — спросила Анья, когда натянула свой плащ с эмблемой Дурмстранга назад. — Не так много, — Рэйвен передала письмо Анье, когда она потянулась за ним, и начала надевать свой собственный плащ, — Я попыталась изложить все так, чтобы она быстро заинтересовалась, но не разозлилась. — Почему именно Три Метлы? — спросила Анья, когда перечитывала письмо. — Ну, во-первых, там всегда много людей и шумно, поэтому, я полагаю, что шанс быть подслушанными будет гораздо меньше. Во-вторых, там работает Эви, помнишь? И с момента битвы в Министерстве я знаю, что они вместе, — только от мысли об их отчаянных движениях и заклинаниях, попытках защитить друг друга от Пожирателей Смерти, оборотней, жнецов и Пожирателей Теней, а потом от самой Онтари…затем полное опустошение на лице Луны, то, как она кричала от ярости, когда Эви была убита…Рэйвен вздрогнула, — Они пара, поэтому я уверена, что Луна уже там тусуется, верно? Анья пожала плечами и передала письмо назад Рэйвен. — Похоже на то. — Это сработает, — уверенно сказала Рэйвен, свернув пергамент в трубочку и запечатав его взмахом своей палочки, прежде чем убрать в карман; другим взмахом палочки остальные пергаменты, которые она исписала, включая временную шкалу, все они тоже поднялись в воздух, свернулись, запечаталась, уменьшились и расположились в её кармане. Она вздрогнула, когда её мочевой пузырь послал болезненный импульс, настолько интенсивный, что у нее начали потеть ладони, — Ладно, я скоро уже описаюсь. Анья внезапно оставила сильный шлепок на нижней части живота Рэйвен, от которого у неё перехватило дыхание, и она попятилась назад. — Засранка! — Увидимся завтра, — усмехнулась Анья. Рэйвен обиженно на неё посмотрела и надула губы, осторожно потирая место, по которому её шлепнула Анья. — Ага, если Лекса не убьет тебя. — Она может попытаться, — Анья затянула Рэйвен в поцелуй, прежде чем открыть дверь. Двери растаяли позади них, когда они шли по коридору, оставляя позади себя только каменное пространство стены. Они остановились в конце коридора, где им нужно было разделиться. — Хорошо, сначала я иду в ванную, потом в Совятню, а потом на боковую. Ты сразу на корабль? — Анья кивнула, — Окей. Увидимся завтра на обеде? Или точнее, уже сегодня. — Звучит хорошо. — И, эй… — Рэйвен поймала её руку и сжала. Её сердце набухло, когда она наклонилась и оставила нежный поцелуй на губах Аньи, — Я люблю тебя. Анья улыбнулась, и было очень приятно видеть это выражение на её лице, пусть и редко. Полноценная улыбка, которая не была ухмылкой или усмешкой. Это заставило Рэйвен автоматически улыбнуться. — Я тоже тебя люблю. Спи хорошо. — Я бы лучше спала с тобой. — Завтра, — пообещала Анья, — Мы можем спать в той комнате. Или ты можешь прийти на корабль, или я проберусь в твою башню, без разницы. Рэйвен выгнула бровь, превратив улыбку в усмешку. — Оу, ты хочешь проникнуть в мою башню, да? Анья закатила глаза. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи. Скоро увидимся. Рэйвен зашла в ближайшую ванную и могла поклясться, что писала пять блядских минут. Она еле передвигала ноги, когда поднималась в Совятню, и её громкий зевок вызвал трепетание среди сов – большинство из них только что вернулись с ночной охоты. На подоконниках, свернувшись клубком, спали несколько кошек, в том числе Мека, которую Рэйвен погладила по её гладкой черной шерсти. Рэйвен прикрепила письмо к одной из школьных сов и отправила её к Луне, а затем ненадолго остановилась, прислонившись к окну и лениво поглаживая кошку, повернув лицо к прохладному ветру и раннему утреннему воздуху. Солнце только вставало из-за горизонта, освещая золотом верхушки деревьев Запретного Леса, будто они были в огне. Она вспомнила, когда они действительно были в огне во время двух ужасных сражений за Хогвартс, которые она пережила в прошлой временной линии. Сейчас лес был целым и незапятнанным, несколько птиц и пара призраков ненадолго появились в небе, прежде чем снова скрыться в укрытии деревьев. Через мгновение она увидела маленькую фигуру Аньи, шагавшую по газону, и помахала. Она улыбнулась сама себе, наблюдая, как Анья поднимается по трапу корабля и исчезает в нем. Что ж, ей тоже лучше пойти в кровать. У нее было чувство, что она заснет самым глубоким сном, который только может быть. Она в последний раз задержала взгляд на действительно великолепном начинающимся восходе, прежде чем повернулась и спустилась по лестнице. Если бы она задержалась еще на секунду, то заметила бы маленькие фигуры, появившиеся около ворот, три из которых шли по территории к дверям замка… Её нога начала болеть, когда она поднималась по спиральной лестнице в башню Рэйвенкло. Она пробормотала ответ на загадку и поднялась на следующий пролет лестницы, вздохнув с облегчением, когда проскользнула в гостиную. И затем она снова забыла как дышать. Какого черта. Кларк не было в кровати. Она прохромала к кровати и стояла, уставившись на смятые простыни, как будто они должны ожить и рассказать, куда ушла Кларк. Она определенно не видела её в гостиной, и в ванных комнатах не было огней, когда она проходила мимо. Так почему Кларк не в своей постели? Ургх. Все, чего она хотела – это спать. Черт возьми. — Псс. Псс. Эй. Проснись, — ей пришлось ударить подушкой по лицу Фокс, заставив её подорваться в свой кровати, и в тревоге открыть глаза. Испуганное выражение её лица сменилось на упрек, когда она увидела, что Рэйвен все еще стоит над ней с подушкой в руках. — Что? — Ты видела Кларк? Фокс опешила, смотря то на Рэйвен, то на пустую смятую постель Кларк. Фокс закатила глаза так сильно, что было удивительно, что они не упали ей в голову. — О, ты должно быть издеваешься надо мной. — Что? — сказала Рэйвен. — Она ушла искать тебя, — подчеркнуто сказала Фокс, будто это была вина Рэйвен. Рэйвен нахмурилась, взглянув на часы. Было почти шесть утра. — Когда? — Я не знаю, примерно в полночь? Понятия не имею. Она искала тебя после пира, а затем пошла спать. Она все еще была там, когда я уснула, поэтому она, наверное, встала, чтобы снова тебя искать, — Фокс проницательно на неё посмотрела, — В любом случае, где ты была? — Нигде. — Нигде? — Не твое дело. Возвращайся в постель. Лицо Фокс приняло раздраженное выражение, прежде чем она фыркнула и перевернулась в кровати, натягивая одеяло до подбородка, и закрыла глаза. Рэйвен смотрела на нее одновременно с нежностью и весельем, её сердце разбухало от того факта, что у Фокс тоже был второй шанс. Она была жива и в безопасности, спала в своей постели, и это все, чего Рэйвен могла бы просить. С другой стороны, Кларк была не в своей постели. Это отстой. Рэйвен повернулась и нахмурено посмотрела на её кровать. Волоски на её затылке зашевелились. За стенами замка происходило слишком много дерьма, чтобы считать исчезновение Кларк таким образом случайностью. Где она, черт возьми, была? Затем, тихий стук в дверь вместе с внезапно появившейся вспышкой света заставили Рэйвен повернуться к окну. Снаружи три фигуры парили в воздухе на метлах. Рэйвен поспешила к окну и открыла его так тихо, как могла. Ближе всех была Анья с зажженной палочкой. — Лекса пропала, — сразу сказала она без всяких вступлений, — Она отправилась искать меня и пропала. — Как и Кларк, — сказала она, — Она тоже ушла. Она увидела Линкольна, парящего в нескольких метрах дальше, который выглядел абсолютно сбитым с толку тем, что двое его друзей пропали с девочками в первый вечер в новой школе, и незнакомую девушку с гладкой бронзовой кожей и безумной гривой кудрявых волос, её лицо и осанка выражали усталость, но глаза были сосредоточены и бдительны. — Ты знаешь Линкольна. Это Костия, — сказала Анья, указывая на неё головой. Рэйвен вежливо кивнула, и Костия сонно ей махнула, — Хватай свою метлу и пойдем. Рэйвен взяла метлу, которая стояла между её кроватью и тумбочкой. Она забралась на подоконник и спрыгнула с него, отталкиваясь здоровой ногой, упала на несколько метров вниз, но затем перекинула другую ногу через метлу и выровнялась. Этот всплеск адреналина и ветер на лице фактически разбудили её, заставив сосредоточиться, когда она летела с другими над территорией. — Где нам нужно искать сначала? — крикнул Линкольн. Прежде чем Рэйвен успела ответить, откуда-то снизу раздался шокированный возглас; они развернулись в воздухе и увидели Октавию и Беллами, сидящих на траве, их волосы были спутанными, а лица розовыми из-за ветра, между ними лежал плед. Они явно проснулись смехотворно рано, чтобы полетать, что не было удивительно, когда это касалось Октавии. — Рэйвен? — снова сказала Октавия, ее голос был почти писклявым из-за того, что она была ошарашена, что увидела случайно пролетающую мимо Рэйвен в шесть утра с тремя студентами из Дурмстранга. Её широкие глаза скользнули по каждому из них, немного задержавшись на Линкольне, — Что…что ты… — Ты видела Кларк? — спросила Рэйвен. — Я…ага! — Подожди, правда? — Да! Белл и я только что её видели. — Она тоже была с дурмстранкой, — сказал Беллами, немного нахмурившись на дурмстрангцев, — И с главой Мракоборцев. — Что? — сказали Рэйвен и Анья. — Джейми Поттер, — сказала Октавия, задыхаясь от восторга. Она всегда хотела быть Мракоборцем, поэтому любое простое упоминание о них вызывало у неё головокружение (к большому разочарованию Беллами; он не хотел, чтобы его сестра выбрала такую опасную карьеру). — С каким студентом Дурмстранга она была? — спросила Анья. — Та, которой я устраивала экскурсию. Лекса Вудс. Анья и Рэйвен ошеломленно посмотрели друг на друга. Кларк и Лекса исчезли…вместе. Блять. Это не могло быть совпадением… — И они были вместе с главой Мракоборцев? — неуверенно спросила Рэйвен. Она не могла понять причину почему, если только каким-то образом не попали в неприятности…Ниа каким-то необъяснимым образом сделала шаг? — Эм. Как они выглядели? Типо, напуганными? — Усталыми, — сказал Беллами, — Во всяком случае, у Джейми Поттер и девушки из Дурмстранга не было особого выражения, а Кларк выглядела измученной. Анья выругалась. — Похоже, что их поймали. — Главой Мракоборцев? — спросила Костия, — Не знаю, как они собираются выбираться из этого. — Поймали за что? — спросил Беллами, еще больше нахмурившись. Черт возьми. Рэйвен забыла, насколько он не доверял дурмстрангцам в самом начале, особенно из-за Линкольна и Аньи. Отлично. — За то, что искали нас, — быстро сказала она, — Это долгая история, я расскажу тебе позже. Спасибо! — она подняла ручку метлы, поднимаясь выше в небе, потянув немного влево, чтобы развернуться и отправиться обратно к замку. Она услышала, как остальные присоединились к ней секунду спустя. Когда они приблизились к замку, она замедлила ход и опустилась так, чтобы ее ноги могли коснуться земли, а потом повернулась лицом к остальным. — Теперь, когда мы знаем, что они в порядке, могу ли я вернуться в постель? — зевнул Линкольн, — Мы нормально не спали за день до этого, и мы снова не спали половину ночи из-за поисков, я устал. — Я с тобой, — сказала Костия. Она практически лежала на метле из-за усталости, — Они в порядке, и это все, что мне нужно было знать, поэтому я возвращаюсь на корабль. — Ага, вы сможете справиться с этим вдвоем, потому что вы и есть причина, по которой те двое встали, — сказал Линкольн, слегка улыбаясь Анье, прежде чем развернулся в воздухе. — Подожди, забери мою метлу с собой, — сказала Анья, плавно соскочив, и передала её Линкольну, который держал её над головой, пока летел вслед за Костией к кораблю. — Давай, мы оставим мою метлу в башне, прежде чем пойдем за ними. Анья села позади неё, обняв Рэйвен за талию. — Ты знаешь, куда они пошли? — В кабинет Директора, я уверена, — сказала Рэйвен, когда они полетели к одной из самых высоких башен. Окно было все еще открыто, поэтому они влетели прямо в него, и Рэйвен поставила метлу на место между своей кроватью и тумбочкой. — Рэйвен? — сонно сказала Фокс, её волосы были похожи на красное гнездо на голове, её разбудили звуки шагов Рэйвен позади её кровати, — Ты нашла Кл… — её голос прервался, а глаза расширились, когда она заметила Анью за Рэйвен, — Эм. Рэйвен только подмигнула Фокс, которой ничего не оставалось, кроме как смотреть им вслед, когда они вышли из спальни и спустились по лестнице, направляясь в кабинет Директора. Она могла только надеяться, что Кейн не убил Кларк и Лексу прежде, чем у них появится возможность убить Рэйвен и Анью, так как Рэйвен была уверена, что они надеялись сделать это. *** Кейн был, если не сказать больше, не счастлив. — Я никогда не был так разочарован, — сердился он, шагая туда-сюда. Кларк наблюдала за ним, сидя за массивным черным столом, который их разделял, её усталость медленно заменялась раздражением. Это бы просто смешно. Рэйвен пропала, на свободе разгуливали какие-то ужасные существа, а Кейн отчитывал её за то, что она встала с кровати, как будто она какая-то первокурсница; с этой точки зрения она почти ожидала, что он накажет её, убрав все награды из Зала Трофеев, или что-то другое нудное. До этого дня Рэйвен клялась, что её рука никогда не станет прежней после того, как Кейн наказал её за то, что она подожгла все кровати во время неудачного пиротехнического эксперимента на четвертом курсе, заставив её оттирать гигантскую табличку, примыкающей к Песочным часам факультетов, установленных в честь Павших Пятидесяти, зубной щеткой. — Вы – Староста, и я начинаю понимать, что это такая же ошибка, как и мое решение сделать мисс Рейес префектом два года назад. Я надеялся, что это принесет разумность и ответственность Вам и вашей группе друзей, но вот вы здесь – всего вторая неделя в школе, а вы уже нарушили одно из моих самых строгих правил, и не только нарушили, а втянули в это еще и Дурмстранг. Как Вы думаете, как отреагирует директор Индра, когда она узнает, что из-за вас её лучший студент не просто отсутствовал в постели несколько часов, а находился в пабе совершенно вне школы? Вы опозорили себя, своего директора, свою школу…и можете быть уверены, Ваша мама узнает об этом. — Сэр, я не думаю, что мы должны сосредотачиваться на этом, — сказала Кларк сквозь сжатые зубы; когда Кейн яростно обернулся, Кларк выдохнула через ноздри и уступила, — Я знаю, что нарушила правила, и я понесу за это наказание. Но главное, что Рэйвен и Анья пропали. — Кто такая Анья? — Студентка Дурмстранга, — Кларк взглянула на пустое кресло, в котором сидела Лекса. Кларк была благодарна, что он попросил её выйти из кабинета, пока он лично поговорит с Кларк. В конце концов она не хотела, чтобы Лекса слышала, как её ругают как ребенка, — Подруга Лексы. Если бы Вы хоть минуту меня послушали, — сказала она громко, чувствуя раздражение из-за того, что Кейн просто наорал на неё вместо того, чтобы послушать хоть минуту, — Вы бы это знали, потому что я уже это рассказала. Мы не планировали это. Рэйвен попросила меня занять ей место на пире, я это сделала, но она так и не появилась. После пира я отправилась искать её, но нигде не нашла. Потом я пошла спать, но она все еще не появилась, поэтому я встала и снова отправилась на поиски. Когда я вышла на улицу, я наткнулась на Лексу, и она сказала, что её подруга тоже пропала и что её другой друг, Линкольн, сказал, что видел Рэйвен и Анью вместе. Кейн сдвинул брови. — Вместе? Кларк пожала плечами. Хотя она знала, на что он намекал. Дурмстранг не казался тем типом, который легко заводил друзей, и, учитывая тот факт, что они были такими дисциплинированными и невозмутимыми, они определенно не казались тем типом, который дружил с такими, как Рэйвен, которая, несмотря на свое великолепие и всеобщую любовь, была определенно не дисциплинированной и невозмутимой. Она была хаотичной, яркой и настоящей занозой в заднице. Кейн ненадолго задержался на этом. Его лицо исказилось в новой недовольной гримасе. — Это все еще не объясняет, чем была вызвана необходимость использовать секретный проход из школы в паб, Кларк. Кларк сопротивлялась желанию зарычать или застонать, вместо этого она потерла руками лицо, затем провела ими по волосам и посмотрела на Кейна, уставшего и капризного, изо всех сил старающегося оставаться вежливым. — Я говорила Вам. Мы везде искали Рэйвен, и Хогсмид был моим последним вариантом. Её там не было, но была какая-то странная…вещь. Кейн повернулся, посмотрев на неё так, будто почти хотел закатить глаза. — Да, монстр, как вы говорите, напал на вас. — Это был монстр! — сказала Кларк возмущенно, — Он был…он выглядел как дементор, Лекса назвала его… В этот момент кто-то прочистил горло, и Кларк с Кейном повернулись, увидев стоящую в дверях Лексу. — Извините, сэр, я не хотела перебивать, — сказала она ровно, — Я просто хотела подтвердить историю Кларк. На нас напал Пожиратель Теней. Владелица паба тоже его видела и может засвидетельствовать это, если Вы спросите, я уверена. — Эви тоже его видела? — Если она владелица паба, то да, — сказала Кларк, не сумев скрыть горечь в своем голосе. — Пожиратели Теней, — пробормотал Кейн себе под нос, почесывая бороду и выглядя одновременно озадаченным и обеспокоенным. Кларк с любопытством за ним наблюдала; он не выглядел удивленным. Он слышал о них? Как? И почему она никогда о них не слышала? Через секунду Кейн вздохнул и махнул рукой, — ну, садитесь, мисс Вудс. Вы обе пока можете подождать. Мне нужно найти вашего Директора и устроить поиски пропавших учеников. Они, вероятно, спят в своих кроватях. — Им лучше быть там, чтобы я могла убить их, — пробормотала про себя Кларк, когда Кейн вышел из кабинета и закрыл его за собой. Лекса саркастически улыбнулась на этих словах. — Нет, если я сделаю это первой. Кларк посмотрела на неё с удивлением, раздражением и изнеможением, которые, казалось, исчезали, когда она смотрела в эти яркие глаза. В этом большом кабинете со странными серебристыми предметами повсюду, которые отражали свет, глаза Лексы казались немного серыми. Они действительно были прекрасными, думала Кларк, как лес в сумерках. Она внутренне сжалась. Господи, ей нужно поспать. Она осмотрела комнату, пытаясь расслабиться в своем кресле. Все было также, как и всегда. Повсюду на стенах были развешаны картины, каждый их обитатель спал. На одной из самых больших картин позади кресла директора был изображен человек в широкой одежде пурпурного цвета, в остроконечной шляпе с блестящими звездами, и очками в форме полумесяца на длинном кривом носу. У него была длинная борода, такая же серебристая, как и его волосы, и он всегда выглядел таким спокойным и безмятежно спящим. Честно говоря, сейчас Кларк немного завидовала портретам. — Итак, насколько сильно мы влипли, как думаешь? — спросила она, ерзая в кресле в тщетной попытке устроиться покомфортнее. Она попыталась откинуть голову на спинку кресла, но, несмотря на удобную кожу, она только врезалась в шею. — Ты, наверное, совсем немножко. Что касается меня… — Лекса пожала плечами. — Как устраивают наказание в Дурмстранге? Оставят на отработки? Запрут тебя в шкафу? Прикуют за лодыжки цепями к валуну? Сбросят со скалы? Губы Лексы изогнулись. — Обычно оставляют на отработки. Но у меня их не будет. Кларк подняла бровь. — Почему нет? Лучшая ученица Дурмстранга выше этого, да? Лекса только подняла плечо и опустила его. Улыбка Кларк стала шире. — А ты дерзкая, да? — Уверенная, — мягко сказала Лекса, — Есть разница. Тепло разлилось внизу её живота, и она слишком устала…на самом деле безумно устала…это почти поразило её. — Ммм. Не уверена, что я тебе верю. Лекса выглядела такой же уставшей с полуприкрытыми тяжелыми глазами. Она замурлыкала. — Верь во что хочешь, Кларк. Кларк вздрогнула и, конечно, не потому, что ей было холодно. Она прочистила горло и немного выпрямилась, лицо исказилось от боли, когда она повернула шею и потянулась. — Твой директор очень строгая? — она мельком видела её во время пира. Она очень выделялась на фоне остальных профессоров за общим столом; она выглядела скорее, как воин, а не как ведьма. Синклер, сидевший рядом с ней, выглядел так, будто не мог решить, увлечен он ею или напуган. Боевая раскраска была очень яркой, хотя уже не так пугала после того, как Лекса рассказала предысторию. — И да, и нет, — сказала Лекса, поморщившись, когда вытянула шею, — Она суровая, но справедливая. — С меня хватит, — раздраженно сказала Кларк, сытая этим по горло. Лекса удивленно наблюдала, как Кларк вылезла из кресла и растянулась на полу. Кларк облегченно вздохнула, облокотившись на стол директора, — Так намного лучше, — простонала она, ноги пульсировали от облегчения, когда она вытянула их на толстый меховой ковер. — Ты лежишь на полу. — Ты тоже. Здесь хорошо. Иди сюда, — Кларк похлопала по ковру рядом с собой. Все еще выглядя удивленной, Лекса смягчилась и спустилась на пол. Её усталый выдох доказал Кларк, что она была только рада изменить положение. — Лучше, правда? Лекса кивнула. Было шесть часов утра. На них напало странное создание, Рэйвен пропала, и Кларк светило Бог знает сколько отработок, но, смотря на потрескивающий огонь и солнце, просачивающееся сквозь витражи, наполняющими комнату золотым светом и теплом, немного блестящие серебряные предметы и различные странные безделушки, которые пыхтели и выпускали дым, окружающие их спящие портреты и красивую девушку рядом с ней, Кларк решила, что есть немного более худшие способы провести утро. Некоторое время они лежали в комфортной тишине, пока Кларк не почувствовала, что её веки слипаются, и она засыпает, и она поняла, что нужно отвлечься, иначе она заснет прямо на полу, чему Кейн точно не будет рад. — Откуда ты знаешь про Пожирателей Теней? — спросила она с любопытством. Лекса не ответила, поморщив лоб, думая, какие лучше подобрать слова. — Есть некоторые вещи, о которых мне запрещено говорить, — сказала Лекса нерешительным голосом, — И это одна из них. Прости. Кларк не знала, по какой причине почувствовала такое разочарование. У неё действительно не было права расстраиваться; дела Лексы касались только её. — Все хорошо, — она вздохнула и мрачно вырвала нить, торчащую из-под рукава плаща, — Я просто хочу, чтобы мой директор поверил мне. — Он казался довольно…агрессивным. — Ага…но он обычно не такой. Я имею в виду, он был таким много лет назад, но, по-видимому, перестал быть таким и немного смягчился. Но сейчас он обычно довольно спокоен, хотя, все зависит от того, как отреагирует, может и нет. — Я думаю, это его просто смутило. Кларк пожала плечами. — В любом случае, он знает меня и знает моих родителей…я, эм, у меня были проблемы некоторое время назад, — сказала она смущенно, — В основном из-за Рэйвен. Она в каком-то смысле человек-торнадо и легко может втянуть других в свой хаос. Рэйвен всегда была лучшей в классе и стала префектом на пятом курсе, но довольно быстро потеряла свою привилегию, когда устроила вечеринку, когда мы обыграли Гриффиндор в большом матче по Квиддитчу, смешивая напитки с помощью магии и взорвав половину общежития. Изгиб губ Лексы был более различимым, чем когда-либо, и Кларк не смогла сопротивляться гордости, вспыхнувшей в ней. Она только что встретила эту девушку, но она уже так быстро привыкла заставлять её улыбаться. Это не хорошо. — Ваша команда выиграла весь турнир? Кларк фыркнула. — Нет. Единственная причина, по которой мы выиграли эту игру была в том, что у их лучшего игрока было адское похмелье. Теперь, оглядываясь назад, я на сто процентов уверена, что Рэйвен специально напоила Октавию накануне. После этого она отказалась от товарищеского матча с нами. В финале они надрали нам задницу, и Октавия так много раз забивала Рэйвен, что она дулась еще две недели после этого, — Кларк усмехнулась, — Это было не самое хорошее время для Рэйвен. Проебала статус префекта и турнир. Кейн сделал меня префектом вместо неё, а позже Старостой. Думаю, он надеялся, что это вдохновит меня уберечь Рэйвен от неприятностей, но это почти невозможно, — её улыбка исчезла, когда вернулось раздражение, — Я думаю, если бы я держалась подальше от Рэйвен и была сама по себе, он бы мне поверил. — Ты могла бы использовать сыворотку правды, — предложила Лекса. Кларк сразу же покачала головой, думая о всех смущающих истинах, которые она могла бы рассказать, например, как, по её мнению, прекрасны глаза Лексы. Это было жалко, потому что она только что встретила девушку, но уже была готова посвящать ей сонеты. — А если бы он был опытен в легилименции, он бы смог посмотреть сам, — размышляла Лекса. Кларк моргнула на этой мысли. — Нет. Ни за что. Не хочу, чтобы кто-то влезал мне в голову без разрешения. Я думаю, что это даже странно, что люди учатся это делать, — когда Лекса затихла, Кларк резко повернула к ней голову, — Подожди, а ты умеешь? — Умею что? — спросила Лекса, но Кларк почувствовала, что она уходит от ответа. — Лекса. Ты владеешь легилименцией? — Да. У Кларк пересохло во рту. — Ты…ты…ты же не использовала её на мне, правда? — она сразу же поморщилась. Зачем Лексе это делать? Какой же глупый вопрос. — Конечно нет, — сказала Лекса. Кларк выдохнула; Лекса не казалась оскорбленной. — Да, я…прости. Я не хотела…я имею в виду, я и не думала, что ты это сделаешь, — она покачала головой, нахмурившись, — Прости меня. Я просто…немного чувствительна к такому роду вещей. Ко мне применяли её один раз без моего разрешения. Кожа вокруг глаз Лексы напряглась, и настала её очередь резко посмотреть на Кларк. — Что? Кто? Ты сообщила о них? — Официальный представитель Министерства. На самом деле, главный заместитель Министра, так что нет, я не сообщила об этом, — она глухо рассмеялась, — В этом ничего хорошего, даже если моя семья достаточно близка к Министру. Его сын – мой лучший друг, и мы соседи в добавок ко всему. Но у меня нет никаких доказательств. У меня просто была…внутренняя уверенность. — Наша внутренняя интуиция обычно права, — пробормотала Лекса. Она сложила руки на коленях, — Что произошло? — Ну… — она сделала глубокий вдох, — Год назад моего отца арестовали и отправили в Азкабан. Я даже не знаю, за что его арестовали. Они просто однажды пришли, сказали, что он нарушает правила Невыразимцев, и забрали его, — она сделала еще один дрожащий вдох. Она остолбенела от того факта, что на самом деле говорила об этом с кем-то по своему желанию, даже несмотря на то, что это незнакомец. За исключением того, что Лекса больше не ощущалась незнакомкой, — Некоторое время нас преследовала кучка репортеров, и, Министерство, казалось, допросило нас тысячу раз, пытаясь узнать, чем занимался мой папа, прежде чем наконец оставили нас в покое. Диана Сидни, старший заместитель Министра…она пыталась пропихнуть тот отвратительный закон, — выражение лица Кларк невольно исказилось в отвращении и злости, — Она стоит на стороне исключительности крови. Она хочет предоставить больше прав чистокровным и отобрать их у магглорожденных, это отвратительно. И когда она допрашивала меня, это просто…она смотрела на меня в упор, будто видела насквозь, и она даже не моргала или что-то еще. Я думаю, она пыталась забраться мне в голову и увидеть, что я знаю. Может быть она думала, что это поможет её делу, если она сможет доставить ему больше проблем, потому что мой папа не чистокровный, — она пожала плечами, — Не знаю, меня это бесило, только мысль о том, что она может залезть мне в голову и увидеть все, что я знаю, а я ничего не могу с этим поделать. — Однако, кое-что ты можешь сделать, — начала Лекса, и Кларк, которая ожидала очередной лекции о том, как сообщить о ней или сдать её, не была готова услышать то, что Лекса сказала, — Ты могла бы освоить Окклюменцию. — Оу, — Кларк моргнула. Она читала об этом, исследовала это, но у неё не было никого, кто мог бы научить её, — Я читала об этом, но практика совершенно отличается от теории…, — о, может быть, у неё мог бы быть учитель, — …Легилименция…ты…часто ей пользуешься? — спросила она, очень смутившись от этой мысли. Существовали очень строгии правила в отношении использования Легилименции, даже когда дело касалось преступников или магглов. Лекса покачала головой. — Нет. Я… — она тяжело вздохнула, — Я уже тебе говорила, что у меня были не очень позитивные отношения с родителями. Прошлым летом я вернулась в отчий дом; они все еще были там. Я не виделась с ними с одиннадцати лет, когда они сказали мне, что больше не хотят меня видеть, потому что я поступила в Дурмстранг, и Индра позволяла мне оставаться в замке на все каникулы и перерывы. Я…даже если я знаю, что они все такие же, я позволяла себе надеяться на лучшее. Это было ошибкой. Кларк кивнула, поколебавшись секунду, прежде чем протянуть руку и нежно накрыть кисть Лексы. Она понимала. Лекса посмотрела на её руку, сглатывая, но не попыталась её убрать, что Кларк посчитала прогрессом. — И…как все прошло? — когда Лекса не ответила, а просто перевела свой взгляд с их рук в глаза Кларк, Кларк добавила, — С твоими родителями. Когда ты снова их увидела. Губы Лексы скривились. — Не хорошо. Правда, меня это не удивило. Но это…это все еще злило меня. Анья потеряла своих родителей в тринадцать, потом не так давно свою бабушку. Меня разочаровывало то, что они не понимали, каким подарком является жизнь. Я их дочь, они мои родители, но… — она покачала головой, убирая боль и апатию с лица. Её следующие слова были констатацией факта, — Я применила Легилименцию. Я хотела узнать, говорили ли они правду, когда сказали, что предпочли бы, чтобы я умерла. Они не врали. Кларк тяжело сглотнула, неосознанно сжав руки Лексы. — Это…это просто ужасно, Лекса. Мне так жаль. В этот раз Лекса убрала руку, высовывая её из-под руки Кларк, и встала на ноги; Кларк последовала её примеру, делая все медленнее из-за грусти. Лекса вздохнула и, казалось, окончательно пришла в себя. — Все хорошо. Я давным-давно их потеряла, а это лето обеспечило мне нужный итог. Итог. Кларк сделала долгий, прерывистый вдох. Её отца заперли в Азкабане так внезапно…если бы она только могла поговорить с ним… Но сейчас не время ныть из-за этого, сказала она себе строго, успешно успокаивая дыхание. Лексе было больно, даже если она этого не показывала. В конце концов оба родителя Кларк были живы; она должна быть благодарна за это сейчас, а не тонуть в жалости к себе. — Твой отец гордился бы тобой, Кларк. Она пораженно и удивленно посмотрела на Лексу, которая пристально на неё смотрела, будто на самом деле знала, о чем она думала. Она величественно кивнула, когда Кларк просто пялилась, — Он бы гордился. Ты почти создала сегодня телесного патронуса, а ты никогда даже не практиковала это заклинание. Самое главное, ты устояла против создания, которое является воплощением самого страха, и ты сопротивлялась ему. Ты проявила большую силу сегодня. Она тяжело сглотнула, и, не находя слов, действовала инстинктивно и взяла Лексу за руку. Лекса взглянула на это, так же тяжело сглотнув, и нежно сжала. Они посмотрели друг на друга, и сердце Кларк колотилось в груди, когда воздух вокруг стал густым. Глаза Лексы были такими зелеными, а её губы такими полными, а щеки такими розовыми. Кларк провела подушечкой большого пальца по костяшкам Лексы, и где-то задворками своего затуманенного разума она поняла, что Лекса не убрала руку, и, что еще больше, казалось наклонилась к ней, её глаза отражались в глазах Кларк..ох… Дверь открылась с оглушительным ударом, и они отдернули руки, будто обожглись, уже потянувшись к своим палочкам, прежде чем повернулись и увидели… Рэйвен смотрела на них с широко раскрытыми глазами и открытым ртом. Облегчение, которое захлестнуло Кларк из-за того, что она увидела свою лучшую подругу в безопасности и определенно не пропавшей, было уничтожено следующими словами Рэйвен: —Вы только что держались за руки? — Кларк яростно покраснела и избегала взглядов на Лексу. Она уже открыла рот, чтобы возразить, но прежде чем она успела, позади Рэйвен в комнату вошла другая девушка. Рэйвен повернулась, чтобы недоверчиво посмотреть на девушку с широкой улыбкой на лице, — Анья, они только что держались за руки, честно-честно. Девушка…прекрасная девушка (откуда в Дурмстранге такие красивые и смертоносные девушки?) выглядела бесстрастной, когда она посмотрела на Кларк и Лексу, но, когда она перевела взгляд на Рэйвен, уголок её губ изогнулся в ухмылке. — И почему я не удивлена? По мнению Кларк, Рэйвен рассмеялась гораздо сильнее, чем требовала ситуация; её румянец и угрюмость усилились. Раздумывая над тем, чтобы что-то сказать и сменить эту унизительную тему, Кларк заметила, что у Рэйвен и Аньи были красные щеки, опухшие губы, спутанные волосы, и…это что, действительно укусы и засосы украшали их шеи? — Вы, блять, издеваетесь чтоли? — Рэйвен и Анья замолчали, Анья приняла очередное бесстрастное выражение лица, а Рэйвен выражала смесь вины и нерешительности, — Мы повсюду вас искали, мы столкнулись с ужасным существом, которое пыталось нас убить, а вы все это время трахались? — прорычала Кларк. Она была рада, когда увидела, что Лекса была такой же раздраженной. Рэйвен нахмурилась. — Подожди, что пыталось вас убить? — За семь лет, что я тебя знаю, ты ни разу не говорила, что знакома с девушкой из Хогвартса, — сказала Лекса, обвинительно уставившись на Анью. Кожа вокруг глаз Аньи натянулась, обнажая её беспокойство, но она смотрела на Лексу в ответ. Кларк подумала, что это выглядит довольно пугающе, но на Лексу, конечно, это не повлияло; она просто продолжала смотреть, желваки перекатывались, когда она сжала челюсть. — Послушай, Лекс, это не то, что ты думаешь… — начала Рэйвен, но остановилась, когда Лекса убийственно на неё посмотрела. — Лекс? — повторила она, недоверие в её голосе было настолько сильным, что ярость не смогла скрыть его, — Ты меня не знаешь. Я никогда тебя не встречала. Почему ты… — Ш-ш-ш! Лекса выглядела, если это вообще было возможно, еще более оскорбленной, когда Рэйвен внезапно зашипела и махнула рукой, чтобы успокоить её, повернув голову к дверному проему, за которым скрывалась винтовая лестница. Рэйвен посмотрела на Анью с широкими глазами. — Они возвращаются. Нам нужно разделиться, прежде чем Кейн сожжет меня заживо. Анья коротко кивнула, потом еще один кивок в неопределенном направлении в сторону Кларк и Лексы, — Увидимся на корабле. Лекса открыла рот, но Анья и Рэйвен устремились в отверстие как раз вовремя; лестница начала вращаться, опуская их вниз, а пассажиров с другой стороны поднимала наверх. Лекса повернулась и недоверчиво посмотрела на Кларк. — Как… — Что здесь происходит? — прервала Джейми Поттер, когда вернулась в комнату, сразу же нахмурившись при виде Кларк и Лексы, практически лежавших на полу; они поспешили встать на ноги, слегка покраснев. Кейн был прямо позади неё, а еще дальше шла Индра, плечи напряжены, а лицо непроницаемо. Её глаза сузились в тот же момент, как она увидела Лексу. Комната погрузилась в тишину, когда Индра встала прямо перед ней и скрестила руки на груди. — Объяснись. Кларк слегка подняла брови, когда посмотрела на Лексу, лицо которой уже было идеальным воплощением стоицизма. Это действительно было впечатляюще, насколько быстро она могла сделать черты своего лица непроницаемыми, хотя это было ничто по сравнению с тем, каким размеренным и спокойным тоном она начала объяснять своему директору, что сегодня произошло. Даже Кейна осенило от её вежливого тона, что заставило Кларк принять невозмутимый вид, типо серьезно? Потому что он разглагольствовал и бредил, когда она пыталась ему рассказать. Индра, конечно, не отреагировала так, как Кейн. Она просто кивала время от времени, внимательно слушая, пока Лекса не закончила свой рассказ, пропуская ту часть, в которой Анья и Рэйвен только что ушли. Затем Индра повернулась, чтобы поговорить с Кейном и Джейми, и все, что могла сделать Кларк, это неуверенно посмотреть на Лексу, которая встретилась с ней взглядом и коротко кивнула, будто заверяя. Наконец, Джейми покинула комнату после последних переговоров, и Кларк удалось подслушать несколько отрывков – она явно отправилась уведомить некоторых людей о перемещении Пожирателей Теней. Индра повернулась к двери, жестом приглашая Лексу присоединиться к ней. Кларк ничего не оставалось, кроме как смотреть, но на кончике языка крутились слова. Это ощущалось неправильным, просто вот так отпустить её и не сказать ни слова после того, через что они вместе прошли. — Лекса, — она выпалила это прежде, чем смогла подумать об этом. Лекса остановилась, поворачиваясь, чтобы посмотреть на неё, тень нерешительности, как у Кларк, промелькнула на её лице. Во рту у Кларк пересохло, когда она встретила этот зеленый взгляд. Она автоматически подняла руку, борясь с румянцем, который полз по её шее, — Эм. Это…было приятно познакомиться с тобой. Лекса моргнула, а потом видимо расслабилась, уголки её губ изогнулись так легко, и Кларк поняла, что тот факт, что она заметила это, означал, что она слишком пристально на неё смотрит. Лекса пересекла комнату, но, вместо того, чтобы сжать руку, сжала её предплечье. — Взаимно, Кларк. Она подавила дрожь, но она понимала, что Кейн и Индра смущенно за ними наблюдают. Она отпустила руку Лексы и смотрела, как они с Индрой встают на платформу. Она не совсем понимала, по какой причине её сердце так сильно колотилось, когда Лекса уходила, или почему в животе появился этот тугой узел. Лекса держалась в той же царственной манере, в которой она была всю ночь, с высоко поднятой головой и расправленными плечами, но её челюсть была сжата, и Кларк увидела, как у нее сжалось горло, прежде чем она подняла взгляд. Их глаза встретились, и они удерживали этот контакт, когда лестница начала двигаться, пока не пропали из поля зрения, и Кларк уловила последний проблеск зелени, оставаясь стоять на месте, затаив дыхание, и строгий Кейн медленно к ней приближался. — Завтра я отправлю вам сообщение, чтобы обозначить детали Вашей первой отработки. Она медленно выдохнула, снимая с себя странное оцепенение, в которое она, казалось, впала. Иисус. Ей надо поспать. — Как долго продлятся отработки? — Ну, раньше я думал об оставшейся части семестра, — сказал Кейн, слегка прищурившись и пристально её изучая, будто ждал, что она начнет спорить. Она сопротивлялась желанию вздохнуть. Она уже была измотана, но каким-то образом, уход Лексы лишил её оставшейся энергии. Прямо сейчас ей было наплевать, что скажет Кейн, она просто хотела пойти спать, — Но после беседы с директором Индрой и мисс Поттер, с…смягчающими обстоятельствами…я решил пожалеть Вас. На этой неделе отработки будут каждый день, а потом каждые выходные до конца месяца. И Вам запрещены любые поездки в Хогсмид в обозримом будущем. Кларк закрыла глаза, ноздри раздувались, когда она медленно выдыхала. Хорошо. Ладно. Какая разница. Она совершенно точно убьет Рэйвен, но пусть. Она открыла глаза. Подождите-ка. — Так, из любопытства, — сказала она категорично, — Вы нашли Рэйвен? — Я столкнулся с Фокс Бушмен в вашей гостиной, — сказала Кейн, — Она сказала мне, что Рэйвен была в кровати. Сказала, что её храп был настолько громким, что ей пришлось спать в гостиной. Кларк сдержала усмешку. Конечно, Фокс прикрыла её. Рэйвен была таким придурком. — И Вы ей поверили? Кейн поднял брови. — Конечно поверил. Мисс Бушмен лучшая в классе, префект и примерный студент. Зачем ей врать? Блять, ладно, хорошо, какая разница. Она просто хотела вернуться в общежитие в свою кровать. — Хорошо, сэр, я могу быть свободна? Она подозрительно нахмурилась, когда Кейн изогнул губы, обошел свой стол и сел на стул. — На самом деле, сейчас вторник, и, насколько я знаю, Ваши занятия начинаются через час. У неё отвисла челюсть. — Вы…вы заставляете меня идти на занятия? Но я не спала! Я… — По-моему, звучит как личная проблема, — сказал Кейн легко. Когда Кларк просто прошипела, он смягчился, — Это твой последний год перед выпуском, Кларк. Следи за своими оценками. Ты можешь спать в свободное время. Кейн отпустил её, и она спокойно стояла на спускающейся лестнице и ждала, пока не исчезнет за горгульей, потом повернула за угол и попала в коридор, стиснула зубы и устремилась в общежитие, чтобы принять душ, взять вещи и придушить Рэйвен прежде, чем начнется урок Продвинутых Заклинаний. *** Тем временем, Индра и Лекса пересекали главный холл, и Индра только что рассказала Лексе новости. Лекса удивленно на неё уставилась. — Вы назначаете мне отработки? Серьезно? — Перестань жаловаться, — равнодушно сказала Индра, — Тебе нужно быть ближе к гриффиндорской девчонке. Это хорошая возможность. — Да, за исключением того, что это продлится только следующую неделю, — отметила Лекса, — И Титус предупреждал, чтобы я не сближалась. Он приказал наблюдать за ней на расстоянии. — Лучше, чем ничего. И ты знаешь, что я думаю о планах Титуса. — Ты думаешь, что он слишком осторожен, — беспечно сказала Лекса; В этом не было ничего нового. Индра и Титус всегда уважали друг друга, всегда хорошо работали вместе, но Индра всегда считала его слишком осторожным, а Титус находил её слишком агрессивной. Это никогда не мешало их работе, не создавало напряжения, но это заставляло принимать решения относительно Лексы немного дольше, чем следовало бы. — Конечно знаешь. И сейчас его здесь нет, поэтому прислушивайся к моим советам, — Индра остановилась около двери и повернулась к Лексе с таким же серьезным лицом, как и прежде, — Все зависит от этого Турнира. Как только тебя выберут, и внимание Королевы сфокусируется на тебе, держись на расстоянии. А тем временем используй эту неделю в своих интересах. Завоюй её доверие, тогда будет легче приглядывать за ней в будущем. Узнай её, — она подняла бровь, — И мне показалось, что вам уже достаточно комфортно в присутствии друг друга. Щеки Лексы покраснели; она сжала челюсть, будто это могло остановить все. — Я… — Не нужно объяснять, — коротко сказала Индра, поднимая руку, — Я думаю, что приключение в виде побега из школы и столкновение в пабе с Пожирателем Теней сблизит кого угодно. Просто не делай из этого привычку. — Я не делаю. Я… — Оставь свои извинения, мне все равно, — Индра махнула рукой, поворачиваясь, чтобы повернуть ручку и открыть дверь, — Просто следи за собой. Помни, что Титус говорил об отвлечениях. Я видела, как ты на неё смотришь; эта девушка уже отвлекает тебя. Сосредоточься на миссии. Лицо Лексы горело, но у неё не было возможности ответить, потому что, когда они спускались по ступенькам, их ждала Анья, её плечи были напряжены, а выражение лица такое же хмурое, как и у Индры. — Я с тобой сейчас поговорю, — прорычала Индра, и хмурый взгляд Аньи только усилился, — Лекса, возвращайся на корабль, прими душ и отдохни. Мы начнем твои тренировки после ужина. Лекса кивнула и продолжила спускаться по лестнице, все еще слишком рассерженная на Анью и не понимающая причину её исчезновения, чтобы посочувствовать ей, когда оставила её с разгневанной Индрой. Усталость так глубоко проникла в неё, что она хотела просто опустить голову и дотащиться до корабля, но она заставляла себя держать плечи ровно, а голову высоко поднятой, хотя она проходила мимо небольшой группы, потому что было едва шесть утра; она кивнула в знак приветствия растрепанной ветром Октавии, девушке, которая проводила ей экскурсию, и которая, по предположению Лексы направлялась на поле для Квиддитча, судя по метле на её плече, вместе с высоким парнем с копной черных кудрей и недовольным выражением на его веснушчатом лице с непроницаемыми глазами, как будто Октавия специально подняла его с кровати, чтобы он полетал с ней. Они, наверное, возвращались с завтрака. Лекса сузила глаза, когда проходила мимо другого человека – Вик, кажется так назвала его Октавия, – она уже видела намного больше, чем хотела, когда проходила мимо его хижины. Она вздохнула, когда приблизилась к кораблю и успокаивающей тишине озера. Небо сейчас было ясным и голубым, на нем не было ни облачка. Таким голубым, что это напомнило ей о… Нет. Она остановилась на палубе корабля, покачала головой и закрыла глаза. Нет, нет, нет, определенно нет. Из всех людей, у которых возникают подобного рода чувства, она должна быть последней…нет. Просто нет, она даже не позволила себе думать об этом. Нет. Лекса тяжело сглотнула, подняла голову выше и вошла в корабль. Внезапно она еще сильнее захотела спать, чтобы отключить свой мозг хотя бы на время. На корабле уже не было тихо и спокойно; студенты уже проснулись и готовились к предстоящему дню. Лекса перемещалась по проходам, пока не нашла комнату, которую она делила с Аньей и Костией, и вошла внутрь. Она была совершенно не удивлена, увидев, что Костия все еще была в постели. Она была уверена, что Линкольн тоже. Она убрала палочку под подушку и начала раздеваться, поморщившись, когда её застежка ударилась о пол. Костия вздрогнула. — Лекс? — она убрала дикую массу кудрей с лица, чтобы посмотреть на Лексу, — Где ты была? Мы с Линком очень переживали… Лекса сняла плащ, а потом села на край своей кровати, чтобы снять свою обувь. — Не похоже. Спишь, наплевав на весь остальной мир. — Ну, ты, видимо, проводила время с какой-то девушкой из Хогвартса… — сказала Костия, и Лекса застыла на месте, снимая свои сапоги. Она быстро опустила взгляд и продолжила, но Костия это заметила, её глаза заблестели, и она усмехнулась, — Полагаю, Анья не единственная, кто завел себе тут подружку. — Заткнись, — проворчала Лекса, решив не снимать свои носки, и плюхнулась на кровать. Её голос был приглушен подушкой, когда она сказала, — Скажи, что если кто-нибудь попытается меня разбудить – особенно один из моих самых раздражающих друзей – я прокляну их. — Злючка, — сказала Костия, будучи слишком веселой для такого раннего утра, — У тебя самые лучшие друзья в мире, неблагодарная жопа. — Ш-ш-ш, — прошептала Лекса, почти заснув. — Хорошо-хорошо, но ты все мне о ней расскажешь утром. — Ммх. Костия фыркнула, но замолчала, и, вскоре после того, как её дыхание выровнялось, она снова погрузилась в сон. Несмотря на её усталость, Лексе на это потребовалось несколько минут. Она сонно смотрела в иллюминатор, представляя, будто они под водой. Спокойный лазурно-голубой цвет с солнечным светом проникал внутрь через стекло, отражаясь так, что комната была усыпана яркими солнечными пятнами, окруженными синими и золотыми тенями. Синий…и золотой… Проблема. Ничего, кроме проблемы. — Я тебя не простила. — Ну Кларк! — сокрушалась Рэйвен, но казалось, что она не слишком переживала, учитывая то, как небрежно она намазывала огромное количество масла на свой тост. Кларк не стала отводить взгляд, делая большой глоток апельсинового сока из своего кубка. — Хорошо, первое, Рэйвен, ты правда не ожидала, что Кларк будет обижаться? И второе, я не могу поверить, что вы едите завтрак, хотя сейчас обед! — сказала взволнованно Октавия, активно жестикулируя. Большой Зал был переполнен. Из-за присутствия Дурмстранга и Шармбаттона никто не хотел пропускать приемы пищи, когда наплыв форм различных школ был больше, чем когда-либо. — Ага, но мне пришлось пропустить его, чтобы отработать Продвинутое Зельеварение с профессором Найджел, — недовольно сказала Рэйвен. — По крайней мере, ты смогла отработать, — резко сказала Кларк, сверкая глазами, — Я ничего не смогла сделать с моими нулевыми отметками, которые я получила, потому что кто-то решил, что будет прекрасной идеей избавиться от моего зелья! Октавия подняла брови и снова повернулась к Рэйвен. — Зачем ты избавилась от её зелья? Плечи Рэйвен опустились. — Черт возьми. Можете не наседать на меня? Я почти не спала и чувствую сильное похмелье, хотя я даже ничего не пила. Да, Кларк тоже испытывала головную боль, и она усилилась после завтрака, когда мама прислала ей кричалку, потому что Кейн написал ей. В этот момент ей было почти не жаль Рэйвен. — Так тебе и надо, — сказала Кларк, и Октавия кивнула в знак согласия. Рэйвен фыркнула и замолчала, хрустя своим тостом и оставляя кусочек масла на кончике носа, на который ни Октавия, ни Кларк не обратили внимания. В течение следующих нескольких минут к ним за стол один за другим быстро присоединялись их друзья, возвращающиеся со своих утренних занятий. Уэллс весело всех поприветствовал, когда занял место рядом с Кларк и начал делать сэндвич, Джаспер со стеклянными глазами пробормотал приветствие, когда Монти усадил его, за которым внимательно следил Миллер, немного недовольный из-за ранних занятий по Зельеварению. Потом появилась Фокс, уже нахмурившаяся и думающая о куче домашней работы, которую им задали, Харпер и Монро подошли поболтать, затем глубокий багряный цвет мантий Дурмстранга, мелькнувший в дверях, привлек взгляд Кларк, и она обернулась, её сердце заколотилось, когда она увидела стоящую в дверях Лексу, которая уже смотрела на неё. Зеленый взгляд сразу же отвели, как только она с ним встретилась, но они смотрели друг другу в глаза почти полсекунды, и этого было достаточно, чтобы Кларк прикусила губу и осознала, что не может спокойно усидеть на месте, внезапно осознав, что не может удержать все свои конечности на месте. Лекса стояла рядом с Аньей, мальчиком, которым была увлечена Октавия, и девушкой, которую Кларк не знала, и которая с любопытством оглядывалась, когда они вчетвером вошли внутрь вместе с группой других студентов Дурстранга и заняли стол, который был самым пустым. Кларк была так занята тем, что старалась не смотреть на Лексу, что пропустила ученицу Дурмстранга, которая отделилась от группы и приблизилась к их столу. Без предупреждения Анья опустилась на пустое место рядом с Рэйвен. Весь стол так резко замолк, что Рэйвен подняла голову, нахмурившись, но Анья была невозмутима, когда взяла кусочек тоста с тарелки Рэйвен и сказала: — Привет. — Ой, привет! — сказала Рэйвен, и весь стол наблюдал, как широкая и сияющая улыбка расползлась по лицу Рэйвен, и её глаза смягчились, когда увидели Анью. Какого черта? Кларк только однажды видела, как Рэйвен на кого-то так смотрела, и это был Финн. Как она могла смотреть так же на девушку, которую не знала даже полных суток? — Как дела? — У тебя масло на носу, — констатировала Анья, откусывая тост. Рэйвен вытерла нос салфеткой и сверкнула глазами на Кларк и Октавию, которые были заняты только собственной едой. — Вы, дурочки, могли бы и сказать мне. — Почему не сказали? - Потому что Кларк мелочна, а Октавия снисходительна к ошибкам, - проворчала Рэйвен, вытирая руки салфеткой, - А еще они типо ненавидят меня сейчас. Они думают, что я странно себя веду. — Ты всегда странно себя ведешь, — сказала Анья. Кларк уставилась на неё. — Не думаю, что если ты знаешь человека один день, то можно говорить «всегда». Анья в ответ улыбнулась такой же резкой улыбкой, какими оказались её слова. — Кто тебя спрашивал, блондиночка? Кларк нахмурилась и сжала челюсть и для неё не осталось незамеченным, что все, за исключением Аньи и Рэйвен, поспешно отвели взгляд. Она уже открыла рот, чтобы возразить, но к ней подошел другой студент. Маленькая девочка из Хогвартса, которую она не знала, протянула ей руку со свернутым пергаментом. — Эм, привет, ты же Кларк Гриффин? Меня зовут Шарлотта. Директор Кейн попросил меня передать тебе это. Он…он сказал, что это детали твоей первой отработки… — Великолепно, — тяжело сказала Кларк, беря свиток, — Спасибо, Шарлотта. Она раскрыла свиток и прикусила язык, чтобы не выругаться. — Это от Кейна. Моя первая отработка – сегодня, — это означало, что она пропустит веселую игру в Квиддитч со своими друзьями, о которой Октавия уже увлеченно рассказала. Отлично. — Что он заставляет тебя сделать? Почистить мемориальную стену? — спросила Рэйвен, наклоняясь и вытягивая шею, чтобы заглянуть в свиток Кларк. — Нет, — огрызнулась она, сворачивая его назад, чтобы Рэйвен не смогла прочитать. Рэйвен расстроилась, — Я должна убраться в чертовом трофейном зале. По-маггловски. — О, Мерлин, — сказала испуганно Фокс. Анья закатила глаза. — Иисус, Гриффин, все будет хорошо. — Ага, тебе все равно нужно было подкачать эти тонкие ручонки, блондиночка, — ухмыльнулась Рэйвен, игриво сжимая её бицепс. Кларк просто уставилась на них вместе с остальной частью стола. Серьезно, что за хрень? Анья разговаривала с ней так, будто знала её, а Рэйвен каким-то образом перенимала её словечки, хотя они познакомились только вчера. — С каких пор ты называешь меня блондиночкой? — потребовала она. Рэйвен подняла брови. — Я всех блондинок называю блондиночками. — Это правда, она меня постоянно так называет, — подхватила Харпер. — Видишь? — Окей, не совсем. Ты еще более странная, чем обычно, Рэйвен, — Кларк сузила глаза, глядя между Рэйвен и Аньей. Анья смотрела на неё в ответ, подняв брови, будто в вызове; Рэйвен выглядела виноватой. — Что происходит? — Ничего! — ответила Рэйвен немного писклявым голосом, — Ничего, — она многозначительно посмотрела на Анью, которая только закатила глаза и категорически добавила: — Да, ничего, — она встала, — В любом случае, мне стоит пойти договориться о тренировке с Лексой сегодня вечером, так как она будет занята уборкой, — она насмешливо посмотрела на Кларк, которая поперхнулась. — Она…что? — Она будет отрабатывать вместе с тобой, — сказала Анья, явно удивленная волнению Кларк, — Индра должна была её как-то наказать, правда? Пока Кларк сидела и пыталась унять свое бешенное сердцебиение от новости, что она снова проведет время наедине с Лексой, Анья сжала плечо Рэйвен и пошла к столу, за которым сидели дурмстрангцы. — Окееей, я пошла на занятия, — сказала Октавия, глядя между Рэйвен, которая практически раздулась, и Кларк, которая выглядела так, будто её ударили по голове. — Я тоже, — быстро сказал Монти, подталкивая Миллера и Джаспера. Следующими были Монро и Харпер. За которыми последовал Уэллс с извиняющейся гримасой и Фокс с широко раскрытыми глазами. Остались только Кларк и Рэйвен. — Эй, Кларк… — начала Рэйвен тихим голосом, немного поморщившись от того, что Кларк вздрогнула и нахмуренно посмотрела на неё, — Послушай. У меня встреча в Трех метлах в эту субботу, это важно. Ты придёшь? — Кейн запретил мне посещать Хогсмид, помнишь? — Ты могла бы улизнуть, используя секретный проход? — когда выражение лица Кларк потемнело, Рэйвен поспешила продолжить, наклоняясь вперед и умоляя, — Послушай, пожалуйста, это действительно важно. — Я не могу поверить! — взорвалась Кларк, — Ты уже обеспечила мне отработки на целую неделю, лишила меня выходных на весь месяц и отрезала походы в Хогсмид! А теперь просишь сбежать и устроить себе больше проблем? — Если тебя поймают, — смущенно сказала Рэйвен, струсив под искрящимся взглядом Кларк, — Я имею в виду…будь осторожнее? — Не думаю, что это слово относится к твоему словарному запасу, — отрезала Кларк, схватив свои вещи и удаляясь прежде, чем Рэйвен смогла бы разозлить её еще больше. Рэйвен вздохнула, наблюдая, как она уходит, и опустилась на свое место. Она не дрогнула, даже когда Анья плюхнулась рядом с ней. — Почему ты такая грустная? — Кларк, — мрачно сказала Рэйвен, — Она все еще злится на меня. Анья взглянула на её удаляющуюся фигуру и фыркнула. — Я думаю, она слишком обидчивая в любой временной линии. - Ага. Как у тебя с Лексой? Она придет на встречу? — она сказала это до того, как поняла, что Лекса так же безнадежна. Анья закатила глаза. — Конечно нет. Она такая же упертая, как и Кларк. Две дурочки. — Думаю, именно поэтому они идеально подходят друг другу, — мрачно заметила Рэйвен. — Они уже отвратительно влюблены друг в друга, ты заметила? — Не совсем, потому что Кларк со мной не разговаривает, но я не удивлена, — губы Рэйвен изогнулись, — Я видела, как они смотрели друг на друга, когда держались за руки в кабинете Кейна. — И как они смотрят друг на друга сейчас, — сказала Анья. — Отвратительно, — вздохнула Рэйвен, наклонившись и положив голову на плечо Аньи. Она слегка улыбнулась, когда Анья обняла её, и они просто держались и вдыхали друг друга, пока не прозвенел звонок, и Рэйвен вздохнула снова, — У меня урок по Древним Рунам, и он в другом конце замка, поэтому мне лучше идти. Я увижу тебя на ужине? Ответ Аньи состоял в том, чтобы прикоснуться губами к макушке Рэйвен, а Рэйвен сохраняла свою улыбку и тепло в груди всю дорогу до класса на шестом этаже.