Доппельгангер

✔ Глава 38

♬ Sarah Connor - Under My Skin (english ver. of Mirotic DBSK) ♬ Крис запер дверь, двинулся к столу, обошёл вокруг и остановился рядом с креслом. Кай увлечённо играл, касаясь мембран кончиками пальцев. Это не помешало Крису плавно повернуть кресло, чтобы Кай забыл об игре. — В последнее время ты всё чаще зависаешь с Ченом, — сухо отметил Крис, глядя на него сверху вниз и придерживая кресло за подлокотники. — Ну да. Ревнуешь? Крис тронул его скулу, погладил и тихо угукнул, потом наклонился и прижался губами к виску. На мгновение. Потянул к себе и заставил подняться, чтобы после усадить на край стола и прикоснуться ладонями к скулам. Долго смотрел в глаза, после всё так же тихо спросил: — Ты хочешь мне рассказать о чём-нибудь? Кай хотел пулей вылететь из кабинета и от души приложить дверью с одной-единственной чёткой мыслью: «Всезнайка хренов». Вопрос чётко ощущался так, будто Крис догадывался о доппельгангере. Только сейчас у Кая вряд ли получилось бы сбежать, потому что он сидел на краю столешницы, а Крис упирался в столешницу ладонями по бокам так, что не вскочишь. Ещё и смотрел в упор. Выжидающе. — А ты? Ты хочешь мне рассказать о чём-нибудь? Например, о том самом доппельгангере, обо всём, что Крис знал, и о том, что именно Крису надо в разуме Кая найти. Крис ничего не ответил, просто наклонил голову и… почти прикоснулся губами к губам. Почти. Глядел пристально из-под пушистых ресниц и будто собирался поцеловать, но медлил и колебался. Оставался непозволительно близко настолько, что Кай чувствовал его губы рядом со своими, но не прикасался. Балансировал на грани поцелуя. Крис тихонько вздохнул, придвинулся на сантиметр, чтобы невесомо соприкоснуться губами. Словно погладил. И вновь расстояние в один сантиметр и щекоткой сдерживаемого дыхания по коже. Крис потёрся кончиком носа о щеку Кая, едва-едва коснулся губами уголка рта и снова замер, оставшись на грани. Кай смотрел ему в глаза, потому что иначе никак — чересчур близко. Не отпускал ни на миг взгляд Криса и всё отчётливее понимал, что выбирать должен сам. Преодолеть расстояние в один сантиметр ничего не стоило. Он коснулся мягких губ и поцеловал. Может быть, Крис просто дразнил его и соблазнял, только в этом не было смысла — Кай всё равно хотел и не мог остановиться. Потянул за ремешок, чтобы волосы Криса рассыпались по плечам и спине, чтобы можно было вволю запускать в них пальцы и упиваться шелковистой прохладой прядей. Крис обнял его за пояс и придвинул ближе к себе, потёрся бёдрами между разведённых ног. Кай не на это рассчитывал, но просто не мог отпрянуть или оттолкнуть Криса. Сам себя ненавидел, но не мог отказаться. Его тянуло к Крису с непреодолимой силой. Ладонью он надавил Крису на затылок, чтобы не вздумал отстраниться, плотнее прижался всем телом и языком огладил нёбо, пробрался глубже в рот, коснулся внутренней стороны щеки. Крис медленно провёл руками по его бёдрам и забрался пальцами под ремень. Тянул рубашку вверх и пытался поймать язык Кая губами, чтобы пососать, обвести собственным. После короткой заминки Крис кое-как задрал рубашку, отпрянул и снял через голову, небрежно уронил на пол и поддел пальцами теперь уже футболку. — Будешь путаться с другими... — хрипло начал он, пристально глядя на Кая. — Пристрелишь к чёрту? — предположил Кай с мрачной усмешкой. — Если не тебе, то никому? — Я не знаю, что сделаю. Но что-то плохое — точно. — Крис медленно потянул футболку вверх. Наклонившись, прижался губами к груди, провёл языком по коже, добрался до левого соска и сжал губами. Потом занялся правым, одновременно растирая смятой тканью мышцы на груди. Облизывал сосок и продолжал то мять ткань пальцами, то тянуть футболку вверх. Через минуту он почти снял футболку с Кая — она закрутилась вокруг шеи и закрыла лицо. Кай сомкнул веки, ощущая мягкость хлопковой ткани подбородком, губами, кончиком носа и лбом. Потом Крис поцеловал его прямо через ткань — в губы. Прижал к себе ещё крепче, чтобы тереться с настойчивостью бёдрами. И чтобы тереться форменной рубашкой об обнажённую грудь Кая. Ещё через минуту футболка оказалась на полу, а они продолжили ловить губы друг друга. Крис ещё и ладонь прижал к паху Кая. Крис отвлёкся от поцелуя, чтобы небрежно смахнуть со столешницы всё лишнее. Мягкий ковёр приглушил звуки. Даже карандаши рассыпались бесшумно. Кай не стал сопротивляться и позволил уложить себя спиной на гладкую и прохладную поверхность. Обхватил ногами бёдра Криса, но руку с затылка так и не убрал, вынудив Криса склониться и продолжить поцелуй. Крис с большим нетерпением тёрся бёдрами и пытался на ощупь расстегнуть ремень и брюки, отвлекаясь временами, чтобы огладить ладонями бока Кая. Лизнул подбородок, нижнюю губу и слегка сжал собственными губами; справился, наконец, с молнией на брюках, высвободил член и обхватил пальцами. Кай с коротким стоном дёрнулся от касания, обнял за шею и прижался к губам Криса, целуя несдержанно и почти грубо. Крис всё равно отстранился, большим пальцем провёл по его нижней губе, чтобы стереть слюну, скользнул ладонью по груди, животу и наклонился, опалив резким выдохом головку. Кай зажмурился и немного выгнулся, едва Крис лизнул чувствительную кожу. Кольцом упругих губ по стволу — до влажной тесноты рта, глубоко. Слишком хорошо, чтобы молчать. И длинными волосами по коже в самом низу живота — остро и волнующе. Прикусив язык, Кай ухватился пальцами за края столешницы и плавно толкнулся, чтобы головка прошлась по нёбу. Ощущал прохладу крупной ладони, что мягко надавливала на низ живота, поглаживала и снова надавливала, мешая вскинуться. Крис шумно выдохнул, выпустив член изо рта, провёл языком по стволу, облизнул. Кай смотрел на него из-под полуопущенных ресниц, а он смотрел в ответ, вновь и вновь касаясь головки кончиком языка. Касался с таким явным удовольствием, что Кай враз лишился равновесия. Просто терялся в сомнениях: или Крис настолько хороший актёр, или Крису в самом деле очень хотелось именно вот этого... Крис обхватил член ладонью, потёрся щекой о головку и хрипло пробормотал с несдерживаемой мукой в голосе: — Что ты со мной делаешь?.. На взгляд Кая, он сам ничего как раз и не делал. Крис отлично справлялся собственными силами. Крис поймал его за руки, притянул к себе, позволив сесть, крепко обнял и провёл губами по шее. Кай завозился с брюками Криса, пока тот увлечённо вылизывал ему кадык и зацеловывал подбородок. Прикрыв глаза, Кай стягивал ткань с бёдер и очерчивал пальцами каждую линию; бёдра Криса сводили его с ума по-прежнему. Потом Кай терпеливо расстёгивал пуговицу за пуговицей на рубашке, пока Крис тёрся членом о его член и напористо целовал, проталкивая язык в рот. Кай наконец расстегнул рубашку Криса, но снимать не стал, просто распахнул, чтобы полюбоваться и припасть губами к матовой коже. Сжал набухшую вершинку соска, мягко прикусил, потёрся щекой и вновь обхватил губами. Втягивал в рот, стараясь раздразнить ещё больше и увеличить чувствительность. С другим соском игрался пальцами: пощипывал, поглаживал, обводил подушечками, легонько царапал ногтями. Крис вздрагивал всем телом в его объятиях, глухо мычал, утыкаясь носом в плечо, хватался за бока, придвигая ещё ближе к себе. Кай прерывисто дышал и опять приникал к груди Криса губами. Не мог оторваться от притягательных для него сосков, что от его настойчивых ласк стали неприлично яркими, насыщенного цвета, чувствительными. Он мог бы вечно вылизывать трогательно нежные соски Криса. Крис хрипло застонал, рывком сдёрнул его со стола и прижал к себе. Поймал пальцами за подбородок, заставил запрокинуть голову, с минуту смотрел в глаза, тревожа губы тяжёлым дыханием, а после навязал долгий поцелуй: бурный, развязный, но — вместе с тем — плавный и бережный. Крис всегда целовал его именно так — с лаской и осязаемой нежностью. Как будто всегда знал, что грубые поцелуи были Каю неприятны и вызывали исключительно болезненные ощущения. Кай осторожно вёл ладонями по бокам Криса, бёдрам, продолжая тонуть в поцелуях. Крис небрежно выпутался из сползших к лодыжкам брюк и белья и позволил Каю подтолкнуть его к столу. Теперь на столешнице сидел он, а Кай вжимался бёдрами между разведённых ног, притирался, обнимал за пояс и снова припадал губами к груди. Мял распахнутую рубашку, задевал волосами соски, прислонялся щекой и целовал до ярких следов на светлой коже. Хотелось выть в голос, потому что стоило им с Крисом оказаться наедине, и оба начинали творить какое-то безумие друг с другом. Каю хватило бы простого прикосновения — он мог поклясться в этом. Ему становилось хорошо просто потому, что Крис рядом. Физическая близость не была острой необходимостью или жёсткой обязанностью. Но едва они с Крисом касались друг друга, всё тут же сгорало ко всем чертям. Причём и без секса они умудрялись спалить всё дотла. Даже воздух между ними как будто раскалялся до такой степени, что невозможно было дышать без поцелуев. Каю под ноги упал пластиковый тюбик из тех, что по стандарту хранились в аптечках, и сразу в нос ударил сладкий фруктовый запах геля-антисептика. Кай задохнулся от неожиданного прикосновения — влажной ладонью по напряжённому члену. Крис после поймал его за руку и испачкал остатками смазки пальцы. Осталось свалить Криса на столешницу, провести губами от ключиц до центра живота, ухватиться за бёдра и подтянуть ближе, ещё ближе. Кай неторопливо раздвинул ягодицы и тронул пальцами. Обвёл сжатое отверстие, погладил края, увлажняя кожу смазкой. Палец проталкивал внутрь тоже без спешки, постепенно. Подавшись вперёд, вновь сжал губами сосок. Целовал и посасывал, вместе с тем мучительно медленно разминая внутри гладкие стенки. Легонько растирал тугие мышцы, чтобы края податливо расступились. Крис перебирал пальцами его волосы, трогал напряжённую шею и проводил ладонями по плечам. Хрипло и неровно дышал, замирая в те мгновения, когда Кай втягивал в рот сосок или осторожно вдвигал палец чуть глубже. На двух пальцах Крис низко застонал и качнул бёдрами, откровенно поторапливая Кая. Но напрасно. Кай прекрасно знал, что пока двух пальцев ну никак не хватит, поэтому продолжал разогревать мышцы до предельной податливости. Кай аккуратно убрал пальцы, кончиками обвёл подготовленное отверстие, приласкал бёдра и огладил ладонями бока. Добравшись до груди, большими пальцами надавил на выпуклые вершинки сосков, потёр, лизнул в центр груди и согрел ладонью подрагивающий живот. Прикоснулся к твёрдому члену, крепко сжал и несколько раз провёл от основания к головке и обратно, пока тонкая кожица не заблестела от проступившей смазки. Помассировал мошонку, упиваясь её тяжестью в ладони. Ухватившись за бёдра, немного приподнял их и порывисто наклонился, чтобы прикоснуться языком к разогретой недавними прикосновениями коже меж ягодиц. Целовал и чуть оттягивал губами потемневшие от прилившей крови края, вталкивал язык внутрь, ощупывая кончиком эластичные стенки. Крис вскинул бёдра выше с неожиданно громким стоном, что резко сорвался и превратился в судорожный вдох. Разметался на полированной поверхности и выгнулся, позволяя собой любоваться. Кай провёл большим пальцем по нежной коже на внутренней стороне бедра, погладил и прижался губами, чтобы раскрасить розовым и багровым, легонько прихватил зубами и мягко потянул до нового стона, после которого пальцы заметно начали дрожать. Он весь задрожал от нестерпимого желания заполучить всего Криса. Чтобы коснуться за один миг всего Криса сразу. Замер, когда перед глазами мелькнула утончённая кисть. Крис обхватил собственный член ладонью и чуть вскинулся. Кай зачарованно пялился на безупречные длинные пальцы Криса и невольно облизывал губы. Смотрел, как пальцы скользят по стволу, касаются потемневшей головки, сдвигают кожицу. Он не позволил Крису продолжить: поймал за запястье и заставил отвести руку от члена. Крис с глухим стоном сжал кулак и потянул руку к себе, но Кай не отпустил. Наклонился и тронул костяшки кончиком языка. Крис от неожиданности разжал кулак, и Кай провёл языком по указательному пальцу, щедро пачкая его слюной. Крис почти не дышал, пока Кай неторопливо изучал языком длинные пальцы. Смотрел неотрывно, пытался сомкнуть приоткрытые губы и выдавал удовольствие только слабым подрагиванием пальцев у Кая под языком. Когда же Кай медленно выпрямился, Крис так же медленно повёл рукой к бёдрам. Влажными от пота ладонями Кай накрыл ягодицы и раздвинул их, чтобы видеть, как кончиками пальцев Крис касается себя, как проводит по коже, как трогает порозовевшие растянутые края, как неспешно проталкивает в себя сразу два пальца и постепенно вдвигает их всё глубже. От вида сомкнувшихся вокруг пальцев мышц Кай резко выдохнул, наклонился и тронул языком сразу и пальцы, и чувствительную кожу. Лизнул тыльную сторону ладони, сдвинулся, чтобы поцеловать твёрдый от напряжения живот и добраться губами до яркого после несдержанных ласк соска. Упирался ладонями в столешницу и отогревал во рту выпуклую вершинку, покусывал и оттягивал, теряясь в коротких хриплых стонах Криса. Бёдрами чувствовал движения руки Криса, машинально толкался, имитируя секс и надавливая на ладонь Криса, заставляя вставлять пальцы глубже. Всё к чёрту. Быть может, Крису на него и наплевать, но хотя бы вот так и прямо сейчас Крис его хотел. По-настоящему хотел. Пусть даже только телом хотел — хоть что-то. Крис убрал пальцы, с трудом приподнялся на локтях, потом запустил руку ему в волосы и потянул к себе. Нашёл губы, поцеловал так, что дыхание перехватило, и предупредил с явной угрозой: — Если кончу сейчас, то... Договорить Кай не разрешил — ответил поцелуем и смахнул ладонь Криса с собственных бёдер. Расстёгнутые брюки так и остались на Кае, но они не мешали. Точно так же, как не мешала распахнутая рубашка на Крисе. Кай тронул разведённые ноги Криса, сжал пальцами и подтянул рывком к краю стола. В мимолётной ласке провёл большим пальцем между ягодицами, прижался влажной от смазки головкой, потёрся и плавно толкнулся. Смотрел, как потемневшие края туго охватывают толстый ствол, растягиваются вокруг, а потом жмурился от того, с какой мягкой силой стенки внутри сжимались вокруг члена. Он неспешно качнулся ещё несколько раз, чтобы заполнить Криса как следует, наклонился и соединил их губы, не позволяя Крису сделать вдох. От сокращающейся и расслабляющейся узости вокруг члена было настолько хорошо, что у Кая под ресницами пощипывало от проступивших слёз. Он не двигался, просто вылизывал рот Криса и проваливался в тот шум, что поселился в ушах. Жар, духота, бешеный перестук мятущегося сердца, рвущий жилы ток крови, мелкая дрожь под кожей, щекотка от капель пота и непредсказуемая пульсация, окутывающая ноющий от возбуждения ствол. Скопившаяся в животе и паху тяжесть неохотно растекалась по ногам, сводила напряжением мышцы и ненавязчиво подталкивала к движению. Быстрее и быстрее. Растянуть членом на всю толщину и длину, отпрянуть, ощутить дрожь на головке и снова вдвинуть член чуточку резче и быстрее. Брать с глухими хлопками на каждом рывке, чтобы внутри Криса становилось всё жарче. Прижиматься бёдрами к восхитительно округлым ягодицам, позволять стенкам внутри сжимать член до тягуче-острого удовольствия, плавиться, словно воск, и снова бросать себя всё ближе к блаженству. Крис вскинулся, оперевшись на левую руку. Правой ухватился за его шею, ослепил неуловимой улыбкой, на миг коснувшейся влажных припухших губ, и притянул к себе. Щекой задел подбородок и жарко выдохнул на ухо: — Остановишься — убью... Кай соображал неважно, но прекрасно понял, что имел в виду Крис. С другой стороны, он всё равно хотел как раньше: доводить Криса до предела, ловить в деталях удовольствие, которое дарил сам, не отпускать себя, чтобы ничего не потерять. Ему просто нравилось смотреть на Криса на грани оргазма, во время и после, и знать, что он может свести Криса с ума и заставить забыть обо всём. Ладонями Кай провёл по липкой коже и задержал их на спине под распахнутой рубашкой. Мускулы на руках заныли от того, с какой силой Кай обнял Криса и привлёк к себе, отчаянно вжимаясь бёдрами. Пряжка стукнулась о деревянную поверхность, заставив их с Крисом вздрогнуть и буквально вцепиться друг в друга, спаяться в тесных объятиях. Крис ещё и ногами обхватил бёдра Кая, вынуждая войти глубже одним долгим толчком. Удерживал руками за шею и тянул к себе, в себя. Не отпускал взгляд Кая и прерывисто дышал приоткрытым ртом. У Кая мысли рвались на крошечные лоскутки, пока не осталась целой всего одна: видел ли кто-нибудь ещё Криса вот таким — пылким, чувственным, сгорающим от страсти, жадным и нетерпеливым? Обычный Крис, которого видели все, казался ледяным и спокойным, непробиваемым, и бушующие в нём страсти можно было лишь ловить по едва заметным намёкам. Хотя этих намёков Каю вполне хватало, потому что прямо сейчас концентрированные эмоции Криса превращали его в ничто. В щепку на просторах океана, которой игрались волны. Крис напоминал стихию, противостоять которой никак. Поэтому Кай даже не пытался бороться: прижался к приоткрытым губам поцелуем, впился пальцами в тугие мышцы и качнул бёдрами, чтобы плотнее прильнуть к Крису, проникнуть в жаркую узость и задохнуться на миг от всепоглощающего удовольствия, что струилось раскалённой лавой вдоль позвоночника и скручивалось взведённой пружиной в паху. Кай провёл языком по нижней губе Криса и коснулся приоткрытым ртом щеки, обжигая светлую кожу шумным дыханием. Чувствовал, как Криса потряхивало от частых и сильных толчков, от нарастающей скорости похожих и не похожих друг на друга движений. Кай задвигался медленнее, с тягучей плавностью и грацией. Бесстыже услаждал себя близостью Криса и его телом, заставлял запрокинуть голову и подставить под поцелуи напряжённые мышцы шеи, подрагивающий кадык и уже помеченные яркими пятнами засосов ключицы. Потом Кай сцепил зубы на плече, оставил бледные следы на коже и прошёлся по ним языком. Прислонился к плечу лбом, рвано выдохнул и замер, вдвинув член глубоко в разгорячённую плоть. Крис крепче обнял его, только Кай всё равно добрался губами до соска. В тесных объятиях было невыносимо жарко, но разорвать их никому не приходило в голову. Кай жмурился, пока Крис пальцами ворошил пряди у него на затылке, жмурился сильнее и не выпускал изо рта сосок. Чувствовал нежность кожи языком и губами, прикусывал твёрдую вершинку, не позволяя ей выскользнуть, и глухо рычал, когда вновь плавно толкался и ощущал, как стенки плотно охватывают его член. Кай огладил ладонями спину Криса и медленно подался ещё ближе, бережно укладывая Криса на столешницу. Потрогал разведённые ноги, настойчиво потянул на себя, толкаясь неистовее, и склонился над Крисом, чтобы вновь завладеть блестевшим от его слюны соском и аккуратно сжать зубами. Согрел во рту выпуклую твёрдую вершинку и с силой зажмурился снова — хотел получить Криса от и до, обладать каждым кусочком. Беспорядочно водил руками по дрожащему и влажному от пота телу: то ласкал, то сжимал ладонями или пальцами, словно не мог придумать, как сделать Криса полностью и навсегда своим. Опять горел от того, как раз за разом упругие стенки сжимали его член внутри Криса. Припадал губами к коже и несдержанно оставлял отметину за отметиной, а после по каждой проходился языком, чтобы смягчить жжение и помочь Крису расслабить мышцы, напоить их томностью и негой. Кай упёрся ладонями в столешницу и оттолкнулся, чтобы выйти из Криса, скользнув потемневшей головкой меж ягодиц. Прикоснулся пальцами к члену Криса, провёл к основанию и покачал в ладони тугую мошонку, после крепко сжал у основания ствола и наклонился, чтобы прикоснуться губами к припухшим краям слабо пульсирующего отверстия и заполнить Криса языком. Кончиком языка Кай растирал эластичные стенки, прихватывал губами растянутые края и неторопливо водил ладонью по твёрдому стволу, вслушиваясь в приглушённые низкие стоны Криса. После выпрямился и втолкнул в Криса палец, мягко нащупал уплотнение и огладил подушечкой, вынудив Криса резко вскинуться. Крис ещё и вцепился в его плечи до откровенной боли. Из-под ресниц полыхнуло жгучей яростью — Каю полагалось под таким взглядом осыпаться горсткой праха. — Не пальцами… — хрипло выдохнул Крис, но продолжить не смог. Кай поспешно убрал палец и одним плавным движением протолкнул член внутрь, дёрнул Криса к себе, обхватив за пояс руками, и задвигался в быстром темпе. Раскачивался вместе с Крисом под звучные шлепки и звонкие удары пряжки о дерево и надеялся, что массивный стол выдержит и не такое. Надеялся недолго, потому что своими движениями он горячил не только Криса, но и себя. А Крис ещё и выжигал его рассудок короткими рваными поцелуями, пока не свалился обратно на полированную поверхность и не запрокинул голову, теряясь в мощных торопливых толчках и беспорядочно хватаясь руками за края столешницы. Из широко раскрытого рта вырывались хриплые выдохи и отчётливые стоны — громче и громче. Черты лица Криса стали острее и ещё выразительнее. Опущенные ресницы заметно дрожали, а излом бровей притягивал к себе взгляд Кая и завораживал. Над верхней губой испарина проступила крошечными капельками так соблазнительно, что Кай подыхал от желания коснуться кожи там языком. Но чтобы это сделать, ему полагалось остановиться. А это было не в его силах. Кай крепко удерживал Криса за бёдра и раз за разом бросал себя к нему. Напирал, заполняя Криса на толщину члена, отшатывался, дразняще проводил лоснящейся от смазки головкой по припухшим краям и вновь вталкивал напряжённый ствол в горячую узость, а после опять ускорялся и раскачивал Криса быстрыми толчками до частых хриплых стонов. Кай потянул вверх ногу Криса, заставил распрямить и прижал к себе, надёжно обхватив рукой. Тронул губами колено и севшим голосом позвал по имени. Другую ногу Крис сам поднял и отвёл в сторону, чтобы Кай мог двигаться свободнее, быстрее и плотнее вжиматься бёдрами в ягодицы при каждом толчке. Кай зажмурился, чтобы глаза не щипало от пота, что струился по лицу крупными каплями. Пальцами надавливал на мышцы на ногах Криса и медленно тлел от возбуждения, которое пульсировало в каждой вене, щекотало всюду под кожей множеством легчайших уколов от невидимых иголок. Заводило абсолютно всё: голос Криса, его стоны, неровное дыхание, дрожь его тела, тёплая кожа под пальцами, гладкие стенки внутри, жадно охватывающие член Кая, непроизнесённое согласие, чувственность и отзывчивость Криса, страсть и отдача, и даже непрерывное звяканье проклятой пряжки на расстёгнутом ремне, чёрт бы её побрал... Кай прямо сейчас хотел только одного. Чтобы Крис кончил, выдыхая его имя. Чтобы знал, что это Кай подарил ему сокрушительное удовольствие. Чтобы Крис никогда не смог это забыть. Впрочем, Кай всё время этого хотел. С удвоенным пылом он устремился в Криса: мощно толкался под нужным углом, оставлял пальцами синяки на отведённом в сторону бедре, нетерпеливо облизывал губы и старался не пропустить тот самый миг, когда... Странный мгновенный импульс напоминал ответ на непроизнесённый вопрос. Вообще Кай даже не понял, что именно это было, и вряд ли смог бы хоть когда-нибудь внятно описать. Быть может, так полагалось себя чувствовать человеку, которого ударило молнией: вспышка, разряд — и тело как будто пронизано и наполнено с головы до ног чуждой энергией. В первый миг — растерянность, а потом — неудержимое блаженство. Если это был оргазм, то с Каем такой случился точно впервые. Это настолько ошеломило, что Кай продолжил двигаться по инерции до резкого рывка. Крис вскинулся и рухнул обратно на столешницу, подрагивая всем телом и пачкая белёсыми потёками собственные бёдра и живот, выдыхая имя, а Кай последовал за ним. Отстраниться не успел и невольно вжался в Криса, потерялся в Крисе и ухнул в невесомость, отчаянно за Криса цепляясь, чтобы не вылететь к чёрту из реальности с концами. Но реальность всё равно растворилась в мгновении звенящей тишины, ярких красках и сполохах чувств, которые неспешно сменялись удовлетворением и сладкой усталостью. Кай бездумно прижимался щекой к вздымающейся на вдохах груди Криса и легонько поглаживал кончиками пальцев безжалостно зацелованный сосок, даже не пытался вслушиваться в собственный пульс и неровное дыхание. Обречённо прикрыв глаза, ждал с постепенно нарастающим беспокойством каких-нибудь слов. Тех самых слов, что развеяли бы удовлетворение и свели всё к их обычным склокам. Словно между ними по-прежнему ничего не было. Но Крис молчал, неспешно перебирая влажные от пота волосы Кая и плавно водя подушечкой большого пальца по скуле. Кай не выдержал и осторожно отстранился. На полированную поверхность капнуло раз, другой. Крис приподнялся на локтях, медленно сел и неловко соскользнул со стола. Кай хотел отступить на шаг, но Крис поймал его за запястье и притянул к себе, обнял и согрел частыми выдохами ухо. Кай настороженно замер, не представляя, что ему делать: оставаться вот так или отшатнуться. Только Крис не выпускал его из объятий, поэтому он после недолгих колебаний аккуратно обхватил Криса за пояс, смяв в ладони рубашку на спине. Все мысли сбились в безобразный ком. Недавно прочитанная переписка со Штабом, ложь Криса, угроза с-контакта, их с Крисом исступлённая близость, следы на столе, раскатившиеся по ковру карандаши и рассыпанные бумаги, брюки и бельё Криса под ногами, рубашка и футболка Кая рядом, валяющиеся почти у самого кресла ботинки и тюбик у ступни Криса. И уютное молчание с объятиями пополам. Крис через минуту просто потянул его за собой в соседнюю комнату. Рубашку сбросил на пороге ванной и не стал ждать, пока Кай выпутается из брюк. Зато после под тугими тёплыми струями они снова молчали и почти непрерывно целовались до тех пор, пока у Кая не закружилась голова от излишне тесных объятий. Крис вовремя отпустил, позволил прислониться спиной к стене, затем плавно приподнял, чтобы Кай обхватил ногами его бёдра, а руками — шею. Кай прикрыл глаза, когда Крис мягко коснулся губами его подбородка, поцеловал ямочку и сдвинулся выше, чтобы разделить вдох пополам и огладить кончиком языка нёбо. Прижавшиеся друг к другу тела, непрерывный контакт кожи с кожей и поцелуи. Только поцелуи под шум льющейся сверху воды. Ничего больше. Впрочем, даже в постели потом они продолжали держаться друг за друга. Уткнувшись носом Крису в шею, Кай старался ни о чём не думать. Ловил мгновение — без тревог, подозрений, ожиданий худшего. Просто чувствовал Криса всем телом, касался кожи губами, нюхал и позволял сознанию ускользать, балансировать на грани между томным счастьем и сном.